Никто не узнает, как я тебя люблю и убиваю

22 февраля. Артем почти не спал. Ночь выдалась беспокойной. Мог на полчаса заснуть, вернее, подремать, о глубоком сне и речи быть не может, а потом полчаса ворочаться, наблюдая за спящим Марком. Десять утра. Бондарев просыпается очередной раз. Некоторые волоски спадают на губы, тем самым попадая в рот, от чего парню стало щекотно и неприятно. Убрав рукой свою шевелюру назад, он видит, лежащего на спине, Серкова, который уже не спит. Он такой сонный, так добро выглядит, даже и не вспомнишь по началу, что происходило ночью.  —Доброе утро. - говорит Марк, почувствовав движение рядом с собой, поворачивается на бок, чтобы смотреть на младшего. В ответ слышит лишь тихое мычание.  Артем сразу же встает с кровати, даже не спрашивает, как спалось старшему. Быстрее надевает на себя домашнюю футболку с шортами. Оставаться в одном нижнем белье сейчас совсем не хотелось. Блондин смотрит озадаченно - не понимает, в чем дело. —Как тебе спалось, Тём? - спрашивает Серков. Лежать в кровати становится неловко, ведь ее хозяин уже встал и оделся, поэтому старший повторяет за Бондаревым, выползает из мягкого одеяла, обволакивающего тела, берет со спинки компьютерного кресла свою одежду и натягивает неспеша.  Ответа не следует. Артем лишь кидает неодобрительный взгляд в сторону своего парня. Стоит несколько секунд, смотрит косо, молчит, всё-таки продолжает начатый разговор, но не ответом на вопрос.  —Иди умывайся. Я после тебя. - говорит русоволосый и выходит из комнаты, оставляя Марка стоять застывшим с футболкой в руках.  В квартире тихо, не слышно ни маминых шуршаний на кухне, ни телевизионной, тупой передачи, которую смотрит бабушка, ни воплей сестры. На кухне - пусто. Бондарев включает электронный чайник, чтобы вода нагревалась. В раковине лежит немытая тарелка с белыми остатками какой-то еды. Скорее всего, мороженого из брикета. Артем стучится в комнату к Стасе, слышится звонкое «войдите!». Так по-деловому. —Стась, а мама с бабушкой где? - спрашивает русоволосый, открывая дверь.  —Они в больницу поехали. - отвечает девочка, не отвлекаясь от игры на планшете. Иногда ее брат находил странности в том, что семилетний ребенок уже зависим от гаджетов. Это случается со всеми, рано или поздно. Но ему в первом классе такого не позволяли. —А когда они вернутся? - задает второй вопрос Бондарев, облокачиваясь о дверной косяк. Его голос грустный. Как-то все плохо. И с Серковым, и у, видимо, бабушки что-то неладное со здоровьем.  —Мама сказала - ближе к вечеру. Просто больница на другом конце Москвы. - говорит Стася. Порой Артем забывает, насколько огромная столица, и что дорога от юга до севера этого города занимает несколько часов.  —Понятно. - тихо отвечает Бондарев и проходит вглубь комнаты. Хочется хоть немного отвлечься от навязчивых мыслей. Разговор с сестрой - лучший вариант.  Парню было неловко после вчерашнего. Каждый раз, просыпаясь ночью, второй его мыслью был недо-секс недо-«хуй пойми что». Безусловно, это было приятно, откровенно, стеснительно, близко, чувственно, и куча других синонимов, но всё-таки неприятный осадок от полового акта остался. Сначала все хорошо, парни друг-другу делают приятно, а потом один из них душит другого, совсем не в сексуальном контексте, совсем не по приколу и не по-дружески.  Мягкая улыбка расплывалась по лицу Артема, вспоминая, как он дрожал в руках Марка, но сразу же пропадала с мыслью об удушье и необъяснимой ревности.  Серкова можно понять. Конечно, неприятно, когда твоему партнеру пишет девочка, с которой тот целовался на пьяной вечеринке, но можно же поговорить, все обсудить, прийти к выводу, найти компромисс?  —Во что ты играешь? - спрашивает Бондарев у Стаси, смотря на экран планшета. Его холодная ладонь укладывается на девичье плечо, похлопывая по нему.  —В роблокс. - отвечает сестренка, старательно проходя испытания на карте с паркуром. Но вдруг что-то пошло не так. —Да блин, Артем, ты опять помешал, я упала! И в ее злости было столько детского добра. Даже когда, по мнению Стаси, произошла трагедия, все казалось таким милым.  —Ну, извини. - посмеивается Артем и забирает гаджет из рук девочки, дабы попробовать поиграть самому.  —А почему ты ко мне пришел? У тебя же Марк на ночевке. - задает вопрос сестра, который заставил русоволосого задуматься. Она все видит, всех считывает. «Сказать правду нельзя, даже отдаленного намека на правду нельзя кидать...» В голове сборная солянка. Но, всё-таки, придумав ответ, старший брат отвечает.  —Да он просто зубы щас чистит. - вот и правильно, нечего ей знать, что было вчера.

***

Ванная комната, зубная щетка, паста, холодная вода из-под крана, отекшее лицо в зеркале. Как все Бондарев ненавидел, особенно свое сонное отражение. «Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу.» Жесткие щетины водят по зубам слишком энергично, от чего, при сплевывании слюны отчетливо виден цвет крови, и в пене, растекающейся по раковине, и на деснах. Но это абсолютно не волновало. Волновала лишь белокурая макушка с железякой в носу. Как хочется взять его личико в руки и зацеловать, прижаться крепко-крепко.  Лицо Артем умывает ледяной водой, проминая скулы костяшками пальцев, дабы видеть их очертания. Массаж лица против отеков - ежедневная рутина парня.  Смотрит на свои руки - кожа прилегает к фалангам плотно, видна кость. Вены выпирают на обратной стороне ладони. Как же русоволосый там хочет набить татуировку.  Из ванной комнаты выходить не хочется совсем. Видеть Серкова невозможно - больно. Дабы оттянуть время, Бондарев разблокировал телефон. Не знает, в какое приложение зайти, но выбор пал на галерею - прекрасный вариант.  Фототека полна фоток и видео. Но не с хозяином мобильного устройства. Марк. Марк. Марк.  Этот блик под носом - септум светится абсолютно всегда, и в теплую погоду, и в снег. Сожженные волосы, улыбчивая мордашка. Любимое лицо... Серков любил фотографироваться и снимать влоги. Он обожал запечатлеть смешные, иногда абсурдные моменты на камеру. Видео «информативного» содержания - бросание петард в кирпичные стены электро-будок во дворах, тление сигарет, пьяное пение людей.  Пересматривая все эти материалы, Артем подмечал каждый раз, насколько красив Марк. Его черты лица - мягкие, обволакивающие. Щеки, которые хотелось укусить чуть-чуть. Любимые губы. Целовать их - одно удовольствие.  Бондарев сам не замечает, как тяжесть спадает с плеч, груз в груди рассасывается, напряжение сходит на нет, а по лицу растекается почти пьяная, довольная улыбка. Губы прикасаются экрана телефона, из ванной комнаты доносятся звуки причмокиваний. Видимо, Артем сходит с ума, раз целует парня, который позволил себе причинять ему физическую боль. Русоволосый находит их недавнюю фотографию. На ней Марк лежит головой на подушке, а Бондарев утыкается носом ему в шею. Темные волосы спадают на виски и линии челюсти, закрывая обзор на профиль, но, улыбающийся во все тридцать два зубы, блондин воодушевляет, дарит уют.  Артем снова целует это изображение, будто это - все, что у него есть.

***

Собственная комната встретила Бондарева тишиной, хоть она и не пустовала. Серков сидит за компьютерным столом, но ничего не делает. Даже телефона в руках не держит. Его взгляд устремлен на свои колени. На джинсах нет дырок, ведь сейчас зима, морозно. Грустно.  Блондин, услышав звуки открывающейся двери поворачивается и видит Артема, зашедшего тихо-тихо, будто он здесь не живет.  Как же младшему хочется прильнуть к Марку, поцеловать, обнять крепко, вдыхая его запах. Ни геля для душа, ни духов, ни дезодоранта, а родной аромат человеческой кожи. Но где-то в глубине души хочется уважать и себя, поэтому парень стоит на месте, опираясь о дверной косяк.  —Артем... - начинает первым разговор Серков. Видно, как он нервничает. Одна нога трясется, топает по полу, словно отбивает быстрый ритм, руки мнут ткань джинс, а глаза бегают по комнате, не позволяют себе задерживаться на русоволосом. —Прости.  Осознание того, что он натворил, к Марку пришло уже со словами Артема о том, что первому стоит пойти умыться. Безумно стыдно и страшно. Страшно потерять своего любимого. Да и не только старшему жутко. Обоим.  Бондарев переживает не меньше. Голова его кружится, перед глазами все плывет, словно эффект от наркотиков - смотришь в одну точку, а потом на стенах расплываются красивые узоры. Серков встает со стула и делает шаг к второму присутствующему человеку в комнате. Всего лишь около пятидесяти сантиметров приближения, а воспринимается, как прыжок с самой высокой скалы в мире. Хрупкая нить доверия Артема держится на одной лишь ворсинке и планирует окончательно порваться. Младший следует примеру Марка и тоже совершает один шаг, закрыв за собой дверь, потому что шанс вторжения в их пространство сестры - очень велик. —Я правда хуйню сделал. Мне очень стыдно. - извиняется Серков, будто он раскаивается у алтаря, на голове епитрахиль, заботливо положенный батюшкой, перед глазами Библия и крест, а в голове Бог.  Старший подходит вплотную к Бондареву и отчаянно заваливается в объятия, прижимает свой лоб к любимому плечу, по которому он уже успел соскучиться. Руки крепко сжимают туловище, боятся отпустить.  Артем никак не реагирует. В ответ не обнимает, белобрысую макушку не целует, как обычно поступил бы. Руки болтаются вдоль тела. Вдруг резкое отвращение пробирает до дрожи, вонзается в кости, скручивает все внутренности. Как Марк смог с ним так поступить? При чем, это не единоразово.  —Отойди. - резко говорит Бондарев и толкает руками от себя блондина. В его глазах видно презрение и такую едкую боль. Он ведь любит старшего.  —Тём... - начинает говорит Серков, как вдруг его резко перебивают.  —Можешь съебать, пожалуйста? Прости, если ты голодный. Поешь дома. - спокойно выражается Артем. Его лицо скорчилось, одна половина верхней губы невольно уехала вверх, глаза нахмурились.  —Артем...  —Блять, пожалуйста. Не могу видеть тебя. —А то что было вчера... Ты жалеешь? - внезапный вопрос вырывается из уст Марка. Странный.  —Жалею. - на эмоциях ответил младший. Конечно, не жалеет.

***

Два часа дня.  Марк лежит на кровати в собственной квартире. За стеной мама ссорится с отчимом. Любимый парень прогнал из дома. Что может быть хуже?  Слезы скатываются по щекам. Хочется закрыть глаза, лечь и заснуть навсегда. Плач очень сложно остановить. Сколько бы он ни пытался, ни напрягался - все даром.  Рука сама тянется за телефоном, пальцы сами находят чат с Бондаревым. Останавливать себя не хочется. Кажется, что эту ситуацию уже ничем не испортить. 

Madk1d

Тёма (14.04) 

Прости меня пожалуйста (14.04) 

Сообщения становятся сразу прочитанными. Но даже спустя пять минут ответа не следует.  Марк открывает галерею и листает до сентября. Фототека полна фотографиями с Артемом. То он за партой сидит, и виден лишь его бок, то на улице стоит как-то смешно. Куча спонтанных фоток, иногда из-под тишка. И на каждой он выглядит, как модель. Вот серьезно.  Серков никогда не видел парня красивее, чем Бондарев. Его выраженные, грациозные скулы, растрепанные волосы, пухлые губы, на которых красиво смотрелся бы пирсинг. На истощенное тело, конечно, порой больно смотреть. Страшно представлять, как младший худеет.  Перед глазами мелькает изображение, в углу которого виден знак белого сердца, то есть, фото добавлено в раздел «избранное». На нем Артем сфотографировал сам себя, что было огромной редкостью. Селфи с подобранным ракурсом, ненастоящее выражение лица и поддельные приподнятые уголки губ, но какой он, черт возьми, сексуальный...  Рука Марка спускается к резинке домашних шорт, поглаживает кожу низа живота, представляет, что эта рука принадлежит парню на фотографии.

***

Пять часов дня. Артем сидит на компьютерным кресле с гитарой в руке, а на столе стоит звуковая карта с телефоном в горизонтальном положении, на котором открыта камера. Сбоку всплывает сообщение от Серкова. Как же младший устал их сворачивать.  Марк Тёма (14.04)  Прости меня пожалуйста (14.04) Пожалуйста (14.36)  Прости (14.37)  Клтенок (15.42)  Ч арошу тебя (15.42)  Арткм, ты самое лучшее что было ц меня в жизни, пожалуйства давай мы поговорим и все решим, я не иолу уже (15.43) Посниу ты мнгя игнормшь (15.59) Читаешь и ингрои ль (15.59) «Блять, он пьяный?» - думал Бондарев, с трудом разбирая каждое, написанное блондином, слово.  Я же люббю тебя (16.07)  Прости (16.15) Пожалуйста (16.15)  Правда (16.37)  Умрдяю любимйй (16.58)  Ну котенок (17.01)  «Это пиздец.» - других слов не находилось. Артем уже простил. Уже был готов запрыгивать в объятия к любимому. Но хотелось создать хотя бы маленькую иллюзию того, что его нужно добиваться. Русоволосый всегда отстранялся, когда ему делали больно. Этот раз - не исключение.  На компьютере открыто приложение с записанными мелодиями на звуковую карту. Камера сняла уже около семи видео с игрой Бондарева. Хотелось выложить в Тик-ток, дабы развиваться в музыкальной сфере хоть как-то, раз с песнями - все очень сложно.  Парень готов был уже выложить свою новую песню, но нужно было придумать псевдоним, который он планировал сочинить с Марком. Но пока не может.  Осталось наложить готовую гитарную мелодию на видео.

***

Восемь вечера.  В Тик-токе Артема уже красуются шедевры, снятые им пару часов назад. А сейчас - сборник с ЕГЭ. Как все выматывало : экзамены, Серков, песни. Безумно много каких-то проблем. С виду, некоторые из них - незначительные, но очень важные для русоволосого. Кричит каждая клетка организма, по венам словно льется неизвестная жидкость, рассасывающая остатки незамутненного разума, оставляя за собой лишь бесконечную боль. Вот так это ощущалось. Вдруг в дверь стучат и, когда ее приоткрыли, виднеется часть выглядывающей головы мамы. Бондарев рефлективно пытается прикрыть шею воротником футболки, ведь на ней красовались багрово-синие пятна, но получалось, мягко говоря, плохо. —Сынок, чем занимаешься? - спрашивает женщина, проходя в помещение.  —Егэ решаю. - устало отвечает парень, потирая лоб ладонью.  —Умница... - тянет она и присаживается на кровать, взволнованно продолжает. Диалог предстоит не самый простой. —Тём, ты у меня огромный молодец, но, боюсь, чтобы поступить в Москву, нужно сдать экзамены чуть ли не на самые высокие баллы. ВУЗы урезали количество даже платных мест. Представляешь?  —А в какой город тогда поступать если не здесь? - задает вопрос Артем, поворачиваясь на стуле к родительнице. —В Ростов-на-Дону можно. Там очень хорошая консерватория, перспективная. - говорит мама, радуясь за адекватную реакцию сына.  —Ничего себе, так далеко... - удивляется парень, смотря в пол.  —Сынок, я знаю, что ты хотел с Марком поступить, но, может, ты с ним по поводу Ростова тоже поговоришь? - утешает его женщина, искренне переживая. В ответ получает лишь тихое «мгм» и спешит удалиться из комнаты, перед этим потрепав сына по макушке, взъерошивая его прическу. Бондарев окончательно начинает сходить с ума. Новая проблема в копилочку. Он запускает руки в свои волосы, больно их оттягивая. Как же хочется заглушить эту, ноющую в груди, боль.  Канцелярский нож, лежащий в ящике на всякий случай, сейчас оказывается я руках Артема. Посмотрев на него около десяти секунд, он понял, что это - то, что сейчас необходимо. Не хотелось резать ребра, заморачиваться, раздеваться, поэтому положив руку на стол, парень провел острием по нежной, истощенной коже. Капельки крови выступили сразу же. Слезы не текут, но конечность жжет сильно. Какая же это приятная боль, по сравнению с той, которая раздирает органы на куски. Бондарев даже улыбается, смотря на изрезанную руку.  Даже нахлынула ностальгия. Парень помнит, как надругался над собой в первый раз. Странные наклонности присутствовали в нем всегда. «Такие красивые полосы...» На телефон вновь приходит сообщение от Марка.  Марк Ответь плжалуйства  Не ответит.

***

23 февраля. Шесть утра.  За окном до сих пор темно, солнце даже не намекает на свой восход, холодно до жути, снег до сих пор лежит и блестит в свете ночных фонарей. Красиво, но так все ненавистно Артему. Ужасный понедельник. И ужасная дата - тот самый «день пиздатых, благородных, отслуживших мужчин, бла-бла-бла», как думал парень. Просыпаться было ужасно. Первой мыслью, пришедшей в голову после пробуждения, стал Серков. Их близость... То, как они лапали друг-друга, целовались глубоко и страстно, то, как блондин оставлял на шее засосы, и обида, о которой Бондарев подумал в последнюю очередь, ведь уже простил.  Резкая боль появилась в руке, когда русоволосый попытался дотянуться до телефона. Порезы глубокие - шрамы останутся. Стало страшно, а вдруг увидит мама, а вдруг Марк? Он же вообще убьет его. Нужно замотать конечность марлей. Идти в школу не хочется совсем. Артем сдается и падает на кровать, игнорируя будильник и последствия.  «Просто скажу маме, что голова болела пиздец сильно и даже не осознал, как снова уснул.» - придумал Бондарев на всякий случай, хоть их классная руководительница никогда не докладывает о прогулах родителям.

***

Марк не спал всю ночь. Физически не получалось заснуть, даже если очень пытался. А сейчас, когда прозвенел оглушительный будильник, пришло осознание, что пора вставать с кровати.  Глаза Серкова красные, заплаканные, лицо опухшее, голова ужасно болит. Тело ватное из-за отсутствия сна, сил нет ни на что. Хочется остаться дома, но надежда на разговор с Артемом разжигала мотивацию идти в школу. Самое ужасное чувство - осознавать, что из-за тебя другой человек страдает. Он знает Бондарева слишком хорошо. Блондин видел видео, которые второй выложил вчера. Его красивые, венозные руки, тонкие пальчики правой руки держат медиатор, а левой передвигаются по ладам. Его техника безупречна. И сексуальна.  И Марк был уверен, что Артем записал их, чтобы забыться, отвлечься.  Парень заходит в Тик-ток, в раздел «избранные». Перед глазами цифры : пятьдесят тысяч просмотров на одном из видео. Неплохо.  Серков заходит в комментарии. Видит, конечно же, не то, что хотелось бы. Какие-то девочки пишут комплименты, но Бондарев не лайкал. Он, в принципе, никакие комментарии не лайкал.  Марка дергает от ревности. Хотелось кинуть телефон в стену. Со стороны это выглядит страшно : парень с угрюмым взглядом, агрессивно прожигает дырку в комнатной двери, полуголый, все еще на кровати, держит в руке мобильное устройство, а глаз дергается, веко вибрирует. Злость с каждой секундой подходит к груди, но если он сейчас выскажет все свои возмущения в чате с Артемом, то масштабно усугубит положение. Поэтому, сделав глубокий вдох и медленный выдох, Серков встал и начал натягивать на себя домашнюю одежду.  Сидя в ванной комнате на стиральной машине с зубной щеткой в руке, блондин зашел в мессенджер посмотреть, ответил ли Бондарев на его сообщения.  Пусто. Ничего нет.  —Ни привета, ни минета, блять. - вслух сказал Марк, в голосе отчетливо слышна злость и обида. Хотя, чего обижаться? Сам же сделал плохо.

***

На первый урок Серков опоздал.  —Извините за опоздание, можно войти? - спрашивает он у классной руководительницы, заходя в актовый зал. Сейчас урок с ней - классный час, который проходит каждый понедельник. —Можно. А где дружок твой? - разрешает  учительница и задает ответный вопрос. Марк оглядывается по пространству, в надежде найти глазами Артема. Но все попытки тщетны.  —Не знаю.  —Ладно, проходи.  Блондин садится за последний ряд, где он, в общем то, не особо не заметен, ведь ученики разбросаны по всем серым стульям с мягкой обивкой, создавая между собой дыры. Самое важное для него сейчас - узнать, где Бондарев.

Madk1d

Тёма ты где?

***

Час дня. Артем просыпается второй раз только сейчас, чувствуя во всем теле слабость. Странно, ведь спал он достаточно долго и крепко. Телефон сразу же оказывается в руке, которая выглядит, мягко говоря, не очень. Красные полосы, размазавшаяся кровь на коже. Парень не удосужился даже обработать, или, хотя бы, помыть все это. Сообщение Серкова он игнорирует. Конечно, нужно же построить из себя недотрогу, а потом наступить на те же грабли. Бондарев прекрасно понимал, что, простив старшего, ничего не изменится. В мыслях снова всплывают фрагменты удушья.  В истории чатов висит посланная нахуй Диана. Почему-то русоволосому становится стыдно. Она же девочка, пусть и легкодоступная, но ей больно, нужно извиниться. Артем всегда относился к женщинам с особенной нежностью и заботой. Самый главный пример - младшая сестра. 

Артем

Привет. Слушай, прости, это не я писал, просто мой телефон был у друга

Марк бы не одобрил. Марк бы ударил. Марк бы голову скрутил.

***

24 февраля. —Привет. - здоровается Серков, садясь за парту с Бондаревым. Блондин выглядит грустным, но в душе он сиял от того, что смог хотя бы просто увидеть своего любимого.  —Привет. - промямлил младший, лежа на парте. Руки прикрывают голову по бокам, а на лоб спадают пряди волос, полностью скрывая лицо.  Сейчас физика. Ужасный предмет, который оба парня не понимали. Вернее, ненавидели, и даже не пытались учить. Но им очень повезло с преподавателем, которая ставит хорошие оценки автоматом всем, кто не сдает ЕГЭ по ее предмету.  —Ты очень крутые видео выложил с гитарой. - полушепотом делает комплимент Марк, ведь только что прозвенел звонок. —Спасибо. - благодарит Артем, не поднимая головы с парты, но уголки его губ приподнимаются в счастливой улыбке. Их диалог сейчас похож на разговор знакомых, а не партнеров.  —Где ты вчера был? Почему не отвечал? - спрашивает Серков, искренне переживая, без наездов. Его взгляд даже около-печальный.  —Дома. - раздраженно выдыхает и проговаривает одно слово Бондарев и продолжает лежать, не обращая внимания на одноклассника. Их молчание длилось около пяти минут, ведь Марк просто не выдержал такой моральной нагрузки. Решил вновь заговорить с простой, не напряженной темой.  —Надо тебе псевдоним придумать. - говорит старший, хлопая второго по плечу, намекая на то, чтобы тот поднялся со стола.  —Типа, чтобы гной выложить? - отвечает русоволосый.  —Ага. Мне кажется, нужен какой-то чсвшный ник. Ты же у нас вон, ебать какой деловой, в черном ходишь, такой мрачный, с крутой прической, за тобой девятиклассницы бегают, принца нашли себе. - рассуждает Серков.  После слов про девятиклассниц Артему стало неприятно. Будто его голову опустили в унитаз. Стеб от самого важного человека в жизни - не лучшее чувство.  —Бля, раз ты принц... Ты мрачный, в черном ходишь... Темный принц. - внезапно выдает Марк после того, как запинался на каждом слове.  Темный принц... А звучит.  —Я - темный принц? - спрашивает Бондарев с насмешкой и указывает на себя пальцем.  —Да поменяешь потом, если что. - говорит Серков. —Давай в искусственном интеллекте сделаем обложку кровавую, с органами. Телефон достань.

***

Прозвенел звонок на перемену. Физика закончилась. Учительница что-то говорит про домашнее задание, но в ушах Артема слышен лишь белый шум, словно от телевизора. Голова кружится, а желудок неприятно сводит. Неудивительное последствие голодания - предобморочное состояние. «Бля, Артем, держись на ногах. Вдох-выдох, дойди до следующего кабинета.» - думал про себя Бондарев, успокаивая себя.  —Тём, я в толчок пойду покурю, ты не пойдешь? - задает вопрос Марк, выходя из класса. –Нет, сам иди. - отвечает Артем. Конечно, он был бы не против пойти покурить, но выходить на близкий разговор не хотелось вовсе. Русоволосый шел по школьному коридору, откровенно шатаясь. Боль в желудке с каждой секундой становилась все интенсивнее, а перед глазами резко стало темно. Дабы предотвратить это, парень остановился на месте, облокачиваясь о стену и опустил голову вниз. Первый этаж - самый ненавистный для Бондарева. Здесь находится столовая, здесь очень много яркого, ослепительного света, здесь неимоверное количество людей, которых он не любил.  —Ой, Артем, привет. - раздается вблизи женский голос. Только не это.  Артем поворачивается на источник звука и видит Диану. Ту самую девятиклассницу, которую вспоминать не очень то и хотелось. И он даже не понимал, что извиняясь перед ней, он дает ложные надежды.  —Привет. - отвечает Бондарев сухо, протягивая руку для рукопожатия.  —Какой ты высокий... - начинает уже флиртовать девочка. Накручивает локон волос на палец, откровенно рассматривает парня с ног до головы. Действительно, если сравнить их : он - дылда, она - метр в прыжке.  Но Артем не отвечает ничего. Физически не может. Перед глазами уже все плывет, темнота поглощает все, удержаться на месте невозможно, ноги подкашиваются, и тело падает на пол. Без криков, без понимания всего происходящего.  Зато Диана, не теряя ни секунды, села на корточки. У русоволосого было куча шансов опозориться перед ней, ни одного он не упустил. —Помогите, мальчику плохо! - кричит она, ища пальцами пульс на мужской шее. Кто ей, вообще, разрешал трогать его? Девятиклассница обращает внимание на засосы, которые не увидела раньше из-за воротника толстовки, выражение ее лица сразу же поменялось на удивленное, больше даже на разочарованное. «Бабник.» - думала она, но отходить не собиралась. На крики скапливаются люди, образуя из себя незамысловатый полукруг. Если бы завуч увидела это столпотворение - немедленно отогнала бы всех. Из всех присутствующих никто не хочет помочь или позвать медсестру - всем просто интересно наблюдать.  По счастливой случайности Марк решил зайти в столовую с одноклассником Сашей после перекура. В столовую, возле которой лежит тело без сознания.  Парни увлеченно о чем-то болтали, и сначала даже не поняли, в честь чего на первом этаже такая «сходка». Подойдя поближе, Серков увидел Бондарева, возле которого терлась девятиклассница. И он не знал, что его напрягает больше. —Блять, Саня, беги за медсестрой! - требует блондин, подходя к Артему ближе. Хорошо видно его переживание. Увидев эту картину, пульс Марка подскочил до небесных значений.  Серков следует примеру девятиклассницы, подсаживаясь на корточки рядом. —Ты пульс его ищешь? - спрашивает парень у Дианы. Его абсолютно не смущают многочисленные наблюдающие. В ответ ему кивают головой. —Убери руки.  Марк хотел тоже потрогать, бесконечно бьющуюся, венку на шее, но понять, что Бондарев жив, получилось раньше, ведь тот открыл глаза, изо рта послышались стоны, видимо, боли. Представить страшно, что испытывает человек, когда ударяется о каменный, школьный пол головой и задницей.  —Боже, Артем, ты жив, я так перепугалась за тебя! - восклицает девятиклассница, почти театрально прижимая свои руки к груди, к сердцу.  Серков смотрит на нее косо и непонимающе, но говорить что-то против - небезопасно.  Русоволосый, открыв глаза, видит перед собой двух человек - Диану и Марка. Становится страшно. Что эти двое делают в одном месте, рядом с ним? Что произошло? Что было пять минут назад?  Толпа школьников потихоньку начала рассасываться, ведь прозвенел звонок на урок. Артем молчит. Очень больно. Слава богу, что нет крови.  Вскоре подходит одноклассник Саша и медсестра. Все усаживаются рядом с парнем, от чего ему становится неловко. Столько внимания...  —Тём, ты как так? - задает вопрос Саша взволнованно, но ответа не получает, ведь медсестра реагирует быстрее.  —Так, на уроки все! Кто-то один останьтесь. - грубо говорит она, смачивая вату нашатырем. Серков переглядывается с Дианой. Во взгляде парня было явное неодобрение и некое презрение, которое показывало девушке, что той лучше идти.  И слава богу, обошлось все без лишних споров, Марк остался возле Бондарева один. С медсестрой, конечно.  —Утром ел? - спрашивает женщина у русоволосого, разводя в стороны ваткой с едкой жидкостью на расстоянии пятнадцати сантиметров от носа.  —Нет. - признается парень. Резкая боль в голове почти прошла, но пятая точка ноет, из-за чего тот поджимает ноги, приподнимая туловище с пола в ягодичном мостике.  —А вчера вечером что ел? Мясо, творог ешь? Белки ешь? - тяжелые для восприятия вопросы задает женщина.  —Ничего вечером не ел. Творог ем. - отвечает Артем, кладя руки на живот, наблюдая за изменением эмоций на лице Серкова, который с каждой секундой становился все печальнее и печальнее.  —Ты с ума сошел? Ты вон какой высокий! И такой тощий! Тебе нельзя не есть, ты растущий организм, тебе силы нужны. - расстроенно ругает Бондарева медсестра и, видя, что второму уже легче, убирает вату, пропитанную нашатырем, от его лица и тянет ладони в воротнику толстовки, дабы дать шее доступ к воздуху. Увидев засосы на коже молодого парня, та издала легкий смешок. —Боже, какие же вы еще дети, но уже задумываетесь о похудении, диетах. Ладно, скорую вызывать не будем, тебе, я вижу, уже получше. 

***

Восемь вечера. Артем всё-таки сидит дома у Серкова. Блондин его заманил к себе под предлогом того, что ему нужно вместе поправить некоторые моменты в его «новой, пиздатой песне про барыг и наркомана», дабы выложить ее на площадки.  И выложили они ее около часа назад, а сейчас парни просто сидят на кровати рядом друг с другом, в руках обоих электронные сигареты, которыми они затягивались время от времени, ведь разговор велся душевный.  —Прости меня, правда, пожалуйста, что я себя повел, как уебище. - раскаивается снова Марк и тянет руки вперед, зазывая Бондарева в свои объятия.  И Артем не отказывается от этой авантюры, предварительно поцеловав старшего в губы. Как же он скучал по нему.  Серкову безумно хотелось предъявить за многое. За комментарии каких-то девочек под видео младшего, за, не пойми откуда взявшуюся, Диану, за то, что Бондарев ничего не ест, но не сейчас. Он не позволит себе. Марк гладит излюбленные волосы, пропуская пряди между пальцами, целует в макушку нежно, наслаждаясь моментом, хоть и с большим грузом в душе от накопившегося.