Прикованный (Альфабитс-4)

ОЗЗИ Глаза женщины за толстыми стеклами очков казались огромными, как у совы; она стояла, буквально вцепившись в свои жемчужные бусы. Она оглядела пустой школьный коридор, а затем сделала шаг назад к двери своего класса. – Как я уже сказала, господа, мне больше нечего добавить о том дне. Это было ужасно и пугающе. Я родом из маленького городка, и мы, оборотни, там просто смешиваемся со всеми остальными. Я никогда раньше не сталкивалась с такой ненавистью и предпочла бы к этому не возвращаться. – Мисс Холлингсворт, – заговорил я терпеливо. – Еще раз прошу прощения, что прерываю ваш обеденный перерыв. Вы уверены, что нет более подходящего времени, когда мы могли бы посидеть и поговорить? Я не был до конца уверен, к какому виду она относится, но определенно улавливал в ней что-то от белки. Её круглые щеки раздулись, когда она нахмурилась и снова покачала головой. – Простите, но я действительно не могу предложить вам, господа, ничего ценного. Боюсь, вы зря потратили время, придя сюда. Сайрус прокашлялся. – Послушайте, мэм. Я понимаю, почему вы так думаете, но вы сами не знаете, что могли видеть в тот день – возможно, вы просто этого не помните. Она выглядела раздосадованной: опустила руки по швам и сжала их в маленькие тугие кулачки. – Я понимаю принцип, но пытаюсь объяснить вам, что я в глаза не видела того конкретного ребенка. Если на момент исчезновения он не был мне знаком, как я могла стать свидетелем чего-то, что помогло бы вам сейчас? Либо эта женщина была замешана по уши, либо была абсолютно невинна и травмирована тем днем, как и говорила, но очевидно, что здесь нам ловить было нечего. Я поймал взгляд Сая, и он слегка качнул головой – мол, мы на одной волне. Сайрус выключил олдскульный микро-диктофон, которым пользовался, и сунул его в карман, после чего достал визитку. – Простите, что отняли время, мэм. Если вспомните хоть что-нибудь, пожалуйста, свяжитесь с нами. Помните, на кону жизнь ребенка. Через несколько минут мы уже вернулись в машину и направились к школе, из которой пропал Спенсер. Я нетерпеливо барабанил пальцами по бедру, глядя в окно, пока Сай лавировал в потоке машин. Я погрузился в свои мысли, когда его писклявый голос заставил меня вздрогнуть. – Успокойся, Оззи. Твой лисёнок в полном порядке там, в штабе, я уверен. Жаль только, что меня там нет – я бы взглянул на его файлы. Спорим, у него там есть кое-что стоящее. Я выдохнул и усмехнулся Сайрусу. – Неужели это так заметно? А я-то думал, что держу себя в руках. Сай хлопнул по рулю, словно подчеркивая свою веселость, и рассмеялся. – Ты шутишь? Вы все такие. Находите своих пар и тут же теряете голову, стоит вам разлучиться. От тебя исходит такое напряжение, что его не то что ножом резать не надо – его можно голыми руками пополам переломить. – Просто… – я со вздохом покачал головой. – Когда я сказал ему, что он может пойти со мной на работу, я не ожидал, что он будет сидеть в штабе, пока я разъезжаю с тобой по опросам. – А ты что думал? Дай угадаю… ты решил, что сегодня день «Приведи свою пару на работу»? – Сай подмигнул мне. – Не парься. Зададим вопросы здесь, в академии Риверсайд, и поедем. Вернешься к своей паре еще до обеда. Гарантирую. Пару часов спустя, стоя в переполненной столовой, я морщил нос от вони картофельных крокетов и «загадочного мяса», в то время как Сайрус выглядел так, будто готов сам схватить поднос. Мне следовало знать, что всё не пройдет так быстро, как предсказывал Сай. После собственного опроса директор Уотерс настоял на том, чтобы устроить нам «большую экскурсию» – дабы мы воочию убедились, в каком хаосе пребывала школа в день исчезновения Спенсера Максимилиана. Прежде чем Сайрусу в голову пришли какие-нибудь «блестящие идеи», я повернулся к директору: – Я ценю экскурсию, сэр. Но если бы мы могли быстро переговорить с вашим уборщиком, мы бы больше вас не утруждали. – Ага, идеальный момент. – Директор Уотерс улыбнулся и махнул рукой мужчине, который шел в нашу сторону, толкая ведро с шваброй. – Джерри, можно тебя на минутку? Мой мозг быстро отметил основные факты о мужчине по мере его приближения. Лысеющий, лет тридцати пяти, крючковатый нос – в целом, довольно заурядная внешность. Те волосы, что у него остались, были аккуратно зачесаны; он не выглядел никем иным, кроме как трудолюбивым и надежным сотрудником школы. Черт. Похоже, нас ждет очередной провал. – Да, сэр? Чем могу помочь? Дайте угадаю: кто-то снова засорил унитаз в женском туалете? – Джерри дружелюбно улыбнулся, остановившись перед нами. – К счастью, ничего подобного. – Директор Уотерс обратился к нему в той высокомерной, снобистской манере, которую и ожидаешь в подобном месте. И все же уборщик казался вполне приятным малым. – Джерри, эти господа представляют оперативную группу по защите детей. Они здесь с вопросами о мальчике, который пропал несколько лет назад. Спенсер Максимилиан – ты помнишь этого ученика? Хотя он несколько раз быстро моргнул, это не вызвало у меня подозрений. Мужчина явно был оборотнем-птицей, а все знали, что они склонны часто моргать. Он не выглядел напряженным или нервным, когда пожал плечами, что лишь укрепило мою уверенность: мы снова стучимся не в ту дверь. Прежде чем я успел что-то сказать, Сай поднял руку. – Прошу прощения, господин директор. Я бы предпочел, чтобы вопросы Джерри задавали мы с напарником. Без обид, но у нас свои методы. Может, пройдем куда-нибудь, где потише? Джерри пожал плечами, а директор Уотерс выглядел так, будто испытал облегчение от того, что может идти по своим делам. Он взял визитку у Сая и пожал нам обоим руки, уже разворачиваясь, чтобы уйти. – Пожалуйста, не стесняйтесь обращаться в мой офис, если возникнут дополнительные вопросы. Джерри идеально подходит для того, чтобы показать вам всё остальное на территории, что может вас заинтересовать. Оставляю вас в его надежных руках. После того как он поспешно ушел, Джерри кивнул подбородком в сторону стола в дальнем углу столовой. – Можем присесть здесь и разобрать ваши вопросы, или выйти на улицу, где тише. Выбирайте сами, но здесь есть кофе. Сай просиял и потер руки. – Если есть шанс раздобыть те картофельные крокеты, запах которых я чую вместе с кофе, то мой выбор очевиден. Я едва не застонал, оказавшись втянутым в их кильватер. Сайрус и Джерри вели оживленную беседу о кофе, пока я гадал, как там поживает Лисёнок в главном офисе. Гизмо сканировал его файлы, чтобы мы все могли получить к ним доступ. Это была единственная причина, по которой я согласился оставить его и поехать на эти опросы с Саем. Ну, это и то, что сам Лэнс практически вытолкал меня за дверь, как только услышал, что есть потенциальные свидетели. – Прошу прощения, Джерри. Я тут запишу нашу встречу, если ты не против. Если честно, это чисто для меня. В голове всё путается, а потом я забываю, кто что сказал. Это поможет мне вспомнить позже. То, как Джерри пожал плечами на это простецкое поведение Сая, почти заставило меня улыбнуться. Сай установил свой магнитофон посреди стола и начал опрос. Несмотря на то что я был довольно голоден, я отклонил предложение и крокетов, и кофе, предпочитая дождаться позднего обеда со своей парой. Если мы когда-нибудь отсюда выберемся. Сайрус меня просто поражал. Хотя он, казалось, был полностью поглощен крокетами, которыми так восхищался, я заметил, что он всё равно умудряется умело допрашивать Джерри. – И где ты был в то время, когда пропал мальчик Максимилианов? Прости, если ты уже говорил, я немного отвлекаюсь, когда передо мной такая жареная вкуснятина. Джерри понимающе усмехнулся: – Я тебя понимаю, дружище. Один из плюсов работы здесь – бесплатные обеды. Должен сказать, у нас в академии Риверсайд лучшие крокеты в округе. Они еще немного поболтали о том о сем, прежде чем Сай снова вернул тему в нужное русло. – Вот опять мы сбились с пути. Так где, ты говоришь, был, когда мальчик исчез? – Он подчеркнул вопрос, запихивая очередной крокет в и без того полный рот. Джерри потер подбородок, глядя в потолок. – Знаешь, можно подумать, что я должен знать ответ. Но меня раньше никто об этом не спрашивал. Дай подумать... Если я правильно помню, он пропал сразу после звонка. Не могу поклясться, но, скорее всего, я был прямо здесь. Это было как раз то время, когда я помогал расставлять столы к началу дня здесь, в столовой, попивал утренний кофе и сплетничал с персоналом. О пропаже мальчика я узнал гораздо позже. Печальная история. Что-то в его заявлении зацепило мой мозг, но я не мог понять, что именно. Сай допил остатки кофе и протянул Джерри визитку. – Ладно, думаю, на сегодня хватит. Если что вспомнишь – звони. Ничего, если мы тебя разыщем, если появятся вопросы? Сомневаюсь, конечно, но никогда не знаешь, что может всплыть. Добродушная улыбка Джерри ни на миг не померкла. – Обязательно. В любое время, днем или ночью. Я человек открытый и рад помочь, если это в моих силах. Жаль только, что мне нечего предложить по существу. – И мне жаль, дружище. Это истинная правда. – Сай покачал головой, забрал свой диктофон, встал и потянулся за подносом. – Не беспокойтесь об этом, я сам. – Джерри подхватил поднос Сая, водрузив его на свой. – Как я и сказал, смело обращайтесь, если возникнут еще вопросы. Мы с Саем попрощались в офисе, уведомили их о том, что покидаем территорию, и направились к машине. Ни один из нас не произнес ни слова, пока мы почти не выехали за пределы кампуса. Сай постукивал пальцем по рулю, задумчиво хмурясь на дорогу перед собой. – Не знаю, в чем дело, и пока не могу прижать это к ногтю. Но что-то в показаниях Джерри прозвучало для меня не совсем правильно. А ты что скажешь, Оззи? Тебя что-нибудь зацепило в словах Джерри или директора Уотерса? Я пожал плечами. – Директор Уотерс высокомерен до чертиков, но он не показался мне кем-то большим, чем просто занятой человек, у которого полно дел. С Джерри сложнее. В смысле, он ведь выглядел искренним, тебе не кажется? Ни в его языке тела, ни в словах ничто не привлекло моего внимания. И все же я солидарен с тобой. Что-то из того, что он сказал, заставило меня задуматься. Я просто не смог это ухватить. Наверное, из-за того, что в этой столовой было слишком шумно и вонюче. Я собственного голоса в голове не слышал, не говоря уже о том, чтобы обработать половину того дерьма, что он наплел. Сайрус усмехнулся, похлопав себя по животу. – Тебе стоило угоститься теми крокетами. Они и правда были ничего так. Снаружи поджаристые и хрустящие, внутри мягкие и нежные. Как раз такие, какими и должны быть картофельные крокеты. – Он погрузился в свои мысли, вероятно, всё еще раздумывая о перекусе. Я достал телефон, уже набирая номер офиса через быстрый набор. – Думаю, мне стоит отметиться у Сэма. – После короткого разговора с боссом я завершил вызов и убрал телефон. – Если ты не против подбросить меня до офиса, чтобы я забрал свой байк, то на сегодня закончим. Сэм говорит, что мы свободны и можем наслаждаться остатком дня. Он назначает специальное собрание на восемь утра завтра. Сай присвистнул сквозь зубы. – Черт. Рановато для тебя, Оззи. Он сказал, по какому поводу? Я пожал плечом. – Не особо. Сказал только, что у него есть специальное объявление и присутствие обязательно. – Не парься, Оз. Я тебя прикрою. Завтра притащу кофе и выпечку. У моего парня в пекарне есть перуанский купаж, который так тебя взбодрит, что ты будешь готов круги по парковке нарезать. – Не знаю, нужно ли мне нарезать круги, но если ты поможешь мне не сомкнуть глаз на собрании, я определенно буду твоим должником. ******* Я с досадой рассматривал диван, прижимая к себе Лэнса, сидящего у меня на коленях. Он хихикнул, когда я провел пальцами по глубоким порезам, оставленным моими когтями. – Это не смешно, Лисёнок. Ты не понимаешь. Эта вещь стоила мне месячного жалованья. Я заказывал её по своим параметрам. Её делали четыре месяца. И я угробил её в мгновение ока, даже не осознав, что творю. Лэнс поерзал у меня на коленях, поглаживая пальцами мою щетину. – Так, во-первых? Это было чертовски сексуально – то, что ты так завелся во время нашей близости, что сам не заметил, как разодрал диван, словно старый похотливый кобель. А во-вторых? Для человека с моим происхождением это прозвучит совершенно безвкусно, но мы можем просто заклеить дыры скотчем и перевернуть подушки. Никто и не догадается. – Возможно. – Я не удержался от ворчания, продолжая обиженно коситься на вторую подушку. – Но я-то буду знать, и меня это будет бесить. – Это лишь временная мера. Мы можем заказать новые подушки или перетянуть эти. Но тебе может быть трудно подобрать кожу в тон. – Лэнс закусил губу, разглядывая порванные подушки. – Честно? Будь я на твоем месте, я бы просто перетянул весь диван целиком. Я перевернул нас, прижимая своего крошечного партнера к дивану и нависая над ним; я терся носом и прикусывал его бока, щекоча и заставляя его хихикать при каждом движении. – И где мы будем сидеть, пока диван будет на «подтяжке лица»? Может, поедем к тебе и испортим мебель еще и там? Прежде чем я успел сообразить, что происходит, Лэнс обхватил мои бедра ногой и каким-то образом ухитрился перевернуть нас так, что теперь я лежал на спине, а он сидел на мне верхом. Он уперся ладонями в мою грудь и улыбнулся, глядя на меня сверху вниз. – Ну, я-то себе место уже нашел. – Он вильнул задом прямо на моем паху, просто на случай, если я вдруг пропустил его намек. – А насчет моего дома? Конечно. Нам в любом случае нужно решить, в каком из них мы будем жить. – О, да. Идеальное место. То есть, по сути, ты просто хочешь использовать вопрос с мебелью как повод попользоваться моим телом? – Я качнул бедрами, заставляя его податься вперед. Лэнс закатил глаза. – Очевидно. Должны же быть какие-то плюсы во всем этом союзе, если через месяц я, скорее всего, буду размером с пляжный мяч. Я не смог сдержать смех. – Ты само очарование, но не кажется ли тебе, что ты самую малость преувеличиваешь? – Преувеличиваю? Ты видел, какой я мелкий? Если я съем лишнего за ужином, у меня штаны не застегиваются. Вообще, забудь про «пляжный мяч». Я буду выглядеть как выброшенный на берег кит. – Судя по его виду, это его ни капли не беспокоило. Напротив, Лэнс выглядел весьма довольным этой мыслью. – Зато ты будешь самым милым выброшенным китом, которого когда-либо видел мир. – Я подмигнул ему, но тут же замер, увидев выражение его лица. – Что? Я сказал что-то не то? Он попытался изобразить обиду, но продержался от силы секунд десять, прежде чем сорвался на хихиканье. – Сказал ли ты что-то не то? Святое дерьмо. У меня никогда раньше не было пары, но даже я знаю, что не стоит говорить своему омеге, что он может выглядеть как выброшенный кит. Серьезно, нельзя говорить такие вещи. Если я спрошу тебя, не толстый ли я, у тебя будут проблемы… Я уже это вижу. Вот тебе совет на будущее: лги. Много. Лги как сивый мерин. – Почему? Я думал, только девчонки бесятся из-за такой фигни. Ты хочешь сказать, что омеги тоже? – Я спросил это совершенно искренне, но Лэнс посмотрел на меня как на идиота. Лэнс хлопнул себя ладонью по лбу и покачал головой. – Тебе так повезло, что ты симпатичный. Ладно, слушай… вот в чем дело. Никогда не говори ничего подобного. Вообще никогда. – Но что если… Лэнс не дал мне договорить, прижав два пальца к моим губам и снова покачав головой. – Никаких оправданий нет и не будет, так что я спасу тебя от той «вербальной лопаты», которой ты собирался закопать себя еще глубже. Раздражение из-за подобных вещей – это не вопрос пола. То, что я парень, еще не значит, что я хочу думать, будто у меня огромная задница. А если я беременен? Меньше всего тебе захочется злить меня, когда заиграют гормоны. Не зря мы, рыжие, славимся своим темпераментом, это я тебе просто к слову. Я игриво прикусил его пальцы, заставляя его освободить мой рот. – Можно мне просто сказать, что у тебя самая крошечная задница, которую я видел, и такой она останется навсегда? Эти штаны тебя не полнят, тебя вообще ничто не может полнить. Потому что ты – самый идеальный, очаровательный, великолепный и вообще чудесный омега из всех когда-либо существовавших. – Вот молодец. Учишься, – Лэнс одобрительно кивнул и наклонился для поцелуя. В тот самый миг, когда наши губы должны были соприкоснуться, я услышал позади хлопки. Я вскочил так резко, что мы с Лэнсом стукнулись лбами. Он быстро сел, потирая голову, а я вытянул шею, чтобы понять, что за чертовщина происходит. – Паттон? Какого хрена, чувак? Ты когда-нибудь слышал о том, что надо стучаться? – Пока я сидел и свирепо смотрел на брата, Лэнс соскочил с моих коленей и принялся поправлять одежду. – Да пошел ты, Оззи. Если не хотел, чтобы я входил, зачем давал мне ключи? – Паттон с ухмылкой поманил связкой ключей, а затем сунул их в карман, когда я попытался их выхватить. – Так скажи мне, это вот так связь с парой действует на мужиков? Превращает тебя в старый добрый зефир? Если бы ты сейчас был еще хоть капельку слащавее, у меня бы зубы разболелись. Ой, погоди, я сказал «слащавее»? Я имел в виду «кастрированнее». Да, теперь я понял: зубы тут ни при чем. Он прикрыл рот ладонью и подался вперед, имитируя театральный шепот: – Мои яйца. Понимаешь? Потому что тебя кастрировали. У меня яйца ноют от одной мысли об этом. Или это наша экстрасенсорная связь близнецов, и я чувствую твою боль. – Забота о чувствах моей пары не делает меня кастрированным, придурок. – Я хотел добавить что-то еще, когда заметил кучу одежды на полу и дрожащего лиса, запутавшегося внутри. Я шумно выдохнул и наклонился, чтобы поднять своего перепуганного партнера. Паттон выглядел в ужасе: он вскинул руки и отступил на несколько шагов, пока я прижимал Лэнса к груди и начинал его гладить. – Прости, Лэнс. Я не хотел тебя пугать, малыш. Я просто подкалывал брата насчет его… э-э… мужества. – Он поморщился и покачал головой. – Прости, это разговоры о том, что кому-то что-то отрежут, тебя так напугали? Черт. Вот я опять об этом. Наверное, мне пора. – Отличный план, Паттон. – Я проводил его до двери и запер её за его задницей, даже не удосужившись спросить, зачем он приходил и что ему было нужно. – Увидимся утром на собрании. Когда мой брат ушел, я отнес Лэнса обратно на диван и прижал его к своей груди, поглаживая ладонью его уши. – Прости, Лисёнок. Я никогда не хотел тебя пугать. Пожалуйста, обернись и поговори со мной. Почти мгновенно у меня на коленях снова оказался обнаженный рыжик. Он моргнул и закусил губу, с минуту наблюдая за мной. – Мне не нравится, когда люди злятся, это заставляет меня нервничать. Но мне также не нравится, что мой лис считает, будто он должен вмешиваться. Мне нужно научиться лучше его контролировать. Обняв его, я прижал его к себе и поцеловал в висок. – С твоим лисом всё в порядке. И с тобой тоже. За последние несколько лет, после потери брата, тебе через многое пришлось пройти. И я полагаю, что внезапное обретение пары стало шоком для твоего организма. Так ты хочешь сказать мне, что тебя напугало? То, что мы повысили голос? Теперь, когда я об этом задумался, мы с Паттоном действительно чаще кричали, чем разговаривали при встрече. Мы не то чтобы злились; просто у нас так было заведено. Лэнс печально улыбнулся, проводя рукой по моей груди. – Нет. Я просто вообще не люблю конфликты. Но мне очень не нравится видеть, как вы с близнецом раните друг друга. Вы с Паттоном должны дорожить друг другом. Не у каждого в жизни есть брат, не говоря уже о том, чтобы он жил прямо за стеной. Даже если он доводит тебя до ручки – это твой близнец. Вам нужно больше ценить друг друга. Я сглотнул и кивнул, чувствуя, что меня поставили на место. Он был прав. Он потерял своего брата. Должно быть, со стороны наше с братом препирательство из-за всякой фигни выглядело ужасно. ***** – Ты уверен, что они не будут против того, что ты привел меня на собрание? Лэнс дергался всю дорогу. Поскольку я проснулся лишь наполовину, мы ехали на его «Рэнглере», и за рулем был он. – Лисёнок, я же показывал тебе сообщение от Сэма. Он специально попросил тебя прийти. Они хотят, чтобы ты пояснил кое-какие моменты из своих заметок о правозащитниках. Твои записи, судя по всему, отлично задокументированы, но Сэм сказал, что они вызвали много вопросов об этой организации. – Как думаешь, почему он так заинтересовался? Может, я и правда нашел зацепку, которая поможет найти моего брата? – В его голосе было столько надежды, что у меня почти разрывалось сердце. – Не знаю... может быть? Сэм просто упомянул, что команда «АЛЬФА» заинтересовалась кое-чем из твоих записей. – Я прищурился, глядя в телефон и пытаясь вникнуть в сообщение от Сэма. В моем нынешнем «до-кофеиновом» состоянии это было непростой задачей. – Кто такие команда «АЛЬФА», и почему они вообще увидели мои записи? – Лэнс выглядел таким напряженным, что я начал опасаться, как бы он не перекинулся прямо за рулем. Я прикрыл рот кулаком, подавляя зевок, от которого едва не хрустнули челюсти, и только потом попытался объяснить: – Это наша головная организация. Вероятно, они просмотрели твои заметки в ту же секунду, как те попали в общую базу данных. Если мы фокусируемся на детях, то они занимаются делами взрослых. Возможно, твои активисты фигурируют в одном из их дел. – В этом есть смысл, – кивнул сам себе Лэнс, сворачивая на парковку. Заглушив мотор, он отстегнул ремень и наклонился ко мне для быстрого поцелуя, прежде чем мы вышли. Он пискнул, когда я перетянул его крошечное тельце к себе на колени и вышел со своей стороны машины, не выпуская его из рук. Он извивался и барахтался, не переставая смеяться. – Поставь меня! Они подумают, что я ребенок. Я хмыкнул и закинул его себе на плечи, чтобы нести «на закорках». – Нет, они подумают, что ты мой малюсенький, совершенно очаровательный омега. А теперь держись – я доставлю нас туда гораздо быстрее, чем твои крошечные ножки когда-либо смогли бы. Я ждал, что он ударит меня или типа того, но в итоге сам расхохотался, когда он вместо этого пришпорил меня пятками по бедрам, как лошадь, выкрикнув: «Но-о, пошел!». Я начинал понимать, что ни один поступок или слово Лэнса уже не смогут меня удивить. Гизмо встретил нас у входной двери. Судя по его забавному выражению лица, он видел всю эту сцену. Он широко распахнул дверь и отступил назад. – После вас, лошадка. Осторожнее, пригнись, а то твой жокей головой косяк снесет. Мы всё еще смеялись, когда вошли в конференц-зал, но улыбка мигом исчезла с моего лица, когда я заметил незнакомого парня за столом. Лэнс незаметно пихнул меня в бедро, и я без колебаний опустил его на пол. Парни все улыбались и приветствовали его, пока мы пробирались к своим местам рядом с моим братом. Паттон протянул кулак Лэнсу. – Я не ослышался, ты крикнул моему брату «но-о!»? Давай, мужик… за это ты просто обязан со мной стукнуться кулаками. Лэнс усмехнулся и стукнул своим кулаком о кулак Паттона, прежде чем занять место. Я с воодушевлением вдохнул аромат кофе, который Сайрус молча пододвинул мне. Не соврал – пахло просто фантастически. Я осушил половину чашки, прежде чем вспомнил, что среди нас находится незнакомец. – Итак, господа. Прошу внимания, я хотел бы представить вам нового члена нашей команды. Стоило Сэму заговорить, как все перешептывания и шорохи в комнате прекратились. Паттон среагировал первым. Его голос прозвучал потрясенно, когда он шепотом повторил последние слова Сэма: – Члена команды? Сэм кивнул и положил руку на плечо невысокого, но крепко сбитого парня. Я, черт возьми, не знал, что о нем и думать. На нем была кожаная куртка-бомбер поверх розовой рубашки с фиолетовым галстуком-бабочкой в белый горошек. Да. На этом человеке была гребаная бабочка. С кожаной курткой. Понятия не имею, кто этот тип, но он наверняка сумасшедший. – Если все меня слушают, познакомьтесь – это Финн О’Тул. Финн – специалист по аномальной психологии, профилировщик. Я верю, что он будет особенно полезен не только в нашем текущем деле, но и в последующих. Так что, если все поприветствуют нашего нового товарища по-нашему, в стиле «Альфабитс», мы сможем приступить к собранию. Сэм резко кивнул и снова сел. Сайрус принюхался и подался в сторону Финна. – Прошу прощения, Финн. От тебя пахнет кошкой. У меня было много друзей из семейства кошачьих. Без обид, мне просто любопытно, потому что ты пахнешь не как обычный кот. Будет ли грубостью спросить о твоем виде? Голос Финна оказался на удивление глубоким для такого невысокого парня. Он одарил Сайруса теплой улыбкой и махнул рукой. – Никаких проблем, это вполне естественно – хотеть знать, с кем работаешь, не так ли? Я оборотень-оцелот. Я ведь правильно предполагаю, что вы – бурый медведь? Я не чувствую гризли. Сай просиял: – Хороший нюх. Именно так, Финн. Всего лишь простой, заурядный, самый обычный бурый медведь. Финн наклонил голову, улыбаясь. – Что-то мне подсказывает, что парень, который так настойчиво описывает себя как нечто донельзя простое и заурядное, скорее всего, является кем угодно, только не этим. – Ну, полагаю, тебе виднее, ты же у нас «мозгоправ». – Сай подмигнул Финну, и тот подмигнул в ответ. Это не было флиртом; скорее, они оценивали друг друга, как пара умных альфа-самцов. Я с интересом наблюдал за этим взаимодействием. Сэм постучал костяшками пальцев по столу. – Ладно, господа. Хватит болтовни. Давайте послушаем показания свидетелей, которые Сай и Оззи собрали вчера, а затем перейдем к заметкам, которые Финн передал мне сегодня утром после того, как изучил файлы за выходные. Я хотел, чтобы он начал работу, будучи полностью в курсе текущего дела. Надеюсь, мы все вместе сможем найти этого пропавшего мальчика. Лэнс шмыгнул носом и незаметно придвинулся ко мне поближе. Я положил руку ему на спину и начал успокаивающе поглаживать большим пальцем между лопатками. Ради него самого я очень надеялся, что мы действительно найдем Спенсера – и, желательно, живым. И чем скорее, тем лучше.