Объятая крыльями пепла

      Кассия Элен Вейл сидела на стуле в своих покоях, расчёсывая волосы. Белоснежные локоны стекали по спине, заканчиваясь на середине бедер. Бледное аккуратное лицо с маленьким вздернутым носом, тонкими русыми бровями и большими, теперь уже чёрными глазами, обрамлёнными пышными ресницами, выражало сосредоточенность. Пусть с виду она просто расчёсывалась, но внутри, в своих мыслях, она была занята совершенно другим.

***

      Я месяц собирала информацию о себе и других вампирах, прежде чем решилась на это.       Я сбежала, это уже хорошо. Днём, когда солнце слепит особо ярко, это было легче, чем я могла себе представить. Перед тем, как совершить побег, я смогла выяснить многие вещи: например, вампиры делятся на хороших и плохих, правда, Аро предпочитает говорить «вегетарианцев и настоящих». Хорошие вампиры отказываются от своей сущности, питаясь кровью животных и ища дружбу с людьми. Также я выяснила, что у каждого вампира есть свой так называемый дар. Это способность, которой наделён каждый вампир, и у всех она уникальна.       Например, Аро может с помощью прикосновения прочитать мысли и будущее любого, кроме меня. Почему-то на меня не действует его способность, но действуют способности остальных. За все время пребывания в замке он так и не смог раскрыть мой дар. Я начинаю думать, что у меня его вовсе нет. Аро сказал, что в будущем он раскроется, так что мне остается только ждать. Надеюсь, что он уже никогда не сможет увидеть его.       Я сбежала в Сиену, откуда самолётом добралась до США, штата Вашингтон, и остановилась в Сиэтле. Почему именно здесь? Тут дождливо, почти нет солнца, да и, так как город большой, мне будет легче затеряться в толпе. Единственное, что плохо — теперь я нахожусь в детском доме Сиэтла, потому что украденные документы с подделаной фотографией действовали только при входе в самолёт, а паспортный контроль в Сиэтле они не прошли, так что пришлось врать, что я с недавних пор сирота, но жить в Сиене уже не могла, так как всё напоминало родителей, поэтому украла документы, купила билет да ретировалась куда подальше.       На удивление, мне поверили и отправили в местный приют. Теперь пребываю тут до моего совершеннолетия.       Правда при побеге, я не учла одного: Вольтури наверняка меня будут искать. И даже если Деметрий не может взять след моих мыслей из-за ментального щита, для них это явно не будет большой проблемой. Осознавать, что меня ищет Аро Вольтури нагоняет дикий ужас. Я безумно его боюсь. Уродливые, глубочайшие шрамы, что остались на моем плече, служат напоминанием о том, кто такой Аро Вольтури. А учитывая мои намерения, последнее, чего я хочу, это быть обнаруженой Аро. А цель моя, остается неизменной, раскаяться перед священником в своём грехе и закончить жизнь на этом. Быть ещё одним исчадьем ада, оскверняющим божьи владения – это последнее, чего я хотела бы от своей жизни.       Сейчас, я чувствую себя львом что закрыли в одной клетке с кучей оленят. То, что я до сих пор ничего не ела после моей первой и роковой «трапезы» является очень сильной проблемой, когда вокруг куча подростков, детей и взрослых. Нужно думать, как мне выбраться в лес. Иначе одной силы воли мне не хватит.       Главное, чтобы меня не забрала какая-нибудь человеческая семья.       В ту же секунду раздался стук в дверь, и, не ожидая приглашения, в дверном проеме выросла миссис Мэнсон, воспитательница в приюте.       — Мисс Вейл, к нам пришли смотреть подростков твоего возраста, спускайся вниз, и оденься поприличнее, — сухо произнесла она и пошла дальше по комнатам. Господи, какого же усилия мне сейчас стоило не броситься на неё. Челюсть была сжата до скрипа, а коленки тряслись от напряжения. Все мое тело вытянулось по струнке.       «Вспомнишь лучик — вот и солнышко» — совсем невесело подумала я и принялась переодеваться. Надела белый сарафан с синими узорами и балетки, что мне выдали здесь.       Спустившись в холл, я увидела шеренгу подростков, они удивлённо перешёптывались. Собрав всю свою волю и остатки самообладания в кучу, втиснувшись в их ряд, я посмотрела на мужчину, что стоял рядом с директором и обомлела: это вампир. Я совсем не слышу биения сердца и циркуляции крови. Неужели Вольтури отправили его по мою душу? Господи, что же делать?!       Вдруг мужчина резко перевел взгляд на меня, и на секунду в его глазах я увидела удивление. Брови приподнялись, но в тот же миг он принял невозмутимый вид, и нежно улыбнувшись, указал пальцем на меня.       — Она, — без лишних слов выбрал он.       Испуг зашевелился под кожей.       — Прекрасный выбор! Кассия Элен Вейл. Она новенькая у нас. Эта красавица из Италии. Совсем недавно стала сироткой, эх. Зато такая послушная! — начал нахваливать директор, уж слишком явно напуская драматичности в свою речь. Мужчина мягко улыбнулся и обратился ко мне:       — Кассия, значит. Меня зовут Теодор Даниэль Блэквуд. Очень приятно познакомиться. Надеюсь, мы поладим.       Он подмигнул, а директор тем временем обратился ко мне.       — Кассия, давай за вещами и ко мне в кабинет.       Я кивнула и поспешила наверх. Собрала сумку, в последний раз оглядела комнату и двинулась в противоположное крыло. Что мне делать? Неужели Вольтури настолько быстро меня нашли? Но мне больше ничего не оставалось, кроме как молиться, что бы он был не их приспешником. По дороге я замечала на себе завистливые взгляды и слышала не совсем приятные высказывания. «Итальянская шлюха» раздалось сбоку. Этих ребят тоже можно понять. Не каждый день в приют заходят одинокие мужчины в красивой и явно недешёвой одежде, а выбирают новенькую, когда другие томятся здесь годами. Но знай они, чего мне сейчас стоит не устроить тут кровавое побоище, они бы в принципе не приходили на смотр, дабы меня поскорее отсюда забрали. Добравшись, я легко постучалась, и после разрешения зашла внутрь, прикрыв за собой дверь. Теодор, сидя за столом, подписывал какие -то бумаги, а Директор расхаживал в доль кабинета.       — Я закончил, — сказал Блэквуд, отодвигая от себя бумаги, будто ребёнок, противившийся каше в детском саду.       — Отлично, тогда с этими бумагами придёте в офис Usa.gov, там Кассии сделают новые документы. Ну а сейчас не смею задерживать, вы можете быть свободны. Прощай, Кассия. До свидания, мистер Блэквуд, — кивнул директор нам, возвращаясь к своим делам.       — До свидания, — попрощались мы в унисон, выходя из кабинета.       — Что ж, Кассия, поехали домой? — улыбнулся Теодор.       — Да. Конечно, — вежливо ответила я, не теряя бдительности. Меня все еще терзала мысль, что он может вернуть меня Вольтури.       Мы покинули здание приюта, свернув на парковку. Теодор остановился на против машины Cadillac V16, и я обомлела. В Вольтерре, застрявшей в семнадцатом веке, мне было непривычно видеть машины совсем недавнего выпуска. Втайне они мне очень нравятся, но маменька не позволяла иметь такие интересы, так что я любовалась ими, только когда приезжали туристы.       Мы сели в машину. Теодор — на водительское сиденье, а я — прямо за ним, с непривычки громко хлопнув дверью.       — Извините, — пробормотала я.       — Ничего, все в порядке, — добродушно ответил Теодор, заводя двигатель. Он не спешил заводить тему о том, кем мы являемся, поэтому я решила начать первой:       — Вы ведь тоже вампир, не так ли? Вольтури уже подали в розыск по мою душу, да? — с ноткой злости спросила я.       — Что? Вольтури? С чего вдруг им тебя искать? Ты что, жила с ними? — засыпал меня вопросами мужчина, выруливая на главную дорогу.       — Так значит, не ищут? Слава Богу. — вздохнула я.       Теодор, заметив, что я не отвечаю на вопросы, касательно Вольтури, не спешил настаивать на ответе, за что я почувствовала благодарность.       Он мягко посмотрел на меня через зеркало в салоне, но в следующий миг изменился в лице и воскликнул:       — Господи, Кассия, когда ты ела в последний раз? Твои глаза чернее ночи, тебе срочно нужно на охоту! — он вернул взгляд на дорогу, заворачивая в пригород.       — Я ела пять месяцев назад. И не собираюсь есть людей. Пусть лучше я буду чувствовать голод, чем совершу такой грех, — обозначила я.       Теодор согласно кивнул.       — Я полностью разделяю твои чувства. Я специально построил дом в глубине чащи, чтобы в любое время охотиться на диких зверей, без лишних ушей. Тебе наверняка понравится. Ты ведь еще не была на охоте?       Я мотнула головой и спокойно выдохнула. Теодор не выглядел, как прихвостень Вольтури. Наоборот, своим добродушием и общительностью он незаметно располагал к себе.       Дальше мы ехали молча. И вот, спустя целый час езды, мы остановились. Теодор вышел из машины и открыл мне дверь. Только я вылезла из салона, как тут же удивлённо ахнула. Двухэтажный дом стоял по среди большой цветочной лужайки, окружённой сказочной красоты лесом.       Подхватив мою сумку, Теодор повел меня к дому. Он выглядел современно. По крайней мере это не каменный замок, а значит там будет явно уютнее. Дом выполнен в чёрно-белой гамме, с понарамными окнами и деревянными элементами. Мы зашли внутрь, и Теодор с нетерпением поскакал на второй этаж по винтовой лестнице, желая показать мне мою комнату. Я поволоклась следом и когда мужчина открыл дверь, я просто обомлела. Комната была шикарной: просторная, светлая и тёплая. Слева от двери стоял высокий шкаф белого цвета с зеркалами на дверцах, справа белый стол с такого же цвета стулом. Напротив двери раскинулось панорамное окно, открывающее вид на зелёную гущу необъятного леса, поражающего своей красотой. Слева от окна стояла полутораспальная кровать, а справа маленький ковер и пуфик, что придавало комнате «подростковости».       — Выглядит... уютно, – неуверенно сказала я.       — А то! — сложив руки на груди, гордо согласился Теодор. — А теперь пойдем на охоту, пока ты меня с голодухи не съела.       — Да, мне не помешает поесть, — не стала спорить я, и мы вышли на лужайку.       Мы стояли напротив ровного ряда деревьев, когда Теодор начал свой инструктаж:       — Ты бегала когда нибудь после обращения?       Я нахмурилась.       — Нет, не доводилось. А что?       Блэквуд улыбнулся.       — То есть, ты не знаешь, что вампиры бегают гораздо быстрее чем люди? Тогда твоя задача догнать меня, — только успел сказать он и сорвался с места, я встала в ступор, удивившись его скорости. Да он летает быстрее, чем его Cadillac! Не став терять времени, я сиганула за ним.       Спустя всего пятнадцать секунд я бежала подле него. Он резко остановился. Я замерла следом. Вдруг до меня донёсся тонкий шлейф приятного аромата и я вдохнула полной грудью.       — Чувствуешь? Где-то поблизости бегает олень. Это твоя первая добыча. Если, конечно, найдешь его быстрее меня, — пояснил Теодор и вновь сорвался с места.       Я, обезумев от желания есть, понеслась сквозь кромки деревьев, ориентируясь на запах. И вот, на поляне, я увидела того, кого так желала отведать: животное ело траву, не обращая внимания на посторонние звуки. Я стремглав набросилась на него, перекусив трахею бедному оленю. Он упал замертво, а я спокойно продолжила свою трапезу.       Когда я доела, Теодор уже стоял рядом, наблюдая за мной.       — Наелась? — спросил он, когда я вытерла губы и встала с земли, отряхивая колени.       — Да, вполне, — довольно протянула я.       — Тогда давай вернёмся домой, мне скоро на работу, — поторопил мужчина, разворачиваясь в сторону дома.       — Кем вы работаете, если не секрет?       — Я врач в городской больнице. Кардиохирург, — пояснил Теодор, и поспешил к дому.       Мы сидели у камина, на диванчиках, стоящих напротив друг друга.       — Теодор, как вы обратились? Простите, если этот вопрос показался вам бестактным… — спросила я, заранее извинившись.              — Не имей такой привычки извиняться попусту. А обратился… В тысяча девятисотом году была пандемия чумы, мне было тридцать три, когда я лежал при смерти в больнице Чикаго. Моим лечащим врачом был Карлайл Каллен, он был вампиром. Когда мне оставалось чуть ли не пару дней, он обратил меня, мы были в процедурном кабинете. Затем он принял меня в свою семью, и я прожил с ними пятнадцать лет, тоже став врачом. А в тысяча девятьсот пятнадцатом я нашел себе девушку и уехал с ней сюда. Но год назад наши пути разошлись, и теперь я живу тут один. Но ты не представляешь, как я мечтал о дочери в свои годы. И лишь сейчас мне пришла идея найти вампирёныша в приюте. Мне так повезло, что я встретил тебя, Кэс, — тепло улыбнувшись закончил он.       — Кэс? — удивилась я такому сокращению.       — Ты не против так общаться? Ты можешь звать меня просто Тео, или папа, когда станет удобнее, — предложил Теодор.       — Я не против, — улыбнулась я. — А насчет Карлайла, видимо он хороший вампир. А его семья, они тоже обращённые им?       — Да, Каждого из них он обратил сам, когда те были при смерти. Самой старшей была Розали, эту девушку он спас, когда та истекала кровью. Ее забили до полусмерти друзья её жениха вместе с ним. Карлайл в последний момент обратил её. Но она не совсем рада этому шансу. А впрочем, это не важно, — он мельком посмотрел на наручные часы и поднялся с дивана. — Мне пора на работу. Не скучай, — улыбнулся он и ретировался в свою комнату.       Я же решила пойти к себе и поднявшись по лестнице, плюхнулась на кровать, не стесняясь того, как неэтично это выглядит. С Теодором хочется быть собой, и не соблюдать никаких манер, в прочем он только за, раз просит звать его просто «Тео». Папенька мне голову бы отрубил, узнай он, как я его зову в сокращении. Но это совсем не важно, пожалуй лучше поспать.       Кстати, о сне. К шоку семьи Вольтури, я могу спать. Это узналось, когда я ночью, сходя с ума от скуки, решила попробовать заснуть, и у меня это получилось! Но засыпаю я только тогда, когда сама этого хочу, всё-таки, вампиры не устают. Да и не сказать, что это именно сон, скорее, просто погружение глубоко в сознание с закрытыми глазами.       Но я даже этому рада. Всяко лучше, чем бесконечно бодрствовать. Поэтому, подобрав под себя одеяло и положив руку под подушку, я провалилась в глубокий, но все же беспокойный сон.