Где кончается хвост

The Heart Wants What It Wants Slowed

***

Рабочий день в агентстве тянулся медленно, словно патока. Ирэн сидела в своём кабинете, уставившись в монитор компьютера, и уже битый час просматривала один и тот же сайт. «HybridMatch» — крупнейшая в Корее платформа для поиска партнёров среди гибридов. Заголовок на главной странице гласил: «Найдите идеальную пару для вашего питомца! Тысячи проверенных анкет! Безопасные встречи!» Ирэн скроллила анкету за анкетой, и с каждой новой страницей её настроение становилось всё мрачнее. Вот гибрид-лисица с серебристым мехом, двадцать один год, «ласковая и послушная, ищет заботливого партнёра». Вот гибрид-песец — редкий, почти такой же, как Чимин, — с белоснежным мехом и голубыми глазами, «игривая, любит долгие прогулки и внимание хозяина». Вот ещё одна — помесь песца и сибирской хаски, пушистая, с фотографии смотрела застенчиво и мило. Все они были красивыми. Все они были подходящими. Все они могли бы стать парой для Чимина — снять его напряжение, направить инстинкты в естественное русло, помочь пережить гон без лишнего стресса. Ирэн смотрела на их фотографии и чувствовала, как внутри что-то сжимается. Не просто сжимается — скручивается в тугой, болезненный узел, который мешал дышать. Она представила Чимина рядом с одной из этих гибридок. Как он касается её меха. Как он прижимается к ней. Как он смотрит на неё тем самым взглядом — тёмным, горячим. Тем взглядом, которым он смотрел на Ирэн вчера ночью, перед тем как поцеловать. Нет-нет-нет. Ирэн зажмурилась и потрясла головой, отгоняя наваждение. Это неправильно. Она не должна ревновать. Она хозяйка. Хозяйка должна заботиться о благополучии своего гибрида. Если ему нужна пара — она найдёт ему пару. Точка. Она открыла глаза, сделала глубокий вдох и снова уставилась в монитор. Но фотографии расплывались перед глазами, и она не могла заставить себя нажать кнопку «Отправить запрос». Ни на одной анкете. Ни на единой. Дверь кабинета приоткрылась без стука, и в щель просунулась голова Сокджина. Его медово-карие глаза сияли тем самым хитрым, понимающим блеском, который Ирэн уже начинала узнавать и которого слегка опасалась. Соболиные уши стояли торчком, губы изогнулись в лёгкой, почти кошачьей улыбке. — Ирэн-сси! — пропел он, вплывая в кабинет с грацией, которой позавидовала бы любая подиумная модель. Его хвост, длинный и пушистый, струился за ним, как шлейф. — Как ваше настроение? Вы сегодня такая... задумчивая. — Занята, — буркнула Ирэн, не отрывая глаз от экрана. — Что-то важное, Сокджин-сси? — О, всегда важное, — он приблизился к столу, и его уши слегка повернулись в сторону монитора. — Я просто хотел обсудить грядущую съёмку для Classy. Но, кажется, вы заняты чем-то более... увлекательным. Он бесцеремонно заглянул в экран, и его брови поползли вверх. На мониторе красовалась страница «HybridMatch» с фотографиями гибридов-девушек: пушистые уши, блестящий мех, застенчивые улыбки. Фильтры были выставлены по виду «песец, лисица, помеси». Сверху горел заголовок: «Лучшие кандидаты». Ирэн попыталась свернуть окно, но было поздно. — Ого, — только и сказал Сокджин. Его улыбка стала шире, а глаза превратились в щёлочки. — Это не то, что ты думаешь, — быстро сказала Ирэн. — Я ничего не думаю, — ответил Сокджин с тем невинным выражением лица, которое ясно говорило: он думает очень много и всё — чистейшую правду. — Я просто вижу, что вы ищете пару для Чимина. Как заботливо с вашей стороны. — Это по медицинским показаниям, — отрезала Ирэн, чувствуя, как щёки начинают гореть. — У него скоро гон. Ему нужна... разрядка. Врач сказал. — Конечно-конечно, — Сокджин поднял руки в примирительном жесте, всё ещё улыбаясь. — Я полностью одобряю. Вы очень ответственная хозяйка. Просто... — он наклонился ближе и понизил голос, — ...вы уже которую анкету просматриваете? — Двадцать третью, — мрачно ответила Ирэн. — И ни одна не подошла? — Ни одна. — По каким критериям отбираете? — в голосе Сокджина звенело неприкрытое веселье. — Мех не того оттенка? Уши недостаточно пушистые? Хвост коротковат? — Не твоё дело, — Ирэн наконец свернула окно и развернулась к нему всем корпусом. — Ты что-то хотел, Сокджин-сси? Но Сокджин уже отступал к двери, и на его лице сияло выражение полного, абсолютного удовлетворения — как у кота, который только что стащил самую жирную сметану со стола и остался безнаказанным. — Нет-нет, ничего срочного. Съёмку обсудим позже. У вас, я вижу, дела поважнее. И он выскользнул за дверь, оставив Ирэн в одиночестве и в бешенстве. Она уронила голову на стол и глухо застонала. Почему всё всегда становится только сложнее?

***

Комната отдыха для сотрудников агентства располагалась на пятнадцатом этаже и представляла собой уютное помещение с мягкими диванами, кофемашиной и панорамным окном, из которого открывался вид на город. В этот час здесь было пусто — большинство сотрудников разбежались по съёмкам и совещаниям. Чимин сидел на диване в углу, поджав ноги и обхватив колени руками. Его хвост безжизненно лежал на подушке, уши были прижаты к голове, а взгляд — устремлённым в одну точку на стене. Перед ним стояла нетронутая чашка с чаем, уже успевшим остыть. Он не хотел ни с кем разговаривать. Не хотел никого видеть. Он хотел только одного — чтобы вчерашней ночи не было. Или, наоборот, чтобы она была, но закончилась иначе. Дверь открылась, и в комнату вошёл Сокджин. Чимин даже не пошевелился. — А, вот ты где, — пропел Сокджин, направляясь к дивану. Его хвост плавно покачивался в такт шагам, уши стояли торчком, а на губах играла всё та же хитрая, всезнающая улыбка. — А я тебя обыскался. — Уйди, — коротко сказал Чимин. — Не могу, — Сокджин бесцеремонно уселся на соседний диван и закинул ногу на ногу. — У меня к тебе разговор. Чимин промолчал. Его хвост едва заметно дёрнулся — единственный признак того, что он вообще слышал собеседника. — Ты сегодня особенно мрачный, — заметил Сокджин, разглядывая его с откровенным любопытством. — Даже более мрачный, чем обычно. Что случилось? Поссорился с Ирэн? Чимин вздрогнул при упоминании её имени, и Сокджин это заметил. — О, — протянул он, и его улыбка стала шире. — Значит, я прав. Вы поссорились. Из-за чего? Из-за вчерашнего? Я слышал, она ходила на вечеринку с тем парнем — как его там, Тэён? — и вернулась поздно. И, говорят, они расстались. Интересное совпадение, не находишь? — Ты ничего не знаешь, — процедил Чимин, и в его голосе зазвучали низкие, предупреждающие ноты. — Я знаю достаточно, — парировал Сокджин. — Например, я знаю, что ты влюблён в неё. Чимин резко повернул голову, и его глаза — светло-серые, но сейчас потемневшие до грозового оттенка — встретились с глазами Сокджина. Его уши встали торчком, хвост напрягся. — Заткнись, — произнёс он тихо, но в голосе звенела неприкрытая угроза. — Или что? — Сокджин склонил голову набок, разглядывая его, как энтомолог разглядывает редкую бабочку. — Ударишь меня? Укусишь? Кстати, о том, чтобы укусить... — он подался вперёд и, приблизившись к Чимину на расстояние вытянутой руки, едва заметно повёл носом, втягивая воздух. — От тебя пахнет. Сильно пахнет. Гормонами. Феромонами. Знаешь, что это значит? Чимин замер. Он сам чувствовал это — странное напряжение в теле, жар, который то накатывал, то отступал, непонятную взвинченность, которая не давала усидеть на месте. Но он гнал от себя эти мысли. Он не хотел думать о том, что с ним происходит. — У тебя скоро гон, — констатировал Сокджин. — Я прав? Чимин смотрел на него и молчал, но молчание было красноречивее всяких слов. — Что ж, — Сокджин откинулся на спинку дивана, и его улыбка стала откровенно ехидной, — кажется, я знаю, зачем Ирэн-сси сидит в своём кабинете и просматривает сайты знакомств. Чимин моргнул. — Что? — А ты не знал? — Сокджин изобразил удивление. — Она ищет тебе пару. Самку. Для случки. В комнате повисла тишина. Чимин смотрел на Сокджина не мигая, и его лицо медленно теряло краски. Уши, до этого стоявшие торчком, начали опускаться — медленно, миллиметр за миллиметром. Хвост застыл и сделался прямым как палка. — Ты врёшь, — прошептал он. — Зачем мне врать? — Сокджин пожал плечами. — Я только что заходил к ней в кабинет. У неё на мониторе была открыта страница «HybridMatch». Фильтр: песец, лисица, помеси. Лучшие кандидаты. Она просмотрела двадцать три анкеты. Двадцать три, Чимин. И, судя по её лицу, ни одна не показалась ей достаточно хорошей для тебя. Но она продолжает искать. Чимин чувствовал, как земля уходит из-под ног. Она ищет ему пару. Она хочет отдать его кому-то. Какой-то самке, которую он никогда не видел, которую он не знает, которая... Он не хотел. Он не хотел никого, кроме... — Она хочет, чтобы я... — его голос сорвался. — Чтобы ты разрядился, — закончил за него Сокджин. — Естественным путём. Безопасно. С медицинской точки зрения это разумно. Но с твоей... — он усмехнулся, — ...вряд ли приемлемо. Чимин вцепился пальцами в подушку так, что ткань затрещала. Его глаза горели. Из горла вырвался низкий, вибрирующий звук — не рычание, но что-то очень близкое к нему. — Я не буду, — сказал он. — Ни с кем. Только... Он осёкся, не закончив фразу. Но Сокджин и так понял. Он улыбнулся — на этот раз почти сочувственно, — поднялся с дивана и направился к выходу. — Удачи, Чимин-сси, — бросил он через плечо. — Она тебе понадобится. Дверь за ним закрылась, и Чимин остался один — с чашкой остывшего чая, дрожащими руками и сердцем, которое разрывалось от боли и ярости. Она хотела отдать его кому-то. Она не хотела его. Поцелуй вчерашней ночью ничего не значил. Она просто хотела от него избавиться.

***

Вечером Ирэн ждала Чимина у студии. Он вышел молча, сел в машину, пристегнулся и уставился в окно. Ни слова за всю дорогу. Ирэн тоже молчала, сжимая руль и пытаясь подобрать слова, которые всё равно не шли. Дома он сразу прошёл в гостиную, сел на диван и уставился в одну точку. Ирэн сняла пальто, повесила его на вешалку и подошла к нему. В голове крутились фразы, которые она репетировала весь день: «Я думаю, нам нужно найти тебе пару», «Это для твоего здоровья», «Врач сказал, что так будет лучше». Но когда она увидела его лицо — бледное, напряжённое, с покрасневшими глазами, — все слова вылетели из головы. — Чимин, — начала она, — я хотела с тобой поговорить. Он не ответил. — Я думала о том, что нам делать с... с твоим состоянием. И я нашла кое-что. У одного моего знакомого есть гибрид, девочка, песец, очень красивая и... — Нет, — сказал он. Слово было коротким, но прозвучало как выстрел. — Чимин, послушай... — Я сказал нет! — он вскочил с дивана, и его глаза вспыхнули. — Ты хочешь отдать меня кому-то?! Хочешь, чтобы я пошёл к какой-то незнакомой самке и... — Это для твоего здоровья! — Ирэн тоже повысила голос. — Врач сказал, что тебе нельзя подавители! Это единственный способ пережить гон без вреда для организма! Я просто пытаюсь о тебе позаботиться! — Заботиться?! — Чимин рассмеялся — горьким, надтреснутым смехом. — Ты называешь это заботой?! Ты хочешь сплавить меня кому-то, потому что тебе надоело со мной возиться! — Я не сплавляю тебя! Я ищу решение проблемы! — Я тебе не проблема! — выкрикнул он. Его голос сорвался, и в нём зазвенела боль. — Я живое существо, Ирэн! Я не вещь, которую можно передать из рук в руки! Сначала ты хочешь отдать меня этому Тэёну — чтобы он за мной присматривал! Потом — какой-то самке, чтобы она со мной переспала! Ты вообще думаешь о том, чего хочу я?! — А чего ты хочешь?! — закричала Ирэн в ответ. — Скажи мне! Чего ты хочешь, Чимин?! — Тебя!!! Слово разорвало воздух между ними. Повисло в тишине, как раскат грома. Чимин стоял, тяжело дыша, и смотрел на неё — а в его глазах было всё сразу. Боль. Ярость. Любовь. Отчаяние. — Тебя, — повторил он тише. — Только тебя. Всегда. С первой минуты. С того дня, когда ты ворвалась в кабинет и вырвала меня из его рук. С той ночи, когда ты привезла меня домой и уложила в свою постель. Я не хочу никого другого. Я не могу. Ты — моя. А я — твой. Разве ты не понимаешь? Ирэн смотрела на него и не могла вымолвить ни слова. — Но ты не хочешь меня, — продолжил Чимин, и его голос стал глухим. — потому что я для тебя — просто гибрид. Просто питомец. Просто проблема, которую нужно решить. — Это не так! — она шагнула к нему. — Чимин, я... — Не трогай меня! — он попятился, но она уже протянула руку, пытаясь коснуться его плеча, успокоить, остановить этот кошмар. Её пальцы коснулись его руки, и он резко отшатнулся, взмахнув ладонью. Его когти — не выпущенные специально, просто острые от природы — скользнули по её коже. Ирэн вскрикнула и отдёрнула руку. На предплечье расцвели три тонкие алые линии. Чимин замер. Его лицо из бледного стало пепельным. Он смотрел на кровь на её руке — кровь, которую пролил он, — и в его глазах отразился такой ужас, какого Ирэн не видела никогда, даже в самые страшные моменты в кабинете Намджуна. — Я... — его голос прервался. — Я... прости... я не... Он развернулся и бросился к двери. Рванул ручку, вылетел в коридор и побежал вниз по лестнице, не дожидаясь лифта. Ирэн застыла на секунду, глядя на кровь, а потом бросилась за ним. — Чимин! Чимин, подожди! Но он был быстрее. Хлопнула входная дверь подъезда. Ирэн выбежала на улицу и остановилась, оглядываясь по сторонам. Его нигде не было. Только холодный ветер завывал между домами. На улице было холодно. Очень холодно. А Чимин выбежал без пальто, в одном тонком свитере. — Нет, — прошептала Ирэн, чувствуя, как сердце сжимается от страха. — Нет, нет, нет... Она побежала. Сначала в одну сторону, потом в другую. Заглядывала в переулки, в арки, во дворы. Ветер усиливался, залеплял глаза и взлохмачивал волосы. Волосы прилипли к лицу; она не чувствовала пальцев от холода. — Чимин! — кричала она, и голос разносился по пустым улицам. — Чимин, вернись! Пожалуйста! Прохожие оборачивались на неё — молодая женщина в дорогом пальто, но без шапки, с безумными глазами, бегущая по улице и кричащая чьё-то имя. Она пробежала несколько кварталов, завернула за угол, миновала парк, обогнула торговый центр. Нигде. Она уже готова была расплакаться от отчаяния, когда заметила толпу. У входа в метро, под козырьком, где горели яркие лампы, стояла группа подростков и несколько девушек. Они окружили кого-то, щёлкали телефонами и что-то возбуждённо кричали. Ирэн подбежала ближе и увидела его. Чимин стоял, прижавшись спиной к стене, и выглядел как загнанный зверь. Его уши были прижаты, хвост поджат, глаза расширены от страха. Он дрожал — то ли от холода, то ли от нервов, — а вокруг него мелькали телефоны. — Это же тот самый гибрид! — визжала какая-то девушка. — Из рекламы Swarovski! — Чимин-оппа! Распишитесь! — Можно фото? — Какой ты красивый вживую! — А где твоя хозяйка? Ты потерялся? Толпа напирала. Чимин не отвечал. Он не мог. Его мир сузился до единственной мысли: он причинил ей боль. Он поранил Ирэн. Он убежал. Он всё разрушил. — Чимин!!! Голос Ирэн разрезал гул толпы, как нож. Чимин вздрогнул и поднял голову. Она бежала к нему — растрёпанная, замёрзшая. Он оттолкнулся от стены и кинулся ей навстречу. Они столкнулись посреди круга изумлённых фанатов. Чимин врезался в неё всем телом, обхватил руками, прижал к себе так крепко, что у неё перехватило дыхание. Его лицо уткнулось в её шею, и он зарычал — низко, утробно, как зверь, защищающий свою стаю. — Моя, — прорычал он, и это слово было обращено не к ней — к толпе. — Моя. Не подходите. Фанаты попятились. Кто-то всё ещё снимал, кто-то начал шептаться, но Чимину было всё равно. Он держал Ирэн так, словно боялся, что она растворится в воздухе. Его пальцы вцепились в её пальто, хвост обвился вокруг её ноги, уши легли на её плечо. Он дрожал всем телом — от холода, от шока, от пережитого страха. — Прости, — шептал он. — Тише, — Ирэн гладила его по голове, не обращая внимания ни на фанатов, ни на камеры, ни на ветер. — Я здесь. Я с тобой. Пойдём домой.

***

Домой они вернулись молча, держась за руки. Чимин не отпускал её ладонь всю дорогу — в метро, в лифте, у двери квартиры. Его хвост обвивал её ногу, а вторая рука сжимала край её пальто, как будто он боялся потеряться снова. В квартире было тепло. Ирэн сняла пальто, стянула туфли и включила свет. Чимин стоял посреди гостиной, опустив голову. Его всё ещё трясло. — Дай я посмотрю, — Ирэн подошла к нему и взяла за руку. — Ты замёрз. У тебя губы синие. — У тебя кровь, — тихо ответил он, глядя на её предплечье. — Это царапина. Ерунда. — Ты хотела... отдать меня кому-то... — его голос был едва слышен. — Я не вынесу. Если ты отдашь меня кому-то, я... я умру. Ирэн смотрела на него — на его поникшие уши, на хвост, безжизненно лежащий на полу, на ресницы, всё ещё влажные от слёз, — и что-то внутри неё сломалось окончательно и бесповоротно. — Я не отдам тебя никому, — сказала она. — Никогда. Я дура. Я думала, что так будет лучше для тебя. Но я ошибалась. Ты... ты не просто гибрид. Ты не вещь. Ты — часть меня. И я не хочу, чтобы кто-то... прикасался к тебе. Слышишь? Никто. Только... Она осеклась, не в силах закончить фразу. Но Чимин понял. Его уши медленно приподнялись. Глаза — всё ещё покрасневшие — жадно впились в её лицо. — Только ты, — закончил он за неё. Ирэн покраснела — резко, до корней волос, — но не отвела взгляда. — Да. Только я. Чимин смотрел на неё несколько долгих секунд. А потом медленно, осторожно, словно она была хрустальной, взял её раненую руку и поднёс к губам. Его язык коснулся царапины — горячий, влажный, шершавый. Ирэн вздрогнула. — Что ты делаешь? — прошептала она. — Зализываю, — ответил он, не поднимая глаз. — Так быстрее заживёт. Его язык скользнул по предплечью снова — на этот раз медленнее, почти интимно. Ирэн почувствовала, как по всему телу разливается жар. Сердце забилось где-то в горле. Дыхание перехватило. Она смотрела на его склонённую голову, на пушистые уши, на светлые ресницы, на губы, касающиеся её кожи, и не могла пошевелиться. Это было неправильно. Это было... Она почувствовала, что возбуждается. Резко, остро — как удар тока. Её щёки залил пунцовый румянец, и она попыталась отдёрнуть руку, но Чимин держал её крепко. Он поднял глаза — тёмные, горячие, с теми самыми расширенными зрачками, которые она видела вчера. И в этом взгляде было всё. Его язык снова коснулся её кожи в последний раз, и он наконец отпустил её руку. — Прости, — сказал он тихо. — Я не должен был... — Нет, — выдохнула Ирэн. — Не извиняйся. Чимин наклонился к ней — ближе, ещё ближе. Его нос оказался у её шеи, и он втянул воздух. Глубоко, жадно, как зверь, который наконец поймал запах своей добычи. Ирэн замерла, чувствуя его горячее дыхание на своей коже, его запах — мятный, тёплый, с примесью чего-то животного. — Ты пахнешь... — пробормотал он ей в шею, и его голос вибрировал, как низкая струна. — Ты пахнешь так... — Чимин, — прошептала она. — Что ты... — Завтра, — выдохнул он. — Завтра начнётся. Ирэн поняла без слов. Гон. Завтра. Она уже чувствовала это — жар, исходящий от его тела, тяжёлый, насыщенный феромонами запах, который заполнял комнату. Завтра всё должно было измениться. Окончательно. Но сегодня он просто опустил голову ей на плечо и закрыл глаза. Его тело обмякло, прижимаясь к ней всем весом, словно он наконец позволил себе расслабиться после долгого, страшного дня. — Я устал, — прошептал он. — Тогда спи, — Ирэн осторожно обняла его, не замечая ни крови, ни холода, который всё ещё не ушёл из костей. — Я здесь. Я никуда не уйду. Чимин уснул прямо так — сидя на диване, уткнувшись в её плечо, обвив её хвостом, как самым дорогим сокровищем. Ирэн сидела неподвижно, боясь пошевелиться, и думала о том, что завтра всё изменится. Возможно, она уже не сможет притворяться. Возможно, она уже не сможет называть его «просто гибридом». Возможно, то, что началось в кабинете доктора, продолжилось на полу в гостиной и взорвалось сегодня ночью, уже нельзя было остановить.