Ti amo

Снаружи ангара вакуумная тишина Хлои Энхарт продолжала давить на барабанные перепонки. Миста чувствовал себя рыбой в аквариуме: он видел, как шевелятся губы Хлои, видел, как Секс Пистолз в панике беззвучно открывают рты, но не слышал даже собственного дыхания. ​Хлоя наступала, её рыжие кудри огненным ореолом выделялись на фоне серых контейнеров. В руках она крутила стальную спицу, готовясь превратить тишину в смертельный выпад. ​— Знаешь, — Миста вдруг опустил револьвер и широко улыбнулся, хотя понимал, что она его не слышит. Он картинно поправил свою шапку и подмигнул ей. — Для девушки, которая хочет меня прикончить, у тебя чертовски классный цвет волос. В Берлине все такие колючие или это мне так повезло? Он начал медленно обходить её по кругу, делая театральные жесты. Хлоя на секунду замерла, её голубые глаза сузились. Она не ожидала, что в шаге от смерти этот итальянец начнет строить ей глазки. Она что-то резко ответила, и по её мимике Миста догадался, что это было нечто вроде: «Ты идиот или просто самоубийца?». ​— О, я читаю по губам, детка! — Миста приложил руку к сердцу. — Ты сказала, что я симпатичный? Я так и знал. Давай договоримся: ты убираешь этот беззвучный режим, мы идем пить кофе, и я забуду, что ты работаешь на того седого маньяка. Хлоя нахмурилась, её терпение лопнуло. Она взмахнула рукой, и накопленная звуковая энергия со свистом — который ощущался лишь как вибрация воздуха — прорезала рукав пиджака Мисты. ​— Ладно-ладно, свидание отменяется! — Гвидо резко кувыркнулся в сторону, на лету вскидывая револьвер. — Парни, не отвлекаемся на красотку, огонь! Внутри склада Пока Миста вел свой опасный «флирт» снаружи, внутри склада ситуация обернулась катастрофой. ​Фуго и Триш продвигались вдоль верхних технических платформ, когда здание содрогнулось. Это не был взрыв — это была работа Станда Саймона или Клайта, ударившая по фундаменту. Старые бетонные опоры, источенные временем и влагой, не выдержали. ​— Триш, назад! — крикнул Фуго, но было поздно. ​Пол под ними буквально растворился. Огромные пласты бетона и ржавые арматуры с грохотом (который внутри склада еще был слышен) обрушились вниз, увлекая за собой обоих. ​Пыль забила легкие. Фуго пытался ухватиться за край уцелевшей платформы, но его пальцы соскользнули. Он рухнул в темноту нижних уровней, чувствуя, как сверху на него летят тонны камней. ​Когда грохот стих, воцарилась удушливая тьма. ​Фуго открыл глаза. Его плечо пронзила острая боль — кусок арматуры продрал одежду, чудом не задев кость. Он лежал под завалом в подвальном помещении, куда не проникал свет. ​— Триш... — прохрипел он, отплевываясь от известковой пыли. — Триш Уна! Ты жива?! Ответа не последовало. Лишь где-то в глубине завалов послышался тихий шорох сдвигаемого камня. Фуго почувствовал, как внутри него начинает закипать паника, смешанная с яростью. Purple Haze внутри него заскрежетал зубами, требуя выхода. Если Триш пострадала из-за того, что он, как командир, не заметил ловушку, он себе этого не простит. ​Но в этой темноте было что-то еще. Чей-то пристальный, недобрый взгляд. ​— Вы так красиво падали, — раздался тонкий, детский голос откуда-то из угла подвала. — Как подкошенные цветы. ​Это был Саймон. Мальчик каким-то образом оказался внизу раньше них, и в его руках тускло блеснул нож.