«Там, где драконы дышат жасмином»

Рико не была дурой. Она заметила странности не сразу — первые дни списала на совпадения. Сокка слишком часто оказывался рядом, когда она выходила из грота. Он приносил ей завтрак, хотя раньше никогда этим не занимался. Он смеялся над её шутками чуть дольше, чем требовалось, и смотрел на неё каким-то новым, непривычным взглядом. А потом она заметила его. Зуко. Он маячил на заднем плане у колонны, когда Сокка приглашал её на прогулку. За кустом жасмина, когда они пили чай у фонтана. У окна библиотеки, когда Сокка помогал ей искать свитки о драконах. Он делал вид, что занят. Листал бумаги, разговаривал со слугами, проверял что-то в саду. Но Рико видела: его взгляд был прикован к ним. К ней. — Что за чушь? — пробормотала она однажды, поймав себя на том, что ищет Зуко глазами. Он тут же спрятался за колонну. Но было поздно. «Ты думаешь, я тебя не вижу?» — мысленно спросила она. — «Ты не такой незаметный, как тебе кажется». Вечером Сокка позвал её в беседку. — Сюрприз, — сказал он загадочно, ведя её через сад. — Зуко… то есть, я тут подготовил кое-что. Беседка сияла фонариками. На столе стояло вино, фрукты, мягкие подушки. Рико сразу узнала почерк Зуко слишком изысканно для Сокки, слишком продумано. И фонарики те же, что висели во дворце на церемониях. «Значит, он и это организовал», — подумала Рико, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Они сели. Сокка налил вино, начал рассказывать какую-то смешную историю. Рико слушала вполуха, краем глаза следя за кустами. И точно мелькнула тень. Высокая, широкоплечая, с привычной короной на голове. Зуко. Он стоял там, смотрел. Думал, что его не видно. — Сокка, — перебила Рико его рассказ. — Наклонись ко мне, пожалуйста. Сокка удивился, но послушался. Наклонился близко, почти касаясь носом её щеки. — Что случилось? — прошептал он. — Ничего, — так же тихо ответила Рико, глядя туда, где прятался Зуко. — Постой так минутку. Она увидела, как тень за кустами напряглась, замерла. Потом — резко развернулась и исчезла. Зуко ушёл. Рико выдохнула, отстранилась от Сокки. — Всё, спасибо. Можешь больше не наклоняться. — Эм… — Сокка сел прямо, почёсывая затылок. — Ты меня напугала. Я думал, ты… — Что? — Рико посмотрела на него в упор. — Что я хочу тебя поцеловать? Сокка покраснел, замялся. — Ну… вообще-то да. Рико взяла кубок, отпила вина. Поставила на стол. Повернулась к нему всем телом. — Сокка, давай без игр. Что здесь происходит? Почему Зуко сводит нас? Сокка открыл рот, закрыл. Его лицо вытянулось. — Ты… ты заметила? — Я заметила, что он прячется за каждым кустом, когда ты со мной. Я заметила, что вино и фонарики — из дворцовых запасов. Я заметила, что он смотрит на нас так, будто… — она запнулась, подбирая слово. — Будто ревнует. Но при этом упорно толкает меня в твои объятия. Сокка молчал. Потом вздохнул, почесал переносицу. — Слушай, Рико… Я должен тебе кое-что сказать. Он… Он замолчал. Посмотрел в сторону, где только что прятался Зуко. Потом снова на неё. — Знаешь, — сказал он наконец, и в его голосе зазвучала привычная шутливая нотка, — наверное, потому что ты его семья. И он помогает другу? Рико прищурилась. — Это звучит как отговорка. — Это и есть отговорка, — честно признался Сокка. — Просто… я не хочу лезть в чужие дела. Разберитесь сами, ладно? Он встал, взял бутылку вина. — Пойду я. Допивай одна или позови кого хочешь. Но если честно, Рико… — он посмотрел на неё серьёзно, без тени улыбки. — Он дурак. Но не злой. Просто очень… запутанный. Сокка ушёл, оставив её одну в беседке с фонариками и недопитым вином. Рико сидела, сжимая кубок, и чувствовала, как внутри поднимается злость. На Зуко — за то, что не подходит сам. На Сокку — за то, что не договаривает. На себя — за то, что не может разобраться в этом клубке. «Ладно, — решила она. — Если он не скажет первым — я выбью. Но не прямо. Пусть помучается». Она допила вино, и пошла в свою комнату. В комнате она ходила из угла в угол, сжимая кулаки. — Дурак, — бормотала она. — Какой же он дурак. Сводит меня с другим, сам прячется за кустами, а потом смотрит так, будто я его предала. Она остановилась у окна, посмотрела на сад, где совсем недавно мелькала его тень. — Ничего, Зуко. Завтра я устрою тебе допрос. И неважно, как ты будешь прятаться. Луна светила в окно, жёлтая и спокойная. Где-то в гроте вздохнул дракон. Рико легла на кровать, но долго ворочалась. «Провокация, — думала она. — Единственное, что на него действует. Завтра я скажу, как мне нравится гулять с Соккой. И посмотрю, как он отреагирует». Она закрыла глаза и попыталась уснуть. Не получилось. Но план был готов. На следующий день Рико пришла в грот раньше обычного. Она знала, что Зуко появится для уборки. Он был человеком привычки, даже когда пытался казаться отстранённым. И сегодня она была готова. Цзинь Лун, дремал, свернувшись кольцом. Рико сидела на корточках, делая вид, что записывает наблюдения, но на самом деле ждала. Дверь грота открылась. Зуко вошёл, не глядя на неё. В руках ведро и скребок. На лице маска усталого безразличия. Он прошёл к дальнему углу, начал убирать подстилку, не проронив ни слова. — Доброе утро, — сказала Рико первой. Её голос звучал спокойно, даже весело. — Утро, — буркнул он, не оборачиваясь. «Отлично, — подумала Рико. — Значит, играем в молчанку. Посмотрим, как долго ты продержишься». Она не торопилась. Наблюдала, как он сгребает навоз, как напряжены его плечи, как он избегает смотреть в её сторону. Потом, пару раз вздохнув для убедительности, начала разговор. — Знаешь, Зуко, мне вчера очень понравилось гулять с Соккой. Он такой весёлый, заботливый… Мы так мило провели время в беседке. Зуко замер на секунду. Потом продолжил уборку, но движения стали резче. — Да? — спросил он с ледяной вежливостью. — Рад за тебя. — И фонарики там были, — продолжала Рико, вставая и потягиваясь. — Очень красивые. Сокка сказал, что это он всё организовал. Но я заметила, что фонарики — из дворцовых запасов. Ты не в курсе? Зуко не ответил. Скрежет скребка по камню стал громче. — И вино было отличное, — добавила она. — Тоже из твоих погребов, наверное. Спасибо за угощение, Лорд Огня. Ты очень предусмотрительный друг. — Не за что, — процедил он сквозь зубы. Рико подошла ближе, скрестила руки на груди. Ей нравилось, как у него на лбу пульсирует вена. — А в конце вечера мы поцеловались, — сказала она небрежно, словно речь шла о погоде. — Такой романтичный момент. Фонарики, луна, он наклоняется… Жаль, что ты ушёл раньше. Скребок выпал из рук Зуко и со звоном покатился по каменному полу. Он медленно повернулся. Его лицо было красным — от злости, от стыда, от той смеси чувств, которую он не мог контролировать. — Конечно, — сказал он, и голос его сочился ядом. — Сокка же такой весёлый парень. И заботливый. И, наверное, в постели он тоже мастер? — Именно, — парировала Рико, сверкнув глазами. — А уж как он целуется… Но ты не узнаешь, потому что предпочитаешь прятаться за кустами. — Я не прячусь! — Ой, да ты стоял за жасмином вчера и пялился на нас, как филин! Я видела твою тень. И у библиотеки. И, когда мы пили чай у фонтана. Ты думаешь, я слепая? Зуко сжал кулаки. Его дыхание стало тяжёлым. — Я просто следил за порядком в саду! — За порядком? — Рико рассмеялась. — Да ты за порядком в собственной голове не можешь уследить! Он замер. Краска залила не только лицо, но и шею. — Это… это было низко, — выдавил он. — А сводить меня с другим — не низко? — Рико шагнула вперёд. — Ты думал, я не догадаюсь? Что Сокка сам придумал про вино и фонарики? Ты за моей спиной устроил мне свидание, как будто я вещь, которую можно передать другу! — Я хотел как лучше! — Для кого? Чтобы я была при деле и ты мог спокойно спать по ночам? Зуко не выдержал. Схватил с пола свежую подстилку — мягкую, из сухой травы — и швырнул в Рико. — Заткнись! Она увернулась, но подхватила другую и запустила в него. — Не указывай мне! — Ты ведёшь себя как ребёнок! — крикнул он, уклоняясь. — Я? Это ты устроил этот идиотский цирк! Они кидались подстилкой, как рассерженные дети. Клочья травы летели в разные стороны. Дракон открыл глаза, посмотрел на них с недоумением и выпустил колечко дыма. — Ты ненормальная! — рявкнул Зуко, отбивая очередной бросок. — Да ты не лучше! — ответила Рико, замахиваясь. Она почти попала ему в лицо, но он увернулся, сделал резкий шаг вперёд и перехватил её запястья. Одним движением развернул, прижал спиной к холодной каменной стене грота. Всем телом. Плотно, так, что она чувствовала жар его груди, его бёдра, прижатые к её животу. Его руки держали её руки над головой, не давая пошевелиться. Они замерли. Лица в нескольких сантиметрах. Его дыхание обжигало её щёки. — Вот и удачи тебе с Соккой, — прошипел он, глядя прямо в глаза. Голос его был низким, вибрирующим от злости и чего-то ещё. — А сегодняшнюю ночь я проведу в покоях Мей. И я буду целовать каждый дюйм её тела. От шеи до самых скрытых мест. И она будет стонать подо мной. Поняла? Он специально сказал это — чтобы сделать больно, чтобы она тоже почувствовала укол ревности. Но Рико не отвела взгляда. Наоборот — усмехнулась. — Ха! — выдохнула она, дыша ему в губы. — А мы с Соккой повторим вчерашний поцелуй. И не только поцелуй. Потому что я как раз прикупила сексуальное нижнее бельё. Чёрное, кружевное. Думаю, ему понравится. Зуко дёрнулся, будто от пощёчины. — Ты… ты не посмеешь. — Это ты не посмеешь. А я посмею. Они смотрели друг на друга. Секунда. Другая. Третья. В гроте было тихо, только дракон дышал, выпуская из ноздрей тонкие струйки дыма. Зуко разжал руки. Отступил на шаг, потом на два. — Тогда желаю тебе хорошо провести время, — сказал он ледяным голосом. — Не забудь погасить свечи. Он развернулся и вышел, не оглядываясь. Дверь грота хлопнула так, что с потолка посыпалась пыль. Рико осталась стоять у стены, тяжело дыша. Её запястья горели там, где он их держал. Сердце колотилось как бешеное. — Идиот, — прошептала она. — Невыносимый идиот. Она подошла к дракону, погладила его по морде. — Он не пойдёт к Мей, — сказала она Луну. — Ты же знаешь. Он просто пыжится. Дракон моргнул и выпустил маленькое облачко искр. В воздухе запахло жасмином и серой. — А я не пойду к Сокке, — добавила Рико. — Но ему об этом знать не обязательно. Она собрала разбросанные подстилки, привела грот в порядок и вышла через другую дверь — чтобы не столкнуться с ним в коридоре. В своих покоях Рико ходила из угла в угол, сжимая кулаки. — Целовать её тело, — бормотала она имитируя его голос. — От шеи до самых скрытых мест! Какой пафосный дурак! Она остановилась у зеркала, посмотрела на своё отражение. Красные щёки, блестящие глаза, растрёпанные волосы. — А ты, — сказала она себе, — ты хороша. Кружевное бельё прикупила. Хотя где ты его взяла? Врёшь, конечно. Но он поверил. Или не поверил. Какая разница. Она плюхнулась на кровать, уставилась в потолок. — Идиот. Неужели не видно, что что ты мне нужно?.. Она закрыла глаза и вспомнила его лицо в сантиметре от своего. Его запах — дым, жасмин, опасность. Его руки, сжимающие её запястья.