Я верю в тебя

План был прост до гениальности: держаться на расстоянии двадцати метров, не шуметь и ни в коем случае не попадаться Бакуго на глаза. Киришима, как идейный вдохновитель, шёл первым, за ним гуськом — Каминари, Ашидо и Сэро. Чуть поодаль, с невозмутимостью профессионального шпиона, двигался Тодороки. Иида замыкал процессию и всю дорогу шипел, что это неправильно, но шаг не замедлял. — Почему мы опять это делаем? — прошептал Каминари, прячась за торговым автоматом у школьных ворот. — Если он нас заметит — мы трупы. Буквально взорванные трупы. — Потому что мы друзья, — так же шёпотом, но с железной убеждённостью ответил Киришима. — А друг не бросает друга, даже если друг — ходячая взрывчатка. — Я просто хочу увидеть его лицо, когда он не орёт, — мечтательно протянула Ашидо. — Должен же он уметь улыбаться. Тодороки не участвовал в перешёптываниях. Он просто стоял, прислонившись к столбу, и следил за воротами. — Он вышел. Бакуго прошагал мимо в своём обычном темпе — быстром, рваном, будто ему не терпелось покинуть территорию. Сумка болталась на плече, в одной руке зажат телефон, в другой — пакет из школьного магазина. — За ним, — скомандовал Киришима. Автобус, пятнадцать минут тряски в душном салоне. Бакуго сидел у окна, глядя в одну точку, и даже не заметил пятерых одноклассников, набившихся в хвост автобуса. Один раз он дёрнулся, когда школьница рядом громко засмеялась, и Киришима увидел, как пальцы Бакуго сжались на коленях. — Он нервный, — прошептала Ашидо. — Он всегда нервный, — отмахнулся Сэро. — Но сегодня как-то особенно. Бакуго вышел на остановке «Больница Мустафа». Группа едва не пропустила этот момент — пришлось вываливаться через заднюю дверь в последнюю секунду. Больница встретила их запахом антисептика и тихим гулом аппаратов. Медсестра на посту, завидев Бакуго, улыбнулась: — Изуку-кун сегодня в парке, Кацуки-кун. Мы разрешили ему чуть больше времени на воздухе. — Спасибо, — коротко бросил Бакуго и свернул к стеклянным дверям во внутренний двор. Класс переглянулся. Кацуки-кун. Изуку-кун. Медсестра говорила с ним как с постоянным посетителем. Как с родственником. Как с тем, кто приходит каждый день. — За ним, — одними губами произнёс Киришима. --- Парк при больнице был небольшим, но ухоженным. Деревья бросали пятнистую тень на асфальтовые дорожки, в центре журчал фонтан. Апрельская зелень была свежей после недавнего дождя, и воздух пах влажной землёй и жасмином. Под большим цветущим деревом, в тени, сидел парень в больничной одежде. На вид — их ровесник. Тёмно-зелёные, чуть вьющиеся волосы. Бледная, но приветливая улыбка. Веснушки, разбросанные по щекам, как маленькие звёзды. Он что-то писал в блокноте, то и дело поглядывая на фонтан. И он сидел в инвалидной коляске. Класс замер. Урарака (она увязалась следом, хотя её никто не звал) прижала ладонь ко рту. Иида застыл с поднятой ногой для шага. Каминари побелел. — Он… — голос Джиро, которая тоже каким-то образом здесь оказалась, сорвался. — Он в коляске?.. Бакуго ничего не ответил. Он просто пошёл вперёд — быстрее, чем шёл по коридору, — и почти бегом преодолел расстояние до скамейки. — Каччан? — парень поднял голову и улыбнулся. — Ты рано! Я думал, ты в двенадцать… Ой. Потому что из-за деревьев на дорожку высыпала целая толпа. — Вы… вы все пришли? — он посмотрел на Бакуго. — Каччан, ты им сказал? — Они сами, — буркнул тот, становясь рядом с коляской так, будто это было самое естественное место в мире. — Пришлось привести. Или бы они сами припёрлись, ещё хуже было бы. Повисла тишина. Первой шагнула вперёд Ашидо. — Меня зовут Ашидо Мина, — сказала она, и её голос дрожал. — А это Киришима, Каминари, Сэро, Тодороки, Иида, Урарака и Джиро. Мы одноклассники Бакуго. И мы… мы не знали. Прости, что мы вот так врываемся, но мы так волновались за него! Он каждый день убегал, и мы думали… — Что я в беде? — хмыкнул Бакуго. — Ну типа того! — выпалил Каминари. — А ты, оказывается, просто… — Друга навещаю, — закончил за него Бакуго. — Да. Слово «друг» повисло в воздухе и упало в тишину, как камень в воду. Парень в коляске улыбнулся — светло и немного удивлённо. — Меня зовут Мидория Изуку. И да, Каччан приходит каждый день. Я очень рад наконец-то познакомиться с вами. — Ты… — Киришима шагнул вперёд. — Ты знаешь его с детства? — С пелёнок, — ответил Деку. — Мы выросли вместе. — И он тебя… — Киришима осёкся, но Изуку понял. — Он меня не мучает, — спокойно сказал он. — Уже нет. Теперь он мне помогает. И, кажется, я тоже ему немножко помогаю. — Он помогает, — тихо вставил Тодороки. — Я заметил. Бакуго фыркнул и отвернулся, но его рука лежала на ручке коляски, и он не убирал её. Вообще. Остаток получаса прошёл в awkward, но тёплых расспросах. Деку расспрашивал про причуды, и когда Киришима продемонстрировал затвердение на руке, его глаза загорелись тем самым огнём, который потом назовут «режимом анализа». Он начал записывать, бормотать, задавать вопросы — и остановился, только когда Бакуго рявкнул: «У него режим! Хватит!» — Уже? — расстроился Деку. — Завтра допишешь. — Обещаешь, что завтра мне расскажешь про остальных? — Обещаю, — буркнул Бакуго и покатил коляску к выходу. Класс проводил их взглядами. Урарака всхлипнула. — Я поняла, — прошептала она. — Вот почему он так спешит. Вот почему он аккуратно дверь закрывает. Он… он каждый день сюда приходит. К нему. — Это так мужественно, — сказал Киришима. — По-настоящему мужественно. Тодороки ничего не сказал. Но когда они вышли из парка, он подошёл к Киришиме и произнёс: — Мидория Изуку. Я слышал эту фамилию. В отчётах об инциденте в Альдера. Он был без причуды, но бросился в эпицентр, чтобы спасти кого-то. Ещё до поступления в Юэй. — То есть он тоже хотел быть героем? — тихо спросил Сэро. — Хочет, — поправил Тодороки. — Не «хотел». Он сказал «стану героем отсюда». Это намерение — в настоящем. — Тогда, — Киришима сжал кулак, — мы поможем. Оба! Если у пацана есть мечта, мы обязаны поддержать! Ему никто не возразил. --- Прошла неделя. Айзава вошёл в класс с необычным выражением лица — не усталым, а скорее оценивающим. — С сегодняшнего дня у вас будет новый консультант по тактическому анализу. Он не из числа профессиональных героев и не будет присутствовать физически. Но его аналитические схемы уже загружены в систему полигона. Для вас он будет «Аналитик Мидория». Класс замер. Те, кто был в парке, выпрямились как по команде. Бакуго уставился в парту и сжал кулаки. — Его зовут Мидория Изуку, — продолжил Айзава. — Он ровесник вам. Поступить в Юэй пока не может по медицинским причинам. Но его аналитические способности оценены директором Нэдзу и мной. — Сенсей! — взметнулась рука Ииды. — Позвольте уточнить: если он будет влиять на наш учебный процесс, мы должны знать его квалификацию! Айзава лениво посмотрел на Ииду, потом перевёл взгляд на Бакуго. — Квалификация, — сказал он, — в том, что он разобрал причуды половины этого класса за пять минут разговора в больничном парке. Иида медленно опустил руку. В тот же день состоялась первая тренировка с тактическими схемами. Киришима получил инструкцию уклоняться от льда Тодороки короткими рывками. Ашидо — создавать кислотную опору на скользкой поверхности. Каминари — использовать электричество дозированно, чтобы не перегружаться. Тодороки — комбинировать лёд и огонь. — Он знает, — прошептал Тодороки, перечитывая свою схему. — Он знает про мою левую сторону. И он не боится об этом говорить. Бой длился двенадцать минут и закончился с минимальным перевесом. Когда прозвучал отбой, Тодороки стоял тяжело дыша и смотрел на потухший экран. — Он предсказал каждый мой шаг. — Это было офигенно! — выдохнул Киришима. — Я как будто знал, что делать! — Я впервые не вырубился, — Каминари выглядел так, будто выиграл в лотерею. Бакуго не участвовал в обсуждении. Но когда класс возвращался в корпус, он достал телефон и написал одно сообщение: «Твои дурацкие схемы сработали, задрот». Ответ пришёл мгновенно: «Я знаю! Я смотрел трансляцию! ^_^» --- День в USJ начался с хороших новостей. Изуку впервые за долгое время покинул больницу — не на прогулку в парк, а на настоящий выезд. Его подняли на смотровую платформу и установили оборудование: мониторы, гарнитуру, камеры. Он был Мозгом класса, и сегодня ему предстояло работать вживую. А потом в центре атриума раскрылся чёрный портал. Изуку увидел это раньше всех — камеры зафиксировали аномалию за секунду до того, как тьма хлынула в зал. Он нажал кнопку связи и произнёс — громко и отчётливо: — Ребята! Слушайте меня! Это не симуляция! Это реальное нападение! У портального причуда пространственного искажения — он может разделить вас! Не дайте ему… — РАССЕЯТЬ ВАС ПО ВСЕМУ КОМПЛЕКСУ! — закончил вместе с ним Айзава, но было поздно. Бой начался. То, что произошло дальше, потом назовут легендарным. Иида ушёл от портала Курогири за долю секунды до того, как тьма сомкнулась на том месте, где он только что стоял. Тодороки выставил лёд в ту точку, куда через полсекунды открылся портал. Ашидо и Киришима двигались слаженно, как единый организм. — Я вижу закономерность! — голос Деку в наушниках у всех. — Портал открывается с задержкой в полсекунды после движения глаз! Следите за его взглядом! — Работает! — крикнул Тодороки. А потом на платформу проникли злодеи. Двое. Один приземлился у дальней стены. Второй — прямо перед коляской Деку, выставив костяные лезвия. — О, а это что за птичка? — осклабился он. — Инвалид? Ты тут типа наблюдатель? Изуку смотрел на него, и его сердце колотилось в горле. Но он не закричал. Не отвёл взгляд. Он включил громкую связь и сказал: — Каччан. На платформе двое. Один с лезвиями. Приближается. Внизу, в разгаре боя, Бакуго замер на долю секунды. И рванул. Он взлетел по лестнице, перепрыгивая через ступени, оставляя за собой дымный след. Стекло смотровой платформы разлетелось вдребезги от мощного взрыва. Бакуго приземлился между злодеем и коляской с ладонями, горящими как маленькие солнца, и выражением такой ярости на лице, что злодей попятился. — Ты, — прорычал Бакуго, — посмел подойти к нему. Бой был коротким. Злодей рухнул без сознания. Второй сбежал. Медсестра дрожала в углу, а Бакуго, тяжело дыша, схватился за ручки коляски. — Ты… — выдохнул он. — Ты как? — В порядке. Он меня даже не коснулся. Я знал, что ты придёшь. — Конечно, я пришёл! — взорвался Бакуго и тут же осёкся. — Ты! Ты мог! Если бы я опоздал… — Ты не опоздал. И слушай: внизу ещё идёт бой. Иида вырвался и бежит за подмогой. Айзава-сенсей ранен. Урарака и Тодороки держат центр. Возвращайся к ним. — А ты? — Я останусь здесь и продолжу координировать. Это моя работа. Я аналитик класса 1-А. Бакуго посмотрел на него долгим взглядом, потом резко выдохнул. — Если ещё хоть один появится, — предупредил он медсестру, — ты орёшь в микрофон, и я возвращаюсь. — К-конечно, Бакуго-сан. — Каччан? — окликнул Деку. — Удачи. — Мне не нужна удача. У меня есть твои дурацкие схемы. И он спрыгнул вниз, обратно в бой. А аналитик остался на платформе и продолжал вести свой класс к победе. Когда всё закончилось, когда прибыли учителя, а злодеи отступили, Айзава, которого несли на носилках, на секунду пришёл в сознание и увидел Деку, смотревшего вниз сквозь разбитое стекло. — Мидория, — прохрипел он. — Твоя координация спасла Ииду. И Тодороки. И, возможно, меня. Хорошая работа. — Спасибо, сенсей, — тихо ответил Деку и закрыл глаза, позволяя себе наконец выдохнуть. --- Бар был тёмным и прокуренным. Шигараки Томура сидел у стойки, вцепившись скрюченными пальцами в собственную шею. Телевизор показывал запись с камер USJ — ту, что успели перехватить до отступления. На экране застыл мальчик в больничной одежде, сидящий в инвалидной коляске перед мониторами. Худой, бледный, с тёмными кругами под глазами, но с выражением лица, которое Шигараки слишком хорошо знал. Так смотрят гейм-мастеры, когда просчитывают следующий ход. — Вот он, — Курогири указал на экран. — Мидория Изуку. Аналитик класса 1-А. Беспричудный. Парализован после обрушения школы. — Беспричудный, — медленно повторил Шигараки. — И он вёл их. Всех. С коляски. Ты понимаешь, Курогири? Это как играть в шахматы, когда у противника вдвое больше фигур, а ты всё равно выигрываешь. — Они привязаны к нему, — заметил Курогири. — Особенно Бакуго. Когда тот злодей приблизился к платформе, Бакуго оставил центральный бой и бросился туда. — Я видел, — Шигараки перестал расцарапывать шею. — Он не просто их мозг. Он их сердце. Тот, за кого они умрут. И тот, кто умрёт за них. Он помолчал и добавил: — Мы должны узнать о нём всё. Всё. Где лежит, кто навещает, какие у него прогнозы. Если мы хотим сломать класс 1-А, нам нужен он. Мидория Изуку. Мозг. Сердце. И ключ. Курогири склонил голову: — Прикажете начать сбор информации? — Всё, — ответил Шигараки. — Я хочу знать каждую деталь. Но запомни: он — не слабое звено. Он — самое сильное. И с сильными мы играем по-особенному. --- В тот же вечер, когда Изуку вернулся в больницу, его ждал посетитель. Всемогущий, в своей тощей форме, сидел на стуле у окна и ждал. — Молодой Мидория. — Всемогущий-сенсей! — глаза Деку загорелись. — Я говорил с врачом, — Тошонори подался вперёд. — Ваши аналитические способности исключительны. Вы разбираете причуды быстрее, чем многие профессиональные аналитики. И теперь, после USJ, это очевидно всем. — Спасибо, — прошептал Деку. — Но я просто делаю что могу. — Я знаю. И поэтому хочу предложить вам кое-что. — Всемогущий сделал паузу. — Юэй может организовать для вас дистанционное обучение. Аналитика, стратегия, тактическое планирование. Когда — не «если», Мидория-сёдзё, когда — вы встанете на ноги, вы будете готовы. А пока Юэй может стать вашим местом. Хотя бы через экран. Слёзы потекли по щекам Деку раньше, чем он успел их остановить. — Я… я смогу… я смогу помогать им. Не просто ждать здесь. А реально помогать. — Сможете. И не только им. Всему классу 1-А. Если вы согласны. — Я согласен! — выпалил Деку. — Я… спасибо. Спасибо! Позже, когда Всемогущий ушёл, Изуку открыл ноутбук. В чате класса 1-А его ждало сообщение — короткое, всего две строки: Бакуго Кацуки: Слышал, ты теперь официально в Юэй. Бакуго Кацуки: Не подведи. Изуку улыбнулся и начал печатать ответ. Аналитик Мидория: Не подведу, Каччан. Обещаю. За окном зажигались городские огни. Где-то далеко, в тёмном баре, злодеи плели свои сети. Но здесь, в больничной палате, мальчик в коляске смотрел на экран и видел не тьму, а свет. Свет двадцати друзей, которые теперь были его классом. Его командой. Его семьёй. И он знал: это только начало. ------------------------------------------------ От автора: Я немного сбилась, и выпускаю не каждый день а каждые несколько часов... Но я рада что мой фф читают!! Ждите следующих частей!! |･ω･)