Учись любить меня

Прошла неделя. Лаура Альбертовна вела уроки чётко, холодно, без лишних слов. Мария молчала на её уроках, но молчание это было громче любых слов. Она не смотрела на учительницу, не отвечала на вопросы, просто сидела на последней парте, водила ручкой по бумаге и ждала, когда всё закончится. Сочинение про Онегина она принесла на следующий день. Лаура прочитала его за перемену. Текст был идеальным. Глубоким. Слишком глубоким для школьницы. Лаура поставила пятёрку и не сказала ни слова. Мария забрала лист, даже не взглянув на оценку. Татьяна шептала ей на ухо какие-то сплетни, но Мария не слушала. Напряжение между ними росло с каждым днём. Класс это чувствовал. Даже директор Мари Буше заметила что-то неладное, но Лаура отмахнулась: «Всё нормально, она просто трудный подросток». Лаура вообще не привыкла, чтобы кто-то лез в её личную жизнь. А личная жизнь у неё была простая и предсказуемая: день — школа и «Gracemodels», вечер — клуб, новая девушка, ночь — пустота. Так продолжалось уже несколько лет. Она ходила по клубам почти каждый вечер. Иногда одна, иногда с Мари Буше, но чаще всего — чтобы найти очередную случайную знакомую на ночь. Ей было плевать. Главное — не оставаться наедине с собственными мыслями. В пятницу она выбрала «Феникс». Обычный клуб, громкая музыка, полумрак, много людей. Идеально, чтобы забыться и найти кого-нибудь на вечер. Она заказала дорогое красное вино у барной стойки и отошла с бокалом к дальней стене, подальше от танцпола. Пила маленькими глотками, разглядывая толпу. И вдруг её взгляд остановился. В углу, за столиком у окна, сидела Мария. Маленькая, худенькая, в короткой чёрной юбке и свободной футболке с любимой группой. Длинные белые волосы распущены, рассыпались по плечам и спине. В руке — бокал с чем-то ярко-оранжевым. Рядом — Татьяна и ещё двое парней, которых Лаура не знала. Мария смеялась. Громко, искренне, запрокинув голову. Карие глаза блестели не от вызова, а от веселья. Она выглядела совсем другим человеком — не той озлобленной девочкой с последней парты, а просто семнадцатилетней девчонкой, которая отдыхает с друзьями. Лаура смотрела на неё несколько секунд, сама того не замечая. А потом Мария повернула голову. Их взгляды встретились. Улыбка на лице Марии погасла мгновенно. Карие глаза сузились, стали холодными, колючими. Она поставила бокал на стол и что-то прошептала Татьяне. Та обернулась, увидела Лауру, побледнела и замерла. Лаура сделала вид, что не заметила. Отвернулась, допила вино. И тут к ней подошла девушка. Высокая брюнетка с короткой стрижкой, в обтягивающем платье. Тонкие пальцы легли на плечо Лауры. — Ты здесь одна? — голос низкий, томный. Лаура улыбнулась — той самой улыбкой, которая заставляла моделей в «Gracemodels» терять дар речи. — Теперь нет, — ответила она. Они заговорили. О пустяках. О музыке. О том, как душно в клубе. Лаура пила вино, слушала вполуха и чувствовала на себе чей-то взгляд. Она не оборачивалась. Знала, чей. Через полчаса Лаура взяла девушку за руку. — Поехали ко мне, — сказала она. Брюнетка кивнула. Они пошли к выходу, пробираясь сквозь толпу. Лаура уже взялась за дверную ручку, когда услышала за спиной: — Лаура Альбертовна. Она обернулась. Мария стояла в трёх шагах. Одна. Без друзей. Длинные белые волосы рассыпались по плечам, карие глаза смотрели не зло, а странно — с каким-то непонятным выражением. — Что, Третьякова? — холодно спросила Лаура. Мария перевела взгляд на брюнетку, потом обратно на Лауру. — Ничего, — ответила она тихо. — Спокойной ночи. Она развернулась и пошла обратно в толпу, маленькая, белая, почти призрачная в полумраке клуба. Лаура сжала челюсть. — Пошли, — бросила она девушке и вышла на улицу. В машине она закурила, не зажигая свет. Рядом щебетала брюнетка, но Лаура не слушала. Перед глазами стояла Мария. Её странный взгляд. «Плевать, — подумала Лаура. — Мне плевать». Но почему-то всю ночь, даже когда девушка была уже в её постели, Лаура не могла избавиться от чувства, что сделала что-то не то.