Тьма и свет

Все думали, что война закончилась. Древние похоронили Вайт Лили. Воины вернулись по домам. Печеньки начали отстраивать разрушенные королевства. Все были измотаны, обессилены, но счастливы, что кошмар наконец-то позади. Они ошибались. Потому что именно в тот момент, когда все опустили мечи, когда все позволили себе выдохнуть... Земля содрогнулась. Землетрясение прошло по всему королевству. Люди падали с ног. А из центра, из того места, где когда-то стоял замок Темный Чародейки, поднимался столб черного пламени, в котором плясали сотни глаз. Голос, вернее сотни голосов, слившихся в один, разнесся по всей Земле Печений: — ВЫ ДУМАЛИ, ЧТО ВСЕ КОНЧЕНО? ДУМАЛИ, ЧТО ВЫ ПОБЕДИЛИ? НЕТ. ВСЕ ТОЛЬКО НАЧИНАЕТСЯ. И ТЕПЕРЬ... ТЕПЕРЬ Я ВИЖУ ВСЕХ ВАС. И НИКТО НЕ СПРЯЧЕТСЯ. Это был голос Шэдоу Милк. Но в нем звучали тысячи других. Шэдоу Милк не стал ждать. Он обрушился на ближайшее королевство, как ураган. Черное пламя с сотнями глаз вырывалось из его руки, сжигая всё на своем пути. Стены рушились. Печеньки разбегались в панике. А он смеялся. Но теперь в его смехе не было безумного веселья, которое знали Древние. Теперь в нем была боль. Агония. И что-то еще, что заставляло кровь стынуть в жилах. Каждое королевство, которое он уничтожал, каждый замок, который он сжигал дотла, он не захватывал. Он просто стирал с лица земли. Он хотел уничтожить всё. Каждое королевство. Каждую печеньку. Каждое воспоминание. Он искал не победы. Он искал забвения. Спустя какое-то время он уничтожил пару королевств точнее разрушил, и сейчас сидел и отдыхал в своем новом шпиле который он создал. Тем временем Древние собрались в последнем уцелевшем зале замка Пьюр Ванилла. Они устали. Все они. Пьюр Ванилла сидел во главе стола, его руки были сцеплены в замок, а глаза смотрели куда-то в пустоту. Он всё еще оплакивал Вайт Лили, но теперь у него не было времени даже на это. Холлиберри прислонилась к стене, скрестив руки на груди. На ее лице не было привычной улыбки. Только усталость и решимость. Голден Чиз сидела с идеально прямой спиной, но под глазами залегли темные круги. Она потеряла одно из своих сокровищниц не потому что Шадоу Милк забрал золото. Он просто стер его с лица земли. Вместе со всеми, кто там был. Дарк Какао стоял у окна, глядя на горизонт, где всё еще полыхало черное пламя. — У нас нет плана — тихо сказала Холлиберри. — Потому что мы не знаем, как его остановить — ответил Дарк Какао, не оборачиваясь. — Он сошел с ума, — тихо сказал Пьюр Ванилла. — Осколки душ разрывают его разум. Внутри него... сотни голосов. Он больше не контролирует себя. — Но если мы не остановим его, он уничтожит всех — сказала Голден Чиз. В комнате снова повисла тишина. И тогда Пьюр Ванилла поднял глаза. — Я попробую достучаться до него, — сказал он тихо, но твердо. — Я не дам ему умереть. Я не дам погибнуть ни одной душе внутри него. Даже если это будет стоить мне жизни. Он посмотрел на Древних, и в его глазах впервые за долгое время появился свет. — Я обещал Вайт Лили, что буду спасать. Не убивать. И я сдержу это обещание. Пьюр Ваниллы решительно вздохнул и поднял голову. — Я пойду к нему. Тишина, повисшая в зале, была тяжелее, чем любой удар. Холлиберри первой нарушила молчание. Она оторвалась от стены и сделала шаг вперед, ее глаза расширились от недоверия. — Ты... ты что, с ума сошел? Пьюр Ванилла поднял на нее спокойный взгляд. В его глазах не было безумия. Только тихая, непоколебимая решимость. — Я в своем уме, Холлиберри. Как никогда. — Нет, не в своем! — Холлиберри ударила кулаком по столу, и дерево покрылось трещинами. — Ты видел, что он сделал? Он стирает королевства с лица земли! Он сжег дотла одно из моих владений, даже не заметив этого! А ты говоришь, что пойдешь к нему? Спасать? — Именно поэтому я и должен идти. Дарк Какао, до этого молча стоявший у окна, резко развернулся. Его рука лежала на рукояти меча, а в глазах застыл холод, который мог заморозить даже пламя. — Ты не спасешь его, Пьюр Ванилла. — голос Дарк Какао был тихим, но в нем звучала сталь. — Его больше нет. То, что сейчас уничтожает наши земли – не Шэдоу Милк. Это чудовище, состоящее из осколков сотен душ. И чудовищ не спасают. Их уничтожают. — А если внутри него все еще есть он? — тихо спросил Пьюр Ванилла. — Если где-то там, под всеми этими голосами, под всей этой болью, он все еще слышит нас? Ты готов убить его, даже не проверив? Дарк Какао промолчал. Но его молчание было красноречивее любых слов. Голден Чиз, сидевшая с идеально прямой спиной, наконец подняла голову. Ее голос был холодным и расчетливым, как лезвие ножа. — Давай посмотрим на факты, Пьюр Ванилла. Он был нашим врагом все ровно. И сейчас он сошел с ума. Осколки душ разрывают его разум на части. Он не контролирует себя. И даже если ты каким-то чудом достучишься до него... что потом? Ты вытащишь из него сотни душ? Ты вернешь его к нормальной жизни? Ты знаешь, как это сделать? Пьюр Ванилла покачал головой. — Не знаю. — Тогда какой у тебя план? — в голосе Голден Чиз прорезалось раздражение. — Просто пойти и надеяться на лучшее? Это не стратегия. Это самоубийство. — Может быть. Пьюр Ванилла встал из-за стола. Его движения были спокойными, почти безмятежными, но в них чувствовалась та же решимость, которая когда-то заставляла его идти против целой армии в одиночку. — Я обещал Вайт Лили, что буду спасать. Не убивать. Она отдала свою жизнь за этот мир. Она верила, что даже в самой темной тьме есть свет, до которого можно достучаться. – он посмотрел на Древних, и в его глазах блеснула боль. – Вы хотите убить Шэдоу Милка? Убить его, потому что он сошел с ума? Потому что внутри него страдают сотни душ? А если бы это был я? Если бы осколки душ попали в меня? Вы бы убили меня? Никто не ответил. — Я пойду один, — продолжил Пьюр Ванилла. — Я не прошу вас идти со мной. Я не прошу вас рисковать своими королевствами ради одного безумца. Но я не могу сидеть здесь и ждать, пока вы решите, стоит ли его убивать или нет. Он направился к выходу. — Стой. Голос Холлиберри остановил его. Она стояла, скрестив руки на груди, и в ее глазах боролись гнев и... что-то еще. Что-то похожее на страх. — Ты действительно веришь, что сможешь его спасти? — спросила она тихо. — Серьезно? После всего, что он сделал? Пьюр Ванилла обернулся. На его лице появилась легкая, грустная улыбока. — Я верю, что должен попытаться. Даже если шанс один на миллион. — Один на миллион? — фыркнула Голден Чиз. — Ты переоцениваешь свои шансы. — Может быть. Но это не изменит моего решения. Дарк Какао шагнул вперед. Его рука сжала меч, и на секунду Пьюр Ванилла подумал, что тот попытается остановить его силой. Но Дарк Какао просто посмотрел ему в глаза. Долго. Пристально. А потом произнес: — Ты сбредил. Это не был вопрос. Это было утверждение. — Возможно, — спокойно ответил Пьюр Ванилла. — Но даже безумцы иногда оказываются правы. Он развернулся и вышел из зала. Тишина снова опустилась на комнату. Холлиберри тяжело опустилась на стул, уронив голову на руки. — Он действительно сошел с ума, — прошептала она. — Он пойдет туда один. К обезумевшему монстру, который уничтожает королевства за завтраком. И он думает, что сможет его... спасти? — Это Пьюр Ванилла, — тихо сказал Дарк Какао. — Он всегда был таким. Даже когда все вокруг говорили ему, что это невозможно, он шел до конца. — И чем это закончилось? — горько спросила Голден Чиз. — Вайт Лили мертва. Шэдоу Милк сошел с ума. А он идет на верную смерть. — Может быть. Дарк Какао подошел к окну и посмотрел вдаль, туда, где горизонт полыхал черным пламенем. — Но если кто-то и способен достучаться до безумца... то только тот, кто сам готов потерять рассудок ради спасения другого. Он помолчал. А затем его рука легла на меч, и в голосе зазвенела сталь: — Но я не позволю ему умереть в одиночку. Холлиберри подняла голову. — Ты тоже сбредил? — Возможно, — Дарк Какао усмехнулся. — Но я не в первый раз. Он шагнул к выходу. Холлиберри переглянулась с Голден Чиз. А затем тяжело вздохнула, поднялась со стула и потянулась, хрустнув костяшками. — Ну ладно. Раз уж мы все тут с ума посходили... Она направилась следом. Голден Чиз осталась сидеть на месте. Ее лицо было непроницаемым. Но через несколько секунд она поднялась, поправила платье и, ни слова не говоря, последовала за остальными. На пороге замка их ждал Пьюр Ванилла. Он обернулся, увидел Древних, и на его лице отразилось удивление. — Вы... — Не думай, что мы одобряем твой план, — отрезала Голден Чиз. — Я до сих пор считаю, что это безумие. — Но если ты собрался умирать как идиот, — добавила Холлиберри, хлопнув его по плечу, — мы хотя бы составим тебе компанию. Чтобы было не так скучно. Дарк Какао просто кивнул. Ему не нужны были слова. Пьюр Ванилла посмотрел на них. На этих троих, которые только что называли его сумасшедшим, но все равно пошли за ним. — Спасибо, — тихо сказал он. — Спасибо скажешь, когда мы вытащим тебя живым из этого ада, — проворчала Холлиберри. Они двинулись вперед. Туда, где горизонт полыхал черным пламенем. Туда, где ждал их безумец, в чьем разуме звучали сот ни голосов. Туда, где начиналась последняя битва. Не за королевства. Не за земли. А за душу одного печенья, которое когда-то был их врагом, их другом... или кем-то, кого они так и не поняли.