Академия Нулевого Резонанса

Осень окончательно вступила в свои права. Листья уже не просто желтели — они падали под ноги мокрым скользким ковром, липли к подошве и собирались в тёмные кучи вдоль тропинок. Белёсый пар над землёй тянулся будто хотел напомнить: зима близко, а вы ещё не готовы. Годжо любил осень. Не из-за того, что было прохладно и свежо — на погоду ему было плевать. Просто именно осенью Яга начинал особенно активно гонять студентов на зачистки вокруг барьера. Людей накрывало сезонной хандрой, тревогой, раздражением — и проклятий становилось заметно больше. Но сегодня было на удивление спокойно. — Три часа, — протянул Сатору, с раздражением отталкивая ветку. — Три. Часа. По лесу. И ни одного нормального проклятия. — М-м. — «М-м» — это всё, что ты можешь сказать? — А что ты хочешь услышать? — Например: «Да, Сатору, ты прав. Это ужасно. Пойдём домой». Гето даже не повернул головы. — Тогда ты бы ныл по дороге обратно, что размяться не получилось. — Неправда. Сатору цокнул языком и пнул попавшийся под ногу камень. — Скукотища. Мы буквально ходим кругами по лесу как NPC. — Ты ноешь уже минут сорок. — Потому что мне скучно уже сорок минут. Гето тихо выдохнул через нос, явно сдерживая желание что-нибудь ответить, и продолжил идти. Даже после нескольких часов дороги он выглядел слишком нормально. Форма сидела аккуратно а волосы были всё так же собраны в пучок с которых выбивалась та самая прядь. — Хотя знаешь… — протянул Годжо ухмыляясь. — Тебе идёт этот лес. Гето бросил на него короткий взгляд. — Это худший комплимент, который я слышал. — Нет, серьёзно. Всё такое тёмное, тихое, и ты посреди этого со своим трагичным лицом. Очень гармонично. — Я тебя сейчас в дерево впечатаю. — Вот, опять. Идеально вписываешься в атмосферу. Сатору тихо засмеялся и поравнялся с ним, специально толкнув плечом. Скорее по привычке, чем намеренно. Обычно после такого Гето хотя бы бурчал что-нибудь себе под нос. Но вместо привычного раздражения Гето только качнулся от удара и спокойно пошёл дальше. Несколько минут они шли молча. Под ногами тихо хрустели ветки, где-то далеко лениво перекликались птицы. Воздух пах сыростью, мокрой корой и чем-то холодным и металлическим. Потом Годжо заметил, как Гето снова прячет руки в карманы и слегка покрасневшие от холода уши выдавали то настолько он замерз. — Ты знаешь, что красные уши — это признак влюблённости? — Сатору, только не начинай. Годжо не стал слушать. Стянул шарф — и через секунду тот уже обвивал шею Гето, тёплый, пахнущий клубникой и чем-то уже не таким чужим, как раньше. — Тёплый? — спросил Годжо, уже зная ответ. — Не жалуюсь, — буркнул Гето, но шарф стягивать не стал. — Вот и молодец. А то бы пришлось греть по-другому. Гето бросил на него короткий взгляд, но шарф не снял. Только машинально подтянул ближе к шее. Годжо заметил это и довольно улыбнулся про себя.

***

Они прошли ещё метров двести, когда лес вдруг начал казаться неправильным. Сначала Годжо даже не понял, что именно изменилось. Просто в какой-то момент внутри неприятно потянуло знакомым ощущением — будто чужие эмоции скользнули где-то рядом. Он нахмурился. Под ногами перестали шуршать листья. Точнее, звук остался, но всё остальное исчезло. Ни птиц. Ни ветра. Ни скрипа веток. Годжо резко остановился, вскинув руку. Гето едва не врезался ему в спину. — Тихо. Тон изменился мгновенно. Без привычной насмешки. Гето сразу подобрался, убирая руки из карманов. Теперь и он почувствовал. Энергетика была странной — тяжёлой, рваной, будто нестабильной. — Чувствуешь? — тихо спросил он. — Ага. Годжо медленно повернул голову в сторону чащи. Несколько деревьев впереди выглядели сломанными. Слишком высоко. Будто через лес прошлось что-то огромное. Он кивнул вперёд. — Туда. Теперь они двигались медленнее. Ветки цеплялись за рукава формы, влажная земля скользила под ногами. Чем дальше они заходили, тем сильнее становилось ощущение чужого присутствия. И тем сильнее Годжо это не нравилось. Деревья расступились, будто нехотя — открывая серое, низкое небо и огромный ствол старого суги посреди сырой, вытоптанной земли. А рядом с ним сидело проклятие. Гето сначала даже не понял, что именно видит. Оно было слишком большим. Тёмное тело сгорбилось у дерева, длинные руки почти касались земли, а вместо лица виднелись только глубокие чёрные провалы. Существо тяжело вдохнуло. Звук вышел влажным и хриплым — будто воздух продавливали сквозь рваную плоть. По спине пробежал холод. — Ого, это ещё что за хрень… — тихо выдохнул Годжо. Тварь медленно повернула голову в их сторону. А потом резко вскочила. Без предупреждения. Одним дёрганым движением — будто её дёрнули за нитки. — В стороны! — рявкнул Годжо. Они разошлись одновременно. Тварь ударила длинной рукой по земле и рванула прямо на Гето. Тот уже вытащил вакидзаси. Лезвие вошло в плечо существа почти по рукоять, но вместо крика — только низкий, булькающий хрип. В следующую секунду Гето едва успел вскинуть руку. Удар пришёлся в бок. Спина с такой силой впечаталась в дерево, что из лёгких выбило воздух, а перед глазами на секунду потемнело. Годжо сорвался с места мгновенно. Влетел твари в бок, ударил кулаком концентрируя резонанс. Существо качнулось, пропахало лапой землю, но устояло. И сразу развернулось обратно. — Да ты издеваешься… Годжо толкнул Гето в сторону за секунду до нового удара. Огромная лапа пронеслась мимо лица, ломая ствол дерева позади них. Щепки брызнули в стороны, хлестнули по щекам. Гето резко втянул воздух, восстанавливая дыхание, и снова бросился вперёд. На этот раз не пытался бить в плечо. Лезвие скользнуло по рёбрам твари, вспарывая плоть длинным разрезом. Тварь впервые издала звук. Низкий, вибрирующий вой пронёсся по лесу — у Годжо неприятно заложило уши, а где-то вдалеке испуганно затихли птицы. А потом существо развернулось и рвануло прочь. — Эй! Стоять! Годжо бросился следом раньше, чем успел подумать. — Сатору! Гето выругался сквозь зубы и побежал за ним — бок саднил, дыхание сбивалось, но он не отставал.

***

Погоня быстро превратилась получасовой в кошмар. Существо двигалось слишком быстро для своих размеров, ломая деревья и перепрыгивая овраги так, будто вообще не чувствовало веса собственного тела. Грязь скользила под ногами. Ветки хлестали по лицу. Годжо начинал злиться. Он ненавидел догонять. — Да хватит уже убегать! Наконец он ухватил тварь за длинную ногу. На секунду показалось, что получилось. Существо резко дёрнулось. Годжо успел заметить только смазанное движение сбоку. Удар. Перед глазами на мгновение потемнело. Его отбросило в дерево, и кора треснула под спиной. — Сатору! Ты как? — Живой! — Он сплюнул кровь и поднялся раньше, чем тварь снова сорвалась с места. Гето уже был рядом. Дышал тяжело, с прилипшими ко лбу волосами, но клинок держал крепко. Существо больше не нападало. Оно просто пыталось уйти. А точнее — убежать. Прямо к барьеру. Холод неприятно скрутил живот. — Блять… — Если оно выйдет к академии — будет резня. Они побежали за проклятием, пытаясь перегнать. Годжо рванул быстрее — ноги скользили по грязи, лёгкие горели, но он не сбавлял. Когда расстояние сократилось почти вплотную, он поднял руку. Пространство перед ладонью дёрнулось, сжимаясь в одну точку. Но он ударил не в полную силу — Гето был слишком близко. Тварь отбросило метров на двадцать. Она врезалась в сосну, сломала ствол и рухнула в грязь. На секунду всё затихло. Потом проклятие снова поднялось. У Годжо внутри неприятно похолодело. — Да что ты вообще такое… Тварь качнулась и снова рванула вперёд. Годжо уже изготовился бежать дальше — ноги напряглись, тело наклонилось вперёд. Но Гето вдруг схватил его за запястье. Пальцы были ледяными, но сжались крепко — не вырваться. — Не успеем, — тихо сказал он. — Оно слишком быстрое. Существо уже исчезало между деревьями. Остался только запах сырости и гнили — тяжёлый, плотный, оседающий на одежде. Несколько секунд они стояли молча, пытаясь отдышаться. Грудная клетка ходила ходуном, в ушах шумело. Потом Гето нахмурился и посмотрел вниз. В грязи что-то блеснуло — тускло, металлически, не как камень или осколок. Он присел на корточки, поднимая пластину с зазубренными краями. — Тут надпись. Годжо подошёл ближе. Гето провёл пальцем по выгравированным буквам, стирая грязь, и прочитал вслух: — «ПРОЕКТ “С”. ОБРАЗЕЦ 03. УРОВЕНЬ 17. НЕСТАБИЛЕН. СПИСАТЬ». Повисла короткая пауза. — Какой ещё, нахрен, уровень семнадцать?.. — сказал Годжо, всё ещё тяжело дыша и стирая кровь с разбитой губы. — Понятия не имею. Гето убрал пластину во внутренний карман и поднял взгляд. — Нужно возвращаться и предупредить остальных. Срочно. Они выбежали обратно к тропе. Годжо сделал пару шагов и вдруг остановился. — Руку давай. Гето нахмурился: — Что? — Быстрее будет. Не тупи. Несколько секунд Гето смотрел на него — в упор, считывая что-то в лице, в напряжённых плечах. Потом всё-таки протянул руку. Годжо сразу переплёл их пальцы — крепко, без лишних слов. И через мгновение они уже неслись к академии сквозь холодный осенний лес.

***

Коридор административного корпуса встретил их тусклым светом ламп и запахом старой бумаги. После сырого леса внутри казалось слишком душно. Гето только сейчас почувствовал, как ноет спина после удара — пока они бежали к академии, адреналин не давал об этом думать. Годжо отпустил его руку только у самой двери кабинета Яги. И то не сразу. Пальцы разжались медленно, будто он сделал это через силу. Не стуча, Годжо толкнул дверь плечом. Она ударилась о стену с таким грохотом, что Нанами сразу обернулся. В кабинете было людно. Яга сидел за столом, заваленным папками и отчётами. Рядом стояла чашка с давно остывшим чаем. Напротив него расположился Нанами — ровная спина, аккуратно уложенные волосы, привычно спокойное лицо. Но внимание Гето зацепилось за другое. У книжного шкафа стоял Панда. Огромный. Почти под потолок. Чёрно-белая шерсть выглядела неожиданно ухоженной, а массивные лапы больше напоминали человеческие руки, чем звериные. Он лениво перевёл взгляд с Годжо на Гето и шумно втянул носом воздух. — От вас пахнет лесом и кровью, — сказал он низким, урчащим голосом. — Панда, это Гето. Гето, это Панда, — коротко бросил Годжо. — Я слышал о тебе, приятно познакомиться, — сказал Гето, стараясь не пялиться. — О, я тоже слышал о тебе, — ответил Панда, и в его голосе послышалась лёгкая насмешка. — Тот самый Гето, который уже успел привязать к себе нашего Годжо. Я смотрю, ты даже шарф с него умудрился стянуть. Гето машинально коснулся шарфа, который всё ещё висел на шее. Пальцы скользнули по мягкой ткани — и наткнулись на вышитую маркировку в уголке «Сатору». Он только сейчас заметил. И начал заливаться краской от смущения — медленно, но уверенно, от шеи к самым ушам. Яга поднялся из-за стола. Он был бледнее обычного. Под глазами залегли тени, будто он не спал всю ночь. — Что случилось? — спросил Яга без привычной строгости. Голос звучал глухо, устало. — Вы должны были быть на зачистке ещё два часа. — Наткнулись на проклятие, — ответил Годжо. — За внешним периметром, недалеко от старого суги. Очень крупное. Нанами обернулся. Его лицо оставалось спокойным, но глаза сузились, став внимательными. — Насколько крупное? — Размером с небольшой грузовик, — сказал Годжо. — Я таких раньше не видел. Гето вытащил из кармана металлическую пластину и положил на стол. — Мы нашли это после того, как оно сбежало. Нанами первым наклонился ближе. — «Проект “С”. Образец 03. Уровень 17. Нестабилен. Списать», — прочитал он вслух. Повисла короткая пауза. — Что за бред?.. — нахмурился Панда. Яга взял пластину в руки, перевернул, осмотрел края. По его лицу было видно — он тоже не понимает, что именно держит. — Это точно было рядом с проклятием? — спросил он. — В грязи осталось, — ответил Гето. — Похоже, отвалилось во время погони. Яга снова посмотрел на надпись. — «Уровень семнадцать»… — тихо повторил он. — Никогда не слышал такой классификации. Нанами кивнул. — У проклятей нет подобных обозначений и уровней. — Может, чья-то идиотская маркировка? — предположил Панда. — Типа инвентарного номера. Панда задумчиво хмыкнул. — Ладно, звучит паршиво. Яга резко отложил пластину и посмотрел на них. — Вы его уничтожили? — Нет, — Гето покачал головой. — Мы не смогли. Оно слишком сильное. Я его ранил, Годжо ударил, но его только отбросило. А потом оно побежало. — В сторону академии, — добавил Годжо. Голос его стал ниже, без обычной игривости. — Прямо к барьеру. Яга сжал челюсти так, что желваки заходили под кожей. Повернулся к телефону, набрал номер, даже не глядя на кнопки. — Соедините с директором. Пока шли гудки, в кабинете стояла тишина. Гето чувствовал, как сердце всё ещё колотится после бега. Годжо встал рядом. Ближе, чем требовалось. Их плечи почти касались. — Директор, — сказал Яга в трубку. — У нас ситуация. В лесу обнаружено крупное проклятие — два курсара не смогли его уничтожить. Оно движется в сторону академии. Пауза. Яга слушал. Лицо его медленно менялось — напряжение, потом удивление, потом что-то похожее на страх. — Зачем всех? — переспросил он. — Но у нас есть… Ещё одна пауза. Длиннее. Яга сжал трубку так, что побелели костяшки. — Принято, — сказал он. Голос сел, будто он выдавил эти слова через силу. Он положил трубку. Повернулся к Нанами и Панде. — Директор приказал: поднять всех студентов и дозорных, которые сейчас в работе на территории академии. Перехват в лесу. Уничтожить проклятие любой ценой. Нанами замолчал. Но потом посмотрел на Годжо и Гето. — А носитель? — спросил он. — Проклятие не может существовать само по себе. Вы его видели? Гето переглянулся с Годжо. — Нет, — ответил Гето. — Вокруг никого не было. — Совсем никого? — уточнил Нанами. — Абсолютно, — сказал Годжо. — Только лес, проклятие и мы. Ни одного человека. Даже следов. Нанами хотел сказать что-то ещё, но Яга прервал его: — Вопросы — потом. Сначала — убрать угрозу. Панда поднялся с места. — Ладно, уговорили, — сказал он, потягиваясь. — Пойду, разомнусь. Если проклятие такое сильное, лишняя помощь не помешает. — Мы выступаем через десять минут, — сказал Яга уже в дверях. — Студенты собираются у входа. Годжо, Гето — вы видели проклятие, поведёте группу. Подробный маршрут — на месте. Он вышел. Шаги зазвучали в коридоре — быстрые, нервные. Нанами смотрел на них несколько секунд. Потом перевёл взгляд на шарф, который Гето так и не снял. На лицо Годжо — всё ещё напряжённое, без намёка на улыбку. Он поднялся со стула и забрал своё оружие. — Пошли, нужно спешить Когда они с пандой вышли, кабинет наконец опустел. Гето выдохнул — только сейчас заметил, что задерживал дыхание. Годжо повернулся к нему, взял за плечо. — Ты как? — спросил он. Голос звучал ровно, но пальцы чуть сжались. — Как спина? — Нормально, — ответил Гето и обернулся. И замер. У Годжо губа была разбита — рассечена до крови, нижний край припух. Гето не заметил этого раньше — в беге, в суматохе. Теперь увидел. — А ты, красавчик, в зеркало смотрелся? Годжо улыбнулся уголками губ — и поморщился от боли. — Слизать хочешь? — спросил он. Голос звучал хрипловато, но насмешка никуда не делась. — Ты больной, — с тихой, почти неуловимой теплотой сказал Гето, пряча глаза, и быстро отвернулся. — Идём уже, нас ждут. Они вышли в коридор. Сирена завыла внезапно — резко. «Всем курсарам, находящимся на территории академии. Немедленно собраться у главного входа. При себе иметь оружие. Повторяю: всем курсарам — к главному входу. Боевая готовность.»