Ошметки

Леон всегда болеет тихо. И это неимоверно бесит обоих Редфилдов. То есть, Крис, стоит ему простыть, а тем более подхватить какой-нибудь грипп и слечь с температурой, превращается в большого ноющего ребенка, который не может оставаться один. Клэр закатывает глаза на такое поведение и заваривает ему чаи с лекарствами – уж она-то прекрасно знает, как с этим справляться. Леон чаще всего либо просто беспомощно наблюдает, либо следует указаниям Клэр, полностью полагаясь на нее в этом вопросе. Клэр, когда болеет, просто очень быстро устает и предпочитает проводить время в постели или на диване перед телевизором. И ее всегда очень смешит то, как ее любимые мужчины хлопают над ней крыльями, как курицы-наседки, не зная, что сделать в первую очередь, пока она командным тоном не распишет им последовательность действий. А Леон сохраняет видимость здоровья до последнего. Чертов трудоголик. Справедливости ради, в большинстве случаев простуда у него вовсе проходит быстро и незаметно – так, пару дней покашляет, может денек походит с неприятной слабостью в теле, но на этом и все. Леон просто переносит болезнь на ногах, не беспокоясь о том, как это может повлиять на его организм и какие осложнения оставить. Он бы и грипповал точно так же, если бы однажды не свалился в обморок, собираясь на работу – тут-то и выяснилось, что у него уже пару дней держится температура под сорок. Клэр тогда бушевала так, что ее именем впору было назвать какой-нибудь из ураганов. Крис просто закутал Леона в одеяло и зажал в стальном объятии, никуда не собираясь выпускать. В общем, гиперзаботливые Редфилды просто еще сильнее убедили Леона, что ему не стоит показывать, что он болеет. Когда Леон упал во второй раз – уже на работе – и Ханниган, нимало не смутясь, просто вызвонила Криса и попросила забрать "беспокойника", Редфилды осознали, какую ошибку совершили в первый раз. Леон просто не привык, что кто-то может о нем заботиться. И хотя их отношениям уже как несколько лет, он все еще часто относится к заботе Клэр и Криса с недоумением и опаской – что не мешает ему самому заботиться о "своих красноголовых". В общем, Редфилдам пришлось срочно сочинять другую тактику. Перепробовав несколько вариантов, они в итоге остановились на том, что подействовал стопроцентно. О себе Леон мало беспокоился, зато о любимых… Редфилды назвали это "тактикой капризов". Это было удобно тем, что дома вместе с Леоном мог оставаться только один из них, если у второго появилась срочная работа. Суть заключалась в том, что едва заподозрив Кеннеди в намерении заболеть Крис или Клэр заявляли, что хотят весь день сидеть дома и ничего не делать, и Леон обязательно должен провести этот день с ними, иначе – смертельная обида. Леону, ожидаемо, было легче согласиться, чем потом долго искупать обиду (Клэр могла дуться неделями, в отличие от Криса, который быстро остывал, но обидеть Криса автоматически означало обидеть и Клэр). Да, это совершенно детский каприз, но на Леоне это работает на удивление эффективно. Особенно хорошо, когда вместе с ним болеет и Крис – это вообще идеальный способ заставить Кеннеди провести весь день в постели или на диване перед телевизором, просто обнимаясь, иногда проваливаясь в дрему, иногда принимая лекарства. Леон прекрасно знает об этой тактике Редфилдов – разгадывает ее уже на второй раз – но не сопротивляется. Послушно остается дома, рядом, тихо болеет, лениво читает какие-то документы, изредка отвечает на звонки Ханниган, если ей срочно нужна какая-то консультация, слушает детское нытье Криса. – У тебя температура всего тридцать семь, Крис, это еще вполне рабочий режим. – Я умираю, Леон, тебе что, не жаль меня? – Боже, ладно, иди сюда… Леон обнимает Криса, нарочито выставляя это, как огромное одолжение со своей стороны. Но на самом деле все наоборот, и это Крис ловит его в объятие, потому что из-за температуры под сорок Леон едва держится на ногах. Объятия обоих Редфилдов одинаково теплые и крепкие, обещающие возможность немного побыть слабым и беспомощным, их тела всегда горячие и согревающие – наверное, поэтому Леон в свое время так и не смог решить, кто из них ему нравится больше, и в итоге это привело их туда, где они теперь, втроем в одной постели, вполне счастливые в этом немного странном союзе.