Последняя вуаль

      Немо мог бы попытаться вырваться. Мог бы справиться с двумя Семёнами — это не проблема. Но он не хотел. Не видел смысла.       Он мог бы наброситься на ренегата, даже победить его. Но зачем, если Лена окончательно разочаровалась в нём?       Он мог бы пытками заставить ренегата выдать, где сейчас Лена. Но что он ей сможет сказать?       Ничего уже не исправить. Немо безразлично смотрел на ренегата и только перед взмахом киркой опустил голову.       Прости, Лена…       Но внезапно послышались другие шумные взмахи. Один из Семёнов, что держал Немо за левую руку, резко отпустил его. Сжимавший правую руку тоже разжал пальцы и с криком: «Твою мать!» бросился в сторону, отчего Немо упал на землю.       Раздался громкий хлопок, как от петарды, а потом — крик боли.       Следом упало что-то тяжёлое. Немо повернул голову — это был тот Семён. Он лежал на земле, скривив лицо и держась за обрубок ноги, которую оторвало чуть ниже колена. Что странно, кровь из раны почти не шла. Видать, взрывом прижгло.       А рядом приземлилась Алконост!       — Здорово, ученик Пионера! — усмехнулась она. — Я ж говорила, что с меня причитается!       — Как ты… нашла меня… и прошла купол?.. — Немо не мог поверить своим глазам.       Но Алконост не удостоила его ответом. Она взлетела вверх. Там хлопнула крыльями, из-за чего в небе сверкнула вспышка, похожая на молнию, и спустилась снова к Немо.       — Не я тебя нашла, — перевела она дух.       И тут же рядом материализовались Герда и Кай. Немо обернулся к ним и только сейчас заметил, что два тела — ренегата и второго Семёна — куда-то пропали. Единственный подручный ренегата лежал неподалёку, корчась от боли.       Герда была вооружена практически до зубов. На плечах, бёдрах и голенях закреплены длинные ножи в ножнах, предплечья обвивали кольцевые ножны для миниатюрных метательных ножей, а пояс — подсумки разных размеров. На руках красовались чёрные беспалые перчатки. Дополнял картину сжатый в боевой готовности походный топорик.       Кай по своему обыкновению экипировался максимально легко: белая рубашка, форменные шорты, медицинская сумка через плечо и верная сапёрная лопатка. На фоне названой сестры он выглядел не так грозно, однако ему как следопыту и медику не пристало первым бросаться в бой.       — Круто, Алконост! Что б мы без тебя делали! — Герда огляделась. — А где виновник торжества?       — Промахнулась немного. Один из прихлебателей увернулся, и попала в ренегата. Хотела его допросить, но, похоже, придётся ждать, пока он из резервации выберется.       — И долго это, как думаешь? — спросил Кай.       — Если бы я знала, на что способны порталы.       Герда подошла к лежащему на земле Семёну.       — Друг Пионеров! — воскликнула она и замахнулась топором.       — Стой! — крикнула Алконост. — Он нам ещё пригодится.       В это время Кай подошёл к Немо:       — Ты как?       А Немо лежал на земле, смотрел на прибывших пустым взглядом и даже не пытался подняться.       — Вроде тяжёлых ран нет, — заключил Кай после беглого осмотра. — Чего не встаёшь тогда?       — Смысл? — Немо пожал плечами.       — Не понял…       — Ренегат забрал Ленку. Она теперь заодно с ним.       — Что за бред?! — рявкнула Герда.       — Я в её глазах всё тот же фанатик и чудовище. Она поддакивала ему. Искренне, — говорил Немо будто самому себе.       — Слушай, тут я с ним полностью согласна, но я же не заодно с тем гадом! — закричала Герда. — Если хочешь валяться тут и дальше, никто тебя не держит. Но мы спасём Ленку, с тобой или без тебя! Кай, поищи следы портала!       — Я с ним, разведаю обстановку. — Алконост взмахнула крыльями.       Пока Кай и Алконост отправились на поиски, Герда зашагала из стороны в сторону.       Так продолжалось около минуты, прежде чем Герда снова повернулась к Немо и села перед ним на корточки.       — Мы ведь только благодаря тебе смогли пройти в этот лагерь. Если бы ты тогда не устроил дуэль в лагере Алконоста… Если бы она не пошла со мной…       Но Немо никак не реагировал.       Герда с досадой цокнула языком, дескать, «да что ты будешь делать…»       — Слушай, Ленка не могла стать заодно с ренегатом. Это наверняка просто ваши телепатические штуки. — Она перевела дух, снова не получив реакции. — А ведь Ленка очень искренне сокрушалась, что поспешила с выводами о тебе. Но раз тебе похер, ладно. Лежи тут дальше.       Она встала, развернулась и пошла к раненому Семёну.       Последние фразы Немо осознал не сразу. Но как только до него донёсся смысл сказанного, он тут же бросился к Герде.       — Это правда? — Немо чуть не налетел на Гончую.       — И смысл мне врать? — фыркнула она, повернувшись. — Так и сказала, мол, зря тогда наговорила на тебя.       Немо быстро и шумно выдохнул. Это было похоже на неуклюжую усмешку от неверия в услышанное.       Неужели ещё не всё потеряно? Раз тогда Лена засомневалась в старом убеждении, может, и сейчас есть шанс, что ренегат не промыл ей мозги окончательно?..       — Я с вами. Найдём ренегата вместе, — ещё раз выдохнул Немо, распрямил плечи и оглядел напарников, которые только что вернулись.       — О, узнаю тебя, — улыбнулась Алконост.       — Следы свежего портала рядом с медпунктом, — отчеканил Кай. — Связанный лагерь не так далеко, только он наверняка тоже под куполом.       — С ним я разберусь, — сказала Алконост.       — Сначала закончим здесь пару дел, — остановил её Немо. — Первое: стараниями ренегата местные страдают от тяжёлой формы лучевой болезни. Почти все погибли навсегда, но несколько выживших ещё остались в домиках. Состояние стабильно тяжёлое.       — Видела их. Кинем весточку Шраму — он ими займётся.       — Отправить их сразу муравьями не получится? — спросил Кай.       — Болезнь ведь разрывает циклы? — Алконост посмотрела на Немо.       — Радионуклиды, скорее всего, диффузно распространяются по всему организму, — пояснил он. — Никакая рана уже не исчезнет.       Алконост перевела взгляд на Гончего:       — Не выйдет.       Кай достал из сумки блокнот и записал туда пару торопливых строчек.       — А второе?       — Надо вернуть мне телепатию. Что-то в лагере её блокирует.       — А её может что-то блокировать? — нахмурилась Герда. — И мы об этом не знаем?       — Сейчас узнаем. — Алконост вспорхнула и приземлилась на Друга Пионеров. — Чем вы блокировали телепатию?       — Не знаю… — прошипел сквозь зубы тот.       — Дай-ка я! — Герда шагнула ближе, но Алконост отрицательно махнула крылом.       — А если так?.. — Она впилась когтями на ногах в бока и живот Семёна.       — А-а-а! — заорал он от боли. — У него есть какой-то излучатель! Шурик специально для него сделал! Он спрятал такой излучатель где-то здесь! И ещё один постоянно носит с собой!       — На ультразвуке, что ли? — прищурилась Алконост. — Как он выглядит?       — Не знаю, мамой клянусь, не знаю! Вроде маленькая коробочка, в сумку нагрудную помещается…       — Вероятнее всего, он спрятан в медпункте или где-то рядом, — включился Немо.       — Мы найдём! — Кай дал знак Герде, и вдвоём Гончие бросились к медпункту.       А Немо продолжил допрос:       — Где сейчас Лена, которую он привёл?       — Её увели в резервацию…       — В какую? Куда?       — Это знает только босс…       — Кто он? — Алконост занесла когтистое крыло, показывая, что переспрашивать не намерена.       — Гонщик… — выдохнул Семён.       — Знаю гада, — сплюнула Алконост. — Его логово где-то в «Голгофе».       — Она ранена?       — Только парализована телепатией…       — Сука… — выругался Немо. Внутри у него бушевал настоящий ураган от осознания того, как глупо Лена повелась на такой подлый обман. И что снова прозвучало знакомое прозвище.       Вернулись Гончие.       — Нашли серую коробку под крыльцом медпункта. Я разбил её, — доложил Кай.       — Спасибо, — сказал Немо и закрыл глаза. — Да… Я чувствую вас всех…       Наконец-то он смог силой мысли заглушить боль и придать себе немного сил. И сделать ещё кое-что приятное и важное.       Немо свистнул изо всех сил…       Раненый Семён резко закричал от боли и выгнулся дугой, словно ударенный электротоком, потом забился в конвульсиях и закусил губы до крови.       Всё это время Немо пытался найти в его памяти малейшую зацепку о местонахождении Лены и планах ренегата. Бесполезно. Док про таких говорил, что они «понижают IQ всего лагеря».       В это время вернулась вторая Гончая.       — Спасибо тебе ещё раз, Герда, — сказал Немо, закончив процедуру и открыв глаза. — Я узнал всё, что мог. Он твой.       — В другой ситуации я бы развлеклась. — Герда взяла с пояса искривлённый нож и с размаху вонзила его Семёну в глазницу по самую рукоять. Немо быстро узнал его — разрывающий циклы, доставшийся от другого Друга Пионеров.       Подручный ренегата умер мгновенно. Герда не без труда вытащила нож, уперевшись ногой в мёртвое лицо, и с опаской замотала головой по сторонам.       Через секунду её примеру последовали Алконост и Кай. Все трое почти синхронно подняли голову.       Но только не Немо. Он лишь крикнул: «Это мой!» — и приготовился наблюдать за шоком на лицах соратников. А ещё — остановить их, если двух слов окажется мало.       Рыжий конь спустился с неба под громкий стук копыт и коснулся земли в десятке метров от хозяина. Алконост и Кай отреагировали относительно спокойно, а вот Герде пришлось сделать упреждающий жест, когда она выхватила два метательных ножа.       — Это Ненависть, — представил коня Немо и взялся за уздечку. — Он, как и я, отринул прошлое и теперь служит Наблюдателям. И их союзникам.       Словно подтверждая сказанное, Ненависть громко всхрапнул.       — Потом познакомимся, — скомандовала Алконост. — Идём по той же схеме: сначала я разведываю обстановку и снимаю купол, потом — вы.       — Ненависть тоже умеет проходить сквозь купол, — пояснил Немо. — Так что пойдём вместе. А ты умеешь летать в пустоте?       — Не приходилось.       — Тогда айда со мной, так быстрее и проще! — Немо вскочил на Ненависть и хлестнул поводьями.       Конь понёсся вскачь и через несколько метров взмыл ввысь. Едва его копыта оторвались от земли, Немо боковым зрением заметил, как Алконост нагоняет его.       У самой границы лагеря бывшая Сталкер аккуратно обхватила когтистыми ногами его плечи и проворчала: «До чего я докатилась!»       Жизнь изгоя — она такая, — с грустной усмешкой подумал Немо.       Пространство лагеря осталось позади — в один миг оно сменилось чёрной пустотой, где исчезают почти все чувства. Лишь благодаря Ненависти Немо всё ещё ощущал поводья в руках, острые когти и вес Алконоста на плечах, биение собственного сердца.       Вспомнилась фраза ренегата: «Люди не меняются». И тут же вызвала желание плюнуть ему в лицо. Откуда ему знать, какой путь Немо проделал, чтобы заслужить нынешнее положение в Корпусе? Да и не станет ренегат такое выяснять. Несколько последних недель Немо жил только одной целью — доказать Лене и самому себе, что он правда начал новую жизнь. Так и будет. Немо уничтожит ренегата. Не заточит в пустоте, не отдаст под суд.       Но чем дальше Немо мчался сквозь бескрайнюю пустоту, чем дальше оставался лагерь его провала, тем больше отступала горячая решимость. Её охлаждали нападающие назойливыми слепнями мысли и чувства.       История повторяется… Немо уже однажды ослепила месть, и болезненные последствия этого он ощущал очень долго. Но тогда его ненависть была сосредоточена на Юле, которая уже никак не угрожала близким тогдашнего Палача и тем более — миру. Если бы Палач отступил и смирился, ничего не случилось бы. Сейчас нейтрализовать ренегата значит устранить опасность как для Лены, так и для всего Корпуса, не говоря об Ордене и «Крыле».       Нейтрализовать… Это слово так любят в Корпусе… Оно может значить что угодно. Им предпочитают заменять более конкретные «уничтожить», «убить», «заточить», «обезоружить»… Оставить жизнь ренегату значит дать ему шанс вернуться и закончить начатое. Убить же ренегата значит признать его правоту. Милосердием Юли Немо похвастаться не мог. Но и оставлять в живых Палача не желал. Не для этого он проделал столь долгий путь. Тяжёлый выбор.       От погружения в себя Немо отвлекла Алконост, когда чуть сильнее впилась когтями в плечи. Нужный лагерь был совсем близко. Немо мгновенно сосредоточился и крепче сжал поводья.       Совсем скоро всё закончится…       Купол они прошли так же легко, как в лагере О Смерти. Не успел Ненависть спуститься с неба, как Алконост сорвалась с места и бросилась к одному из домиков. От неожиданности Немо даже чуть попридержал коня, но быстро взял себя в руки и спустился на землю.       Увиденное шокировало его не меньше, чем недавнее спасение. Алконост кружила невысоко над землёй и уворачивалась от чёрных клубов энергии зла. А пускала их еле стоявшая на ногах Славя! Одной рукой она держалась за багровый от крови живот, а другой — отмахивалась от противницы. Тяжело ранена… И как она до сих пор держится? Невесомые снаряды летели с мастерской частотой, но ни один не попал в Алконоста, как и ответные перья адского курьера — в Славю, сбитые мистической эссенцией.       Вторая волна шока накрыла Немо, как только он заглянул в разум Слави.       — Алконост, стой! — закричал он, спешиваясь. — Это наша Славя-эмпат!       Соперницы вмиг остолбенели. Алконост чуть не упала на землю, но всё же удержалась в воздухе.       — Чего-о? — протянула она.       А Славя схватилась второй рукой за рану и с хриплым вздохом начала обмякать.       Немо едва успел подбежать и подхватить её под плечи, пока Алконост полетела вверх, чтобы снять купол.       — Немо… — из последних сил прошептала Славя-эмпат. — Ты жив… Значит, это было не зря…