Её маленькая ведьма

Сентябрь

— Ладья на D6 — Илья, словно полководец, восседал на горе мягких подушек и старательно руководил атакой. Ладья передвинулась на необходимую клетку, попутно скидывая противника за борт доски. Кондратюк издал пораженческий стон — белых фигур осталось всего ничего. Эх, придётся плясать под дудку Малинина. Голос Дэвида Боуи заполнял гостиную. Обычно суетливые студенты, разбрелись по всей комнате и равномерно раскачивались в такт мелодии, позволяя ей успокоить насыщенный событиями день. Эмбер перебирала пластинки, тонкие пальцы с особым трепетом водили по картонному конверту, желая в точности очертить обложку альбома. Этим летом дедушка подарил потрясающий проигрыватель. Электронный. Ярко алый. С золотыми надписями по краям и крепкими металлическими защёлками на боках. Такой, что ему самое место в спальнях Гриффиндора. И Гленн не могла отвести от него глаз, желая демонстрировать каждому встречному. Её страсть к музыке была почти такой же всепоглощающей, как и у дедушки. Хотелось вслушиваться в каждую ноту, в каждый аккорд. Разбирать текста и искать в каждом слове скрытый, удивительный смысл. И строчить объёмные письма, рассказывая дедушке о новых открытиях. И когда пожилой мужчина вручил внучке подарок, Эмбер едва не заплакала от восторга с благоговением рассматривая стопку пластинок, лежавших рядом. В учебном году в её арсенале появился отличный способ развеять голову от вечно кипящих мыслей. — Он велел нам не профукать шанс, потому что, он знает, что оно того стоит, — Марк подпевал, заставляя Туктика болезненно морщиться от непопадания в мелодию. Парня не сколько не расстраивала реакция гриффиндорки — он во всю отдавался моменту. — Эй, не отвлекайся. Ещё чуть-чуть и будешь должен мне желание, — Илья пихнул товарища в колено. Партия складывалась как по маслу, Илья слегка подпрыгивал на подушке нетерпеливо ожидая её окончания. — Отвали, — Марк шутливо отмахнулся, продолжая отбивать носком ботинка заводной ритм. Впрочем, и от доски староста не отходил. Каким бы безалаберным весельчаком Марк не был, но слово всегда держал. И если уж согласился играть на желание, то так тому и быть. — Вот и славно, — Малинин потёр ладони. — В этом году турнир по шахматам мой! Эмбер внимательно посмотрела на друга и недоверчиво хмыкнула. Илья молодец: в шахматах, как и в квиддиче, таланта ему не занимать. Да и голова работала ясно, подкидывая парню верные решения. Вот только... С маленькой слизеринской звёздочкой ему не сравниться. Девушка изящна в каждом движении, в каждом ходу, в каждом намерении. Всякий раз, когда она руководила фигурами, решительно отдавая им приказы, внутри Эмбер что-то замирало и тут же разливалось приятными волнами по телу. За Петросян хотелось наблюдать. Не моргая.  Чтобы не упустить ни одного её вздоха. — Байда, — громко выругалась Брук, вырывая Эмбер из потока мыслей. Старшая сурово глянула на сестру, догадываясь, что та может выразиться и более красочно. — Что? Это не ругательство, за него нельзя снять очки! — С чего вдруг такая уверенность? — Эмбер приподняла правую бровь, складывая руки на груди. Мерлин, за последнюю неделю Брук чего только не наслушалась от старшекурсников и теперь подбирала для себя любимые слова, афоризмы и эпитеты. Из последнего, которым она гордо поделилась с Эмбер было: «Гиппогриф мне в задницу». Гленн долго убеждала сестру, что с мамой лучше не делиться в письмах новыми открытиями. — Александра подсказала, — Брук продолжала раздражённо размахивать палочкой — перо вспыхнуло, сгорая на глазах до тела. Выпятив нижнюю губу, девочка смахнула остатки пепла на ковёр и коротко заключила. — Дерьмо... — Брук! — Что «Брук»! — передразнила сестру первокурсница. — Это дурацкое «Вингардиум Левиоса» никак не выходит. Какая-то жопа. Девочка ещё больше насупилась и откинулась на спинку дивана. Её настроение граничило с капризной нервозностью и плаксивой обидой. Так нечестно, у Эмбер всегда всё получается естественно и Брук верила, что посещая все занятия, магия поддастся ей так же легко. А тут первое заклинание уже висело над ней, как топор над гусыней. Эмбер осторожно присела рядом, чуть поднимая руку и приглашая младшую в объятье. Брук обидчиво отвернула голову, всем видом демонстрируя непреклонность. Но, шмыгнув носом и кулачком вытирая первые слёзы, быстро изменила решение, крепко прижимаясь к боку Эмбер. Девушка нежно массировала спину первокурсницы, крепко держа в объятиях и успокаивающе раскачивая из стороны в сторону. Боуи замолчал, передав бразды правления ливерпульской магловской четвёрке. Эмбер неосознанно тихонько напевала малышке, о том, что солнце вот-вот взойдёт. И, кажется, Брук ей верила: дыхание замедлялось, переходя в более спокойные и плавные вздохи. Отстранившись, девочка небрежно вытерла нос рукавом мантии, вызывая тихий смех старших ребят. Туктик заботливо протянула пакетик сахарных мышек, запрятанный где-то в её многочисленных карманах. Брук вытянула мышку в розовой посыпке и с особым рвением отгрызла хвост. — Ну что, манчкин, попробуем ещё раз, — Эмбер легонько боднула в плечо младшей. — Помни, магия — это эмоции. И у тебя всё получится. Брук направила палочку на новое перо, крепко сжав её в пальцах и вызывая сноп ярких искр. Потеряв терпение, девочка тыкал палочкой буквально во всё, что попадало в её поле зрения, звонко крича «Вингардиум Левиоса». В какой-то момент очередь дошла до коробки с печеньем Ильи, стоявшей на краю стола. И почему-то именно сейчас заклинание сработало, поднимая её вверх тормашками и раскидывая по ковру кусочки рассыпчатого шоколадного печенья. Брук издала победный клич. Эмбер извиняюще посмотрела на друга. Туктик и Марк без стеснения гоготали на всю гостиную. А Малинин смущённо почесал подбородок: матушка расстроилась бы узнай, что случилось с её кулинарным шедевром. А им это ещё убирать... — О, подождите, — Илья вскинул руку вверх, радуясь неожиданному гениальному решению. — Акцио, электровеник! Откуда-то из глубины спален послышался свист, а через секунду на Малинина посыпался дождь из десятка электрических зубных щеток. Парень и сам до конца не понимал, что хотел вызвать. — Электровеник? — Марк недоуменно посмотрел на девушек. Едва не задыхаясь от смеха, Эмбер выдавила: — Он хотел сказать — пылесос. Маглорожденные студенты покатились со смеху, заполняя башню Гриффиндора звонким хохотом.

── ⋆✴︎˚｡⋆ ──

Не смотря на теплую сентябрьскую ночь, стены замка охлаждали воздух. Сквозной ветер неприятно забирался за шиворот мантии ледяной рукой. Эмбер поёжилась, поднимая воротник и втягивая голову в плечи. Обходы. Теперь девушка знала наверняка, что именно ей не нравится в обязанностях старосты — бесконечные ночные обходы. Как будто в такую пору кто-то высунет нос из теплых гостиных факультета. Ага, держи карман шире! Будь воля Гленн, она бы тоже сидела в спальне, укутавшись в махровый плед и разбирая ненавистные зелья. Хотя кого она пытается обмануть — девушка будет оттягивать домашку от Тутберидзе до самого последнего дня. Ну не выходят у неё эти чёртовы зелья! Ну забывает она положить какой-то ингредиент в котёл! А Малинин, желая узнать где они ошиблись, направляет палочку и, произнося отслеживающие заклинание, случайно взрывает их совместное варево. Прям команда мечты. Здорово, что хотя бы на поле у них складывался идеальный тандем. Хотя в прошлом году кубок достался Слизерину... Теперь необходимо отстоять честь факультета и работать в два, а то и в три, раза больше. А ещё нужно сосредоточиться на СОВ: от них зависит как сложатся выпускные курсы. Эмбер каждой клеточкой тела мечтает стать мракоборцем. Как отец вести расследования, выискивать тёмных волшебников и устраивать полномасштабные магические дуэли. Вот только зелья и тут портят всю картину. Мракоборцы обязаны разбираться в зельях. Или, на худой конец, получить «В» по СОВ и ЖАБА. А у Эмбер пока что только жаба. Требовательная, самоуверенная, злобная жаба, занимающая пост профессора зелий. Декан Слизерина. Жаба, душащая её мечту своими цепкими пальцами. И как бы Гленн не старалась, казалось, чем больше она прикладывала усилий, тем меньше концентрировалась на рецепте зелий, допуская один промах за другим. Тутберидзе видит всё. Точнее не всё. Старания Эмбер колдунья игнорировала, отмечая лишь неудачи гриффиндорки. И хотя эссе с большего были отмечены «В», в практической части девушка скорее была ближе к «Т». Но комментарии про тролля пока что получал только Малинин. Вот бы кто-то помог ей с зельями... Но таких вариантов нет. Девушка неоднократно обращалась за советом к Гоголеву. Но парень всегда так замудрёно объяснял, что Эмбер отключалась уже через полчаса, никак не улавливая суть сложных формулировок. Где-то вдали послышался шорох. Вынырнув из собственных рассуждений, Эмбер во всю навострила слух, стараясь разобрать происходящее. Перешёптывания. Отбой давно объявлен, а значит, либо кто-то нарушает правила потехи ради, либо какая-то парочка решила устроить романтическое рандеву в коридорах замках. В любом случае придется пресечь ночную вылазку на корню. Эмбер раздражённо сжала кулаки. Больше обходов её раздражало только одно — случайно набрести на нарушителей правил. Ну почему именно в её смену? Гриффиндорка осторожно, словно грациозная кошка, подобралась к гобелену. За ним точно кто-то был. Студенты. Двое. — А вдруг нас кто-то засечёт? — Нервозность сквозила в голосе нарушителя. Ответом была лишь тишина. Парень, судя по голосу, нерешительно продолжил. — Ладно, если ты уверена... Эмбер не желала узнавать кто в чём уверен или нет, рывком распахивая гобелен, скрывающий тёмный узкий коридор. И застыла. Перед ней возник темноволосый парень, весь съёжившийся от неожиданного появления старосты. Семикурсник, судя по нашивке на мантии. Ревенкло. А напротив, лениво облокотившись на стену, стояла она. Её маленькая слизеринская ведьма. Не её. Нет. Её подруга. Мысленно поправила себя Эмбер. И судя по раздражённому взгляду брюнетки, у девушки было ночное свидание, которое Эмбер умудрилась разрушить. От этой мысли внутри что-то неприятно сжалось, отдаваясь пронизывающим холодом в груди. Глаза неожиданно защипало, от чего хотелось их крепко зажмурить. Это раздражение, поправила себя Эмбер. Разочарование, от того, что какой-то рослый болван умудрился очаровать столь утончённую кроху. Злость, что решил не выбирать кого-то по возрасту, а лез к юной девушке, для которой переплетённые руки уже казались чем-то большим. — Что ты задумал? — Эмбер, совершенно не замечая резкости в собственном голосе, уверено шагнула вперёд, чуть загораживая собой Аделию. — Ничего, абсолютно ничего, — студент торопливо засунул руки в карманы, определённо что-то скрывая в их глубине. — Тебе показалось. — Показалось, что два студента шатаются среди ночи по замку во время отбоя? — Гриффиндорка размяла шею. Неужели так сложно сказать всё как есть, упростив всем жизнь. Но интуиция подсказывала, что не всё так просто. — Выверни карманы. — Что...я… Ты не имеешь права! — Я староста. И прав у меня определенно больше, чем у студента, игнорирующего школьный режим вместо того, чтобы тихонечко посапывать в своей спальне, — девушка набрала в лёгкие воздуха и крепко сжала палочку. — Повторюсь, покажи содержимое карманов. — А вот хрен тебе! — Как скажешь... — по всей видимости парень не собирался упрощать ей задачу. Эмбер решила не тянуть лепрекона за уши. — Акцио. Из кармана вылетели пара жвачек, связка перьев, сложенный в несколько раз пергамент и миниатюрный флакончик с чем-то золотистым внутри. Эмбер на лету схватила прохладное стекло. Остальное содержимое карманов полетело на каменный пол. Но парень даже не дёрнулся в их направлении, испугано глядя на находку Эмбер. Похоже всё-таки не свидание. Изначальное раздражение медленно, словно дикий зверь, разжимало когти с груди, давая возможность Эмбер глубоко вдохнуть и шустро сложить таинственный пазл. Глаза старосты сузились. Контрабанда. Гленн недоверчиво окинула взглядом слизеринку. Девушка абсолютно игнорировала внимание старшей, старательно разглядывая маникюр на правой руке, словно в мире нет ничего интереснее. Поза наигранно расслаблена, подбородок поднят и только часто вздымающаяся грудь выдавала её волнение. Теперь понятно, кто тут главный зачинщик. Маленькая ведьма не столь безобидна и невинна, как могло показать. Дьявол, её миниатюрная фигурка ввела в заблуждение даже Эмбер. И теперь ей предстоит с этим разбираться... — Убирайся отсюда, — Эмбер не успела и глазом моргнуть, как брюнетка легким движением выхватила у неё флакончик, перекинула обалдевшему семикурснику и взглядом приказала валить подальше. Дважды просить не пришлось и, слегка толкнув Гленн в плечо, парень мгновенно ретировался в темноту коридоров. — Это что ещё за номер? — Выйдя из оцепенения, Эмбер упёрла в руки в бока, едва не нависая над младшей. Такой наглости гриффиндорка не ожидала. Похоже, маленькая ведьма решила за один вечер исчерпать весь лимит дерзости. — Не понимаю о чём ты говоришь, — Аделия беззаботно пожала плечами. На лице возникла невинная улыбка, но глаза выдавали весь игривый настрой слизерински. — О студенте, чуть не сбившем меня с ног, — Эмбер развела руками, подытожив очевидность ситуации. Аделия затеяла какую-то тонкую игру, а Гленн в таком не сильна. — И флаконе с зельем. — Не видела никакого студента, — Петросян подошла ближе, сокращая и без того небольшое расстояние. — У тебя должно быть жар. Галлюцинации. Лучше срочно сходить в больничное крыло. — Очень смешно. Ты ведь уверена, что так очаровательна в этих играх, — староста недоверчиво покачала головой. Аделия нарушила правила, а теперь давит на отсутствие доказательств и свидетелей. Её слово против слова Эмбер. Хитро. — Как знать. — Аделия, я серьёзно, это контрабанда. — Смею не согласится. Насколько помню определение, контрабанда — когда приносишь в замок что-то из внешней среды, — девушка самодовольно усмехнулась, склоняя правила как ей удобно. — А зелье было сварено в стенах замка, следовательно, оно просто перемещается по нему. — Перемещается? Это подпольная торговля зельями! — Мерлин, похоже Гленн суждено испытать себя в роли мракоборца раньше времени. Блондинка оглянулась по сторонам, понижая голос до шепота. — Если кто-то об этом узнает... — Никто не узнает, — младшая была абсолютно спокойна на этот счёт. — Я узнала! — Возможно… Но ты меня не выдашь, — Аделия склонила голову на бок, вся эта ситуация явно забавляла её. — С чего такая уверенность? Слизеринка ничего не ответила, продолжая сдерживать улыбку, будто она поняла смысл шутки, всё ещё скрытой от Эмбер. Гленн продолжала настойчиво буравить младшую взглядом. Небесного-голубые раздражённо столкнулись с миндально-карими, в которых плясали чертята. Целое сборище чертят. — Ладно, но только потому, что мне лень тянуться к Филчу, — сдалась Эмбер, возводя глаза к потолку. Мерлин, она точно об этом пожалеет. Её мягкосердечность однажды сыграет против неё. — Разумеется. Верь во всё, что помогает крепко спать, — протянула Аделия, не убеждённая аргументом старосты. — Что ж, тогда, доброй ночи. Темноволоса девушка шагнула к гобелену, скрывающему коридор, но высокий силуэт неожиданно преградил ей дорогу. Кажется, у Эмбер совершенно другие планы на этот счёт. — Не-а, думаю будет лучше для всех, если провожу тебя до подземелий, — не хватало ещё, чтобы девушка отправилась на встречу с очередным покупателем... Гленн тут же отогнала эту мысль. — Не маленькая, дойду сама, — Петросян попыталась протиснуться мимо, но старшая даже на миллиметр не сдвинулась с места. Чёртовы упрямые гриффиндорцы с неуёмным желание лезть в чужие дела! — Твоя взяла. Однако, если кто-то нас словит — виновата ты. — Не волнуйся, скажу, что ты упала в обморок и я тащила тебя в больничное крыло. — Никогда не падала в обморок! Я же не какая-то «кисейная барышня», — Аделия возмущённо надула щёки. Очаровательно. Эмбер скорее съест собственную шляпу, чем признается, что ей нравилось дразнить младшую только ради этого. — О нет, ты скорее миленький самонадеянный нюхлер. Аделия чуть ли не задохнулась от возмущения, на лице расцвёл небольшой румянец. Вспоминая о своём благородном происхождении, девушка вздёрнула голову, гордо расправила плечи и направилась в сторону гостиной. Эмбер молча шла рядом, изредка бросая на миниатюрную брюнетку заинтересованные взгляды. В голове всё никак не укладывалась причина, по которой ведьма решила заняться подпольной деятельностью. Этери точно не в курсе. И явно не погладит по голове, если узнает. Значит, тут что-то другое. — Так, — начала Эмбер понимая, что ответ не появится сам собой. — Это достаточно рисковое предприятие и зная твоё происхождение... Не пойми меня неправильно, но сомневаюсь, что тебе не хватает нескольких галеонов на книги. — Это не из-за денег, — отрезала Аделия. Взгляд всё так же упрямо направлен вперёд, словно девушка заставляла себя демонстрировать именно эту неприступную часть. Резкую, непреклонную, не терпящую уговоров. — Тогда из-за чего? — Эмбер провела рукой по затылку, стягивая резинку и распушая светлые локоны. — Это не дежурное любопытство. Я правда хочу понять. Слизеринка остановила, так резко, что Эмбер едва не влетела в железные доспехи. Петросян старалась подобрать слова, покусывая нижнюю губу и слегка оттягивая кожу, из-за чего на ней выступили едва заметные капельки крови. Хотелось провести по ним большим пальцем, бережно стереть с мягких губ и притянуть девушку к себе, заключая в крепкие объятия. Эмбер мысленно ударила себя по рукам: они друзья, но даже для друзей это ощущалось слишком интимно. — Возможно, мне хочется быть видимой. Значимой для себя, — Аделия прервалась, проверяя правильность сказанного. Кивнув своим мыслям, девушка смущённо посмотрела на Эмбер. Та терпеливо ожидала продолжения, привычно не перебивая, давая пространство. — Папа всегда говорил, что волшебнику важно создавать своё наследие. Что-то вещественное, приносящее пользу другим, — девушка нервно заломила руки, признание давило на неё изнутри. Аделия никому не раскрывала эту деталь, убеждая скептичную Сашу и встревоженную Аню, что продаёт зелья только для практики и забавы ради. Трусова внимательно изучила список покупателей, грозно сверкая глазами в сторону любой недовольной ухмылки. Щербакова поделилась графиком дежурств, чтобы Петросян ненароком не наткнулась на самых строгих старост. Но истинную причину ведьма оставила наедине с собой. — У папы это законопроекты, защищающие права магических существ. У мамы удивительные растения и снадобья, которыми она снабжает больницу Святого Мунго. У бабушки книги, обучающие тысячи волшебников. Дедушка возится с заповедниками... А у меня ничего. Я... всего лишь Аделия. Не больше. Даже моя фамилия — отражение их невероятных многочисленных заслуг. Тишина заполнила коридор. Только звук ливня, неожиданно ворвавшегося в теплый вечер и шумящего где-то за стенами замка, прорывал её настойчивыми каплями. — У тебя забавная семья... — Можно подумать я не понятия не имею, — куда-то в сторону прошептала брюнетка: Эмбер туда же, как и все... Но Гленн услышала. Она всегда умудрялась улавливать малейшее слово слизеринской звёздочки. — С момента поступления в Хогвартс только и слышу: «Аделия, они невероятны», «ты должно быть в восторге жить с ними под одной крышей», «так много талантливых людей в одной семье», «не подвели их»… — Брось, я не про то, — Эмбер спокойно прервала передразнивания девушки. — Про встречу на платформе, — уточнила гриффиндорка, наталкиваясь лишь на удивление. Эмбер тихо рассмеялась. — Хотя в той эмоциональной суете, наверное, меня ты и не заметила... Твой папа, у него очень громкий смех. Но при этом тёплый. Мне он показался искренним. И твоя бабушка смешная, когда ты рассказывала про руны, представляла её чопорной леди, а тут... Даже не знаю, как описать, тайфун какой-то. И кажется, твой дедушка привык к её напору. Аделия нахмурила брови и слегка повернула голову в бок, недоверчиво косясь на Гленн. Эмоциональность её семьи — как правило окружающие отмечали это в последнюю очередь. Либо не замечали вовсе. Предпочитая делать акцент лишь на достижениях. А Эмбер с первой секунды рассмотрела их человеческую сторону. — Ты ведь... совершенно не в курсе о них, да? — Аделия никак не могла в это поверить. Казалось, вся магическая Британия гудела о её семье. Каждый на своем месте. Каждый был выдающимся колдуном и волшебницей. И слизеринка долго ощущала тихие переговоры в коридорах замка, что единственная наследница дома Петросян оказалась шляподумом. — А должна? — Эмбер сморщила лицо, неловко потирая шею. — Я, как бы, не особо сильна в этих генеалогических штуках. Обычно хватало того, что Малинин чистокровный и чуть что мог мне что-то объяснить. Хотя и его это не особо волнует. Ему больше интересно, что завтра подадут на обед. — Забавно, — у Аделии вырвался смешок. Это было так похоже на Эмбер: слушать людей, не додумывая чего-то большего у себя в голове. — Ты правда о них ничего не знаешь... — Извини, — торопливо перебила Эмбер, желая внести ясность. — Не то, чтобы мне было плевать. Уверена, твои родные удивительные люди. Правда, я могу забежать в библиотеку и поис... — Не стоит, — Аделия аккуратно взяла девушку за руку, останавливая её нервную жестикуляцию. Эмбер Гленн. С каждым днём она удивляла брюнетку всё больше. Аделия повернула ладонь, переплетая их пальцы. — Пойдём. Кажется, ты намеревалась сопроводить меня. Девушки продолжили путь. Эмбер удивлялась, как миссис Норисс ещё не учуяла их вылазку. Обычно старая кошка была тут как тут, словно читая мысли студентов. Факелы освещали полумрак подземелья, отражаясь переливами света на стене. Гленн нервно переводила взгляд с одной стены на другую. Она ненавидела патрулировать эту часть замка. — Что не так? — Аделия некоторое время не спускала глаз с блондинки, отмечая её зажатость. — В позднее время мне кажется, что тут шастают пауки. — Боишься пауков? — Эмбер создавала впечатление бесстрашного человека. — Пауков — нет. Но мне не нравится паутина. Она мерзкая и неприятно липнет к коже, — девушку передёрнуло от этой картины. — А вот пауки забавные. Особенно эти, с пушистыми лапками. — Салазар, ты как Хагрид, — девушка вспомнила последнее занятие с лесничим. — Он тоже любит возиться со всякой нечистью. — Точно, — Гленн ударила себя по лбу, вспомнив кое-что важное. Звучный хлопок эхом разнёсся по коридору, заставив Аделию переживать за состояние головы гриффиндорки — таким ударом можно заработать сотрясение. — У тебя же третий курс. Куча новых предметов, Хогсмид. Тебе же подписали разрешение? — Разумеется, мама всё никак не могла перестать говорить о деревне. Она ярая фанатка всего аутентичного. — Ага, единственная деревня в Британии... Ну ты в курсе, — Эмбер сжала ладонь младшей. — Что планируешь посмотреть? — Не знаю, не думала про это. Скорее буду двигаться по наитию... — О нет, так не пойдет, — первый опыт должен быть чем-то особенным, уникальным. И Эмбер намеревалась сделать его таковым для Аделии. — Первая вылазка выпадает на конец октября. Предлагаю встретиться там и побродить по самым интересным закоулкам. Если, конечно, Этери не освежует мою тушку раньше. — С удовольствием, — девушка утвердительно кивнула, проводя большим пальцем по ладони Эмбер. — И ты всегда можешь попросить помочь с зельями, мне не сложно. — Значит решено, — девушки остановились перед проходом в гостиную. Как-то совершенно незаметно они добрались до неё. Молчание снова повисло между ними. Эмбер внимательно разглядывала раму с седовласым старцем, разгуливающим среди обрядовых валунов. — Аделия, что бы ты не думала я... хочу чтобы ты кое-что запомнила. Ты не «всего лишь». Ты уникальная, потрясающая, невероятная и исключительная, — Гленн повернула голову, заглядывая прямо в карамельные глаза. — И, если ты будешь забывать, я каждый раз буду напоминать тебе про это... Аделия замерла, боясь пошевелиться и разрушить откровение старшей. В ней словно не осталось ни единого слова для ответа и девушка, едва заметно, кивнула. — И честно говоря, — продолжила Гленн с мягкой улыбкой. — За последние восемь лет Слезерин не выигрывал в квиддич. Даже с Медведевой. А с тобой у них вышло с первого раза. Поверь, все вокруг знают на сколько ты не вероятна, маленькая ведьма. Эмбер протянула свободную руку, заправляя тёмную прядь волос за ухо Аделия. Брюнетка облизнула губы, делая едва заметный шаг ближе. Эмбер могла поклясться, что её лицо буквально горит. Мерлин, только не говорите, что она умудрилась заболеть на обходах... Петросян моргнула и открыла рот, намереваясь спросить... — И долго мы будем так стоять? — Портрет седовласого колдуна нетерпеливо расхаживал по картине. — В отличие от некоторых, у кого-то здесь есть стандарты и режим. — Прошу прощения, — пискнула маленькая ведьма. И махнув на прощание, скрылась в проходе. Наручные часы показывали полчетвертого ночи, но в теле Эмбер не ощущалось ни капли усталости. Её энергией можно было отопить целый замок.

── ⋆✴︎˚｡⋆ ──

Октябрь

— Неплохо, но давайте попробуем снова, — низкий голос Сизерона разлетелся по всему полю. Капитан простыл, но продолжал командовать из всех сил. — Малинин, повнимательнее на заходе. — Есть, мой капитан, — Илья шутливо приложил ладонь к виску отдавая приветствие. С ребят тёк седьмой пот, но никто и не планировал расслабляться, выкладываясь на полную — через пару недель им предстоит игра с Ревенкло. И команда намеревалась начать сезон с победы. Прошлогоднее поражение от Слизерина стало единственным, раззадорив страсть гриффиндорцев. Ребята двигались как единый механизм, прикрывая огрехи одного и усиливая компоненты другого. Туктик и Луна работали со снайперской точностью, отбивая бладжер ровно в цель. Алиса летала с такой лёгкостью, словно провела лето не в горах, а со стаей бабочек. Стивен уверено лавировал между колец, ловко отбивая один квоффл за другим. Тройка ловцом действовала безупречно. Эмбер перехватывала мяч, оттесняя плечом нападающего. Девушка, крепко держа квоффл подмышкой, уверенно приближалась к кольцам. Малинин двигался ниже, но чуть впереди, готовясь к обманному броску. А Сизерон, на своей великолепной «Молнии» летал неподалеку от колец, готовясь к финальному рывку. «Молния». Этим летом парень отправился на подработку к дяде во Францию. На протяжении двух месяцев Гийом только и занимался, что старательно вытачивал ювелирные камни. И честно заработав весомую кучку галеонов, парень выделил добрую часть на новую метлу. Самую лучшую. Великолепную. На которую Малинин неустанно пускал слюни. Впервые принеся метлу на тренировку, Илья так разволновался, что влетел в шест и едва не рассёк бровь. Кажется, у любителя еды появился новый фаворит. Парень ежедневно начинал день с монолога, как он попросит у Гийоме «Молнию». Хотя бы на один кружок. Туктик тут же сваливала «по делам», а Эмбер оставалась единственным верным слушателем. Сизерон элегантно взлетел в высь, вызывая восторженный не то стон, не то всхлип от Ильи. Парень невольно зааплодировал — это волшебство в чистом виде. — Отлично, сегодня каждый выложился на максимум, — спустя полчаса Гийоме распустил команду, давая последние указания. — И, Луна, обязательно зайди к мадам Помфри за компрессом. Серьёзно. И не заказывай глаза, я всё вижу. Девушка дополнительно возвела руки к небу, всем видом показывая, что капитан излишне драматизирует. Малинин неловко переступал с ноги на ногу, осторожно подкрадываясь к Сизерону. Капитан в отличном расположении духа, а значит можно рискнуть. — Гийоме, дорогой и любимый наш, — старшекурсник опешил от такого начала. — Могу я... Я бы хотел спросить. Точнее, попросить... Понимаю, это очень личная просьба. — Мерлинова борода, где твоя хвалёная гриффиндорская храбрость! — Туктик не выдержала меланхоличной канители друга. — Кэп, он хочет прокатиться на твоей метле. Как бы это не звучало. Гийоме перевел вопросительный взгляд на охотника и тут же протянул товарищу метлу. Илья чуть не расплакался, кинулся с объятьями на капитана и, когда Сизерон еле отбился от него, оседлал заветную «Молнию». От малейшего движения метла взмыла вверх. Казалось, она буквально читает мысли волшебника, точно подстраиваясь под его желания. Один круг. Второй. Малинин неустанно разрезал пространство, закручивая разнообразные петли и шутливо заходя в пике. Его мечта сбылась. Ничто не могло омрачить это чувство. Только ворона. Решившая пролететь через поле именно в тот момент, когда парень изобразил вход в «бочку» у самой земли. Резкая смена курса. И Малинин с метлой наперевес плашмя приземлился на траву. С болезненными стоном парень перекатился на спину и прижал «Молнию» к груди. Ребята бросились на подмогу. Гоголев помог другу встать, осторожно придерживая за поясницу. Эмбер бережно стряхивали травинки с плеч друга. Но Илья даже и глазом не повёл на заботу друзей, нашёптывая извинения в сторону Гийоме. От резкого приземления несколько прутиков в хвосте погнулись, выбиваясь из чёткого порядка. — Всё в порядке... Считай, первая кровь, — капитан небрежно отмахнулся и закинул метлу на плечо, направляясь в сторону раздевалки. — Я думал он разозлится, — едва слышно промямлил Илья. — Я думала, ты получишь в глаз, — задумчиво пробормотала Эмбер. — Я надеялась, он тебя прибьёт, — разочаровано заключила Туктик.

── ⋆✴︎˚｡⋆ ──

Это уже входило в какую-то привычку. Странный ритуал — бесшумной походкой выбираться из постели и незаметно, при лунном свете, красться по коридорам замка. И Эмбер не одинока в ночных вылазках. Маленькая ведьма, плотно сжавшая губы и сосредоточено помешивающая кипящее зелье, с завидной регулярностью составляла ей компанию. Тёмные локоны то и дело спадали девушке на лицо, из-за чего Аделия забавно надувала щёки стараясь их сдуть в бок. Но волосы то и дело возвращались и лезли в глаза. Не выдержав, Гленн стянула резинку с запястья и зашла младшей за спину. Пальцы погрузились в густые локоны и глаза Эмбер блаженно прикрылись: волосы оказались потрясающе мягкими. Струящимся, словно шёлк. Должно быть это так приятно, ежедневно касаться их, наслаждаясь мягкостью и теплотой. Эмбер отмахнула странную, внезапно возникшую, мысль. Зависть. Гриффиндорка кивнула себе. Именно зависть. Ей бы хотелось иметь такую густую шевелюру. Но, как говорится, чем богаты тому и рады. Гленн провела по вискам девушки, вплетая каждую прядь в плотную косу. И, довольная результатом, вернулась на привычное место. Выражение Аделии поменялось. Сосредоточенность сменилась растерянностью, на смуглой коже застывает розоватый румянец, а нижняя губа стала влажной от покусывания. Эмбер удивлённо посмотрела на горелку: неужели жар от котла стал настолько силён? — Держи, — Аделия буквально впихнула старосте ступку с лунным камнем, вызывая в ответ болезненный вздох. Эмбер хмыкнула. Забавно, они варят умиротворяющий бальзам, а слизеринка не на шутку разнервничалась. Кажется, кое-кто волнуется перед предстоящей игрой. Пожав плечами, Гленн принялась крошить камень. Возможно, Аделия просто хотела испытать результат на себе. — Так и какой план дальше? — Гленн вернулась к прерванному процессу. Посмотри со стороны, так они с Аделей прям настоящие друиды: варят зелья под луной. — Ты засыпаешь толчёный камень, — напомнила Аделия, отсчитывая иглы дикобраза. Тридцать шесть. — И затем трижды помешиваешь против часовой стрелки... — Может лучше ты? — Не будь трусихой, котёл не взлетит от этого к потолку! — девушка постучала по столу металлическим рожком, распределяя порошок рога единорога. — Один раз взлетел... — напомнила Эмбер, вспоминая как глаза брюнетки комично расширились, а рот открывался и закрывался в попытке подобрать слова. — Только потому, что кое-кто невнимательно слушал и влил сироп чечевицы, а не чемерицы, — осадила брюнетка. По её мнению, Эмбер была весьма способным, но быстро отвлекающимся зельеваром. — Скажи спасибо, что не черепицы. — О, ты так очаровательно смешна, — съязвила младшая, закатывая глаза. Рядом с гриффиндоркой это стало её любимой фишкой. — Вернёмся к сути. Помешиваешь, ждёшь семь минут... Засеки, пожалуйста время. И добавляешь две капли чемерицы. Две. Не два десятка, — Эмбер медленно кивнула, с опаской глядя на котёл. Аделия покачала головой и мягко добавила. — Просто расслабься, всё получится. Я рядом. — Легко говорить — талант здесь ты, — Эмбер осторожно, максимально вытягивая руку перед собой и отклоняя корпус назад, высыпала в котёл лунный камень и, зажмурившись, трижды помешала варево. К её удивлению, зелье сменило окрас на пурпурно-золотистый. Прям как по учебнику. — Ого! — Талант приходит с практикой, а тебе достаточно быть внимательнее. И чуточку смелее, — брюнетка заглянула в котёл, оценивая промежуточные успехи. — Осторожные дойдут до старости, а бесстрашные — до края света, да? — Чуть тише проговорила Эмбер, вспоминая захватывающую историю от дедушки. Слизеринка повернула голову, внимательно вслушиваясь в голос старшей. — Жан Мермоз. Он лётчик-испытатель. — Лётчик... Это какая-то специфическая магловская работа? Как у Экзюпери? — Аделия мысленно сверялась со знаниями, почерпнутыми из летних книг. — Верно, он был его лучшим другом. Они летали и испытывали самолёты. — Самолёты, — плавно, едва ли не по слогам, повторила маленькая ведьма, пробуя на вкус непривычное слово. Разделив слово на конструкции, девушка сообразила о чём идёт речь. Но принцип работы оставался загадкой. — Маглы отстали от волшебников на десяток веков, мы создали метлы, когда... вроде в веке десятом, да? Да. А они относительно недавно придумали собственный инструмент для полетов, — пояснила Эмбер, желая немного расширить знания младшей о загадочном мире. — Он чем-то похож на железного орла. Огромного. В некоторые помещается всего пару человек. А в других и все двести. — Невозможно! — Аделия совершенно позабыла про зелья, во всю погружаясь в удивительное открытие. — На сколько высоко они летают? — Достаточно, некоторые поднимаются до десяти километров... — Ты смеёшься над мной, никто не может так высоко летать! — Аделия упёрла руки в бока, отказываясь вестись на провокацию Эмбер. — Маглы могут, — Эмбер развела руками, загибая пальцы. — Смотри: у них нет порталов, они не умеют трансгрессировать, не в курсе про фестралов, гиппогрифов и фениксов... А быстро перемещаться как-то необходимо. — Это звучит как отдельный вид магии, — заключила Аделия, поражаясь находчивости этих людей. — Это наука, — поправила Гленн, завороженно наблюдая за эмоциями брюнетки. Такими чистыми, неподдельными. Её глаза буквально светились от восторга, приобретая необыкновенный янтарный оттенок. В них словно расцветали золотистые вкрапления, добавляющие особенной глубины. В задумчивости, пальцы девушки неосознанно отстукивали на столешнице мелодичный ритм, словно повторяя ход её мыслей. — Кажется, это и есть настоящее волшебство, — тихо сказала Аделия, прокручивая палочку между пальцев. — Достигать максимума, даже если ты не понимаешь где он. Даже, если тебя ограничели в возможностях. Эмбер кивнула, до конца не понимая конкретно чему. То ли соглашаясь с девушкой, то ли в подтверждение собственным мыслям. — Наверное поэтому мне так нравится их творческая сторона, — Эмбер прислонилась спиной к столешнице, выводя узоры на запотевшей поверхности. — Всё эти легенды, книги, музыка... — Музыка? — Аделия продвинулась ближе. Так сильно хотелось услышать об удивительных мелодиях, что она боялась упустить даже маленькое прилагательное. — Какая именно? — О там много всего. Лирические и заводные. Поверхностные и с глубоким смыслом, — Эмбер нахмурилась, вспоминая свою коллекцию пластинок. Дедушкина была больше, занимала целый стеллаж. А её умещалась в небольшую коробку. Пока что. — Мне нравится джаз, в нём инструментам отводится особая роль. И рок, он словно наполняет твоё тело энергией. А Малинину нравится рэп и хип-хоп, за быструю смену ритма. — Занятно, — слегка наклонив голову в сторону девушка изучала нашивку на мантии блондинки, словно впервые видя герб Гриффиндора. — Раньше мне казалось, что с большего мир понятен, упорядочен. Что я столько о нём знаю, что едва уместится в десяток томов. А сейчас... не уверена, что слов хватит даже на жалкий памфлет. Аделия подняла подбородок, сталкиваясь с голубыми глазами. Брюнетка облизнула губу, словно ведя внутренний монолог, борьбу за право высказаться вслух. — Знаешь, чья это вина? — Завороженная взглядом маленькой ведьмы, Эмбер едва заметно покачала головой, одновременно желая и боясь выйти из этого транса. — Твоя. Каким-то образом мой мир сдвигается от каждого взаимодействия с тобой. — Это плохо? — Голос стал хриплым, хотелось прочистить горло. Но Эмбер приказала себе держаться, не решаясь спугнуть момент. — Честно говоря, я ещё не решила. — Что ж, когда всё станет на свои места, обязательно дай мне знать, маленькая звёздочка, — Эмбер осторожно заправила выбившуюся прядь, даже плотная коса не справилась с энергичностью девушки. — Не сомневайся, — улыбнулась Аделия. Слизеринка хотела что-то добавить, но звон таймера нарушил тишину. Девушки буквально отпрыгнули по разные стороны стола. — Так, там дальше... нужно добавить иглы дикобраза... — В рецепте вроде говорилось про сироп чемерицы, — поправила блондинка, размахивая пузырьком. — Да, верно. Добавь пожалуйста две капли, — девушка провела ладонью по волосам, возвращаясь в привычное русло. Зелье изменило оттенок на ярко оранжевый, как мандарин. — Ты молодец, осталось дело за малым — иглы дикобраза. — Может ты сама? — Эмбер Гленн, возьми себя в руки!

── ⋆✴︎˚｡⋆ ──

Золотисты листья. Если кто-то спросит Эмбер, что в осеннюю пору ей нравится больше всего, то девушка не задумываясь остановит выбор на них. И на кружке ароматного какао. Само собой с корицей. Поэтому направляясь в сторону запретного леса, ребята протягивали горячий напиток, стратегически стащенный за завтраком. И с каждым гллдком настроение становилось всё лучше и лучше, откидывая напряжение от ближайшего матча куда-то на потом. — Я вот тут подумал, — Туктик застонала. Любой, кто хоть раз слышал эту реплику от Малинина понимал: им предстоит долгий, странный диалог. — Бобры и белки. — Бобры и белки? — Эмбер подула в термос. Обжигающие напитки не сыскали большой славы у гриффиндорки. — Что не так с бобрами и белками? — Всё в порядке с бобрами и белками, — успокоил парень. Решив, что шарф мешает разговору, Илья стянул его рывком, теребя пальцами шерстяные петли. — Просто пора решить кого мы любим больше: бобров или белок. — Мне нравятся хорьки, — сказала Лиза. — Хорьки не котируются, — в спорах Илья всегда выдумывал условия на ходу, чтобы у собеседника не было возможности соскочить с темы. — У них неправильный прикус. — Так мы выбираем по прикусу? — Эмбер удивлённо уставилась на друга. — Не-а, я не про то. Вот смотри, бобр может разгрызть бревно, белка — скорлупу ореха, а хорек... — Куриное горло, — напомнила Туктик. Девушка намеревалась стоять на своём до последнего. — Это живодерство! — Ты только за вчерашний ужин умял шесть куриных ножек! — Возмутилась Туктик. — Как можно быть таким непоследовательным! — Ничего подобного, — Илья перешагнул через бревно, подавая девушкам руку. — Я же для этого не перегрыз трём курицам горло! — Но в теории, будучи хорьком, ты бы пошёл на это? — Не сдавалась девушка. В тайне Лиза давно мечтала завести хорька, но школьные правила гласили иное... — Конечно, действуй согласно инстинктам — главный закон природы. — Тогда я выбираю хорька, — Туктик сложила руки на груди, всем видом показывая свою непреклонность. Малинин почесал кончик носа, к такому исходу он не был подготовлен. Парень стал на цыпочки, выглядывая Хагрида — тот маячил в окне хижины. Время ещё есть. Илья вытащил топор из колодки. — Ладно, хорек так хорек, — сдался парень, в конце концов это не выбор всей жизни. — Ну а ты, Эмбер: бобер или белка. — А можно другое тотемное животное? — Улыбка расплылась по лицу девушки. — Не паясничай, у нас серьёзный вопрос, — Илья шустро работал топором, отсекая нижние сухие ветви от сосны. — Мой голос за бобра: он умеет плавать, у него крутые зубы и прикольный хвост — он может стать отличным барабанщиком. И нос, у него очень милый нос. — Мерлин, боюсь представить по каким критериям ты выберешь девушку, — пробубнила Туктик, набив рот шоколадным батончиком. — Поверь, у меня очень высокие стандарты, — поделился парень и перешёл к следующему дереву. — Ага, поэтому мы выбираем между бобром и белкой, — Эмбер перенесла ветки к кострищу. Туктик мастерила миниатюрный вигвам, по словам девушки костер так должен гореть дольше. Малинин уже собирался ответить, но Гленн его прервала. — Тогда я за белку. У неё умные глаза и никто из вас её не выбрал. — Защищаешь права белок? — Скорее нервную систему Хагрида. Он не готов к твоим философским потугам. И правда, лесничий показался из хижины, неся на плече полдюжины плетеных корзин. Студенты собрались возле хвороста, заботливо подготовленого троицей. — Поближе, вот сюда станьте, да, — Хагрид распределил пятикурсников по группам, оставляя рядом с каждом по корзине. — У нас тут сегодня особые зверушки. Покормить успел, так что будут не особо нервные. Хотел вам в давнешнем году показать, но не вылупились. Зато в этом, как говорится — цыплят по осени считают. Пару студентов фыркнули на шутку учителя. Крышки распахнулись и ребят, во все глаза, рассматривали цыплята. Огромные, здоровенные, размером с крупного кабанчика. — Огнедышащие цыплята, — пояснил Хагрид. — Задача на сегодняшнее занятие: их причесать, только не повыдергивайте перья, уговорить распалить костёр и зарисовать для домашнего эссе. И это, глядите в оба, чтобы малыш не спалил ваш пергамент. Получив своих подопечных, студенты разбрелись по поляне. Эмбер поглаживала цыпленка по брюшку, вызывая у того довольное клокотание. Он совсем как Хугин, только менее своенравный и строптивый. И дышит огнем. Не самый лучший кандидат для доставки писем. Хотя Брук точно оценила бы. Высунув кончик языка Малинин отрисовывал цыпленка в профиль, старательно выводя клюв. Туктик детально передавала все черты, перерисовывая в анфас. Эмбер взяла на себя роль огнетворца, завоевав расположение пернатого подопечного. Но подопечный не поддавался чарам девушки, отчаянно крутя шеей в разные стороны. Трава вокруг троицы спалена, Илья распрощался с половиной мантии, но хворост оставался в целости. Как же совладать с его капризами? Он совсем малыш, действуй хитрее — подсказывал внутренний голос. Хитрость… Не самая сильная черта гриффиндорки, но можно взять её в займы. Эмбер почесала затылок раздумывая, какое бы решение применила находчивая слизеринская звёздочка. О. Оооооо. Кажется одно такое есть. Бесцеремонно вырвав перо из объемного хвоста и вызывая возмущённое кудахтанье, девушка пощекотала клюв птенца его кончиком. Цыплёнок зажмурил глаза и чихнул, вызывая столб огненных искр. Пламя мгновенно лизнуло сухие ветви, разрастаясь на всю мощь. Илья вскинул кулак, издавая победный клич. Показав большой палец, Туктик нырнула в сумку, шаря по её бесконечным недрам. А через секунду перед лицами друзей возник большой пакет с воздушными зефирками. Золотистые листья. Вот что нравилось Эмбер. Впрочем, как и тепло шоколадного напитка с расплавленными зефирками и запахом костра.

── ⋆✴︎˚｡⋆ ──

— Можешь спрятать меня под мантию, — уговаривала Брук. В подтверждение своих слов девочка вцепилась в подол мантии, потянув ткань на себя. — Брук, как бы мне не хотелось взять тебя с собой, есть правила, которые даже я не могу обойти. Этот разговор продолжался несколько недель, с момента, как Брук поняла — Хогсмид первокурсникам не светит. Теперь каждое утро Эмбер начиналось с того, что на неё с разбегу приземлялся маленький тайфун. Больно. Без предупреждения. Выбивая весь воздух из лёгких. Если бы не тренировки, Гленн бы определенно этого не пережила. — Нечестно, это же твой день рождения! — Брук рассерженно топнула ножкой привлекая внимание ребят в холе. — А как же кодекс сестер? В Хогвартсе должна быть на него поправка... — И она есть, — заверила Эмбер, присаживаясь на корточки перед малышкой и приобнимая за пухлый животик. — В ней говорится, что я просто обязана принести огромный торт. — Шоколадный, — шмыгнув носом уточнила Брук. — Ага, с малиновой начинкой и орешками сверху. — Что ж... тогда я останусь здесь, — девочка гордо расправила плечи. — Кто-то же должен следить за порядком в твоё отсутствие. Эмбер усмехнулась: Брук и порядок. Две крайности, которые никому не придёт в голову соединить в единое целое. Брук и хаос — вот это уже достойный тандем. — Тогда договорились, манчкин, — гриффиндорка потрепала младшую по волосам. — На тебе сохранность спокойствия, на мне — гарантированный праздник.

⋆⋆⋆ ⋆⋆⋆⋆ ⋆⋆⋆

Троица вышла из «Зонко», наконец-то вздохнув полной грудью. Мерлин, почему в лавке приколов всегда так много народу! После выходных у старост точно прибавится забот по ликвидации шалостей. Радуясь новым приобретениям, Малинин рассовывал увесистые свертки по карманам. Полчаса друзья наперебой спорили возле прилавка, оценивая варианты возможных шалостей. И вот, уставшие, но довольные, они гордо шагают по улочкам Хогсмида. — Куда дальше? — Туктик сверилась со списком покупок. По-хорошему стоило забежать в книжный — запасы канцелярии солидно сократились за полтора месяца. — Хорошо бы перекусить, — заметил Малинин, прислушиваясь к урчанию живота. Если память не изменяла парню, где-то рядом была кондитерская с пышными сдобами политыми заварным кремом. — Мы час назад были у Мадам Розмерты, бездонное ты брюхо! — Загонщица ткнула парня в бок. Тот что-то заверещал про щекотку. — Именно! Час назад, — Малинин продолжал настаивать на своём, проверяя мешочек с деньгами. — И нужно заглянуть в хранилище. — Отлично, тогда расходимся. К пяти встретимся у главных ворот, идёт? — Наручные часы указывали, что у ребят уйма времени на блуждание по заснеженной деревне. — Нужно купить торт. А ещё встреча у пристани... — Оу, у Эмбер Гленн намечается тайное рандеву, — Туктик понизила голос, шаловливо поиграв бровями. — Кто этот загадочный спутник? Малинин, она тебе что-то рассказала? — Не-а, — оживился Илья, улавливая игривое настроение Лизы. Парень обошел Эмбер, оценивая внешний вид подруги. — И посмотри, кое-кто принарядился. Что это? Похоже новый парфюм... — Отвалите! — Эмбер запахнула пальто, крепко завязывая пояс на талии. — Обычная рубашка. Первая, что попалась под руку. И духи, вы же помните ту колдунью у мадам Розмерты — она буквально вылила на себя целый флакон. — Смотри, оправдывается, — улыбка, как у чеширского кота, расплылась по лицу Туктика. — Дааааа, — пропел Малинин. — Значит кто-то особенный ждёт у пристани. — Не несите ерунды, — кажется, пора пресечь бредни друзей на корню. — Я обещала Аделии показать парочку интересных мест. — А, Аделия, — разочаровано махнул рукой Илья. Парень уже выстраивал занятные теории в голове, но слизеринка явно не была их героиней. — Так бы и сказала, что волонтёришь в праздник. — Не ревнуй, — Туктик приобняла друга за плечи. — Мы всё равно её любимчики. В конце концов, кто приглашён на ночную вечеринку? — Весь факультет, — девушки удивлённо уставились на парня. — Я пригласил весь факультет. Что? Пятнадцать исполняется всего раз! Гриффиндорки вздохнули, Малинин как всегда умудрился устроить бедлам у них за спиной. Катастрофы ещё не произошло, но Эмбер всем нутром ощущала её появление на горизонте.

⋆⋆⋆ ⋆⋆⋆⋆ ⋆⋆⋆

Снег легонько припорошил всё вокруг. Совсем незначительно, но Эмбер нравился его переливчатый блеск. И как сразу же преображалась деревня, напоминая фигурки в стеклянных шарах. Девушка с удовольствием откинула голову: изредка падающие снежинки холодным покалыванием таяли на лице. Приятно. Подойдя к пристани гриффиндорка замерла, завороженная представшей картиной. Аделия повернувшись спиной, не замечала прихода девушки, стоя на маленьком пирсе и подставляя лицо порывам ветра. Волосы распущены, отчего в них запутывались снежинки, заставляя локоны искрится под редкими лучами солнца. Гленн опустила голову вниз, замечая развязанный шнурок. Как только умудрилась не зацепиться — оставалось абсолютной загадкой. Присев на одно колено, девушка потянулась к шнуркам, шумно выдыхая. Аделия развернулась на звук. Заметь их случайный прохожий, он бы с готовностью мог поклясться, что видит сцену из древних легенд. Где рыцарь, в ожидании приказов, терпеливо вслушивался в молчание принцессы. Находя его более выразительным, чем любой разговор. Темноволосая принцесса внимательно рассматривала склонившего голову воина, не упуская не единого движения. И когда их взгляды встретились, на губах блондинки расцвела широкая улыбка. — Как всегда раньше всех, — Эмбер отряхнула колени. Взгляд девушки скользнул ниже, замечая небольшой букетик в руках брюнетки. — Пунктуальность признак королей, — в несколько шагов преодолев расстояние, Аделия остановилась перед блондинкой. — Кое-кто посчитал разумным не поставить в известность о своём дне рождения. Почему до меня доходят лишь слухи? — Не думала, что это очень то важно, — неловко потирая шею, призналась Эмбер. — Подожди, откуда взялись слухи? — Возможно — протянула Аделия, покачиваясь на носках. — Не совсем слухи. Утром Брук спорила на всю громкость. Звонкий смех Эмбер разрезал морозный воздух. Разумеется, маленькая ведьма замечает любую мелочь. Кто бы сомневался. — У меня было не так много времени, но... — девушка протянула яркий букет. Подушечки пальцев коснулись нежных лепестков. Почему-то под холодными порывами ветра они ощущались особенно мягко. — Васильки, — необычно в эту пору года. Эмбер определённо нравился контраст: насыщено синий на фоне ослепительно белого. Где Аделия умудрилась их достать — оставалось загадкой. — Красивые. Спасибо тебе. Аделия кивнула, переводя взгляд на гладь воды, где понемногу образовывались островки льда. — Мне всегда казалось, что васильки способны передать всю глубину... отношения, — медленно подбирала слова слизеринка. Эмбер кивнула. — Да, прекрасный подарок, очень насыщенный. Где ты их взяла? — О, позволь ведьме хранить свои тайны, — девушка заговорщицки подмигнула. — И выдавать поставщиков — не самая лучшая стратегия. — Точно контрабандист. — Подбираешь мне новые прозвища, — глаза собеседницы сверкали озорством. — Нет, скорее помогаю определить сильные качества для будущих резюме, — Эмбер и сама не заметила, как они вышли к началу деревни. — Это вполне может отразить твою находчивость. — Разумеется. Пожалуй стоит добавить, как я умею зарабатывать состояние из подручных средств, — усмехнулась Петросян, подсчитывая заработок за прошедшую неделю. — Эй, ты же говорила, что деньги не играют никакой роли! — Эмбер достала из кармана горсть шоколадных конфет, поочередно закидывая их в рот и с наслаждением добираясь до начинки. Слизеринка возвела руки к небу, Салазар, такими темпами заработать кариес не составит труда. — Это приятный бонус, трудовая этика не позволяет мне стать альтруистом... — Трудовая этика? — Эмбер скептически глянула на младшую. — Какая к чёрту трудовая этика? Ты торгуешь зельями из-под полы! — Она в том, что я должна пополнять запасы профессора, чтобы она не заметила пропажу, — призналась Петросян. — Ты крадёшь ингредиенты у Этери? — Одалживаю, — поправила брюнетка. Эмбер чуть не задохнулась от возмущения от такой очевидной наглости. — Мерлин, вертишь словами как тебе удобно. Шляпа не ошиблась, прислушавшись и отправив на Слизерин, — совершенно не безобидная кроха, Эмбер окончательно провела черту под этой мыслью. Находчивая девушка любого обведёт вокруг пальца, оставив его в дураках. Эти хитрые, коварные слизеринцы... Эмбер прервала мысль, обратив внимание на покрасневшие кисти младшей, которые та поднесла ко рту, согревая тёплым дыханием. — Где твои перчатки? — нахмурилась Гленн. Такими темпами младшая будет хлюпать носом к окончанию прогулки. — Не говори ерунды. Ещё не время для перчаток, — отмахнулась Аделия, не принимая в серьёз беспокойство старосты. — Тебе не учили одеваться по погоде? Что за детское упрямство, — причитала Эмбер, зажимая букет локтем и раздражённо стягивая собственные перчатки. — Перестань, это лишнее, — холодные пальцы легли на теплые запястья блондинки. В утреней суете и предвкушении девушка умудрилась не утеплится как следует, забыв рукавицы на краю кровати. Эмбер не должна страдать от её оплошности. И Аделия намерена чётко держать свою позицию, не соглашаясь принимать ни единой уступки. Гленн прикинула: Петросян точно замёрзнет, но она скорее превратится в ледышку, чем примет своё поражение. Гордые, самонадеянные слизеринцы… Думай, Эмбер, думай. Тут точно есть какое-то решение, которое не даст потерять Аделии лицо. Что-то креативное, лежащее на поверхности. И одно такое есть. Только сосредоточься. — Экспекто Патронум, — под возглас Аделии из палочки вырвалась нить серебристого света. А через мгновение на земле появился зверёк. Кошачий медведь озирался по сторонам, выискивая дементора глазами-бусинками. Опасности не заметно и зверёк заинтересовано обнюхивал волшебницу. — У тебя сегодня особое задание, толстячок. Протянув руки к Патронусу и подождав, пока тот заберётся на них, Эмбер повернулась к Аделии, гордо демонстрируя решение. — Он тёплый, — напомнила гриффиндорка, передавая панду растерянной девушке. Аделия шокировано раскрыла рот, переводя взгляд с Патронуса на Эмбер. — Хорошая альтернатива перчаткам, что думаешь, упрямица? — Пожалуй, — Аделия неуверенно коснулась серебристого меха. Тепло разливалось по рукам, за считанные секунды добираясь до груди и разрастаясь внутри горячим шаром. — Спасибо. На большую благодарность девушка была не способна. В голове словно щелкнул переключатель, заставляя забыть привычные слова. Эмбер лишь легонько толкнула плечом, выводя младшую из ступора и кивнула в направлении улочек. Девушки прогуливались среди многообразных лавочек, наперебой предлагающих магические товары. Аделия то и дело останавливалась возле прилавков, разглядывая ассортимент, а Эмбер весело болтала с продавцами, узнавая последние новости. Рядом с Визжащей хижиной гриффиндорка пустилась в долгий рассказ о привидениях и банши, вспоминая отцовские страшилки, от которых в детстве она пряталась под одеялом. От каждой комичной экспрессии старшей, Аделия звонко смеялась, забавно морща нос. Эмбер никому не признается, даже под сывороткой правды, но ради этого зрелища она на ходу сочинила парочку историй от себя. Кошачий медведь игнорировал происходящее, с комфортом устроившись у девушки на руках и запрятав мордочку в густые локоны. — А вот здесь Гарри Поттер впервые собрал «Отряд Дамблдора», — Эмбер указала на «Кабанью голову». Идя спиной вперёд, блондинка не отрывала взгляда от Аделии, каким-то чудом умудряясь не врезаться в прохожих. Аделия кивнула, вспоминая сноски из «Истории магии». Её любимой главой всегда оставалась «Битва за Хогвартс», поражая своей самоотверженностью и размахом. — Кстати, какая твоя любимая часть года? — неожиданно сменила тему Эмбер. Ей постоянно хотелось задавать Аделии глупые вопросы. Не то чтобы вопрос был глупым. Скорее… банальным. В целом не важный для жизни, но важный для гриффиндорки. Девушка испытывала особый трепет зная подобные мелочи. — Хм, — Аделия нахмурилась, погружаясь в приятные ощущения. — Пожалуй весна. Точнее середина апреля... и весь май. Мне нравится, как ярко расцветают цветы и как дни становятся длиннее. А вечера теплее. Всё зеленеет, цветёт, появляются пчёлы. И шмели. — И шмели, — медленно повторила Эмбер. Перед глазами возник неповоротливый ворчун, летящий за очередной порцией нектара. Определённо ворчун — именно это описание стойко закрепилось за шмелём. — Ты знала, что это магическое существо? — Кто? — Не поняла брюнетка. — Шмель. — Не говори ерунды, — девушка закатила глаза. Опять Эмбер со своими приколами. — Нет, я серьёзно, — Эмбер толкнула дверь плечом, заходя в «Сладкое королевство». Торт для Брук стоял следующим в списке. Кошачий медведь оглянулся на скопление людей, зевнул и растворился в воздухе. Его работа окончена — холод остался за по ту сторону двери. Аделия озадаченно моргнула и сцепила в замок внезапно опустевшие руки. — Помнишь мы обсуждали самолёты? — Аделия кивнула, она ещё долго прокручивал в мыслях удивительные истории о полётах через Атлантику. Эмбер наклонилась к витрине, выбирая подходящий торт. — Так вот, у маглов есть наука о полётах: аэродинамика. Это вроде как базовые законы, по которым строят самолёты. И если отталкиваться от них — шмель летать не должен. У него для этого слишком большое тельце и слишком маленькие крылья. — И как же он тогда летает? — А вот в этом и заключается магия, — подытожила Эмбер, пытаясь понять, какой из шоколадных тортов будет с малиновой начинкой. Без эксперта не обойтись. Девушка поднялась на цыпочки, высматривая продавца. — Вон тот с малиновой, — Аделия прервала поиски старшей. Гленн недоумённо посмотрела на неё. — Брук весьма громко обсуждала перспективу заполучить торт. — Ладно, — Эмбер медленно кивнула. — А как ты поняла, который из них? — Видишь со стороны, у самого края, маленькая капля? — И правда на подносе, если хорошенько присмотреться, блестела яркая рубиновая капелька. Эмбер почесала затылок. — Смотри-ка, талантливый ловец талантлив во всём, — по всей видимости внимательность к деталям — сильная черта Аделии. И судя по безмятежности брюнетки, она не придавала этому особого значения. Эмбер отсчитывала монеты, пока торт погружался в бархатную коробку. Финальный штрих и перевязанная пышным бантом коробка уже у девушки в руках. Брук точно оценит подношение. Эмбер Гленн сладкоежка. Это неоспоримый факт. Каждое утро начиналось с тёплого сладкого чая, день продолжался с уплетанием нескольких плиток шоколада в компании Малинина, а вечер завершался разделом шарика нуги между друзьями. Вот только к тортам гриффиндорка оставалась равнодушна. Её максимум: небольшой кусочек на кончике ножа. Но Брук... Блондинке иногда казалось, что предложи младшей на выбор торт или мешочек рубинов, она без сомнений выберет первое. Только по причине того, что торт можно получить здесь и сейчас. — Готова? — Аделия появилась с боку, держа небольшой фирменный пакет. Похоже, ярая противница сладкого всё же нашла что-то и для себя. — Да, — Эмбер глянула на часы, прикидывая оставшиеся локации. — У нас по плану горячий шоколад. Точнее, у меня горячий шоколад, у тебя имбирный чай. — Тогда возьму тыквенный, — брюнетка придержала дверь, пропуская старшую вперёд. Конечно она выберет тыквенный. Ещё попросит сильнее подогреть и добавить смесь специй. У Аделии весьма специфическое понимание гастрономических удовольствий. Но Эмбер смирилась, перестав наперебой предлагать разные лакомства. Руки слизерински снова замерзали на холоде и теплый стаканчик никак не спасал несговорчивую девушку. Так не пойдёт. Эмбер неожиданно остановилась, отчего Петросян прервала историю о знакомстве с русалками. Поставив коробку на снег, девушка без раздумий стянула перчатки и раскрыла перед Аделией. Просто просунь руку и покончим с этим. Спрятав ладони под подмышки, Аделия приподняла бровь, скептически оглядывая старшую. В эту игру могут играть двое. Какой бы настойчивой Гленн не казалась, Петросян даст сто очков форы. Девушки прожигали друг друга взглядом, словно молча старались перекричать. Янтарно-золотистые упрямо сражались с небесного-голубыми. Они могут стоять хоть до ночи, но Эмбер останется при своём. Аделия фыркнула. Ладно, хватит с неё этого бессмысленного цирка. Гордо вскинув голову, она запустила руку в перчатку. Рывком забрала вторую, натягивая уже самостоятельно. Просторные, на пару размеров больше собственных. Но с согревающими ворсом внутри, от чего глаза блаженно прикрылись. По крайней мере о поражении Аделии никто не узнает. Эта мысль успокаивала маленькую ведьму, призывая продолжить рассказ. Но кажется, у жизни другие планы. Через пару метров из-за поворота возникли две фигуры, активно перешептывающиеся и идущие навстречу. Очень знакомые фигуры. Те, что ничего не упустят из виду. — Так-так, что тут у нас? — Трусова зубами стянула шерстяную рукавицу. Эмбер поёжилась, представляя как плотная нить со скрипом проскальзывает между зубов. — Гленн, решила переманить нашего ловца? — И как ты это себе представляешь? — Ухмыльнулась в ответ гриффиндорка. — По-твоему, мы проникли в Отдел тайн, стащили маховик времени и сейчас планируем махнуть на пару лет назад, отменяя решение шляпы? — Какой отлично продуманный план, — как бы Гленн не раздражала Александру, в основном дружбой с Малининым, было глупо отрицать — иронии старосте не занимать. А иронию Трусова обожала. — Поди всё продумала во время ночных обходов. — Во время обходов продумываю только возвращение в свою спальню. И думаю Анна меня в этом поддержит, — кивнула Эмбер в приветствии Щербаковой. Девушка ответила тем же. — Сомневаюсь, что она мечтает о твоей спальне, — съязвила Трусова, получая от своей подруги болезненный толчок. Ладно, можно немного сбавить обороты. — Аделёк, как первые впечатления? Мне не терпится услышать, что понравилось больше всего. — Хороший день, много замечательных мест, — улыбнулась Аделия, украдкой глядя на Эмбер. — Ага, было здорово. Весёлый день рождения получился, — Эмбер слегка подняла коробку, словно в подтверждении своих слов демонстрируя торт. Не задумываясь, улыбаясь брюнетке в ответ, Гленн поделилась маленьким открытием. — Аделия подарила васильки. Даже не знаю, как умудрилась их достать... — Подарила. Васильки, — Трусова переводила взгляд с Аделии на цветы и обратно. Шестерёнки в голове охотницы крутились полным ходом. И в какой-то момент Александра запреметила перчатки. На пару размеров больше. На руках Петросян. — Даааа, Аделёк у нас весьма находчивая девушка. Лёгкий румянец появился на смуглых щеках и Аделия отвела взгляд в сторону. Заметив растерянность младшей, Эмбер чуть сдвинулась в бок, загораживая корпусом слизеринскую звёздочку и с вызовом глядя на резвую охотницу. Она не даст её в обиду, даже перед своими. Трусова уже раскрыла рот, желая уточнить детали, но Анна схватила подругу за локоть, бескомпромиссно таща подальше. Эмбер задумчиво глядела в след удаляющимся силуэтам. Похоже, Трусова не была в восторге от дружбы звёздного ловца с заядлым противником. — Эй, не бери в голову, — Эмбер ободряюще положила руку на плечо младшей. — Это напускное. Не думаю, что Александра так уж против нашей дружбы. — Она в курсе, давно, — поделилась Аделия, покусывая губу. — Просто она пон... Неважно, — слизеринка резко качнула головой. — Скоро пять. Пойдём. Иначе ты опоздаешь... — Без разницы, ты важнее. — Не без разницы, — возмутилась Аделия, потихоньку возвращаясь к привычному общению. — Пунктуальность признак королей. — Ну я вроде не мечтаю о короне, — только о принцессах, мысленно добавила Гленн. Но принцесс на горизонте не видать, а вот перспектива выслушивать нытьё Ильи была близка как никогда. — Итак, мы остановились на самом интересном: твой дедушка ударил веслом водяного и... Аделия вернулась к продолжению истории, забавляясь восторженным возбуждением Эмбер.