I Only Like Your Face\ Мне нравится только твоё лицо

Проведя два дня в стране N, Мо Мин сумел собрать немало важной информации о Ли Хэ. Ли Хэ теперь казался обычным руководителем компании. Судя по тому, что узнал Мо Мин, Ли Хэ был прямолинейным человеком без явных пороков. Он вел рутинную жизнь, ходил на работу и возвращался домой, почти ни с кем не общаясь. На первый взгляд в нем не было ничего необычного. Найти подход к такому человеку, как Ли Хэ, потребовало бы определенных усилий и расследования. Мо Мин пока не планировал раскрывать себя перед Ли Хэ. Он по-прежнему не до конца доверял Ся Цин и хотел действовать осторожно, пока не обретет абсолютную уверенность. Однажды вечером, поужинав в ресторане рядом со своим отелем, Мо Мин возвращался обратно с пакетом десертов, когда неожиданно столкнулся с Хань Шаочжоу. Хань Шаочжоу стоял, засунув руки в карманы, и, казалось, ждал его на улице. Выражение его лица было спокойным, но на мгновение Мо Мин почувствовал дезориентацию, словно он снова оказался в Чуаньхае. — Снова рискуешь в одиночку, делаешь всё, что взбредет в голову, даже бросаешь своих так называемых товарищей по команде, — сказал Хань Шаочжоу с легким упреком в голосе. — … Увидеть Хань Шаочжоу в этом чужом городе было для Мо Мина настоящим шоком. Среди незнакомой обстановки вид этой знакомой фигуры давал ощущение опоры. — У меня есть план, — ответил Мо Мин, переводя взгляд на движение на дороге. — И я не начинаю работать до окончания Нового года. У меня полно времени, чтобы разобраться с делами, не бросаясь ни во что опасное. — И этот твой план такой же, как и раньше? Где ты со всем справляешься сам? Как ты сделал с Цянь Чжи, Сунь Чао, Ся Цин и теми людьми, связанными с Шэнь Цянем? Мо Мин на мгновение замер. — Ты… ты всё это знаешь? — Да, — ответил Хань Шаочжоу ровным голосом. — Я знаю всё. Хань Шаочжоу посмотрел на Мо Мина, казалось, его холодные глаза подавляли что-то глубоко внутри. Спустя мгновение он добавил: — Когда мы были любовниками, ты никогда не относился ко мне как к настоящему партнеру. Теперь, даже будучи друзьями, несмотря на наше так называемое сотрудничество, ты всё еще считаешь меня тем, кем можно пренебречь. Так ведь? Какую бы роль я ни играл, для тебя я не значу даже столько, сколько случайный прохожий. — Есть вещи, с которыми я могу справиться сам, и ты уже во многом мне помог, — ответил Мо Мин. — Я думал, что после совместной работы в эти последние несколько дней ты мог бы хоть немного мне доверять, — сказал Хань Шаочжоу, и в его голосе прозвучало разочарование. Мо Мин опустил глаза, не желая признаваться, что знал о том, как Хань Шаочжоу не спал той ночью на Шампань, долго куря на балконе. Он не понимал, что это значило, но что-то подсказывало ему, что это связано с ним. — Я знаю, что с некоторыми вещами тебе приходилось бороться долгое время, — Мо Мин глубоко вздохнул. — Тебе только-только удалось вернуться в норму, и чтобы избежать любых рисков, мы… — Избежать каких рисков? — перебил Хань Шаочжоу. — … — Боишься, что я зациклюсь на том факте, что ты использовал меня как замену? Или боишься, что я продолжу испытывать к тебе чувства? Мо Мин промолчал, слегка опустив голову. Хань Шаочжоу шагнул ближе, его взгляд был напряженным, когда он смотрел сверху вниз на Мо Мина. — С чего ты взял, что я это отпустил? С чего ты взял, что я вернулся в норму? — Ты был очень… — начал Мо Мин. — Очень спокойным? Очень собранным? — Хань Шаочжоу издал короткий, горький смешок. — Скажи мне, как это выглядит, когда кто-то еще не отпустил? Ты же вроде как умный. Ты знаешь, как сильно я ненавижу быть твоей заменой Чжоу Сюю, и всё же я не могу заставить себя не хотеть быть рядом с тобой. Неужели ты не знаешь, почему это так? Или тебе просто всё равно? — … Хань Шаочжоу смотрел на лицо Мо Мина, его губы дрожали, когда он с трудом выдавливал из себя слова: — Если я скажу тебе, что безумно одержим тобой, ты мне поверишь? Мо Мин уставился на Хань Шаочжоу, его густые ресницы дрогнули, как и темные глаза. После краткого мгновения шока он сделал шаг назад, опустил взгляд на землю и сказал отстраненным тоном: — Тем более мне следует держаться от тебя подальше. Если мы хотим остаться друзьями, я не хочу, чтобы ты тратил свои усилия впустую. — Тратил усилия впустую? Хань Шаочжоу издал натянутый смешок, его глаза затуманились. Возможно, именно поэтому он так неохотно раскрывал свои чувства, он знал, что в тот момент, когда он позволит просочиться хоть малейшему намеку на свои эмоции, Мо Мин решительно обрубит любые надежды, которые у него могли быть, без малейших колебаний. Только когда он вел себя как чисто платонический друг, свободный от любых желаний, у него был шанс оставаться рядом с этим человеком. Казалось, всё вернулось на круги своя. Хрупкая фантазия о гармонии, которую они разделяли последние несколько дней, только что разлетелась вдребезги. — Возвращайся домой, брат Хань. Ты не такой, как остальные люди, сейчас с тобой даже нет телохранителя, это небезопасно, — сказал Мо Мин. — Нам обоим незачем торчать здесь. Если всплывет что-то, касающееся Пань Юаньцина, я немедленно с тобой свяжусь. Хань Шаочжоу смотрел, как Мо Мин говорит так искренне, и внезапно почувствовал глухую пустоту в груди. Мо Мин был рациональным, с ясной головой, он всегда был таким. Хань Шаочжоу пожалел о сказанном. Если бы он не поддался эмоциям, по крайней мере, сейчас он мог бы притвориться небрежным, пригласить Мо Мина на ужин, прогуляться с ним, поговорить. Он прилетел сюда без каких-либо планов, просто зная, что Мо Мин здесь, движимый необъяснимым желанием увидеть его. Вот и всё, он просто хотел его увидеть. Хань Шаочжоу крепко зажмурился и сказал: — Тебе не следует быть здесь одному. Если в это действительно замешан Пань Юаньцин, продолжать расследование может быть опасно. Я знаю, что ты умный, но не думаю, что ты сможешь переиграть Пань Юаньцина. Возвращайся со мной в Чуаньхай, а я поручу кому-нибудь разобраться с делами здесь. — Я… — Мне хватит совести не просить ничего взамен. Можешь об этом не беспокоиться. Ты мне ничего не должен. Ты помог мне с дедушкой и дядей, так пусть это будет моим способом отплатить тебе. Я… Я не хочу видеть, как ты идешь на неоправданный риск… Хань Шаочжоу чуть было не сказал это, но сдержался, боясь, что дальнейшие эмоциональные мольбы лишь еще больше оттолкнут Мо Мина. Мо Мин на мгновение замолчал, а затем тихо сказал: — Я возвращаюсь в отель. — Ты по-прежнему настаиваешь на том, чтобы делать всё в одиночку? — терпение Хань Шаочжоу лопнуло. — Неужели ты не можешь хотя бы относиться ко мне как к инструменту? Я ничего не хочу от тебя взамен. Я ни о чем не прошу, просто используй меня хоть раз, почему ты не можешь? Мо Мин долго молчал, прежде чем наконец сказать тихим голосом: — Ты не заслуживаешь такого отношения. Хань Шаочжоу замер, и на мимолетное мгновение ему показалось, что он увидел мягкое, почти неуловимое тепло в чернильно-черных глазах Мо Мина, нечто вроде тонкой вуали нежности, но оно исчезло в тот же миг. — Если мне действительно понадобится помощь… — Мо Мин слабо улыбнулся. — Я попрошу твоей, брат Хань. Глаза Хань Шаочжоу наполнились чувством утраты, словно эти слова были просто вежливой отговоркой, попыткой утешить. Мо Мин повернулся и пошел прочь. Спустя некоторое время он оглянулся и увидел Хань Шаочжоу, идущего за ним. Глаза Хань Шаочжоу были всё еще немного красными там, где он их вытирал, а его выражение лица в ночи было подавленным. Он слабо произнес: — Я остановился в том же отеле, что и ты, так что нам по пути… Мо Мин отвернулся и продолжил путь. До отеля оставалось два квартала. В свете неоновых вывесок они шли в тишине, один за другим, не разговаривая, но и не увеличивая дистанцию между собой.