сердцебиение

Вопросы высшей математики никогда не получали особого внимания Хайтама. Он освоил её основные тонкости в средней школе, ещё в годы домашнего обучения, чтобы больше никогда по своей воле к ней не прикасаться. И ему ни разу не пришлось об этом пожалеть: посещение курса лекций математики было обязательной частью обучения в Сеульском национальном университете, пускай его факультет и был посвящен языковедению и литературе. Освоить темы обязательной дисциплины заранее однозначно было хорошей идеей. Сейчас он мог решить большинство математических задач и без труда и должной подготовки сдавать все зачёты и экзамены на хорошие баллы, а главное – без зазрений совести бездельничать на парах. Вернее, так это видели все вокруг. Мало кто проникся загадочной личностью слишком молодого для четвертого курса парня, вечно забивающегося на самые последние ряды в обнимку с ноутбуком и никогда не слушающего большинство лекций. Да, большинство (если не все) преподавателей и студентов определённо считают его бездельником. Вот и сегодня высшая математика осталась полностью проигнорирована: Хайтам с особой внимательностью глядел в экран ноутбука, даже не пытаясь выглядеть порядочным учеником. Сейчас целью его безделия было узнать, что произошло с парнем, прямо сейчас спящем в его кровати… Ожидать от пьяного до неприличия Кавеха нормальных объяснений было бы глупо: Хайтам и не ждал. Поэтому сегодня без конца изучал все новостные статьи, каким-либо образом затрагивающие одного из участников ICU. Не то что бы это было сложно: каждое уважающее себя СМИ посчитала своей обязанностью упоминуть о скандале, случившемся в такой известной и влиятельной компании, как SQ entertainment. Удивиться Хайтаму пришлось довольно скоро: Хана. Её имя было последним в списке того, что он ожидал увидеть. Бывшая девушка Кавеха выложила пост о том, что во время их отношений с Кавехом он унижал и издевался над ней и даже прикрепила их совместные фото в качестве доказательств. «Вот стерва», — подумал Хайтам, читая новости. Он прекрасно помнил истинное отношение Кавеха к ней, искреннее и доброе. Даже их расставание было таким нежным и аккуратным, каким его мог сделать только Кавех. Пускай он никогда её не любил, но он вел себя с ней как настоящий мужчина. Хайтам вспомнил, как больно ему было видеть их вместе, когда они еще встречались. … Кавех крепко прижимал к себе Хану. Он наверняка говорил ей что-то нежное: Хайтам не мог разобрать, что именно. Они попрощались, и Кавех помчался в сторону сидящего на качелях Хайтама. — Привет, учитель, — улыбаясь сказал Кавех — Привет, хён, — холодно ответил Хайтам, — Сделал все что я задавал? Кавех закатил глаза. — Сделал. — Умница. К тебе или ко мне? — Ого, так сразу? — усмехнулся Кавех, — Сегодня к тебе. — Пойдем, — Хайтам встал с качелей и вместе с Кавехом направился к дому. … — Я нихуя не понимаю, — заявил Кавех взявшись за голову, — какие еще двенадцать времен если их три?! — Их три. Просто они разделены на подгруппы, — спокойно добавил Хайтам. Занятия английским всегда вызывали у Кавеха трудности. Языки всегда давались ему с трудом, в отличие от Аль Хайтама: носителю немецкого языка, всего за пару лет в совершенстве овладевший корейским и английским. На тот момент он только начал учить испанский и французский, но Кавеха пугали даже его минимальные знания этих языков, что уж говорить об идеальном английском. — Почему в домашней работе ты поставил здесь Present Continuous? — Потому что с ним звучало хорошо, — гордо ответил Кавех. Хайтам закатил глаза. — Еще подумать? — Потому что действие происходит в настоящем продолженном, есть маркёр right now, — вынужденно ответил Кавех. — Умничка, быстро учишься, — Хайтам погладил сидящего рядом Кавеха по голове, — а здесь почему Past Perfect? — Я не знаююю — протянул Кавех. — You should start thinking right now, — сказал на идеальном английском Хайтам. В его опыт не было слышно ни корейского, ни немецких акцентов. Он звучал как чистый американец. — I can’t, teacher, — ответил Кавех со слышимым корейским акцентом. — You can, — уверенно сказал Хайтам и взял в руки ручку, — Let’s figure it out together. — Чего? — сказал Кавех, не понявший ни слова. — You’re so dumb, you know? — усмешливо сказал Хайтам. — А вот это я понял, — нахмурился Кавех, — сам ты тупой. Целый час прошел в атмосфере веселья и смеха, однако Кавех умудрился понять все прошедшие времена английского языка за это время. Хайтам был отличным учителем, а Кавех, хоть и не осознававшим этого, но способным учеником. Уходя домой с новой домашкой, Кавех не забыл поблагодарить друга за урок. — Спасибо, я стал на 1% умнее. — Тебе кажется, ты такой же тупой — отметил Хайтам и широко улыбнулся. — Спасибо тебе, дорогой друг, — саркастично ответил ни чуть не обидевшийся Кавех. — А за занятие кто платить будет? — Хайтам вздернул брови и облакотился о стену, смотря на завязывающего шнурки Кавеха — Так прокатит? — Кавех быстро встал и коротко поцеловал Хайтама в щеку. Он делал так каждый раз перед тем, как достать деньги и заплатить Хайтаму за урок. — Нет, — Хайтам закатил глаза и невольно улыбнулся, — у тебя девушка есть, придурок. — И что, я не могу тебя поцеловать? Ты такой милый, — Кавех потрепал Хайтама за щеку. — Друзей не целуют, — заявил Хайтам, — расставайся уже с Ханой, — улыбнулся он. Такие шутки всегда были у них в порядках вещей, но Хайтаму они ужасно нравились, пускай он не хочет этого признавать. Ему нравились редкие поцелуи Кавеха, его неуместный флирт и адресованные ему улыбки. Он не знал зачем это Кавеху: наверняка для него это действительно лишь шутки. — Ой ой ой, — заговорил Кавех и достал из кармана небольшую сумму денег, — Скоро расстанусь, — сказал он и подмигнул. Хайтам ни за что бы не подумал, что эти слова являются правдой. В его мире пара Кавеха и Ханы была одной из самых прекрасных что он видел, и он ни за что бы не поверил, что Кавех может захотеть с ней расстаться, и уж тем более что это произойдет через менее месяца после этого диалога. И кавех удалился из его квартиры, обняв его на последок. Крепче, чем он обнимал Хану при прощании. Дольше. Стоило Кавеху покинуть дом Хайтама, как ее покинул и весь свет. Он снова остался один. Ему снова не хотелось жить. Минуту назад он улыбался вместе с другом. Минуту назад он был счастлив. А сейчас… Хайтам больше не хотел это вспоминать. Он помнил, что произошло после этих мыслей, помнил, что случилось через месяц, теперь уже понимал, почему рядом с Кавехом так хотелось жить. Он захлопнул ноутбук и удалился из лектория. Последняя пара подошла к концу, и ему предстояло еще пару дел, перед тем как он сможет наконец вернуться домой. … Раньше Кавех никогда не придавал значения мелочам вроде мягких, плотных подушек, или тяжелому пуховому одеяле, так приятно прижимающем к постели. В его последнем общежитии кровати были совсем жёсткие и узкие, несравнимые с этим мягчайшим матрасом, так и клонящим в сон всё больше и больше с каждой минутой попыток мозговой активности в виде таких рассуждений. Находясь на где-то на грани между реальностью и миром снов, из которого так не хотелось уходить, Кавех подсознательно, а быть может и осознанно старался не просыпаться. Столкнуться глаза в глаза с реальностью кажется чем-то страшным, чуждым. Поэтому теперь он старался убедить всего себя в том, что он всё ещё спит, что единственная проблема — это слепящее глаза солнце. Но выйти, нет, выбежать из сна вынудил неожиданный звонок в дверь. Он слышался громким, непривычным, заставляющим открыть глаза в тот же момент и столкнуться с миром слёз, боли и несправедливости — именно таким ощущался он последние сутки. Закрыть лицо и уши подушкой и ждать, пока надоедливый звон прекратится показалось лучшим решением проблемы. Но человек, стоящий за дверью, был слишком настойчив. Предположений о его личности Кавех старался не делать. Минута, три, пять — он не прекращал. Собравшись с силами, Кавех принял самое ожидаемое решение: пойти и посмотреть в лицо тому, кто так настойчиво хочет проникнуть в эту квартиру. Медленно отталкиваясь руками от матраса, он перешел в положение сидя и в ту же секунду почувствовал, как голова стала тяжелой, а боль в ней такой резкой и пульсирующей, что каждая мышца содрогнулась. Кавех с трудом встал с кровати и пошёл в сторону двери. Посмотрев в глазок, он увидел за дверью молодого курьера, явно не представляющего опасности. Кавех ринулся открывать дверь. — Молодой человек, у вас совесть-то есть? Я уже как пятнадцать минут тут стою, трезвоню, телефон вы не берёте, — мужчина говорил раздраженно, но по его интонации было очевидно, что в такие ситуации он попадает постоянно, — Ой, чёрт бы с вами, забирать то будете? Кавех стоял с распахнутыми глазами. Его мозг едва ли успевал переварить происходящее. Даже хорошо, что рот соображал быстрее: короткое «простите» в сопровождении небольшого поклона стало самым уместным выходом из ситуации. Захлопнув дверь, Кавех остался с пакетами в руках. Ничего не понимая, он решился заглянуть внутрь: куча готовой еды на разный вкус. И в этот момент в голову взбрел самый логичный вопрос: «а я вообще где?» И наступила паника. От нахлынувших чувств снова разболелась голова и Кавех едва не упал, но успел облакотиться о стену. «Где я, где я, где я…» — вертелось в голове. Кавех усиленно пытался вспомнить вчерашний вечер, но всплывали лишь обрывки: главный офис, слёзы, бар, слёзы, пьяные танцы, слезы и какой-то мужчина… Его лица Кавех никак не мог вспомнить… Это в его квартире он сейчас? Вдруг его похитили? Или он пришел по своей воле? А вдруг с ним что-то… От собственных мыслей стало страшно. Кавех бросил пакет и метнулся обратно в комнату в поисках телефона. И только мысль о телефоне пришла в голову, как его пронзило током. Он вспомнил всё то, что произошло вчера вечером: обморок, крики директора. Разрыв контракта. Кавех рухнул на колени. Вспомнить это сейчас было слишком больно. Он никак не мог осознать случившееся и даже думать об этом… Захотелось напиться. В телефоне он увидит статьи об исключении участника из группы, о скандале, сообщения коллег, друзей, не дай бог мамы и… Кавех не хотел это видеть. Он смог переключить себя на более важный вопрос: «чья это квартира?». Если не через телефон, то как еще он может это узнать? Может похититель оставил где-нибудь записку? Кавеху пришлось встать. Кое-как собравшись с силами, оперевшись на стену, он поднялся. В глазах потемнело, и как только это прошло, он прошел в спальню и пригляделся к тумбочке, однако та оказалась пуста. «Черт», — подумал Кавех и рухнул в постель. Сил стоять больше не было. Мгновенно утонув в мягком матрасе, Кавех понял, что всё, чего он сейчас хочет, это вновь окунуться в сон, а все мысли и проблемы оставить на потом. Но стоило ему принять удобное положение, как из глаз потекли слезы. Тревога насчет его местоположения, слишком тяжелый вчерашний день, крах его карьеры — всё это довело Кавеха до края. Прикрыв глаза руками, он пытался успокоиться, но ничего не выходило. Спустя время безуспешных попыток успокоиться, Кавех вспомнил про лежащую на полу еду. «Надо хотя бы в холодильник убрать что ли…» — подумал он и одним движением встал с кровати. в глазах снова потемнело, но уже не так сильно, как ранее. С трудом дотопав до пакета, Кавех вновь открыл его и обратил внимание на содержимое: сверху лежал его любимый кимпаб с овощами, а под ним готовые ттокпокки с сырным соусом и кусками мяса. Кто мог знать Кавеха настолько, что заказал его любимые блюда? Лучшая подруга Джи Вон? Но ее квартира выглядит совсем не так. Чонсоб? Но ведь у него нет квартиры, они вместе жили в общежитии. Он бывал дома у всех своих близких друзей и коллег, так кто же это мог быть? Кавех перебирал в голове всех людей из своего окружения, но эта квартира не была похожа на дом ни одного из них. «Неужели… Хай… Ой, как смешно» — Кавех усмехнулся от собственно догадки. Не мог же он вчера встретиться со своей бывшей любовью и очутиться у него дома? Это было бы похоже на сюжет какой-то дорамы. Пройдя на кухню и убрав пакет в холодильник, Кавех обратил внимание на то, насколько красивой была кухня. Темная, идеально чистая, с большой удобной столешницей и большим панорамным окном. Кавех невольно подошел к нему и обратил внимание на шикарный вид. Квартира распологалась на высоком этаже, с которого открывался потрясающий вид на вечерний Сеул. «Ого, уже вечер?» — подумал Кавех и обернулся в поисках часов. Они весели напротив кухни, прямо над удобным на вид креслом, на котором спал… кот? Кавех не поверил своим глазам. Серенький вислоухий котик мирно спал на широком кресле. Кавех подошел к нему и опустился на корточки. Кот заметил его и проснулся — Мяу, — выразил кот, от чего Кавех неприметно умилился. — Ну привет, — сказал Кавех самым милым на свете голосом и принялся гладить пушистого. «Фух, это точно не Хайтам» — подумал Кавех и улыбнулся, — Ты не голодный, ангел? Котик перевернулся на спину и выставил свой живот, вынуждая Кавеха его гладить. — Я поищу чем тебя можно покормить, хорошо? — сказал Кавех и отпрянул от питомца. В углу кухни стояли две миски, которые Кавех почему то не заметил ранее. Обе пустые. Он ринулся открывать все шкафы в поисках корма, и в четвертом нашел то, что искал. — А ну-ка, пойдем кушать, — Кавех потряс пакетиком корма и кот мгновенно вскочил со своего места и помчался к нему. От наблюдений за мило кушающим котом Кавеха отвлек звук открывающейся двери. Вернулся хозяин квартиры. Кавеху стало не по себе. Он так и не смог разгадать его личность… Вдруг это какой-то безумный сасэн?Или маньяк? Или… — Кавех, ты проснулся? — послышалось из коридора. Кавеха пронзила дрожь. Этот холодный и грубый голос он не мог спутать ни с кем. Пускай сейчас он звучал на тон ниже, чем пару лет назад, но узнаваемые черты еще как сохранились. — Аль Хайтам?! — воскликнул Кавех и выронил пустой пакет корма из рук, — Какого… — Это вместо «привет»? — с характерной ему заносчивостью произнес Хайтам, — доброе утро, давно встал? Кавех замер в оцепенении. Как? Спустя столько лет? Где и как он его нашел? Почему именно он?! — Давно… — растерянно ответил Кавех, — Какого хуя ты здесь делаешь?! — Так то это моя квартира, — усмехнулся Хайтам, — а вот история твоего нахождения здесь куда интереснее Аль Хайтам прошел на кухню и поставил на стол пакет, из которого виднелось пару бутылок соджу. Он немедленно достал из пакета одну и метнулся к ящику за открывашкой. Тем временем кот закончил есть и принялся тереться о ногу Кавеха. — Я смотрю, вы подружились, — заметил Хайтам. — Никогда бы не подумал, что ты заведешь кота, — хмуро сказал Кавех и спустился на четвереньки, что бы погладить пушистого, — Настолько одиноко стало? — Так это не мой, — с улыбкой ответил Хайтам, проигнорировав усмешку Кавеха. Кавех вопросительно уставился на него. — Адельхаида завела его за три года до смерти, — отметил Хайтам, — не оставлять же его на помойке. Пришлось забрать. — О Боже, она умерла? — с ужасом произнес Кавех, — она ведь была совсем молодой. Кавех отлично помнил бабушку Аль Хайтама. Чудну’ю старушку, которая очень любила единственного «друга» своего внука. Строгая, но при этом такая забавная и милая. Неужели она правда умерла? — У нее слишком поздно нашли рак. Да и почти семьдесят — не так уж и мало, — подметил Хайтам. «Это ты с семнадцадцати лет совсем один», — подумал Кавех, но сразу отбросил эти мысли. В нем нет ни капли жалости к этому человеку после всего, что между ними произошло, и он не хочет даже думать о его нелегкой судьбе. Хайтам протянул Кавеху только что открытую бутылку соджу и тот мгновенно ее взял. Даже не глядя на этикетку, он опустошил ее всего за пару глотков. — Не напивайся снова, — холодно сказал Хайтам, — опохмелился и хватит. — Сам решу, — ответил Кавех и встал, — слушай, я не помню что наговорил тебе вчера и как я здесь оказался, но что бы то ни было, я совершенно не нуждаюсь в твоей помощи. — Да что ты, — Хайтам сложил руки на груди, — И где же господин-Кавех собирается жить, без гроша то в кармане? — Разберусь, — холодно ответил Кавех на усмешку парня. Хайтам открыл холодильник и увидел нетронутую еду. — Почему ты ничего не съел? — Я не голоден, — ответил Кавех, и именно в этот момент его живот предательски заурчал. — Я слышу, — серьезно сказал Хайтам и достал из холодильника готовые ттокпокки. Он открыл упаковку и поставил ее в микроволновку, не спрашивая мнения Кавеха на этот счет, — Ты ведь и вчера ничего не ел. — И что, — возмутился Кавех, — Я не голоден, — повторил он. — Меня не волнует, — холодно сказал Хайтам, — ты будешь есть. Кавех закатил глаза. На самом деле он почти ничего не ел последние недели перед камбэком. Компания вынудила его сесть на жесткую диету, и Кавех придерживался ее. Живот ужасно болел от голода, и раздающийся запах ттокпокки ощущался издевкой. — Я не буду, — заявил он. Кавех просто не мог позволить себе поесть. Скоро ведь камбэк, съемки промо, клипа, фотосессии… До него никак не доходило, что этого всего не случится. От одной мысли об этом прошибло током. — Ты и так очень худой. От приема пищи ничего не изменится, — уговаривал Хайтам. К тому моменту микроволновая печь закончила свою работу. Аль Хайтам открыл ее, и яркий запах еды наполнил кухню. Он поставил порцию на стол и достал приборы, а затем вернулся к холодильнику, и достал поесть уже себе. Кавех с недоверием смотрел на еду. Ее запах так и манил к себе, но даже думать о том, что бы к ней притронуться, вызывало стыд и чувство вины. Нехотя он сел за стол и взял в руки палочки. Несколько секунд поковырявшись в еде, он понял, что не может съесть ни куска. В горле стоял ком. — Выглядит жалко, — подметил Хайтам. — Пошел ты, — огрызнулся Кавех и потянул ко рту кусочек. Еда ощущалась чем-то странным и непривычным, но ужасно вкусным. Живот заурчал от восторга. Кусок за куском, Кавех съел половину порции и начал чувствовать насыщение. Это чувство перестало быть привычным для него еще с тех лет, как он стал трейни. Хайтам присоединился к нему и принялся стремительно уплетать свой кимпаб. Глядя на него, Кавех уж было почувствовал, что может съесть еще, однако в горло больше не лезло. — Ты, кстати, ничего не терял? — О чем ты? — нахмурился Кавех. Хайтам достал из заднего кармана телефон в желтом чехле с жемчужинами и протянул его Кавеху. — Откуда… — Ты не помнишь, как швырнул его в стену вчера как только увидел уведомление о долге? Точно. Долг. Кавех теперь торчит неприличную сумму денег своей компании за то, что не успел отработать деньги, потраченные на его стажировку и дебют… По телу прошла дрожь. — Спасибо, — с дрожью в голосе обронил Кавех, не решаясь взять телефон в руки, — ты что, починил его? — Ну не я, конечно, а ремонтники, — ответил Хайтам, — так что, он тебе не нужен? Посмотрев на него еще пару секунд, Кавех всё таки решился взять его в руки. Но как только экран загорелся, он судорожно запихнул его в карман джинс. — Как они могли закрасить твой прелестный блонд в черный… — сказал Аль Хайтам и прикоснулся к волосам Кавеха — Не трогай меня, — строго произнес Кавех и оттолкнул руку парня, — ты мне не друг. Вгляд Хайтама в миг стал таким же строгим. — И не собирался им быть, — произнес Хайтам и сложил руки на груди. — Я съеду от тебя как только смогу, — холодно бросил Кавех, — извини за неудобства. Мы можем платить аренду пополам. — Никакой аренды. Это моя квартира, — сказал Хайтам не без доли хвастовства. Кавех не смог скрыть удивления касательно этой информации. Недвижимость Сеула стоит огромных денег, которых Кавех в глаза не видел. Как его хубэ мог заработать на квартиру в 20-то лет? Кем он вообще работает? Он хотел было спросить, но вспомнил, что его не интересует жизнь его бывшего. — Ладно, — проронил Кавех. — Будешь помогать мне по дому. И следить за Фрезисом, — начал Хайтам. Ну конечно, не мог же заносчивый Хайтам оставить его у себя дома совсем без условий. Фрезис.. так вот как зовут кота. Назвали в честь цветка, символизирующего начало новой жизни и доброту. Кавех сразу смекнул, что кот стал для бабушки заменой любимого внука и способом справиться с потерей. Наверняка она завела его в день, когда Хайтам съехал от неё. — Спасибо, что ли, — неловко выдавил из себя Кавех. — Я ничего не сделал, — ответил Хайтам, плюхнувшись в кресло и открыв какую-то книгу. «Это тебе так кажется», — подумал Кавех и сел на диван, находившийся в другой стороне квартиры и принялся гладить лежащего на нем Фрезиса. — Я буду спать на диване, — заявил Кавех, — дай мне постельное белье. — Ты уверен? Он не самый удобный, —хмуро ответил Хайтам. — Я не собираюсь спать с тобой в одной кровати, — холодно отметил Кавех. — Справедливо, — согласился Хайтам и отправился в поисках комплекта. … Диван правда оказался очень не удобным, особенно в сравнении с шикарной кроватью. Кавех с трудом нашел более менее удобное положение и попытался уснуть, однако в голову лезли мыли, одна за другой и никак не давали уснуть. Он остался без работы, без мечты, без друзей-коллег и без жилья. Теперь он вынужден жить у своего бывшего, даже думать о котором было невыносимо больно, не то что видеть его. По щекам потекли слезы. Прижавшись головой к коленям, Кавех старался успокоиться, приглушить свои всхлипы, однако у него очень плохо получалось. Слезы текли одна за другой, а его положение с каждой минутой казалось все более плачевным.