Конец долгой зимы

Дверь открылась, и перед ним стояла Лили Эванс. Как и всегда — совершенно невероятная. Только, кажется, она выглядела чуть более уставшей, чем обычно. Впрочем, Джеймс и сам сильно сомневался, что выглядит отдохнувшим. Он провел абсолютно бессонную ночь, пялясь в темноту и ломая голову над тем, как именно должно пройти это свидание. — Привет, — смущенно выдохнул он. Он ведь намеренно не уточнял ни время, ни место, потому что до последнего понятия не имел, когда его озарит гениальная идея и всё получится организовать. Честно говоря, после затянувшегося молчания он уже и вовсе перестал надеяться, что она согласится пойти. — Выглядишь... просто великолепно, — искренне добавил он, скользнув по ней взглядом. И тут же сбивчиво, словно оправдываясь за свое отсутствие весь день, затараторил: — Ты прости, я закрутился... Она не дала ему договорить. — Привет, Джеймс. Лили вышла за дверь, махнула на прощание замершим в комнате подругам и прикрыла ее за собой. — Может, тогда пойдем? — к его абсолютному удивлению, она открыто улыбалась. С плеч Джеймса разом рухнул тяжелый невидимый груз. Липкая неловкость и стыд потихоньку уступали место чистой, искрящейся радости. — Пойдем, — кивнул он. Джеймс поспешно засунул руки глубоко в карманы мантии, потому что они так и тянулись дотронуться до неё. Взять её за руку, обнять за талию. Вместо этого он лишь усилием воли заставил себя просто шагнуть чуть ближе и повел её по коридорам в сторону Астрономической башни. Некоторое время они шли в уютном молчании. Наконец, Джеймс снова решил попытаться объясниться: — Я долго думал о том, где было бы идеально. Весь день ломал голову, да и всю ночь уснуть не мог. Лили тихо улыбнулась, глядя себе под ноги на каменные плиты пола. — Но Лунатик подкинул мне одну мысль, — признался Джеймс. — Что иногда самый лучший вариант — самый простой. — Джеймс Поттер и простые пути, — иронично подытожила она и негромко рассмеялась. А затем добавила уже тише: — Ты каждый день удивляешь меня всё больше. — Пора бы уже привыкнуть, — парировал Джеймс, сверкнув привычной дерзкой ухмылкой. — Да, — она подняла на него глаза. — Значит, Астрономическая башня? Они поднялись именно на неё, оказавшись на продуваемой прохладным весенним ветром смотровую площадку. Джеймс посмотрел на неё, изогнув бровь. — Ну, всё-таки не настолько просто. Тут постоянно кто-то шатается, а я совершенно не уверен, что ты готова признаться, что пошла на свидание с главным холостяком школы, — он позволил себе эту вольность исключительно в шутку. Лили не осталась в долгу: — Разве это не Сириус? Джеймс картинно схватился за сердце, сжал губы в притворной обиде, смешно сощурил глаза, а затем не выдержал и звонко рассмеялся. Отсмеявшись, он вдруг развернулся, подошел к самому краю каменного парапета башни и, не раздумывая, шагнул вперед, в пустоту. — Джеймс! — Лили испуганно ахнула. Но он не упал. — Я всё-таки не настолько обижен, чтобы бросаться вниз, — раздался его веселый голос со стороны пропасти. Джеймс плавно поднялся в воздух и завис прямо напротив неё, уверенно сидя на древке своего новенького «Нимбуса». Ветер трепал его непослушные волосы, а в карих глазах плясали смешинки. — Садись за спину, Эванс. Полетаем. Лили недоверчиво нахмурилась, глядя на жесткую метлу и чернеющую под ней пропасть. — Я... — Знаю, тебе не нравится летать, — мягко перебил он. — Залезай, у нас свидание. Он вытянул руку навстречу. — Тебе придется мне довериться. Джеймс замер, терпеливо ожидая её решения и давая ей возможность отступить. Но затем, не удержавшись, добавил с той самой, наигранно-самодовольной интонацией, которую она так хорошо знала: — К тому же, тебе не нравится летать только потому, что ты никогда не летала со мной. Лили закатила глаза и обреченно фыркнула. Но всё же шагнула вперед и крепко взялась за его ладонь. От прикосновения её пальцев внутри у Джеймса моментально растеклось густое, согревающее тепло. Она осторожно устроилась позади него и крепко обхватила руками за талию. — Не бойся, у меня огромный опыт в полетах, — как можно веселее и увереннее произнес он, оглянувшись через плечо. Лили неуверенно кивнула — Джеймс физически почувствовал это легкое движение её подбородка у себя между лопаток. Кажется, ей было по-настоящему страшно. Он тут же мысленно обругал себя: может, и правда зря он всё это затеял? Нужно было просто отвести её в Хогсмид на сливочное пиво, как нормальный человек. Что за идиот... — Всё хорошо? — на всякий случай уточнил он. Она тихо прошептала ему в спину: — Да. Джеймс повел метлу потихоньку, плавно спускаясь чуть ниже к земле, чтобы высота не так пугала. Никаких резких рывков, никаких привычных пируэтов и мертвых петель — только идеально ровное, бережное скольжение. Прохладный ночной воздух мягко касался его щек. Вокруг безмолвно проплывали темные холмы, а затем они медленно полетели над самой гладью Черного озера, в которой, как в огромном зеркале, отражалась полная луна. — Смотри, гигантский кальмар нашел себе новую игрушку, — Джеймс кивнул в направлении копошащегося в темной воде местного чудища. Он почувствовал, как Лили чуть-чуть ослабила мертвую хватку вокруг его ребер. Это дало ему понять, что первобытный страх высоты наконец-то начал её отпускать. — Куда мы летим? — наконец с любопытством спросила она. — Увидишь. Хотя, признаться, сам полет мне тоже кажется отличной идеей для свидания, — он слегка повернул к ней голову и лукаво улыбнулся, недвусмысленно намекая на её кольцо рук на своей талии. И дело было вовсе не в желании её смутить. Ему правда нравилось, что она его обнимает. — Поттер, не зазнавайся, — мягко парировала она и тихо хихикнула, тут же показательно прижавшись к его спине еще крепче. Джеймсу в этот момент захотелось на чистом адреналине рвануть вертикально вверх и издать ликующий, победный вопль — так хорошо ему сейчас было. Какое-то время они летели в умиротворяющей, согревающей тишине, пока наконец не достигли пункта назначения. Джеймс плавно остановил «Нимбус», и они неподвижно зависли в воздухе. Он аккуратно развернулся на древке, осторожно придерживая Лили за плечи, чтобы не сбить баланс. Теперь они сидели рядышком, касаясь друг друга плечами и свесив ноги в одну сторону, прямо над темнеющим внизу пейзажем. Лили вгляделась вниз и неуверенно поежилась. — Джеймс... У нас свидание на болоте? Поттер так искренне, раскатисто рассмеялся этому прямолинейному вопросу, что едва не кувыркнулся с метлы вниз головой. Да уж, о технике безопасности для подобных свиданий он как-то заранее не подумал. — Да, Лили. У нас свидание на болоте. — И это тот самый «простой вариант», который пришел тебе в голову? — она всё ещё выглядела совершенно растерянной, но Джеймс прекрасно видел в лунном свете, как она изо всех сил сдерживает рвущийся наружу смех. — Эванс, всё тебе сразу расскажи. А как же интрига и романтика? Но Лили не унималась. — На болоте? — она откровенно смеялась, хотя Джеймс подозревал, что она смеялась бы куда громче, если бы не боялась случайно свалиться вниз. Он изогнул бровь, бросил взгляд на свои наручные часы и абсолютно серьезно произнес: — Пять минут. В наступившей тишине было слышно только стрекотание невидимых сверчков и мягкий плеск темной воды где-то далеко внизу. — Какую музыку ты слушаешь? — вдруг прервала молчание Лили. Джеймс на мгновение растерялся. Надо же. Они ведь еще никогда не обсуждали с ней музыку. — Честно говоря, слушаю всё, что обычно ставят Римус с Сириусом. Мне нравятся The Doors, — признался он. — Мы с Бродягой мечтали попасть на концерт Sex Pistols, на рождественских каникулах даже купили билеты, но его отменили, — добавил он с искренней грустью. — А ты смотрел маггловские фильмы? — тепло улыбнулась она. — Я в последнее время почему-то много думаю о Джеймсе Бонде. Лили слегка покраснела — Джеймс чудом заметил этот румянец благодаря серебристому лунному свету. — Мы с папой его просто обожаем. — Смотрел парочку. Мы у Люпинов на каникулах часто зависали перед телевизором. Чудесные всё-таки изобретатели эти магглы. Но вот про фильмы о Джеймсе Поттере я пока ничего не слышал, — рассмеялся он. — Бонде! — прыснула она и легонько ткнула его кулачком в плечо. — Джеймсе БОНДЕ! — Так, всё, время вышло, нам пора, — деловито прервал он её смех. Джеймс осторожно развернулся и чуть подался вперед. «Нимбус» плавно скользнул над зарослями камыша, обогнул густые кусты и снова мягко завис в воздухе. Он услышал, как сидящая позади Лили шумно, восхищенно ахнула. — Вот теперь это свидание, — абсолютно довольно резюмировал Поттер. Прямо перед ними, прорастая из темных, маслянистых глубин болота, возвышалось причудливое, раскидистое дерево. Его невероятно длинные, тонкие ветви каскадами спускались вниз, мягко лежа на поверхности черной воды и покачиваясь, словно бесконечные распущенные волосы сказочной нимфы. Дерево было густо усыпано листьями, напоминающими изящные водоросли, и россыпью крупных, нежно-розовых цветов. В контрасте с мрачной, пугающей топью это выглядело как застывший фрагмент чужого волшебного мира. — Что это такое? — изумленно выдохнула Лили. И словно в ответ на звук её голоса, дерево ожило. Спящие розовые лепестки вдруг вспыхнули призрачно-голубым свечением. Световая волна стремительно пробежала по ветвям, плавающим в воде, заставляя цветы пульсировать и переливаться точно в такт её словам. Как только над болотом снова повисла тишина, свечение плавно угасло. Но Джеймс не отрывал взгляда от Лили. От того, как в её расширенных зеленых глазах отражались эти фантастические, вспыхивающие во тьме блики. Зрелище было поистине сногсшибательным. Ничего прекраснее он в своей жизни не видел. — Это болотная яблоня, — негромко пояснил он, и на этот раз от вибрации его уверенного голоса цветы пустили по воде ровные, глубокие голубые волны. — Она цветет очень недолго, только в апреле. И только в первое полнолуние апреля её лепестки обретают магию — они светятся, реагируя на звуки. Лили продолжала зачарованно смотреть на растение. — Невероятно… — почти беззвучно прошептала она, и яблоня послушно отозвалась легким, трепетным мерцанием на кончиках ветвей. А затем, словно очнувшись от транса, Лили повернулась к нему. Её глаза весело сверкали. — Шарлотку из её яблок можно делать? — Ага, получится просто убийственно, — невозмутимо отозвался Джеймс. — Яблоки у неё ядовитые. Лили тихо хихикнула и снова бросила на него внимательный, изучающий взгляд. — И это великолепие ты называешь «простой» идеей? — Ты просто не видела других моих вариантов, — усмехнулся Джеймс. — Учился у Сириуса приемчикам? — с хитрой улыбкой спросила она. — Цветы, спецэффекты... — Это он у меня учился, — самодовольно ухмыльнулся Поттер. Он не успел закончить очередную шутку, потому что Лили вдруг подалась вперед. Её губы неуверенно коснулись его губ. В этот момент Джеймсу показалось, что магия светящихся внизу лепестков теперь искрится прямо у него под кожей, растекаясь ослепительным теплом по каждой клеточке тела. Лили робко скользнула ладонью по его щеке, зарываясь дрожащими пальцами в растрепанные волосы на затылке. Джеймс шумно, прерывисто выдохнул и ответил на поцелуй — уже совсем не робко. Одной рукой он намертво вцепился в древко метлы, побелев от напряжения, а другой крепко обхватил Лили за талию, притягивая её к себе так близко, как только позволяла неудобная посадка. Контраст между прохладным ночным ветром и обжигающим жаром её губ сводил с ума. Казалось, всё вокруг — и темная вода, и мерцающее свечение внизу — исчезло, оставив только оглушительный стук его собственного сердца в висках. Поцелуй становился глубже, отчаяннее; они словно пытались наверстать все те годы, что потратили на глупые ссоры и недомолвки. Вдруг метла под ними, не выдержав смещения центра тяжести, опасно вильнула вбок. Джеймс мгновенно опомнился. Сжав талию Лили еще крепче, он резко отпрянул, чудом выравнивая баланс и удерживая их обоих в воздухе. Несколько секунд они просто сидели так — тяжело дыша и глядя друг на друга в серебристом полумраке. А потом одновременно рассмеялись, громко и абсолютно счастливо. — Будем считать, что свидание удалось, — хрипловато произнес Джеймс. Он никак не мог оторвать взгляда от её сияющих зеленых глаз. — Ага, — довольно выдохнула Лили. Она чуть смущенно закусила нижнюю губу, и этот жест показался ему настолько невыносимо прекрасным, что он сдался. Джеймс подался вперед и еще раз, совсем коротко и нежно, коснулся её губ. Но в этот раз он не стал сразу отстраняться, остался совсем близко, прижавшись лбом к её лбу и медленно поглаживая большим пальцем её прохладную щеку. Лили прикрыла глаза; её теплое, сбивчивое дыхание касалось его лица. В этой внезапной, сокровенной тишине Джеймс вдруг понял, что готов зависнуть над этим болотом хоть на целую вечность, лишь бы она вот так доверчиво пряталась в его руках. «Так вот, как это должно ощущаться», — пронеслось у него в голове. Ему потребовалась вся его выдержка, чтобы нехотя отодвинуться, сделать глубокий вдох и произнести: — Наверное, нам пора возвращаться. Она открыла глаза и с лукавой, дразнящей улыбкой передразнила: — У тебя же о-о-огро-о-омный опыт в полетах. Полетели. На обратном пути Джеймс позволил себе прибавить скорости, спиной чувствуя, что Лили окончательно расслабилась и доверилась ему. Хогвартс вдали мерцал теплыми желтыми огнями, а под ними расстилалось Черное озеро, по глади которого серебром рассыпалась лунная дорожка. Крупные капли воды, поднятые прохладным ветром с поверхности озера, сверкали в темноте, словно россыпь мелких бриллиантов. Внезапно сквозь ровный свист ветра в ушах прорвался странный звук. Тонкий, пронзительный, леденящий душу женский вопль. Он был настолько жутким, полным какой-то потусторонней агонии, что у Джеймса на затылке мгновенно зашевелились волосы, а по позвоночнику прокатилась волна колючего, первобытного холода. Он инстинктивно дернул древко метлы, сбавляя скорость, и тревожно оглянулся по сторонам, вглядываясь в густую ночную темноту. Никого. И ровно в следующую секунду черное весеннее небо прорезала ослепительная вспышка молнии, а прямо над их головами с оглушительным, раскатистым треском грохнул гром. Джеймс судорожно выдохнул, чувствуя, как отпускает ледяной спазм в груди. «Гром. Мерлин, это был просто раскат грома перед бурей», — быстро убедил он себя, списывая жуткую слуховую галлюцинацию на накопившуюся усталость, недосып и нервное напряжение последних недель. Гроза накрыла их за считанные секунды. Они промокли до нитки почти мгновенно, но это лишь добавило в кровь адреналина. Джеймс прижался к древку и выжал из «Нимбуса» максимум скорости, уходя от грозового фронта. Они неслись сквозь стену дождя, рассекая холодные капли, и их громкий, абсолютно сумасшедший смех разносился над спящими окрестностями замка, смешиваясь с новыми раскатами грома. Мягко опустившись на каменный пол Астрономической башни, Джеймс первым делом спрыгнул с метлы, перехватил Лили за талию, помогая ей слезть, и, не в силах сдержаться, снова наклонился к ней. Она ответила на поцелуй моментально, обвивая руками его мокрую шею. Контраст её обжигающе горячих губ и замерзших, скользнувших ему под мантию ледяных рук внезапно вернул Джеймса в воспоминания о той заснеженной лесной поляне, где они вместе смотрели в лицо смерти. В груди кольнуло от фантомного ужаса. Он судорожно прижал её к себе еще крепче, словно боясь потерять, боясь, что она может исчезнуть. Лили тяжело выдохнула ему прямо в губы и с тихим, дрожащим смешком прошептала: — А я только-только подумала о том, как хорошо стоять на твердой земле... Услышав это, Поттер нечеловеческим усилием воли заставил себя остановиться и нехотя отстранился. Быть джентльменом рядом с ней оказалось невыносимо, физически сложно. — Ну всё, Эванс. Пора спать, пока мы окончательно не замерзли, — он мягко провел ладонью по её мокрым волосам. Он порылся во внутреннем, чудом оставшемся сухим кармане мантии и протянул ей небольшой сложенный кусок пергамента. — Вот, держи. — Что это? — она удивленно моргнула, смахивая с ресниц капли дождя. — Зачарованный пергамент. Как тот, на уроке, — пояснил Джеймс. — Пиши в любое время. Лили покрутила листок в руках, задумчиво нахмурившись: — Я думала, тот эффект был временным. Кстати, и тогда... я не ожидала, что ты вообще увидишь, что я согласилась. Джеймс неловко потер затылок, чувствуя, как начинают предательски гореть уши. — Я... э-э... ну, я обновлял чары каждые пару часов, — признался он, избегая её взгляда. Она потрясенно замолчала, осмысливая его слова. А потом широко, невероятно тепло улыбнулась, заглядывая ему прямо в глаза. — Всё чудесатее и чудесатее, — снова тихо рассмеялась Лили. — Иди спать, Эванс, — Джеймс ласково подтолкнул её к лестнице, ведущей вниз. — Напишешь мне, если вдруг не передумаешь по поводу Queen. Лили шагнула на первую ступеньку, обернулась и, потянувшись, быстро поцеловала его в мокрую от дождя щеку. — Спокойной ночи, Джеймс. Она сделала было шаг вниз, но вдруг замерла. Отвернувшись, она несколько секунд торопливо копошилась, а затем снова развернулась к нему. — Эй, Поттер, смотри, — она весело указала пальцем на свой промокший жилет. В тусклом свете Джеймс разглядел металлическую деталь. На ткани гордо красовался значок с лаконичной, но такой говорящей надписью: «Джеймс». Он мгновенно вспомнил этот значок. Осознание того, что она принесла его с собой на свидание, чтобы вот так его прицепить, ударило в голову лучше любого Огневиски. Джеймс искренне, счастливо рассмеялся, чувствуя, как широкая улыбка тянет уголки губ. Увидев его реакцию, Лили довольно блеснула глазами и весело, легко сбежала по каменным ступенькам вниз. Джеймс стоял на Астрономической башне мокрый от проливного дождя, крепко сжимая в руке древко метлы, и не отрывая взгляда смотрел ей вслед, пока она не скрылась в темноте винтовой лестницы. Просто с ума сойти. Лили Эванс и правда была с ним на свидании.