Король существует ради своего народа, ибо без него он ничто.

Откровение о Миртл должно было пролить свет на это дело. Нужно было просто вернуться в ее туалет, расспросить ее об обстоятельствах смерти и сразу же сообщить все, что они узнали, Макгонагалл. — То есть никто не задавался вопросом, откуда взялся призрак студента? — спросил Эд, разведя руками. На этот вопрос никто не смог дать внятного ответа. Тем не менее ответ не дался так просто. Поскольку на миссис Норрис напали прямо у туалета Плаксы Миртл, после тройного нападения этот коридор находился под усиленной охраной. А из-за того, что учителя сопровождали учеников между уроками, улизнуть незамеченным было практически невозможно. На следующий вечер после вылазки в лес Гарри в одиночку попытался проникнуть в туалет Плаксы Миртл под мантией-невидимкой. Но его планам помешал Филч, занявший свой обычный пост у входа в туалет. Им нужно было придумать более безопасный способ проникнуть внутрь. В довершение ко всему Макгонагалл объявила, что экзамены пройдут по плану. Это никого не обрадовало. — Гермиона нас прикончит, если мы провалим экзамены, пока ее нет… — проворчал Рон, когда они устроились за учебниками. Эд, как и в прошлом году, не чувствовал необходимости готовиться, но все же взял на себя роль наставника по трансфигурации и зельеварению. Гарри и Рон, не желая подводить Гермиону, стиснули зубы и самостоятельно проштудировали остальные предметы. Первая за долгое время хорошая новость пришла за завтраком, за три дня до начала экзаменов. Когда Гарри доедал овсянку, Макгонагалл встала со своего места за преподавательским столом. — Прошу внимания! — воскликнула она, и шум в зале тут же стих. — Профессор Спраут сообщила мне, что мандрагоры созрели, и профессор Снейп приготовил партию восстанавливающего зелья из мандрагоры. — Сегодня вечером мы сможем оживить всех окаменевших, и они расскажут нам, кто или что на них напало. Надеюсь, в этом году мы сможем поймать преступника. По всему Большому залу раздались радостные возгласы. Рон ухмыльнулся от уха до уха. — Готов поспорить, Гермиона точно знает, что это было! — сказал он. — Хотя она взбесится, когда узнает, что экзамены через три дня. Гарри что-то напевал себе под нос, не сводя глаз со стола Слизерина. Малфой выглядел недовольным, но многие из его сокурсников не подбадривали его, и это было приятно видеть. Было немного утешительно осознавать, что не все на Слизерине такие же мерзавцы, как Малфой и ему подобные. Хотя... Линг тоже выглядел не слишком счастливым и держал в руках что-то похожее на письмо. Через секунду он встал и показал письмо Макгонагалл и Снейпу за главным столом. Затем Снейп вывел его из Большого зала. — Что это было? — спросил Гарри у Эда. — Не знаю… — ответил Эд, но выглядел обеспокоенным. Джинни села рядом с ними, и ее рыжие волосы скрыли ее глаза. Ее рот выглядел так, будто его в переносном смысле зашили, губы дрожали, но она не издавала ни звука. — Что с тобой? — наконец спросил Рон, и Гарри поклялся, что Джинни чуть не подпрыгнула от неожиданности. — Я... — наконец заговорила она. — Я... я должна вам кое-что сказать. — Что? Ну, выкладывай! — снова спросил Рон. Джинни задрожала. Гарри оглядел ее. Она выглядела еще хуже, чем во время их разговора у камина. Под глазами залегли глубокие тени, а вокруг ногтей появились струпья от того, что она их обкусывала. Что же такого страшного она хотела им рассказать? Гарри понизил голос до шёпота. — Это как-то связано с Тайной комнатой? Джинни побледнела ещё сильнее, но кивнула. Гарри почувствовал, как сердце подпрыгнуло у него в груди, а Эд и Рон внимательно прислушались. — Ты можешь нам рассказать…— сказал Гарри. — Что тебе известно? — Я… я… — О, если вы уже поели, я займу это место, я умираю с голоду. Джинни взвизгнула и выскочила из-за стола, а Перси занял ее место. — Зачем это было нужно?! — спросил Рон у старшего брата, который выглядел более растрепанным, чем когда-либо. — Она собиралась рассказать нам что-то важное! Перси чуть не подавился соком. — Она? Н-нет, я уверен, что ничего особенного не было, честное слово. Рон и Эд сверлили Перси взглядами до конца завтрака. — Клянусь, если из-за него мы упустим зацепку… — хмурился Рон, пока они шли к входу в школу. — Джинни весь год вела себя немного нервно… — предположил Эд. — Она всегда такая? — Не совсем. — ответил Рон. — Это началось летом, когда к нам приехал Гарри, но за год стало только хуже. Думаю, ее нервирует само его присутствие. Гарри застонал при упоминании об этом. Их беседа у камина была приятной, почти нормальной, но после этого она снова замкнулась в себе. Он заметил Ала в нескольких шагах от них, тот ждал, пока учитель или староста препроводит первокурсников-когтевранцев на первое занятие. — Эй, Ал! — окликнул его Эд, и брат помахал ему в ответ. — Ты ведь знаешь Джинни Уизли? — У нас с ней несколько общих уроков. — подтвердил Ал. Девочка, стоявшая рядом с ним, подняла голову и сонно моргнула. — Но Луна с ней дружит больше. В чем дело? — Ты не замечаешь в ней ничего странного? — спросил Эд. — Может, она что-то знает? Ал пожал плечами. — Она почти все время выглядит напуганной, но кто бы не выглядел так в нашей школе. Я не знаю, какой она была до этого. — В этом году у нее в голове полно всякой чепухи. — сказала девочка, Луна, легким и звонким голосом. — Ладно… — Гарри понятия не имел, что такое «чепуха», и Рон при этих словах заметно закатил глаза. Эд нетерпеливо притопывал ногой. Ал внимательно посмотрел на них. — Брат, ты ведь задумал какую-то глупость, да? — Нет! — Эд слишком быстро ответил, и Ал этим воспользовался. — Всё как в прошлом году! — сказал он. — Ты скрываешь от нас всякие секреты. Знаешь, Уинри тоже расстроена, но она говорит, что привыкла. А я нет. — Ал, я просто... — Я знаю, что ты пытаешься меня защитить. — сказал Эл, скрестив руки на груди. В этот момент он выглядел гораздо старше своих одиннадцати лет. Луна с нескрываемым любопытством наблюдала за их разговором. Через секунду взгляд ала смягчился, на его лице появилось печальное выражение. — Но ты должен пообещать, что и сам будешь в безопасности. — Я... — Эд отвел взгляд. — Я обещаю, Ал. Ал прищурился, но ничего не сказал. В этот момент пришла Спраут, чтобы отвести первокурсников с Когтеврана и Слизерина на урок травологии, и Ал ушел вместе с ними. Было очевидно, что оба брата прекрасно понимали, что их обманули, и до конца урока Эд держался от них на расстоянии. — Что такое взбрыкивающие водоросли? — спросил Гарри Рона, но тот лишь поморщился. — С Джинни что-то не так, но дело не в этом… — сказал он. — Эта девочка из семьи Лавгуд, а они все немного чокнутые. Трансфигурация давалась с трудом из-за того, как усердно их гоняла Макгонагалл, и, хотя на заклинаниях было немного проще из-за непринуждённого стиля преподавания Флитвика, нервы всё равно были на пределе. Большой зал во время обеда гудел от разговоров, школа была в таком возбуждении, как никогда за последние месяцы, и все были готовы оставить этот кошмар позади. Хотя… Гарри не мог не заметить, что за слизеринским столом не было Линга. Его отсутствие сказалось и на занятиях по защите от тёмных искусств. Волосы Локхарта выглядели так, будто он уделял им гораздо меньше внимания, чем обычно, и обычно блистательный профессор выглядел усталым. Само занятие было упражнением в самоконтроле, потому что чем больше Локхарт настаивал на том, что все окаменевшие жертвы обвинят Хагрида, тем сильнее Гарри хотелось закричать и выложить правду. — Честно говоря, теперь, когда опасность миновала, нам, профессорам, незачем сопровождать вас по коридорам. — сказал Локхарт, направляя гриффиндорцев на урок истории магии. — Мы очень занятые люди, имейте в виду. Гарри пришла в голову блестящая идея. — Вы совершенно правы, профессор! — воскликнул он. — На самом деле нам осталось пройти всего один коридор, я уверен, что мы справимся сами. — Рон и Эд, поняв, что он имеет в виду, ухмыльнулись. — Верно, Гарри, верно! — сказал Локхарт, проведя рукой по волосам. — А теперь идите, мне нужно подготовиться к следующему занятию. Как только Локхарт отпустил их, Гарри, Рон и Эд отошли в конец группы, а затем, убедившись, что их никто не видит, рванули в туалет Плаксы Миртл. — Идеальный шанс расспросить ее! — сказал Эд. — Биннс даже не заметит, что мы... — Поттер! Уизли! Элрик! Что вы творите? Они резко затормозили, глядя в разъяренные глаза Макгонагалл. Она оглядела их с таким видом, будто ожидала, что за ними вот-вот разразится катастрофа. — Мы... мы... — Мы хотели навестить Гермиону! — перебил Рона Гарри. — Просто… мы сто лет ее не видели, и… мы просто хотели… К его удивлению, Макгонагалл едва сдерживала слезы. Она резко вдохнула. — Конечно. Я понимаю, что друзьям и семьям окаменевших пришлось тяжелее всех. Вы можете пройти в больничное крыло. Скажите мадам Помфри, что я разрешаю. Хотя это было не то место, куда они направлялись, они не собирались упускать возможность навестить друга, даже если мадам Помфри была не в восторге от их появления. — Нет смысла разговаривать с окаменевшим человеком. — фыркнула мадам Помфри, вытирая руки о фартук. — Они вас не слышат и не видят. Но ничего страшного. Можете присоединиться к другому. — Еще один? — спросил Эд, хотя ответ на его вопрос стал очевиден, как только дверь полностью открылась. Линг сидел на стуле у кровати Лан Фан, уставившись пустым взглядом в пол. В его расслабленных пальцах лежало слегка помятое письмо. — Я буду в кабинете. — сказала мадам Помфри, уже направляясь к себе. — Не забудьте про комендантский час. Гарри, Рон и Эд медленно подошли к кровати Гермионы. Она и Лан Фан лежали рядом, поэтому они придвинули стулья к Лингу. — Что там с письмом? — осторожно спросил Рон. — Это от дедушки Фу-Лан Фан. — ответил Линг через секунду. — Он сейчас в Хогсмиде. Как только Лан Фан проснется, мы поедем домой. Макгонагалл и Снейп уже в курсе. Лицо Эда вытянулось, и Гарри почувствовал то же самое. Теперь он не мог не думать обо всех родителях, которые с тревогой ждут, когда их дети проснутся, — если их вообще поставили в известность. Макгонагалл говорила, что тяжелее всего приходится друзьям и семьям пострадавших, и теперь он думал об отце Колина, который был молочником, и родителях Гермионы, которые ничего не знали о магии и теперь гадают, в какой опасный мир они отправили своих детей. Но все же… — Но… он всего лишь дедушка Лан Фан, он не может указывать тебе, что делать… — Он заботится обо мне больше, чем мой отец. — перебил Гарри Линг. — Я не буду с ним спорить. И… — он отвернулся. — Будет безопаснее разобраться с тем, что не так с моими воспоминаниями, когда мы уедем отсюда. — Но как же экзамены? — воскликнул Рон, пытаясь найти хоть какую-то причину, чтобы удержать его здесь, но Линг лишь покачал головой. — Сомневаюсь, что после этого мы останемся в этой школе. Никто из них не мог с этим поспорить, как бы грустно это ни было для Гарри. Он сжал кулак. Поиски наследника, возможно, и сблизили его с Лингом, сделав их настоящими друзьями, но теперь они могут разлучить их, возможно, навсегда. — Вот и конец года, да? — без тени улыбки сказал Линг. Он почти машинально погладил Лан Фан по щеке тыльной стороной ладони. Кинжал, который был в руке Лан Фан, когда ее принесли, забрали, вероятно, из соображений безопасности, и теперь он лежал на прикроватной тумбочке. — Будем надеяться, что кто-то из них что-то знает… — пробормотал Рон. — У них у всех такой шокированный вид, как будто они увидели что-то ужасное. Однако Гарри не мог отвести взгляд от неподвижной Гермионы. Точнее, от ее неподвижной руки. — Ребята! — прошептал он. — Посмотрите на это. — Он указал на кровать Гермионы, где из-под ее пальцев торчал клочок бумаги. В своем горе они этого не заметили. — Попробуй вытащить. — сказал Рон, и следующие несколько минут Гарри пытался разжать окоченевшие пальцы Гермионы. Наконец ему удалось вытащить страницу, которая выглядела так, будто была вырвана из старой библиотечной книги, и разгладить ее на краю кровати. Все они склонились над книгой, чтобы прочитать, и тут, как внезапная лавина, на них обрушилось осознание. — Василиск… — благоговейно прошептал Гарри. — Чудовище Слизерина — это василиск! Вот почему я слышал голос, я слышал гигантскую змею! Эд взял страницу и перечитал ее еще раз. — Пауки разбегаются от него, и все петухи Хагрида были убиты, чтобы защитить его. — Но почему никто не погиб? — лихорадочно спросил Рон. — Если его взгляд может убить любого, кто на него посмотрит… — Может быть… никто не смотрел на него прямо! — сказал Гарри. — Когда Колина принесли в больничное крыло, у него с собой была камера! Может быть, он увидел василиска через объектив. — А у Гермионы и старосты Когтеврана было с собой зеркало! — добавил Эд. — Готов поспорить, они использовали его, чтобы заглядывать за углы. — В Хэллоуин пол возле туалета был залит водой. — сказал Рон. — Наверное, так это и увидела миссис Норрис. — Кинжал Лан Фан. Она, наверное, почувствовала что-то позади себя и проверила отражение в клинке… — пробормотал Линг. — А призрак твоего Дома… Он, наверное, увидел его, но призрака не так-то просто убить, поэтому он просто окаменел. И… — он замолчал. — Всё сходится! — сказал Гарри. — Гермиона даже выяснила, как он распространяется по школе. — Он указал на слово, которое Гермиона написала сама. — Это трубы. Он использует водопровод. — Трубы? — пробормотал Рон, хватая Гарри за руку. — Водопроводные трубы! А что, если вход в Тайную комнату находится в туалете? — В туалете Плаксы Миртл! — Значит, я не единственный змееуст в школе! — сказал Гарри. — Кто-то ещё управляет василиском. — Должно быть, Гермиона вырвала эту страницу, чтобы на всякий случай дать нам подсказку. — сказал Рон. — Поверить не могу, что мы не нашли это раньше! Все встало на свои места. Василиск мог бы объяснить все. Единственным исключением были провалы в памяти Линга, но Гарри был уверен, что этому есть какое-то другое объяснение. — Оно почти идеально… — зачарованно произнес Линг. — Это древнее, редкое существо, так что это может даже объяснить... — Он замолчал, погрузившись в раздумья. Гарри мог только перечитывать отрывок снова и снова, пока не убедился, что может воспроизвести его по памяти. Сердце у него колотилось. Все встало на свои места, у них наконец-то появились ответы на все вопросы. Теперь оставалось только одно. — Мы должны кому-то рассказать. — Урок закончится через десять минут… — сказал Рон. — Пойдем подождем в учительской. Когда вернется профессор Макгонагалл, мы ей все расскажем. Четверо друзей спустились на несколько лестничных пролетов и оказались в учительской. Там стояло несколько кресел, низкий журнальный столик и шкаф, полный зимних пальто. Рон, которому не сиделось на месте, расхаживал по комнате, а Линг чесал в затылке. Гарри не сводил глаз с больших напольных часов, стоявших у одной из стен, и следил за замысловатой секундной стрелкой. Вот-вот… — ВСЕ УЧЕНИКИ, ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ В СВОИ КОМНАТЫ! ПРЕПОДАВАТЕЛИ, НЕМЕДЛЕННО СОБИРАЙТЕСЬ В КАБИНЕТЕ ЗАВЕДУЮЩИХ! Гарри вздрогнул от бестелесного голоса Макгонагалл, эхом разнесшегося по всему замку. Он оглянулся на своих друзей. По коридорам прокатилась волна паники, когда мимо прогрохотали десятки ног. — Что нам делать? — спросил Рон, оглядываясь по сторонам. — Вернемся в наши общие комнаты? — Сюда! — сказал Линг, указывая на шкаф. — Давайте послушаем, а потом расскажем им. Им потребовалось несколько секунд, чтобы пробраться в гардеробную и спрятаться среди пальто. Не успел Эд поправить один из рукавов, чтобы его не было видно, как дверь в учительскую с грохотом распахнулась. Первой вбежала Макгонагалл, бледная как никогда, за ней — Флитвик, Спраут и Снейп. Остальные профессора появились через несколько минут, и Гарри никогда не видел их такими напуганными. — Наконец-то это случилось… — мрачно сказала Макгонагалл. — Чудовище затащило ученика в Тайную комнату. У Гарри перехватило дыхание. Он почувствовал, как холод сковал его изнутри. Все учителя были в ужасе, и даже Снейп, казалось, нервничал. — Откуда ты знаешь наверняка? — спросил зельевар. — Наследник оставил еще одно послание. «Ее скелет будет вечно лежать в Тайной комнате». — Кто это был? — спросила мадам Хуч. Макгонагалл ответила не сразу, но когда она заговорила, Гарри показалось, что время остановилось. — Джинни Уизли. Рон, все еще прятавшийся в шкафу, сполз по стене, его рот был открыт, но он не издал ни звука. — Теперь этого не избежать. Завтра утром нам нужно будет отправить учеников по домам. На этом история Хогвартса заканчивается. Дверь в учительскую снова распахнулась, и в комнату, сияя, вошел Локхарт. Гарри никогда еще не хотелось ударить его так сильно, как в этот момент, когда Локхарт, совершенно не замечая происходящего, продолжал разглагольствовать о своей преданности школе и профессии, как будто Джинни Уизли не похитил монстр. — А вот и он, герой дня! — усмехнулся Снейп, и на этот раз Гарри оказался на одной стороне с профессором зельеварения. — Наконец-то настал твой час, Локхарт. Ученика затянуло в Тайную комнату. Локхарт побледнел, и его безупречная улыбка на мгновение дрогнула. Он огляделся, но в учительской не было никого, кто мог бы его поддержать. — Хорошо, Гилдерой… — сказала Макгонагалл. — Предоставляем это вам. Никто не будет вам мешать. Чудовище в вашем распоряжении. Локхарт выглядел так, будто вот-вот упадет в обморок, но остальные профессора не выказывали сочувствия. Наконец он выдавил из себя слабую улыбку. — Я буду в своем кабинете, буду… буду готовиться. И он вышел из гостиной, словно мертвец. — Это избавит нас от него. — сказала Макгонагалл с едва скрываемой злобой. — Северус, Помона, Филиус, идите и расскажите своим ученикам, что произошло. Они уже должны быть в своих общежитиях. Остальные, отправляйте оставшихся в их гостиные. Завтра утром Хогвартс-экспресс доставит их домой. Учителя один за другим вышли из комнаты. К тому времени, как Снейп закрыл за собой дверь, ноги Гарри превратились в желе, и он едва смог выбраться из шкафа. Линг последовал за ним, а Эд поддерживал бледного как полотно Рона. Какое-то время они могли лишь стоять в потрясенном, отчаянном молчании. — Джинни что-то знала… — наконец пробормотал Рон напряженным голосом. — Она что-то знала и пыталась рассказать нам за завтраком. Вот почему ее забрал монстр. Гарри чувствовал себя так, словно его вывернули наизнанку. Все улики были налицо. Джинни весь год что-то скрывала, и как раз в тот момент, когда она набралась смелости, чтобы все рассказать, ее забрали. — Как ты думаете, есть ли хоть какой-то шанс? — запинаясь, спросил Рон. — Хоть какой-то шанс, что она не... — он не смог договорить. — Мы сделаем ставку на это! — сказал Эд, и Гарри с Роном потрясенно посмотрели на него. Его золотистые глаза, казалось, светились решимостью. — Ты же не хочешь сказать... — Что ж, очевидно, что мы доведем это до конца. — сказал Линг. — Мы знаем, что находится в Комнате, и даже примерно представляем, где вход. Возможно, мы лучше всех подготовлены к этому. — А я весь год мечтал о драке! — сказал Эд, вытягивая ногу. — У нас с Лингом довольно большой боевой опыт. С василиском мы справимся без труда. — Вы шутите?! — сказал Рон, все еще бледный. — Это гигантская змея, которая убивает одним взглядом. Но Эд и Линг не обратили на него внимания, увлеченные спором о том, какая боевая стратегия больше подойдёт для этой ситуации. — Вы двое настроены серьезно… — сказал Гарри. У него перехватило дыхание, когда перед глазами всплыла картина: Эд с ампутированной ногой в крови. — Эд, после прошлого года, может, тебе не стоит в это ввязываться. И тебе тоже, Линг. Ты и так уже достаточно помог. Рон стоял, сжав кулаки. — Я пойду, потому что это моя сестра, но вы... — Именно поэтому я иду с тобой. — перебил его Эд. — Я не смог бы пережить потерю Ала, так что не позволю тебе потерять Джинни. — И я слишком многим рискую, чтобы сейчас отступать. — заверил их Линг. — Я дал тебе слово, что доведу дело до конца. — Тогда мы все четверо пойдем. — сказал Гарри. Эд покачал головой. — Вы двое останьтесь и предупредите кого-нибудь... — Нет! — отрезал Гарри. — Мы все это время работали вместе, и сейчас мы не разделимся. — И никак вас не переубедить? — спросил Линг, и Гарри с Роном яростно замотали головами. — Ну и ладно. Но обещайте, что, если мы действительно столкнемся с василиском, сражаться будем мы с Эдом. У Эда больше боевого опыта, а я могу ориентироваться в темноте, мы лучше подходим для этой задачи. Гарри перевёл взгляд с одного на другого и кивнул. Мрачность ситуации только усиливала давление, которое они испытывали, но Гарри понимал, что отступать уже поздно. На кону было слишком многое. — Ладно. Тогда какой план? — Во-первых, нам нужно как можно скорее вернуться в наши комнаты. — сказал Линг, поглядывая на дверь учительской. — Если они заметят, что пропало еще несколько учеников, весь кампус закроют. — Как мы вообще выберемся после этого? — спросил Рон. — И почему мы не можем пойти в Тайную комнату сейчас? — Если понадобится, вы трое можете взять этот плащ, а я справлюсь сам. Но у меня такое чувство, что ваш факультет, в частности, может быть слишком расстроен, чтобы что-то заметить. — И нам нужно время, чтобы собраться с мыслями. — сказал Эд. Рон, казалось, хотел возразить, но Эд быстро его перебил. — Я понимаю, но, если мы сейчас бросимся в бой, это не поможет Джинни. Нам нужен план. Гарри глубоко вдохнул. — Тогда через два часа. — сказал он. Двух часов им хватит, чтобы раздобыть все необходимое и морально подготовиться к предстоящей миссии. — Встречаемся в туалете Плаксы Миртл через два часа. Они обменялись кивками и вышли из комнаты для персонала. То, что Гарри, Рону и Эду удалось опередить Макгонагалл и первыми подняться в гриффиндорскую башню, было настоящим чудом. Гарри с трудом удавалось сохранять невозмутимый вид, пока Макгонагалл пересказывала то, что они уже знали, но слушать это во второй раз было не легче. Ни когда Фред и Джордж кричали в знак протеста, ни когда Перси умолял Макгонагалл найти другое объяснение отсутствию Джинни в гостиной. В гриффиндорской башне царила по-настоящему мрачная атмосфера. Не было ни шуток, ни игр в «Взрыв-снаряд», которые помогли бы им пережить ранний комендантский час. Некоторые первокурсники открыто плакали. Они и так были напуганы и расстроены после того, как Колин превратился в статую, но потеря Джинни, казалось, окончательно сломила их. Перси ушел в свою комнату, чтобы сообщить о случившемся мистеру и миссис Уизли. Фред и Джордж сидели рядом с Роном, не сводя глаз с младшего брата. Гарри видел, как Эд каждые несколько минут поглядывал на свои карманные часы, пока осматривал свою автоброню, и чувствовал то же нервное предвкушение, пока часы отсчитывали время. В гостиную принесли еду, но он смог проглотить лишь несколько ложек картофельного пюре. Он гадал, как там Линг в Слизерине, где у него не было ни союзников, ни поддержки. Он был уверен, что Малфой празднует смерть предателя крови Уизли, но, возможно, несколько более умеренных слизеринцев составят ему компанию, пока они выжидают. Через час близнецы Уизли наконец сдались и ушли в свою спальню. Гарри никогда не видел их такими подавленными. Когда они отошли на достаточное расстояние, Эд нацарапал несколько заметок и передал их Гарри и Рону. В его лихорадочных записях содержались такие стратегии, как «подколка под дых, потенциальное слабое место» и «физическая сила, а не магия». Гарри не знал, что и думать, но сейчас он был рад любой возможности отвлечься. Он крепко сжимал в кармане волшебную палочку, а Рон добавил к своей сломанной еще одну петлю из волшебной ленты. На всякий случай у каждого из них был при себе какой-нибудь светоотражающий предмет. Эд взял с собой карманные часы, Рон — ложку, которой их накормили на ужин, а Гарри — маленький стеклянный флакон, в котором они хранили образцы зелий. Оставалось надеяться, что это поможет им избежать самого худшего. Часы показывали, что с тех пор, как они вышли из учительской, прошло час сорок пять минут. Рон вскочил первым, весь на нервах, но полный решимости. В гостиной осталось совсем немного людей, большинство спряталось в относительно безопасных спальнях, но те немногие, кто остался, ничего не сказали, когда они втроем пересекли порог портретной арки. Никто не стал бы сейчас возражать Уизли. Когда они шли по коридорам, в замке уже сгущались сумерки. Гарри старался ступать как можно тише, боясь, что из-за малейшего шороха их поймают и все будет напрасно, но его сердце билось так громко, что заглушало все звуки. Он был уверен, что Эд и Рон слышат, как оно колотится в груди. Они прошли всего несколько поворотов от туалета, когда Рон остановился у одной из дверей. — Что такое? — спросил Гарри, поняв, что они остановились у кабинета Локхарта. — Надо ему сказать. — сказал Рон. — Он сказал, что тоже собирается искать монстра, так что нам всем лучше быть на одной волне. — Рон, он идиот! — сказал Эд, нетерпеливо вздернув бровь. — Мы только зря потратим на него время. — Возможно, нам пригодится еще один человек для этой работы, — сказал Гарри. — По крайней мере, он мог бы передать то, что мы знаем, другим учителям. Эд вздохнул и ссутулился. — Ладно, тогда пойдем. Рон прижался ухом к двери. — Кажется, там кто-то ходит… — сказал он. И действительно, Гарри слышал за дверью шаркающие, скребущие звуки. Не желая терять время, он постучал. Все звуки стихли. Через секунду дверь приоткрылась, и они увидели растрепанную прядь светлых волос и встревоженный взгляд. — Что вы здесь делаете, ребята? — спросил Локхарт, в его голосе не было ни обычной харизмы, ни энтузиазма. — Я... я сейчас очень занят... — Профессор, у нас есть информация о Тайной комнате! — сказал Гарри. — Мы хотим помочь. Локхарт отвел взгляд. — Я… я полагаю… ну, только побыстрее… Дверь распахнулась, и за ней оказался совершенно пустой кабинет. Все вещи были сложены в огромный, битком набитый чемодан. Гарри охватило тошнотворное чувство, когда он перевел взгляд с чемодана на виноватое выражение лица Локхарта. Рон рядом с ним был в ярости. — Ты уходишь? — прошипел он. — А как же моя сестра?! — Я... ну, это трагедия, никто не сожалеет больше, чем я... — Ты мошенник и трус! — завопил Эд. — Мой дорогой мальчик! — попытался успокоить его Локхарт. — В описании работы ничего подобного не упоминалось это! Ты же не можешь всерьез ожидать, что я... — А как же все, о чем написано в твоих книгах? — спросил Гарри. — Не могло же все это быть ложью, люди бы давно заметили... — Да ладно тебе, включи здравый смысл! — рявкнул Локхарт. — Эти книги не продавались бы и вполовину так хорошо, если бы люди не думали, что я действительно делал все это. Но те, кто делал, были совершенно нефотогеничны и совершенно не умели общаться. Я просто оживил их истории через себя! Когда вся правда вышла наружу, воцарилась тишина. — Значит, это была не просто ложь и притворство? — спросил Эд, и они буквально видели, как в нем клокочет ярость. — Ты присвоил себе чужой труд. Мошенник, трус, и вор! — Ты говоришь так, будто это было просто, но мне тоже пришлось потрудиться. Найти их всех, узнать их истории и, конечно, изменить их воспоминания, чтобы они не помнили, как делали все это. Если я чем-то и горжусь, так это своими заклинаниями забвения. И теперь мне придется наложить их на вас троих. Мне очень жаль, но я не могу допустить, чтобы вы раскрыли мои секреты… Локхарт взмахнул палочкой, но Гарри среагировал быстрее. — Экспеллиармус! — Палочка Локхарта взмыла в воздух и упала прямо в подставленную руку Рона, который, не теряя времени, выбросил ее в открытое окно. — Не надо было просить профессора Снейпа научить нас этому заклинанию. Не зная, что делать, Локхарт сдался. — Чего вы от меня хотите?! — взмолился он. — Я не знаю, где находится Комната и что там вообще. Я не могу спасти девушку... — Что ж, тебе повезло. — с крайним отвращением сказал Рон. — Кажется, у нас есть идея. — Ну, в таком случае я оставляю это в ваших более умелых руках. — Так просто ты от нас не отделаешься! — прорычал Эд. — Ты пойдешь с нами. Не надо было рассказывать про заклинание забвения, теперь мы не можем просто так тебя отпустить. Вчетвером, под дулом волшебной палочки Эда, они направились в туалет Плаксы Миртл. Первое послание по-прежнему ярко сияло в свете факелов, но от второго у Гарри кровь застыла в жилах. «Ее скелет навсегда останется в Комнате» Он взял себя в руки, когда они вошли в ванную. Они не допустят, чтобы до этого дошло. Линг уже был внутри и болтал с Плаксой Миртл. Когда они вошли, Линг улыбнулся. — Миртл только что рассказывала мне о своей смерти. — сказал он. — Похоже, Гермиона была права: последнее, что она помнит, — это пара огромных желтых глаз возле раковин в задней части туалета. По-моему, это была огромная змея. — О, это было просто ужасно! — икнула Миртл. — Кстати, об ужасном, что он здесь делает? — Линг махнул в сторону Локхарта, который выглядел так, словно искал ближайший путь к отступлению. — Мы хотели рассказать обо всём взрослому, а он попытался сбежать. — сердито сказал Рон. — Он использовал чары забвения, чтобы украсть все свои достижения у других волшебников. Линг уставился на Локхарта, и на мгновение Гарри показалось, что Линг вот-вот его убьет. Но напряжение спало, и он просто сказал. — Что ж, полагаю, сегодня мы можем добавить поимку этого человека к списку наших достижений. — Честно говоря, я не понимаю, почему ты так раздуваешь из этого проблему. — запинаясь, произнес Локхарт, снова пытаясь оправдаться. — Все, с кем я разговаривал, могут вести простую, честную жизнь вдали от всеобщего внимания, которое им пришлось бы терпеть в противном случае. Я оказывал им услугу, беря на себя всю шумиху... — Не пытайся оправдаться! — рявкнул Линг, и гнев вернулся к нему с новой силой. На его лице застыла холодная ярость. — Воспоминания — это драгоценная часть души. Искажать их — подло! Линг заставил Локхарта замолчать, и Гарри переключил внимание на кубок с зельем зеленого цвета на раковине. Оно смутно напоминало оборотное зелье, которое они варили здесь всего несколько месяцев назад, но оттенок был гораздо приятнее. Должно быть, Линг принес его с собой. — Что это? — спросил он. Линг взял кубок. — Образец Восстанавливающего зелья из мандрагоры, украденный прямо из котла Снейпа. — Ты серьезно? — спросил Эд. — Это и есть твой план? — Лучший из того, что у меня есть. — Зачем? — спросил Гарри. — Думаешь, если мы выпьем его заранее, то не окаменеем, увидев василиска? — Он мог сравнить это только с «возрождением» или «второй жизнью» в видеоиграх Дадли. Линг лишь пожал плечами. — Я взял только одну порцию, нужно было оставить достаточно для настоящих жертв. И... — он сделал паузу. — Может, это эгоистично с моей стороны, но я думаю, что должен выпить его сам. Мне это принесет больше пользы. Линг действительно сказал, что собирается вести большую часть боевых действий. Если он будет в самой гуще событий, то может и сам нуждаться в помощи. — Я не против. — сказал Гарри, и Рон тоже кивнул. Эд прикусил внутреннюю сторону губы. — Если ты уверен, что это сработает. — наконец сдался он. Локхарт, возможно, пробормотал что-то о том, что зелье должен выпить «ответственный взрослый», но никто не прислушался к его мнению. Линг поднес кубок ко рту, глядя на него с улыбкой. — Ну, за здоровье! — сказал он, запрокинул голову и одним махом осушил кубок. — Как ты? — осторожно спросил Рон. — О, это просто отвратительно… — сказал Линг, вытирая немного зелья рукавом. Но он все равно улыбнулся им. — Но у меня хорошее предчувствие. Закончив приготовления, они начали осматривать раковины, на которые указала Миртл, в поисках подсказок. — Гарри, посмотри-ка сюда. — сказал Рон через несколько минут, склонившись над одним из кранов. Гарри подошел ближе и почти сразу заметил маленькую змею, вырезанную на кране. — Готов поспорить, это вход. — сказал он, экспериментально поворачивая кран. Вода не потекла. — Этот кран никогда не работал. — сообщила им Миртл. — Может, его откроет парселтанг? — сказал Рон, поворачиваясь к Гарри. — Попробуй. Гарри потребовалось несколько попыток, чтобы открыть его. Змеиный язык казался ему чем-то чуждым, ведь рядом не было настоящей змеи, которая могла бы помочь. Но его слова превратились в шипение, и раковина, заскрежетав по стене, ушла в пол, обнажив большую черную дыру, которая, казалось, уходила глубоко под землю. — Ну вот и вход… — сказал Гарри. — В трубах… Рон подтолкнул Локхарта к ним, Эд последовал за ними, но Линг, казалось, был занят осмотром одной из других раковин. — Эта труба шатается. — пробормотал он, берясь за нее. — Это новая. — сказала Миртл. — Ее сломали шесть лет назад, когда двое учеников решили жестоко подшутить надо мной. Никто не удосужился ее починить. Линг оторвал трубу от стены, проверяя, надежно ли она закреплена. — Ты что-то задумал? — спросил Гарри. — Ну, я сомневаюсь, что наша второкурсная магия что-то сделает против этого чудовища. — сказал Линг, размахивая трубой. Гарри поморщился, вспомнив записки, которые Эд передал им в гостиной. Хотя, если Линг был того же мнения, он не мог понять, как он собирается сражаться и какое применение может найти водопроводная труба. — Эд, ты у нас лучший в трансфигурации. Как думаешь, сможешь превратить это во что-то более подходящее? Эд шагнул к нему, выставив палочку и произнеся заклинание. Он указал палочкой на трубку, и та начала меняться. Гарри увидел, как трубка превратилась в изогнутый меч дао, рукоять которого была украшена миниатюрными черепами. Линг сделал еще один пробный взмах и язвительно улыбнулся. — Как всегда, безвкусно. Гарри и Рон разинули рты, а Локхарт, казалось, вот-вот упадет в обморок. Увидев их реакцию, Линг ухмыльнулся еще шире. — Эд не говорил, что я мастерски владею мечом? — Нет, наверное, он забыл! — сердито ответил Рон, снова сосредоточившись на входе в Тайную комнату. Локхарт слегка кашлянул. — Что ж, я вижу, что мои услуги здесь не нужны... — Ну уж нет! — сказал Рон, тыча сломанной палочкой в поясницу Локхарта. — Ты спустишься туда и проверишь всё для нас. Локхарт побледнел, но угроза дальнейших репрессий, похоже, заставила его рискнуть и спуститься в Тайную комнату. Он сел на край ямы и соскользнул вниз после того, как Рон грубо толкнул его. Его крики эхом разносились по стенам. — Я пойду следующим. — сказал Эд и быстро проскользнул в проход. Гарри последовал за ним. Спуск в спиралевидную темноту дезориентировал его, тело Гарри двигалось с невероятной скоростью. Это было похоже на полет на метле, только без свободы и контроля. Наконец труба выровнялась, и Гарри выплюнуло в полую камеру. Под ногами захрустели мелкие кости животных. Эд и Локхарт уже были там, и первый держал второго на прицеле. Гарри снова сосредоточился на трубе. Мгновение спустя появился Рон, а за ним — Линг, который держал свой новый меч за спиной. Все они на мгновение замерли, пытаясь прийти в себя, и к ним разом вернулись напряжение и страх. Это был уже не шепот, а план, по которому они шли в самое логово зверя, туда, откуда нет возврата. Ничто не могло заставить их повернуть назад, по крайней мере сейчас. Гарри и Эд осветили кончики своих волшебных палочек, чтобы лучше рассмотреть местность. Стены выглядели древними, но, похоже, пещера вела только в одном направлении. — Сюда! — сказал Гарри, проявляя инициативу. Он махнул рукой, приглашая всех следовать за ним и Эдом. — Помните: если что-то шелохнется, мы все закроем глаза. Оно не убьет нас, если мы не будем на него смотреть. «По крайней мере, глазами…» — подумал он про себя, мрачно вспоминая отрывки о яде василиска. — Серьезно, Слизерин не мог выбрать менее жуткое место для своей тайной смертельной ловушки… — прошипел Эд себе под нос, и хруст костей вторил его словам. Линг согласно хмыкнул. — Вся эта ситуация что-то мне напоминает. Гарри уже готов был спросить, что он имеет в виду, но краем глаза заметил что-то большое. — Стойте! — крикнул он, зажмурившись. Все движения прекратились. Гарри ждал, что что-то набросится на него и нападет, но ничего не происходило. Позади него послышались легкие шаги. — Можете открыть глаза. — раздался рядом голос Лин. — Это всего лишь змеиная кожа. Гарри осторожно приоткрыл глаза. Линг был прав. То, что он принял за монстра, на самом деле было лишь его кожей. Но все равно оно было огромным. — Черт возьми! — слабым голосом пробормотал Рон у них за спиной. — Эта штука не меньше пятнадцати метров в длину. Локхарт рухнул на землю. — Что с ним? — спросил Гарри, оглядываясь. — Наверное, в обморок упал. — сказал Рон, стоя над Локхартом. — Эй, вставай. Локхарт пошевелился и... прежде чем кто-то из них успел среагировать, набросился на Рона и выхватил у него палочку. — На этом наши приключения заканчиваются, мальчики. — сказал он с маниакальной улыбкой, направив палочку на голову Гарри. — Я скажу в школе, что опоздал спасти девочку и что вы все сошли с ума при виде ее изуродованного тела! Видите ли, юные умы особенно хрупки. Прощайте, ваши воспоминания. — Нет, не смей! — Эд развернулся и бросился к нему, но время словно замедлилось, когда Локхарт взмахнул палочкой. — Забвение! Это заклинание, похоже, окончательно вывело из строя сломанную волшебную палочку Рона. Она разлетелась на осколки в руке Локхарта, профессор отлетел к стене, а взрыв сбил Эда с ног. Казалось, задрожала вся пещера. — Нет! — закричал Гарри, но Линг схватил его за запястье. — Нам нужно идти! — Слизеринец потащил его дальше в пещеру, а стены и потолок тем временем начали рушиться. Сделав последний отчаянный рывок, они выбрались из-под завала и рухнули на пол. — Рон! Эд! — снова закричал Гарри, поднимаясь на ноги. Стена из обломков преградила им путь назад и отделила их от друзей. Гарри просунул пальцы в небольшие щели, отчаянно пытаясь расчистить проход. — Эй! Ответьте! вы в порядке? — Гарри! — донесся голос Рона с другой стороны. — Я в порядке! — А Эд? — спросил Гарри, охваченный страхом. — Я жив… — простонал Эд. Его слова сопровождались скрипом. — По крайней мере, пока. — Твоя нога... — в панике сказал Рон. — Что с ней? — спросила Линг. — Это справа или слева? — Это автоброня! — сказал им Рон. — Она совсем не работает. — Уинри меня убьет… — в отчаянии сказал Эд. — Если мы каким-то чудом выживем, Уинри меня убьет! — Локхарт вырубился. — сказал Рон, и ненависть в его голосе была ощутима даже сквозь каменную стену. Гарри услышал звук, похожий на удар ноги по черепу. — И что теперь? Мы не можем пройти. Время не ждёт. — Рон, Эд! — сказал Гарри. — Попробуйте расчистить путь. Я пойду вперед. Если я не вернусь через час, постарайтесь выбраться и найти помощь. — Я пойду с тобой. — заверил его Линг. — Как я уже сказал, не думаю, что магия второкурсников будет нам особо полезна, а я, по крайней мере, умею сражаться на мечах. Наступило молчание. — Ладно, сделаем все, что в наших силах. — сказал Рон, когда тишина стала невыносимой. — Держитесь вместе! — сказал им Эд. Гарри оглядел Линга. Он перекинул дао через плечо и был уверен, что в рукаве у него спрятана волшебная палочка. Еще несколько месяцев назад, окажись он в такой ситуации с Лингом, страх пронзил бы его насквозь. Но теперь… Он доверил Лингу свою жизнь. — Обязательно. Скоро увидимся. — сказал Гарри, надеясь, что это заявление хоть как-то повысит их шансы на выживание. Он двинулся дальше по коридору, Линг следовал за ним по пятам. Они шли молча, не зная, что сказать друг другу. Гарри держал палочку наготове, чтобы освещать путь, и от ее света сверкал меч Линга. Наконец, после еще нескольких крутых поворотов, они вышли к круглой двери, вход в которую украшали две змеи. — Похоже, нам снова понадобится твой парселтанг. — сказал Линг. Гарри кивнул и сделал шаг вперед. На этот раз парселтанг пришел сам собой, и дверь в Тайную комнату с шипением открылась. Гарри вздрогнул, но подавил страх. — Ты готов? Линг кивнул. — Будь начеку. Здесь пахнет затхлостью. Гарри глубоко вздохнул и вошел в Тайную комнату, Линг последовал за ним. Их приветствовали новые змеи и каменные колонны, высеченные в самом основании Комнаты. Все они вели вперед, к задней стене, где их встретило резное мраморное лицо. Гарри не нужно было объяснять, что перед ними сам Салазар Слизерин. И… прямо перед статуей… — Джинни! — крикнул Гарри, отбросив осторожность, и бросился к бледной фигуре, лежащей на полу. Он слышал, как Линг бежит за ним, но Гарри оказался быстрее и упал на колени рядом с Джинни. Его палочка выпала из рук. — Джинни! Проснись! — Джинни была бледнее обычного, и Гарри мог бы принять ее за труп, если бы не едва заметный пульс на ее запястье и едва слышное дыхание. — Пожалуйста, очнись! — Она не проснётся. Гарри резко повернул голову в ту сторону, откуда донесся знакомый голос, и уставился на ближайшую колонну. Том Риддл, чья фигура была странно прозрачной, прислонился к ней и наблюдал за ними с нейтральным выражением лица. — Как... Гарри услышал звон металла в другом ухе. Линг наконец добрался до них, обнажив меч и направив его прямо на Риддла. Его голос сочился ядом, отвращением и… страхом. — Кто ты такой? Ты не человек.