ПОЧТИ НА МЕСТЕ
18 мая 2026 г., 15:20
Снег пошел плотно и быстро. Только что был прекрасный день — немного пасмурно, но в целом приятно, — а в следующий момент всё стало белым, и он не знал, куда им ехать и как они вообще туда доберутся.
В конце концов, им с Вилетти удалось свести лошадей с дороги в лес, где снег не падал так сильно, хотя из-за ветра его все равно было много.
Варф после нескольких неудачных попыток наконец разжег костёр, а потом сосредоточился на том, чтобы устроить лошадей: укрыть их одеялами и накормить. Он отдал единственное запасное одеяло, которое у них было, Аллиане для детей, а потом наконец присел, когда Калтин дал знак, что с едой всё готово.
Снег продолжал падать, но, укутавшись в плащ, было вполне терпимо, а костёр смягчал сильнейший холод. Дорога, к сожалению, вскоре превратилась в одни только сугробы. Он не был уверен, что им удастся продвинуться дальше, но у них не было достаточно еды, чтобы оставаться здесь до тех пор, пока снег не растает.
Или, что ещё хуже, не сойдёт, заставив их остаться здесь, пока холод или голод не довершат дело.
Еще полдня — и они бы добрались до городка, который находился всего в паре часов езды от поместья, где Кларксон держала Мариана в плену. Так близко, так досадно близко, а теперь они, возможно, застряли в одном дне от своей цели. Ну, его цели, а все остальные по-прежнему поддерживали его.
Он втянул их в эту передрягу, и он найдет способ вытащить их отсюда.
«Вот, выпей это и перестань волноваться», — сказал Калтин с улыбкой, протягивая ему чашку бульона. «Мы знали, что столкнемся с зимней погодой. Она нас так легко не победит».
Варф бросил на него улыбающийся взгляд, отпивая бульон. «Не знал, что ты умеешь читать мысли, как Судьбы».
«Я просто хорошо читаю по лицам, а после всего этого времени, проведённого вместе, твое лицо я читаю особенно хорошо. Мы дошли до этого момента не для того, чтобы сейчас потерпеть неудачу».
«Ладно, мастер Калтин, я постараюсь сохранять такой же позитивный настрой», — сказал Варф, допивая бульон. «Хорошо».
«Будет еще лучше, когда я превращу это в рагу», — весело сказал Калтин. «Займет пару часов, но у нас есть чай и бульон в избытке, чтобы перекусить, и я еще и хлеб испеку».
«Не понимаю, как она могла тебя бросить», — сказал Варф, ласково сжимая его руку.
Калтин улыбнулся, взял чашку и отвернулся, наполнив её для него, прежде чем приступить к приготовлению обещанного рагу.
Тем временем Вилетти вернулась к опушке леса, прямо у дороги, и залезла на дерево. Сейчас она что-то вешала на него — а, рубашка, ярко-красная, которая наверняка бросится в глаза любому, кто случайно окажется на улице или даже поблизости.
Она вернулась, выглядя довольной собой, и с радостью приняла чашку, которую ей протянул Калтин. «Ты стал настоящим мастером лагеря. Надеюсь, леди Кларксон сейчас в ярости из-за своей ошибки, даже если она никогда не признается, что именно это её злит».
Калтин презрительно фыркнул, добавляя что-то в рагу и помешивая его. «Наверное, она винит меня за то, что я был настолько глуп, что получил травму и доставил ей столько хлопот». Его лицо на мгновение омрачилось, вероятно, вспомнив день, который он никогда не забудет, предательство, оставившее раны гораздо хуже сломанной ноги.
Варф не мог дождаться, чтобы увидеть её лицо, когда она поймёт, во что ей обошлось её предательство.
Согревшись и отдохнув, он принялся собирать ветки с листьями, чтобы устроить всем постели, ведь ночлег на холодной земле убьет их быстрее, чем что-либо другое. Сначала он позаботился о постели для Алианны и детей, и как только они устроились и согрелись, переключил внимание на остальных, хотя пока не расстилал одеяла, не желая, чтобы они покрылись снегом, который потом растаял бы от огня и сделал бы одеяла бесполезными.
Калтин налил еще бульона, когда тот закончил, а за ним — чашку чая. «Ты вообще чувствуешь холод, здоровяк?»
«Да, хотя, наверное, не так сильно, как вы все», — сказал Варф со смехом. «Это действительно занимает некоторое время». Так что, если дело дойдет до худшего, он, вероятно, сможет дойти до города и привести помощь, хотя мысль о том, чтобы оставить друзей, даже по уважительной причине, сжимала ему желудок. «Быть размером с небольшой дом имеет свои преимущества».
Калтин рассмеялся, возвращаясь к костру. Его рука заживала хорошо, и теперь он мог ходить, испытывая лишь небольшие затруднения. К тому времени, как они вернутся в город, она должна была полностью зажить, хотя он, вероятно, всегда будет хромать, учитывая, что отказался остаться там, где она могла бы зажить как следует. Но Варф поступил бы точно так же.
Он потягивал чай, наблюдая, как Вилетти счищала снег с их примитивной тропы, ведущей обратно к дороге. Делать это было бессмысленно, так как снег все еще падал, но достаточно, чтобы тропа оставалась заметной на фоне всего остального, и они могли легко ее найти и как следует расчистить, когда снегопад утихнет.
«По-моему, снег начинает стихать», — сказала Вилетти, присоединившись к ним. «Слава богу. Надеюсь, завтра хотя бы один или два из нас смогут добраться до города». Она вздохнула и поблагодарила Калтина за чай, который он ей подал. «Какое приключение — будет что рассказать, когда мы вернемся».
Варф фыркнул. «Сначала мы застряли здесь из-за дождя, потом еще один дождь помешал нам там, а после этого снег загнал нас сюда. Вот такая история». Он допил чай, отдал чашку и пошел искать место, где можно пописать.
Он только что завершил свои дела и возвращался, когда услышал безошибочный звук колокольчиков. В городе они нечасто встречались, по крайней мере на каретах и тому подобном, но здесь, в сельской местности, он встречал их довольно часто.
Вилетти уже выбежала на дорогу, махая руками, чтобы привлечь внимание того, кто ехал. Когда Варф подошел к ней, она строго посмотрела на него, призывая отойти. Чего она ждала, бандитов? Варф как-то сомневался, что бандиты будут использовать колокольчики. Хотя, с другой стороны, что он знал о бандитах в деревне?
Через несколько долгих минут рядом с ними остановилась повозка, запряженная парой волов, которых, казалось, совершенно не беспокоили снег и холод. «Эй, вы там», — сказала одна из фигур, ловко спрыгнув вниз; тяжелые сапоги громко стукнули по земле, а затем она сняла капюшон, показав красивую женщину средних лет. «Кто вы, ребята… Калтин?» Кожа женщины, темная как ночь, словно побледнела. «Ты… Она сказала, что ты мертв».
Калтин нахмурился. «Ты имеешь в виду леди Кларксон? К тому времени, как всё это закончится, она точно будет жалеть, что я не умер. Садись, отдохни немного, расскажи нам о её приезде». Он махнул рукой, и женщина с двумя другими фигурами — молодыми мужчинами, очень похожими на неё, — сели вокруг костра. «Ребята, это госпожа Хелия Берр и её сыновья Реги и Серрик. У них есть ферма на другом конце города, почти ровно посередине между городом и поместьем леди Кларксон». Он кивнул в сторону Варфа и остальных, быстро представил всех, а потом раздал чай и то, что осталось от рагу. Усевшись со своей чашкой свежего чая, он тихо спросил: «Так она всем сказала, что я умер?»
«Насколько я слышал, она ненадолго заехала в город, чтобы нанять людей, которые присмотрят за домом зимой, и организовать доставку еды и других припасов. По словам моей сестры, которая в тот момент была в универсальном магазине, Тето спросил, где ты, а леди Кларксон устроила целую сцену, плача и говоря, что произошла авария с каретой и ты не выжил. А ты вот здесь, как на ладони, хотя с тобой явно что-то случилось».
«Действительно была авария с каретой, в этом она не соврала, и, честно говоря, она, наверное, искренне верит, что я мертв. В конце концов, она оставила меня там умирать», — ответил Калтин, и вся его боль и гнев вырвались наружу.
Хелия и её сыновья уставились на него с широко раскрытыми глазами. «Что, чёрт возьми, ты имеешь в виду?»
Глубоко вздохнув и выдохнув с вздохом, Калтин рассказал свою историю, хотя он старался пока не упоминать причину этого безумного путешествия. «К счастью для меня, Варф нашел меня и согласился помочь — и он с остальными помогают мне до сих пор, так как я не могу делать ничего, кроме как ковылять по лагерю. Даже сесть на лошадь невозможно без посторонней помощи».
«Говорит тот, кто приготовил нам ужин и до сих пор подает чай», — упрекнула Вилетти, прежде чем снова повернуться к гостям. «Не могли бы вы подвезти нас в город?»
«С удовольствием», — ответила Хелия. «Мы можем переночевать здесь с вами и завтра доехать до места. Волы даже не заметят лишнего веса, да и снега, если на то пошло. Думаю, они замечают только мух, которые пытаются их укусить летом».
«Я принесу ещё веток», — сказал Варф.
Закончив с этим, он сам был совершенно измотан. Расстелив одно одеяло на куче веток, он использовал свой рюкзак в качестве подушки и укутался в плащ и оставшееся одеяло.
Небо было сплошной темнотой, в которой почти ничего не было видно из-за падающего снега. Вокруг царила тишина. После всех этих недель путешествия он все еще не привык к тишине сельской местности. Она была жутковатой в своей глубине, словно напряжение, готовое разразиться в любой момент. Даже потрескивание костра и скрип обледенелых веток не могли ее нарушить.
Ему не терпелось вернуться домой. Увидеть своих дочерей. Увидеть, что Мариан в безопасности и обрел покой, и что все это ужасное приключение осталось позади. В порядке ли его дочери? Перестали ли они бояться, что он так долго отсутствует, или вспоминают, как их мать однажды просто уснула, ее увезли и она больше не вернулась? Надеюсь, когда-нибудь все это станет лишь блеклым воспоминанием, если они вообще это запомнят.
Они продолжают заниматься уроками? Как далеко они продвинулись в чтении? Он мог только догадываться, чем Рат с ними занимается. Успеет ли он вернуться домой к свадьбе Рата? Варф тихонько хмыкнул. Вот он думает о свадьбе друга, когда должен сосредоточиться на своей собственной и на том, состоится ли она вообще.
Но она состоится. Он отказывался рассматривать какие-либо другие варианты. Он прошел такой долгий путь, пережил столько всего, чтобы теперь потерпеть неудачу. Мариан в порядке? Она его обидела? Морила голодом? Уже заставила его жениться? Конечно, это не будет иметь силы, если он не хочет.
Не то чтобы Варфу было дело. Он останется с Марианом, даже не женившись. Он также устранит Кларксон, если это будет необходимо, как бы он не ненавидел идею убивать кого-либо. Надеюсь, до этого не дойдет.
В конце концов он заснул, пока его не разбудил звон посуды и чьё-то тихое ругательство.
Снег прекратился, и раннее утреннее солнце заставило окружающий его белый мир сиять оранжевыми и розовыми отблесками. На другом конце лагеря Калтин выглядел рассерженным и готовым разрыдаться, и сразу стало ясно, что он, должно быть, случайно ударил тяжелой кастрюлей по своей травмированной руке. «Всё в порядке?» — тихо спросил Варф.
Калтин резко поднял голову. «Прости, не хотел тебя будить».
«Я никогда не сплю долго, ты же знаешь. Хотя, судя по восходу, наверное, я проспал дольше, чем обычно».
«Путешествие в такую погоду выматывает быстрее, чем ты думаешь, и понимаешь это слишком поздно. Дай мне сходить пописать, а потом я заварю чай».
Варф фыркнул, хромая удалился и сам заварил чай, а потом расчистил немного места и перетащил туда свое одеяло. «Садись», — сказал он, когда Калтин вернулся. «Как твоя рука?»
«Пульсирует, потому что я решил хорошенько ее ударить», — пробурчал Калтин, «но в остальном все довольно хорошо. Все равно буду рад, когда нам не придется двигаться какое-то время».
«Ты мог бы остаться…» — Варф прервался и рассмеялся, когда Калтин бросил на него гневный взгляд, и налил им чай. «Подумал еще о том, чем хочешь заняться, когда все это закончится? Я знаю, ты говорил, что пока сосредоточен на этом, но…»
«Трудно не думать об этом», — сказал Калтин, подувая на чай и хмуря брови. «Это не дает мне покоя, когда мне больше нечем заняться и о чем подумать. Учитывая разбитую репутацию леди Кларксон, все неприятные вещи, которые я за эти годы для нее натворил, и то, что я явно не получу рекомендации, я почти уверен, что меня ждет каторга или публичный дом». Он пожал плечами в стиле Нижнего Города — молчаливое «мы делаем то, что должны», чего Верхний Город никогда не поймет, но с удовольствием осудит.
Варф замялся, потому что не хотел, чтобы Калтин чувствовал себя обязанным, но это и не ему решать. «Ты мог бы остаться со мной. Я достаточно хорошо знаю свою новую жизнь, чтобы понимать, что мне понадобится помощник, когда я буду все больше в нее вникать. Во-первых, я не умею читать, так что мне нужен кто-то, кому я могу доверять, чтобы он читал все за меня, ведь я не могу беспокоить Мариана или слуг каждый раз, когда получаю даже просто приглашение на чай. Но ты не обязан соглашаться, не чувствуй себя обязанным…»
«Я бы с удовольствием согласился, честно», — ответил Калтин, и он действительно выглядел счастливым впервые с тех пор, как Варф его встретил. «Это именно та работа, которая мне нравится, а не все те грязные дела, которыми леди Кларксон заставляла меня заниматься». Он вздохнул. «Но ты не обязан мне помогать. Ты и так сделал для меня больше, чем достаточно».
«Сейчас это тебе нужна помощь от меня и Вилетти, так что если кому-то и нужно соглашаться под давлением, то это тебе», — сказал Варф с улыбкой. «Но мы, похоже, хорошо ладим, и ты понимаешь стороны моей жизни, которые ни один житель Верхнего города никогда не поймет, а это то, что мне нужно в помощнике. Я понятия не имею, сколько платят за такую работу, но Мариан знает, и он заплатит по справедливости.»
«Для меня будет честью стать твоим помощником».
Варф протянул руку, и Калтин пожал ее. «Тогда ты принят».
Калтин рассмеялся и налил им еще чая, а затем приступил к наполнению остальных чашек, пока остальные в лагере начинали просыпаться. Хелия и ее сыновья добродушно ворчали, кормя и готовя волов, а Вилетти занималась лошадьми.
Вскоре, когда все покушали и согрелись чаем, они погрузили все вещи в повозку и привязали лошадей сзади, чтобы никто не отстал, если погода вдруг изменится так же внезапно, как и раньше.
Варф усадил Аллиану и детей в повозку, убедившись, что им уютно, безопасно и тепло. Затем он помог Калтину сесть за ними, позаботившись о том, чтобы его раненые конечности не пострадали от тряски во время езды.
Затем он взобрался рядом с Хелией на сиденье возницы, оставив её сыновей ехать сзади с Вилетти по тропе, которую грубо расчистят волы и телега. День был пронизывающе холодным, и ветер не помогал, но, по крайней мере, не шёл снег.
Пока. Тёмные, тяжёлые тучи, надвигавшиеся сзади, обещали, что такая погода продлится недолго, но все они были полны решимости сделать всё необходимое, чтобы добраться до безопасного города Каллит, пока снег не заставил их провести ещё одну ночь на улице.
На лошадях путь занимал примерно ещё шесть часов при идеальных условиях. С такой погодой им повезёт, если они доберутся туда до наступления ночи. К счастью, волы, как и обещали, не обращали внимания на снег, а в тех редких случаях, когда им не удавалось пройти, Варф вместе с Хелией и её сыновьями расчищал препятствие.
Конечно, из-за снега было невозможно понять, когда они ехали по дороге, а когда сбивались с неё, но Хелия явно знала, что делает, так что это было последней из забот Варфа.
Они останавливались, чтобы отдохнуть, поесть и покормить животных, но не смели задерживаться дольше, чем было абсолютно необходимо, так как тучи нависали все ближе. Если им удастся добраться до места назначения, Варф будет настолько измотан, что сможет спать неделю напролет. Он не мог себе представить, как себя чувствуют остальные, если он сам так устал.
Увидев дым из труб, он чуть не закричал от радости. Если дым был виден даже сквозь снег, значит, они были близко. Это осознание как будто придало всем сил, и они шли, не щадя сил, пока наконец не появился знак, указывающий на близость города, а вскоре после этого — и сам въезд в город.
Один из стоящих там на страже, судя по его жестикуляции и восклицаниям, молодой человек, подбежал к ним. «Госпожа Хелия! Все уже начали беспокоиться о вас троих. Вы в порядке?»
«Мы в порядке, Били, но у нас есть несколько спутников, которым нужна немедленная помощь. Беги вперед в таверну и сообщи Милле, что к ней направляются женщина, двое детей и мужчина со сломанной рукой и больной ногой, а также двое гостей».
Мальчик отдал впечатляющий салют, а затем помчался прочь, оставив Хелию покачивать головой и тихонько хихикать. «Ох, иметь такую энергию молодости».
Варф согласился, хмыкнув.
К счастью, из-за снега большинство людей сидели дома, так что не было большой толпы, которая бы глазела на их прохождение — на мужчину, почти размером с вола, как это часто бывало, когда он проходил мимо. Большой размер означал немедленную угрозу, как бы Варф ни старался развеять это заблуждение у людей.
Он почувствовал запах таверны, аромат чего-то жарящегося, еще до того, как она появилась в поле зрения.
У двери стояла крупная женщина, сжимая фартук, и как только они подошли ближе, она поспешила вперед, нашла Аллиану и детей и сосредоточила все своё внимание на них.
Улыбаясь, Варф обратил своё внимание на Калтина, застывшего от боли и столь же измученного, как и все остальные, хотя он почти не шевелился. Варф знал по опыту, что боль изматывает тело быстрее, чем почти что-либо другое. Не обращая внимания на протесты Калтина, он поднял мужчину на руки и последовал за группой в таверну, остановившись только тогда, когда нашел подходящий стул у камина, чтобы усадить Калтина, а затем придвинул табуретку, чтобы подпереть его поврежденную ногу.
«Спасибо,» сказал Калтин. «Думаю, ты перепутал, кто кому помогает, но я тебе благодарен.» Он подмигнул.
Варф улыбнулся в ответ, а затем повернулся к хозяйке, которая все еще суетилась вокруг детей. «Спасибо, госпожа, что помогла нам».
Она презрительно фыркнула, вытирая руки о фартук. «Пусть судьба меня проклянет, если я когда-нибудь откажу людям в беде. Я госпожа Милла. А кто ты и эти замечательные люди, сэр?»
«Я Варлофф Диггсон, но можно просто Варф. Это мой личный помощник и друг, Калтин. А это Вилетти, она королевская стражница, которой поручено оберегать меня от неприятностей, и, кажется, ты уже познакомилась с Аллианой и её детьми».
Взгляд женщины метнулся к Калтину. «О, судьбы! Калтин… Эта старая ведьма… то есть леди Кларксон…»
«Она и есть старая ведьма, — ответил Калтин. — Она оставила меня умирать. Говори о ведьме что хочешь. Ты видела её, когда она была здесь? Кто-нибудь был с ней?»
«Она зашла в магазин только за припасами, — сказала Милла. — Единственные люди, о которых я слышала, что они были с ней, — это какие-то отбросы общества, охранники, которых она, наверное, подобрала на дне грязевой ямы».
Варф фыркнул от смеха, а потом поблагодарил парня, который подошёл с подносом с напитками, оказавшимися горячим сидром. Когда поднос опустел, он поцеловал Миллу в щеку и снова исчез в задней комнате.
Подтянув стул поближе к Калтину, Варф наконец сел, и все суставы в его теле затрещали и защелкали. Он зевнул, прислушиваясь к разговору вокруг: Калтин и Вилетти по очереди рассказывали, как и почему они оказались здесь.
«Я должна была догадаться, что эта женщина затеяла что-то гнилое», — сказала Милла, положив руки на бедра. «Она никогда не приезжает в это время года. Я подумала, что она спасается от какого-то скандала, и, похоже, я не ошиблась, но, черт возьми». Она критически оглядела Вилетти. «И после всего этого они прислали всего одного королевского гвардейца?»
«Многие, включая Их Величества, считают, что Мариан уехал по собственной воле».
«Ни один человек в здравом уме не выберет эту женщину, тем более когда у него уже есть лучший вариант». Она одобрительно посмотрела на Варфа. «А вот и мои люди с едой для всех вас. Пока вы будете есть, я прикажу приготовить комнаты, а потом вы все сможете немного поспать, и завтра после завтрака мы решим, кто отвезет вас в усадьбу».
«Я не смогу отплатить тебе за все, что ты для нас делаешь», — сказал Варф.
«О, я получу то, что мне положено, не бойся об этом», — сказала Милла с улыбкой. «Я возьму это прямо у той проклятой женщины, вот так».
Варф рассмеялся, а потом к ним подошли двое мужчин с большими подносами, заваленными едой, и после этого разговор свелся к минимальному обмену фразами между укусами еды. Прошло столько времени с тех пор, как он сидел в таверне, окруженный другими людьми, наслаждаясь хорошей едой и выпивкой, что это казалось немного странным. Кто бы мог подумать, что сидение у костра станет для него нормой?
Но через несколько месяцев все это закончится. Надеюсь, с хорошим концом.
Закончив есть, Варф помог убрать все, а потом понес уже почти спящего Калтина наверх, в комнату, которую они делили, — она была настолько маленькой, что единственная большая кровать занимала почти все пространство. По крайней мере, она была достаточно большой, чтобы его ноги едва свисали с края.
Как только Калтин устроился поудобнее, Варф снял одежду, умылся водой, которую кто-то оставил, надел единственную относительно чистую одежду, которая у него осталась, потушил свечу на тумбочке, а потом наконец залез под одеяло и устроился поудобнее.
Завтра. Завтра он наконец догонит леди Кларксон и Мариана, и этой женщине лучше бы молиться судьбе, если она причинила ему вред.
