Двенадцать жизней

Пик Цяньцао встретил их привычной тишиной и запахом лекарственных трав. Лю Цингэ всё это время нёс Шэнь Цинцю прямо на руках. И чем дольше нёс — тем сильнее хмурился. …слишком лёгкий. Это раздражало. Нет, даже не так. Беспокоило. Шэнь Цинцю был высоким мужчиной, совершенствующимся, лордом пика. Но сейчас ощущался почти невесомым. Будто в нём вообще ничего не осталось. Му Цинфан быстро открыл двери одной из комнат. — Сюда. Лю Цингэ аккуратно уложил Шэнь Цинцю на постель. Только после этого Му Цинфан наконец смог нормально проверить его состояние. Тишина затянулась. Потом Му Цинфан медленно выдохнул. — Искажение ци было очень сильным, но мы успели вовремя. Он убрал руку от запястья Шэнь Цинцю. — Сейчас угрозы жизни нет. Осталось дождаться, когда он очнётся. Пауза. — Лю-шиди, — Му Цинфан посмотрел на него серьёзно, — хорошо, что ты оказался рядом. Ещё немного, и мы бы не успели. Лю Цингэ лишь коротко кивнул, но взгляд так и оставался на Шэнь Цинцю. И именно в этот момент дверь резко распахнулась. — КАК ОН?! Шан Цинхуа буквально влетел внутрь. — Жить будет?! Му Цинфан аж вздрогнул от такого появления. — Да, да, успокойся. С ним всё в порядке. Сейчас его состояние стабильно. Шан Цинхуа выдохнул так резко, будто сам всё это время не дышал. — Фух… Но Му Цинфан неожиданно нахмурился. — Хотя… Шан-шиди. Как думаешь, почему у него внезапно произошло настолько сильное искажение? Шан Цинхуа моргнул. — А? Да мне-то откуда знать? Он пожал плечами так естественно, будто речь шла о погоде. — У него такое часто бывает. Тишина. — …часто? — медленно переспросил Му Цинфан. — Ну да. Шан Цинхуа задумчиво почесал щёку. — Раза три в день стабильно. Иногда меньше, конечно… но это редко. Комната застыла. Му Цинфан распахнул глаза. Лю Цингэ молча ударил ладонью по собственному лбу. — Шан Цинхуа… ты… Но тот уже ушёл в мысли. —Ну… может не три. Не знаю, но после тех прошлых жизней и суда с пилюлей правды…он же сам говорил, что малейший стресс — и искажение начинается сразу. Шан Цинхуа нахмурился. —Хотя…если подумать…почему в этот раз всё настолько плохо? Пауза. —…душа. Он же сказал, что перерождения разрушают душу. На секунду лицо Шан Цинхуа реально побледнело. —А если я тоже… Он резко поднял голову. — Му Цинфан! А можете меня тоже проверить?! Му аж завис. — …что? — Ну вдруг я от Шэнь Цинцю заразился! И у меня тоже скоро начнутся проблемы! Лю Цингэ снова прикрыл лицо рукой. — Шан Цинхуа… Му Цинфан устало вздохнул. — Иди сюда. Он всё же проверил его меридианы и духовное ядро. Через несколько мгновений нахмурился. — На первый взгляд всё нормально. Только… Тебе стоит больше отдыхать и уделять внимание практике. Шан Цинхуа моментально выдохнул. —Фух… Но почти сразу снова задумался. —Тогда почему на Шэнь Цинцю это так сильно влияет?.. Он перевёл взгляд на бессознательного Шэнь Цинцю. —Хотя… если подумать…мы прожили больше тридцати лет суммарно. Но я-то в основном прятался, писал, пытался выживать… Пауза. —А он? Дважды замучен в водной тюрьме, это где-то около 15 лет жизни в цепях. Постоянные суды. Отклонения ци. Попытки всё изменить, смерти.. Шан Цинхуа нервно сглотнул. —Да, на его месте я бы давно повесился. Короткая пауза. —Хотя… после того, что он рассказал на суде…думаю, он уже просто привык жить в боли. Он поёжился. —Пиздец вообще. — Спасибо, Му-шиди. Шан Цинхуа быстро поклонился и направился к выходу. И в тот момент, когда дверь за ним закрылась в комнате вдруг стало тихо. Слишком тихо. Мысли исчезли. Полностью. Му Цинфан медленно поднял взгляд. Лю Цингэ тоже это заметил, но никто ничего не сказал. А уже через несколько минут в комнату почти влетел Юэ Цинъюань. Обычно спокойный глава секты сейчас выглядел заметно напряжённее обычного. — Как он? Му Цинфан тут же ответил: — Мы успели вовремя, сейчас всё стабильно. Если не случится нового сильного искажения — угрозы жизни нет. Юэ Цинъюань наконец выдохнул, но Му Цинфан всё же добавил: — Однако… это состояние нельзя игнорировать. Если всё продолжится в том же духе… Он бросил взгляд на Шэнь Цинцю. — Неизвестно, доживёт ли он вообще до тех событий, о которых говорил.

***

Сознание возвращалось медленно. Сначала — запах лекарственных трав. Потом — тихий шелест листьев за окном. И только спустя несколько долгих мгновений Шэнь Цинцю наконец открыл глаза. Белый потолок. Чужая комната. Тяжесть во всём теле. —…опять жив. Он медленно прикрыл глаза рукой. —Шан Цинхуа. Ответ пришёл почти мгновенно. —ААА БЛЯТЬ! Ты меня напугал! Шэнь Цинцю поморщился. — Где я? — На пике Цяньцао. Я вообще-то на миссии сейчас! Ты пролежал без сознания больше недели! Шэнь Цинцю ненадолго замолчал. — …что вообще произошло? Я уж думал, снова перерождаться придётся. На этот раз Цинхуа ответил не сразу. — Я не думаю, что с твоим состоянием ты вообще сможешь дальше перерождаться. Тишина. — …ну тогда просто умер бы. — ДА НЕ ГОВОРИ ТАК! Шэнь Цинцю лишь устало прикрыл глаза. — Ладно, в целом ничего не изменилось. Так что можешь дальше лежать и не двигаться. — Пф. Именно в этот момент дверь комнаты открылась. Му Цинфан вошёл внутрь с привычно спокойным выражением лица, но стоило ему увидеть открытые глаза Шэнь Цинцю он заметно выдохнул. — Вы наконец очнулись. Шэнь Цинцю ничего не ответил. Му Цинфан подошёл ближе и привычным движением взял его за запястье, проверяя духовные потоки. — Как себя чувствуете? — Нормально. Ответ был слишком быстрым. Слишком выученным. Му Цинфан нахмурился. — Шэнь-шисюн, твоё состояние тогда было крайне тяжёлым. Ты едва не умер. Шэнь Цинцю спокойно отвёл взгляд. — Пф. Какая вообще разница, что случилось. Жив и ладно. К чему такой повышенный интерес. Шан Цинхуа тут же вклинился: — Он вообще-то врач. Да и выглядел ты тогда реально ужасно. Кстати, что вообще произошло? — Да так. Мелочи. Бывает. Цинхуа чуть не взвыл. — Боже, ты неисправим. Мы так и до пещер Линси не доживём. Короткая пауза. — Кстати… Я надеюсь, ты не собираешься опять там умирать или убивать Лю Цингэ? Шэнь Цинцю прикрыл глаза. — Посмотрим. Зависит от того, как всё пойдёт в этот раз. Судя по всему, ничего особо не изменится.. Не знаю.…Поживём — увидим. Не впервой умирать. — Но ты не можешь! Цинхуа уже почти паниковал. —Кто-то должен остановить нападение демонов! —Лю Цингэ сам справится. —Я знаю, что справится! Я про то, что НЕ ХОЧУ СНОВА УМИРАТЬ! Так что очень прошу — воспользуйся прошлым опытом и выживите оба! Тишина. … Именно в этот момент снаружи послышались быстрые шаги. Дверь резко открылась. Юэ Цинъюань вошёл первым. Следом почти сразу появился Лю Цингэ. — Сяо-Цзю.. Цинцю! Как ты? Лю Цингэ нахмурился. — Что это вообще было?! Ты чуть не умер! Шэнь Цинцю посмотрел на них с явным непониманием. — Да чего вам всем так интересно? Он равнодушно отвёл взгляд. — Ну бывает. Жив и ладно. Какая уже разница, что случилось. Комната погрузилась в тишину. Даже Му Цинфан на секунду не нашёлся с ответом. Потому что в мыслях Шэнь Цинцю тоже была пустота. Ни раздражения, ни страха, ничего. Будто для него подобное уже давно стало обыденностью. Му Цинфан первым пришёл в себя. — Так нельзя. Тебе нужно остаться здесь хотя бы на несколько дней. И пройти полное обследование. Юэ Цинъюань тут же кивнул. — Му-шиди прав. Сейчас тебе нужен отдых. Лю Цингэ тоже нахмурился. — В таком состоянии ты никуда не пойдёшь. Шэнь Цинцю молча выслушал их. —Хуй там. Я не собираюсь валяться здесь даже под угрозой смерти. И прежде чем кто-либо успел что-то сказать он спокойно поднялся с постели. Му Цинфан аж побледнел. — Шэнь-шиди! Но тот уже поправлял рукава ханьфу так, будто ничего не произошло. Абсолютно собранный. Невозмутимый. — Я в порядке. Он взял веер со стола. — Не о чем переживать. — Сяо-Цзю— — К тому же, — перебил Шэнь Цинцю, — у меня есть обязанности. Цинцзин сам себя не приведёт в порядок. — Ты только очнулся! — не выдержал Му Цинфан.— Твои меридианы всё ещё нестабильны! — Переживу. Лю Цингэ шагнул вперёд закрывая выход, явно собираясь остановить его. Но Шэнь Цинцю уже открыл окно. Юэ Цинъюань: — …Сяо-Цзю. Шэнь Цинцю даже не обернулся. —Блять, как же вы все надоели. И в следующую секунду просто исчез с мечом за окном. Оставив после себя только дрогнувший поток духовной энергии. В комнате повисла мёртвая тишина. Му Цинфан медленно закрыл лицо рукой. Лю Цингэ раздражённо выдохнул. А Юэ Цинъюань лишь долго смотрел в сторону открытого окна.

***

После случая с искажением ци жизнь неожиданно вошла в странное, почти спокойное русло. Шэнь Цинцю быстро вернулся на пик Цинцзин, проигнорировав все протесты Му Цинфана, и с тех пор почти не выходил из бамбукового дома. Разве что в библиотеку секты. Свитки лежали вокруг него уже четвертый день подряд. Некоторые были раскрыты, некоторые — отброшены в сторону, некоторые Шэнь Цинцю вообще едва не сжёг от раздражения. Напротив него, развалившись почти неприлично для лорда пика, сидел Шан Цинхуа. — Ну и? — он лениво покрутил кисть в пальцах. — Нашёл что-нибудь полезное? Шэнь Цинцю раздражённо перелистнул очередной свиток. — Точно помню, что в одной из прошлых жизней видел упоминание о подобном. — О перерождениях? — О разрушении души. Пауза. — Или о чём-то похожем. Шан Цинхуа помрачнел. — Звучит не очень. — Пф. Шэнь Цинцю устало прикрыл глаза. — Большинство этих свитков написаны либо сумасшедшими, либо стариками при смерти. Половина вообще не имеет смысла. — Ну хоть что-то есть? — Есть пара упоминаний о «стёртых душах». Шэнь Цинцю задумчиво постучал пальцами по свитку. — Но ничего конкретного. Цинхуа тяжело вздохнул. — Мы такими темпами реально сдохнем раньше, чем найдём ответ. — Не впервой. — Не говори так спокойно о смерти, это нихуя не помогает моей тревоге. Шэнь Цинцю уже собирался ответить, как вдруг почувствовал знакомую духовную энергию. Он медленно прикрыл веер. — …опять. Шан Цинхуа тут же выпрямился. — А? Дверь бамбукового дома открылась. Лю Цингэ вошёл внутрь так уверенно, будто уже давно привык приходить сюда без приглашения. Шэнь Цинцю даже не попытался скрыть раздражение. — Лю-шиди. Он лениво поднял взгляд. — Почему ты вечно здесь появляешься? Лю Цингэ нахмурился. — Я же тебя как-то чуть не убил. Шэнь Цинцю спокойно отложил свиток. — Неужели забыл? Или решил поиграть в доброго? Шан Цинхуа, сидящий рядом, тут же мысленно вклинился: —Кстати, а почему ты так и не сказал правду? Там же за Лю Цингэ тогда демон был. Ты его прикрыл со спины, а этот болван решил, что ты пытался его убить. Шэнь Цинцю равнодушно обмахнулся веером. —Да забей. Всем проще поверить, что я пытался его убить, чем в то, что демон просто растворился. Пауза. —Пусть думают что хотят. Мне лень что-либо объяснять или доказывать тем, кому правда не интересна. И именно в этот момент Лю Цингэ замер. Потому что слышал всё. На его лице впервые появилось настоящее замешательство. …он спас меня? Лю Цингэ вдруг понял, что уже даже не знает сколько раз ошибался насчёт Шэнь Цинцю. В комнате ненадолго повисла тишина. Шэнь Цинцю раздражённо поднял взгляд. — Так зачем ты пришёл? Лю Цингэ помолчал. Будто сам пытался подобрать слова. — Мне кажется… Он нахмурился ещё сильнее. — Что я ошибался в тебе. Шан Цинхуа аж перевёл взгляд между ними. — И я не хочу, чтобы мы продолжали враждовать, — продолжил Лю Цингэ. — Думаю… старые обиды пора оставить в прошлом. Шэнь Цинцю несколько секунд просто смотрел на него. Абсолютно спокойно, потом фыркнул. — Пф. Он снова взял свиток. — Мне лично всё равно. Пауза. — Делай что хочешь, но прекрати постоянно здесь появляться. Лю Цингэ: — … — И угомони своих учеников. Шэнь Цинцю устало прикрыл глаза. — Они носятся по Цинцзин как по собственному пику и избивают всех подряд. Лю Цингэ кашлянул. — …я разберусь. —Нихуя себе, — мысленно присвистнул Шан Цинхуа. — Походу он реально начал думать. Шэнь Цинцю лениво обмахнулся веером. —Не сглазь. Лю Цингэ ушёл почти сразу. И, что удивительно, без единой попытки снова начать спор. Шан Цинхуа проводил его подозрительным взглядом. — Не нравится мне это. Шэнь Цинцю даже головы не поднял от свитка. — Что именно? — То, что Лю Цингэ начал думать. — Пф. — Нет, я серьёзно! Это опасно! Шэнь Цинцю лишь устало закрыл свиток. — Ты преувеличиваешь. Спустя четыре часа снаружи послышались крики учеников. — ШИЦЗУНЬ!! — ЛОРД БАЙЧЖАНЯ ПРИШЁЛ!!! Шан Цинхуа замер. — …сглазил. Дверь снова открылась. Лю Цингэ стоял на пороге. На этот раз — уже с мечом. Шэнь Цинцю медленно поднял взгляд. — Чего тебе теперь? Лю Цингэ ответил абсолютно спокойно: — Ты восстановился. Пауза. — Выходи на тренировочный бой. Шан Цинхуа: — … Шэнь Цинцю: — … — Мне лень. — Тогда я подожду, пока перестанет. — … Шан Цинхуа уже откровенно наслаждался происходящим. — О-о-о, ну это уже интересно. Шэнь Цинцю раздражённо щёлкнул веером. — Цинхуа. — Что? Я ничего. Лю Цингэ всё ещё стоял неподвижно. Упрямо как скала. И через пару секунд Шэнь Цинцю всё же тяжело вздохнул. — Надоедливый. —Ладно. Всё равно этот идиот не уйдёт. Шан Цинхуа тут же оживился: —О! Может, это даже полезно! Если вы будете чаще драться, то шансов пережить пещеры Линси станет больше! Шэнь Цинцю лениво поднялся. —Одними боями тут не обойдёшься. Там проблема была не только в силе. Он спокойно поправил рукав. —Нужно правильно подступиться. Правильно влить духовную энергию. И учитывать, что под искажением ци этот болван вообще не контролирует движения. Пауза. —Одно неверное движение — и кости в пыль. А иногда и жизнь. Шан Цинхуа передёрнулся. —…не напоминай. —На тренировках такого всё равно не добиться. Шэнь Цинцю прикрыл веер. —Да и вообще. В падлу мне уже. Но наружу он сказал лишь: — Хорошо. И вышел из бамбукового дома. Ученики Цинцзин уже столпились у тренировочной площадки. Даже ученики Байчжаня каким-то образом успели прибежать. Потому что бой между Шэнь Цинцю и Лю Цингэ— это всегда было зрелище. Чэнлуань вспыхнул золотым светом первым и почти одновременно из ножен выскользнул Сюя. Тонкий. Изящный. В следующий миг металл столкнулся с оглушительным звоном. Ученики ахнули. Лю Цингэ атаковал прямо. Жёстко, без колебаний. Шэнь Цинцю же двигался иначе. Легко, плавно. Будто уклонялся не телом, а ветром. Каждый раз, когда Чэнлуань почти касался его— Сюя уже скользил в сторону. Перенаправляя удар, ломая ритм. — Ничего себе… — Лорд Цинцзин настолько силён?.. — Ты только сейчас понял?! Но чем дольше длился бой—тем больше ученики понимали одну страшную вещь. Шэнь Цинцю действительно стоял до конца. Даже когда уступал в силе. Даже когда было очевидно, что Лю Цингэ сильнее. Он не отступал ни на шаг. Даже Ло Бинхе был там. Тихий. Внимательный. Шан Цинхуа сидел чуть в стороне. —Бля, вот это я удачно зашел. Меч Лю Цингэ прорезал воздух ослепительной вспышкой. Шэнь Цинцю уклонился буквально в последний момент. Широкий рукав ханьфу взметнулся в воздухе. Лёгкий шаг. Поворот. Веер резко раскрылся, блокируя удар. Раздался звон металла. Ученики ахнули. Они уже видели тренировки лордов пиков, но не такие. Это не было похоже на обычный бой. Лю Цингэ атаковал прямо. Жёстко. Сокрушительно. Шэнь Цинцю двигался наоборот: плавно, уклоняясь, лениво. Но каждый раз оказывался ровно там, где нужно. Шан Цинхуа даже присвистнул. —Вот же выпендрёжник. Шэнь Цинцю мысленно фыркнул, уворачиваясь от очередного удара: —Если бы я не научился так двигаться, давно бы сдох. Лю Цингэ внезапно ускорился. Чэнлуань вспыхнул духовной энергией. Ученики Цинцзин побледнели. А Шэнь Цинцю…улыбнулся. Впервые за долгое время — почти по-настоящему. — Неплохо, Лю-шиди. И рванул вперёд сам. Ветер духовной энергии прокатился по площадке. Бамбук вокруг зашелестел так резко, будто началась буря. Удар. Блок. Разворот. В какой-то момент даже ученики Байчжань, пришедшие посмотреть, замолчали. Потому что это было красиво. До безумия красиво. И всё же— Удар. Ещё один. Сюя дрогнул. Чэнлуань резко выбил меч из рук Шэнь Цинцю. Тот отступил на полшага. Рука слегка дрожала от удара. Тишина, а потом Лю Цингэ спокойно опустил меч. — Я победил. Шэнь Цинцю раздражённо фыркнул. Поднял Сюя с земли. — Если тебе так нравится побеждать, зачем вообще постоянно вызывать меня на бои? Лю Цингэ неожиданно замолчал. Будто впервые серьёзно задумался над ответом. А потом сказал: — Потому что с тобой интересно драться. Пауза. — Все остальные сдаются слишком быстро. Он посмотрел прямо на Шэнь Цинцю. — А ты стоишь до конца. На секунду стало очень тихо. Шан Цинхуа аж завис. —…вау. Шэнь Цинцю лишь закатил глаза. —Нашёл чем восхищаться. Но всё же в этот раз он не стал язвить в ответ. Только лениво стряхнул пыль с рукава и бросил короткий взгляд на Лю Цингэ. —И под искажением он явно не будет так осторожничать. Так что ни к чему все эти бои. Шан Цинхуа поморщился. —Тоже верно… Шэнь Цинцю вдруг слегка усмехнулся. —Но зато я нашёл ту книгу. Цинхуа мгновенно оживился. —ЧЕГО?! —Ту самую про перерождения. Шан Цинхуа аж вскочил. —ОЙ БЛЯ ПОШЛИ ЧИТАТЬ. Шэнь Цинцю фыркнул. — Шумный идиот. Но всё же развернулся к бамбуковому дому. А Лю Цингэ остался стоять на площадке. И смотрел им вслед чуть дольше, чем следовало бы. И пока ученики ещё обсуждали увиденный бой— Шэнь Цинцю уже направился обратно к бамбуковому дому. А рядом, едва не подпрыгивая от нервов и любопытства, шёл Шан Цинхуа. Бамбуковый дом погрузился в вечернюю тишину. Снаружи тихо шелестели листья. Где-то вдали переговаривались ученики, но внутри было непривычно спокойно. Шан Цинхуа сидел за столом, нервно постукивая пальцами по дереву. Перед ним лежал старый свиток. Пожелтевший. Почти рассыпающийся от времени. Шэнь Цинцю лениво обмахивался веером напротив. Но взгляд его был слишком внимательным для обычного безразличия. — Ну? Шан Цинхуа нахмурился. — Сейчас… Он осторожно развернул свиток до конца. Пробежался глазами по строчкам. И— Замер. — … Шэнь Цинцю слегка приподнял бровь. — Цинхуа? Тот медленно поднял голову с абсолютно пустым лицом. — Бля. Пауза. — Что? — Бля-я-я… Шэнь Цинцю раздражённо щёлкнул веером. — Хватит тянуть. Шан Цинхуа резко ткнул пальцем в текст. — Читай сам! Шэнь Цинцю нахмурился и взял свиток. Несколько секунд в комнате стояла тишина. Потом— — … Веер в его руке медленно закрылся. И именно в этот момент они оба одновременно перешли на духовную связь. Потому что вслух такое обсуждать было уже невозможно. Шан Цинхуа буквально взорвался первым: — БЛЯТЬ!!! ЭТО ВСЁ ПРАВДА ВИНА НАШЕЙ СЕКТЫ?! ЧТО ЗНАЧИТ «ГЛАВНЫЕ ПРИЧИНЫ ГИБЕЛИ СЕКТЫ БУДУТ ПЕРЕРОЖДАТЬСЯ, ЧТОБЫ ИЗМЕНИТЬ БУДУЩЕЕ»?! ЧТО ЗА ХУЙНЯ ВООБЩЕ?! ЭТО МЫ-ТО ГЛАВНЫЕ ВИНОВНИКИ?! Шэнь Цинцю медленно прикрыл глаза. —…если подумать, не такая уж это и ошибка. —ЧЕГО?! —Ты связался с Мобэем и постоянно втягиваешь секту в проблемы. —ЭЙ! —А я — учитель Ло Бинхе. Пауза. —Так что… Он раздражённо отвёл взгляд. —Смысл в этом есть. Шан Цинхуа замолчал, но ненадолго. —Нет, погоди-погоди. Он снова уткнулся в свиток. И через секунду чуть не перевернул стол. —ВОТ СУКА!!! ТУТ НАПИСАНО, ЧТО ТЕХНИКА РАБОТАЕТ ТОЛЬКО ДВЕНАДЦАТЬ ЦИКЛОВ!!! Шэнь Цинцю слегка нахмурился. —…я вижу. —МЫ ПРОСРАЛИ ПОЛОВИНУ ЖИЗНЕЙ НА СУИЦИДЫ!!!А-А-А Я ЩАС СОЙДУ С УМА! —Успокойся. —КАКОЕ НАХУЙ УСПОКОЙСЯ?! Шан Цинхуа уже почти метался по комнате. —ЭТО НАШ ПОСЛЕДНИЙ ШАНС!!! ЕСЛИ МЫ СДОХНЕМ — ВСЁ КОНЕЦ!!! Шэнь Цинцю лениво откинулся назад. Словно речь шла вообще не о нём. —Как будто нас это раньше останавливало. … —Пф. Он закрыл глаза. —Мы изначально были готовы умереть. Теперь хотя бы точно знаем, что это последний раз. Шан Цинхуа уставился на него так, будто хотел задушить прямо на месте. —ТЕБЯ ЭТО ВООБЩЕ НЕ ВОЛНУЕТ?! —А должно? —ДА! Шэнь Цинцю устало выдохнул. —Цинхуа. Пауза. —Мне уже давно всё равно. Шан замер. —Ещё в первой жизни я понял, что Цанцюн мне не дом. Спокойно. Слишком спокойно. —Так почему я должен так переживать о судьбе секты? Хотят умереть — пусть умирают. Тишина. Шан Цинхуа медленно сел обратно. —…ебать ты пессимист. Шэнь Цинцю лишь фыркнул. —Но если тебе настолько всё равно — почему ты вообще продолжаешь искать ответы? Почему пытался всё исправить? Почему раз за разом спасал Лю Цингэ? Пауза. —А теперь вдруг «мне всё равно»? Шэнь Цинцю долго молчал. Потом всё же открыл глаза. —Потому что… Он задумчиво посмотрел на свиток. —…раз уж мы всё равно застряли в этом дерьме, надо было хотя бы попытаться понять, как оно работает. Пауза. —И вообще. Он лениво раскрыл веер. —Хорошо, что мы не все жизни потратили на самоубийства. Шан Цинхуа: … —Хоть что-то да узнали. Так что воспользуемся опытом прошлых жизней. Шэнь Цинцю слегка усмехнулся. —И в этот раз больше не проебёмся. И именно в этот момент— далеко на Цюндин. В павильоне главы секты. Десять пиковых лордов сидели в абсолютной тишине. Потому что слышали каждое слово. И никто уже даже не пытался делать вид, что всё это “наверное какое-то недоразумение”. Ци Цинци первой нарушила молчание: — …это уже не смешно. Му Цинфан всё ещё смотрел в пустоту. — Двенадцать жизней… Вэй Цинвэй нервно выдохнул: — То есть если они не справятся сейчас… Никто не договорил. Потому что продолжение и так было очевидно. Тишина затянулась. Тяжёлая. Ци Цинци раздражённо щёлкнула языком: — Вот же безумие. Она резко скрестила руки на груди. — Они уже одиннадцать раз всё провалили. Пауза. — Им веры нет. Надо самим действовать. Лю Цингэ нахмурился. — И что ты предлагаешь? Он бросил взгляд в сторону остальных. — Не слышала, как они обсуждали прошлые жизни? Тон был холодным, нов этот раз — без привычной насмешки. — Они прямо сказали, что мы им не верили. Пауза. — Во всех жизнях. Му Цинфан тихо выдохнул. — И, судя по услышанному… небезосновательно. Ци Цинци поморщилась. — Да ладно вам. Она раздражённо махнула рукой. — Один предал секту ради демона. Второй — ходячее искажение ци с характером хуже, чем у старого мастера Байчжаня. И теперь мы должны внезапно стать дружной семьёй? Вэй Цинвэй тихо кашлянул. — Если честно… звучит сложно. — Сложно? — фыркнула Ци Цинци. — Да это невозможно. Она закатила глаза. — Шан Цинхуа шарахается от нас как крыса. А Шэнь Цинцю вообще смотрит так, будто мысленно уже всех похоронил. Очень легко будет втереться им в доверие, да. Му Цинфан задумчиво опустил взгляд. — Тогда начнём с малого. Все посмотрели на него. — Если они никому не доверяют… значит, нужно сделать так, чтобы хотя бы появился повод. Пауза. — Перестать распространять слухи. Перестать постоянно ожидать от них худшего. Начать разговаривать нормально. Ци Цинци фыркнула: — С Шэнь Цинцю нормально разговаривать невозможно. — Потому что ты начинаешь ругаться с ним через три фразы, — спокойно заметил Му Цинфан. — … Вэй Цинвэй едва сдержал смешок. Юэ Цинъюань наконец заговорил: — Му-шиди прав. Его голос был спокойным, но очень твёрдым. — Если мы хотим что-то изменить, сначала нужно перестать относиться к ним как к врагам. Он медленно обвёл взглядом остальных. — Особенно после всего услышанного. Тишина. И тут один из пиковых лордов негромко произнёс: — Но Шэнь Цинцю всё равно остаётся… сложным человеком. Пауза. — Даже если часть слухов оказалась ложью, это не отменяет того, что он— — А мы уверены, что вообще знаем правду? Все обернулись к Лю Цингэ. Тот стоял, скрестив руки на груди с мрачным лицом. — Вы же сами слышали. Он говорил медленно. Будто сам до конца не привык к этой мысли. — Он постоянно пытался меня спасти. Пауза. — А потом сам же молчал. Позволял всем думать, будто хотел меня убить. Тишина. — Значит и остальные слухи могут быть такими же. Лю Цингэ нахмурился сильнее. — Возможно… мы просто никогда не знали всей правды. После этих слов в зале снова стало тихо. Очень тихо. Потому что впервые за долгое время многие из них начали задумываться «а сколько из того, во что они верили о Шэнь Цинцю…вообще было правдой?»

***

Зал Цюндин был непривычно тихим. Только голос Юэ Цинъюаня спокойно разносился под сводами павильона. С того собрания прошел уже месяц. Не сказать, что стало лучше, но они правда старались быть слегка добрее. — Расходы пика Ваньцзянь в этом месяце превышают обычные почти на двадцать процентов. Вэй Цинвэй тут же возмутился: — Потому что ученики опять ломают мечи быстрее, чем я успеваю их ковать! — Тогда, может, стоит научить их сначала держать меч, а уже потом махать им, — холодно бросила Ци Цинци. Юэ Цинъюань устало прикрыл глаза. А в это время— Шан Цинхуа мысленно простонал: —Бля-я-я… Какая же скука. Шэнь Цинцю лениво обмахнулся веером. —Согласен. —И какой у тебя план на последний шанс жизни? Шэнь Цинцю чуть задумался. —Не знаю. Пауза. —Наверное… стоит снова заглянуть в бордель. Шан Цинхуа подавился воздухом. —ЧЕГО?! —Что? —Ты сейчас серьёзно? —А почему нет? Шэнь Цинцю равнодушно пожал плечами. —С нашими перерождениями я там уже лет тридцать не был. Если не больше. … —Вообще-то для них ты был там относительно недавно. —Пф. Шэнь Цинцю прикрыл глаза. —Какая разница. Они единственные люди, которых я могу назвать близкими. Пауза. —Так что считай — пойду прощаться с семьёй. Шан Цинхуа резко напрягся. —Эй. Ты к чему клонишь? Опять сдохнуть собрался?! Шэнь Цинцю лишь лениво качнул веером. —Пока нет. Пауза. —Но кто знает, что будет завтра. И именно в этот момент— — ШЭНЬ ЦИНЦЮ! Все вздрогнули. Ци Цинци резко ударила ладонью по столу. — Ты вообще собираешься объясняться?! В зале повисла мёртвая тишина. Даже Вэй Цинвэй перестал дышать. Юэ Цинъюань медленно повернул голову: — Ци-шимэй… Но было поздно. — Ты пятно репутации Цанцюн! Ци Цинци раздражённо ткнула в него пальцем. — Постоянно таскаешься по борделям! Ещё и слухи про учениц ходят! В этот момент Шан Цинхуа мысленно завис. А потом— —ПХПХАХААХХППХХАА— Шэнь Цинцю дёрнул бровью. —…Цинхуа. —БЛЯТЬ Я ВСПОМНИЛ!!! Тот суд! Когда тебе скормили пилюлю правды! Шан Цинхуа уже буквально задыхался от смеха. —ОНИ ЖЕ ПОТОМ ПРИНЕСЛИ МЕЧ ПРОВЕРКИ НЕПОРОЧНОСТИ!!АХАХАХАХАХАХАХА!!! И ОН СРАБОТАЛ!!! У нескольких пиковых лордов дёрнулись лица. Шэнь Цинцю медленно прикрыл глаза. —…смешно тебе? —ОЧЕНЬ. —Я до сих пор тот суд в кошмарах вижу. Веер в его руке слегка треснул. —Лучше бы меня снова в тюрьму кинули, чем ещё раз пережить этот позор. У него уже дрожали плечи. Со стороны это выглядело так, будто слова Ци Цинци действительно глубоко задели Цинхуа. Шэнь Цинцю дёрнул уголком губ. —Цинхуа. Ты сейчас выглядишь так, будто вот-вот расплачешься от слов Ци-шимэй. Соберись уже. Хватит ржать. Шан Цинхуа мысленно задыхался. —НЕ МОГУ Это слишком смешно!!! Шэнь Цинцю устало прикрыл глаза веером. —…но признаю. Пауза. —Оправдания у них тогда действительно были впечатляющие. После этих мыслей у Вэй Цинвэя подозрительно дёрнулись плечи. Будто он тоже едва сдерживал смех. А Юэ Цинъюань медленно закрыл лицо рукой. Даже у Му Цинфана дрогнули уголки губ. Шан Цинхуа уже буквально бился в истерике от смеха. —НЕТ НУ ЭТО ЖЕ ПИЗДЕЦ—«Артефакт ошибся!» «Меч сломался!» «Такого не может быть!» ХАХАХАХ— У него уже дрожали плечи. Со стороны всё выглядело так, будто слова Ци Цинци довели бедного лорда Аньдина до слёз. Даже Му Цинфан начал поглядывать на него с беспокойством. Шэнь Цинцю устало прикрыл лицо веером. —Цинхуа. —Я НЕ МОГУ УСПОКОИТЬСЯ— —Смешно тебе? —ОЧЕНЬ. Шэнь Цинцю медленно прищурился. —Тогда давай я напомню… Пауза. —…на ком этот меч НЕ сработал. Шан Цинхуа: … В зале повисла мёртвая тишина. Абсолютная. Шан Цинхуа медленно перестал ржать. Очень медленно. А потом: —…Цинцю. —М? —Это был грязный приём. —Пф. Шэнь Цинцю лениво обмахнулся веером. —Забавно. Все считали меня распутным извращенцем. Пауза. —А ты вообще с демоном спал. Шан Цинхуа: ………… Вэй Цинвэй подавился воздухом. Му Цинфан резко закашлялся. Ци Цинци застыла с лицом человека, который только что услышал конец света. А Юэ Цинъюань медленно закрыл глаза рукой. Лю Цингэ же впервые за всё собрание выглядел так, будто реально не знает, как реагировать. Шан Цинхуа мысленно умер. Потом воскрес. И наконец обречённо выдохнул: —…ладно. Пауза. —Ты победил. Ещё пауза. —Я признаю своё поражение. Шэнь Цинцю довольно хмыкнул. А остальные пиковые лорды в этот момент окончательно потеряли способность понимать, что вообще происходит в их секте. Юэ Цинъюань закрыл лицо рукой. А Ци Цинци уже выглядела так, будто сейчас сама словит искажение ци. Шэнь Цинцю устало выдохнул. И при этом все “старательно” делали вид, что ничего не слышат. Ци Цинци наконец выдавила: — Ты…! Шэнь Цинцю лениво посмотрел на неё. — Пф. — Как будто слухи — самая большая проблема нашей секты. Он раскрыл веер. — И почему вас так интересует моя личная жизнь? Обязанности я выполняю. Так какая разница, куда я трачу свободное время? — Ты ещё спрашиваешь?! — вспыхнула Ци Цинци. — Домогаться учениц — это нормально?! Шан Цинхуа тут же мысленно фыркнул: —Пф. Сами лезут, а потом «это всё Шэнь Цинцю». Пауза. —Кстати. Что у тебя вообще с Нин Инъин? Во всех жизнях у вас какие-то странные отношения. На том суде она вообще чуть ли не рыдала. Шэнь Цинцю на секунду замолчал. А потом неожиданно спокойно ответил: —Ничего особенного. Она дочь одной проститутки из борделя. В зале стало очень тихо. —Её мать умирала после родов. Перед смертью сказала мне: «Доверяю её тебе. Позаботься о ней по старой дружбе.» Пауза. —И умерла. Шан Цинхуа резко притих. —…о. —Так что формально мы семья. Просто не по крови. Шэнь Цинцю раздражённо щёлкнул веером. —Кто ж знал, что во всех жизнях она вырастет настолько слабой и бесполезной. Хотя… Он слегка прищурился. —Наверное, пора это менять. Шан Цинхуа напрягся. —…я уже боюсь спрашивать. —Ничего такого. Просто перестану её опекать, а то расслабилась слишком. Потом ещё и я виноват остаюсь. В пизду это всё. В этот момент Ци Цинци выглядела так, будто у неё сейчас голова взорвётся. Шэнь Цинцю же вслух спокойно произнёс: — Повторюсь. Моя личная жизнь никого здесь не касается. Он перевёл взгляд на неё. — И где пострадавшие? Где свидетели? А доказательства? Или вы настолько недалёкие, что продолжаете верить пустым слухам? Пауза. — В таком случае это уже не моя проблема. Тишина. Абсолютная. Именно поэтому Юэ Цинъюань почти сразу вмешался: — …кхм. На этом закончим обсуждение личных вопросов. Очень быстрый перевод темы. Очень. Но мысли, услышанные сегодня… уже никуда не исчезнут. На этом собрание всё же закончилось. Шэнь Цинцю поднялся первым. Спокойно. Невозмутимо. Будто последние полчаса вообще ничего необычного не происходило. Он лениво сложил веер. — Раз больше важных вопросов нет, этот лорд возвращается на Цинцзин. Шан Цинхуа тут же вскочил следом: — А! Тогда и я пойду! И уже выходя из зала— —Бля, Цинцю, я щас снова вспомнил тот меч— —…заткнись. —Нет ну серьёзно, лицо того старейшины было просто бесценно— —Шан Цинхуа. —Ладно-ладно, молчу! Оба скрылись за дверями. И только после этого в зале наконец повисла тяжёлая тишина. Очень тяжёлая. Ци Цинци первой раздражённо выдохнула: — Я отказываюсь понимать, как разговор вообще свернул в ЭТО. Вэй Цинвэй кашлянул в кулак. — Если честно… меня больше волнует другое. — То, что слухи снова оказались ложью? — тихо спросил Му Цинфан. Тот кивнул. — Получается… всё это время мы даже не пытались проверить хоть что-то. Ци Цинци нахмурилась: — Но как тут проверишь? Про него постоянно ходили слухи. Лю Цингэ холодно посмотрел в её сторону. — И кто чаще всех их распространял? — Ты— Она осеклась. Потому что спорить сейчас было как-то… неловко. Му Цинфан тихо выдохнул: — Если подумать… Шэнь-шисюн ведь ни разу не пытался оправдаться. Даже когда речь шла о действительно серьёзных обвинениях. Юэ Цинъюань прикрыл глаза. Потому что прекрасно знал ответ. “Потому что он давно перестал верить, что кто-то станет слушать.” Но вслух ничего не сказал. Вэй Цинвэй нервно усмехнулся: — Хотя история с мечом всё ещё звучит безумно. Ци Цинци тут же вспыхнула: — Нет, ну это вообще уже— — Но ведь они сами говорили, — перебил Лю Цингэ. — Им проще было решить, что артефакт ошибся, чем признать собственную неправоту. Тишина. Очень неловкая. Потому что…это действительно звучало как что-то, что они могли сделать. Му Цинфан задумчиво опустил взгляд: — Меня больше беспокоит другое. Он говорил о борделе как о доме. Пауза. — А о Цанцюн… как о месте, к которому давно потерял привязанность. После этих слов даже Ци Цинци замолчала. Юэ Цинъюань медленно сжал пальцы в рукаве. А Лю Цингэ вдруг тихо произнёс: — …и всё равно он раз за разом пытался нас спасти. Тишина снова накрыла зал. Потому что никто не мог понять—как человек, настолько разочаровавшийся во всём вокруг…всё ещё продолжал возвращаться и пытаться что-то изменить.