Будущее, погребённое в огне

После последнего заявления Битти Монтэг много о чём думал перед сном. И эти мысли привели к тому, что тот проснулся с теснотой в штанах. Монтэг, заметив свою проблему, был в замешательстве, но, вспомнив то, что ему снилось, это чувство изменилось на смущение. Покрасневший от кончиков ушей до кончиков пальцев, Гай направился в душ, чтобы успокоиться, ведь ему ещё сегодня идти к Кларисс. "Почему именно сейчас?! Если я заявлюсь к ним в таком состоянии... они меня сразу прибьют? Ладно! Если что, это не моя вина! Это всё этот Битти! Кто вообще после того, как вы договорились устроить государственный переворот, говорит об отношениях?! Да, это не моя вина. И если на то уж пошло, то это всё из-за этого сна! А когда мне вообще так часто снятся сны..." Приводя себя в порядок, думал Монтэг. Поев, он взглянул на часы, которые показывали 12:31, и начал собираться к выходу. Прихватив заготовленный заранее телевизор, над которым поработал Битти после того, как они обговорили и утвердили план действий, Монтэг направился к Кларисс. Дойдя до нужного дома, он перехватил коробку поудобнее и позвонил в дверь. Долго ждать не пришлось — её практически сразу открыли. В дверях стоял дядя Кларисс — Гэнри. — Мистэр Монтэг? Какими судьбами? — удивлённо, ведь явно не ожидал гостей, спросил он. — Да... кхм. Я пришёл поблагодарить за тот телевизор, который вы мне подарили тогда... Я подумал, что будет невежливо не подарить ничего в ответ, — говорил Монтэг, запинаясь и изображая, что не привык к общению и ему очень неловко. Он сначала смотрел в пол, потом поднимал взгляд на собеседника, быстро смотрел куда-то вглубь дома и снова переводил взгляд обратно. Повторив это несколько раз, чтобы Гэнри точно понял, что ему надо, он замолчал. И тот, очевидно, всё понял. — О, вы так добры! Я совсем на это не рассчитывал. Нам, если честно, он просто был не нужен, и мы хотели порадовать вас после той трагедии... Пойдёмте, я угощу вас чаем! — Нет, правда, я просто занести... — О, ну хватит! Мы ненадолго! — Но это как-то не... — Мы просто выпьем чаю. Вам, наверное, сейчас тяжело. Хоть немного отдохнёте. — Ну... ладно. Пойдёмте. Делая вид, что он точно не хотел и не планировал заходить в гости, Монтэг направился в дом. За ним, закрывая дверь и держа в руке коробку, шёл Гэнри. Направившись на кухню и дождавшись дядю Кларисс после того, как тот поставил телевизор в гостиной, всё ещё упакованный в коробке, они начали разговор. — И? Разве мы не договаривались не видеться, чтобы отвести от тебя подозрения? — говорил Гэнри, ставя чайник. — И что у тебя случилось? Ты выглядишь словно олень, выбежавший из зоопарка и сразу оказавшийся перед фарами автомобиля. — Ты не представляешь... Такое ощущение, что я нахожусь в каком-то сумасшедшем мире, где, если меня не заставить впасть в ступор, всё население умрёт страшной смертью. — Удиви. Остальные члены этого дома сейчас сладко спят. У нас вчера были поздние посиделки за играми, — говорил Гэнри, ставя перед Монтэгом чашку с чаем и готовясь к рассказу. — Ну... помнишь, я рассказывал о моём начальнике? Который ещё, как я думал, точно меня хочет убить. В первый день моего возвращения он вызвал меня на беседу, и слово за слово он напросился ко мне в гости. Там оказалось, что всё это время в технике была прослушка и видеокамеры, которые за мной следили! И не посадили меня только потому, что он соизволил снизойти до меня и прикрывал меня перед, как он выразился, "старикашками"! По итогу мы заключили союз, и считай, мы устраиваем революцию. Я — потому что меня не устраивает такая жизнь, а он — потому что ему скучно!! — эмоционально, но всё же стараясь говорить не слишком громко, помня, что он тут не один и остальная часть семейства сладко спит. Закончив свою тираду, он закрыл лицо руками, пытаясь успокоиться. Гэнри, увидев, что тот закончил, попытался вставить свои пять копеек. — Ну... кхм. Удивил... Насыщенная неделька, однако... Но зато у нас есть союзник. Более того, союзник, который занимает не последнее место в иерархии. — Да, и этот союзник "заинтересован в переходе наших отношений на новый уровень". — Он что?! Серьёзно? Пффф... — начал смеяться Гэнри. И это был истерический смех. — Как я рад, что я не ты! Хахахаха!.. Продолжая заливаться смехом, говорил тот. Монтэгу это явно не понравилось, и тот принял серьёзную позу, скрестив руки на груди и отвернув голову в сторону. — Это не смешно! Ты вообще не представляешь, что мне после этого снилось!— сказал он надутым голосом. И тут смех Гэнри стих. Он посмотрел в глаза Монтэгу, а тому от этого стало как-то не по себе. Только что смеялся, а сейчас остановился? С чего вдруг? — Подожди... Тебе снятся сны? — Ну да... Кстати, в последнее время куда чаще. Раньше это было ещё до того, как Милдред была жива... — Это интересно... — Что? Что я вижу сны? Разве такое не у всех? — Ну, раньше — да... Но постепенно это стало редкостью. Понимаешь, для снов нужно думать и размышлять над разными возможными событиями, а в нашем мире практически у всех мозг уже настолько атрофировался, что они больше, чем поесть, поработать и смотреть в телек, делать не способны. И то, что ты видишь сны, — действительно хороший знак. По крайней мере, ты не такой безнадёжный. — Это было грубо. — Я просто говорю факт. Так, а что за сон-то? — сказал Гэнри, явно намереваясь любым возможным способом узнать, что же его гостю такого снилось. Монтэг же, густо покраснев, уже собирался сказать, что это не его дело, но его прервала Кларисс. — О! Монтэг, а ты давно тут? Дядя, почему не разбудил? Вы явно уже давно тут разговариваете, — сказала она, переводя взгляд с них на чашки. — Прости... Мы тебя разбудили? — виновато спросил Монтэг. — Да кого же не разбудят эти ваши перепалки? С какими судьбами тут? — спросил отец семейства, входя в комнату и пропуская вперёд жену. — Добрый вечер. Что-то случилось? — спросила мать семейства. — Точно! За этими всеми разговорами я забыл главное! Есть несколько корректировок в плане. Во-первых... Монтэг, вспомнив об изначальной цели, начал рассказывать новый план. Все внимательно слушали, попутно задавая уточняющие вопросы. Но всё-таки иногда они переходили с серьёзного разговора на шутки и безобидные подколы. Хоть ситуация была серьёзной, они пытались поддерживать радостную атмосферу в доме. Через некоторое время после начала разговора мама Кларисс достала и разогрела яблочный пирог, а её отец налил всем чаю, но себе — кофе. Сосредоточившись на разговоре, они не заметили, как пролетело время. Закончили они всё обсуждать, когда на улице уже стемнело. Заметив это, Монтэг попрощался со всеми и направился к выходу. — А ты, если что, обращайся по той своей проблеме. Всё-таки кто поймёт тебя лучше, чем твой одногодка, — сказал Гэнри, явно намекая на то предложение начальника Монтэга. Тот, поняв, о чём идёт речь, покраснел и, пообещав, что если что — обратится, ушёл. Кларисс же стало интересно, что это за проблема такая. Она попыталась узнать у дяди, но прекратила после его ответа. — Слишком ты ещё мелкая, чтобы о таком говорить. Если уж так интересно, спросишь у Монтэга. Всё-таки это его проблема, не моя. Пойдём лучше поиграем во что-нибудь. Монтэг, вернувшись домой, переоделся в домашнее и, взяв первую попавшуюся книгу, принялся за чтение. Неторопливо он размышлял о сегодняшнем дне и о том, что нового узнал. "Как хорошо, что я смог с кем-то всё обсудить. Всё-таки Гэнри прав... С Кларисс явно не стоит обсуждать подобные темы, ей всё-таки ещё 17. Даже несмотря на то, что иногда такое ощущение, будто она старше меня... Интересно... Когда я впервые увидел сон? Почему я не задумывался об этом раньше? Наверное, слишком много всего навалилось, и я даже не думал про это..." Так, неторопливо читая и параллельно думая о своём, он провалился в сон. -------------------------------------------------------------------------------------------------------------- Проснулся Монтэг от звонка будильника. Потянувшись и сделав лёгкую разминку, он направился в ванную. Приводя себя в порядок, он надеялся, что этот день пройдёт без потрясений. Закончив, он направился на кухню и, разогрев еду, принялся есть, следя за временем, чтобы точно не опоздать. "Главное — не опоздать. Не хочу ещё выслушивать лекцию от брандмейстера Битти." Доев и одевшись в приличную одежду, он сел в машину и направился прямиком на работу. Приехав к пункту назначения, он направился внутрь. Сразу переодевшись в рабочую форму, он направился в комнату отдыха, но по пути встретился с Битти. — Мистэр Монтэг, доброе утро. Я смотрю, вы ранняя пташка, — говорил Битти с лёгкой улыбкой. — Доброе утро, капитан. Стараюсь, — формально и стараясь не проявлять лишних эмоций, говорил Монтэг. — Это хорошо. Зайдёте ко мне в конце рабочего дня. Хочу услышать ваш ответ. Хорошего дня, — как ни в чём не бывало сказал тот и направился к себе в кабинет. Монтэг был в ступоре. "В смысле ответ? Уже?! А не рановато? Аааа... Вот и надейся после этого на день без приключений на свою пятую точку. Ладно, надо собраться. Подумаю над этим в течение дня." Направившись в комнату отдыха, думая, что же ответить Битти, Монтэг дожидался первого вызова. Вскоре он и его коллеги уже направились на первый вызов. Всё проходило по стандартной процедуре. В какой-то момент Монтэг настолько влился в рабочий ритм, что уже думал "позаимствовать" пару книг, но быстро себя одёрнул. Слишком рано. Началась вторая неделя после его отпуска, и Монтэг всё ещё мог находиться пусть под минимальным, но всё же наблюдением. Да и он только позавчера заключил сделку с Битти. Будет слишком нагло воспользоваться этим преимуществом в первый же день. Так, переходя из одного дома к другому, они наткнулись на писателя. Он писал стихи и уж точно никак не хотел расставаться со своим творчеством. Монтэг сразу вспомнил своего знакомого Фабера. Тот тоже увлекался стихами, и Монтэг не сдал его, когда узнал об этом. С тех пор они начали изредка общаться. Вернуться из своих мыслей ему помог громкий протестующий крик, когда того писателя насильно выводили из дома. По телу Монтэга пробежали мурашки. Да, он не в первый раз видел подобную реакцию и даже понимал её. Но каждый раз его бросало в дрожь от этого полного отчаяния и протеста крика. Кинув взгляд на Битти, тот был совершенно спокойным, как и всегда. Но что-то было не так. Монтэг чувствовал, что что-то изменилось, и это настораживало. Время шло, и рабочий день постепенно подошёл к концу. Монтэг, переодевшись обратно в официальную одежду, направился в кабинет Битти. Постучав и мгновенно получив разрешение войти, он, закрыв за собой дверь, подошёл к своему начальнику. Тот стоял в костюме и в руках держал стакан с коньяком. — Хочу уточнить. То, что ты сказал тогда, было предлогом встретиться, или ты действительно ожидаешь от меня ответ? — спросил Монтэг, явно надеясь на первое. Битти, поставив стакан на стол, сделал шаг навстречу своему собеседнику. — Сразу к делу? Лично я хочу услышать ответ уже сейчас. Но ты вряд ли успел хорошо над ним подумать. Оставим это на потом, — сказал он, смотря прямо в глаза Монтэгу. — Сейчас давай обсудим дела. Ты поговорил с Маклелланами? — Да. — Хорошо. Тогда у меня для тебя новость. Сразу говорю: она не относится к морально правильным. Хотя у каждого своё понятие морали. — Философ, давай ближе к сути. — Хорошо, — сказал Битти, садясь за свой стол и указывая жестом на кресло напротив. Монтэг чуть постоял, но всё же сел. — Как ты знаешь, перед тем как сжечь дом с найденной там пропагандой, мы обязаны вывести гражданских из него. — Да... И? — И буквально вчера этот пункт в протоколе изменили. Теперь мы не можем применять силу для вывода гражданина из дома. А это значит, что теперь нам придётся сжигать их вместе с домом, — закончил Битти, делая глоток из своего стакана. — Подожди! Нет! Это же не просто аморально, это бесчеловечно! Чем они вообще это аргументируют? — Аргументируют? Если для вывода человека приходится применять силу, то он уже безнадёжен для лечения от "паразита" и подлежит немедленному уничтожению. Новое правило вступает в силу в следующем месяце. Нам нужно ускориться. — Почему люди вообще верят в подобную чепуху?! Они настолько обезумели?! — в порыве ярости из-за подобного нововведения говорил Монтэг. На его заявление Битти только поднял бровь. — Неужели мне стоит объяснить столь очевид... — Это риторический вопрос. Я всё ещё пытаюсь осознать это. Я попробую передать информацию Кларисс. — Постарайся. Уже поздно. Иди отдохни. Спокойной ночи, Гай. — Спокойной... Битти. Закончив разговор, Монтэг направился к себе домой. Придя домой, он не мог поверить, что они действительно приняли такую поправку в протокол. Но от осознания того, что он ничего не мог сделать, становилось только хуже. Так, с тяжёлыми мыслями, Монтэг заснул.