Серый и синий / 灰色与青

Мрачный день. Хотя было утро, небо оставалось серым. Облака теснились, наслаиваясь друг на друга, образуя жуткое подобие человеческого лица. Хуэй Сюэ отдёрнула штору. Ей стало скучно сидеть в комнате, и она решила выглянуть в окно. Но увиденное её разочаровало. С этого угла было видно только узкий пустынный переулок и заброшенное здание по соседству. Ни души. Снег с подоконника осыпался вниз. Она открыла окно, чтобы вдохнуть свежего воздуха... Но вместо этого почувствовала тяжёлый запах гари. Смесь гниющих тел и мусора, сожжённых огнём. Хуэй Сюэ скривилась её начало подташнивать. — Закрой окно. Голос Шэнь Тинлань внезапно прозвучал за спиной. Хуэй Сюэ вздрогнула и сразу послушно закрыла окно. — Сядь. Выпей лекарство. Шэнь Тинлань вошла в комнату с чашей и бутылочками. Она села на стул у кровати. Хуэй Сюэ наблюдала за ней, её одно ухо было поднято, другое чуть опущено, будто она осторожно изучала её настроение. Женщина, словно прочитав её мысли, сказала: — Я не злюсь. Пей. Так рана быстрее заживёт. И, сказав это, слегка сжала её мягкое волчье ухо. Хуэй Сюэ вздрогнула от щекотки и смущения, но не осмелилась отстраниться. — Мисс Бэрил... можно спросить...? — Что именно? Шэнь Тинлань грациозно закинула ногу на ногу. — Почему... когда я открыла окно... был такой странный запах? Шэнь Тинлань несколько секунд смотрела на неё, затем спокойно ответила: — Здесь рядом есть место сжигания отходов. За тем зданием. У них есть расписание. Иногда туда выбрасывают мусор. — Понятно... Хуэй Сюэ кивнула и отпила лекарство. И в ту же секунду её лицо исказилось так, будто она съела сотню горьких трав сразу. Но она сдержалась и решила: лучше сразу проглотить. Зажмурившись она выпила всё залпом. После этого ей казалось, что душа от горечи покинула тело... Шэнь Тинлань наблюдала за этим. И не смогла сдержать лёгкой улыбки. Женщина взяла с тумбочки ещё один принесённый флакон. — Это мёд. Поможет убрать горечь. Шэнь Тинлань мягко посмотрела на неё, и испачкала пальцы мёдом. — Попробуй лизни. Хуэй Сюэ растерянно посмотрела на неё, в круглых глазах мелькнуло удивление. — Мисс Бэрил, всё правда в порядке, я... Она ещё не договорила, как пальцы Шэнь Тинлань уже коснулись её губ. Женщина подошла ближе, чуть понизила голос и повторила: — Лизни. Но теперь в её тоне чувствовалась тяжесть — это уже было не просто предложение. Скорее... приказ. Хуэй Сюэ явно растерялась. Она хотела отказаться, но сладость уже коснулась её губ, а взгляд Шэнь Тинлань слишком давил. Она не осмелилась сопротивляться. Хуэй Сюэ сжала одеяло и медленно приоткрыла губы. Осторожно коснулась пальцев языком. Сладкий вкус мёда быстро наполнил рот. Она избегала смотреть в глаза Шэнь Тинлань, лишь осторожно, почти как послушный зверёк, пробовала сладость. — Уже не так горько? — Мм... Её волчьи уши прижались, хвост обвился вокруг тела. Сладость действительно помогала. Немного осмелев, Хуэй Сюэ расслабилась. Но когда вкус мёда исчез, чужие пальцы всё ещё оставались у неё во рту. Хуэй Сюэ подняла глаза. В груди поднялось беспокойство. В горле стало тяжело, неприятно. Подступила тошнота. Она схватила запястье Шэнь Тинлань, пытаясь отстраниться от неё, но та лишь усилила давление. Когда боль стала невыносимой, и слёзы почти выступили на глазах Хуэй Сюэ, Шэнь Тинлань резко убрала руку. — Кх... кх-кх...! — Хуэй Сюэ закашлялась, тяжело дыша, со слезами на глазах посмотрела на неё — в её взгляде впервые мелькнуло раздражение. — Что... ты со мной делаешь...? — Хуэй Сюэ... — Шэнь Тинлань присела перед ней, на лице появилось беспокойство. — Ты в порядке? Дай посмотреть... Она протянула руку, но Хуэй Сюэ резко отстранилась: — Не трогай меня...! Шэнь Тинлань замерла. Её взгляд потемнел. Холод словно распространился по комнате. — Вот так ты разговариваешь со своей хозяйкой? Она встала, голос стал низким и строгим. Хуэй Сюэ подняла голову. Она понимала, что говорит резко, но разве то, что только что произошло, не было слишком... Ей не хотелось извиняться. Они застыли в напряжённой тишине. Снег за окном прилипал к стеклу. В комнате становилось холодно, будто воздух сам превращался в лёд. Спустя время Шэнь Тинлань молча взяла чашу с лекарствами и вышла. Они разошлись, не сказав друг другу ни одного слова. ... Днём Шэнь Тинлань ушла на приём — она была уважаемым врачом в городе. Не только из-за мастерства, но и потому, что была образованной женщиной с высоким уровнем признания. Если бы не этот утренний момент, она не потеряла бы контроль. — ...Слишком поспешила. ... Вечером она вернулась. На кухне наливала себе горячей воды. На ней всё ещё было тёмное пальто, пропитанное холодом. Длинные чёрные волосы мягко спадали, лицо в свете лампы выглядело почти как произведение искусства. Сзади послышался тихий звук. Хуэй Сюэ вошла с подносом. Заметив Шэнь Тинлань, она на секунду замерла, но всё же подошла и молча начала мыть посуду. Шэнь Тинлань бросила на неё взгляд: — Это работа Мэй. Хуэй Сюэ ничего не ответила. Когда она закончила и собиралась уйти, женщина вдруг обняла её за талию. Хуэй Сюэ вздрогнула. Её развернули лицом к себе. — Ты вообще не собираешься слушать свою хозяйку? Голос Шэнь Тинлань стал холодным. Но в нём слышалась усталость — это немного смягчало её резкость, делая её похожей на несправедливо обиженного человека. — Хуэй Сюэ, ты же дала мне обещание. Что будешь подчиняться любым моим желаниям. Будешь выполнять все что я попрошу? И где всё это? Её рука всё ещё лежала на талии девушки. Они стояли очень близко. Хуэй Сюэ чувствовала её холодный аромат. Шэнь Тинлань была выше почти на голову. Её слова сбивали с толку. Хуэй Сюэ подняла взгляд, на мгновение потеряв способность думать. — Сначала отпустите... Она попыталась отстраниться, коснулась руки её и почувствовала: она ледяная. — Ответь мне... Хуэй Сюэ. Шэнь Тинлань слегка нахмурила брови. В её глазах заиграл тёмный свет, а в голосе прозвучала даже лёгкая обида. Женщина шагнула вперёд, и Хуэй Сюэ оказалась под давлением — не в силах ответить, несколько раз открывала рот и снова замолкала. Шэнь Тинлань говорила правду. Это Хуэй Сюэ первой дала обещание. Пусть они ещё не оформили официально отношения хозяйки и зверочеловека, но Шэнь Тинлань уже ясно обозначила свою позицию. И если сейчас разозлить её... дальнейшая жизнь станет невыносимой. А ещё хуже — если она передумает и отправит Хуэй Сюэ обратно в учреждение... До побега Хуэй Сюэ почти не знала мира. Всё, что было «снаружи», для неё — неизвестность. А Шэнь Тинлань стала первым человеком за пределами учреждения. Она спасла её, обработала раны, накормила вкусным беконом и курицей, и даже согласилась не сдавать её. Шэнь Тинлань была её спасением. И пусть утренний эпизод оставил чувство настороженности... ненависти к ней Хуэй Сюэ не питала. Просто стала осторожной. Сейчас у неё не было выбора. Если она останется одна без хозяйки, как сбежавший зверочеловек с кодом — её быстро найдут. И тогда она нарушит закон. Поэтому она должна научиться угождать. Она обязана заслужить её благосклонность. Хуэй Сюэ вернулась к реальности и уже упиралась спиной в стену. Шэнь Тинлань стояла совсем близко, перекрывая ей выход. — Хуэй Сюэ, я хочу, чтобы ты была послушнее. Девушка подняла взгляд. В её серых глазах мелькнуло колебание. Мягкий голос Шэнь Тинлань заставил её сердце дрогнуть. Тик-так... три секунды тишины. — Извините... хозяйка. Шэнь Тинлань опустила взгляд на неё. Казалось, это слегка её удовлетворило, бровь едва заметно приподнялась. Она ждала продолжения. — Я... Больше буду слушаться, хозяйка. Хуэй Сюэ прижала губы, волчьи уши опустились вниз. Она убрала руку с её запястья и позволила женщине удерживать её так, как ей хочется. Шэнь Тинлань смотрела на неё несколько секунд, затем наклонилась ближе и прошептала у самого уха: — А если ты меня обманешь? Тёплое дыхание коснулось её уха. Хуэй Сюэ хотела вздрогнуть, но сдержалась. Она посмотрела прямо в глаза Шэнь Тинлань. Впервые ей стало ясно: перед ней не просто «вежливая врач». Под спокойной оболочкой скрывалось что-то куда более холодное и безумное. Но бояться было нельзя. Если она хочет выжить нужно играть свою роль. Она осторожно взяла руку Шэнь Тинлань и поднесла её к губам. Холодная кожа, тонкие пальцы. Хуэй Сюэ опустила голову и поцеловала её ладонь. Затем — пальцы. И, наконец, коснулась их языком. Хотя она не понимала смысла этого жеста, она уже поняла: Шэнь Тинлань это нравится. Тёплое влажное прикосновение будто пробило током. Особенно когда Хуэй Сюэ слегка нахмурилась и, глядя на неё снизу вверх, произнесла: — Хозяйка... Для Шэнь Тинлань этот взгляд показался слишком чистым. И одновременно — слишком опасным.