Масляное пламя

Солнце пробивалось сквозь неплотно задернутые шторы, заливая гостиничный номер мягким золотистым светом. Первые лучи легли на смятые белоснежные простыни, на разбросанную по полу одежду, на два сплетенных тела, которые так и не разомкнули объятий за всю эту короткую, но такую насыщенную ночь. Артем проснулся первым, он лежал на спине, пока Дженнифер спала, уткнувшись носом в изгиб его шеи. Ее светлые кудри разметались по мужской груди и плечу, щекоча кожу, а теплая ладонь покоилась прямо над сердцем, будто слушала его ровный, спокойный ритм. На губах девушки застыла легкая, едва заметная улыбка, будто даже во сне она знала, что теперь все будет иначе. Колдун смотрел на нее и не мог поверить в реальность происходящего. Еще вчера он стоял на очередном испытании и бросал в ее адрес колкости, подкрепленные ревностью и страхом, а Дженнифер смотрела на него с обидой и непониманием. Но сейчас она здесь, в его теплых объятиях, мирно спит в лучах утреннего солнца. Артем осторожно поднес свою руку к девушке и мягко, едва уловимо, провел пальцами по ее волосам, убирая золотистую прядь с ее лица, которая мешала любоваться его чертами. Дженнифер вдруг зашевелилась, вздохнула глубже и прижалась теснее. – Ты смотришь на меня, – прошептала ведьма, не открывая глаз. Ее голос был хрипловатым после сна, и от этого звука у него по спине пробежали мурашки. – Смотрю, – тихо признался колдун, – Не могу оторваться. – И давно? – Не знаю. Я потерял счет времени, с улыбкой ответил Артем. Дженнифер наконец открыла свои небесно-голубые глаза, сиявшие особенно ярко в утреннем свете, посмотрела на мужчину снизу вверх, и одарила его лучезарной, мягкой улыбкой. – Доброе утро, темный колдун. – Доброе утро, светлая ведьма. Она приподнялась на локте, и простыня соскользнула с ее плеча, обнажая аккуратную грудь. Артем, не способный совладать со своими желаниями, задержал взгляд на открывавшейся перед ним картине. Дженнифер, удовлетворенная таким стечением событий, поймала на себе взгляд Артема, и легкий румянец окрасил ее щеки. Она не стала прикрываться, вместо этого девушка подалась вперед и мягко, почти робко, коснулась своими губами губ Артема, совсем не так, как ночью, когда их поцелуи были полны страсти, боли и жажды, сейчас этот поцелуй был похож скорее на обещание, подкреплявшее их признания. Но когда мужчина ответил, притянув Дженнифер ближе и углубляя поцелуй, нежность начала стремительно перерастать в тягучее желание. Его ладонь легла на обнаженную спину девушки, скользнула вниз по изгибу позвоночника, и Дженнифер почувствовала, как по телу пробегает знакомая горячая волна. – Артем... – прошептала она, отрываясь от его губ. – Что? – его голос был низким, с хрипотцой, а глаза уже потемнели от желания. – Солнце взошло, нам, наверное, надо вставать. – Надо, – согласился колдун, но его рука не остановилась, продолжила свое путешествие по талии, бедрам, прижимая ведьму ближе к своему уже напряженному телу, – Но не сейчас. Артем перевернул Дженнифер на спину одним плавным, но уверенным движением, и она оказалась под ним, вдавленная в матрас его весом. Утренний свет заливал обнаженное тело, играл в распущенных по подушке кудрях, золотил кожу. Артем на мгновение замер, глядя на светлую ведьму, и в его взгляде было столько откровенного восхищения, что у Дженнифер перехватило дыхание. – Ты самая красивая девушка, которую я когда-либо видел, – сказал он с неподдельной нежностью. – Вчера ты говорил то же самое. – И скажу еще тысячу раз. Потому что это правда. Он наклонился, не разрывая зрительного контакта, и медленно поцеловал Дженнифер – на этот раз глубоко и требовательно, его язык скользнул в ее рот, и девушка ответила с готовностью, запуская пальцы в жесткие волосы. Их дыхание смешалось, стало частым и горячим, руки Артема не прекращали исследовать обнаженное женское тело, лаская грудь, живот, бедра, и на каждое его прикосновение Дженнифер реагировала одобрительными стонами или дрожью в теле. Пальцы колдуна нашли ее сосок и, сперва дразняще обвели его по кругу, затем ловко скрутили его. От ощущения легкой боли, смешанного с удовольствием, Дженнифер всхлипнула, выгибаясь навстречу и, одобрительно зашипев, закусила губу. Расценив это как приглашение, Артем накрыл ее грудь своими горячими губами и принялся поочередно ласкать ее, сжимая бедро ведьмы настолько, что коже проступили красноватые следы. Колдун целовал, облизывал и покусывал ее поочередно, и от каждого движения по телу Дженнифер прокатывались волны жара – она стонала все громче, уже не сдерживаясь и не заботясь о том, что ее могут услышать другие экстрасенсы. Солнечные лучи скользили по их сплетенным телам, делая эту картину еще более интимной, еще более чувственной. Ночью их вела тьма, голод и отчаяние, а сейчас – свет и осознанное, зрелое желание. Артем спустился ниже и поцеловал нежный живот, бедро, а затем внутреннюю сторону бедра. Дженнифер чувствовала его горячее дыхание на такой чувствительной сейчас коже, и это сводило ее с ума. Низ живота налился томительной, сладкой тяжестью, и светлая ведьма, не в силах больше терпеть этой медленной пытки, запустила пальцы в мужские волосы и потянула вверх. – Иди ко мне, – прошептала Дженнифер. – Пожалуйста, я хочу тебя. И темный колдун подчинился, навис над девушкой, отчего мышцы на руках были напряжены и более выражены, и плавно, не отводя своих черных глаз, вошел в нее, издав низкий гортанный стон. Дженнифер закатила глаза от внезапно нахлынувших ощущений и выгнулась дугой в мужских руках, ее руки сжали смятую под тяжестью тел простынь, а с губ сорвался глубокий вздох. Артем двигался размеренно и глубоко, позволяя Дженнифер привыкнуть к ощущению наполненности. Их ритм ускорялся, стоны становились громче, а дыхание – чаще. Губы Артема то и дело находили губы Дженнифер и увлекали их в жаркий, влажный поцелуй. Но в какой-то момент Дженнифер, охваченная внезапным порывом, уперлась ладонями в его грудь, вынуждая его остановиться. – Подожди, – выдохнула девушка. – Дай мне. Артем замер, вопросительно глядя в голубые глаза, и Дженнифер, воспользовавшись секундным замешательством, резко перевернулась, оседлав его бедра. Ее светлые кудри рассыпались по плечам, грудь вздымалась от частого дыхания, а глаза сияли торжеством и легкой усмешкой. – Теперь моя очередь, – прошептала она с дерзкой улыбкой и медленно, дразняще опустилась, принимая его полностью. Артем застонал – низко, гортанно, его ладони легли на бедра Дженнифер, сжимая их до сладкой боли и тогда ведьма начала свои круговые движения – медленно, раскачиваясь, привыкая к новому ощущению, к глубине, к власти, которую давало это положение. – Ты сводишь меня с ума, – выдохнул Артем. – Это взаимно, – ответила она, ускоряя ритм. Их движения становились все более резкими, отчаянными. Дженнифер запрокидывала голову, закрывала глаза, полностью отдаваясь ритму. Ее грудь подпрыгивала в такт толчкам, и Артем аккуратно накрыл ее своими ладонями. Солнце светило ей в спину, делая ее волосы похожими на огненный нимб, и Артем, глядя на нее снизу, думал, что никогда в жизни не видел ничего прекраснее. Ее стоны, вскрики, влажная от пота кожа, ее пальцы, впивающиеся в его грудь, – все это было как наваждение, как самое сильное колдовство, против которого он был бессилен. – Да... – шептала она, ускоряясь. – Да, Артем, да... О боже... И когда колдун услышал свое имя, произнесенное срывающимся в экстазе женским голосом, вперемешку со стонами, Артем потерял собственный контроль. Тело ведьмы выгнулось, и она вскрикнула – громко, не сдерживаясь, позволяя волне оргазма накрыть ее с головой. Ногти Дженнифер впились в мужские плечи, оставляя глубокие отметины, а мышцы сжались вокруг напряженной плоти, и этот финальный импульс подтолкнул Артема к краю. Он издал низкий, гортанный стон и, приподнимая бедра, толкнулся ей навстречу, чувствуя, как весь мир сужается до этой точки, до этого мгновения, до этой женщины в его руках. Несколько долгих, звенящих секунд они оставались неподвижными. Дженнифер, все еще дрожащая, обессилено рухнула на мужскую грудь, и Артем обнял ее обеими руками, прижимая к себе с такой силой, словно боялся, что она может испариться. Он не спешил покидать ее тело, хотел продлить это ощущение близости, тепла и единения. Их дыхание постепенно выравнивалось, сердца замедляли свой бешеный бег, подстраиваясь под общий ритм. – Это было... – начал Артем, – Невероятно, – закончила Дженнифер за него. – Знаешь, – тихо произнес колдун, разрывая тишину, – мне понравилось. – Что именно? – поинтересовалась Дженнифер, заглядывая в темные глаза. – Когда ты вела, – признался Артем, и в его голосе не было ни насмешки, ни иронии – только искреннее удивление собственному наблюдению, – Я привык всегда все контролировать в магии, в жизни, в постели – я не позволял себе ни на секунду терять управление, но ты... – Артем замолчал, подбирая нужные слова, – тебе мне приятно иногда... подчиниться, позволить взять верх. Это странно, но приятно – наблюдать за твоей властью и получать удовольствие. – Темный колдун, который признается, что ему нравится подчиняться светлой ведьме, – прошептала она с игривой улыбкой, – В тебе много тайн, Бесов. Мне это нравится. Дженнифер сползла и легла рядом, положив голову на мужское плечо и какое-то время они просто лежали в тишине, наслаждаясь теплом, светом и друг другом. Где-то за окном начинался новый день, шумел город, но здесь, в этом номере, время остановилось. – Знаешь, что я сейчас хочу? – спросила Дженнифер, рисуя пальцем невидимые узоры на его груди. – Мм? – Душ – горячий, долгий, а потом завтрак – огромная порция, умираю с голоду. – Я тоже, – усмехнулся Артем. – И я тоже хочу в душ, но при одном условии. – Каком? – вопросительно приподняла бровь девушка. – Мы пойдем туда вместе. Дженнифер рассмеялась, и этот смех был чистым и свободным. Она потянулась и встала с кровати, не заботясь о наготе. Артем смотрел, как она направляется в ванную, в лучах солнечного света, скользящего по изгибам ее идеальной фигуры, и чувствовал, как где-то глубоко внутри разливается теплое, незнакомое ему раньше чувство. – Ты идешь? – спросила девушка, обернувшись через плечо. – Или так и будешь смотреть? – Иду конечно, – последовал за ней Артем. В ванной комнате было еще светлее. Солнце било сквозь матовое окно, отражалось в белом кафеле. Артем включил воду, и вскоре пространство наполнилось теплым паром. Дженнифер шагнула под струи первой, запрокинула голову, подставляя лицо и волосы горячей воде. Артем встал позади нее, обхватив руками за талию, притягивая девушку к себе, и несколько мгновений они просто стояли так, наслаждаясь теплом. – Дай мне шампунь, – попросила Дженнифер, и мужчина послушался. Ведьма выдавила немного средства на ладонь и принялась намыливать волосы. Артем смотрел за движениями тонких изящных пальцев, за тем, как белая пена скользит по золотым кудрям, спускаясь по спине ниже, стекая по бедрам, и вдруг сам потянулся к голове Дженнифер. – Можно, я? – спросил колдун хриплым голосом. – Ты хочешь помыть мне голову? – удивленно спросила Дженнифер. – Да. Если ты позволишь. Она кивнула, и Артем осторожно запустил пальцы в ее мокрые волосы, его движения были удивительно нежными для человека, который с легкостью управлялся с темными ритуалами и кладбищенской землей. Мужчина массировал кожу головы, распределял пену по длинным прядям, и Дженнифер закрыла глаза, выдыхая от удовольствия. Никто никогда не делал для нее ничего подобного, в этом простом жесте было столько интимности, столько невысказанной заботы и нежности, что у нее защипало в носу. – Ты удивительный, – прошептала ведьма. – Я просто мою тебе голову, – хмыкнул Артем, но в его голосе она услышала смущение. – Нет, я не об этом. Ты... ты совсем другой наедине, без масок. Колдун промолчал, но его руки на мгновение замерли, а потом продолжили свои круговые движения с еще большей осторожностью. Затем Дженнифер развернулась к Артему лицом, намылила мочалку и провела ею по мужским плечам, груди и спине. Девушка водила рукой по мышцам, изучая каждый изгиб, каждую татуировку, и в какой-то момент он поймал ее запястье. – Если ты продолжишь, мы никогда не выйдем из душа, – предупредил Артем. – А это угроза или обещание? – лукаво улыбнулась ведьма. – И то, и другое. Она рассмеялась и, чмокнув его в щеку, потянулась за полотенцем. Через пятнадцать минут, закутанные в мягкие гостиничные халаты, они сидели в том же номере за небольшим столом у окна, куда уже успели принести завтрак. Дженнифер заказала все, что нашла в меню: свежие круассаны, яйца-пашот, тосты с авокадо, фруктовую тарелку, кувшин апельсинового сока и капучино. Артем взял просто черный кофе и порцию овсянки, за что был немедленно высмеян. – Овсянка? – Дженнифер театрально округлила глаза. – Темный колдун ест овсянку? Где твоя черная икра, где бокал крови врагов? – Очень смешно, – усмехнулся мужчина, делая глоток обжигающего напитка. – Я вообще-то человек и у меня есть простые предпочтения. – Простые, – повторила ведьма, кусая круассан. – Ты – самое сложное, что случалось в моей жизни и при этом ешь овсянку. – А ты – самое сложное в моей, – ответил Артем, глядя на девушку поверх чашки с кофе. – И заказала половину меню. – Я итальянка, мы много едим, привыкай. Они завтракали в ленивой тишине, солнце уже полностью залило комнату и играло бликами на столовых приборах, отражалось в стекле. Дженнифер макала круассан в кофе, за что Артем смотрел на нее с притворным ужасом, а ведьма только отмахивалась: «Это итальянская традиция, ты просто ничего не понимаешь». Колдун рассказал ей о своем доме под Челябинском, о том, как живет один с тех пор, как скрылся от мира на несколько лет. Дженнифер рассказала о своей бабушке родом из Тосканы, о том, как в детстве собирала оливки и училась видеть будущее с помощью масла. – Я хочу тебе показать Тоскану однажды, – сказала девушка, отставляя чашку с капучино. – Там осенью такие закаты... ты никогда такого не видел. – Я хочу это увидеть, – ответил Артем серьезно. – С тобой. Их взгляды встретились, и в этом взгляде было все: благодарность за то, что они нашли друг друга, обещание будущего, которое теперь, после этой ночи и этого утра, больше не казалось невозможным. – Знаешь, – сказала Дженнифер, нарушая тишину, – я рада, что ты пришел вчера. – А я рад, что ты меня не выгнала, – ответил колдун. – И что дала мне пощечину, я это заслужил. – Заслужил, – согласилась ведьма, и ее губы дрогнули в улыбке. – Но больше не делай так. – Договорились, – Артем взял руку девушки и поднес к губам, целуя костяшки пальцев. – Хотя, если после каждой пощечины будет такое же продолжение. – Посмотрим на твое поведение, темный колдун, – ответила Дженнифер, но в ее глазах сияло обещание.