Бизнес

В главном кабинете «Mercedes» находилось минимальное количество вещей. Комната была настолько педантичной и вылизанной, что начинало подташнивать. Во главе стола сидел элегантный мужчина в дорогом костюме, но не в привычном классическом, а в стиле «old money». От него исходил шлейф дорогих и тяжелых духов, которые тут же въедались в нос. Когда Шарль и Макс вошли, он сразу бросился им в глаза и они тут же поняли кто это. Джордж Рассел — лучший представитель компании. Следом их взгляд перешел на молодого парня — Андреа Кими Антонелли. Юный стажёр, который за рекордные сроки пробился наверх, к самой верхушке. Его пытались переманить все крупные компании рынка. Кими был в простой рубашке и широких чёрных брюках. От него пахло едва уловимо — приятными нотами розы. Он уверенно держался рядом с Расселом, в руках — папка с контрактами и отчётами. Заметив Шарля и Макса, Антонелли сразу направился к ним, протянул руку, чуть улыбнувшись в честь нового знакомства: — Очень рад встрече. Присаживайтесь. После короткого рукопожатия молодые люди опустились на стулья и положили бумаги на стол. Кими занял место рядом с Джорджем, который уже заговорил своим размеренным, изящным тоном: — Что ж, приступим. Мистер Ферстаппен, вы намерены заключить с нами главное партнёрство. Вы ознакомились с условиями и договором? Если да — учли ли риски и нашу ставку? Рассел смотрел Максу прямо в глаза. В его взгляде не было эмоций, только ледяное спокойствие, от которого по коже невольно бежали мурашки. Шарль напрягся и перевёл взгляд на Макса, выжидая идеального момента, что бы сказать свое мнение. Макс медленно усмехнулся: — Мы всё учли. Иначе не сидели бы здесь. А вы, мистер Рассел? Ваши условия нас более чем устраивают. Шарль приподнял бровь — ведь Макс ещё в офисе говорил о снижении ставки со стороны «Mercedes». Леклеру это явно не пришлось по нраву и слова вырвались сами собой: — За одним исключением. В вашем договоре, пункт 7.3, подпункт 5, есть положение о возможном снижении ставки. Давайте сразу зафиксируем ту, что не принесёт нам убыток, а уже потом будем повышать. Что скажете? Все взгляды устремились на Шарля. Тот сглотнул, но не подал вида. На лице Рассела медленно расплылась довольная усмешка, голос стал живее: — Ферстаппен, где вы откопали такого ассистента? Не каждый осмелится на такое. Но отдам должное — он прав. Кими, бумаги. Кими передал договор Джорджу и Максу. Шарль наблюдал, как Ферстаппен с вальяжной небрежностью ставит подпись, едва скрывая самодовольную улыбку. А затем спокойно и мягко произнес: — Я рад сотрудничеству. Прошу, пришлите нам копии документов и протоколов на почту. А насчёт Леклера… Он действительно хорош. На последних словах Макс медленно перевёл взгляд на Шарля — в глазах того плескался целый океан эмоций. Идиллию прервал Кими, чей голос прозвучал на удивление тепло и по-домашнему: — Взаимно, мистер Ферстаппен. Мы очень рады, что вы стали нашими ключевыми партнёрами. Сегодня же всё отправлю. Ждите. Макс кивнул: — Хорошо, до встречи. Он поднялся с кресла и Шарль инстинктивно последовал за ним. Они вышли из кабинета и Ферстаппен тут же развернулся к Леклеру, нависая над ним. Он пытался сдержать радость, но, будем честны, это ему плохо удавалось. Лицо Макса говорило само за себя. — Едем в клуб, за мой счёт. Это нужно отпраздновать, чёрт возьми. Тон был холодным, но обдавало им как свежим морским ветром. — Я рад, Макс. Конечно. Шарль улыбнулся, это вышло почти нежно, сводяще с ума. Макс отстранился и спокойно бросил: — Тогда через час в клубе. Адрес скину. Не опаздывай. Он ушёл, оставив Шарля наедине с его запутанными мыслями и чувствами. —————————————————— На улицах Берлина тускло горели фонари, в небе мерцали редкие звёзды. Холодный ветер трепал волосы Шарля, который стоял у входа в клуб. Он назвал кодовое слово и невозмутимо прошел внутрь. Клуб горел неоновыми красками, освещая пространство которое раскинулось перед Шарлем. Он осмотрелся по сторонам незнакомого посещения. Вокруг были красивые девушки и парни: кто-то уже в стельку, кто-то только вливался в тусовку. Все танцевали под фиолетовым и синим освещением ночного клуба. Леклер опешил от запахов дорогого алкоголя и разнообразия духов, которые вдарили в нос. Музыка была такой громкой, что временами закладывало уши. Шарль не задержался на танцполе и сразу направился к барной стойке, где его уже ждал Макс с двумя стаканами виски. Один был наполовину пуст, значит, Ферстаппен уже был пьяным. Шарль знал Макса, и то, как на него действовала даже капля алкоголя. Как только Шарль заметил его, в груди что-то щёлкнуло, на лице появилась улыбка. Он подался вперёд и сел рядом, мгновенно чувствуя тот знакомый запах одеколона и табака, от которого уже кружилась голова. Макс выглядел чертовски сексуально: растрёпанные волосы, припухшие губы, на них Леклер задержался взглядом дольше, чем нужно. Тот, заметив это, невольно прикусил их. Этот вид сводил Шарля с ума, и, не в силах больше молчать, он выдал: — Ты очень красивый… вне работы. Я думал, ты только костюмы носишь. Слова вырвались сами собой, кончики ушей слегка порозовели от смущения, но он не стал обращать на это внимание — в голове был только Макс. В висках застучало, сердце бешено заколотилось, когда Ферстаппен наклонился к самому уху Леклера. Его тон был развязным, но Шарля это не смущало, наоборот, ещё больше заводило и раздраконивало. — Я знаю. А насчёт костюмов… они добавляют мне власти и некого шарма. Макс отстранился, взял второй бокал и принялся не спеша попивать свой напиток, отключая свой телефон, который разрывался от сообщений Келли, и положил его подальше в карман. — Макс… Прерывисто произнес Шарль. Он тут же закусил губу, пытаясь остановиться, но чего уж таить — разум Леклера был уже в отключке. Его рука сама потянулась к пальцам Ферстаппена, и он, без явного стеснения, переплёл их. Макс не отдёрнул руку — его взгляд был затуманен от переизбытка алкоголя, он явно не осознавал происходящего. — Что, Шарли? Почти прошептал Макс прямо в ухо и это стало последней каплей. Шарль наклонился так близко, что их губы были в считанных сантиметрах. Макс не отодвинулся, и это был для Леклера зеленым флагом продолжать дальше. Он взял инициативу и медленно, со вкусом поцеловал Макса. Тот издал не то стон, не то рык ему прямо в губы, схватил за подбородок и углубил поцелуй, вложив в него всю свою страсть. От его напора и власти у Шарля приоткрылся рот. Макс, не медля ни секунды, вторгся языком, сплетая их в жарком, пьянящем ритме. —Блять… Голос Макса был хриплым, с ноткой влечения и страсти, которую уже не мог держать в себе. —Может… поедем в отель? — прошептал Шарль, его голос полный надежды. —Да.