Анютины Глазки

С рассветом Тэхён наконец их выпустил. Юнги сразу же побежал на кухню за водой, а Чимин отрывать наглецу уши. Но тут его остановили. Джин вернулся. Видимо, пока Мин с лучником налаживали отношения, с командировки приехал долгожданный гость. Ким Сокджин—старший брат Тэхёна. Хотя родственниками они и не были, Тэ его считал таковым. В ответ на громкие, как раскаты грома, угрозы Пака, вышел Джин, манерно потирая полотенцем только что вымытую чашку. Блондин довольно скалился, пока Чимина прожигали убийственным взглядом. Чимин не отводил взгляд. Они уже сталкивались однажды, не при самых удачных обстоятельствах. Джин-такой же, как и Тэ. Пока всё тихо, он миролюбивый, но стоит ему почувствовать опасность по отношению к семье, всё его добродушие улетучивается. К сожалению, он отчётливо помнил то, с каким звуком летели стрелы в тот причал, и взгляд, с которым альфы заявились на чужие земли. Чимин просёк, что подобное отношение не спроста. И мельтешащий на фоне Тэхён тому доказательство. Джин не в курсе, что тот, кого он считает опасностью номер раз, истинный его младшего братика. Либо у Чимина туз в рукаве, либо это новый повод его прикончить. Обстановка накалялась с каждой секундой. Оба спокойные, но в тоже время уверенные в своих силах против соперника. Чуть ли не рычали друг другу в лицо. Хоть Чимин и был наслышан о Джине, и знал все его положительные черты, сейчас он мог видеть его отчётливо и ясно. Это такой же хищник, как и он сам. Более грациозный—да, более слабый—точно нет. Ситуацию, неожиданно для всех, сгладил Юнги. Подтолкнув Чимина к дверям, он напомнил ему о четырёх пустых желудках, и пожелав удачи вытолкнул на охоту. Джин, лишь фыркнул на это, в своей уникальной манере, но ничего не сказал. Вернулся к диалогу с Тэ, как ни в чём не бывало. Младший всё трындел о празднике, который Джин пропустил, о том, как волновался, очень умело опуская присутствие Чонгука и Чимина в этой истории. Рассказал про то, что случилось с домом, и строя невинный взгляд подчеркивал, что вообще не в курсе, за что и почему. Джин то и дело спрашивал про Чимина, но блондин уверенно переводил тему, или сваливал всё на Юнги. Мол, с ним и обсудишь. Старший сразу дал понять, что Чимину в этом доме он не рад. Хотя постарался эту неприязнь прикрыть, когда, вернувшись с охоты, Пак буднично чмокнул шамана, а тот чуть ли не засветился. Но вспомнив про кучу глаз вокруг, снова натянул гримасу безразличия. Его выдавал только лёгкий румянец. Тэхён наконец успокоился, и хохоча рассказывал хёну, какие искры тут летали, пока его гениальная головушка, не придумала закрыть их вдвоём. —А если бы они друг другу горло перегрызли? – уточнял Джин, выслушивая весь пересказ событий и попивая приготовленный Юнги чай. —Ох нет—отмахивался младший—Они оба были как на иголках, и им хватило беседы… на повышенных тонах. Но всё же. – Мин на это закатил глаза, ещё раз двадцать назвал Тэхёна паршивцем, с совестью как у гусеницы, и периодически включался в беседу. Джин, не меньше Тэхёна хотел, чтобы у их друга всё наладилось. Однако не отпустил младшего без профилактической беседы о том, что такие жесты лучше не предпринимать. Тэ не маленький, понимает. Однако есть у него это ребячество, от которого никуда не деться. Это у него в крови. Быть немного взбалмошным и дурашливым. В общем, день проходил почти как обычно. Стоило Паку выйти за дверь, как папа Сокджин, тут же налетел с объятиями, нежностями и конечно же оскорблениями Чон Хосока. На последние, Юнги просто закатывал глаза. В последнее время, его имя звучит чаще чем следовало бы. Однако скоро выходить в город, и лучше быть готовым к тому, что почти все новости будут связаны с ним.  Джин привёз с собой достаточно денег, и немного сувениров. Юнги новые браслеты из ракушечника и один из тёмных ниток с маленькой жемчужиной. Для Тэхёна, новые семена. Омега был в полном восторге, однако радость прибытия и подарков, быстро омрачилась отсутствием нужных условий. Которые, к слову, сгорели. Ким старший казалось, был озабочен этим чуть больше, чем все остальные. У него было несколько вещей, что он забирал с собой, но вручив Тэхёну пару тёплых кофт, остался с тем, что носил в данный момент. Снова подняли вопрос о том, как доживать эту зиму. К счастью, у Джина оказался вариант, где он может жить, но подробности решил оставить на попозже. Пак вернулся с охоты, приволочив с собой тушку фазана и пару рыбин. На пререкания Юнги, что было не обязательно так заморачиваться, лишь отшучивался, что их стало на одного оборотня больше. Джин с недоверием осматривал добычу, пока Тэхён без умолку болтал о том, что это одна из самых питательных вылазок лучника. Всё было отлично. Разговоры лились рекой, как и припрятанное шаманом вино. Джин колдовал на кухне, совершенно не интересуясь какие специи брать можно, а какие нет. Всё выбирал на запах. Тэхён помогал как мог, но его быстро погнали прочь с кухни. К делу подключился Юнги. Тогда Тэхён, нашёл себе новую жертву, и стал развлекать себя вниманием Чимина. Тот и ухом не вёл на любого рода вопросы и провокации на тему их с Юнги отношений, однако, не упускал возможности, лишний раз пересечься с шаманом взглядами. Ещё его напрягал, постоянно маячащий неподалёку альфа. Он чувствовал его запах на Джине и около хижины, так что особой опасности не предвидел, но ножи держал наготове. Казалось, что настигшая утром неловкость и озлобленность растаяла. Но всё началось по новой, когда вся компания уселась ужинать. Пака усадили рядом с Юнги, от чего оба немного смущались, однако Тэхёна это лишь радовало. Хотя бы не собачатся. Джин не разделял особого умиления, но за друга, радовался. Без колких комментариев, Чимина из-за стола просто бы не отпустили, но уже после третьей бутылки спиртного, Пак стал Киму гораздо более симпатичен. Во всяком случае, они уже нормально разговаривали, и Джин даже спрашивал о Юнги. В середине вечера, в дверь постучались. Все, кроме Джина напряглись. В последний раз, такой стук стоил гостю носа, а Паку нескольких сотен нервных клеток. Ким старший же, просто подскочил открывать дверь. —Ребята—смеялся он—Ещё пара бутылок вина прибыла. Скажем спасибо нашему гостю—Джин потянулся и поцеловал альфу в щёку. Тэхён и Юнги сразу узнали пришедшего к ним «на огонёк». Ким Намджун. Местный. Юнги знал, что он учитель, а Тэхён знал, что он частенько приходил за цветами в их лавку. Альфа быстро представился, и сверкнув своей профессиональной улыбкой присоединился к компании за столом. У него были очаровательные ямочки и переполненные мудростью глаза. Чимину захотелось с ним пообщаться, хотя бы потому, что наконец, он не единственный альфа во всей этой омежьей гвардии. Намджун быстро влился в компанию, в основном благодаря Джину, который не умолкая рассказывал про их приключения на острове. —А чем вы занимаетесь, господин Ким? — невзначай, для поддержания беседы спросил Чимин —О прошу, просто Намджун. Опустим формальности. Я… —Я же вас не представил—хохотнул Джин, резко вклиниваясь в диалог альф. Чимин устало зажмурился, на что сам Намджун, только усмехнулся —Это, хорошо известный в наших кругах, Ким Намджун. Учитель. Занимается просветлением детских умов и искренне надеется изменить мир к лучшему. Собственно, он альфа, да ещё и в придачу, невероятно хорош в постели. – Джун покраснел до кончиков ушей, и легонько толкнул омегу в бок. Горделивое (и явно охмелевшее) лицо Джина как рукой сняло, и он откашлялся. —А ой, ну то есть, я хотел сказать, что он тоже оборотень. Большой и страшный серый волк, с характером карпа кои. Вся компания охнула, и полились вопросы. Но даже так, Намджун (что явно повысило его авторитет в глазах Пака), сумел проконтролировать ситуацию. —Я полукровка—начал он когда гомон немного поутих—Я так же могу принимать форму волка, но только… скажем деликатнее, в определённый период. —В гон? — уточнил Тэхён, за что получил пинок от Мина и невольный взгляд от Сокджина – Что? —Сказали же тебе, тема деликатная—Джин отвесил лёгкий подзатыльник младшему и тот моментально опустил свой нос в тарелку—То-то. Сиди и жуй. —Ну в общем, да, так и есть—чуть откашлявшись подтвердил альфа, смеясь с беззаботности блондина. Видимо, он действительно чувствовал себя комфортно, раз не страшился подобной открытости—И не надо его ругать. Я привык к подобным, вопросам. Работаю с детьми, а у них—он опустил плечи и расслабленно улыбнулся—Что не вопрос, так что-то вгоняющее в краску или ступор. Все засмеялись. Тэхёна задело, что его прямым текстом сравнили с ребёнком, но уже через пару минут отпустило. Всем было весело, и атмосфера заразительно влияла на настроение омеги. Всё-таки, он со своим страшим братом, и другом. Маленькая, немного побитая и несовершенная, но всё же семья. Тэ с любовью оглядывал собравшихся, и жалел лишь о том, что рядом не было Чонгука. Юнги с Чимином уже во всю миловались. Шаман, уставший от суеты и алкоголя, удобненько устроился на плече Пака, пока тот сдувал с сонного лица отросшую чёлку и постоянно интересовался самочувствием. Джин, Намджун и Тэ, поддерживали ленивую беседу на отвлечённые темы, периодически переглядываясь и хихикая с поведения альфы. Юнги окончательно уснул, и Тэхён вызвался оттащить его в спальню. Выбора не предоставлялось. Чимину этого сделать просто не позволили. К тому же, шаман спал как убитый, что не удивительно. Стоило Тэ, с Юнги скрыться из виду, Джин снова включился в режим «защиты близких»: — Надеюсь ты понимаешь, какую ответственность за его душевное состояние на себя берёшь? —Джун, явно не ожидавший такой смены настроения, решил, что лучше не влезать. —Понимаю—ровно отвечал Чимин—Мы с ним поговорили, и насколько я понял, он не против. —Одна лишь жалоба от него, и я вырву тебе сердце— в тон Чимину сказал Джин. —Угроза? —Обещание—омега сунул себе в рот кусочек рыбы, и улыбнулся. Чимин выдавил из себя улыбку в ответ, но ничего не сказал. Хотя отпустить едкий комментарий о том, что лучше обсудить такое со своим младшеньким, зубы чесались – Просто будь осторожнее—уже спокойнее, без яда и злобы попросил Джин—Ты не единственный, кому он дорог. Тэ вернулся, усаживаясь за стол, про себя радуясь, что, буря может миновать. А ещё, он был благодарен Чимину за то, что тот его не выдал. Характер у Джина такой. Если узнает, может и на другой конец мира утащить, лишь бы сберечь. Ещё пол часа спустя, Джун предложил разбредаться по своим местам. Омеги уже клевали носом, так что им с Паком выпала миссия прибраться. Сгрузив грязную посуду в таз, а остатки утилизировав на корм лесному зверью, Чим отпустил новоиспечённую парочку домой, сказав, что закончит самостоятельно. Намджун отнёс Кима младшего на его спальное место, а своего Кима, кое-как одев, взял на руки и ушёл. Прощание вышло лёгким, он ещё раз извинился за излишнюю резкость своей пары, и за поднятые темы. Чимин посмеялся, заверяя альфу, что всё в норме, и Джин просто был «навеселе». Отмыть посуду сил хватило, а вот протирать полотенцем—нет. Так что, составив всё обратно на стол, лучник с чистой совестью ушёл спать. В спальне, его ждал тёплый футон и ещё пару часов крепкого сна. Отличная перспектива. Глаза слипались, а тело ломило от усталости. Во сколько они с Юнги вчера уснули? С рассветом? А проснулись? Часа через два, наверное. Сон, сон и ещё раз сон. —Я думал ты со мной ляжешь—неразборчиво пробормотал Юнги—И спасибо за уборку. — Ты почему ещё не спишь? – наигранно негодовал Чимин, хотя определённо радовался, что его зовут к себе—Ты же уснул, когда Тэ уносил тебя —Он швырнул меня как мешок с рисом—ворчал Мин—Как тут не проснуться. Так ты идёшь или где? Мне холодно.  Чимин улыбнулся, и лёг рядом. Пьяный Мин—тактильный Мин, и даже сквозь дрёму он себе в этом не отказывал. Стоило оборотню прилечь рядом, как расписанные пальчики потянули его поближе. Обвиваясь вокруг Пака, и утыкаясь ему в шею носом, шаман наконец засопел, погружаясь в крепкий сон.                                                                                       *** Джин, как и обещал Намджун, остался жить у альфы. Правда, там он проводил лишь ночи. Утром, Ким приходил к шаману и помогал с какими-то мало-мальскими домашними делами. Посуду вымыть, обед сварганить, иногда даже выходил с Тэ и Чимином на охоту.  С третьим оборотнем в составе «добытчиков», еды стало немного больше. Намджун, храните духи его щедрую душу, притащил немного старых вещей, которые, по его словам, маловаты, но Тэхёну или Джину будут впору. Конечно же и Паку перепало тёплой одежонки. Во всяком случае, от утеплённой фуфайки только идиот будет отказываться. С возвращением Джина, так же изменился и режим питания шамана. Омега мог бескомпромиссно ворваться в его «тихое место» и буквально выдрать из-под носа пришедшего гостя, ради обеда. Поначалу Мин сопротивлялся и даже пытался ругаться, но спорить с Кимом, все равно что бросать горох в стену. Лететь-летит, но с таким же успехом отскакивает обратно. По вечерам Чимин слушал как Юнги достала вся эта какофония из заботы и не воспринимающих претензии оборотней. Чуть ли не до дыр, затирая страницы в своих книгах, Мин так же упрямо игнорировал факт того, что действительно начинает чувствовать себя лучше. Сон стал более глубоким и крепким, аппетит вернулся в норму, и впалые щёки, наконец стали округляться. Юнги с утра строил планы на целый день, и выполнял всё, не прибегая к методу «через не могу». Вечером, более участливо присутствовал на ужине, и даже наладил контакт с Намджуном. Джин подметил, что они нашли общий язык и постоянно улыбался их скомканным, и понятным только им разговорам. В основном, они обсуждали историю и биологию. Джун был в бешенном восторге. Его познания в биологии были довольно скудные, относительно других предметов, и в лице шамана он нашел крайне интересного и полезного собеседника. Юнги же, с несвойственным ему удовольствием отвечал на все интересующие альфу вопросы. Однако, во время всех таких бесед, Чимин мог немного спустить своего волка с цепи, позволяя лишний раз прикоснуться или положить на шамана голову. На всеобщее удивление, Мин не просто терпел, а даже иногда запускал в волосы лучника пальцы. На альфу это действовало успокаивающе. Порой, он позволял себе даже задремать на коленях Юнги. Тот, кстати, был совершенно не против. Особенно, если Чимин приходил поздним вечером, мягко намекая, что пора бы лечь спать. Периодически, он притаскивал с собой купленное Джином печенье или кусочек сладкого хлеба с кружкой лёгкого чая или молока. И Юнги, сам того не замечая, ластился в ответ. Тэхён однажды застал как Юнги встал вместе с Чимином, засветло, чтобы проводить того на охоту. Пак осторожно держал в руке пальчики шамана, когда тот потянулся чмокнуть альфу на прощание. Блондин ласково улыбнулся куда-то в пустоту, радуясь за своего друга. Так протекали их обычные дни. С Кимами Юнги особо не церемонился, и даже Намджуну доставалось. Чимин ни разу не избежал летящего в него полотенца или книги, ловко перехватывая их на лету.  Особо часто их навещал Чха, и пару раз, Юнги впускал его, предварительно сплавив всех в дом Намджуна. Конечно-же, Пак был категорически против, но и выбора ему не оставляли. —Что он хотел на этот раз? Чимин и Тэ, вернувшиеся только поздним вечером, молча умяли свой ужин, заботливо оставленный Мином на тёплой печи. Киму вообще претило обсуждать Чха. Он считал его состоявшейся ошибкой природы. Живым доказательством того, что даже она создаёт что-то случайно. Юнги просто хмуро пялился в тарелку, переминая ладонь лучника под столом. Для них это что-то вроде гарантии, что шаман не планирует убегать. Пак заметил эту перемену настроения, но разговор отложился до момента, когда они останутся наедине. Мин неспешно, даже заторможено собирал со стола посуду, складывал её в таз с мыльной водой. Тэ в это время сосредоточенно отмывал тарелки и чайный налёт с чашек. Со стеклянными глазами, Юнги листал свою любимую энциклопедию про насекомых. Даже принесённое Чимином лакомство осталось без внимания. Укладываясь на колени омеги, лучник прикрыл глаза, наслаждаясь лёгким вальсом пальчиков в своих волосах. С возвращением Джина, Юнги немного расслабился. Оказалось, что даже для шамана, Сокджин «хён», и это объясняло, почему именно с ним, дальше коротких перебранок не заходило. Юнги предпочитал отрываться на остальных. Ну или так складывались обстоятельства. Старший Ким всё ещё хмурится, когда видит Чимина, что решает получить свою порцию нежностей за день. Но ему простительно. Впервые встретившись с лучником, Джин был готов разорвать его в клочья, а сегодня, должен мириться с тем, как Мин и его младшенький, Тэ, милуются с альфой? Чимин бы тоже ожидал подвоха. Причём масштабного. Однако, при личном разговоре выяснилось, и об этом из всей толпы знал только он и Чонгук, что Пак защищал шамана. И не просто защищал, а целенаправленно шёл убивать Хосока. Джин стал смотреть на него немного иначе. Теперь его беспокоила реакция Чимина на проблемных людей вокруг него. Но, пораскинув мозгами, не увидел в этом ничего ужасающего. Пусть остается как есть. Но сегодня, сейчас, лёжа на коленях омеги, Пак чётко осознавал, что большая часть мыслей и терзаний шамана, для него закрыты на том же уровне, что и для других. Быть чересчур навязчивым, означало ходить по минному полю, но и лучник инстинктом самосохранения не славился. Услышав вопрос, Мин дёрнулся, сильно оттягивая волосы альфы. Пак шикнул. —Ой, извини Чимин. Я просто задумался… Вырвал тебе волосы—констатировал шаман, стряхивая оборванные волоски на пол. Интонация уж больно раздосадованная, заставила лучника приподняться, перекладываясь на локти. —Ничего. Отрастёт—он уткнулся лбом в бок шамана—Поделишься? Юнги прикусил губу, не отрывая взгляда от обветшалых страниц. Обдумывал все «за» и «против». «против» было больше, но молчать было бы просто невероятным свинством. —Я ему нужен. На несколько дней—чуть помявшись добавил Мин—Ответа я пока не дал, но скорее всего соглашусь. —Зачем? – альфа ласково потирался головой об бок шамана, тихонечко порыкивая. Почти мурчал. Альфа намеренно заставлял голос идти ровнее, а слова произноситься максимально лениво. Юнги хотелось подластиться так же. Но из головы не выходило предложение Чха. —Его дед-один из самых влиятельных альф в наших краях. Я имею ввиду территорию почти до вашей стаи. Возглавлял совет безопасности бывшего императора. – Пак прислушался, не прекращая требовать к себе внимания—Уже около года он тяжело болен. К нему таскали лекарей с разных концов страны, но все бессильны. Тогда его внук и обратился ко мне—Юнги устало потёр глаза, наконец откладывая книгу. Омега поудобнее перевернулся, позволяя альфе устроиться у него на животе. Тонкие пальцы, потянулись к густой тёмной шевелюре. Мин покривился, понимая, что вырвал волоски с корнем. Это вряд ли приятно. – Сейчас состояние деда ухудшилось, и он просит меня поселиться у них на неопределённый срок, чтобы постоянно быть рядом. —Твоё лечение ему помогало? – как бы невзначай уточнил Пак, хотя Юнги чувствовал, как он напрягся. —Раньше я ходил туда раз в две недели. Лучше не становилось, но и хуже тоже. Дед упрямый. Хочет закончить какое-то дело, прежде чем поцеловать крышку гроба —Я прямо-таки чувствую, что ты не договариваешь мне о некоторых подводных камнях этого дела. —Ыну предложил сделку. – хрипло продолжил Юнги—Я ещё немного держу его деда на этом свете, а он отменяет все агрессивные действия по отношению к вам. —Так мы же, формально, исчезли—недоумевал Пак, поднимая голову, чтобы взглянуть шаману в глаза—И вообще, каким боком, он организовал «агрессивные действия» по отношению к нам? —Для жителей—может быть—Юнги очертил пальцами какие-то вензеля на непослушной чёлке альфы. Ему безмерно нравилось копошиться в его волосах. В отличие от волос омеги, они были шелковистые и мягкие—Но он в курсе. Возможно, местные побежали прятаться к ним под юбку, из-за громких лекций Хоби. —Хорошо—Пак подложил под подбородок ладонь, чтобы лицо не упиралось в тело омеги—Ты туда не пойдёшь. —Чимин! – вздохнул шаман— Если Чха не перекроет кислород таким как Хоби, до весны мы не дотянем. —Значит отправимся раньше—спокойно парировал Чимин— Дней за пять, может даже меньше, доберёмся. —Зима на дворе! Это вам волчарам, нормально в шкуре. Я-то человек! —Я что-нибудь придумаю. О Духи. Только они и знают, насколько Юнги хочет сбежать. Он не сможет поддерживать жизнь в том дряхлом альфе больше, чем три дня.  Каждый подобный ритуал, отбирает часть жизни самого шамана. Это чёрная магия, и она требует возврата, платы, компенсации. Как торговец на базаре. Ты ему монету, он тебе редьку. В случае с жизнью, плата соответствующая. А ведь Мин только-только начал вставать на ноги. Он в кои-то веки захотел порадоваться жизни, и тут ему предлагают сделку с дьяволом. Сделку, в условиях которой тебе одалживают силу, а долг забирают с надбавкой. Это бесчестно. Это категорически несправедливо. Но если он откажется… Предугадать действия Чха невозможно. «Ыну сидел, насупившись уже минут сорок к ряду. Он всё ещё не забыл шаману разбитый нос. Синяк почти сошёл, но память то цела. В отличие от носа. Юнги пригласил его пройти в дом, налил чай и попросил рассказывать. Но Чха молчал, разглядывая жидкость в чашке. Шаман в это время просто сидел напротив, уже конкретно заскучав. С одной стороны, пойти бы полистать книжку. С другой, нет желания поворачиваться спиной к кому-то вроде Чха. На каком-то подсознательном уровне, шаман недолюбливал всех богатеев. Преимущественное презрение отдавая «правящим» семьям. Таким, которым в рот вечно заглядывают и каждое слово ловят так, будто это последний глоток воздуха. —Он совсем плох—наконец подал голос альфа—Без твоих штучек не справимся. — Мой ответ тот же, что и раньше—монотонно отвечал Мин—Больше я лезть в игру про всемогущего не собираюсь. —Я заплачу. —Тебе меня не купить, Чха Ыну. Всё чем я могу помочь, это посоветовать, как пройти к плотнику. – он наклонился ближе к альфе, собирая в слова весь скопившийся яд и усталость—Ваш старик— уже как год, должен быть на том свете. —Но ты его оттуда и вытащил. Так что, не пытайся внушить мне, что не сможешь оттянуть сроки ещё на пару дней. —Ты хоть понимаешь о чём идёт речь? — ощетинился шаман, злобно шипя на альфу—Эти игры со смертью в пятнашки, ничем хорошим не заканчиваются! Чёрная магия—это крайне вредное существо. Она всегда забирает плату, равноценную, если не превосходящую, за свои услуги. —Давай проще —Жизнь за жизнь—отчеканил Мин—За год жизни твоего старика, заберут год моей. Если не всю. – Альфа заинтересованно скинул бровь. Не то чтобы он питал такую неприязнь, чтобы обрадоваться смерти шамана, и без зазрений совести, бросить его на жертвенный алтарь. Но и выбора не оставалось. – Так что твои деньги меня в любом случае не интересуют. —А как насчёт сделки? —глаза Чха сверкнули каким-то странным и пугающим огоньком. …» —Юнги! Юнги! – Пак слегка потряс шамана, который явно отключился от их разговора, погрузившись в разговор с Чха— Лисёнок...? —Всё в порядке—улыбнулся Мин—Давай завтра обсудим—омега сладко зевнул, немного потягиваясь под альфой—Я хочу спать, Чимин~и. —Уходишь от ответа? — усмехнулся Пак, поднимаясь и помогая встать шаману. —Нет—снова улыбнулся шаман—Увожу тебя от вопроса. Мин, потягиваясь, опустил руки на плечи лучника, и потянулся за поцелуем. Хихикая из-за щекочущей, двухдневной щетины альфы, на щеках, он потянул его прочь из «рабочей» комнаты. Конечно же, у Чимина не было оружия или аргументов против таких нежностей. Тонкий голосок, на грани сознания, что-то пищал о том, как легко омега им крутит, но Паку было всё равно. Юнги наконец начал получать удовольствие от таких незамысловатых ласк, и проявлять нежность к альфе.