Где кончается хвост

Nervous - the neeighborhood (slowed)

***

Утро в квартире Ирэн началось непривычно тихо. Никаких звонков с работы, никаких срочных правок макетов, никаких истеричных сообщений от фотографов. Только мягкий свет, пробивающийся сквозь полупрозрачные занавески, и аромат свежесваренного кофе, смешанный с травяным чаем. Ирэн стояла у плиты в одних коротких шортах и огромной футболке с логотипом какого-то музыкального фестиваля трёхлетней давности. Она помешивала рисовую кашу в кастрюле и напевала себе под нос что-то ритмичное, явно из последнего плейлиста. Чимин сидел за кухонным столом, закутавшись в мягкий плед. На нём была чистая одежда — Ирэн прошлой ночью порылась в шкафу и нашла старые домашние вещи Тэёна, которые тот забывал у неё после ночёвок. Свободные серые брюки и белая футболка сидели на Чимине чуть мешковато — он был заметно миниатюрнее Тэёна, — но зато они пахли кондиционером для белья, а не страхом. Песцовые ушки на его макушке слегка подрагивали от новых, непривычных звуков кухни — шипения масла, бульканья кипятка, тихого пения Ирэн. — Как спалось? — спросила она, оборачиваясь через плечо. — Хорошо, — тихо ответил Чимин. — Очень хорошо. Я... я не просыпался ни разу за ночь. Ирэн улыбнулась с удовлетворением. После ванны и ужина она уложила Чимина на своём диване, застелив его свежим бельём и окружив подушками. Ей самой было не привыкать спать где придётся — то в самолёте, то в студии, то на вечеринке у Джихё. А диван, как она и обещала, был действительно самым комфортным местом во всём Сеуле. — Отлично, — сказала она, выкладывая кашу в две тарелки. — Тогда сейчас завтракаем, потом я обработаю твои синяки, а вечером закажем что-нибудь вкусное. Я знаю отличный китайский ресторан, они доставляют настоящие пельмени димсам. Ты такие пробовал? Чимин покачал головой. Его глаза — светло-серые, всё ещё немного воспалённые после вчерашних слёз, но уже не такие пустые — следили за каждым её движением с тихим, почти благоговейным изумлением. Он не привык, чтобы кто-то о нём заботился. Не в таком смысле. Забота Намджуна была другого рода — холодная, просчитанная, всегда с ценой. — Тогда обязательно попробуешь, — Ирэн поставила перед ним тарелку и села напротив, поджав одну ногу под себя. — Ешь. Я, знаешь ли, неплохо готовлю, когда у меня есть время. Они завтракали молча, но это молчание не было неловким. Чимин держал ложку, пытаясь вспомнить, когда в последний раз ел, не давясь от спешки и страха. Ирэн украдкой поглядывала на него поверх своей чашки с кофе и думала, что никогда не видела его таким... расслабленным. Даже на съёмках, когда он позировал с идеальной, отстранённой грацией, в его глазах всегда тлело что-то глубинное. Тревога. Ожидание удара. Теперь этого не было. Или, по крайней мере, стало меньше. Звонок в дверь разорвал уютную тишину. Ирэн нахмурилась и бросила взгляд на часы. Одиннадцать утра. Кто мог прийти? Юнги? Чонгук? Никто из них не заявился бы без предупреждения — у Чонгука съёмки, у Юнги всё ещё не рабочий день. — Посиди пока здесь, — сказала она Чимину, вставая. — Я открою. Она подошла к двери, глянула в глазок, и её сердце пропустило удар. За дверью стоял Ли Тэён. Её парень. Человек, с которым она дружила с младших классов школы. Человек, который знал её лучше, чем кто-либо — может, даже лучше, чем она сама. Человек, который прошёл с ней все подростковые драмы, выпускные экзамены и первые шаги в модельном бизнесе. Они были лучшими друзьями, а потом — любовниками. Их отношения напоминали качели: бурные ссоры сменялись не менее бурными примирениями, и это, кажется, устраивало обоих. Тэён был единственным, кто мог выдержать её хаотичный образ жизни, а она — единственной, кто понимал его переменчивый, взрывной характер. Ирэн открыла дверь. Тэён стоял на пороге с большим бумажным пакетом и обеспокоенным выражением на лице. Его волосы — чёрные с яркими белыми кончиками, результат их парной покраски двухнедельной давности, — были слегка взъерошены. Одет он был в свою любимую джинсовую куртку, украшенную значками и нашивками, и узкие чёрные джинсы с цепью на поясе. В ухе поблёскивала серьга-кольцо. — Эй, — выдохнул он с облегчением, увидев её. — Ты жива. — Привет? — Ирэн удивлённо моргнула. — Конечно, жива. А что? — А то! — Тэён шагнул внутрь, не дожидаясь приглашения, и сразу прошёл на кухню. — Ты вчера впервые за всё время пропустила вечеринку у Джихё. Мы тебя ждали, я писал тебе, звонил — тишина. Я решил, что ты заболела. Или что-то случилось. Ты вообще знаешь, сколько я тебе вчера написал?! Ирэн вспомнила, что, укладывая Чимина, выключила звук на телефоне. А потом просто забыла его включить. — Прости, — сказала она, направляясь за ним. — У меня были... обстоятельства. Я должна была позаботиться о кое-ком. Тэён уже дошёл до кухни и замер на пороге. Его взгляд упёрся в Чимина, который сидел за столом с ложкой в руке, завёрнутый в плед, с торчащими из-под пепельных волос пушистыми ушками. — О, — произнёс Тэён, и в его голосе проскользнула странная нота. — Так вот кто этот «кое-кто». Чимин инстинктивно сжался под этим взглядом. Он хорошо знал Тэёна — парень часто заходил в агентство, иногда присутствовал на съёмках, всегда с шутками и лёгким флиртом со всеми подряд. Но сейчас его глаза — тёмные, выразительные — смотрели на Чимина не с привычным дружелюбием. В них читалось что-то другое. Что-то острое. Что-то похожее на... ревность? — Привет, Тэён-сси, — тихо поздоровался Чимин, опуская взгляд в миску. — Здорова, — коротко бросил Тэён и повернулся к Ирэн. — Можно тебя на минутку? Она вздохнула, предчувствуя разговор. — Чимин, я скоро вернусь, — сказала она и вышла за Тэёном в коридор. Они остановились у входной двери. Тэён скрестил руки на груди — его классическая защитная поза, которую Ирэн знала слишком хорошо. В такие моменты он напоминал ей нахохлившегося воробья. — Объясни, — потребовал он, понижая голос, чтобы Чимин не услышал. — Почему Чимин сидит на твоей кухне в моей футболке? — Во-первых, это футболка, которую ты забыл у меня полгода назад, — спокойно ответила Ирэн. — Во-вторых, это долгая история. — Изложи короткую версию. Ирэн помедлила. Она не знала, сколько можно рассказывать. Чимин имел право на приватность. Но Тэён был её парнем, и он имел право знать, почему она пропустила вечеринку и почему в её квартире живёт посторонний гибрид. — Чимин теперь мой, — сказала она наконец, решившись. — Я забрала его у Намджуна. И он останется здесь. Тэён заморгал. Его чёрные брови — одна с небольшим шрамом, оставшимся после неудачного падения в школьном спортзале, — поползли вверх. Белые кончики волос качнулись, когда он тряхнул головой, словно пытаясь осознать услышанное. — Забрала? — переспросил он. — Что значит «забрала»? Это гибрид твоего брата. Ты не можешь просто взять его и... — Могу. И взяла. — Голос Ирэн стал жёстче. — Я не буду вдаваться в подробности, но поверь: Чимин не вернётся в дом Намджуна. Никогда. — Но это же... — Тэён осёкся, подбирая слова. — Это же гибрид. Взрослый гибрид. Не котёнок, не щенок. Ты вообще понимаешь, какую ответственность на себя берёшь? — Понимаю, — отрезала Ирэн. — Ты, которая всегда говорила, что не хочешь заводить питомца, потому что у тебя нет времени? Ты, которая ночует то у меня, то на вечеринках, то в самолётах между континентами? И ты сейчас говоришь мне, что будешь заботиться о нём? — Да, — Ирэн скрестила руки на груди, зеркально повторяя его позу. — Буду. Тэён замолчал, и в наступившей тишине было слышно, как на кухне тихо звякнула ложка о тарелку. Его взгляд метался между Ирэн и дверным проёмом, за которым скрывался Чимин. — Дело ведь не только в ответственности, да? — спросил он внезапно севшим голосом. — Ты хочешь растить его. Воспитывать, как... как... Ирэн смотрела на него, не понимая, куда он клонит. А потом до неё дошло. — Тэён, — произнесла она медленно, — ты что, ревнуешь? — Я не ревную! — он вспыхнул мгновенно, и его щёки покрылись пятнами румянца, которые было отлично видно на фоне бледной кожи. — Просто... когда мы говорили о том, чтобы завести гибрида, я имел в виду совсем другое. Я хотел, чтобы мы вместе выбрали малыша. Чтобы вместе растили его. Чтобы это было наше общее решение, наша общая ответственность. А тут ты просто приводишь в дом взрослого гибрида, которого ты даже не выбирала, и говоришь мне: «Он мой, и всё». — Потому что он мой, и всё, — повторила Ирэн с нажимом. — И я отвечаю за него. — А я? — голос Тэёна сорвался на полуслове. — Я кто в этой ситуации? Я твой парень, Ирэн. Мы с тобой четыре года вместе, и десять лет до этого были лучшими друзьями. Я думал... я думал, что мы принимаем решения вместе. Ирэн вздохнула и потёрла переносицу — жест, который она бессознательно переняла у брата. — Послушай, — заговорила она гораздо мягче. — Я понимаю, почему ты злишься. Правда. Но это не то решение, которое я могла с кем-то обсуждать. Я увидела кое-что... кое-что очень плохое. И я должна была действовать сразу. Без обсуждений. Без согласований. Если бы ты знал, ты бы понял. — Тогда расскажи мне! — Тэён всплеснул руками. — В чём дело? Почему ты не можешь просто рассказать? — Потому что это не моя тайна, — ответила Ирэн. — Это тайна Чимина. И пока он не будет готов её раскрыть, я не имею права. Тэён несколько секунд смотрел на неё — долго, пристально, с тем самым взглядом, который появлялся у него, когда он пытался понять что-то важное. А потом его плечи опустились. — Ладно, — сказал он тихо. — Я понял. — Тэён... — Нет, правда. Я понял. — Он поднял руки в жесте капитуляции. — У тебя теперь новый приоритет. Взрослый гибрид с проблемами. А я... я просто твой парень, который хотел вместе выбрать щенка. — Это не так, — начала Ирэн, но Тэён уже отступал к двери. — Я позвоню тебе позже, — бросил он, берясь за ручку. — Когда остыну. Когда ты освободишься. Или... в общем, когда будет время. — Тэён! Дверь захлопнулась. Ирэн осталась стоять в коридоре, глядя на закрытую дверь. Внутри боролись два чувства: раздражение от того, что он повёл себя как ребёнок, и вина за то, что она действительно не посоветовалась с ним. Тэён был частью её жизни так долго, что она привыкла к его присутствию как к чему-то само собой разумеющемуся. Их качели — ссоры и примирения — были частью их отношений. Ирэн знала, что через пару дней он остынет, вернётся, они поругаются ещё немного, а потом помирятся. Так было всегда. Но сейчас она не могла себе позволить беспокоиться об этом. Сейчас у неё был Чимин. Она вернулась на кухню и увидела, что её питомец сидит, напряжённо поджав ушки к голове. Его хвост нервно обвился вокруг ножки стула. Он явно слышал каждое слово из разговора. — Прости, — прошептал он, не поднимая глаз. — Это из-за меня. Тэён-сси расстроился из-за меня. — Ничего подобного, — отрезала Ирэн, усаживаясь обратно за стол. — Тэён расстроился, потому что у него свои представления о том, как всё должно быть. Это не твоя вина. — Но если вы расстанетесь из-за меня... — Не расстанемся, — Ирэн улыбнулась уголком рта. — Мы с ним ругаемся минимум раз в месяц, и это никогда не приводит к расставанию. Так устроены наши отношения. Как качели: то вверх, то вниз. Сейчас он внизу, но через пару дней снова взлетит. Это нормально. Она взяла ложку и с аппетитом зачерпнула кашу — свою порцию, которая уже успела остыть. — Кроме того, — добавила она с набитым ртом, — сейчас меня интересует только один человек в этом доме. И этот человек — ты. Доедай кашу, потом пойдём выбирать тебе нормальную одежду. Я не могу вечно держать тебя в забытых шмотках моего парня. Чимин слабо улыбнулся. Впервые за очень долгое время — искренне.

***

Тэён вышел из подъезда и остановился, подставляя лицо осеннему ветру. Тот трепал его волосы и холодил разгорячённые скулы. Внутри всё кипело. Он не понимал, на кого злится больше. На Ирэн — за то, что она даже не посоветовалась с ним. На себя — за то, что устроил эту дурацкую сцену. На этого гибрида — Чимина, модель с ангельской внешностью, которая сидела на кухне его девушки в его одежде и смотрела на неё так, будто она была его спасительницей. «Это глупо», — сказал себе Тэён. «Чимин — просто жертва обстоятельств. Ты же видел его на съёмках. Он всегда тихий, покладистый, безобидный. Он не пытается увести у тебя Ирэн». Но другая часть его упрямо твердила: «Она выбрала его. Она предпочла остаться с ним, а не пойти на вечеринку. Она сказала: «сейчас меня интересует только он». А ты? Ты кто?» Он достал телефон и пролистал их общий чат. Ирэн была онлайн, но не писала ему. Раньше она всегда писала первая после ссоры — короткое «дурак» или «я скучаю», на которое он немедленно отвечал. Сейчас — тишина. Тэён убрал телефон в карман и зашагал по улице, пиная носком кроссовка мелкие камешки. Ему нужно было остыть. Сходить в зал, побить грушу, выпить пива с кем-нибудь, кто не будет задавать лишних вопросов. Он остался один. Потому что Ирэн была занята. С ним. С гибридом, которого она теперь называла «своим». Тэён не знал, что именно произошло между Чимином и Намджуном. Не знал, почему Ирэн вдруг решила забрать его. Но где-то глубоко, на интуитивном уровне, он чувствовал: эта история гораздо темнее, чем кажется на первый взгляд. Ирэн не стала бы пропускать вечеринку ради пустяка. Ирэн не стала бы в одиночку противостоять брату, которого она обожала, если бы не случилось что-то действительно серьёзное. Может, ему стоило не психовать, а выслушать её? Но ревность уже сделала своё дело. Глупая, иррациональная ревность, которая скрутила внутренности и заставила вести себя как ребёнок. Он хотел делить с ней всё — и радость, и ответственность, и даже проблемы. А она опять всё решала сама. Как всегда. Как все эти кучу лет. Тэён вздохнул, засунул руки в карманы и направился к метро. Ему нужно было подумать. И, возможно, купить бутылку соджу. А Ирэн в это время сидела на полу своей гостиной, окружённая коробками с одеждой. Она перебирала старые вещи, которые давно не носила, и прикидывала, что подойдёт Чимину. Тот сидел рядом, всё ещё в пледе, и смотрел на неё с тем же тихим изумлением, что и утром. — Вот этот свитер тебе точно подойдёт, — Ирэн протянула ему мягкий пушистый джемпер лавандового цвета. — Он мне великоват, а на тебе будет отлично сидеть. И под цвет твоих ушек. Чимин коснулся свитера кончиками пальцев. Ткань была нежной, приятной на ощупь, без единого следа грубости или насилия. — Спасибо, — прошептал он. — Не за что, — Ирэн улыбнулась и взъерошила его чёлку, случайно задев одно ушко. Чимин вздрогнул, но не отпрянул. — А теперь давай смотреть, что ещё у меня есть. Мы сделаем из тебя самого стильного гибрида в Сеуле. Дизайнерские шмотки, подобранные лично креативным директором. Умрёшь от зависти, Юнги. Она рассмеялась, и её смех — звонкий, переливчатый — заполнил комнату. Чимин смотрел на неё и чувствовал, как лёд внутри него начинает таять. Медленно, капля за каплей, но тает. Впервые за шесть лет он начал верить, что у него есть будущее. Будущее, в котором он — не вещь. Не плата за спасение. А просто живое существо, достойное тепла.