the windy city/the fear city

Сказать, что Майк ненавидит Рождество было бы, пожалуй, слишком громким утверждением. Во-первых, к двадцати пяти годам у него скопился список вещей, ненавидеть которые было намного рациональнее: обязательства, ночные дежурства, кредиты за учебу. Поэтому, нет. Праздники он просто недолюбливал. Конечно, в праздниках были свои преимущества. Например, когда он был студентом медицинской школы и приезжал домой, праздники ассоциировались со здоровым сном и нормальным питанием. Сейчас, когда он ординатор, потребность в этом отпала — зарплаты и родительской помощи хватало, чтобы жить в достатке. Пожалуй, даже в излишестве — совсем немного. — Эй, — он чувствует толчок в плечо, — хотя бы до дверей проводи. Майк открывает глаза и возвращается в реальность. Уилл, уже одетый, стоит справа от него и смотрит сверху вниз. — Ты вроде не с дежурства. — Замечает он. — А уже уставший. — Это ты меня утомил. — Вяло огрызается Майк, слыша в ответ тихий смех. Затем он поднимается и, еле перебирая ногами, идет до двери. — Серьезно, — снова начинает Уилл, обуваясь, — все в порядке? — Ага. Просто я почти заснул, а потом кто-то меня разбудил. — Мне иногда надо возвращаться в Бруклин, пока я тут окончательно не поселился. — Как скажешь. — Отвечает Майк. — До завтра? Или у тебя выходной? — Выходной. — Говорит Уилл. — Поэтому до четверга. И не забудь, что после смены мы обсуждаем Рождество в ординаторской. — Не обещаю запомнить. Уилл закатывает глаза и тихо прикрывает за собой дверь, после чего Майк закрывает ее на замок. Майк оглядывает опустевшую квартиру — взгляд сначала цепляется за плед, который Уилл притащил из Бруклина, потому что квартира Майка казалась ему слишком холодной, потом — за пару кружек на кухонном столе, которые он не успел убрать. Если зайти в ванную, он увидит две зубные щетки и придется в очередной раз напомнить себе, что он, вообще-то, одинок и свободен. Ну, почти. К моменту, когда Майк после душа лежит в кровати, ему приходит сообщение. Доехал Он ставит на сообщение реакцию, нашаривает провод для зарядки, и накрывается одеялом. *** — Мы старые. — Обреченно говорит Дастин, откидываясь на спинку стула. — Говори за себя. — Отвечает Джейн, поднимая бровь. — Серьезно. — Снова начинает Дастин. — Мы перестали приезжать домой на Рождество. Это первый признак. — Потому что у половины из нас дежурства. — Прерывает его Макс. — Серьезно, нам нужно решить, у кого мы собираемся. Рождество через неделю. Майк равнодушно стоит поодаль. Он уже написал матери, что не приедет из-за дежурств — он работает двадцать четвертого и тридцатого, технически, он мог навестить семью. Физически, он едва ли найдет на это силы. — Не у меня, — говорит Уилл, — мои соседи опять устроят вечеринку и вместо совместного ужина мы будем страдать. — И не у меня, — отвечает Дастин. — Слишком тесно. — У меня? — Неуверенно предлагает Майк. — Места не очень много, но на шестерых хватит. — Это уже не означает «не очень много». — Хмыкает Джейн. — Ладно. Я за. — Наконец-то придется выгонять меня, а не вас. — Отвечает Макс. — Супер. Как в старые добрые, да, Уилер? Майк на секунду вспоминает о Рождестве в общежитии на третьем курсе бакалавриата, когда из-за аномального снегопада отменили рейсы и половине этажа пришлось встречать Рождество, сидя на общей кухне. — Да. Как в старые добрые. — Кажется, он чувствует внимательный взгляд Уилла, но не оборачивается. — Теперь мы можем пойти по домам? — Говорит Лукас, оглядывая ординаторскую. — Полчаса как закончился мой рабочий день. — Не жалуйся, — отвечает Дастин, — это был важный вопрос. Кто-нибудь может меня подвезти? — Я на метро, извини. — Быстро отвечает Майк. — Ты? — Недоверчиво смотрит Лукас. — Я вообще-то предпочитаю быть пассажиром, а не водителем. Машина — это просто удобство. — Мы можем тебя подвезти. — Предлагает Лукас. — Я и так провел с вами больше, чем планировал. — Отшучивается он. — Боже, идите и не травите душу тем, кого ждет дежурство. — Джейн отпивает кофе из кружки. — Серьезно, Дастин, чтобы я еще раз с тобой поменялась… — Извини, — выпаливает он, — утром я принесу тебе кофе. — Утром ты опять опоздаешь, — замечает она. — Вы даже не представляете, что сейчас творится в приемном покое. — Представляю. — Говорит Макс. — Позавчера привезли девушку после неудачной резекции желудка. — Она ежится, отгоняя воспоминания. — Ее будут оперировать? — Дастин поворачивается в сторону Макс. — Да. — Пауза. — Нужен ассистент. Майк чувствует, как Дастин переводит взгляд на него и, прежде чем тот успевает что-то сказать, выпаливает: — Забирай. — Конечно, кто захочет копаться в кишках после двух шунтирований за последний месяц. — Дастин фыркает. — На последнем были мы оба. — Замечает Майк. — И ты справился даже лучше меня. — Льстишь. — Нам отвернуться? — Вежливо спрашивает Лукас и Дастин тут же тихо смеется. — Придурок. — Отвечает он. — Это профессиональный диалог. — Даже знать не хочу. — Говорит Макс. — Все, на выход. Всем, кроме Джейн, выспаться и отдохнуть. — Я вас всех ненавижу. Серьезно. На Рождество вас ждут купоны на скидки в химчистку. — Я вообще молчал. — Замечает Уилл. — Вот именно. — Джейн фыркает. — Валите. Майк тихо выходит за дверь ординаторской, прежде чем Джейн взорвется окончательно. Майк не мог ее осуждать — в дежурствах было мало приятного, особенно если они не выпадали с кем-то из знакомых. В последний раз ему пришлось дежурить с интерном, который панически боялся иголок, поэтому все уколы в ту ночь пришлось делать Майку. Майк медленно плетется по лестнице, потому что лифт сейчас наверняка переполнен, а он слишком устал, чтобы улыбаться коллегам. Ему нужно придумать подарки на Рождество, прибраться дома и купить гирлянду, потому что праздновать в пустой квартире — неприлично. Когда Майк выходит из клиники, он замечает Уилла. Тот стоит, прислонившись к колонне и листает что-то в телефоне. Майк подходит ближе и трогает его за плечо. — Ты чего тут? — Нам в одну сторону. — Говорит Уилл. — Скучно идти одному. Ты против? — Нет. — Майк закидывает рюкзак на плечо. — Идем. — Все уже уехали? — Уилл оглядывается. — Не будь параноиком. Мы просто идем до метро. — Джейн недавно спросила, не появился ли у меня кто-то. — А ты ей что сказал? — Сказал, что мне это неинтересно. — Реалистично. — Уилл в ответ тихо фыркает. Майк не очень любит метро — оно шумное до невозможности, периодически в нем попадаются странные люди, а сейчас еще и час-пик, убивающий любое очарование от поездки. — У тебя есть наушники? — Спрашивает Уилл, повышая голос. Майк молча протягивает ему беспроводной наушник, забирая второй. Он включает случайный плейлист, делая громкость на максимум и убирая телефон в внутренний карман куртки. — Тебе до какой? — Майк наклоняется ниже, чтобы Уилл его услышал. — Бедфорд-Ностранд. — Пауза. — Хочешь зайти? — Приглашаешь? Двери поезда раскрываются прямо перед ними и Уилл, пропустив поток выходящих, затягивает Майка внутрь, держась за рукав его куртки. Они останавливаются у поручня и толпа подталкивает их ближе друг к другу. Майк видит, как у Уилла подрагивают ресницы и чувствует, как он крепче сжимает ладонь на его рукаве. — Ну так что? — Снова спрашивает Уилл, приподнимаясь на носочки. — Раньше ты не хотел, чтобы я к тебе приходил. — В середине осени Майк заикнулся, что они могут встречаться не только у него, как тут же получил недовольный взгляд Уилла. «Может, однажды, — сказал он тогда и они больше не поднимали эту тему» — Это твой подарок на рождество. К тому же, — продолжает он, — тебе полезно посмотреть, как живут другие люди. И ты уже проехал свою пересадку. Майк наклоняется ближе, чтобы Уиллу не приходилось до него тянуться. В нос ударяет запах антисептика и чего-то еще — детского крема, наверное, или с чем там возятся педиатры. — Я могу выйти на следующей. — Ты скучный. — У меня завтра дежурство. — Я приезжаю к тебе перед дежурствами. — Укоризненно говорит Уилл. — Ты же уже согласился. — Еще нет. — Согласился. — Утверждает он. — Мы только что проехали еще одну станцию. Майк замолкает и просто смотрит на Уилла. Тот поднимает глаза в ответ — Майк замечает синяки под глазами, растрепавшиеся волосы и небольшое пятнышко на куртке. Они едут в сторону Бруклина — Майк был там всего несколько раз. Когда поезд выныривает на поверхность, Уилл переводит взгляд на окно и смотрит на горящие огни и мосты. Майк поворачивается следом, но продолжает смотреть на него — на этот раз в отражении стекла. Уилл, не выдержав, пихает его в плечо. — Хватит пялиться. — Может, я соскучился? — Придурок. Не говори так. — Он снова отворачивается. — Нам еще долго ехать? — Не унимается Майк. — Три станции. Когда поезд останавливается на Бедфорд-Ностранд, Уилл снова хватает его за рукав. Затем он отпускает его куртку и замедляется, чтобы Майку не пришлось его догонять. Бруклин выглядит… уютно. Майк рассматривает каменные дома, малолюдные улочки и редкие рождественские украшения. — Далеко. — Нет. — Тихо отвечает Уилл. — Тут так тихо по сравнению с метро. — Потому что нью-йоркское метро создано для уничтожения человечества. Они молча идут рядом. Майк шаркает ногами, протаптывая тропинку по снегу. Наверное, стоит чаще выбираться за пределы квартиры или клиники — в Чикаго он успел посмотреть больше. Уилл плотнее кутается в шарф, хотя на улице не очень холодно — Майк замечает, что он не носит перчатки. — Пришли. — Тихо кидает Уилл, доставая из кармана ключ. Подъезд выглядит… благополучно. В доме нет лифта, поэтому на третий этаж они поднимаются пешком. Майк разглядывает светло-серые стены так внимательно, что в какой-то момент спотыкается и едва не падает. Дверь в квартиру Уилла — деревянная, с хорошим замком. Майк ловит себя на мысли, что Уилл явно драматизировал, когда не хотел приглашать его к себе. Возможно, он просто не считает Майка достаточно близким, чтобы впускать на свою территорию, что, в целом, справедливо. Внутри — маленькая однушка с высокими потолками. Майк неловко топчется на пороге, когда Уилл наконец-то приглашает его зайти. Полы — деревянные, с коврами в каждой комнате. Майк сквозь носки чувствует, что пол холодный, но никак это не комментирует, рассматривая маленькую кухню в чужой квартире. — Я могу сделать кофе, но он будет хуже, чем у тебя. — Предлагает Уилл. — Давай. Квартира Уилла выглядит как дом — на подоконнике лежит стопка кухонным полотенец, на холодильнике — несколько магнитов. Майк неловко садится за стол и замирает. Здесь уютно, но именно это почему-то выбивает его из колеи — будто он не должен находиться так близко. Его квартира за несколько месяцев так и не начала выглядеть так, будто в ней кто-то живет. Половина вещей Майка осталась в коробках — за те четыре месяца, что он живет в Нью-Йорке, между дежурствами и операциями, он так и не нашел времени, чтобы разобрать их до конца. Майк наблюдает, как Уилл достает турку и молотый кофе. В тишине своей квартиры он явно чувствует себя спокойнее — хотя, учитывая, что он постоянно ночует у Майка, Верхний Ист-Сайд это что-то вроде еще одного дома. Наверное. Уилл аккуратно включает плиту и Майк снова переводит взгляд на емкость с кофе, слыша тихое шипение. — Гейзерные кофеварки удобнее. — Моя сломалась. — Пожимает плечами Уилл. — И я все равно больше люблю чай. Уилл выключает плиту ровно в тот момент, когда кофе начинает закипать — как раз вовремя, в отличие от Майка, у которого он убегает каждый раз, когда он делает выбор не в сторону кофемашины. Майк чувствует себя почти маньяком, когда понимает, что внимательно следит за каждым его движением — как задирается футболка, когда Уилл тянется к верхней полке, как напрягается предплечье, пока он процеживает кофе. — Молоко в холодильнике. — Слышит Майк, когда Уилл отходит от плиты и убирает посуду в раковину. Он встает, открывает дверцу и удивляется, когда видит миндальное молоко. Майк покупает только обычное, а Уилл никогда не говорил, что предпочитает что-то другое. Он никак это не комментирует — в конце концов, мало ли кто и что предпочитает. — У тебя всегда такие шумные соседи? — Спрашивает Майк, разбавляя кофе. — Справа от меня живут студенты, которые затихают только на время сессий. А сверху — семья с маленьким ребенком. Он милый, когда не бегает по всей квартире так, что у меня едва не сыпется потолок. — Звучит ужасно. — Уилл тихо смеется в ответ. — Поэтому я ночую у тебя. — Я так и знал, что у тебя на меня изначально корыстные мотивы. — Майк пинает его ногу под столом — Уилл отвечает тем же. — У меня корыстные мотивы на твою удобную кровать и хорошую кофемашину. Ты — приятный бонус. — «Приятный бонус»? — Майк наклоняет голову вбок. — Иногда приятный. Майк усмехается и продолжает пить кофе. Часы показывают половину одиннадцатого и он прикидывает, ко скольки будет дома. — Ты можешь остаться. — Словно прочитав его мысли, говорит Уилл. — Щедро. — Пауза. — Наконец-то отобью свои счета за воду. Уилл фыркает, но, кажется, немного все же краснеет. Он ведет Майка в спальню и в ней, конечно, еще больше вещей — Майк цепляется взглядом за рамки с фотографиями, декоративные подушки и настольную лампу, похожую на Луну. — Хватит так оглядываться. — Уилл пытается огрызаться, но Майк слышит в его голосе неловкость. — Это просто… мило. — Давно ты стал таким сентиментальным? — Это ты в школе? — Майк тыкает в одну из рамок. — Заткнись и не смотри! Кровать в другой стороне. Майк тихо смеется. — Ладно. Пока что не буду. — Я тебя больше не позову. — Он складывает руки на груди. — Я теперь знаю твой адрес. Меня не обязательно звать. — Звучит угрожающе. — Уилл подходит к шкафу, открывает. — Это полотенце. Ванну найдешь, воды слишком много не лей. — Запомнил. Ванная у Уилла немного меньше, чем у Майка — он наскоро обливается водой, даже не пытаясь смыть с себя больничный запах. Завтра он вернется в любом случае, поэтому стараться сейчас — бесполезно. Когда он выходит, Уилл сидит с полотенцем на коленях, дожидаясь своей очереди. Заметив Майка, он тут же встает. — Ты спишь на краю, чтобы монстр под кроватью сожрал тебя первым. — Ты жестокий. Майк слышит, как Уилл тихо прикрывает дверь ванной, но засыпает раньше, чем он выходит. *** Майк просыпается от будильника, звенящего в половину шестого утра. — Еще рано. — Шепчет Уилл. — Я работаю. — Тихо напоминает Майк. Уилл поворачивается на бок, наблюдая за медленно одевающимся Майком. — Когда мы увидимся в следующий раз? Майк на секунду замирает, вспоминая свой график. — На выходных? — Пауза. — Спишемся. Спи. Майк выходит из подъезда, ежась от утреннего мороза. Метро уже ходит в обычном режиме — вряд ли там сейчас много людей, значит, можно спокойно сесть и доехать до шестьдесят восьмой улицы. В наушниках у Майка The Smiths и, кажется, пора пересмотреть плейлист, потому что среди заснеженных зданий они звучат более удручающе, чем обычно. Майк досыпает в метро и успевает забежать в ближайшую к больнице кофейню — времени у него, впервые за, кажется, все месяцы нью-йоркской жизни, предостаточно. Майк берет сразу два стакана, прикидывая, успеет ли доставить двойной капучино до места назначения. *** Майк ставит перед Джейн стаканчик кофе так естественно, будто они лучшие друзья и это происходит каждый день. Она удивленно щурится и говорит: — Спасибо. — Придвигает стакан ближе. — Что тебе надо? Майк улыбается уголком губ. — Ты хорошо общаешься с Дастином. — Констатирует он. — Тебя подослал Уилл? — Нет. — Майк наклоняет голову. — Я не знаю, что дарить ему на новый год. Все умные книги Дастин, кажется, уже прочитал. — Ты не выглядишь как человек, который хочет с этим запариваться. — Дарить вам всем подарочные карты в Старбакс, кажется, будет слишком банально. — Майк делает паузу. — И вы мне нравитесь, поэтому… Да. Я бы хотел немного запариться. — О. — Взгляд Джейн становится понимающим, затем задумчивым. — Уилл собирается дарить Дастину настолку, Макс и Лукас какую-то ужасно умную книгу… Ты можешь подарить какую-нибудь сложную головоломку. Он их коллекционирует. — А ты что даришь? — Интересуется Майк. — Узнаешь на Рождество. — Пауза. — Остальным придумал? — Почти. — Признается Майк. — Еще Уилл. — Это просто. Он постоянно что-нибудь складирует: смешные кружки, декоративные подушки… Ну, ты понял. — Ага. Супер. Да. Ты лучшая, Джейн. — Было бы славно, чтобы вы вспоминали об этом чаще. — Джейн допивает кофе. — Удачи на дежурстве. Тебе пригодится. — Почему? — Ты во вчерашней одежде. — Она усмехается и оставляет его одного в ординаторской. Майк игнорирует последнюю реплику, быстро заходя в заметки, чтобы записать идею с головоломкой. Наверняка на Амазоне что-нибудь найдется. *** Половину декабря Уилл приходит, кажется, чисто по привычке. Они оба вымотанные под конец года, мечтающие о двух свободных выходных подряд и чем-то, кроме кофе, на завтрак. Чаще всего они просто разговаривают — те полчаса, что проходят между звонком в дверь и соприкосновением головы с подушкой. Уилл рассказывает, что они с Джейн собираются в Монток к родителям через пару дней после Рождества — Майк отвечает, что не увидит свою семью раньше, чем на Пасху. Иногда они вспоминают учебу в медицинской школе и сравнивают подходы в Чикаго и Нью-Йорке. Иногда Майк ловит себя на мысли, что такая рутина становится слишком привычной. Иногда, когда у них двоих есть силы, они заходят чуть дальше — пару раз Уилл затаскивает его в душ под предлогом экономии воды, но в итоге они, конечно, проливают ее больше, чем если бы мылись по одиночке. — Ты жулик. — Говорит Майк, когда чужая ладонь прижимает его к стенке душа. — А ты меня до сих пор не выгнал. — Просто отвечает Уилл, одной рукой обхватывая его член. — Блять… — Он задерживает дыхание. — Какой ты… — Договаривай. — Просит Уилл, останавливаясь. — Невозможный. Ты просто невыносимый. — Отвечает Майк и тянется к нему в ответ. После он лежит на спине, бездумно пялясь в потолок. Уилл, неожиданно бодрый для двенадцати ночи, листает новостную ленту, периодически протягивая телефон Майку. — Ещё одно видео с кошками и я выставлю тебя за дверь. — Не выставишь. — Уилл легко пинает его ногой. — И у меня есть дубликат ключа. Майк тихо фыркает. — Ты какой-то тихий сегодня. — Замечает Уилл. — Я тебя утомил? — Ты меня всегда утомляешь. — Вяло огрызается Майк. — Сегодня особенно. Что, не привык, когда главный не ты? — Это я главный? — Ты. — Подтверждает Уилл. — Всегда командуешь. — Из нас двоих командуешь обычно ты. — Это неправда. Майк перекатывается на бок, смотря прямо на него. — Правда. — Кивает он. — Ты просишь ускоряться, замедляться… — Ладно, допустим… — Снова начинает Уилл. — А если бы я захотел поменяться? Ты бы позволил? — Я не могу тебе что-то позволить или запретить. — Это не ответ. — Ты хочешь? — Интересуюсь. — Уилл придвигается ближе. — Ну так? — Я без предрассудков. Поэтому — да, мы бы поменялись, если бы ты захотел. — Круто. Майк пожимает плечами. — Мы же равноправные. — Ты говоришь так, будто мы в отношениях. — Уилл едва заметно дергается. — Секс без обязательств — это тоже система отношений. — Майк делает паузу. — Ты остаешься? — Да. У меня работа с самого утра, а от тебя удобнее добираться. Майк кивает и гасит свет. Утром Уилл трясет Майка за плечо, пытаясь разбудить. — Майк, серьезно, мы опоздаем. И получим выговор. — Сейчас. — У него в голосе слышится утренняя хрипотца. — Я почти проснулся. — Надеюсь. Я хочу кофе и не умею пользоваться твоей кофе-машиной. *** Они приезжают по отдельности — заходят в здание больницы с разницей в несколько минут, здороваются, будто не виделись утром и почти не общаются наедине — только через кого-то. Лукас и Дастин рассматривают МРТ с переломом, споря о методах лечения — Майк почти не слушает, концентрируясь на листе с распечатанным расписанием. Дежурство перед Рождеством сдвинули на час — он закончит раньше, что, конечно, преимущество, учитывая, что все завалятся праздновать к нему. Когда он отмечает дни дежурства в календаре, ему приходит сообщение от Уилла. Я тут подумал Надо убрать мои вещи из твоей квартиры Будет странно если кто-то заметит у тебя мой плед Уилл сидит прямо напротив, равнодушно уткнувшись в телефон. Сколько это все длится? Третий месяц? Четвертый? Майк уже не считает — нет смысла. Ему удобно, Уилл, кажется, доволен тоже. Майк открывает диалог. Окей Давно хотел выкинуть твой плед Он слышит, как Уилл тихо хмыкает, а затем откладывает телефон. *** Дни перед Рождеством несутся с бешеной скоростью. Приемный покой переполнен сильнее обычного, настолько, что туда направляют сразу шестерых — и, пока Уилл и Джейн замеряют температуру детям с отравлением, Дастин и Лукас делят между собой переносной рентген, а Майк и Макс спорят из-за анализов крови и пытаются поставить диагноз в критически короткие сроки, до Рождества остаются считанные дни. В конце пятничной смены Майк заходит в ординаторскую с термокружкой, на ходу закидывая в нее чайный пакетик. — Отлично, — говорит Макс, — все в сборе. — Только не говори, что мы будем что-то обсуждать. — А ты как думал? — Отвечает за нее Дастин. — Нужно решить, что мы готовим. — Индейку и имбирное печенье? — Скучно. — Отвечает Макс. — Каждый готовит блюдо, традиционное для его штата. Майк пытается вспомнить, что обычно ест на Рождество. Мозг напоминает только переделать ЭКГ одного из пациентов, потому что в прошлой больнице криво прочитали сердечный ритм. Серьезно, что готовила мама? Ростбиф? Свиную вырезку? — Давайте. — Говорит Джейн. — Я все еще хочу домой. — Чикагская пицца. — Выпаливает Майк. — С меня чикагская пицца. — Гастрономический терроризм. — Фыркает Уилл. — Национальная кухня. — Поправляет Майк. — Ладно. — Макс записывает название блюда рядом с его именем в заметки телефона. — С меня калифорнийская запеканка. — Ты наконец-то научилась ее готовить? — Заткнись, Уилер. — Шипит Макс. — Я всегда умела, просто в общежитии была ужасная плита. Майк замечает, как Лукас едва заметно мотает головой и усмехается — что ж, ладно, не одному же ему позориться. — Могу купить клюквенный соус в банке. — Предлагает Дастин, получая тычок в плечо от Уилла. — Ладно. Бостонский кремовый пирог. Попрошу у мамы рецепт. Джейн выбирает сахарный кремовый пирог, Уилл — картофельную запеканку. — У тебя нет духовки. — Напоминает ему Лукас. — Найду. — Пожимает плечами Уилл. — Окей. — Говорит Макс. — Лукас забирает жареного цыпленка. — У меня когда-нибудь будет право выбора? — Возмущенно говорит Лукас. — Вот поэтому я развелся. — Шутит Майк и почти сразу получает яростный взгляд Макс. — Я идиот, извини. — Он поднимает руки в примирительном жесте, обращаясь к Макс, но его взгляд неосознанно скользит в сторону Уилла. — То-то же. — Макс откладывает телефон. — Собираемся в Сочельник у Майка, по времени решим позже. Алкоголь — или не-алкоголь, каждый покупает по вкусу. Вопросы? — Неа. — Говорит Дастин. — Все, я отсыпаться. — Могу подвезти кого-нибудь. — Предлагает Майк. — Мы сегодня подвозим Дастина. — Говорит Лукас, убирая в рюкзак свой рабочий планшет и планшет Макс следом. Джейн и Уилл — на тебе. — Ему далеко. — Напоминает Джейн. — Ничего страшного. — Улыбается Макс. — Сам вызвался. — Это правда. — Майк достает ключи из кармана куртки. — Я не против. — Спасибо, Майк. — Джейн улыбается, смотря на него. В машине Уилл занимает заднее сиденье, а Джейн садится на пассажирское, рядом с Майком. Он включает в машине печку, потому что за окном холоднее обычного, а Уилл жалуется даже когда в его квартире чуть ниже двадцати двух градусов. — Макс говорила, что ты переехал в Чикаго после школы. — Начинает Джейн. — А сам ты откуда? — Рокфорд, тоже Иллинойс. Город крошечный, но там неплохо. Если не приезжать больше, чем на три дня. — Понимаю. — Джейн усмехается. — Я из Кармела. — Я думал, ты из Индианы? — Майк поворачивается к ней. Джейн на секунду хмурится, а потом поясняет. — Нет, не калифорнийский Кармел. Это север Индианы. А Уилл, — она кивает на заднее сиденье, — из Фишерса. — Еще большая дыра. — Бормочет Уилл. — Это правда. — Соглашается Джейн. — Но потом родители поженились и мы переехали в Блумингтон. — Постоянно забываю, что вы сводные. — Нас разлучили при рождении, на самом деле мы потерявшиеся близнецы. — Утверждает Джейн, когда Майк останавливается у ее дома. — Спасибо. Пока, мальчики. Уилл машет рукой и, когда подъездная дверь закрывается, перебирается на пассажирское сиденье. — Ты не говорил, что жил в Фишерсе. — Нам с тобой обычно не до этого. — Огрызается Уилл. Майк молчит, заводя машину. Какое-то время они молчат, а потом Уилл, словно что-то вспоминая, вновь поворачивается к нему. — Слушай, — пауза. — Можно я приеду к тебе и воспользуюсь духовкой? Я могу открыть дверь дубликатом, если ты будешь на дежурстве. Обещаю вымыть за собой посуду. — У меня посудомойка. — Тихо напоминает Майк. — Приезжай, конечно. Только будь потише, если я буду спать. — Спасибо. До Бруклина Майк доезжает быстро — пробок почти нет, и от Куинса ехать не слишком далеко. — Зайдешь? — Предлагает Уилл. — Поеду к себе. Хочу выспаться впервые за неделю. Уилл кивает. — Спокойной ночи. *** Уилл приезжает в среду после обеда — куратор уже отпустил Майка с дежурства, поэтому они сталкиваются в дверях, когда Майк собирается за продуктами, а Уилл — оккупировать его духовку. — Ой, — говорит Уилл. — Я не вовремя? — Проходи. — Майк кивает в сторону кухни. — Я быстро. В супермаркете он пару раз звонит маме и уточняет список покупок и трижды переспрашивает, на сколько градусов должна быть разогрета духовка, чтобы тесто не осталось сырым. Когда он заходит в квартиру, Уилл уже ставит запеканку в духовку. — Ты быстро. — Говорит он. — Все соберутся к семи. Уже пять. Уилл кивает, закрывает дверцу духовки. Затем бросает полотенце на кухонный гарнитур и напоминает: — Вещи. Майк молча разворачивается и идет в спальню — Макс точно захочет посмотреть всю квартиру, а за ней и Дастин. Майк бегло оглядывает комнату — на кровати лежит футболка Уилла, которую тот оставил в прошлый раз, на столе забытая тетрадь. К моменту, когда Майк убирает вещи в шкаф, заходит Уилл с пледом и прячет его туда же. — Все? — Уточняет Майк. — Кажется, да. — Отлично. Тогда с тебя помощь с пиццей. Уилл недовольно закатывает глаза, но все же соглашается. *** Макс и Лукас приходят раньше времени — до того, как он успевает накрыть стол. Если кто-то из них и удивляется присутствию Уилла в квартире, то, по крайней мере, ничего не говорят. — Вау, — говорит она, разглядывая приготовленную им пиццу, — даже выглядит съедобно. Сразу видно, кто помогал. Лукас осторожно раскладывает подарки под елкой — Майк купил ее за три дня до Сочельника и украсил гирляндой и несколькими игрушками, которые привез Уилл, назвав елку слишком грустной даже для него. — Мы обмениваемся после ужина или утром? — Спрашивает Уилл. — Утром. — Отвечает Макс. — Так интереснее. Джейн и Дастин приходят вместе — немного опаздывая, но успевая до того, как все садятся за стол. — Фу, — говорит Уилл Дастину, — от тебя воняет антисептиком. — От Уилера тоже. Почему ты ему ничего не сказал? — Сказал. — Уверяет Майк. Ужин получается уютным — Макс даже хвалит его пиццу, удивляясь, что к двадцати пяти он все-таки научился готовить. — Я все еще считаю, что это нечестно по отношению к итальянцам. — Признается Дастин. — Они бы нас поняли. — Уверяет Макс, отрезая второй кусок. — Как ты собираешься уместить нас в своей квартире? — Интересуется Джейн. — В спальне есть кровать и раскладное кресло. Здесь — диван и надувной матрас. Поместимся. — Отвечает Майк, ковыряя запеканку, приготовленную Макс. — Мы как дети. — Говорит Лукас. — Да, только нам уже есть двадцать один. — Говорит Дастин, поднимая стакан с эгг-ногом. — Главное проснись завтра. — Фыркает Макс. — Иначе я раздам твои подарки остальным. — Не раздашь. — Отвечает Дастин. — Вы считаете мои увлечения скучными. — Наконец-то ты это понял. — Иди к черту. Майк постоянно ловит ее взгляд — будто Макс пытается угадать его настроение. Поначалу он неловко ежится, но глинтвейн, приготовленный Джейн, в конце концов расслабляет его достаточно, чтобы он не переживал. На удивление, они даже доходят до десерта, споря, чей попробовать первые — кремовый пирог Дастина или сахарный Джейн. — Просто нарежьте каждый тоньше. — Предлагает Уилл, возвращаясь из кухни с тарелками. — Это логично. Их начинает клонить ко сну ближе к полуночи — что, впрочем, неудивительно. Джейн и Уилл убирают со стола, пока Майк достает дополнительные одеяла. — Уверен, что хочешь уступить нам свою кровать? — Спрашивает Лукас. — Вы — единственные, кто состоит в отношениях. Это логично. — Он прав. — говорит Макс, получая укоризненный взгляд Лукаса. — Что? Ты видишь, какой здесь матрас? Я хочу выспаться. — Если Дастин не будет храпеть. — Говорит Лукас, кивая на кресло в метре от них. — Если будет, я затолкаю его в ванную. — Она звучит достаточно серьезно, чтобы Майк ей поверил. Джейн засыпает первой — Уилл заботливо накрывает ее пледом и тихо прикрывает дверь на кухню. Макс и Майк к тому моменту достаточно пьяны, чтобы вспоминать глупые истории. — И потом, — Макс усмехается, — он забрался на барную стойку и… — Замолчи. — Прерывает ее Майк. — Неа. Элисон еще неделю вспоминала, как он напился. — Элисон? — Переспрашивает Уилл. Макс в ответ поднимает правую руку и указывает на указательный палец. Майк внимательно смотрит на реакцию Уилла, но тот едва заметно вздрагивает и кивает. — Я постоянно забываю, что ты в разводе. — Признается Дастин. — Я тоже. — Майк пожимает плечами. — Было и было. Макс хмыкает, но никак не комментирует его реплику — Майк надеется, она не начнет вспоминать, как он, заплаканный и без куртки, появился на ее пороге в середине октября. — И что, совсем не скучаешь? — Не унимается Дастин. — Я еще не настолько пьяный, чувак. — И отношений не хочется? — Неа, — Майк ставит стакан на стол, морщась, когда он звенит громче, чем планировалось. — Не хочу, чтобы меня снова уговаривали остаться в терапевтическом отделении, чтобы не учиться слишком долго. — Отстой, — тянет Дастин. — Я бы тоже развелся. — Давайте спать. — Предлагает Уилл, прислонившись к ближайшей стене. — Разумно. — Соглашается Лукас. — Мы тут уберемся. — Говорит Макс, кивая на Майка. — А вы идите. Трезвая часть его сознания намекает, что пора бежать. К сожалению, он не успевает ничего сделать — Макс замирает перед ним, облокотившись одной рукой на стол. — Ты с ним спишь. — Шепотом говорит она. — С кем? — Майк понимает, что пытаться бесполезно, но… Признаться? Ни за что на свете. — Не притворяйся идиотом. С Уиллом, конечно. — Мы не… — Да, Майк. — Ее взгляд становится острее. — Уилл знает, где у тебя лежат тарелки, потому что он сам пошел их доставать. Без твоей подсказки. Макс, кажется, ждет его реакции, но, не получая ответ, продолжает. — Его куртка висит в шкафу, хотя наши ты повесил на обычную вешалку. На ужине он сел рядом с тобой, хотя в больнице вы почти не общаетесь. И еще, — она делает паузу, — у тебя в ванной вторая зубная щетка. Желтая, хотя ты с самого начала нашего знакомства покупаешь только черные. — Ты перечитала детективы. — Я никому не скажу. — Макс игнорирует его последнюю реплику. — Но, видит судьба, если кто-нибудь из вас окажется у меня на пороге в слезах, я убью вас двоих. — Я… Спасибо. — И высунь наконец-то голову из песка, Уилер. Надеюсь, опыт тебя хотя бы чему-нибудь научил. — Добавляет Макс, прежде чем скрыться за дверью. Майк заставляет себя загрузить посудомойку, потому что завтра утром им будет не до этого. Затем он машинально проходит в гостиную — Уилл уже лежит на надувном матрасе, который они сегодня делят. Когда он тихо укладывается рядом, до него доносится чужой шепот. — Все в порядке? — Да, — врет он, находя под соседним одеялом чужую руку, — спокойной ночи.