Волк, который завоевал

Война вступила в решающую стадию. Робб стремился сплотить свою коалицию, тогда как ненависть между Станнисом Баратеоном и Ланнистерами вылилась в череду ожесточённых столкновений. ДАВОС Перед ним бурлил широкий и стремительный поток Черноводной. За ним лежал город Королевская Гавань — их конечная цель и город его юности, к которому он испытывал странную смесь отвращения и привязанности. Если бы он не знал так близко его гнилое нутро и зловонный запах нечистот, то, пожалуй, увидел бы в нём сияющий маяк грядущей победы. Но стоило лишь взглянуть на то, что стояло между ними и городом, — и любого человека, хоть немного наделённого здравым смыслом, охватывал страх. Чтобы хотя бы подойти к тем убийственно крепким стенам, нужно было переправиться через реку. А враг явно не собирался позволять им это просто так. Давос понимал: за каждую удачу приходится платить, за каждую милость — расплачиваться. Он усвоил это ещё мальчишкой, перебиваясь жалким заработком в трущобах. Позже — контрабандистом, заключая странные союзы с людьми сомнительной чести, но своеобразного кодекса. Поднявшись рядом со Станнисом Баратеоном, он вновь и вновь убеждался в этой простой истине. Рыцарство дало ему подобие статуса, но вынудило изменить самого себя. Оно вытащило жену и детей из грязи — и лишило их тех суровых уроков, что закалили его характер. Если у него и оставались сомнения, всё, что он видел на службе у короля с начала войны, развеяло их. Их дело было отчаянным: Станниса игнорировали и презирали прочие претенденты на трон. Давосу не раз приходилось ночевать в холоде, когда их не пускали в один замок за другим. «Станнис Баратеон? Кто примет его своим королём?» — говорили им. Теперь всё изменилось, но радости он не чувствовал. Их уже нельзя было игнорировать. Это были не пять тысяч оборванцев с Узкого моря, а великая рать из Королевских земель и Штормовых земель. Если бы цена заключалась лишь в том, что самого Давоса отодвинули подальше от центра власти, он бы охотно её заплатил. Но всё было сложнее. И, возможно, только он знал истинную цену. Тёмная и злая тень преследовала его по ночам, терзая совесть. Какой человек станет служить столь мрачной цели? Нет, думал он. Так нельзя. Станнис возвысил его, и Станнис — его король. Либо победа, либо небытие в поражении. Но он поклялся себе, что будет сражаться за Станниса — не за Красную женщину. И если настанет день, когда можно будет быть за короля и против неё одновременно, он будет готов. Погода лишила их главного преимущества. Свирепые ветра с Узкого моря терзали побережье. Плыть в таких условиях было бы безумием, и Давос благодарил Семерых, что король не зашёл так далеко, чтобы поверить в разговоры о жертвах огненному богу ради усмирения бурь. Можно было выждать. Он сам советовал это, и многие лорды поддержали его. Но Станнис был непреклонен — особенно после вести с запада. Робб Старк был коронован в Горьком Мосте рядом со своей новой женой из дома Тиреллов — королём не только своих северных пустошей, но всей страны. Когда письмо зачитали на военном совете, Давос увидел, как близок был Станнис к утрате железной выдержки. «Неужели нет ни одного лорда, который не узурпировал бы своего законного короля?» — произнёс он, сжав кулаки. Это и подтолкнуло их к решению. Люди Узкого моря сошли с кораблей и соединились со штормовиками. Они решили форсировать реку по суше против лорда Тайвина и взять город числом — двадцатью тысячами. Армия выстроилась. В центре — король, окружённый своими давними сторонниками: рыбаками и докерами Узкого моря под знамёнами домов валирийского происхождения — Веларионов, Селтигаров, Бар-Эммонов. Слева — люди Простора во главе с лордом Алестером Флорентом. Справа — штормовики под командованием старого лорда Элдона Эстермонта. Перед войском лежали сотни плотов и понтонов. Барабаны били наступление. Лорд Тайвин успел подготовиться: его войска отступили за реку и соединились с гарнизоном города. Перед ними выросли рвы и частоколы. Битва началась дуэлью скорпионов и лучников. Небо над Черноводной потемнело от стрел. Первые понтоны столкнули в воду. Люди гребли под щитами. Ланнистерские скорпионы били метко — каждый удачный выстрел уносил десятки жизней. И всё же переправа шла. Люди высаживались, закреплялись, продвигались вперёд. А потом река взорвалась. Ярко-зелёное пламя взметнулось к небу, превратив воду в кипящий ад. Люди горели заживо, плоты вспыхивали, крики доносились через поле. От дикого огня нельзя было уплыть. В этот момент Ланнистеры обрушились на тех, кто уже переправился. Оказавшись между огнём и врагом, многие бросали мечи и падали на колени. Пламя становилось опасным и для самих Ланнистеров. Вода кипела, берега тлели. — Трубите отступление, — приказал Станнис. Юный оруженосец осмелился возразить: — Ваша милость, люди… сотни погибнут. — Тысячи, — ровно ответил король. Сигнал отступления разнёсся по полю. Но исход уже был решён огненной стеной. Давос не обнажил меча, но чувствовал себя выжатым до конца. Он думал о сыновьях. Деван был при короле, но старшие — в гуще боя. Когда армия отошла на безопасное расстояние, собрали военный совет. Лорд Эстермонт пал вместе со своими людьми. Флорент негодовал: — Подлая уловка! Без неё день был бы наш! — Они победили, — резко ответил лорд Карон. — В этом и есть война. Флорент вспыхнул: — Если бы леди Мелисандра была с нами… Давос не выдержал: — Если её пророчества так верны, почему она не увидела сегодняшней беды? Станнис оборвал спор: — Большая часть армии цела. Значит, они поторопились. Ложный король всё ещё окружён голодными и злыми людьми. И завтра будет так же. — Вы снова попробуете форсировать реку? — спросил Веларион. — Нет, — ответил Станнис. — Река горит. Мы двинемся вверх по течению, перейдём её в более узком месте и ударим по сухопутным стенам города. Наступила тишина. Это был единственный возможный план. Альтернатива — сидеть и ждать, пока победа ускользнёт, а Робб Старк сплотит королевство под своей рукой.