Marvel 11: Маска Героя

В весьма расстроенных чувствах я ехал обратно, чувствуя, как гнев внутри меня только растёт с каждой минутой обдумывания ситуации. Я уже давно не превозношу свою гениальность, полученную «в наследство» при вселении в Зика. За эти два с лишним года я совершил достаточно откровенно глупых поступков, а удача, к сожалению, не преследовала меня по пятам ежедневно, поэтому юношеской самоуверенности у меня и правда сильно поубавилось. Однако даже сейчас я не считаю себя откровенным идиотом – скорее уж наоборот, а потому выход на магическую сторону этого мира я начал искать не позже, чем через полгода после попадания. Причём начал бы и раньше, но тогда на меня навалилось слишком много дел: учёба, покушения, попытки воссоздать – точнее, пересоздать – сыворотку суперсолдата, и размышления над «Шоковой Бронёй». Моей ещё не рождённой ответкой Старк, которая в этом мире всё ещё не «железная леди»… Или стальная, чёрт её знает, как она в этой вселенной обзовётся, когда наконец вылезет из запоя и доберётся до той пещеры с террористами. Только вот за всё это время, влив миллионы долларов в аналитику, поиски аномалий и наёмников, я не смог выйти ни на одного, мать его, мага из Камар-Тадж! Я чётко помню, что в каноне были какие-то отступники. Кажется, первый фильм про Стрэнджа как раз и повествует о противостоянии с каким-то там тёмным магом-предателем с подведёнными глазами, но никаких деталей в моей памяти просто не осталось, ибо смотрел я его очень давно! Зато удалось выйти на Руку. Это такие некроманты-ниндзя из Китая, насколько я понял. Встречаться с ними лично я, разумеется, не стал – жить мне пока хочется, но пару пробных заданий дал. Также мои люди обнаружили множество слабосилков-одиночек, городских шаманов и прочих фриков, с некоторыми из них даже было взаимодействие, я ведь действительно хотел изучить магию. Но сначала была идея попытаться создать что-то вроде технологического уловителя магии и у меня даже получилось собрать рабочий концепт, но это отдельная история, до которой мне сейчас нет никакого дела. Результат всё равно один: грёбаный Камар-Тадж, с его библиотеками и машиной времени на шее Верховного Мага, я так и не нашёл! — Всё так плохо? — вывел меня из мрачных раздумий непривычно серьёзный голос моей телохранительницы. Я скосил на неё взгляд. К слову, парочку тех самых магов-одиночек Линда лично прирезала, когда я, благодаря разработанным датчикам, понял, что эти ублюдки пытались воздействовать на мой разум с совершенно неясными, но явно паскудными целями (оцениваю по себе, это правда, но рисковать всё равно не собираюсь). — Есть такое… — протянул я, откидываясь на спинку сиденья, но продолжать не стал. Кайлу и Линде я доверял достаточно – они много раз спасали мне жизнь, а вот кому-нибудь другому лучше вообще не знать о моих делах. Внезапно салон наполнился мелодичным птичьим щебетом – оповещение о сообщении. Причём такой рингтон у меня стоит только на одном конкретном человеке, с которым мы не виделись уже очень и очень давно… Хмурюсь, достаю из кармана новенький телефон-раскладушку – эксклюзивный, ещё не вышедший на рынок прототип производства «Hammer Industries» с квантовым шифрованием. Боковым зрением замечаю, как Линда с максимально невинным видом пытается заглянуть мне в экран, грудью прижимаясь к моему плечу. Закатив глаза, я разблокировал аппарат отпечатком пальца и вчитался в текст, немного повернув экран, чтобы девушка ничего не увидела – а-то ишь чего вздумала – секретные переписки своего босса читать! Как и ожидалось, сообщение было от моей давней знакомой, свалившей из Нью-Йорка из-за проблем со здоровьем несколько лет назад. Да-да, речь о Генриетте Озборн, впрочем, пропала она для всех, кроме меня – мы поддерживали вялотекущую переписку всё это время. Я всё ещё помню нашу последнюю встречу перед её отъездом в Европу, тогда эта зеленоглазая (такси) чертовка просто стребовала с меня клятву помогать Паркер, которую в те времена частенько задирали одноклассники, стоило ей остаться одной. Сейчас-то всё намного лучше: умницу Петру больше никто не трогает, всё же статус моей протеже даёт о себе знать, а до недавнего времени окружающие даже начали воспринимать её ботаничность совершенно спокойно… пока в нашу школу не перевёлся один рыжий пи… парень. Нужно пореже материться. Даже в мыслях подобное звучит крайне паршиво, особенно от наследника многомиллиардной оружейной корпорации. «Скоро буду в городе. Надеюсь, ты ещё не забыл, как я выгляжу, Хаммер?» — гласило сообщение от Генриетты. Я быстро набрал ответ: «Жду с нетерпением. Как твоё здоровье, Генриетта?» Отправил. Подождал минуту. Две. Тишина. Прочитано, но ответа нет. Я тихо хмыкнул и убрал телефон в карман. Всё стабильно – тему лечения она никогда не поддерживала, чем поначалу меня даже бесила, но сейчас я уже привык. — И кто это у нас тут так загадочно улыбается экрану? — Линда картинно надула губки, отстраняясь. Выглядела она нарочито обиженной. — Что, подружка пишет? — Ага, — не стал отпираться я. — Скоро вернётся в город. — Ах, «скоро вернётся»? — наёмница прищурилась, сложив руки под впечатляющей грудью, отчего та стала ещё более выдающейся. Делая ревнивый вид, она протянула: — И как много вы с этой «подругой» уже успели поделать, а? И как давно вы, стесняюсь спросить, знакомы? Я окинул её хитрым взглядом. Линда обожала эти наши словесные пикировки, прощупывая границы дозволенного. Обижать её я не собирался, но и на шею садиться не дам. — Знаешь, Лин, — я вальяжно закинул ногу на ногу, — мы с тобой вроде как не муж и жена, чтобы я тебе на такие личные вопросы отвечал… — Я сделал театральную паузу, наслаждаясь тем, как расширились её глаза, и добил с усмешкой: — И даже не любовники… С переднего сиденья донёсся сдавленный кашель. Кайл натурально поперхнулся воздухом и теперь старательно делал вид, что его очень интересует мигающий оранжевым светофор. Второй охранник, сидевший рядом с ним, вообще окаменел, притворившись глухонемым элементом обшивки салона. — И зря, — Линда обиженно фыркнула, но в голосе всё равно проскользнула взволнованная хрипотца. Она отвернулась и уставилась в тонированное окно. Которое, к слову, окном не являлось – наш, с виду самый обычный седан, на деле был полностью бронированной капсулой, закрытой от внешнего мира толстенной бронёй, а окна изнутри представляли собой высококачественные экраны, транслирующие картинку с внешних скрытых камер без малейшей задержки. Смотря на её лицо на фоне проносящегося по экрану Нью-Йорка, я не выдержал – похоже, что адреналин от разговора с отцом ещё бродил в крови, требуя выхода. Я подался вперёд и тихо, так, чтобы слышала только она, произнёс: — Тогда давай сегодня же исправим эту непростительную оплошность. Я видел, как дрогнули плечи девушки, как покраснели её ушки, но Линда ничего не ответила, лишь бросила на меня через плечо нечитаемый задумчивый взгляд. — А давай…

***

Следующий день. 10:00 утра.

Я стоял у панорамного окна своей гостиной, глядя на залитый солнцем мегаполис, и потягивал кофе с молоком. Да, вчера вечером я был ближе всего к сексу с Линдой за все три года нашего знакомства. Когда мы вернулись в квартиру, напряжение между нами было почти осязаемым… Но ничего не произошло. И дело не в том, что она передумала или я струсил (чтобы я и струсил? Пф, когда такое было?). Просто, как только двери лифта закрылись, вся моя бравада исчезла без следа, а мысли снова вернулись к осунувшемуся лицу отца и тикающему где-то внутри таймеру в «месяц и три дня». Заходить дальше, когда в голове крутится мысль о скорой смерти отца из-за проклятия… откровенно говоря, не лучший фон для романтики. Я просто извинился, сославшись на усталость и тяжёлый разговор с отцом, и ушёл в душ, а Линда, на удивление, совершенно не расстроилась и спокойно приняла мой отказ. Может, она и сама просто шутила, прощупывая почву? Чёрт её знает – даже спустя столько времени я не всегда уверен, когда эта блондинка серьёзна, а когда просто играет со мной, как кошка с мышкой. Тишину разорвала вибрация телефона на стеклянном столике. Взглянув на экран, я принял вызов. — Да, Дима? — Доброе утро, босс! — раздался в динамике бодрый, с лёгким, едва уловимым русским акцентом голос. Дмитрий Соколов. Иммигрант с моей далёкой родины из прошлой жизни, а ныне – официальный генеральный директор Zik Enterprises. Я построил эту компанию с нуля, тогда мне нужна была площадка, где я мог бы реализовывать свои идеи – удачные и рискованные, чтобы не мешать отцу, у которого уже были свои акционеры, свои контракты с Минобороны и свои проблемы. Дима был нанят два года назад как самый обычный сотрудник финансового отдела, но он быстро выделился из толпы «белых воротничков», когда рискнул головой и передал мне информацию о том, что тогдашний гендиректор, старый ублюдок по имени Джон, готовился втихую отжать фирму себе, переписав патенты через подставные конторы. Тогда Линде пришлось ненадолго вспомнить времена, когда она была элитной наёмной убийцей – девушка решила проблему с Джоном так чисто (авария), что ни один коп или корпоративный ищейка не смог бы придраться ни к самому факту смерти, ни тем более приплести к этому некоего шестнадцатилетнего Иезекииля Люциана Хаммера. Сам я не мог быть гендиректором по закону. Технически, при эмансипации – мог бы, но это повлекло бы за собой кучу ограничений, внимания налоговой и прессы, да и, честно говоря, мне было совершенно неинтересно решать мелкие управленческие дела. Когда с «мятежом» Джона было покончено, отлично проявивший себя Дмитрий получил от меня повышение. Сейчас он выполнял роль моего «мастера на все руки»: заказывал оборудование в обход отцовских каналов, следил за направлениями компании, увольнял и нанимал людей. В «тёмную сторону» моих дел его не допускали – он своё место и так нашёл, так что привлекать молодого парня к этому я не хотел. — Что стряслось? — спросил я, делая глоток кофе. — Опять наш главный редактор буянит, Иезекииль Джастинович, — страдальчески вздохнул Дима. Мы были одни на защищённой линии, поэтому он иногда позволял себе использовать отчество, зная, что меня это забавляет – я как в первый раз услышал, так чуть ли в истерику от смеха не впал. — Звоню по поводу отдела, занимающегося издательством книг, манги и комиксов. Мистер Смит снова недоволен вашим названием. — И что на этот раз ему не нравится в «Властелине Колец»? — я поморщился, потирая переносицу. — Говорит, слишком двусмысленно звучит. Мол, ассоциации у фокус-группы возникают какие-то… проктологические… Или гинекологические… Спрашивает, нельзя ли переименовать в «Хранителей Перстня» или «Эпоху Эльфов»? Я закатил глаза – этот придурок постоянно докапывается до моих названий! Когда я запустил «Звёздные Войны», он кричал, что это звучит как дешёвый бульварный трэш. «Наруто» ему казалось похожим на название японского рыбного рулета (что технически правда, но не ему же мне об этом говорить!), а теперь вот Толкин ему чем-то не угодил. Да, я нагло ворую самые популярные истории из своего прошлого мира, и что вы мне сделаете? Я в другом городе! Да и в другой, мать её, вселенной! Вообще, Zik Enterprises занималась огромным количеством разных задач, печатный отдел был так, для души и побочного заработка. У нас был раздел интернет-технологий, который пытался занять нишу поисковика Гугла. Да, в этой вселенной Гугл уже существовал, но всё ещё не стал абсолютным монополистом, а потому усилия того стоили, особенно учитывая, что у меня в голове были концепции алгоритмов ранжирования и монетизации на пятнадцать лет вперёд. Ещё у нас был отдел, создающий локальный аналог Ютуба, Спотифая и Твича. Был отдел, разрабатывающий инди-игры, в планах перераставшие в ААА-проекты, и лаборатория, пишущая прошивки для телефонов и компьютеров на базе уникальной архитектуры, тоже украденной из моего прошлого мира. Когда я только попал сюда, сразу решил, что нужно «создать» свой язык программирования? Вот, эта идея и переросла в нечто большее. Началось всё это великолепие три года назад с банальной идеи обогнать местный Ютуб, но с моими знаниями и отцовскими стартовыми миллионами проект за три года дорос до статуса IT-гиганта, известного на весь мир. Денег моя компания приносила не просто много, а неприлично много, только вот из-за того, что отделов было так много и они развивались в совершенно разных сферах, львиная доля прибыли уходила на реинвестирование и агрессивный захват рынка, а иначе было просто невозможно: уже существующие гиганты, вроде того же «Старк Индастриз» в сфере софта, просто порвали бы молодого конкурента на куски. Честно говоря, они бы уже давно это сделали, но тень Джастина Хаммера за моей спиной и пара «несчастных случаев» (спасибо Линде) с чересчур борзыми корпоративными шпионами останавливали конкурентов от откровенного беспредела. — Дим, — устало выдохнул я в трубку. — Скажи этому эстету, чтобы он просто делал свою работу и печатал то, что я присылаю в черновиках, иначе мне придётся искать ему замену среди людей с меньшей фантазией, но большей исполнительностью. — Я уже пытался, босс. Сказал ему слово в слово, — грустно продолжил Дима. — Но вы же его знаете… «Творческая личность». Истерит, грозится уволиться и уйти в «Дейли Бьюгл». — Пусть идёт – работа в паршивой газетёнке с зверским начальником звучит просто невероятно привлекательно… Ты ведь звонишь не только для того, чтобы пожаловаться на редактора? — Нет, конечно, — голос Дмитрия мгновенно изменился, став деловым и немного радостным. Он явно был доволен тем, что поделился со мной своей головной болью с креативщиками. — Будь это главной проблемой, я бы вас с утра пораньше не беспокоил. Я по поводу той самой покупки. Я подобрался. — Готово? — Всё готово, босс, — отрапортовал Дима с нескрываемой гордостью. — Владельцы сдались, осталось только подписать бумаги и перевести транш. «Та самая покупка» – это покупка целой башни – огромного небоскрёба прямо в центре Манхэттена! А что? У бати компания сидит в шикарной башне, у Озкорпа тоже свой стеклянный шпиль на полнеба. Да даже эта алкашка Старк возвела себе уродливый, но, признаю, пафосный небоскрёб со своим именем на фасаде и сидит там, аки принцесса в башне, выбираясь только на какие-то вечеринки, а я чем хуже? Сейчас штаб-квартира Zik Enterprises базировалась в Бруклине, в здании, которое я снимал за бесценок, но мы росли так быстро, что оно стало катастрофически маленьким – туда вмещалось лишь руководство и пара ключевых отделов, из-за чего нам приходилось арендовать площади ещё в четырёх зданиях по всему району из-за чего логистика откровенно хромала, а безопасность обеспечивать было всё сложнее. С новой башней эти проблемы исчезнут. — Отлично, Дим, просто отличная работа, — я позволил себе искренне улыбнуться – деньги были не проблемой, точнее сумма там выходила по всем оценкам очень приличная, но главная проблема была в том, что желающих продать целое здание почти не было. — Вышли мне копии договора и резюме от наших юристов. Хочу убедиться, что там нет подводных камней. Завтра всё подпишу. — Уже на вашей почте, босс! До завтра. — До завтра, — я сбросил вызов и бросил телефон на стол. Покупка башни – это статус, думаю после этого и акции могут в цене подняться… Может продать десяток-другой процентов?