Её маленькая ведьма

Ноябрь

Пламя лениво облизывало поленья, словно толстяк на пиру, устало набивающий брюхо десертами. За окнами беспощадно завывал ветер, от чего хотелось жаться к камину ближе, не столько ради тепла, сколько ради комфорта. Илья и Эмбер склонились над пергаментом, наперебой обсуждая интригующую затею. Определённо не по курсу лекций. Наверняка очередную шалость. Незабываемую, масштабную. Такую, от которой весь замок будет стоять на ушах ещё несколько недель. Профессор Аллен настаивал: творческий подход свойственен каждому выдающемуся волшебнику. Правда, колдун подразумевал новые открытия в трансфигурации, а не тысяча и один способ подорвать спокойствие в замке. И уж точно мужчина не желал, чтобы в этом оказались замешаны гриффиндорцы во главе со старостой. Лучшие друзья не особо вникали в суть желаний декана, действуя согласно вечному девизу: веселье превыше всего. Эмбер погружённая в процесс не замечала даже выбившихся локонов, навязчиво лезущих в глаза. А Малинин, что Брук добралась до его кармана и, выудив из него печенье, тихонько подъедала его в углу гостиной. — Значит так! — От неожиданности Малинин взвизгнул, с лёту запрыгивая на спинку кресла и переворачивая его на пол. Туктик ворвалась бесцеремонно, тайфуном, разрушая творческую идиллию. — Пора браться за дело. Уже ноябрь! Илья поднялся на ноги, с недовольным шипением потирая пятую точку. Гленн недоумённо развела руками, требуя хоть какого-то пояснения. — Твоя должность, девочка. И ванная старост, в которую почему-то я ещё не попала, — Туктик крутила указательным пальцем в воздухе, намекая, чтобы ребята шустрее улавливали ход мысли. — Повторюсь, уже ноябрь, а я не покрутила ни один краник. — И ты готова провернуть это... сейчас? — Уточнила Эмбер. Со всеми событиями она как-то позабыла эту просьбу загонщицы. Лиза помнила всё, о чём свидетельствовал решительный блеск глаз. Ох уж эти кинестетики. — Не сейчас. Хотя... чем скорее, тем лучше, — девушка энергично хлопнула в ладоши, от чего Брук встрепенулась и выронила печенье, раздражённо подбирая кусочки с ковра. Годрик, старшие не дадут ей спокойно насладиться поздним перекусом. — Твоя взяла, — согласилась Гленн, попутно складывая план новой шалости в карман — с этим можно подождать. Кажется, намечается что-то не менее захватывающее. — Когда ты хочешь? — Суббота звучит идеально. — У нас тренировка, — напомнил Малинин. — Отлично, — Лиза деловито закинула ногу на ногу. Девушка во всю представляла, как будет греться в тёплой воде с ароматными маслами. После каждого возвращения Эмбер из ванной старост, Туктик тут же закидывала её различными вопросами. Блондинка отвечала сухо, скупясь на эмоции. Ай, Гленн дура, обожающая душ, что с неё взять. Будь воля Лизы: она бы пробиралась в ванную ежедневно. — Понежиться в огромной ванной с разноцветными пузырьками — самое то, после того, как я изваляюсь в грязи, — глаза девушки сияли от восторга. Кажется, уже всё решено. — Тогда, — Эмбер задумчиво постучала по подбородку. — Нужен план отхода и небольшая диверсия для отвлечения внимания. — Диверсия? Кто сказал диверсия? — Кондратюк возник буквально из воздуха, словно джин из золотой лампы, заставляя Малинина взвизгнуть. Благородно. Благородно взвизгнуть. Он же интеллигенция. Хотя сегодня ему светит не маскарад, а сердечный приступ. На всякий случай Илья передвинул кресло спинкой к стене, чтобы избежать неожиданных появлений. — Хочешь поучаствовать? — Хитрая улыбка расплылась на лице Эмбер. Два разгильдяя в роли старосты — слишком для одного факультета. Но Макгонагалл знала на что шла. — Спрашиваешь. С превеликим удовольствием подсоблю. — А что хочешь взамен? — Малинин наклонился вперёд, понижая голос до едва различимого шёпота. — Посланнику хаоса не нужна награда. И доводить Филча до нервного срыва — моё любимое хобби. Давно хотел кое-что опробовать... — Марк подмигнул, во всю предвкушая зрелище. Это будет феерично. — Какие гарантии, что ты не попадёшься, — Илья недоверчиво косился на сокурсника. Портфолио Кондратюка оставалось огромной загадкой. — Потому что до этого не попался, — Марк самодовольно ухмыльнулся, подсаживаясь к Эмбер. И он был прав, за всё время учебы у Кондратюка не наскреблось ни единой отработки. Даже по учебе. Троица таким похвастаться не могла. Гленн навострила уши в ожидании чего-то занятного: парень словами не бросался. — Помните енотов на Слизерине? У ребят отвисли челюсти. Нееееет. Быть того не может! Узнав про переполох с енотами на Слизерине, обитатели замка сошлись во мнении: это затея Гриффиндора. Точнее, знаменитой троицы. Однако Малинин скромно молчал, что равносильно невозможному. Значит, кто-то другой. Замок неделю гудел от теорий. Студенты обсуждали и спорили, делая ставки. Этери грозилась найти и заковать зачинщика в подземельях. Трусова рыскала на каждом углу — один из енотов сожрал любимый талисман. Но в ответ тишина. — Как ты это провернул? — Эмбер схватила гриффиндорца за локоть, притягивая ближе. Двенадцать енотов. Целая дюжина. Трудно представить, как пронести хотя бы двух в чужую гостиную, а тут... — Отправил письмо, — Марк во всю наслаждался реакцией ребят. Никто даже не взял в его расчёт, на что Кондратюк и рассчитывал. Парню нравилось оставаться инкогнито, эдакий серый кардинал. — Ха-ха, да ты остряк, — Малинин съехал с кресла на пол, оглядывая товарища с головы до ног. — А теперь серьёзно. — Серьёзно, — Марк тряхнул густой шевелюрой. — Я правда отправил сову. Без конкретного получателя, просто на имя Слизерина. И там была маленькая коробочка. С заклятием расширения. А дальше — дело техники. Ничего себе... Эмбер присвистнула, с восхищением разглядывая товарища. Марк из тех, кто играет показушную лень, но в нужный момент концентрируется за секунду. Кондратюк не глуп, настоящий стратег, в представлении которого лучшая шалость — умная шалость. В процессе которой, можно чему-то научится. — И какой план? — Малинин нетерпеливо елозил по ковру, всё внутри требовало безотлагательно приступить к реализации. Мисти грациозно возникла за спиной парня и, прижавшись к полу, как пружина вскочила на макушку хозяина. Испуганный писк нарушил размеренную атмосферу гостиной. Кажется, нервного срыва Илье всё-таки не избежать.

⋆⋆⋆ ⋆⋆⋆⋆ ⋆⋆⋆

— Акцио. В очередной раз прошептал Илья, призывая упругий мячик и кидая его Миу-Миу. Кошка безостановочно гонялась за игрушкой по коридору, выуживая лапой даже из самых дальних углов. — Может, попросить дедушку прислать лазерную указку? — Эмбер прислонилась к стене, делая пометки для домашки по трансфигурации. Заклятие созидания. Девушке нравилось его действие: двигать предметы, словно джедай из «Звёздных воин». Порой на занятиях она цитировала фразы из фильмов, вызывая хохот маглорожденных сокурсников. Остальные же пришли к единому мнению — у Гленн едет крыша в преддверии важнейших экзаменов.

«Что требуется от волшебника для удачной практики? Описать в двенадцати дюймах текста.»

Озадаченный вздох. На ответ хватит и одного предложения... Концентрация. Причина, по которой из раза в раз заклинание не выходило по команде. Мысли сбивались, перескакивали друг за другом. Как кролики они бегали по зелёным лугам, поедая розовую конюшину, забавно двигая щёчками... Мерлин, она снова отвлеклась. Нужно срочно что-то придумать. Способ, который соберёт мысли в кучу и направит в правильное русло. Как бы было здорово, если бы её голова работала, словно картотека: достаёшь папку с названием и изучаешь, не отвлекаясь ни на что. Магия это эмоции, напоминала себе Гленн. И будучи весьма эмоциональной ведьмой, заклинания у Эмбер выходили отлично, начиная с трансфигурации и заканчивая ЗОТИ. Вот только эмоции давали сбой, когда от них требовалась долгая усидчивость. И «созидание» пока что никак не выходило. — Земля вызывает Эмбер, — Малинин щёлкал пальцами перед носом девушки. Он задал вопрос, а Гленн уже умудрилась потерять нить диалога. — Вот, теперь на связи. Говорю, что ещё за лузерная указка? — Лузерами будем мы, если трюк Марка не сработает, — Эмбер зубами стянула резинку с запястья, заплетая волосы в хвост. Стоит отдать должное Кондратюку: прошёл час, а в коридоре не было ни души. А Туктик, судя по всему, устроила полноценный заплыв. — Лазерная. Жмёшь на кнопку и из неё появляется красный луч. Дедулин кот от неё в восторге. — Опа, хочу такую на Рождество. Достанешь? — Как скажешь. Только пожалуйста, не свети себе в глаза, — зная Илью, нужно приложить полноценную инструкцию по эксплуатации. — А что там увижу? — Парень с интересом наклонил голову. — Потом ничего не увидишь. Вообще. Деда говорит: лазеры слепят глаза. — А если я попаду в глаз Миу-Миу? — Не попадёшь, они умнее тебя, — девушка пихнула друга в бок. — Ха-ха, юмористка, — Илья почесал кончик носа, вспомнив кое-что важное. — Слушай, тут на неделе Аллен организовал консультации, типа профориентация и всё такое. Думаю, забежать во вторник. Хотел раньше, но важные дела в понедельник не делаются... — Это просто глупая примета, — девушка скептически посмотрела на гриффиндорца. Он волшебник, как можно верить в подобную чушь! — Не глупая. Смотри, у меня два деда, на двоих у них шестнадцать переломов. Четырнадцать произошли в понедельник, — Малинин загнул палец. — Папу в Румынии укусил нарл и у него опухла нога: неделю провёл в Мунго. А день какой — понедельник! Бабушка... — Ну хватит, — Эмбер прервала манифест «Противники понедельников». — Твои дедушки исследовали опасные артефакты, сотрудники доставляли их в конце недели — логично, что они работали над ними в понедельник. А твой папа сказал, что нарл болел грибковой золотухой. И уверена, зверёк не в курсе названия дней. — Думай что хочешь. Вот однажды осознаешь свою ошибку... И тогда не беги ко мне в поисках сушёной заячьей лапки... — Ты до сих хранишь эту скрюченную мерзость под подушкой? — Эмбер сморщилась под утвердительный кивок Ильи. — Гадость какая. — Ничего не гадость! — Малинин свято верил в силу оберега, несчастный кролик не зря отдал свою душу небесам. — Мы отвлеклись. Всё думаю на счёт профессий. Отец предлагает строить карьеру в «магическом сотрудничестве». Как по мне — это весело, но... Вот что я решил. Сдам необходимы экзамены, а после школы махну на пару лет изучать драконов. — Как это связанно? — Никак, — честно признался парень, забираясь с ногами на подоконник. — Просто, понимаешь, не хочу сожалеть... Что что-то упустил, не попробовал. А так вернусь с кучей потрясных историй и тележкой воспоминаний. И никаких сожалений. Это звучало... На удивление весьма продуманно для парня привыкшего действовать наобум. Эмбер задумалась. С самого детства она мечтала стать мракоборцем, только и грезила о крутой форме и захватывающих расследованиях. Папа полностью поддерживал её стремление. Но Малинин прав — мир огромный, многогранный и увлекательный... И Гленн до конца не была уверена, что хочет с первых секунд взрослой жизни заковать себя в правила и законы. И может стоит больше прислушаться к себе, а не к шестилетней девочке, завороженно поглощающей истории отца. Но что ещё можно выбрать? Логично: то, что доставляет удовольствие. И в чём она хороша. Хотя... последнее не столь обязательно. Если оно того стоит — Эмбер приложит усилия и научится. — Хорошие мысли, Илья, ты молодец, — девушка приобняла друга за плечи, получая в ответ искреннюю улыбку. — Возможно... и мне стоит кое-что пересмотреть. — Пересмотри, ты ничего не теряешь. А вдруг появится достойный вариант... — Малинин призадумался и нахмурил брови. На горизонте маячил ещё один волнующий вопрос. — К слову о вариантах. Думала с кем пойдёшь на бал? — Опять за старое, — простонала девушка. Ноябрь дошёл только до середины, а он снова за своё. — С тобой и с Лизой. — Годрик, хватит юлить! — Илья потряс девушку за плечи, желая привести в чувство. — Год назад это выглядело мило, даже прикольно. Но нам уже пятнадцать, стоит подумать о танцах, прогулках за руки и поцелуях под омелой... Если повезёт, то не только о поцелуях. — Твой пубертат невозможен! — Когда же он его перерастёт... Не то чтобы Эмбер не думала об этом. Конечно думала. Только в более романтичном ключе. Когда идёшь на бал с тем самым человеком и привычная атмосфера начинает играть новыми красками. Зная себя, Эмбер бы долго возилась с образом, нервозно перебирая одежду и откидывая один наряд за другим. А волосы... Девушка несколько часов возилась бы перед зеркалом, заплетая локоны в прекрасную причёску. И Эмбер совершенно точно не забыла бы про цветы. Небольшой, красивый букет для спутницы. Что касалось танцев... Гленн уверяла каждого желающего, что не умеет танцевать. Извиняющиеся улыбалась и разводила руками. Вот только она умеет. Превосходно. Причина отказа проста: в мечтах девушки первый танец должен принадлежать кому-то особенному, невероятному. Уникальному. Тому, от чьего голоса сердце трепетно забьётся в груди. Медленный танец обязан быть с кем-то потрясающим. С тем, с кем даже небольшое прикосновение ощущалось искрами по всему телу. С человеком, от чьих взглядов всё внутри замирало. С человеком, которому хотелось дать согласие на танец без раздумий. Туктик настаивала: танцевать не обязательно, впрочем, как и идти в одиночестве. Вполне разумно найти себе дружескую пару. Компаньона, с которым можно интересно провести вечер. Прокручивая эту идею в голове, перед глазами неожиданно всплывал образ маленькой своенравной ведьмы. О, из всех вариантов Эмбер без раздумий позвала бы её. Девушка закусила губу — вечер получился бы интригующим. Ярким, запоминающимся. И Аделия была бы до боли прекрасна в лучах праздничного света. Интересно, какое бы Петросян выбрала бы платье? Но Эмбер тут же останавливала мысль, не давая развиться дальше. Аделия удивительно утонченная девушка, не прошло бы и часа, как какой-то болван непременно пожелает пригласить её на танец. И Петросян согласится, ведь это так волнующе: впервые попасть на «Серебряный бал» и кружиться под звуки завораживающей мелодии. По какой-то причине Эмбер даже в мыслях не могла смотреть на эту сцену, а уж в живую... Нет. Пусть всё останется как есть. Вот только Аделия попадёт на бал. И примет приглашение на медленный танец. Эмбер уже трижды успела заметить, как какой-то старшекурсник, набравшись смелости и испуганно озираясь в поиске Трусовой, предлагает составить ей компанию. Петросян равнодушно отказывала, возможно кто-то уже удостоился этой чести, и проходя мимо Гленн почти незаметно улыбалась ей. Других исключений Эмбер не видела. Так что пока что обойдемся без дружеского прикрытия. На удивление Илья молчал, давая пространство и возможность уйти в мысли. — Нет, — Эмбер покачала головой. Решение окончательное, никаких изменений. — Оставим всё как есть. — Как скажешь, — парень поднял руки в капитуляции. Порой, лучше не давить и позволить всему идти своим чередом. — Но если ты захочешь что-то обсудить, что угодно, я с радостью. Даже постараюсь не комментировать... — Не комментировать? Сомневаюсь, — девушка легонько щёлкнула Малинина по носу. Парень драматично распластался по подоконнику, изображая смертельное ранение. Илья хотел ответить, но статуя горгульи отъехала в бок, представляя ребятам раскрасневшееся и счастливое лицо. Кажется, Туктик осталась в восторге. — Это волшебство. Просто потрясающе, — глаза девушки сверкали от восторга. — Ты ведьма, — напомнил Малинин. — Невежда, — Туктик шлёпнула его полотенцем. — У волшебства множество граней. — Ладно вам, — Эмбер пресекла очередной спор. Слушать пререкания не было никакого желания. А вот спуститься в холл и оценить масштабы шалости — очень хотелось. Троица шустро спускалась по лестницам, перепрыгивая через несколько ступенек за раз. Было бы ужасно пропустить всё веселье и потом выпытывать подробности у других студентов. Но гриффиндорцы успели к кульминации, так и застыв у подножия лестницы. Кондратюк, конечно, обещал масштаб, но это был абсолютно другой уровень. Перед входом в Большой зал раскинулось самое настоящее озеро с камышами и песчаным берегом. И лебедями. Красивыми, белыми лебедями, шипевшими на старост, пытающихся их поймать. Миссис Норисс, довершала картину, носясь за заводными мышками, снующимся вокруг воды. Марк, прижав единственного пойманного лебедя к груди, всем видом изображая растерянность, переминался с ноги на ногу. Парень не собирался вмешиваться, позволяя старостам делать свою работу. — А где деканы? — тихонько уточнила Эмбер, подобравшись к товарищу со спины. При таком размахе, сама Макгонагалл должна быть тут. — Болото у Колокольной башни, — одними губами ответил парень. — Какое ещё болото? — Эмбер едва сдержала подступающий хохот. Действительно полномасштабная шалость. Если Марка раскроют — несколько месяцев отработок покажутся мелочью. — Большое такое. С лягушками и цаплей, — парень поглаживая птицу, пригревшуюся от его тепла и удовлетворённо клокочущую. — К сожалению, получилась только одна. Но я компенсировал остальных группкой бобров... — Бобров? Иду смотреть на бобров, — Малинин уже был готов взлететь на пятый этаж с низкого старта. Но Туктик резво уняла его пыл, схватив за воротник. — Дурачина, помни первое правило: преступник всегда возвращается на место поступления, — Лиза покрутил а пальцем у виска. — Но вы моё алиби! — Фиговое алиби, — Гленн пожала плечами. Никто из профессоров не поверит девушкам — где замешен Малинин, там и остальные две. Самое безопасное остаться здесь и попытаться изобразить видимость помощи. — Иммобилюс, — Эмбер направила палочку на озеро, обездвиживая всю водную вакханалию. Старосты наконец-то передохнули, обессилено рухнув на пол и с благодарностью кивая гриффиндорке. В Хогвартсе появился новый герой.

── ⋆✴︎˚｡⋆ ──

Разрушительно. Если бы Эмбер попросили одним словом описать происходящее, она точно остановила свой выбор на этом. Ибо «разрушительно» вмещало весть спектр эмоций и событий, приведших к этому вечеру. И каждый, кому Гленн захотела бы поведать эту историю, на сто процентов был бы с ней согласен. Кроме слизеринской звёздочки, грозно сверлящей гриффиндорку взглядом с противоположного конца комнаты. Аделия скорее всего остановит свой выбор на другом описании. И считывая её взвинченный настрой, Эмбер поклялась себе больше никогда не вестись на поводу собственных спонтанных авантюр. Мерлин, ещё ничего не началось, а Петросян планирует её убийство. Эмбер неловко улыбнулась, надеясь хоть немного сгладить ситуацию, но боевой настрой младшей не давал никаких поблажек и надежд. Самое то для предстоящей дуэли. Стоит отдать должное: Аделия подготовилась, выглядя удивительно утонченно и потрясающе круто в своём наряде. Мантию сменила чёрная водолазка с вырезами на плечах, позволяя двигаться рукам максимально плавно. Она плотно облегала тело, удивительно точно подчеркивая плавный изгиб тела и чёткие мышцы от постоянных тренировок. Тёмно-синие спортивные штаны на завязках свободно висели на бедрах, никак не сковывая движения в предстоящем бою. А в довершении всего малиновые кроссовки. Брови Эмбер поползли вверх. Чего точно она не ожидала увидеть в гардеробе чистокровной слизеринки, так это пару магловских «Nike». Ого, у Гленн теперь столько вопросов... Ответы на которые, возможно, больше не удастся узнать. А вот старшие слизеринки отнеслись к очередному собранию клуба более спокойно, предпочитая не менять привычных нарядов. Трусова лишь отстегнула мантию и закатывала рукава изумрудной рубашки. Валиева о чём-то весело щебетала на ухо Косторной, совершенно не заботясь, что серебристая мастерка съехала с плеча. А её собеседница... Что ж, если бы кто-то попросил Эмбер описать образ Алёны, то она бы затруднялась с ответом. А вот у Туктика описание уже вертелось на кончике языка: похороны с элементами лёгкой эротики. Годрик, зачем выбирать платья с таким глубоким вырезом, да ещё и подчёркивать его корсетом! Малинин, бесстыдно рассматривающий декольте, мог точно ответить зачем. Эмбер толкнула друга, выводя того из гипнотического транса. Малинин помотал головой, окончательно приводя себя в чувство. — Смотрю, у них прибавление, — Илья кивнул в направлении Аделии. — Малая хоть умеет защищаться? — Она надерёт тебе задницу в два счёта! — хмуро заметила Эмбер. Нет сомнений, что даже отсутствие богатой практики может помешать маленькой ведьме одержать верх. — И судя по взгляду — готова приступить прямо сейчас, — Туктик нетерпеливо потёрла ладони. Хоть бы Аделии выпал Малинин. Тогда их ждёт настоящее шоу. Гленн широко улыбнулась, но улыбка тут же застыла на её губах. Взгляд Петросян был направлен вовсе не на гриффиндорца, а поквитаться было за что...

⋆⋆⋆ ⋆⋆⋆⋆ ⋆⋆⋆

— Ну же, Аделия, — пропела блондинка, старательно привлекая внимание младшей. Годрик, неужели так сложно перестать быть упрямицей и согласиться. — Мы закончили этот разговор, — девушка протянула серебристый кинжал, намекая — крылья веретенницы ждать не собираются. — Не-а, просто кое-кто сегодня решил упираться до последнего, — Эмбер резво нарезала крылья полосочками. За последние недели гриффиндорка научилась действовать строго по рецепту, внимательно, не пропуская пунктов. — Дуэли пойдут тебе на пользу. — Каким образом? — Во-первых, ты научишься настоящей практике, а не нудным повторениям в тепличных условиях, — Гленн отложила кинжал, сосредотачиваясь на аргументах. — Волшебник проверяется в бою, его реакции... — Есть сомнения в моих реакциях? — Петросян скрестила руки на груди. За последние девять матчей в старте снитч ни разу не ускользнул от юркого ловца. Один из одного. Статистика определённо играла на стороне брюнетки. — Никаких, но посуди: одно дело полёты, другое — когда пытаются навредить, — Эмбер повернула голову, натыкаясь на закатывающиеся глаза. Что за абсурд. Она переживает за неё, а получает лишь это. — Во-вторых, можно подкачать форму. Не то что бы у тебе плохая — выглядишь здорово. Эмбер прошлась взглядом по фигуре слизеринки. Даже свободная мантия не скрывала её тонкой талии и красивых ног. Под взглядом Гленн щёки Аделии стали пунцовыми, девушка отвернулась, возвращаясь к зелью и всем видом показывая – разговор окончен. Годрик. Должен быть какой-то вариант убедить Петросян. Возможно, стоит сделать упор на том, что это весело. Дурачится, накладывать друг на друга заклятие щекотки или желейных ног и дружно смеяться после. Нет, глупость. Аделия не оценит. В её понимании намного интереснее пробираться ночью по замку и втихаря варить зелья. Тогда нужно объяснить, как здорово обмениваться опытом и выучить парочку новых заклинаний. Но Аделия со скептическим выражением заметит, что всегда может попросить помощи у старших подруг. А может, стоит подразнить младшую... Между делом вбросив предположение, что маленькая ведьма просто боится проиграть. Раззадорить и вывести на спор. Наиболее разумный вариант. Вот только Эмбер выбирает самый рискованный. Тот, на который можно получить в ответ не просто осуждающий вздох, а полноценное игнорирование. Но Гленн убеждена — оно того стоит. И нащупывая в кармане колоду карт, гриффиндорка прокручивает в голове всё дедушкины «фокусы». Жульничества. Хотя бы называй вещи своими именами. Если уж собираешь обводить вокруг пальца близкого человека, то имей смелость признаться в этом себе. Это ради её блага. Хорошая мысль, вот только Эмбер четвертуют, когда поймают за руку... Если. Если поймают. — Слушай, давай сыграем, — гриффиндорка кладет колоду между ними. Обычную, не магическую. Способную зацепить внимание Петросян и вызвать желание прикоснуться. — На желание. — Желание? — В глазах загорелся огоньки азарта. Аделия обожала споры. Не те, где люди орут с пеной у рта доказывая чужую неправоту. Нет. Такие, в которых можно рискнуть и честно заполучить что-то уникальное. Например, желание. — Какое желание? — Если выиграю я, — Эмбер подпёрла кулаком подбородок, изображая глубокую задумчивость. Наживка сработала. — То, ты идёшь в дуэльный клуб. Минимум трижды. А если ты... Что ж, по справедливости, всё, что захочешь. Ооо. Судя по нетерпеливому постукиванию пальцев, в голове младшей уже крутилось подходящее желание. Жестом указав на колоду, Аделия хрустнула костяшками и приготовилась побеждать. Если бы всё было так просто. Дедушка много раз показывал такой трюк: скрупулёзно тасуешь колоду, долго. Так, чтобы противнику хотелось взвыть от нетерпения. И в самый последний момент, кладешь по краям заранее отложенные карты. И ещё парочку прячешь под ближайший предмет. Проигрыш практически невозможен. Если только напротив тебя не сидит такой же шулер. Аделия старалась, продумывая каждый ход и мысленно высчитывая карты Эмбер. Игра шла легко, брюнетка уже ощущала заветный приз, готовясь ухватиться за него кончиками пальцев. Петросян облизнула губы, вот-вот долгожданный финал... Туз. Откуда не возьмись возник козырный туз. С ног на голову переворачивая ход игры. Аделия, словно в тумане, потрясла головой: она была уверена в своих расчётах. Карта должна быть другой. Вот только бубновая дама, одиноко зажатая в ладони брюнетки, говорила о другом. О проигрыше. Аделия плотно сжала губы. Она до раздражения ненавидит проигрывать. От обиды в уголках глаз защипало, девушка крепко зажмурилась, прогоняя непрошенные слёзы. Желание. Оно было так близко. Стоило только протянуть руку. Маленькая ведьма точно знала, что собиралась загадать. И только от одной этой мысли, всё внутри трепетало. Вот только она проиграла. Эмбер отвернулась к котлу, пряча виноватый взгляд. Оно того стоит. В очередной раз пробежала мысль. Вот только легче не стало. И нужно принимать последствия собственной «победы». — Твоя взяла, идём в дуэльный клуб, — Аделия вернулась к приготовлению ингредиентов, смахнув с плеч горечь поражения и... И задевая кистью глиняную чашу. С двумя картами, прижатыми под ней. Эмбер застыла. Мучительная смерть точно не входило в планы на вечер. Но вот она маячит перед её тушкой в лице разъяренной Петросян. — Эмбер. Гленн, — звучит плохо, очень-очень плохо. Стоило хорошенько подумать, прежде чем идти на поводу у сумбурного плана. Что ж, из неё выйдет хорошее приведение для замка. — Ты посмела сжульничать. — Кто сказал? — Лучшая тактика — нападение, всегда уверял Илья. Вот только не стоит слушать Малинина, когда переходишь черту. Эмбер хотела свести всё к шутке, к несерьёзности ситуации. Однако, видя разочарование в глазах слизеринки, она сама того не зная, нарушила важную границу. — Что это по-твоему? — Аделия медленно, словно пантера, приближалась к ней. Гриффиндорка сделала шаг назад натыкаясь на каменную стену. Холод иглами вонзился в поясницу, неприятно расползаясь по телу. — Наверное, выпали, когда перемешивала карты, — Эмбер выдала первое, что пришло в голову. Слабое оправдание. Хотя любое другое уже не способно исправить ошибку. Внутри всё билось в тревоге, предвещая нарастающую панику. — Это низко, — неоспоримый факт. Аделия упёрлась ладонью в вздымающуюся грудь. Сжав мантию в кулаке, крепко, до побелевших костяшек, Петросян притянула старшую ближе. Между телами не осталось и миллиметра. Во взгляде Аделии смешалось всё. Злость, обида, разочарование. Но хуже всего, от чего в животе Гленн образовался тошнотворный ком, слёзы. Непролитые, горячие слёзы в уголках глаз. – Ты предатель. Эмбер хотелось отвернуться, не видеть этой агонии. Но внутри бушевал не меньший пожар. Уши заложило от шума, сердце бешено колотилось в груди. Она должна что-то сказать. Извиниться. Воздуха не хватало, отчего слова застревали в горле. Эмбер протянула руку, желая стереть слёзы, дорожкой струящимися по смуглой коже. Причиной которых была она. Аделия оттолкнула Гленн, мгновенно отойдя подальше. Блондинка болезненно ощутила все неровности стены, каждый камушек, впивающийся в поясницу. Неприятно до слёз. И стена тут не при чём. Толчок словно ознаменовал, как её вычеркивали из жизни. Из-за тупой шутки. Из-за того, что ей так не терпелось увидеть Аделию в действии. Из-за того, что обманом, не словами и настойчивыми попытками, а именно обманом получила согласие. Эгоистично. Она разрушила что-то особенное, хрупкое, собственными руками. И сейчас, даже самое мощное Репаро не сумеет этого починить. Ингредиенты сыпались в котёл, меняя оттенок зелья. Кислотно-жёлтый. Противоположный тому, что описан в учебнике и так точно передающий изменившуюся атмосферу. Петросян недовольно зашипела, разражаясь собственной невнимательности. — Аделия, мне... — брюнетка махнула рукой и извинение повисло в воздухе. — Тебе пора уходить. Дальше я сама, — и не дожидаясь ответной реакции слизеринка отвернулась, настойчиво игнорируя чужое присутствие. Как она умудрилась так обжаться…

⋆⋆⋆ ⋆⋆⋆⋆ ⋆⋆⋆

Ребята разошлись по залу, в ожидании распоряжений Аллена. Профессор чертил линии на пергаменте, отмечая пары студентов, которым предстояло сразится друг с другом. Вероятность, что ей достанется Аделия — крайне мала, но Эмбер каждой клеточкой желала именно этого. Любой другой посчитал бы такой исход наименее желанным: ввязываться в дуэль с той, кто готов испепелить одним лишь взглядом. Для кого ты больше не значишь ничего. Гленн считала иначе. Предстоящая дуэль, возможно, была единственным шансом вернуть доверие слизеринской звёздочки. С инцидента прошла неделя, а они ни разу так и не поговорили. Гриффиндорка старалась изо всех сил, буквально выискивая Аделию в замке. Каждую перемену, услышав звонок и не дожидаясь разрешения преподавателей, рвалась в библиотеку, но натыкалась лишь на пустоту вместо янтарных глаз. Каждый завтрак решительно направлялась к столу Слизерина, но Трусова резво перекрывала путь. Каждый раз случайно сталкиваясь в коридоре, Эмбер открывала рот в извинениях, но натыкалась на холодный, безразличный взгляд. И каждый вечер что-то в груди сжимается крепче, таким тугим узлом, что невозможно вздохнуть. Сидя в кресле у камина и вслушиваясь в потрескивание поленьев, Эмбер постоянно задавалась одним и тем же вопросом: почему не остановила свою идиотскую выходку. Болезненно морщась, вспоминая разочарование Аделии. Поэтому сегодняшним вечером, сердце пропустило удар, чуть не сбившись с ритма, когда двери Большого зала распахнулись, впуская слизеринскую процессию. В хвосте которой грациозно шагала Петросян. Эмбер подавилась, расплёскивая воду на пол. Младшая определённо знала, как произвести впечатление. Сейчас, единственной возможностью всё исправить представлялся бой. И Эмбер должна выложиться на полную, не играть в поддавки, иначе станет только хуже. Хотя казалось, что хуже некуда. Толпа студентов редела, пары размещались по залу, а очередь Эмбер не подходила. Впрочем, как и Аделии. Трусова что-то шепнула младшей, направляясь в конец зала вместе с Малининым. Похоже, испытание ждало не только Гленн. — Мисс Петросян, — Аленн обвёл пером фамилию, выискивая по залу её обладательницу. Девушка мигом оказалась рядом с преподавателем. — Впервые у нас, да? Надеюсь, вам понравится, прежде участвовали в дуэлях? — Не довелось, — девушка пожала плечами, нетерпеливо вертя палочку между пальцев. — Что ж, тогда дам вам в распоряжение особенного напарника. Смею сказать, моего лучшего бойца, — искренняя улыбка ответила лицо Дэймон, волшебник безумно гордился своими подопечными. — Эмбер, подойди пожалуйста. Вселенная всё-таки услышала её мольбу. Гленн, чуть ли не бегом, рванула к преподавателю, не желая терять ни секунды. — Напомню, — Аллен сверился с записями, не замечая, что его лучшая ученица совершенно не вникает в суть задания, полностью сосредоточившись на слизеринке. Упрямо игнорирующую её. — Сегодня отрабатываем защитные и атакующие заклинания. По очереди, в формате боя. Отойдя к указанному месту Эмбер привычным жестом наложила вокруг них барьер, ограждая от посторонних заклятий. Безопасность превыше всего. Давай, будь смелее, ты же репетировала. Эмбер сделала пару шагов вперёд, став вплотную перед Петросян. — Прежде чем мы начнём, — девушка нервно провела по шее, распушая светлые локоны. — Я не права, это было глупо, по-идиотски. Прости меня. Пожалуйста. — Извинения не принимаются, — Аделия высокомерно вздернула подбородок, безразлично смотря в сторону. — А теперь вернись на исходную позицию. У нас есть работа. Эмбер поникла. Гриффиндорка ожидала чего угодно. На неё будут кричать, с ней будут спорить, на неё выльется нескончаемый поток эпитетов, сдерживаемых всю неделю. Эмбер даже ожидала пощёчину. А тут простой, холодный ответ. И никаких эмоций. Шансов больше нет, она сломала что-то важное. То, что кажется уже нельзя починить. Только принять. И вернуться на исходную позицию. Эмбер поднесла палочку параллельно лицу и распрямив руку, со свистом, направила кончиком в пол. Аделия отзеркалила приветствие. Дуэль началась. Девушки не обсуждали, кто начнёт атаку первым. Этого и не требовалось. Очевидно, кто из них желал пойти в нападение, движимый горькой обидой. — Протего, — защитные чары красным лучом вылетели на встречу заклинанию брюнетки. Остолбеней. Неплохой выбор. Шикарный, если помнить, что его удалось освоить третьекурснице. И у Аделии оно выходило невероятно мощным. Магия это эмоции. А эмоций у Петросян было хоть отбавляй. Заклинания сыпались одно за другим, Гленн едва успевала среагировать. На последнем не успев отбиться, блондинка отпрыгнула в сторону, пригибаясь к самому полу. — Собираешься отвечать или сегодня лишь жалкие подачки? — Выкрикнула Аделия, выпуская жалющее заклинание. Ого, а вот это уже из арсенала шестого курса. Щитовые чары отлично справлялись со своей задачей. — Аллен сказал по очереди, — Эмбер вытерла вспотевший лоб. — Надо же, так внимательно относишься к словам других… Это чёртова дуэль, горгулья подери! Или ты ждёшь приглашения как на танцы? — Вот сейчас вполне точно можно считать эмоции Петросян. Злость, вперемешку с раздражением. — В первую очередь мы учимся, — осторожно напомнила Эмбер. Она до последнего не собиралась нападать — дуэль тут же перейдет в ранг критической. — У тебя неверных хват, так воспаляться сухожил... — Помолчи, Гленн. Хватит строить из себя всезнайку. Тебе не идёт! Эмбер моргнула. Оказывается, может стать больнее. Аделия никогда не обращалась к ней так. Пренебрежительно. По фамилии. И это ощущалось как пропасть, в которую гриффиндорка летела вниз головой. Краем глаза девушка заметила Илью, с беспокойством оглядывающимся на них, попутно уворачиваясь от нападения Трусовой. Великий Годрик, весь Большой зал стал свидетелем их драмы. Плевать. Эмбер плевать на всех, на каждого из них. Самое главное сейчас — выстроить мост через эту пропасть. Любой, самый хлипкий. Да хоть бревно. Чтобы только немного унять чувство потери внутри. Чтобы подсказала Туктик? Дерьмо, можно же было попросить совета раньше. Проглотить неуверенность и с кем-то обсудить. Но Гленн предпочитала держать всё в себе. В одиночестве плавая на глубине колодца. А сейчас Лиза стояла в паре десятков метров, лёгкими взмахами выстраивая защиту. Подождите. Эмбер завертела головой. Похоже никто кроме Ильи не замечал их перепалки. Гленн внимательно прислушалась, звуков извне тоже не было. Барьер! Профессор наложил дополнительный звуковой барьер, подарив им приватность. — Да? А что же мне идёт? — Эмбер направила полочку в бок, выстраивая небольшую стену, за которую можно спрятаться в подходящий момент. — Думала, что искренность, — прошипела Аделия, насылая вдогонку летучих мышей. Лёгкий взмах гриффиндорки и крылатые кровопийцы превращаются в стайку бабочек. — Но это оказалось притворством ради выгоды. — Выгоды? — Терпение Гленн лопнуло. Оппуньо. Бабочки превратились в канареек, словно истребители летящих в Аделию. — Какой, блять, выгоды? — О, ты же так жаждешь стать мракоборцем, — Петросян ловко отбилась от птиц, в ответ наколдовывая огромную волну. Эмбер едва успела призвать воздушный колпак. — По-твоему я тебя использовала? — А как это ещё можно назвать? — Ошибкой. Люди ошибаются. Я ошибаюсь, — голос сорвался на крик. Блондинка выпустила Остолбеней, следом добавляя Инкарцеро. — И мне, чёрт возьми, жаль, что я разрушила что-то важное. Слизеринка отбила первое заклинание, но ко второму оказалась совершенно не готова, запутавшись в верёвках и падая на бок. От финального заклинания её спасла только быстрая реакция — девушка резво откатилась в сторону. — Силенцио, — освободившись от пут, Аделия не осталась в долгу, прерывая следующий шаг старшей. Эмбер в два огромных шага оказалась перед ней, направляя палочку в шею брюнетки. Петросян повторила движение, буквально вжимаясь в тело Эмбер. Гленн ощущала каждый изгиб, каждый вздох. — Молчание, серьезно? — Иронично, Аделия пыталась наложить то, чем била всю последнюю неделю – тишиной. — Защита и нападение. С каких пор Силенцио относится хоть к чему-то из этого? — Это атакующее, — сбивчиво объясняла Аделия, на секунду забывая их перепалку. Если бы не разница в росте, она спокойно могла бы упереться в нос Эмбер своим. — Если противник не владеет невербальными, то исход боя решён. — Жульничество, — Эмбер жадно ловила ртом воздух, не сводя взгляда с янтарно-золотистых глаз. Она скучала. Годрик, она так сильно скучала. Впервые с момента их ссоры Эмбер призналась в этом. Хотя бы себе. — Кто бы говорил, — злости не было. Только обида. Эмбер осторожно положила руку на талию и, не почувствовав сопротивления, уронила голову на плечо младшей. Не важно, как это выглядит для остальных. Не волнует, что они подумают. Главное — Аделия рядом. — Я идиотка. Но ты и так это знаешь, — Аделия тихо хмыкнула, так привычно, знакомо. Эмбер буквально чувствовала, как она закатывает глаза. И сильнее прижала к себе слизеринку. — Мне так хотелось увидеть тебя в действии. Так хотелось узнать, какой ты можешь быть, что я забыла о границах. Прости, что я нарушила твои. Прости, что подорвала доверие, что... обманула. Не со зла, но обманула. Я идиотка. И мне... Эмбер крепко зажмурилась, чувствуя, как её так же осторожно обнимают в ответ. Узел в груди распался, давая вздохнуть свободно, легко. Уткнувшись носом в шею Петросян, вдыхая такой родной аромат хвойного шампуня, Эмбер едва слышно произнесла: — Мне тебя не хватало, моя маленькая ведьма. Аделия ничего не ответила, не сказала, что всё забыто. Но тонкие пальцы выводили плавные узоры на пояснице и этого было достаточно. Тишина, окутавшая пространство, больше не ощущалась как пропасть. Скорее, как важная грань, которой они коснулись, узнавая и принимая новые стороны их личностей. — Но, Аделия, я не шучу, — Эмбер отстранилась, заглядывая младшей в глаза. — Держи палочку мягче, иначе повредишь запястье. — Как же тебе нравится руководить, — на губах заиграла знакомая ухмылка. Та, от которой хотелось громко засмеяться в ответ. — У нас ещё есть время, верно? Дуэль продолжилась с такой же интенсивностью, как и прежде. Но в атмосфере больше не летали искры, готовые сжечь всё вокруг дотла. Заклинания сопровождались поддразниваниями, а каждая защита забавными шутками. Аллен остановил студентов, снимая барьер. На сегодня всё, ребята отлично постарались и профессор остался доволен. Аделия не торопилась расстаться с Эмбер, внимательно слушая корректировки. Малинин со скучающим видом поднял розовую бутылочку с пола, удивлённо вертя в руках и рассматривая узоры. Занятная вещица. Парень почесал кончик носа, вертя голосов в поиске владельца. — А ну отдай! — Косторная возникла из ни откуда, грозно сверкая глазами. — Розовая? Отлично дополняет твой образ, — Илья не торопился отвечать на просьбу, с любопытством всматриваясь в детали. — Малинин! — А волшебное слово? — Илья склонил голову на бок. — Круци... Трусова среагировала мгновенно, зажав рот подруги и не позволяя довести начатое до конца. Аделия перехватила кисть старшей, выхватывая волшебную палочку и для верности направляя куда-то в потолок — Не перебарщивай с волшебством, — Аделия вернула палочку волшебнице. Та что-то проворчала, отдалённо напоминающее благодарность. Туктик согнулась пополам от смеха и нещадно хлопала друга по спине. Малинин всё же устроил шоу. Сам нарвался, Лиза постоянно напоминала: не стоит трогать чужие вещи. Улыбнувшись, Эмбер отвернулась от друзей в поисках Аделии. Голубые глаза в молчаливом вопросе изучали карие. Мы в порядке? Аделия едва заметно кивнула.

── ⋆✴︎˚｡⋆ ──

— Непростительно, гнусно, безобразно, — Малинин битый час вспоминал всевозможные эпитеты, с каждым оборотом распаляясь всё больше. Ещё немного и на нём можно жарить яичницу. Если бы парень не носился по спальне, махая руками, как ветряная мельница в припадке, Эмбер точно бы решила, что у него где-то запрятан словарь. Уж очень богатый набор негодования. — Мерлин, мы снова на этой волне, — простонала Туктик, брезгливо отодвигая горсть огрызков со стола и присаживаясь на самый край. Хоть бы ничего не прилипло. Парни вообще в курсе про гигиену? Обводя комнату взглядом ответ очевиден — нет. У бедных домовых эльфов случится истерика. — Скажи ещё, что это удар ниже пояса. — И скажу. А ещё... Ещё целенаправленное оскорбление чести! — Не унимался Илья. Парень на эмоциях швырнул дротик в мишень. Эмбер озадаченно проследила за его полётом. — Где вы достали дартс? — девушка лежала на кровати друга, закинув руки за голову. — Кондратюк откуда-то достал, — Малинин почесал кончик носа, пытаясь вспомнить, когда именно в комнате появился новый предмет интерьера, но не смог. Мишень магическим образом возникла в комнате парней. — Мы отвлеклись. Надо отомстить Трусовой! — За что? За то что ты посверкал своими панталонами? — фыркнула Туктик, протягивая охотнице ладонь и отбивая «пять». — Слава Годрику, она стянула только штаны. Я бы не пережила твоей голой задницы. — Боксеры. Не панталоны. А голышом я только сплю... — Не напоминай, до сих моя психологическая травма, — закрыв лицо руками, Эмбер всеми сила старалась стереть из памяти этот фрагмент. Год назад, в конце осени, она решила разбудить проспавшего тренировку Малинина. Кто знал, что он даже не удосужился прикрыться одеялом. Гленн старательно отгоняя навязчивое воспоминание. — Даже знать не хочу, — Лиза сморщилась в отвращении, вспоминая как Эмбер словно дикий лось вылетела из спальни друга, отказываясь объяснять свои покрасневшие уши. — Какие хоть были трусы? Во время дуэли не обратила внимания. — Мои любимые. Малиновые. — Ты про цвет? — Уточнила Гленн. — Не-а, с ягодками, — немедля ни секунды, парень спустил штаны, гордо демонстрируя яркий фасон. — Укуси меня игуана, прекройся! — В парня уже летели подушка, одеяло и плед. И этот человек планирует отомстить Трусовой за свой публичный эксбиционизм! Мерлин... ⋆⋆⋆ ⋆⋆⋆⋆ ⋆⋆⋆ Троица буквально вывалилась из спален. Малинин резво шагал впереди, вычерчивая в блокноте план отмщения. Ух, капитана Слизерина ждёт кое-что особенное. Легендарный — вот каким станет розыгрыш. Девушки, заслушав финальный план гриффиндорца, отказались влезать в это. Плевать, он быстро найдёт союзника. Илья вытянулся на носках и вращал шеей в поиске подходящего кандидата. — Эй, откуда у Брук столько шоколадок? — Малинин шустро замечал всё необычное, выбивающиеся из общего порядка. Эмбер оглянулась в указанном направлении. И действительно, восседая перед камином на горе подушек, Брук отсчитывала шоколадки светловолосому мальчику со странной прической и пухлым носом. В ответ первокурсник протянул пакетик с навозными бомбами. — Привет, малышка Гленн, — Туктик бесцеремонно приземлилась рядом, испугав младших неожиданным появлением. Мальчик шустро сгрёб шоколад, уносясь по своим делам. — Кыш, вы трое мешаете моему бизнесу, — Брук упёрлась ладошками в плечо Лизы, пытаясь согнать девушку с места. Вызвав лишь умиление, своими неудачными попытками. — Что ещё за бизнес? — Эмбер присела в другой стороны, кладя голову сестре на колени. Щёки девочки грозно надулись: старшие продолжают совать свои любопытные носы в её дела. — Звучит, как контрабанда. — Контрабанда — когда я приношу что-то в замок. А это честный обмен, — подняв палец вверх оттараторила Брук. Звучит складно. Слишком знакомо. — Умно, кто же научил такой мудрости? — Гленн выпятила нижнюю губу, усыпляя бдительность маленькой предпринимательницы. Лучший способ выудить из сестрёнки информацию — искренне восхищаться её находчивостью. — Аделия, — честно призналась Брук. Отлично, слизеринская звёздочка учит её сестру нарушать правила. А Эмбер с конца лета только и думает о том, как сдержать спесь первокурсницы. — Какая она молодец, — протянула Эмбер с улыбкой. Брук утвердительно закивала, что-то напевая себе под нос. — А откуда столько шоколада? — От Аделии. Одной миниатюрной брюнетке не избежать серьезного разговора. Безусловно, Эмбер доверяла Петросян: девушка столь трепетно оберегала её сестрёнку. Но Брук... С её неуёмной энергией, она могла перекрутить всё с ног на голову. И шоколад... Откуда его столько? Неужели какому-то бедолаге не хватило монет и он решил откупиться своими запасами за флакончик зелья. Аделия не жалует сладости, поэтому спихнула неожиданную «прибыль» в ладошки Брук. Эмбер кивнула, соглашаясь с логичным ходом мыслей. — А навозные бомбы? — Напомнил Илья. Парень всегда восхищался взбалмошным характером девочки. — Аделия сказала — нужно беречь зубы и разрешила не больше трёх шоколадок в день. Я ем пять, только не рассказывай ей. Пожалуйста, — Брук в мольбе сложила ладошки, тряся ими перед собой. — Она подсказала решение: меняться с ребятами на что-то полезное. А бомбочки мне нужны. — Зачем же? — Малинин протянул руку, незаметно стягивая шоколадку. Девочка хлопнула его по ладони. Не прокатит. Шоколад сродни религии в семействе Гленн. — Конечно же для приключений, — младшая раздражённо закатила глаза. Определенно переняла эту привычку у Петросян. — У меня на примете есть пару идей. — Поделишься? — Туктик выхватила у Малинина блокнот, притворившись записывать идеи. О, сейчас Брук даст целый мастер класс для старших. Вскочив с подушек, девочка пустилась в рассказ, в красках описывая хитроумные планы. И неустанно жестикулируя под восторженные вздохи троицы.

── ⋆✴︎˚｡⋆ ──

Шаги едва различимым эхом отражались от стен замка. Почти не слышно, словно кошка, Эмбер с большой осторожностью поднималась по каменным ступеням. Обход давно закончился и напоследок, перед тем как зарыться в плотное, обволакивающее одеяло, гриффиндорке захотелось взглянуть на звёзды. Да, она попусту тратит время. Но сегодняшней ночью они манили к себе с такой силой, что невозможно устоять на ногах. И в этом девушка была не одинока. Прислонившись к дальней стене, у самого окна, разместилась Аделия. Постелив на пол плотный плед, брюнетка удобно устроилась, разложив вокруг книги и стопки пергамента. Петросян старательно выводила незнакомые символы, не упуская ни единой чёрточки. Плечи напряжённо сутулились, глаза резво перебегали от строчки к строчке, нижняя губа покраснела от бесконечного покусывания. Девушка выглядела удивительно волшебно в лунном блике и мерцающем полёте светлячков. Ох, что-то новенькое. Крохотные насекомые роем летали над Аделией, кружась в плавном танце как артисты, вальяжно вальсирующие в ожидании смены мелодии. — Надеялась, что сегодня мне не придется никого арестовывать, — Эмбер присела на самый край пледа, вытягивая шею и заглядывая в записи. Но тут же подалась назад, отдергивая себя. Не стоит. — Не терпится меня арестовать? — не отрываясь от пергамента, Аделия хитро ухмыльнулась, скорее даже собственным мыслям, чем приветствию неожиданной компаньонки. — Сомневаюсь, что ты справишься. — Это почему же? — Эмбер зарылась пальцами в мягкую ткань. Красивый узор, своеобразное сочетание оттенков. Необычно. Гленн бы прошла мимо, не купив. — Кто сказал, что не окажу сопротивления? Эмбер хмыкнула. Без сомнения окажет. Даже без магии. Брюнетка начнёт увиливать, ловко жонглируя словами и уводя ход беседы в иное, удобное ей, русло. На глазах обитателей замка растёт будущий дипломат. — Откуда они? — Гриффиндорка завороженно следила за полётом светлячков. Мягкий, золотистый свет словно пульсировал в их маленьких тельцах. — Нашла заклинание в какой-то книге, — Аделия с мягкой улыбкой наблюдала за сменяющимися эмоциями Гленн. От восторга у старшей так забавно открывался рот, а в радужке глаз плясали такие же яркие искорки, как и сами светлячки. Не правда. Покачав головой, словно прогоняя наваждение, Эмбер прикрыла глаза. Она здорово читала людей, понимала эмоции ещё до того, как человек их озвучит, заранее чувствовала, что скрывается в душе каждого. Но с Аделией это просто не работало. Никогда. Маленькая ведьма продолжала оставаться тайной за семью печатями. Но это была явная ложь. Гленн знала наверняка. Найди столь уникальное заклинание среди фолиантов, девушка определённо запомнила бы не только название, но и номер страницы. Даже конкретный абзац. «В какой-то книге» выбивалось так явно, словно слон в посудной лавке. Случись разговор пару недель назад, Эмбер закидала бы младшую вопросами. Добралась до самой сути. И Аделия с восторгом бы описывала, неожиданное возникновение светлячков. Сейчас всё изменилась и Эмбер не давила. Петросян в праве поделиться сама, если захочет. — Очень красивое заклинание, — с усилием выдавила Гленн. Ком в горле почти затруднял дыхание, что уж говорить о словах. Девушка буквально заставила себя сменить тему. — Над чем работаешь? Аделия удивлённо моргнула, явно не ожидая резкой перемены. — Руны. Откровенно говоря — скука смертная, — брюнетка раздражённо захлопнула учебник. Она ожидала большего, а тут детский сад какой-то. — Переводы... Одни сплошные переводы, транскрипции и толкования текстов. И это даже не магические формулы. Нет! Письма одного скандинавского волшебника к другу о том, чем он позавтракал дождливым утром... Салазар, на что я трачу молодость? — Что я слышу, Аделия Петросян жалуется на науку? — Покачав головой, Эмбер облокотилась спиной на каменную кладку. — Это. Не. Наука, — слизеринка возмущённо отчеканила каждое слово. — Наука сродни искусству. Вечный поиск, эксперименты, долгожданные открытия. Знаешь, когда злишься, что в сутках так мало времени и часть его приходится тратить на сон. А здесь... Одна сплошная бюрократия, от которой хочется забыться летаргическим сном. — Маленькая королева драмы, — Эмбер охнула, получив тычок пальцем в ребра. Гриффиндорка подняла руки. — Ладно, стоп, я на твоей стороне. Не разбрасывайся союзниками. — Союзниками? Какое громкое заявление... Однако, у меня есть план, — Аделия заговорчески поиграла бровями. Слизеринка нетерпеливо поёрзала на месте, желая поделиться задумкой. — Хочу создать защитные руны и нанести их на небольшие предметы. — Ты хочешь сделать рунические амулеты? — Аделия кивнула, довольная, что Эмбер так ловко ухватила суть идеи. — Ого, звучит круто. А какие нужно соедени... — Эмбер снова отдёрнула себя. Не стоит. Не сейчас. — В смысле, ты молодец. С нетерпение жду итоговый результат. Могу даже выступить в роли испытуемого. Аделия нахмурилась. Что-то определенно было не так. Эмбер всегда поддерживала разговор, нетерпеливо задавала кучу вопросов и вставляла забавные комментарии. И к концу обсуждения буквально умоляла показать то, что уже получилось. Эта версия Эмбер была крайне… спокойной. Вдумчивой, сдержанной. Той, кто поддерживает беседы из вежливости, желая поскорее убраться восвояси. — Кстати, — Эмбер вырвала младшую из мыслей, в очередной раз внезапно сменяя тему. — На днях у Брук обнаружилась несанкционированная горка шоколада. И под допросом она выдала поставщика. — Допрашивала собственную сестру? Как доблестно, будущий мракоборц, — Аделия шла на встречу, поддерживая новый виток беседы. — Кем же оказался тайный поставщик? — Как выяснилось, это местный контрабандист зелий, — Эмбер шутливо коснулась носа младшей, заставляя брюнетку сморщится и надуть щёки. — Настолько активно требовала оплату, что кто-то расстался со своими запасами сладостей? — Мерлин, нет. У меня элитная мануфактура, а рэкитирская богадельня, — Аделия кокетливо проводила плечами, заставляя Гленн прыгнуть. Петросян смахнула маленькую капельку от слюны — очень утонченно. — Тогда откуда столько шоколада? — Эмбер чуть подалась вперёд, заглядывая в глаза собеседницы. — Секрет. Точно, секрет. Напомнила Эмбер, отклоняясь назад, вновь прислоняясь к холодной стене. Границы. Она пообещала себе впредь помнить о границах Аделии. Получалось из рук вон плохо. С Аделией хотелось шутить, задавать вопросы и спорить, невесомо прикасаться, нежно приобнимать... Всё это мешало держать границы. Гленн намеренно выстраивала дистанцию, а через минуту разговора уже забывала о её существовании. Разговор больше не шёл так естественно, как раньше. Стопорился на каждом ответвлении, водопадом срываясь в бездну. И Эмбер следовала за ним, всё глубже утопая в сомнениях и тревогах. С момента дуэли у них не было возможности поговорить. Расписания не сходились, тренировки и обходы регулярно корректировали планы, друзья тянули в сторону, напоминая о начале занятий. Аделия её простила. И Эмбер приказала себе держаться, уважать чужие границы, не лезть с излишним, навязчивым вниманием. Сдерживать эмоциональные порыва и сглаживать резкие углы. Но почему-то от этого становилось только больнее. Общение заходило в тупик и Эмбер понятия не имела, как из него выйти. А замысловатый узор пледа вдруг стал самой интересной деталью. Гленн тупо уставилась на него в поисках ответов. Холодные пальцы коснулись горячей кисти, осторожно раскрывая сжатый кулак. Она и не заметила, как ногти болезненно впились в ладонь оставляя следы-полумесяцы. — Поговори со мной. Пожалуйста, — Аделия сместилась, располагаясь напротив, едва ощутимо придавливая коленями ступни Эмбер. Поговорить... Эмбер горько усмехнулась. Легче переплыть океан, чем описать всё то, что съедало изнутри. Тревоги прожорливо поглощали малейшие остатки тепла. Словно дементоры. И никакой Патронус в мире не мог от них защитить. — Однажды, на Рождество, мама подарила мне калейдоскоп, — Эмбер аккуратно подбирала слова, не понимая, как ещё объяснить. Гриффиндорка уткнулась подбородком в колени, заставляя не отводить взгляд от янтарных глаз. — Калейдоскоп, — тихонько повторила Аделия. Звучало не знакомо. Брюнетка придвинулась ближе, повторяя позу старшей и опуская подбородок на её колени. Между лицами осталось лишь пару сантиметров. — Что это? — Трубка. Внутри зеркала и россыпь разноцветных стёклышек, — Эмбер прищурилась, стараясь описать максимально понятнее. — Когда смотришь в неё и поворачиваешь, они складываются в сложные, удивительно красивые узоры. — Звучит замечательно, — Аделия плавно провела мизинцем по ладони старшей, терпеливо ожидая продолжения. — Лучше всего их видно, если направить калейдоскоп на солнце. Знаешь, я каждый раз представляла себя капитаном, отправляющегося в космические путешествия, — почему-то тогда всё было так просто. Трудности решались улыбками, а тёплый грушевый пирог с корицей дымился на бабушкиной кухне. — Я была в восторге: носилась с ним по всему двору, сшибая дедушкиных садовых гномов. Я не говорила — он магл. И у него своеобразное представление о дизайне… Я везде таскала его с собой. Не дедушку — калейдоскоп. Хотя и дедушку тоже. Боялась даже на ночь выпустить из рук. Эмбер посмотрела на снующих светлячков. Забавно, она никогда не задумывалась, как свет может менять ощущения. Как яркое, белое освещение всегда отдавало стерильностью и порядком. Неуместностью. Ощущением, что тебе не рады. А жёлтое сияние, такое же, что исходило от снующих насекомых, дарило покой. Спокойствие. При нем невозможно уловить угловатости и шероховатости вещей. Оно словно сглаживало границы. Природа заранее продумала свой уютный облик. — Это был конец мая. Дедушка продумал всё с вчера, а утром мы отправились ловить головастиков, — Эмбер повернула ладонь, переплетая пальцы с Аделией. — Дедушка хотел развести во дворе лягушек: ему нравится их пение... Не спрашивай, он чудак. Мы закатали штанины и зашли в реку. И я засунула калейдоскоп в задний карман, чтобы случайно не намочить, иначе стёклышки прилипнут к зеркалам. Провозились до полудня, а когда вернулись на берег, карман оказался пуст. Калейдоскопа нигде не было. Мы облазили пляж вдоль и поперёк, залезли во все камыши, проверили каждую кочку. Но толку ноль. На обратной дороге деда нёс меня на спине, я ревела, а он убеждал что купим другой, похожий. Но какой смысл, если это будет не он... В башне повисло молчание, давая словам улечься в верном порядке. Лунный свет свободно проникал сквозь окно, освещая силуэты девушек и отражая тени на стене. — Эмбер, — Аделия мягко сжала руку, прося посмотреть на неё. Гленн неохотно повернула голову, сталкиваясь с понимающим взглядом. — Чтобы не произошло... Ты меня не потеряешь. Обещаю. — Пока я снова не перегну палку, — гриффиндорка посмотрела вверх, стараясь скрыть подступающие слёзы. Аделия всё поняла. — Тогда мы вместе её поравняем, — подсказала брюнетка, вызывая полусмех, полувсхлип старосты. — Звучит так просто. — Не просто. Но мы справимся, — Аделия ободряюще кивнула, легонько задевая носом скулу Гленн. — Хорошо, — девушка глубоко вдохнула, впуская воздух в сжатое тело. С каждым вдохом и выдохом, мышцы расслаблялись. Напряжение уходило, а тревога разжимала острые когти. Они справятся. Эмбер приложит все силы. Гленн сглотнула и прочистила горло. — Так... Откуда светлячки? — А я уже решила, что тебе не интересно, — подразнила Аделия. С начала их встречи девушку распирало от желания поделится. — Во время дуэли, когда ты наколдовала стайку птиц... мне пришла идея. Я соединила Опуньо с Люмос. Практиковалась несколько дней, но получилось довольно неплохо. — Получилось удивительно. Ты удивительна, — всё ещё шмыгая носом, не сдержала признание гриффиндорка, вызывая румянец на смуглой коже. — Научишь меня? Выглядит потрясающе! — Думаю, ты могла бы убедить меня, — Аделия притворно задумалась, получая лёгкий толчок. — И что же я получу взамен? Эмбер открыла рот в шутливом комментарии, но её прервал ужасающий рык... Исходящий из живота. Гленн смущённо потёрла шею, под громкий смех слизеринки. — Эй, это не специально! Я пропустила ужин, — девушка взглянула на часы. Невезение, до завтрака оставалось шесть часов. Шесть, мерлинова борода! — Пойдём, — Петросян плавно поднялась на ноги, параллельно подтягивая старшую наверх. Эмбер удивлённо подняла брови. — Давай, увидишь. Девушки петляли по прохладным коридорам. Аделия, на полшага впереди, волнительно тянула вперёд. Эмбер доверчиво следовала за ней, крепко держа за руку и немного увеличивая шаг, желая поравняться. — Получается, твой дедушка магл... — внезапно уточнила Аделия. Ей хотелось узнать больше о семье гриффиндорки. — Как и бабушка, — разговор не заставил долго ждать. Эмбер знала наверняка: Аделия захочет узнать подробности. — Дедушка чуть не сломал Аллену нос, когда тот появился у них на пороге, — блондинка фыркнула, вспоминая рассказ отца. — Профессор вызвался добровольцем поздравить маглов с рождением волшебника, но забыл уточнить, как лучше одеться... Даже пугало на огороде выглядело солиднее! А он объяснял, что им нужно поговорить о их мальчике и пытался пройти в дом. — И чем всё закончилось? — Бабушка наставила на него ружьё, — Эмбер беззаботно пожала плечами. Узнав про забавный факт, Малинин придумал целый план, как украсть маховик времени и махнуть в прошлое, чтобы лично увидеть этот цирк. Туктик предложила более практичный вариант — попросить воспоминания у отца. Но тот отказался, настаивая, что истории остаются душевными, до той поры пока слышишь их от других, а не ныряешь в «Омут памяти». — Быть не может! — Аделия прикрыла рот ладонью, понятия не имея как реагировать. Шок отошёл на задний план и брюнетка прыснула в кулак. — Может... В итоге бабушка стала главным фанатом магии, — пожилая дама бережно расставляла на полках различные волшебные предметы. Огромная коллекция по сей день оставалась нетронутой. У дедушки не поднималась рука раздать или выбросить. — Ей нравилось читать нам сказки Барда Бидля и она была большой любительницей сладостей. Особенно перечных чёртиков и тыквенных котелков. — Больше чем ты? — Я и рядом не стояла, — Эмбер провела по затылку. — Бабушка была особенной. В её арсенале было припасена куча шуток. Считай, целый саквояж захватывающих историй. И она пекла невероятно вкусные пироги. С грушей и ежевикой. — Звучит замечательно, — Аделия повернула голову, внимательно изучая гриффиндорку. Прошло два года, но Эмбер непросто давались воспоминания о женщине. — Думаю, вы с ней похожи. — Дедушка говорит, что у меня такой же любопытный нос и неумение сидеть спокойно, — Гленн забавляло, как настолько противоположны люди могли дополнять друг друга. — Он сдержанный? — Скорее воспитанный. Вся эта чопорная британская манерность... Бабушка утверждала, что в молодости было хуже. И он постоянно закатывал глаза на её выходки, — Эмбер прищурилась. На границе сознания витала какая-то мысль, но она всё никак не могла за неё ухватиться. — Порой разные люди идеально дополняют друг друга, — едва слышно проговорила брюнетка. Эмбер услышала. Она наклонила голову в сторону младшей. — Ты веришь в это? — Мне хочется верить, это... многое бы объяснило, — Аделия задумчиво прикусила щёку. Кажется, в последнее время она только и думала, что разных полярностях. — Стоит уточнять, что конкретно? — Эмбер замерла на верхней ступени, нерешительно глядя вниз. — Нет. Не сегодня. Но однажды ты узнаешь. Как и про шоколад Брук, — девушка подмигнула, ободряющее сжимая руку и повела к лестнице, ведущей в подземелья. — Пытаешься затащить меня в подземелья Этери? Там цепи. И кандалы. И сама Этери, — гриффиндорка загибала пальцы, перечисляя возможных противников. — Балбесина, — беззлобно отозвалась младшая. Коридор казался непроглядным, но зайдя за поворот, тут же наполнился светом факелов. — Балбесина? Мне не послышалось? Аделия Петросян действительно сказала «балбесина»? Это так... невежественно с твоей стороны. По-варварски. Снизошла до нас, простых крестьян. Скандал! — Салазар, — она догадывалась, что Эмбер будет не заткнуть после случайной оговорки. — Помолчи. — Помолчи, — передразнила Гленн. — А где же пожалуйста? Не-а, я определенно плохо на тебя влияю. Аделия закатила глаза — эти шабутные гриффиндорцы, абсолютно не умеющие сдерживать себя. Но откровенно говоря, ей нравилось, когда Эмбер нарушала привычный уклад. Гленн озадаченно оглянулась по сторонам, ещё немного и они доберутся до гостиной Хаффпаффа. Аделия неожиданно затормозила перед картиной с фруктами и Эмбер едва не налетела на неё. Вовремя выставив руки вперёд, уперев их по краям рамы, она буквально зажала младшую между стеной и собственным телом. Петросян покрутилась, разворачиваясь лицом к Эмбер. О, кое-кто явно возмущён. Аделия ткнула указательным пальцем в грудь старшей, собираясь разразится тирадой о чужой нерасторопности, как внезапно осознала всю неловкость их положения. Лица были близко. Слишком близко. Настолько, что дыхание смешивалось, а пульс опасно учащался. Эмбер могла рассмотреть каждую чёрточку в радужке карих глаз. Зрачки расширились, словно непроглядная тьма, завораживая и погружая в бесконечные пучины. До сегодняшней ночи Гленн не могла представить, что взгляд может быть таким. Насыщенным. Обезоруживающим. Таким, от которого подкашивались ноги и хотелось рухнуть на пол, прося о помиловании. Свет факелов играл на смуглой коже, от чего она мерцала каким-то особым сиянием. Кожа выглядела мягкой, невероятно нежной. Хотелось прикоснуться и проверить, похожа ли она на шёлк. Эмбер готова поспорить, что похожа. Аделия неотрывно следила за старшей, не моргая, боясь пропустить нечто важное. Девушка так сильно вжалась в картину, казалось ещё чуть-чуть и полотно порвётся. Но всё что волновало её в данный момент — Эмбер, нежно проводящая кончиками пальцев по линии челюсти. Аделия покраснела. Трудно не заметить. Казалось, даже кончики ушей горели, как свечи. Эмбер завороженно рассматривала слизеринку, осторожно убирая что-то с её щеки. — Ресничка, — прошептала Эмбер, держа на подушечке пальца тонкий волосок. — Загадаешь желание? — У меня уже есть одно, — Аделия бережно накрыла чужую руку своей, опуская их вниз. — Откуда? — Выиграла в карты. — Какое потрясающее везение. Аделия облизнула губы, осторожно поднимаясь на носочках... Где-то за углом послышались громкие шаги и голос, отдалённо напоминающий ворчание Филча. Не медля, Эмбер выступила вперёд, прикрывая собой младшую и продумывая правдоподобное оправдание. Но не успела девушка открыть рот, как цепкие пальцы схватили за лацкан мантии и потянули на себя. По инерции заставляя ошеломлённую гриффиндорку пролететь через внезапно открывшийся проход. Портрет захлопнулся рылся и Гленн протёрла глаза привыкая к яркому освещению. — Что это было? — Эмбер уставилась на тайный проход. Она была абсолютно уверена, что изучила каждый метр Хогвартса. — Я пощекотала грушу, — Аделия провела по волосам, приводя себя в порядок. — Грушу? — На картине с фруктами. Она открывает доступ на кухню, — и действительно к ним со всех ног бежали маленькие эльфы, окружая Аделию и наперебой привлекая её внимание. — Маленькая мисс, мы так счастливы вас видеть! — Вы похудели, маленькая мисс, вас срочно нужно подкормить. — Хотите пирог с патокой? — Мы можем приготовить пряный тыквенный сок. Гленн осмотрелась, щепетильно вглядываясь в каждую деталь и фиксируя их в памяти. За годы учёбы троица ни разу не задалась вопросом, как и откуда появляется еда на столах. Похоже, слизеринская звёздочка быстро разгадала эту загадку и, судя по восторженным возгласам домовиков, стала завсегдатай гостьей. Аделия внимательно слушала болтовню домовиков, рассказывающих последние новости. — Замечательно, Кимми, ты молодчина, — брюнетка погладила курносого домовика по огромным ушам. Кимми потёр носик, смущённо покачиваясь на тонких ножках. — К слову, у меня к вам крохотное поручение. Одна староста пропустила ужин. Как по команде домовики дружно повернули головы в сторону гриффиндорки, наконец замечая её присутствие. Гленн смущённо помахала им. Энергично закивав, эльфы бросились в рассыпную, собирая маленький пир для студенток. Кимми вцепился в штанину блондинки, упрямо ведя к столу возле камина. На столешнице в мгновении ока появились тарелки с румяными тостами и нарезанными фруктами, в чашках дымились горячие напитки, а пиалочки до краев наполнены джемом. Завершением стала банка арахисовой пасты, притащенная парочкой шумных эльфов. — Да тут у тебя целая армия фанатов, — Эмбер присвистнула, потирая ладоши и жуя дольку апельсина. — Как ты нашла это место? — Саша просто невыносима, когда голодна. Тайфуном носится по гостиной, на всех рычит. Однажды Кимми убирал гостиную и я спросила, как достать что-нибудь вкусное. И вот мы здесь, — Арахисовая паста густым слоем размазана на тосте, сверху тут же лёг клюквенный джем. — Прошу. Эмбер недоверчиво крутила перед носом этот специфический гастрономический шедевр. В желудке, разумеется, всё перемешается, но вот сходу запихнуть в себя такое... Звучит рискованно. Эмбер смиренно вздохнула, боязливо откусывая кусочек под пристальным вниманием Петросян. Хм, недурно. Даже отлично. Из-за джема паста не прилипала к нёбу, а кислинка разбавляла приторную сладость. — На удивление хорошо, — Эмбер потянулась за новым тостом, повторяя оригинальный рецепт. Ещё немного и она станет любительницей клюквы. — Так, на счёт амулетов. Как конкретно должна работать формула? Придвинувшись ближе, Аделия пустилась в объяснение тонкостей славянских обрядов. Подперев голову рукой, Эмбер вслушивались в мелодичный голос, наслаждаясь знакомой атмосферой: тепло камина, пряный тыквенный аромат, шелест пергамента и обволакивающий запах хвои. Они определённо в порядке.

── ⋆✴︎˚｡⋆ ──

— Объясняю ещё раз, — ещё немного и у Ильи закончится терпение. Мерлин, почему так сложно. Чёртова женская солидарность мешала всей затее, пуская её гиппогрифу под хвост. — Это просто краситель. Ничего серьезного. — Всё, что касается волос до ужаса серьёзно, — Туктик сложила руки на груди, отказываясь участвовать в подобной авантюре. Эмбер энергично закивала. — Да ладно вам! Мы же обожаем шалости, — глянцевая баночка, ставшая предметом спора, приковала взгляды троицы. — Шалости — да, членовредительства — нет, — и Трусова гарантировано открутит им головы. Эмбер не планировала стать совой к Серебряному балу. Хотя... Вращать головой по кругу было бы забавно. Но не таким путём. — Ваши доводы убивают всю магию. — А Трусова убьет тебя, — уверенно подытожила Туктик. Илья хлопнул по столу. Здесь союзников не найти. Одни толерантные тихони. Парень привстал с места, выглядывая помощника. Задача плёвая — на минутку отвлечь слизеринского капитана. — Эй Стивен. Стивееееен. Гоголев, мать твою! — Долговязый парень замер у входа в гостиную. Илья за пару шагов оказался рядом, донося просьбу и энергично размахивая руками. Стивен задумчиво кивнул. Девушки переглянулись. Малинин обвел доверчивого вратаря вокруг пальца. Определенно, Гоголев понятия не имел во что конкретно ввязывается.

⋆⋆⋆ ⋆⋆⋆⋆ ⋆⋆⋆

Эмбер придержала дверь, пропуская маленькую ведьму вперёд. Аделия битый час объясняла порядок создания Эйфорийного эликсира. Тутберидзе предупредила, что на ближайшем занятии проверит зелье на каждом, кто его варил. Маленькая ведьма не горела желанием снимать гриффиндорку с крыши. И это в лучшем случае. Гленн резко затормозила, привлекая внимание младшей. На вопросительный взгляд Аделии, она лишь кивком указала на стол Слизерина. Трусова злобно тыкал вилкой, нещадно накалывая бедную брокколи и агрессивно жуя. Волосы густыми прядями спадали на спину... Вишнёвыми густыми прядями. И судя по убийственному взгляду в направлении Гриффиндора, охотница быстро вычислила виновника. Малинин поймал испепеляющий взгляд и ухмыльнувшись, отправил в ответ воздушный поцелуй. Под кровожадную ухмылку Косторной и шумное успокаивание Щербаковой, Александра угрожающе поднялась с места, проводя большим пальцем по горлу. В Большом зале повисла звенящая тишина: капитан вышла на тропу войны и счётчик Малинина начал обратный отсчёт. — Поздравляю, — Аделия похлопала старосту по спине. — Теперь у тебя на одного друга меньше.