Двенадцать жизней

Второй год без Ло Бинхе. К вечеру второго месяца осени Цюндин наконец не выдержал. После очередного собрания Юэ Цинъюань устало потёр переносицу и произнёс: — В уезде Хэйшуй снова пропали люди. Вэй Цинвэй лениво откинулся назад: — И снова хотят свалить всё на демонов. — На этот раз не без причины, — спокойно ответил Юэ. — Тела находят в лесу без крови и… без внутренних органов. Ци Цинци поморщилась: — Какая мерзость. Му Цинфан задумчиво добавил: — Если судить по описанию ран, существо крупное. И очень сильное скорее всего. — Поэтому, — Юэ перевёл взгляд сначала на Лю Цингэ, потом на Шэнь Цинцю, — вы отправитесь вместе. Тишина. Вэй Цинвэй аж приподнял брови. Потому что ещё пару лет назад такая фраза звучала бы как: «Я хочу устроить катастрофу.» Но сейчас… Лю Цингэ лишь коротко кивнул: — Мг. Шэнь Цинцю лениво раскрыл веер. — Значит, этот глава секты решил совместить грубую силу и интеллект? — Именно, — невозмутимо ответил Юэ. — Какая честь. — И это не обсуждается. — Пф. Но спорить он всё равно не стал. И это почему-то удивило вообще всех присутствующих. Даже самого Шэнь Цинцю. Похоже он и правда начал мириться с существованием Лю Цинге рядом с собой. — С каждым годом вы всё больше напоминаете нормальных людей, — внезапно пробормотал Шан Цинхуа по духовной сети. — Ужасное оскорбление. — Нет, я серьёзно! Раньше вас бы в одной миссии никто не запер добровольно! Ну или вы хотя бы начали спорить и все тут разнесли бы. — Значит глава секты окончательно отчаялся. — Или просто очень хочет избавиться сразу от двух проблем. Шэнь Цинцю тихо фыркнул. Лю Цингэ рядом даже не посмотрел в его сторону. Но, судя по едва заметно дёрнувшейся брови…Он всё слышал. Остальные же лорды продолжали делать вид, что они ничего не слышат.

***

До уезда Хэйшуй они добрались уже под вечер. Место оказалось неприятным. Слишком тихим и сырым, а лес вокруг деревни был густым, старым и каким-то… давящим. Местные жители встретили их почти как спасителей. Особенно когда увидели зеленые одежды Цинцзина и белые одежды Байчжаня. Староста дрожащим голосом рассказывал: — Оно появляется ночью… огромная тень… кто-то говорит — змей, кто-то — человек, а кто-то, что во всем виноваты какие-то щупальца… а потом люди исчезают…Уходят в лес и пропадают. А если и находит, то только пустую оболочку без органов и крови… — И где обычно находите тела? — спокойно спросил Шэнь Цинцю. Старик побледнел. — На деревьях повешенными.. Лю Цингэ нахмурился. — Покажите. Но старик отказался. Потому что из-за темноты они все равно ничего не увидели бы. Так что им пришлось отправиться в ближайшую гостиницу и ждать утра. Комнаты, к счастью, оказались отдельными. Иначе Шэнь Цинцю бы точно решил, что это личная месть главы секты. — Ну как романтическая миссия? — тут же влез Шан Цинхуа. — Если ты сейчас не заткнёшься, я лично прилечу и выброшу тебя с Цюндина. — Ой, да ладно тебе. Вы буквально вдвоём поехали в далёкую деревню разбираться с таинственным монстром. Это начало половины плохих сюжетов. — Тогда хорошо, что мы живём в ещё худшем. На следующее утро они почти сразу же ушли в лес. Старейшина деревни отказался заходить туда даже с заклинателями, так что им пришлось бродить в поисках хотя бы чего-то. Следы действительно были. Сломанные ветви, демоническая Ци и где-то даже кровь. Очень много старой крови. Чем дальше они заходили, тем тяжелее становился воздух. В какой-то момент даже пение птиц прекратилось. В итоге след привёл их к пещере в глубине скал. Внутри было темно и сыро. Лю Цингэ уже положил руку на Чэнлуань. Шэнь Цинцю медленно осмотрелся и почти сразу почувствовал знакомую Ци. Очень знакомую. Тихий шорох, а потом… из темноты медленно показалось нечто огромное. Длинное змеиное тело, чешуя и человеческий силуэт сверху. Существо выглядело особенно жутко в полумраке пещеры. Лю Цингэ мгновенно вытащил меч. Чэнлуань вспыхнул голубым светом, но в ту же секунду веер Шэнь Цинцю мягко ударил по лезвию, отводя его в сторону. — Не надо. Лю Цингэ резко повернулся: — Это демон. — Мг. — И ты предлагаешь оставить его в живых? Шэнь Цинцю спокойно посмотрел на существо в глубине пещеры. В прошлых жизнях он часто с ним пересекался и каждый раз встречи бывали разные. Иногда на миссии, иногда в поисках ответов Шень просто бродил по лесам и натыкался на него. Потому и запомнил эту Ци и внешность. Это был Чжучжи-лан. Тот в свою очередь просто смотрел снизу вверх на заклинателей в ожидании удара. — Он не тот, кого мы ищем, — наконец произнёс Шэнь Цинцю. Лю Цингэ нахмурился ещё сильнее. — Откуда ты знаешь? — Потому что он не убивает людей ради развлечения. — Демон есть демон. — Пф. Тогда половину заклинателей тоже можно перебить. Тишина. Чжучжи-лан чуть заметно дёрнулся будто не ожидал услышать такое. Шэнь Цинцю тем временем спокойно достал из рукава небольшой свёрток с несколькими баночками с мазями. После чего просто положил всё у входа в пещеру. Лю Цингэ молча наблюдал за этим всё более странным взглядом. — Ты его знаешь? — Видел раньше. — Где? — Не важно. Он не несет никакой угрозы никому. Насколько мне известно он обитал тут уже очень давно и до этого жалоб не поступало. Так что это не тот кого мы ищем. Лю Цингэ даже не дрогнул. Только устало выдохнул: — Ладно, раз ты так говоришь, значит он действительно не нес угрозы. — Мгм. Чжучжи-лан всё ещё молчал, но когда они уже собирались уходить…из глубины пещеры вдруг очень тихо раздалось: — …Спасибо. Шэнь Цинцю даже не обернулся. Только лениво махнул веером. — Не сдохни тут. И после этого они с Лю Цингэ вышли обратно в лес. А тот ещё долго смотрел вслед двум удаляющимся фигурам. В итоге поиски нужного им демона продолжились. Бродя по лесу уже второй час они вдруг увидели вдалеке какие-то странные белые фигуры. Что-то им подсказывало, что это именно то, что они ищут. И подойдя уже ближе, сомнений не осталось. Это действительно было место трапезы того демона. Эти фигуры на деревьях — пропавшие люди из деревни. Они висели привязанные к веткам чем-то темным, казалось, что даже как-то по кругу. А по центру всего этого находилось поле. В этом месте деревья настолько плотно стояли, что света солнца почти не было видно. Даже само поле выглядело каким-то слишком темным, хотя по логике свет должен туда попадать. Ещё туман, стелющийся почти по земле и тела... все это создавало очень жуткую картину.  Слишком много тел. Некоторые уже высохшие, почти пустые внутри. Некоторые ещё совсем свежие и с них медленно капала кровь. Тела висели на ветвях деревьев, покачиваясь от ветра, будто кто-то специально развесил их вокруг поляны. Шэнь Цинцю медленно осматривался, стоя перед полем. — Похоже на логово. Лю Цингэ коротко кивнул. — Мг. Свет на поляну почти не попадал и они так долго искали это место, что уже вечерело.  Поэтому никто из них не сразу заметил, что тела висят почти идеальным кругом. Пока Шэнь Цинцю шел по полю, Лю Цинге осматривал к чему крепятся эти тела и оба начинали хмуриться. Что-то было не так. Шень шел и вдруг понял, что слегка проваливается ниже. Он уже хотел отлететь назад, но что-то схватило его за ногу. То самое нечто медленно закручивала свои щупальца вверх. Похоже это было не поле, а болото. И тот самый демон скрывался где-то внизу. Шэнь Цинцю мгновенно попытался оттолкнуться мечом и вытащить себя, но вязкая тёмная жижа только сильнее потянула вниз. В это время Лю Цинге уже понял, что все тела обмотаны чем-то напоминающим щупальца, которые уходя вниз в землю. — Лю Цингэ! Тот сразу обернулся. — Не подходи сюда. Тут что-то вроде зыбучих песков или болота. Лю уже заметил, но ещё он заметил другое. Что-то длинное и тёмное медленно обвивало ногу Шэнь Цинцю под поверхностью воды. Щупальце. Шэнь Цинцю же пытался разрезать это нечто. Его лицо перекосило от раздражения. — Какая мерзость. Он резко взмахнул мечом, пытаясь отсечь тварь. Вода вспенилась, но другие щупальца только сильнее дёрнули вниз. А сзади медленно начали выползать другие. И в следующую секунду Лю Цингэ уже оказался рядом. Чэньлуань вспыхнул ярким светом. Одним движением он отсёк тёмную дрянь, а второй рукой схватил Шэнь Цинцю за запястье и буквально дёрнул в сторону подальше от болота. — Держись подальше оттуда. — Этот Шэнь и без тебя— В этот момент вода вокруг них взорвалась. Сразу несколько щупалец вылетели наружу. Огромные, скользкие и покрытые шипами. Лю Цингэ мгновенно развернул меч. — Назад. Они отлетели к деревьям как раз вовремя — одно из щупалец с грохотом ударило туда, где они стояли секунду назад. Шэнь Цинцю тихо цыкнул. — Вот теперь это уже раздражает. Из болота послышался низкий хрип. Что-то огромное двигалось под водой, а потом щупальца рванули на них сразу со всех сторон. Лю Цингэ даже не дрогнул. Чэньлуань рассёк первое, второе, третье. Шэнь Цинцю прикрывал его со стороны веером и листьями, разрезая щупальца тонкими потоками Ци. Параллельно с этим он также отбивался своим мечом. Они двигались слаженно. Каждый прикрывал спину другому стоя плечом к плечу. Щупальца падали в воду одно за другим, но тварь становилась только агрессивнее. В какой-то момент одно из них резко вылетело сбоку. Шэнь Цинцю не успел увернуться полностью. Удар пришёлся прямо в левое плечо и его отбросило назад. Он с глухим звуком врезался в дерево и тяжело рухнул на землю. Воздух выбило из лёгких. Перед глазами на секунду потемнело, а щупальце уже летело прямо к нему. Шэнь Цинцю успел только понять, что к нему летит щупальце и поднять меч— Но Чэньлуань вспыхнул раньше. Лю Цингэ влетел между ними и одним ударом отсёк тварь. Брызнула чёрная вязкая жидкость. — Ты— Шэнь Цинцю не договорил. Потому что болото вдруг взорвалось полностью. Наружу наконец вылезло само чудовище. Огромная туша похожая на гибрид осьминога и кальмара. С пастью, полной мелких зубов и десятками щупалец вместо нижней части тела. Даже Шэнь Цинцю поморщился. — Какая уродливая вещь. Лю Цингэ уже рванул вперёд без лишних слов. Чэньлуань вспыхнул так ярко, что на секунду осветил весь лес. Тварь завизжала и ударила всеми щупальцами одновременно. Шэнь Цинцю тут же подключился, рассекая часть атак листьями и мечом, пока Лю пробивался ближе. И в какой-то момент…Чэньлуань вошёл прямо в голову чудовища. Раздался отвратительный треск. Тварь задёргалась, но даже умирая, успела ударить. Последнее щупальце резко метнулось где-то сзади. Слишком быстро. Шэнь Цинцю не успевал, прошлый удар затормозил его. И Лю Цингэ снова оказался быстрее. Он успел отбить удар, но шипастое щупальце всё равно полоснуло его по груди. Кровь мгновенно пропитала одежду. Тварь наконец рухнула обратно в болото уже полностью мертвым. Тишина. Слышно только тяжёлое дыхание Лю Цинге. Шэнь Цинцю резко поднялся и начал подходить к нему. — Лю Цингэ. Тот развернулся и посмотрел на него. Он уже хотел подойти как перед глазами начало слегка темнеть. — Пустяки. — У тебя — — Живой же. Шэнь Цинцю уже хотел привычно съязвить в ответ. Но вдруг заметил, как Лю слегка качнуло. Тот нахмурился. Пальцы на рукояти меча дрогнули. — …Яд. Шэнь Цинцю резко выругался. Тварь оказалась парализующей. Лю сделал ещё шаг и просто рухнул бы вперёд, если бы Шэнь Цинцю не успел его поймать. — Лю Цингэ! Ответа не было, только тяжёлое дыхание. Шэнь Цинцю раздражённо цыкнул. — Какой бесполезный. Но голос прозвучал слишком тихо для настоящего раздражения. В итоге обратно до деревни он тащил Лю Цингэ почти на себе. Держа его руку через свое плечо, а второй рукой за талию. Ночью улицы были пустыми. Никто не заметил, как они вернулись в гостиницу. Дверь комнаты с грохотом закрылась. Шэнь Цинцю едва удержал на себе вес Лю Цингэ, когда тот в очередной раз потерял остатки сил и практически рухнул ему на плечо. — Да чтоб тебя… Он с трудом дотащил его до кровати и почти уронил сверху. Тяжелый, очень тяжелый. — Ты вообще из чего сделан?.. Лю Цингэ естественно не ответил. Яд той твари действовал слишком быстро. Хотя большую часть удара он смог отразить, Шэнь всё равно видел, как кожа вокруг раны уже начала темнеть. И рана была… неприятной. Когти осьминога распороли одежду почти полностью, оставив длинный глубокий порез поперек груди. Кровь уже успела пропитать нижние слои ткани. Шэнь Цинцю раздраженно щелкнул языком. — Вечно лезешь под удар. Он потянулся к поясу Лю Цингэ, быстро развязывая ремни и слои одежды. Мокрая от крови ткань неприятно липла к коже. Пришлось буквально стаскивать одежду силой. Когда верхние одежды наконец соскользнули вбок, Шэнь на мгновение замер. …Ну. Вообще-то он и раньше видел Лю Цингэ без верхней одежды. Во время тренировок, после боев, но сейчас почему-то это ощущалось иначе. Может потому что в комнате было слишком тихо. Может потому что Лю был без сознания и впервые за долгое время выглядел… не опасным. Просто человеком. Шэнь раздраженно отвел взгляд. — Боже. Нашел о чем думать. Он быстро смыл кровь теплой водой. Провел пальцами вдоль раны, осторожно проверяя глубину. Лю Цингэ даже без сознания слегка нахмурился. — Терпи. Хотя говорить это человеку без сознания было довольно бессмысленно. Шэнь достал лекарства и начал обрабатывать порез. Яд уже успел проникнуть глубже, чем ему хотелось бы. — Отлично. Просто замечательно. Он влил немного собственной Ци прямо в область раны, стараясь замедлить распространение яда. На висках тут же выступил холодный пот. После боя сил почти не осталось, но хотя бы дыхание Лю стало спокойнее. Шэнь выдохнул и начал перебинтовывать грудь. Широкие белые бинты постепенно скрыли рану и часть чужого торса. Почему-то именно это заставило его почувствовать странное облегчение. — Вот и лежи теперь спокойно. Только сейчас он заметил, что собственное плечо неприятно жжет. Тварь всё-таки задела его тогда, когда отбрасывала. Не сильно, скорее царапина. Но, судя по легкому онемению руки, яд всё-таки попал. Его было немного, но с постоянными травмами и поломанными меридианами Шень Цинцю заметно ощутил подступающую усталость. — Да вы издеваетесь… Шэнь кое-как обработал свою рану одной рукой. Двигаться становилось всё тяжелее. Комната слегка плыла перед глазами. Он уже не был уверен, что попадает туда куда надо. Он хотел только ненадолго сесть и просто перевести дыхание. Шэнь опустился на пол рядом с кроватью и устало прислонился к ней плечом. Голова гудела, тело ломило от усталости. Дождь за окном становился всё сильнее. Он прикрыл глаза буквально на секунду. А потом, сам того не заметив, медленно наклонился вперед, уткнувшись лбом в край кровати рядом с рукой Лю Цингэ. Так и уснул. Полусидя на полу под шум дождя и чужое ровное дыхание совсем рядом.

***

Утро наступило слишком быстро. Первое, что почувствовал Лю Цингэ — тупую тяжесть в груди. Второе — запах лекарств. Третье…что ему подозрительно удобно. Он медленно открыл глаза. Потолок гостиницы, тусклый свет из окна. Шум дождя, который, кажется, шел почти всю ночь и уже начал заканчиваться. Лю нахмурился. А потом осторожно приподнялся — и только сейчас заметил бинты, туго стягивающие грудь под распахнутыми одеждами. Он замер. Память начала медленно возвращаться. Последнее что он помнит это то, как закрыл Шень Цинцю от удара, а потом боль и все. Лю резко перевел взгляд в сторону и увидел его. Шэнь Цинцю спал прямо возле кровати. Полусидя на полу и уткнувшись головой в край матраса. Причем настолько близко, что правая рука Лю почти касалась его волос. Длинные темные пряди растрепались. Веер валялся рядом. Одежда всё ещё была слегка испачкана грязью и кровью после боя. Лю несколько секунд просто молча смотрел на него. Странный человек. Сам еле стоит на ногах, но всё равно тащит раненого через полдеревни. Вечно кричит всем, что предаст и бросит при первой же возможности, но не делает этого. Лечит, обрабатывает раны, а потом засыпает прямо на полу рядом с кроватью, будто это вообще нормально. В этот момент Шэнь Цинцю слегка нахмурился во сне. А потом лениво произнес, даже не открывая глаз: — Хватит так пялиться. Лю Цингэ аж слегка дернулся. — Ты не спал? — Спал. Шэнь наконец приоткрыл глаза. — Но твой взгляд раздражающий. Лю хмыкнул. — Ты уснул сидя на полу. — И? — Шея потом болеть будет. — Какая трогательная забота. Шэнь Цинцю устало потер глаза и наконец нормально поднял голову. Лю тем временем внимательно посмотрел на бинты у себя на груди. — Что произошло после боя? Шэнь лениво махнул рукой. — Да ничего особенного. Ты потерял сознание почти сразу. Пришлось тащить тебя сюда. — Ты обработал рану? — А по твоему кто ещё? — Мгм. — Не делай такое лицо. Не умер же. Лю коротко хмыкнул. А потом его взгляд вдруг остановился на плече Шэнь Цинцю. Ткань была слегка пропитана кровью. Совсем немного. — Тебя тоже задело. Шэнь почти незаметно цыкнул. — Пустяки. — Покажи. — Нет. — Шэнь Цинцю. — Лю Цингэ. Несколько секунд они просто молча смотрели друг на друга. Потом Лю спокойно произнес: — Яд был усыпляющий. — И? — Значит если тебя клонит в сон — это не просто усталость. Шэнь раздраженно выдохнул. — Какой же ты занудный. — Покажи плечо. — Ты вообще слышал всё что я сказал? — Да. — И? — Покажи. Шэнь Цинцю уставился на него так, будто всерьез рассматривал вариант придушить человека веером. Но плечо действительно неприятно ныло. Да и спорить сейчас было слишком лень. Поэтому спустя почти минуту молчания он всё-таки раздраженно дернул ворот одежд. — Только попробуй сказать что-нибудь тупое. Лю ничего не ответил. Просто пододвинулся ближе и осторожно убрал ткань с плеча. Рана оказалась неглубокой. Несколько царапин от щупальца, но края уже слегка потемнели от яда. Лю нахмурился. — Ты вообще нормально её обработал? — Был занят тем, чтобы один идиот не сдох от яда. На это Лю только хмыкнул. Он спокойно взял рядом лежащие лекарства и начал обрабатывать рану. Очень осторожно, слишком осторожно для Лю Цингэ. Шэнь какое-то время молча наблюдал за ним. А потом всё же фыркнул: — Не думал, что ты когда-нибудь научишься лечить людей. — Му Цинфан заставлял. Да и на миссиях приходилось научиться. — Соболезную. Лю проверил пульс, потом осторожно провел пальцами вдоль плеча, оценивая насколько распространился яд. — Ничего серьезного. — Я и без тебя знаю. — Тогда зачем спорил? — Потому что ты раздражающий. Лю неожиданно усмехнулся. Совсем слабо, но Шэнь это заметил. И почему-то это вдруг ощущалось страннее всего. Вот так сидеть в номере и обрабатывать друг другу раны. Он невольно отвел взгляд в сторону. Когда с обработкой наконец закончили, они молча привели себя в порядок. Лю снова надел верхние одежды, стараясь не задевать бинты. Шэнь поправил волосы и привычно раскрыл веер, будто вообще ничего не произошло. Затем использовал свою технику скрывающую грязь и кровь. А потом они спустились вниз. Жители деревни уже ждали их снаружи. Когда им сообщили, что тварь уничтожена, некоторые люди буквально расплакались от облегчения. Шэнь Цинцю только лениво отвернулся, явно не зная, что делать с чужой благодарностью. Лю Цингэ же спокойно объяснил, что в лес пока лучше не ходить ближайшие дни. И только когда они уже собирались уходить дальше, одна пожилая женщина вдруг сунула Шэнь Цинцю в руки небольшой сверток с едой. Тот замер так, будто ему попытались вручить ядовитую змею. — …Что это. — Благодарность, господин заклинатель. Шэнь Цинцю выглядел так, словно хотел отказаться, но женщина уже поспешно ушла. Лю Цингэ рядом тихо хмыкнул. — Доблестный герой. Шэнь тут же смерил его убийственным взглядом. — Еще слово — и я скормлю тебе этот сверток вместе с тканью. После этого они наконец поднялись на мечи. Утренний ветер оказался холодным. Некоторое время они летели молча. Был слышен только свист воздуха и как ткани их одежд развиваются на ветру. Шэнь Цинцю лениво обмахивался веером, будто они не провели полночи среди болотной дряни и ядовитых щупалец. Хотя плечо всё ещё неприятно ныло. Да и слабость после яда ощущалась мерзко, но в целом терпимо. Лю Цингэ летел чуть впереди. В какой-то момент он всё-таки нарушил тишину: — В следующий раз смотри внимательнее. Шэнь Цинцю лениво приподнял бровь. — Это говорит человек, который сам полез под удар? — Я тебя защищал. — Пф. Шэнь Цинцю даже веер не опустил. — Не стоило. Лю нахмурился. — Что значит “не стоило”? — То и значит. Этот Шэнь прекрасно справляется сам. — Да? А кто вечно валяется у Му Цинфана полу живой? — А кто вообще первым потерял сознание вчера? Лю цыкнул. — Если бы я не закрыл тебя— — Я бы увернулся. — Щупальце двигалось быстрее. — Всё равно увернулся бы. Лю Цингэ повернул голову и посмотрел на него тем самым взглядом, который обычно означал: “хватит нести чушь”. Но Шэнь Цинцю лишь лениво раскрыл веер шире. — И вообще. Не люблю, когда люди лезут меня защищать. Постарайся больше так не делать. — Потому что считаешь это слабостью? — Потому что это раздражает. — Тебя раздражает забота? — Меня раздражают люди, которые думают, что я нуждаюсь в помощи. Лю некоторое время молчал. Потом спокойно произнёс: — Ты иногда ведёшь себя так, будто помощь — это что-то унизительное. Шэнь Цинцю тихо фыркнул. — Потому что обычно за помощь приходится платить. На это Лю уже ничего не ответил. Только слегка нахмурился будто хотел что-то сказать. Но передумал. Остаток пути они снова летели молча. И почему-то эта тишина уже не казалась настолько неловкой. Когда впереди наконец показался пик Цяньцао, Шэнь Цинцю уже собирался спокойно свернуть к своему пику…как вдруг Лю Цингэ резко схватил его за рукав. Шэнь аж дёрнул бровью. — …Ты что творишь. — Идём. — Куда. — К Му Цинфану. — Нет. — Да. — Этот Шэнь прекрасно себя чувствует. — Проверим. — Меня всего лишь слегка задело. — Но яд же все равно попал. — И что? — Ты всю ночь провалялся на полу. Шэнь Цинцю раздражённо прищурился. — Какая надоедливая женщина. — Переживёшь. И всё. Никаких объяснений. Лю Цингэ просто потащил его дальше за рукав через весь пик Цяньцао. Шэнь Цинцю искренне был в шоке от подобной наглости. Его, лорда пика, тащат куда-то как проблемного ученика. — Лю Цингэ. — Мг. — Ты сейчас растаптываешь достоинство этого лорда. — Оно у тебя слишком хрупкое. — Хам. Но вырываться он всё-таки не стал. Во-первых — лень. Во-вторых…тело и правда всё ещё слегка вело после яда. Поэтому спустя несколько минут они уже вошли в павильон Му Цинфана. Му как раз перебирал лекарства. Поднял голову на открывшуюся дверь и увидел их. Замер. — …Вы уже вернулись? Потом взгляд опустился ниже. На порванную одежду Лю Цингэ, кровь, подозрительно недовольного Шэнь Цинцю, которого всё ещё держали за рукав. Му мгновенно нахмурился. — Что произошло? Лю спокойно ответил: — Демоническая тварь. Возможно ядовитые щупальца. — Вас ранило? — Его, — одновременно сказал Шэнь Цинцю. — Нас обоих, — одновременно сказал Лю. Му устало прикрыл глаза. — Сначала вы, Лю-шисюн. Лю спокойно снял верхние одежды и сел. Шэнь Цинцю тут же устроился как можно дальше с максимально равнодушным видом. Стараясь не смотреть на них вовсе. Будто вообще случайно здесь оказался. Му внимательно осмотрел глубокую рану на груди Лю Цингэ. И почти сразу слегка удивлённо нахмурился. Рана была обработана слишком хорошо. Очень аккуратно, чисто, даже обошлось без воспалений. Му провёл пальцами вдоль уже очищенного пореза. — Кто обрабатывал? — Шэнь Цинцю. Му моргнул и очень медленно повернулся к Шеню. Шэнь Цинцю даже головы не поднял. — Что. Му ещё раз посмотрел на рану. Потом снова на Шэня. — Шисюн… где вы вообще так научились? — Этот Шэнь просто много читает. — Это уже уровень хорошего лекаря. — Пф. Не преувеличивайте. Лю Цингэ рядом чуть заметно хмыкнул. Му ещё несколько секунд подозрительно смотрел на Шэнь Цинцю, но всё же продолжил осмотр. — Яд не опасный. Просто сильное снотворное и лёгкий паралич мышц. Через пару дней пройдёт. Шэнь Цинцю тут же лениво поднялся. — Прекрасно. Тогда этот Шэнь уходит. — Стоять. — … Му тяжело вздохнул. — Шисюн, хотя бы дайте посмотреть рану. — Там царапина. — Царапина с ядом. — Уже почти прошла. — Шисюн. Шэнь Цинцю раздражённо закатил глаза, но всё же нехотя отодвинул ткань на плече. Му быстро осмотрел рану. — Ничего серьёзного, — наконец признал Му. Шэнь Цинцю тут же победно хмыкнул. — Вот видишь. — Но отдых вам всё равно нужен. Учитывая как часто вы попадали под удары ранее. — Нет. — Да. — Этот Шэнь— Договорить он не успел. Потому что в этот момент в павильон заглянул Шан Цинхуа. Увидел их и замер. Потом очень медленно перевёл взгляд с Му Цинфана на Шэнь Цинцю. И искренне был в шоке. — …Мне кажется или я умер. Шэнь Цинцю даже не поднял головы. — К сожалению нет. — Нет, подождите. Шан зашёл внутрь, всё ещё глядя на него с глубочайшим недоверием. — Шэнь Цинцю. Ты. Добровольно. Стоишь у Му Цинфана? И даже в сознании ?! Пауза. — Мир точно скоро рухнет. — Завались. — Нет серьёзно. Что произошло? Кто вас проклял? Лю Цингэ спокойно ответил: — Ядовитая тварь. Шан мгновенно оживился. — Оооо. Так вот почему. Потом прищурился. — Хотя нет. Всё равно не объясняет, почему Шэнь Цинцю добровольно остался на пике Цяньцао. — Меня сюда притащили. — За рукав, — спокойно уточнил Лю. Шан Цинхуа застыл. Медленно посмотрел на Лю, потом на Шэня и вдруг согнулся пополам от смеха. — О БОЖЕ. ТЕБЯ ЧТО, РЕАЛЬНО ТАЩИЛИ СЮДА КАК УЧЕНИКА?! Шэнь Цинцю опасно сощурился. — Шан Цинхуа. — Нет, подожди, я должен это представить… — Шан Цинхуа. — Лю Цингэ, ты буквально привёл его к врачу?! — Потому что он бы сам не пришёл. — АХАХАХАХА— Веер прилетел Шану прямо в лицо. — Ай! Ну чего сразу драться!? — Потому что ты шумный. — Нет, подожди… ахахаха… я просто не могу это представить… Лю Цингэ реально привёл тебя к Му Цинфану как больного ученика… Шэнь Цинцю холодно фыркнул. — А ты сам чего тут забыл? Шан тут же выпрямился. Очень подозрительно. — …Мимо проходил. Му Цинфан молча посмотрел на него. Потом на свёрток с лекарствами у него в руках. Потом снова на него. Шан Цинхуа мгновенно напрягся. — Это не то, о чём вы подумали. — Тогда почему вы выглядите виноватым? — спокойно спросил Му. — Потому что у вас лицо страшное, когда вы так смотрите. Шэнь Цинцю лениво раскрыл веер. — Ха. — Не смей ржать! Ты вообще добровольно пришёл к Му Цинфану! Это куда страшнее! — Меня притащили. Это было не добровольно. Шан Цинхуа замер на секунду. А потом снова начал ржать. — О БОЖЕ. НЕТ. Я НЕ МОГУ. Лю Цингэ, ты буквально привёл его сюда силой?! — Потому что иначе он бы сбежал. — Пф. Этот Шэнь прекрасно себя чувствует. Му Цинфан устало потёр переносицу. — Именно поэтому у вас рукав в крови? — Это незначительно. — Шисюн. — Му-шиди. — Вы ужасный пациент. — А вы слишком драматизируете. Му Цинфан закончил убирать лекарства и вдруг спокойно добавил: — Кстати, шисюн. Вы стали слишком редко появляться на осмотрах. Шэнь Цинцю аж бровью дёрнул. — Потому что этот Шэнь прекрасно себя чувствует. — Именно поэтому мне приходится передавать вам лекарства через Лю Цингэ? Шан Цинхуа мгновенно оживился. — ХАХАХА. Лох. Шэнь Цинцю медленно повернул к нему голову. — Завались. — А я ведь всегда говорил, что надо быть максимально жалким и незаметным. Хорошо, что Му-шиди про меня вообще забыл. Я к нему уже месяц не хожу. Му Цинфан очень медленно посмотрел уже на него. — И вас это тоже касается, Шан-шиди. Шан застыл. — …А? — Вы тоже несколько месяцев не появляетесь. Повисла тишина. Шан Цинхуа медленно побледнел. — Твою мать. Шэнь Цинцю рядом откровенно наслаждался происходящим. — Ха. Твоя техника тоже не работает. — От Му вообще ничего не скрыть! Он что, мысли читать умеет?! Му устало вздохнул. — Вы оба. Постарайтесь чаще ко мне заходить. Шан тут же натянул улыбку: — Ахаха… конечно! Я обязательно зайду! Скоро! Очень скоро! — Пиздишь, — лениво заметил Шэнь Цинцю. — Ну да, как и ты. Лю Цингэ молча наблюдал за этим уже с каким-то обречённым спокойствием. Му Цинфан тем временем поставил на стол несколько баночек с лекарствами. — В любом случае. Раз уж вы оба здесь — возьмите лекарства. — Этот Шэнь— — И приходите на нормальные осмотры добровольно. Шэнь Цинцю лениво закрыл веер. — Этот Шэнь не настолько слаб— — Будешь снова пропускать — я лично притащу тебя сюда на руках, — спокойно перебил Лю Цингэ. Повисла тишина, а Шан Цинхуа аж засиял. — О БОЖЕ. ШЭНЬ, СБЕГИ ПОЖАЛУЙСТА. Я ХОЧУ НА ЭТО ПОСМОТРЕТЬ. Шэнь Цинцю медленно повернул голову к Лю Цингэ. — Какой ужас и позор. — Это чтобы ты точно не сбежал. — Сбегии, — уже почти задыхался от смеха Шан. Шэнь Цинцю опасно сощурился. — Шан Цинхуа. — Мг? — Я правда однажды тебя убью. — Да-да. В очередь встань. Му Цинфан тихо прикрыл глаза рукой. А Лю Цингэ неожиданно очень слабо усмехнулся. Наблюдать за общением этих двух это отдельный вид цирка. И почему-то хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось.

***

Весь их пик действительно изменился. После падения Ло Бинхе все начало снова медленно налаживаться. Не резко, но достаточно чтобы заметить. По утрам Цинцзин больше не напоминал кладбище нервных учеников и орущего Мин Фаня. Теперь по дорожкам между бамбуком спокойно ходили ученики с книгами, кто-то тренировался с мечами прямо во дворе. Та трагедия на Конференции уже начинала потихоньку забываться. Нин Инъин больше не висела хвостом ни за кем. После падения Ло Бинхэ она неожиданно… выросла. Сначала было много слёз. Очень много. Шан Цинхуа тогда вообще сказал, что такими темпами Цинцзин скоро утонет, но со временем всё изменилось. Теперь Нин Инъин тренировалась даже больше Мин Фаня. Начала думать своей головой, стала собраннее, сильнее. И, к удивлению вообще всех, ученики действительно начали воспринимать её всерьёз. Совместные тренировки Байчжаня и Цинцзина тоже давали результаты. Теперь ученики Байчжаня перестали считать Цинцзин “сборищем книжных духов”, а ученики Цинцзина наконец поняли, что байчжаньцы умеют не только ломать стены головой. Даже сам Лю Цингэ продолжил появляться на Цинцзине настолько часто, что ученики уже почти перестали нервно прятаться по кустам при виде Чэнлуаня. Почти. Шэнь Цинцю сделал глоток чая. — Ну нихуя себе. Он даже не дёрнулся. — Шан Цинхуа. — Я просто в ахуе. Ты сидишь спокойный, ученики тоже спокойные. Лю Цингэ ходит по Цинцзину как к себе домой. Что дальше? Вы начнёте вместе чай пить и перестанете драться вовсе? — Мы уже пили. Повисла мёртвая тишина. А потом: — ЧТО?! Шэнь Цинцю поморщился. — Не ори. — Ты пил чай с Лю Цингэ?! Добровольно?! — Этот Шэнь не настолько жалок, чтобы устраивать трагедию из чашки чая. — Нет, это я сейчас устрою трагедию! Шэнь Цинцю лениво прикрыл глаза. Иногда ему казалось, что главная причина всех его проблем — это существование Шан Цинхуа. Причём во всех жизнях подряд. Снизу послышались шаги. Мин Фань поднялся по лестнице и остановился перед ним. — Шицзунь. Сегодня у вас собрание. — Мг. — И… Лю-шибо попросил вам напомнить о нем. — Конечно пришёл, — тут же вклинился Шан. — Он теперь твой личный надзиратель от Му Цинфана. — Завались. Шэнь Цинцю спокойно поднялся. Бамбук тихо шелестел от ветра. Секта действительно стала другой. Ученики меньше боялись, лорды реже ругались, на пиках стало… теплее. Это раздражало. Очень. Потому что Шэнь Цинцю слишком хорошо знал, что ничего хорошего не длится вечно. Особенно в их случае. Когда он вошёл в зал собраний, внутри уже сидели почти все. Вэй Цинвэй о чём-то спорил с Ци Цинци. Му Цинфан спокойно пил чай. Юэ Цинъюань выглядел непривычно расслабленным. А Лю Цингэ…как обычно сидел молча. Шэнь Цинцю сел на своё место. И почти сразу услышал: — Бля, вы реально теперь как нормальные люди выглядите. — Это оскорбление? — Это наблюдение. Юэ Цинъюань мягко улыбнулся: — Раз все собрались, начнём. Он достал свитки. — За последний год ситуация в секте заметно улучшилась. — Ого, — протянул Вэй Цинвэй. — А я думал мы собрались обсудить очередную катастрофу. — Для разнообразия можно и хорошие новости, — спокойно ответил Му Цинфан. Ци Цинци фыркнула: — Особенно учитывая, что в последнее время некоторые наконец научились разговаривать словами, а не мечами. Тишина. Все медленно посмотрели на Шэнь Цинцю и Лю Цингэ. Лю Цингэ: — … Шэнь Цинцю: — … — АХАХАХА, — Шан Цинхуа уже задыхался в сети. — Надо праздник в честь этого. — Шан Цинхуа. — Молчу-молчу. Юэ Цинъюань продолжил, будто ничего не произошло: — Совместные тренировки Байчжаня и Цинцзина значительно улучшили результаты обоих пиков. — Ученики Байчжаня стали дисциплинированнее, — добавил Му Цинфан. — А ученики Цинцзина перестали падать в обморок при виде крови, — кивнул Вэй Цинвэй. — И стены перестали ломать, — добавила Ци Цинци. Лю Цингэ нахмурился: — Это была одна стена. Шэнь Цинцю лениво отпил чай: — Семь. Вэй Цинвэй чуть не подавился. А Шан Цинхуа уже мысленно умирал. — БОЖЕ, ВЫ РЕАЛЬНО ПОМНИТЕ КОЛИЧЕСТВО СТЕН? Кстати. Шэнь Цинцю уже заранее почувствовал раздражение. — Что ещё. — А ты заметил, что слухи о тебе почти пропали? Шэнь Цинцю лениво отпил чай. — Пф. Как будто мне было до них дело. — Ну может и не было… — протянул Шан. — Но неужели ты вообще ничего о себе не слышал? — Меня не ебёт чужое мнение. Слухи на то и слухи, чтобы быть неправдой. — И это самое грустное. — …что опять. Шан Цинхуа едва не хрюкнул от смеха. — Например… а ты точно не умеешь превращаться в змея? Шэнь Цинцю медленно повернул голову. — Почему именно в змея? Чего сразу не лиса, волк или птица? Оборотень в конце концов. — Ну типо холоднокровный, зелёные одежды, взгляд как у рептилии… ты прям вылитая змея. Вполне оправданный выбор. Лорды: — … Вэй Цинвэй уже начал подозрительно трястись. Шэнь Цинцю очень медленно поставил чашку. — Это настолько тупо, что мне даже лень объяснять почему это тупо. — Ну дааа, — довольно протянул Шан. — Хотя чем больше мы общаемся, тем меньше у тебя остаётся этой твоей “холоднокровности”. — На что ты намекаешь? — Ну-у-у… Шан уже откровенно задыхался. — Вот на днях. Мы же гуляли по городу. — И? — И потом возвращались ночью через лес. Шэнь Цинцю нахмурился. — Ну и? Шан Цинхуа резко сел ровнее. — КАК ТЫ МОГ ЗАБЫТЬ?! И в следующую секунду духовную сеть затопило воспоминание. Тёмный лес, ночь, тропинка. Такая темнота, что хоть глаза выколи. Они с Шан Цинхуа спокойно идут по тропинке и о чём-то спорят. Шан тогда ещё ныл, что “нормальные люди ночью спят, а не шляются по лесам как будто скрываясь”. А Шэнь Цинцю как обычно игнорировал его существование. И вдруг —из кустов на них вылетает что-то белое, бесформенное и без лица. Так резко, что из-за отсутствия света было не разобрать что это вообще такое. Лорды невольно тоже вздрогнули. Шэнь Цинцю: — БЛЯТЬ, твою мать — Тишина. Абсолютная. Потому что это нечто оказалась одной из младших учениц Цинцзина. Девочка от испуга тоже застыла посреди дороги с огромными глазами. Шэнь Цинцю тоже застыл. А потом очень медленно закрыл себе рот веером. Шан Цинхуа рядом уже буквально складывался пополам. Ученица тихо моргнула: — Уч… учитель?.. Шэнь Цинцю молча посмотрел на Шан Цинхуа. Очень холодно. — Это всё ты виноват. Шан уже задыхался. А потом Шэнь Цинцю совершенно спокойно повернулся к ученице и холодным голосом произнёс: — Говорю: чего по темноте ходишь? Опасно же. Завтра жду вашу мать и переписанную книгу. Ученица: — … Шан Цинхуа: — … Девочка выглядела так, будто её духовный мир только что разрушили. — Да, учитель… И ушла почти со слезами. А Шан тогда чуть не свалился со смеха прямо в лесу. Воспоминание закончилось. В зале собраний стояла мёртвая тишина. Ци Цинци отвернулась первой. Плечи у неё подозрительно дрожали. Вэй Цинвэй вообще уже лежал лбом на столе. Му Цинфан закрыл лицо рукавом. Юэ Цинъюань героически пытался сохранить достоинство главы секты. Лю Цингэ…молчал, но взгляд у него был очень подозрительный. А уголки губ едва заметно поднялись. Шан Цинхуа сидел с абсолютно красным лицом и едва сдерживался. — БЛЯЯЯЯЯЯЯТЬ ЭТО ДО СИХ ПОР ЛУЧШЕЕ ВОСПОМИНАНИЕ ЗА ВСЕ МОИ ЖИЗНИ— — Шан Цинхуа. — Нет ну серьёзно! Ты! Ты! Ты реально в слух матюкнулся перед ученицей! — Это была случайность. — АХАХАХАХА ЕЩЁ ХУЖЕ— Юэ Цинъюань быстро кашлянул. — Кхм. Возможно… стоит попробовать объединить ещё несколько пиков для тренировок. Никто даже не сделал вид, что поверил в эту жалкую попытку сменить тему. Шан Цинхуа уже просто умирал. — Это твоё влияние, — холодно бросил Шэнь Цинцю. — ДАДАДА ОПРАВДЫВАЙСЯ. — Если бы не ты, этот Шэнь спокойно пил бы чай у себя на пике. — Зато теперь у нас есть великое воспоминание. — Твоя жизнь настолько жалкая, что единственное счастливое воспоминание — это где я матерюсь? — Нееееет, — тут же возразил Шан. — Когда ты материшься наедине — это одно. Но когда ты делаешь это ПРИ ЛЮДЯХ — это слишком смешно. Боже, может когда-нибудь ты и при лордах с материшься… В зале собраний наступила мёртвая тишина. Вэй Цинвэй согнулся пополам первым. Ци Цинци резко отвернулась. Му Цинфан закрыл лицо рукой. Юэ Цинъюань выглядел так, будто прямо сейчас проигрывает величайшую битву своей жизни — битву против желания заржать. А Лю Цингэ…очень медленно опустил голову. Как будто ему внезапно стало жизненно необходимо рассмотреть стол. Шэнь Цинцю с таким холодом посмотрел на Шан Цинхуа, что ближайшие ученики наверняка бы уже замёрзли насмерть. Вот только проблема была в том… что сам Шан Цинхуа продолжал ржать ещё сильнее. А остальные лорды, к своему ужасу, мысленно были с ним полностью согласны. — Кхм, — Юэ Цинъюань всё ещё пытался удержать собрание в хоть каких-то рамках. — Также недавняя совместная миссия Шэнь-шиди и Лю-шиди прошла успешно. Жители той области уже прислали благодарность. — Вот! — Вэй Цинвэй сразу оживился. — Видите? Стоило вам перестать пытаться убить друг друга, и эффективность сразу выросла. — Очень успешно, — тут же вклинился Шан Цинхуа. — Оба потом сидели у Му Цинфана. Просто образцовая командная работа. Шэнь Цинцю медленно прикрыл глаза. — Этот Шэнь оказался там не по своей воле. Не считается. — Да-да-да. Конечно. Му Цинфан уже заранее почувствовал надвигающуюся катастрофу и не ошибся. — Боже, я всё ещё жду момента, когда ты наконец попытаешься сбежать от лечения, а Лю Цингэ реально притащит тебя обратно на руках. Ци Цинци резко закашлялась в рукав. Вэй Цинвэй отвернулся так быстро, будто внезапно нашёл что-то невероятно интересное на стене. Даже Юэ Цинъюань слегка прикрыл глаза ладонью. Все присутствующие слишком хорошо помнили ту угрозу Лю Цингэ. — Только через мой труп. — Ну это вообще не проблема в твоём случае. Ты и так регулярно пытаешься сдохнуть. Шэнь Цинцю дёрнул веером. — Шан Цинхуа. — Нет, ну серьёзно! Я правда хочу это увидеть! Это будет даже лучше того раза в лесу! Я УВЕРЕН, ЧТО ЭТО БУДЕТ В СТО РАЗ ЛУЧШЕ ВОТ ЭТОГО— — Кажется, я наконец понял, почему мы умирали одиннадцать жизней подряд, — холодно произнёс Шэнь Цинцю. — Всё потому, что ты не умеешь вовремя затыкаться. — ХАХАХАХА. — Нет, серьёзно. Я лично исправлю эту проблему. — Ой да ладно тебе. Всё равно кроме тебя нас никто не слышит. Так какая разница, что мы обсуждаем? В этот момент в зале стало настолько неловко, что даже ветер за окном будто затих. Му Цинфан медленно опустил руку от лица. Вэй Цинвэй резко начал “очень внимательно” изучать свитки. Ци Цинци уткнулась лбом в стол. А Юэ Цинъюань с выражением абсолютного смирения с жизнью произнёс: — …Итак. Вернёмся к обсуждению объединённых тренировок. Как будто ничего не произошло. Вообще ничего. Хотя у половины лордов лица уже были красные от сдерживаемого смеха. — Шан Цинхуа. Заткнись. Ты выглядишь слишком подозрительно. — Хаха почему? — Потому что ты сидишь и в открытую ржёшь, — холодно отозвался Шэнь Цинцю. — Думаешь, это не выглядит странно без контекста? Шан Цинхуа наконец выпрямился и оглядел зал. Пиковые лорды старательно изображали бурную деятельность. Вэй Цинвэй с крайне серьёзным видом изучал один и тот же свиток уже минут пять. Ци Цинци делала вид, что её невероятно интересует состояние тренировочных площадок. Му Цинфан вообще смотрел куда-то в потолок с выражением человека, давно смирившегося со своей судьбой. А Юэ Цинъюань продолжал вести собрание так, будто ничего необычного не происходило. — Ой да ладно тебе, — довольно протянул Шан Цинхуа. — Вон смотри, все заняты своими делами. Кому вообще есть дело до того, что я смеюсь без причины? Шэнь Цинцю лениво обмахивался веером. — Не думал, что именно это и стало причиной, почему Му Цинфан так хочет видеть тебя почаще? Шан Цинхуа аж замер. — …Ты думаешь, меня уже записали в неадекваты, заражённые демонами? — Звучит логично. — Эй! — Это бы многое объяснило. Например, почему все вдруг начали так активно вводить систему обследований и слишком внимательно следить за нами. Шан Цинхуа подозрительно оглядел лордов. Те мгновенно стали выглядеть ещё “занятее”. — …Ну да, — наконец нехотя признал он. — Логично. Пауза. — Но смеяться я всё равно не перестану. Не убедил. — Пф. Му Цинфан медленно потёр переносицу. Лю Цингэ сидел абсолютно спокойно, будто вообще ничего не слышал. Только уголки губ у него иногда подозрительно дёргались. Юэ Цинъюань тем временем героически продолжал: — …Можем также попробовать объединить пик— — Кстати, — внезапно снова подал голос Шан Цинхуа. — Давай после собрания к тебе. — Ты от кого-то скрываешься? — сразу спросил Шэнь Цинцю. — За последнюю неделю ты приходил “просто попить чай” уже минимум пять раз. — Я не виноват, что все вокруг стали слишком странные! Шэнь Цинцю приподнял бровь. — Это ты сейчас о ком? — Да обо всех! — мысленно возмутился Шан Цинхуа. — Ладно эти, — он мысленно ткнул куда-то в сторону лордов, — они всегда были слегка не в адеквате. То обследования, то “случайно мимо проходили”, то какие-то тупые причины для общения. Я уже не понимаю их поведение! Шэнь Цинцю фыркнул. — Ты про Мобэя? Шан Цинхуа аж передёрнуло. — ВОТ ИМЕННО! Он тоже странный! — Каким образом? — Меньше злится… меньше бьёт… Пауза. — …Иногда мне кажется, что все вокруг что-то узнали, а мы опять последние. Шэнь Цинцю лениво отпил чай. — Поэтому ты решил уничтожить мои запасы? — Кто ж знал, что у тебя такой чудесный вкус. — Пф. — Нет, серьёзно! Чай — ладно, это все знают. Но сладкое… Боже. Каждый раз как в рай попадаю. Шэнь Цинцю медленно повернул к нему голову. — То есть ты всё-таки признаёшь, что просто жрёшь мои запасы? — Отчасти… — Какая честность. — Ну зато пить меньше стал, — довольно продолжил Шан Цинхуа. — Теперь я вообще понимаю, почему ты всегда так мало пил. — Алкоголь отвратителен на вкус. — Ага-ага. Конечно. — Уж лучше хороший чай. — И тонна сладкого к нему. — Это разные вещи. — Для тебя — нет. Шэнь Цинцю уже хотел ответить что-то особенно язвительное…Но Юэ Цинъюань наконец со вздохом закрыл свиток. — На этом собрание окончено. Лорды почти синхронно выдохнули. Поддерживать серьёзную атмосферу последние полчаса было уже невозможно. Вэй Цинвэй первым поднялся со словами: — Ну что ж. По крайней мере секта ещё стоит. — Пока что, — пробормотала Ци Цинци. Му Цинфан только устало покачал головой. Проходя мимо Лю Цинге, Шэнь Цинцю вдруг услышал спокойное: — Не забудь зайти к Му Цинфану на этой неделе. Шэнь Цинцю мгновенно скривился. — Хахаха это что угроза была?! — тут же отреагировал Шан Цинхуа.

***

Второй год длился так спокойно, что иногда Шэнь Цинцю ловил себя на мысли, что почти привык. К тому, что Байчжань больше не смотрит на Цинцзин как на сборище бесполезных книжных червей. К тому, что ученики начали чаще общаться между собой. К тому, что лорды действительно стали чем-то похожи на братьев по секте, а не на людей, которые терпят друг друга исключительно из чувства долга. Даже слухи действительно почти исчезли. Нет, конечно, ученики всё ещё шептались о “небожителе Цинцзина”. О холодном, отстранённом, слишком красивом и слишком опасном пиковом лорде. Но это были уже обычные глупые легенды. И, наверное…Это действительно можно было назвать спокойной жизнью. Система Му Цинфана работала идеально. Демоны сердца почти исчезли, ученики становились все сильнее. Пики — стабильнее. Казалось бы… Всё наконец стало хорошо. Вот только, чем ближе подходил конец второго года…Тем хуже становилось что-то другое. Сначала Шэнь Цинцю просто начал меньше спать. Потом почти перестал. Потом сон превратился в короткие провалы по часу-два максимум. Потому что стоило закрыть глаза и начиналось. Все его жизни смешивались во что-то одно непонятное. И с каждым разом это непонятное душило его сильнее чем раньше. Если когда-то его преследовал лишь образ Цю Цзянло и моменты из детства, то сейчас оно чередовалось с будущим Ло Бинхе и тюрьмой. А иногда…Иногда он просто видел Бездну. И просыпался ещё до рассвета с ощущением, будто падает до сих пор. Поэтому он перестал спать. Ведь это было просто проще. Проще сидеть ночами с книгой, чаем, документами. С чем угодно лишь бы не закрывать глаза. Вот только со временем начал пропадать и аппетит. Сначала обычная еда, потом чай и в конце концов сладкое. И Шан Цинхуа это заметил. Как и Лю Цингэ с Му Цинфаном. Как и, к сожалению, почти все остальные. Потому что сколько бы Шэнь Цинцю ни делал вид, будто всё в порядке… К концу второго года стало слишком очевидно: что-то снова шло не так.