Я слышу вне музыки

Когда Рафаэль слушал сонату Грига, которую играл Лиам на сегодняшнем концерте, его жизнь остановилась. Точнее, она продолжалась, но ощущения были уже не те, что прежде. Он будто почувствовал родное состояние души и тела. Это не та музыка, которую можно назвать классической в привычном понимании этого слова. По крайней мере, не в интерпретации Лиама. Рафаэль слышал будто джазовые фрагменты, переплетённые солнечными гармониями, но всё же остающиеся в этой атмосфере странного отчаяния. И он искренне не мог понять, как после такого можно отчислить? — Вы Рафаэль? — вывел психолога из своих мыслей знакомый хрипловатый голос. Он тут же поднял взгляд. Это не совпадение. Лиам стоял прямо перед ним. Молчание длилось несколько секунд, но для Рафаэля — целую вечность. — Да, — подтвердил он. — Ли? — Да, — подтвердил Лиам. — Меня так зовут друзья. — Значит, я должен быть польщён, что вы считаете меня другом. — Просто у меня больше и нет друзей. — Меня это не должно волновать. — Тогда почему вы должны быть польщены? — Ой, заткнись, — отрезал Рафаэль и резко поднялся со стула. — Я уже час тебя здесь жду, не мог забронировать класс пораньше? — Какой нетерпеливый, — цокнул Лиам и направился к самому последнему классу в коридоре. — Свободных классов не было. Пока ключ нехотя поворачивался в замке, Лиам приподнял бровь: — С чего вдруг такая заинтересованность миром фортепианной музыки? — Мне нечего делать. Слишком скучно. — Есть много других вещей, которые намного сильнее помогают от скуки. — Например? — Прыгнуть с парашютом. — Или без, — пошутил Рафаэль. Но ему не понравилась ухмылка Лиама в ответ. — Проходи. Располагайся где хочешь, — сказал Лиам, открывая дверь и пропуская Рафаэля вперёд. Рафаэль воспользовался возможностью и прыгнул прямо сверху на рояль. Глаза Лиама резко распахнулись. — Совсем спятил? Разве можно так с инструментом?! Тут ещё и камеры наверняка есть, слезь оттуда немедленно!!! Рафаэль ожидал подобной реакции и специально решил подшутить над Лиамом, но не ожидал такой сильной агрессии. — Ладно, ладно! — Он поспешно слез с рояля и устроился на стуле перед инструментом. — Не кипятись. Лиам недовольно смотрел на виноватое лицо Рафаэля. Затем сел за рояль и открыл крышку, за которой скрывались клавиши. — Что тебе сыграть? — спросил он. — Сыграй, что ты хочешь. — Серьёзно? Даже заказов не будет? — Играй то, что хочешь прямо сейчас. Вот тебе и заказ. Лиам опешил на несколько секунд, но вскоре взял себя в руки. «Что хочу, так что хочу.» Он медленно протянул руки к клавишам и начал играть. Рафаэль, очевидно, сошёл с ума. Как его может это трогать? Как этот человек способен проникнуть в глубины его души? — Это музыка из аниме «Ходячий замок», — пояснил Рафаэль в паузе после вступления. Он ведь слышал эту музыку, но она никогда не производила на него такого ощущения. Не было в этой мелодии тех чувств, которые Лиам вкладывает прямо сейчас. Он не хотел, чтобы эта музыка закончилась. — Они глупые или что? — вдруг пробубнил Рафаэль после последней ноты Лиама. — Что? — не понял пианист. — Почему они хотят тебя отчислить? Таких пианистов, как ты, никогда не слышал. Это потрясающе. Я такого никогда не чувствовал. Лиам сидел в ступоре и неотрывно смотрел на Рафаэля. — А я думал, ты это слушаешь от скуки, — наконец озвучил он. — Именно. — От скуки не чувствуют. Рафаэль тоже поднял взгляд на Лиама, и их глаза встретились. Лиам прожигал Рафаэля своими глазами цвета тёмного леса, в то время как Рафаэль пытался удержать этот взгляд на себе как можно дольше, не отводя своих тёмно-красных глаз, будто пытаясь очутиться в этом лесу. — У тебя крашеные волосы? — вдруг спросил Лиам, отчего Рафаэль округлил глаза, пытаясь осмыслить неожиданный вопрос. — Пряди по бокам белого цвета, — кивнул он головой на него. И правда, это выглядело так, будто он их покрасил. Две тонкие боковые пряди Рафаэля были белыми, в то время как остальные волосы имели тёмный цвет. — Это от природы. Интереснее твоих — просто чёрных. — Характер такой тоже от природы? — Заткнись. — Я уже понял, что ты любишь это слово. — Тогда не вынуждай меня повторять его. — Но мне это нравится. — Больной на голову. — Все пианисты больны на голову. — И это не лечится. — Это не лечится, — подтвердил Лиам. — Будут ещё заказы? — Играй, что ты хочешь. И Лиам заиграл. Он играл целую ночь, еле держа глаза открытыми, но осознавая, что его желают слушать. Рафаэль ни разу даже не отвлёкся на телефон и, кажется, должен заплатить Лиаму уже пару миллионов рублей. Но ему плевать. Он не хочет останавливаться.