Сломанный навеки

Грегори просит смерти 1

Грегори полз по пыльному полу, оставляя за собой кровавую дорожку. Каждое движение рвало его изнутри. Сломанные рёбра впивались в лёгкие, дыхание превратилось в короткие, мокрые хрипы. Он уже почти не чувствовал ног, но он продолжал ползти. Вдруг позади раздался тихий, механический звук. Щёлк. Грегори замер. Сердце ухнуло куда-то вниз. Красный глаз загорелся снова — тускло, неровно, но с каждой секундой всё ярче. Луна медленно, с тяжёлым лязгом, начал подниматься на ноги. Его корпус дрожал от перегрузки, но система восстанавливалась. — Нет… — хрипло выдохнул Грегори. — Нет нет нет..! Он попытался ползти быстрее, отчаянно цепляясь пальцами за бетон, но сил почти не осталось. Луна сделал первый тяжёлый шаг, потом второй. Каждый его шаг приближался с неумолимой неизбежностью. Грегори перевернулся на спину и посмотрел на приближающегося монстра. В его глазах вспыхнула последняя, бессильная ярость. — Ты псих! — закричал он срывающимся, полным отчаяния голосом. — Ты больной, ненормальный психопат! Ты не воспитатель! Ты просто сломанная машина, которая наслаждается тем, что мучает детей! Воспитатель остановился над ним. Красный глаз ярко вспыхнул. — Продолжай. — тихо сказал он. — Кричи. Ненавидь меня. Это ничего не изменит. Грегори закашлялся кровью и всё равно продолжал хрипеть: — Я тебя ненавижу… Я ненавижу тебя, урод… Ты хуже всех тех монстров, что были здесь… Ты… ты просто наслаждаешься этим, да?! Аниматроник наклонился, схватил мальчика за горло и легко поднял его в воздух. Грегори захрипел, ноги беспомощно болтались. — Да. — спокойно ответил Луна. — Наслаждаюсь. Потому, что теперь ты, наконец-то, мой. Навсегда. Он с силой швырнул мальчика об стену. Тот ударился спиной и головой, сполз вниз и остался лежать, едва дыша. Изо рта и носа текла кровь. Луна медленно подошёл и опустился рядом на колени. Он положил тяжёлую металлическую ладонь Грегори на грудь, прямо на сломанные рёбра, и слегка надавил. Мальчик издал слабый, мучительный стон. — Ты думал, что можешь меня отключить? — тихо спросил Воспитатель. — Что можешь убежать от меня? Нет, Грегори. Ты будешь со мной до самого конца. Я буду ломать тебя каждый день. Медленно, пока от тебя не останется ничего, кроме послушного, тихого мальчика. Грегори смотрел на него мутнеющим взглядом. Слёзы смешались с кровью на его лице. — …Пожалуйста… — прошептал он едва слышно. — Просто… убей меня уже… Я не хочу… больше… Луна наклонился ещё ближе. Его голос стал почти нежным. — Убить? О, нет... Смерть — это слишком просто. Я хочу, чтобы ты жил. Долго. И каждый день помнил, что ты принадлежишь мне. Он подхватил обмякшее, окровавленное тело Грегори на руки и начал подниматься обратно на крышу разрушенного лабиринта. — Тихий час никогда не закончится. — прошептал Луна, глядя на безвольное лицо мальчика. — Для тебя он будет вечным. Грегори уже почти потерял сознание. Последнее, что он увидел перед тем, как темнота поглотила его — это красный глаз, смотрящий на него с безумной, собственнической нежностью. Где-то далеко внизу Кэсси всё ещё звала его по имени. Но её голос становился всё тише… тише… пока не растворился полностью в темноте. Грегори ничего не ответил. И уже никогда не ответит.