ⅠⅠ ● pearls (Бэзил/Фрэнсис Энн)
8 мая 2026 г., 20:30
#Flavio Belardo / Love Story
https://t.me/the_moon_ship/12
«Стоит начать играть всерьёз,
и уже непросто найти повод, чтобы закончить.» (с)
Харуки Мураками, «Мужчины без женщин»
Пальцы — мягко и словно бы невзначай —, задевшие чувствительную кожу шеи, были холодными. Глаза мужчины, что отражался вместе с ней в зеркале — тоже. — Любуетесь, мисс Фортескью? Она вернула его чуть насмешливый тон ему же. — Да. Ведь даже кошке, как известно, дозволено смотреть на короля. Бэзил медленно вернулся взглядом к аккуратном ряду жемчуга (и шее Фрэнсис Энн). — Так говорят, верно. И всё же, прошлый предмет нашей беседы... Ах, да. Жемчуг, разумеется. Она вновь почувствовала прохладное касание на шее, отчётливо и с неудовольствием ощутив странный трепет. — Прекрасный камень. Считается символом женственности, оберегает от дурных снов, и, говорят… В уголках его рта обозначилась улыбка. — …смягчает характер. Фрэнсис Энн молчала, без труда считав мягкую шутку-упрёк, и рассматривая нежно-молочную череду бусин, вероятно, стоивших небольшое состояние. Бэзил, разумеется, уже успел сообщить ей о том, сколь трудно было достать этот редкий камень. Она не стала напоминать ему, что отлично осведомлена о местонахождении Цейлона. — О чём думаете, мисс Фортескью? Вероятно, о том, к лицу ли вам украшение? По его лицу скользнула обманчиво мягкая улыбка. — Разумеется, в исключительной степени. Другого бы приобрести для вас я не посмел. Она слегка склонила голову. Её глаза вновь встретились с непроницаемым взглядом Бэзила. — Думаю о том, что вы, вероятнее всего, предпочли бы покрепче стянуть леску на моей шее. Бэзил засмеялся, очевидно, будучи весьма довольным её ответом. — Что вы, мисс Фортескью. То была бы крайне… неразумная трата ресурсов. Фрэнсис Энн слегка насмешливо бросила ему в ответ: — Имеете в виду ожерелье или меня? Его лицо осталось совершенно нечитаемым. Ожерелье покоилось у неё на шее холодным предвестником чего-то тревожащего. Она с трудом удержала себя от того, чтобы не повести плечами от этого странного чувства. Жемчуг должен был уже начать теплеть от соприкосновения с её кожей. Но этого отчего-то не происходило. — Распределяйте сами, милая пташка. Защёлка издала мягкий завершающий щелчок. Фрэнсис Энн молча отложила зеркало, стараясь отогнать от себя мысли о том, что так же, должно быть, захлопывается капкан, куда с фатальной неосторожностью ступает доверчивая лань.
