"Тебе идет быть девушкой"

— Ох, Рампо... Рампоо~ Девушка с блаженной улыбкой бросила сумку и, стянув туфли, босиком проскользнула на кухню, не обращая внимания на слегка рассерженного юношу. — Где тебя носит?! Уже час ночи! — раздражённо повернулся он, запирая дверь за вошедшей. — Не правда, еще только пол первого, — Акико налила из графина воды и с улыбкой подошла к окну, высматривая кого-то снизу. Заметив недовольную физиономию своего сожителя она не выдержала и звонко рассмеялась. — Рампо, ну не дуйся, я сегодня ужасно счастливая. — И пьяная, — юноша высунулся в открытое окно, ища взглядом недавнего спутника своей подруги. — В следующий раз приводи ее не позже 11, ты меня слышишь?! Звонкий голос детектива разнёсся по пустому двору и исчез, спугнув стаю птиц. В темноте плохо было что-либо различимо, но вроде темный силуэт снаружи кивнул на прозвучавшие слова. — Закрой окно, ты же простудишься, — негромко крикнула Йосано из соседней комнаты. — Ты еще и пахнешь сигаретами, что вы вообще там делали? — Рампо присел на край кровати, на которой безмятежно развалилась девушка, так и не удосужившись переодеться. — Вы же ушли на задание и что в итоге. — Да расслабься ты, ничего не было, — Акико рассмеялась, тянясь руками к юноше, который все-таки позволил себя приобнять. — Сначала мы зашли к его деткам. Только представь: у него пять спиногрызов, вот почему он такой спокойно выносит Дазая. Потом посидели на крыше. А потом я вспомнила, что у меня в сумке есть вино и мы выпили по бокальчику. Судя по устало-блаженному состоянию девушки, это либо бокаличик был размером с ванную, либо этих бокальчиков все же было несколько. — Откуда у тебя вообще в сумке вино? — пробурчал детектив, ложась рядом. — Ты недооцениваешь силу женской сумочки, — девушка потянулась, лёгонько посмеиваясь над "отчитыванием" своего сожителя. — Эх, Рампо-Рампо, я не только поэтому так счастлива. Просто знаешь такое чувство, когда что-то очень долго тебя тревожит, а потом ты наконец делаешь это и сразу на душе становится легко? Несколько секунд юноша молчаливо смотрел в потолок, а потом его глаза расширились и он в ужасе повернулся к подруге. — Ты ему призналась?.. — приоткрыв рот, он приподнялся на локте, постепенно осознавая смысл сказанного. — В этой... В любви? — Да ну тебя! — Акико пихнула приятеля ногой, после чего он с кряхтением 60-ти летнего пенсионера свалился на пол. — С чего ты вообще взял, что я про любовь говорю? Мне что, больше тревожится не из-за чего? — Я просто предположил, зачем пинаться! — недовольно пробурчал он и в следующее мгновение получил в лицо подушкой. — А вот теперь не отдам, спи без нее. — Ты пока поднимешься, я уже ее заберу, — хмыкнула Йосано, поворачиваясь к другу. — А я тут спать буду, мне лень подниматься. — Ну и пожалуйста, тебе же хуже. Девушка показала язык, и, схватив пижаму, умчалась в душ. Когда она вернулась, Эдогава успел стащить покрывало и лежал все там же на полу, благо что внизу был постелен ковер, делая вид что спит. Акико ухмыльнулась и легла в постель, гордо ложась без подушки. — Рампо, — не прошло и десяти минут, как ночную тишину прорезал негромкий шёпот. — А что вы делали у меня с Дазаем? — Каким Дазаем? — немного помедлив, прошептал юноша в ответ. — Не дури, мне кажется у нас есть только один общий знакомый с таким именем. — С чего ты вообще взяла, что он был здесь, — недовольно пробурчал Рампо, заставляя Йосано улыбнуться. — Он же исчез куда-то уже как дней четыре, ты забыла? — Ну ладно уж, храни свои секреты, — девушка отвернулась, чувствуя, как медленно погружается в сон. Часы пробили час ночи. Ночь была полна тишины и спокойствия, мягкой волной накрывая всех жителей этого дома. — Рампо, я тебя люблю, — одними губами прошептала Акико, прекрасно зная, что он еще не спит. — Я не скажу тебе ничего про Дазая, — незамедлительно отозвался детектив. Девушка тихо рассмеялась. — Нет, не в этом дело. Я просто тебя люблю. Как друга, понимаешь? — Понимаю. Тишина поглотила обоих, унося с собой в сон. Йосано свернулась клубочком, мягко посапывая и улыбаясь во царстве Морфея, а юноша продолжил молчаливо смотреть в потолок, слушая тихий треск часов. — Я ведь тоже тебя люблю. ~•~ "Я хочу написать книгу". Ода очень хорошо помнил, как сказал эти слова. А еще помнил ответ, последовавший за ними. "Ну так пиши". Вот только тут и начиналась самая большая сложность. Нет, он хорошо понимал, про что хочет написать и как хочет написать, но не понимал, как уместить все это в слова. Это было сложно. Слова ведь сами по себе не несли какого-либо смысла, этот набор закорючестых символов был просто алфавитом, слова в котором — просто письменное обозначение чего-то существующего. Просто и прекрасно подходящие для того, чтобы описать какие-либо события. Но не для того, чтобы выразить чувства. Ода еще давно понял, что то, что он говорит вслух не всегда, а точнее довольно редко, приходит в уши собеседника с тем смыслом, который он в них вкладывает. Это немного обескураживало мужчину. Как говорить с людьми, если то, что имеешь в виду ты, они понимают совсем по другому? Дазай как-то раз сказал, что у него слишком абстрактные мысли и он пытается их выразить слишком простыми словами. Он потом еще долго думал на этим. Что значит "абстрактные"? И почему какие-то слова являются простыми, а какие-то нет? Вот с книгами все по другому. Они увековечивают мысли, превращая их из чего-то неощутимого в материальное. Автор описывает что-то и оно звучит так, как он это почувствовал. Ни больше ни меньше. Именно поэтому Ода очень хотел написать свою. Но он не ощущал, что в принципе готов к такому. Даже самую простую мысль не получалось сформулировать таким образом, чтобы она звучала так, как звучала когда-то у него внутри. Это конечно расстраивало. Но он знал, что рано или поздно подходящий момент настанет и он сможет написать что-то и правда стоящее. А дальше все уже пойдёт само собой. Наверное, звучало по-детски наивно, но он твёрдо знал, что так оно и должно произойти. А сейчас... Совсем недавно она стояла на крыше и улыбалась. У нее был красивый голос и пронзительный взгляд. Она его не понимала, точнее, не совсем понимала, и ему не стоило пытаться ей что-либо донести пока он не научился этого делать, лишь зря смутил себя и ее. Но сейчас... "Попробуй писать так, как получается. Не думай особо о том, как это видят другие, а просто пиши. Все что угодно, что только в голову придёт. Если так тебе будет легче, то можешь представить, что пишешь кому-то, и просто пиши первое, о чем подумаешь". Ода закрыл глаза. На улице была глубокая ночь, но это ему не мешало. Он хотел попробовать сейчас, пока воспоминания еще свежи. Ее лицо представить не составило сложности. Он вздохнул и подумал о том, что хотел бы ей сказать. А потом взял перо и торопливо принялся осуществлять задуманное. ~•~ — Йосано-сан, это вы доклад читаете? Услышав голос за своей спиной, девушка поспешно спрятала конверт в стопку папок, как ни в чем ни бывало поворачиваясь к юноше. — Да, Ацуши, а почему ты спрашиваешь? — мило улыбаясь, она всем взглядом пытаясь показать желание того, чтобы малец поскорее ушел и оставил ее в покое, но тот казалось ничего не понял. — Просто оно похоже на письмо... — растерянно пробормотал он, с любопытством стараясь вычитать написанное на конверте, которое Акико, увидев его взгляд, засунула еще дальше в бумаги. — От кого оно? — Ну что ты, Ацуши-кун, какие письма! — обладатель задорного голоса и бинтов на шее появился словно из ниоткуда на помощь ситуации. — Ты чего, не разу ни видел таких докладов? Ты ужасно многое упускаешь! Веришь или нет, но за всю свою богатую жизнь я видел так много докладов, что могу смело утверждать: они могут быть совершенно любыми! — Правда? — юноша недоверчиво нахмурился. — Конечно! Давай я расскажу тебе об этом поподробнее, — Дазай повел детектива в коридор, украдкой подмигнув на прощание Йосано. — Какой думаешь был самый необычный? В виде журавлика? А вот и нет! Представь себе, я видел отчет в виде подушки! Если на нем уснуть, то все написанное явится тебе во сне и не придется ничего читать, удобно, скажи? Паренек что-то возразил в ответ, но девушка его уже не слышала, с чувством предвкушения разворачивая драгоценный конверт. Количество текста внутри и правда смахивало на приличный доклад, а подчерк явно оставлял желать лучшего, но Акико вмиг расплылась в счастливой улыбке. Вчерашний ночной совет, честно говоря, был дан совершенно наобум, и она даже не была уверенна, что им воспользуются, но получив наутро это послание она не могла сдержать прилива гордости за себя и за своего нового знакомого, столь уверенно идущего к своему сокровенному желанию. Быстро оглядевшись вокруг и убедившись, что на это раз ей точно никто не помешает, она благодатно вздохнула и начала читать. "Дорогая Йосано..."