Особый механизм любви. Любовь старшекурсника. Книга спешлов 1-2.

Привет! Я написала эту специальную книгу, чтобы вы могли прочувствовать важность дружбы, семьи и близких людей для этих двоих. Время идет своим чередом, но те, кто действительно важен для нас, остаются с нами навсегда. Поэтому я хотела передать любовь через важные моменты и события в жизни Ви и Марка, где их близкие всегда были рядом в разные периоды их жизни. Спасибо, что нашли время прочитать её, и я надеюсь, что этот специальный выпуск поможет вам глубже погрузиться в их особенную историю. Спасибо! Фаддист Вава Нарис Особый механизм любви. Любовь старшекурсника. Книга спешлов 2. «Начало жизни с ребёнком» [Ви Вивис] – Пи Ви, давай усыновим ребёнка, - предложил Марк, пока я просматривал план работы на следующую неделю. Мы были в Чонбури. Я жил здесь с тех пор, как начал работать, копить деньги на машину и дом, затем женился. Но именно он хотел завести ребёнка, из-за чего я чувствовал себя немного озадаченным. Это был восьмисотый раз, когда я слышал эту фразу от Марка. Всё началось десять лет назад, когда мы были полны надежды завести ребёнка, но судьба разбила наши мечты непредвиденными событиями. Несмотря на это, Марк не терял надежды. Он очень старался, невероятно много трудился, чтобы закончить учёбу. После окончания он не сразу вернулся домой, потому что в его доме было слишком много воспоминаний о Плой и её ребёнке. Когда Марк учился, он некоторое время жил сам по себе, переосмысливая свои желания, и всё это время я был рядом с ним. Затем он начал работать со мной, после нашей свадьбы став моим младшим коллегой в компании, где я работал. Мы вели простую жизнь, основанную на любви и взаимопонимании. И время, которое мы провели вместе, исцеляя друг друга, значительно улучшило нашу жизнь. – Ребёнок? - переспросил я, будто не понимая, о чём он говорил. Но я знал, что он имел в виду с того момента, как открыл рот. Слово "ребёнок" давно засело в наших сердцах. – Да, ребёнок, Пи Ви, - ответил Марк, повернувшись ко мне. – Так это же ты мой малыш, - сказал я в ответ, и Марк возмущённо посмотрел на меня. Я говорил правду, так зачем злиться? Он мой малыш. – Я серьёзно! - сказал Марк, замолчал и посмотрел на меня с сомнением, не решаясь задать вопрос или высказать просьбу. – Ты предлагаешь завести ребёнка? - спросил я. Десять лет назад я думал, что Марк был увлечён или ему стало жаль Плой, поэтому согласился заботиться о ребёнке моей бывшей девушки. Но нет... Марк был абсолютно серьёзен и хотел ребёнка. Я считал, что это детская идея Марка, но, когда он покинул нас, он сильно страдал. На несколько месяцев он перестал есть и спать. Прошло много времени, прежде чем он снова начал улыбаться так же, как и в день нашей первой встречи. И вот в начале этого года Марк снова заговорил о ребёнке. – Да, - подтвердил Марк, едва заметно кивнув. – Дай мне время подумать, - ответил я. – Ты говоришь это весь год, - недовольно произнёс он. Марку свойственно упрямиться. Я знал об этом, но совсем недавно осознал, насколько он эмоционально хрупкий. Я понял, что он не злился из-за моего отказа, а скорее был расстроен. Он точно много думал о том, почему я не соглашался... Возможно, доходил до мыслей, что я не хотел иметь детей с ним. Но это не так. Признаюсь, раньше я не думал о том, чтобы делить свою любовь между Марком и кем-то ещё. Для меня было достаточно быть только с ним, и этого вполне хватало, чтобы удовлетворить мои жизненные потребности. Когда мы только начали встречаться, я выбросил из головы мысли о детях, потомках или чём-то подобном. Когда появились первые решения о Плой и её ребёнке, тогда я почувствовал радость от того, что новая жизнь может сделать Марка счастливым. Тогда я понял, что Марк любил детей. И мне нравилось, что он был таким. Позже мы больше не говорили о детях или Плой. Эти темы слишком сильно задевали наши чувства, и я долгое время не думал о детях. Но это не значит, что я был против. Если Марк готов, я, конечно, не против. Но я хотел всё обдумать и изучить заранее. Собираясь завести ребёнка, я хотел, чтобы он стал моим ребёнком полностью. И ещё, я никогда не занимался воспитанием детей! Сколько лет должно быть ребёнку, которого мы усыновим? Куда нам обратиться? Что проверить? Хочет ли Марк усыновить или использовать суррогатное материнство? Как мы будем воспитывать ребёнка? – Не то, чтобы я не хотел, но нужно многое обдумать, - серьёзно сказал я, и Марк медленно подошёл ко мне. – Что именно нужно обдумать? - спросил он. – Усыновлять или использовать суррогатное материнство? - спросил я в ответ. – Усыновлять, конечно! Или ты хочешь суррогатное материнство? – Как ты захочешь, - ответил я честно, и Марк кивнул. – Ты уверен или просто соглашаешься со мной? - спросил он снова. – Я всегда тебе потакаю, - ответил я и протянул к нему руку. Марк подошёл ближе, остановился передо мной и посмотрел на мою работу. – Опять работаешь, - проворчал он. – Вот именно. Поэтому я и думаю, как мы будем растить ребёнка. Смогу ли я дать ему достаточно любви? - сказал я и потянул Марка к себе, обняв его за талию. Я притянул его к себе, предлагая сесть на своё колено, и Марк без колебаний согласился. – Слишком много переживаешь. Я справлюсь, и, если беспокоишься о материнской любви… Я поговорю с мамами, - сказал Марк. – Я не беспокоюсь об этом... - сказал я, положив подбородок ему на плечо. – Я волнуюсь, смогу ли я полюбить ребёнка, ведь всё моё сердце принадлежит тебе. – Какой ты драматичный! Ты должен разделить любовь с ребёнком, - настаивал Марк. – Ты согласен, чтобы я её делил? – Разделить любовь, а не сердце. К тому же... не обязательно делить, Пи Ви. Ты продолжишь любить меня так же, но появится новая любовь к ребёнку, - объяснил Марк. – Серьезно? - получается, я буду любить Марка так же, но создам новую любовь для ребёнка? Думаю, так и должно быть. Как я могу любить ребёнка так же, как Марка? Ведь Марк – это не просто любовь, он – всё. Словами это сложно описать. – Я совершенно серьёзно, - сказал Марк серьёзным голосом, который одновременно ласково убеждал меня согласиться. – Ммм... - пробормотал я в ответ. – Что ты сказал? - я был рад, что Марк спросил о моих желаниях, когда сам очень сильно хотел ребёнка или мечтал заботиться о ком-то. Конечно, я тоже этого хотел. Кто бы не хотел иметь символ совместного счастья с любимым человеком? – Я тоже хочу, но ты веришь, что у каждого человека есть свои жизненные моменты? - спросил я в ответ. Марк замолчал, либо слушая меня, либо задумавшись о чём-то. – Вот как с тобой. Наш ребёнок ждёт нас, и мы должны дождаться подходящего момента. Встретить его. Мы оба готовы заботиться о ком-то, но тебе нужно немного подождать. Подождать, пока этот человек сам не войдёт в твою жизнь, или подождать подходящий момент, когда ты сможешь найти его, - сказал я. – Хм... Я не говорил, что сегодня пойду и возьму ребёнка, - парировал Марк. – Ага... – Ты думаешь, я бы сделал это? - встал Марк, скрестив руки на груди, и вопросительно посмотрел на меня. – Разве нет? - спросил я в ответ. – Нет. Я сказал тебе, что хочу ребёнка, и спросил, сильно ли ты хочешь того же, что и я. – А если хочу? – Если хочешь, может, стоит поговорить с родителями? И нужно спланировать: я буду брать отпуск, чтобы заботиться о ребёнке, или ты уволишься? - сказал Марк. – Какие серьёзные рассуждения об инвестициях, - подшутил я, глядя на него. – Пи! Ты же знаешь, мне не нравится рабочая атмосфера, - ответил Марк. – Я знаю, но ты справляешься, правда? Если не можешь больше – скажи мне, - сказал я, протягивая руку и мягко касаясь большого пальцем его ладони. – Справляюсь, - кивнул Марк. Я знал, что у Марка были проблемы на работе. Небольшие, но заставляли его нервничать. Однако он никогда со мной об этом не говорил. Он много лет работал со мной, в разных отделах, но нам хорошо было вместе работать в одной компании. У Марка не было проблем с работой. У него были проблемы с людьми. Люди слишком любили глазеть. Им нравилось смотреть на нас с Марком странными взглядами. Мне лично было всё равно, я привык, и никто не осмелился сказать что-то плохое при мне. Но однажды Марк услышал, что кто-то недоволен был нашими отношениями. И эти сплетни исходили ни от кого иного, как от старшего в отделе. После этого атмосфера на работе для Марка изменилась. Не то чтобы он стал совсем несчастным или не хотел работать, но он начал жаловаться мне через день. Похоже, тот человек понял, что Марк знает о сплетнях, потому что за последние два месяца он начал ещё больше ехидничать. Смотрел на Марка с улыбкой, но с явным презрением. Я не видел этого собственными глазами, но Марк рассказал мне об этом. И конечно, я всегда поддерживал своего партнёра. – Эх~, - снова Марк тяжело вздохнул перед тем, как выйти из машины. Я повернулся и лёгким движением погладил его по голове. – Сосредоточься на работе, - сказал я. – Естественно, - ответил Марк. Зная характер и принципы Марка, я понимал, что именно чувство ответственности удерживало его в компании. В обычных обстоятельствах он бы давно ушёл из-за таких неприятностей. Но работа ему нравилась: новые проекты, возможности развиваться, хорошая зарплата и перспективы карьерного роста. Таких компаний в нашей стране не так уж много. – Не обращай внимания на других, - сказал я. – Когда это я обращал внимание на кого-то? Это они все лезут ко мне. – Потому что твой парень красивый, вот и всё, - сказал я. – Я ни разу не говорил, что мой парень красивый, - парировал он, поворачиваясь и глядя мне прямо в глаза. – Так твой парень некрасивый? – Красивый! - ответил Марк, и я улыбнулся. Марк тоже улыбнулся в ответ. Наши улыбки были источником поддержки друг для друга. Они наполняли нас силой и стирали усталость после долгих дней. Наш распорядок дня не был чем-то особенным. Мы работали вместе с понедельника по пятницу, ездили на одной машине. Обычно я водил, но, если у меня было слишком много работы, Марк садился за руль. Я чувствовал, что моя роль лидера в отношениях усиливалась, особенно, когда мы готовились заботиться о ещё одном человеке. – О, ты улыбаешься! Значит, работа закончена? - поприветствовал меня Тэ, когда я вошёл в свой отдел. – Нет, не закончена, - ответил я. – Не закончена, но улыбаешься с самого порога! Значит, вот какая мораль: когда твой парень работает рядом, это даёт такой эффект! - заметил Тэ. – А ты не начинай подкалывать меня, когда у тебя самого есть поддержка рядом, - ответил я. Мы с Тэ работали вместе десять лет. Не могу поверить, что мы стали настоящими друзьями. Мы не настолько близки, чтобы знать абсолютно всё друг о друге – я вообще не любил делиться своими чувствами. Но с Тэ всё было немного иначе. Мы знали друг о друге достаточно, если не всё. Например, я знал, что он тайно общался с кем-то из нашего отдела. – Ты думаешь эти слухи правда? - попытался уклониться он, но я не попался на эту уловку. Я точно знал, о чём говорил, поэтому сказал: – Нет, я слышал это прямо из его уст. – Чёрт! Он действительно сказал это? – Да, и сейчас ты подтвердил, - сказал я, понимая ситуацию. Тэ сразу замолчал. – Ладно, давай работать, - сказал он, делая обиженное лицо. – Не строй из себя капризную принцессу. Я не обращаю на это внимания, - заметил я. – Потому что я не Марк. – Да, и я не тот, кто будет играть в эти скрытые игры. – Ви! - чуть не закричал Тэ, подбежал ко мне и закрыл мне рот рукой. – Замолчи, а то другие услышат! – Ха! Ты не успеешь меня остановить, - сказал я, убирая его руку и улыбаясь своей красивой улыбкой. Тэ фыркнул, но всё же вернулся к работе. Мы разделились, каждый занимался своим оборудованием. Сначала мы проводили тесты, потом дело дошло до реального использования. Однако у меня были некоторые проблемы, которые нужно было исправить, и я никак не мог найти решение. Я работал до полудня, читал и рассчитывал, как справиться с этой маленькой, но назойливой проблемой. Но сколько бы я ни думал, ничего не выходило. Иногда находил что-то полезное, но расчёты всё равно оказывались недостаточно точными. – Ты собираешься сидеть до вечера? Ты не будешь есть? - спросил Тэ. Тогда я медленно поднял голову от экрана. – Можно мне ещё чуть-чуть поработать? - сказал я, скорее себе, чем ему. – Боюсь, что тот, кто ждёт у дверей, не согласится, - сказал Тэ, и я посмотрел в сторону двери. – С каких пор он там? - спросил я. Марк стоял там с выражением недовольства на лице. – Не знаю, когда пришёл Марк, но я ухожу, - сказал Тэ, помахав мне рукой, а затем, проходя через дверь, помахал ещё раз Марку. – Эй, эй, ты долго ещё будешь стоять там? - спросил я. – Это ты долго ещё будешь работать? Уже время обеда, - сказал Марк, глядя на часы. – Дай мне досчитать это. – Нет, я иду есть, а ты идёшь со мной. Моя рабочая жизнь не была особенно увлекательной. Работа и проблемы, которые врывались ко мне каждый день, были моими постоянными спутниками. Я просыпался, шёл на работу, обедал, потом возвращался к работе, а вечером брал незаконченные дела домой. Тэ любил подшучивать надо мной, называя трудоголиком, но он не знал, что я был одержим. Возможно, я сошёл с ума или страдал от какой-то болезни, потому что мне нравилось, когда Марк ворчал. Хотелось слышать его жалобы пару раз в день – это добавляло красок моей рабочей жизни. Счастье, что в моей рабочей жизни был Марк. После обеда я вернулся и закончил исправлять работу. Я был чертовски рад, что справился, потому что это означало, что я мог провести весь вечер с Марком. О чём мы говорили? Конечно же, о ребёнке. Мы обсуждали, как будем воспитывать, где жить: в Чонбури, Кхонкэне или Бангкоке. За десять лет работы я скопил немного денег. Куда хотел переехать Марк? Каким он видел наше будущее через год? Мне хотелось поговорить обо всём этом. Раньше мы никогда серьёзно не обсуждали детей, продолжая жить в нашей квартире. Но однажды Марк захотел дом с садом. Я продал квартиру и купил дом, не думая, что это шаг к подготовке для ребёнка. Мне нравилось расширять пространство вместе с ним. Или... так. Мне всё равно нравилось. – Пи Ви, заедем в супермаркет? Я хочу купить молока, - сказал Марк, когда мы ехали домой. – Конечно, - ответил я и тут же свернул. Что бы ни захотел Марк, я всегда старался достать. Почему бы не купить несколько пачек молока? Я развернул машину, чтобы он мог выбрать продукты, и вручил ему пакет зелёных яблок – мне захотелось яблок. – Возьми ещё красные яблоки и арбуз. Я сделаю тебе смузи на завтра утром, - сказал Марк. – Такой добрый, - пошёл я и взял всё, что он попросил, а также два килограмма сладких мандаринов. – Стареть надо правильно. – Тридцать пять – это старость? – Нет, тридцать пять – идеальный возраст! - сказал я. Как кто-то может считать меня старым? Это отличный возраст, чтобы стать отцом. Но извини тот, кто хочет видеть меня в этой роли… У меня есть жена, и, возможно, скоро будет ребёнок. – Не старый, значит, не старый, - заключил Марк. Мы вернулись домой с покупками, включая четыре пачки молока. Правда, забыли купить рис, что случалось часто. Я учился готовить, работа не давала много времени практиковаться, поэтому я не знал, что у нас закончилось растительное масло. – Может, закажем курицу? - предложил я, молча умоляя небеса, чтобы он не начал злиться от голода. – Большой набор. – И пиво? – Две банки. – Слушаюсь, - ответил я и начал заказывать. Мир прогрессирует: хочешь поесть – заказываешь еду из ресторана. Лень ехать самому? Вызываешь курьера, платишь картой. Всё легко и быстро. Иногда забываешь замедлиться и насладиться моментом. Конкуренция высокая, время летит стремительно, и забылось, что значит находиться в настоящем, останавливаясь и наслаждаясь медленным течением жизни. – Курица и пиво – идеальное сочетание, - сказал Марк, когда мы сидели в саду у дома. Наш сад был небольшим, это был типовой дом с участком, который предлагал застройщик. Но я выбрал самый озеленённый вариант, потому что Марку нравились сады. Этот район был удобен для работы, красивый, с зеленью и возможностью построить небольшой бассейн в будущем. Пока Марк работает, времени у него на плавание нет, да и море недалеко. Мы постелили циновку и расслабились, глядя на звёзды. Пиво было сладким, отлично дополняя вкус курицы, как и говорил Марк. – Знаешь, вспоминаю студенческие годы, - сказал я. – Но мои университетские годы не были такими весёлыми, как у тебя, - ответил Марк. – Правда? Ты же учился со мной? – У тебя тогда были девушка, дом и семья. А я только поступил, как сразу разбил сердце в первый год. Через несколько месяцев начал встречаться с парнем другого человека, поругался с отцом. Когда я закончил учебу, то потерял ребёнка. Тебе не кажется это странным? - пробормотал Марк, выпивая ещё пива. – Но я был рядом с тобой в тот период, - сказал я, лёгким движением поглаживая его по голове. – Да, - согласился Марк, глядя на небо. – Видишь? Я всегда с тобой. – На какой звезде наш ребёнок? - спросил Марк. Раньше я, возможно, обругал бы его за пьяную болтовню или промолчал, считая глупостью. Но я изменился. – На той? - указал я на самую яркую звезду, которая была очень далеко. – И он вернётся к нам, правда? - спросил Марк. – Конечно. Кстати, если мы усыновляем, можем ли мы выбрать возраст? - спросил я. Я ничего не знал об этом и никогда не искал информацию, но надеялся, что Марк уже что-то узнал. – Вот, посмотри, - сказал он, показывая найденные данные. – Мы должны быть минимум на 15 лет старше ребёнка и нам должно быть не меньше 25 лет. Мы давно перешагнули этот рубеж – нам больше тридцати. – Да, и мы не старые, - подтвердил я. Марк улыбнулся, поддразнивая меня, но я не чувствовал себя старым – выглядел моложе Джеймса, который был того же возраста, что и Марк. – Нужно быть физически и психически здоровым, - продолжал читать Марк, указывая на пункты. – Не получится, моё сердце принадлежит тебе, - сказал я, целуя его. Я не стеснялся, потому что любил романтику и ухаживания. Он не мог этому противостоять. – Значит, я буду единственным родителем, - сказал Марк. – Что ты имеешь в виду? Я тоже готов, - ответил я. – Нужен хороший доход. – Почему? – Чтобы обеспечить ребёнку хорошую жизнь. Посмотри вокруг – нужно быть финансово стабильным. Без этого ребёнок не будет иметь еду или возможность учиться в хорошей школе, - объяснил Марк. – То есть нужно быть богатым? – Не обязательно богатым, но с хорошим и стабильным доходом, чтобы обеспечить ребёнка. – А ты сможешь? – Моей зарплаты хватит, а акции, которые отец дал мне в запас, будут для него. А твои деньги сохраним на его свадьбу, - сказал Марк. – Ого... Ты думаешь, что женитьба такая уж простая вещь? Посмотри, сколько крови и слёз стоило мне жениться. Одних денег недостаточно. – Не будь слишком строг с нашими будущими детьми, - парировал Марк. – Ни за что. Он должен тщательно выбирать, долго обдумывать. – Да ты просто боишься… – Что? - переспросил я, не расслышав его слова. – Ничего, слушай дальше, - сказал Марк. – Ага, ну? – Не должно быть никаких юридических проблем, - произнёс Марк. – И всё? - спросил я, когда он замолчал. Он склонился над телефоном, листая информацию, и снова затих. – Мы должны зарегистрировать брак, - сказал Марк, поднимая на меня глаза. Взгляд был полон разочарования. Чёрт возьми! Мы готовы ко всему, мы можем дать ребёнку всё, но вот это единственное препятствие? – В наше время ещё цепляются за такие вещи? - ответил я, понимая, как сильно Марк хотел ребёнка. Я знал, как он страдал. Когда он был серьёзно настроен и не получал того, чего желал, это разбивало ему сердце. Короче говоря, я не мог видеть, как Марк расстраивается. – Пи Ви, тебе легко говорить. Не все думают так же, как мы, - сказал Марк, и это была правда, с которой я не мог поспорить. У людей были разные взгляды. – Так что, если мы не женаты официально, усыновить ребёнка невозможно? - спросил я. – Возможно, именно так... Я не эксперт в законах, - ответил Марк, медленно закрывая страницу, которую читал. – Но мы ведь уже поженились! - возразил я. – Наша свадьба не признаётся законом, - сказал он. – Чёрт побери! - воскликнул я. Мы женаты, вместе уже больше десяти лет. Разве этого недостаточно, чтобы доказать, что мы можем растить ребёнка? Или они боятся, что ребёнок станет геем, если его воспитывают геи? Но, чёрт возьми, в чём проблема быть геем? – Чего ты ругаешься на меня? - удивлённо спросил Марк. – Я ругаюсь не на тебя, - ответил я, чувствуя раздражение. – Тогда на кого... А, понял, - кивнул Марк. – Я тоже хочу пойти и высказать этим людям в лицо: почему мы до сих пор не можем зарегистрировать наш брак? – Послушай... Тебе будет очень больно, если мы не сможем взять ребёнка. Давай я поговорю с мамой? - предложил я. Может, мы не сможем официально признать его сыном или дочерью, но мы сможем заботиться о нём. Как в случае Фьюза и Ан, которые попросили мать Фьюза усыновить ребёнка. По закону этот ребёнок числится сыном матери Фьюза, но Фьюз и Ан всегда воспитывали его как своего. И они отлично вырастили Фифу. – Как у Фьюза? - спросил Марк. – Да, - ответил я. – Чёрт! - выругался Марк и швырнул пустую банку пива с циновки. Звук жести, ударившейся о землю, прозвучал оглушительно в тишине. – Если судьба подарит нам возможность растить кого-то, мы обязательно будем растить его. Никакие правила не могут контролировать чувства и эмоции, - сказал я. – Я знаю… Просто не понимаю, почему люди не могут любить друг друга не в зависимости от пола, - тихо произнёс Марк, положив голову мне на плечо. Я понимал Марка, полностью. Мы оба чувствовали одно и то же. Мы хотели любить друг друга, обнимать, как другие люди, хотели заботиться друг о друге и поддерживать здоровье как можно дольше. Но здесь мы пока не могли делать этого свободно. Возможно, идею усыновления придётся пересмотреть. Но, чёрт возьми, есть ли у нас вообще шанс взять ребёнка? – Люди, которые не готовы, заставляют государство растить детей, а те, кто готов, как я, остаются без возможности, - пробормотал я, обращаясь к земле и небу. Это были не претензии, а мысли вслух. – Печально, да? - сказал Марк. Я ласково погладил его по голове, успокаивая. Его опьянение и разочарование помогли ему открыться. Ай~ Я взглянул на телефон, где высветился входящий звонок. Он лежал недалеко от колена Марка. Звонила моя мама. Почему старики ещё не спят в такое время, уже больше десяти вечера? – Дай его мне, это мама... - сказал я, и Марк протянул мне телефон. – Что случилось, мам? [– Ви! Ты уже закончил работу? Сходи проверь Си тёти Орн. Дом семьи Тай сгорел.] – Что?! [– Говорят, пока не могут найти всех. Соседи нашли только Си. Проверь его. Мы с тётей Орн ищем способ добраться до Чонбури.] Мама говорила быстро, совсем не так, как обычно. Её голос был полон тревоги и печали. – Хорошо, я еду прямо сейчас. [– Когда доберёшься, позвони мне. Я хочу знать, всё ли в порядке с Си,] - попросила мама. – Хорошо, мам, езжайте осторожно, - сказал я. Она быстро повесила трубку. – Что случилось? - повернулся ко мне Марк. – Дом нашей двоюродной сестры сгорел. Это за городом, - объяснил я Марку. – Пошли! Ты много выпил? - спросил Марк, глядя на моё пиво. – Даже не прикасался, - ответил я. – Тогда поехали.