Боевой континент: наследие мёртвых душ

Солнце только начинало подниматься над столицей империи Небесного Доу, когда Девятка собралась во дворе постоялого двора. Утро было ясным, тёплым, но Бран чувствовал в воздухе что-то неуловимое — то ли напряжение, то ли ожидание, то ли просто отголосок вчерашней ночи, когда тень в чёрном балахоне стояла у его двери. — Сегодня важный день, — сказал Флендер, оглядывая своих учеников. — Академия Грозового Пика — сильный противник. Их электрические духи опасны, но вы справитесь. Главное — не дайте им ударить первыми. — Мы готовы, — ответил Тан Сань, и в его голосе звучала та спокойная уверенность, которая делала его лидером. — Дорога через горное ущелье короче, — добавил Чжао Уцзы, хмуро глядя на небо. — Объезд через город займёт слишком много времени, можете опоздать к началу. Поедете напрямик. — А это безопасно? — спросил Оскар, поправляя сумку с эликсирами. — В горах сейчас тихо, — отрезал Флендер. — Мы проверили. Не выдумывай лишнего. Бран переглянулся с Сераной. Они оба чувствовали — тишина в горах могла быть обманчивой. Повозка, запряжённая двумя быстрыми духовными лошадьми, уже ждала у ворот. Девятка забралась внутрь, и они тронулись в путь, оставляя шумный город позади. Внутри повозки было тесно, но уютно. Сяо У, как всегда, не могла усидеть на месте — она то выглядывала в окно, то дёргала Тан Саня за рукав, то пыталась утащить у Ма Хунцзюня припасённую лепёшку. Дай Мубай и Чжу Чжуцин сидели молча, но их молчание было не отстранённым, а внимательным — они следили за дорогой, за обстановкой, за каждым шорохом. Оскар и Нин Ронрон, как всегда, держались вместе. Оскар что-то тихо рассказывал, Нин Ронрон слушала, улыбаясь, и в этой сцене было столько тепла, что Бран невольно улыбнулся. Серана сидела рядом с Браном, и её холод, обычно такой ощутимый, сегодня казался почти нежным — она специально сдерживала его, чтобы не мешать другим. — Ты какой-то напряжённый, — тихо сказала она, касаясь его руки. — Не нравится мне эта дорога, — ответил Бран. — Слишком тихо. Слишком пусто. — Флендер сказал, здесь безопасно. — Флендер не всё знает. Серана чуть заметно кивнула. Она понимала его без слов. В этот момент Ветер, бежавший рядом с повозкой, вдруг остановился, поднял голову и тихо зарычал. Не громко, но предупреждающе. — Тормози! — крикнул Бран вознице, но было поздно. Повозка резко остановилась, лошади взвизгнули и встали на дыбы. Дорогу перед ними перегораживал огромный камень — его не было здесь пять минут назад. Он словно вырос из земли, преграждая путь. А из-за камня, из-за скал, из тени, начали появляться фигуры. Чёрные балахоны. Пустые капюшоны. Тишина. Их было много — десятка два, не меньше. Они стояли неподвижно, как статуи, и смотрели на повозку. Или не на повозку. На Брана. — Девятка, в бой! — крикнул Тан Сань, первым выпрыгивая из повозки. Остальные рванули за ним. Первая атака была молниеносной. Жрецы не стали ждать — они просто исчезли, растворились в тенях, и через секунду появились прямо перед Девяткой, словно выросли из земли. — Первое умение, Опутывание Лозой! — крикнул Тан Сань, и его Синяя Серебряная Лоза рванула вперёд, пытаясь связать ближайших врагов. Но лозы прошли сквозь них. Жрецы были… не здесь. Только тени, только иллюзии. — Это призраки! — крикнул Дай Мубай, активируя своё первое умение. — Первое умение, Коготь Тигра! — зарычал он, и его когти полоснули по воздуху — пусто. — Нет, — раздался тихий, спокойный голос из тени. — Мы везде. И нигде. Из темноты выступила фигура — тот самый жрец, что был ночью. Он стоял в нескольких метрах, не приближаясь, и смотрел на Брана из-под капюшона. — Бран, — сказал он, и его голос звучал ровно, как у врача, сообщающего диагноз. — Ты зря сопротивляешься. Мы не хотим тебе зла. Мы хотим тебе покоя. — Заткнись! — крикнула Сяо У, активируя своё второе умение. — Второе умение, Удар Кролика! — закричала она, бросаясь на жреца. Но он исчез, растворился, и её удар пришёлся в пустоту. — Серана! — крикнул Тан Сань. Серана шагнула вперёд, активируя своё первое умение. — Первое умение, Ледяное Дыхание! — произнесла она, и струя холода ударила по тому месту, где только что стоял жрец. Лёд покрыл камни, но врага там уже не было. — Оскар! Нин Ронрон! — продолжал командовать Тан Сань. — Усиление! Нин Ронрон активировала свою Пагоду Семи Сокровищ. Три её кольца — два жёлтых и одно фиолетовое — вспыхнули разноцветным светом. — Первое умение, Усиление Пагоды! — крикнула она, и лучи ударили в каждого члена команды, увеличивая их силу атаки. — Второе умение, Защита Пагоды! — продолжала она, повышая их защиту. — Третье умение, Скорость Пагоды! — завершила она, делая их движения быстрее. Оскар, стоя рядом с ней, активировал свои умения. — Первое умение, Усиливающий Шар! — крикнул он, бросая шарики бойцам первой линии. Те поймали их, проглотили, и сила их ударов удвоилась. — Второе умение, Укрепляющий Эликсир! — добавил он, повышая их защиту. Но жрецы не атаковали. Они просто появлялись и исчезали, окружая Девятку, создавая ощущение, что их сотни, тысячи, что они везде. — Это ловушка, — прошептал Бран, чувствуя, как кость на левой руке начала нагреваться. — Они отвлекают нас. — Отвлекают от чего? — крикнул Ма Хунцзюнь, активируя своё первое умение. — Первое умение, Пламя Феникса! — прорычал он, и огненный шар ударил в ближайшую группу теней. Тени рассеялись, но тут же собрались снова. — От настоящей атаки, — ответил Бран, и в этот момент земля под ними дрогнула. Из-под камней, из-под земли, из теней начали подниматься твари — не люди, не звери, нечто среднее. Чёрные, бесформенные, с горящими пустотой глазами. Они были медленными, но их было много. — Дай Мубай! Чжу Чжуцин! — крикнул Тан Сань. — Встречайте! Дай Мубай, усиленный Пагодой и эликсирами Оскара, рванул вперёд. — Третье умение, Тигриная Шкура! — зарычал он, активируя защиту, и врезался в толпу тварей, сокрушая их своим телом. Чжу Чжуцин, бесшумная и быстрая, скользила между ними, нанося удары из тени. — Второе умение, Слияние с Тенью! — прошелестела она, исчезая и появляясь за спинами врагов. — Третье умение, Укус Пантеры! — наносила она серии быстрых ударов, от которых твари рассыпались в прах. Сяо У, используя усиленную скорость, носилась по полю боя, как вихрь. — Третье умение, Танец Кролика! — кричала она, и её удары сыпались на врагов градом. Тан Сань, стоя в центре, активировал свои умения. — Второе умение, Серебряный Шип! — крикнул он, и его лоза, превратившись в острый шип, пронзила сразу нескольких тварей. — Третье умение, Оковы Лозы! — добавил он, и лозы опутали целую группу врагов, не давая им двигаться. Ма Хунцзюнь, видя, что тварей слишком много, активировал своё второе умение. — Второе умение, Огненный Вихрь! — прорычал он, и вокруг него закрутился огненный смерч, сжигающий всё в радиусе. Твари визжали, рассыпались, но на их место приходили новые. — Их слишком много, — крикнул Дай Мубай, тяжело дыша. — Мы не сможем сдержать их вечно. Бран смотрел на этот хаос, и внутри него росло что-то тёмное, тяжёлое. Кость на левой руке пульсировала всё быстрее, требуя выхода. Тени внутри него шептали, просили, умоляли выпустить их. — Не сейчас, — раздался голос Элекса, резкий, как удар хлыста. — Если ты откроешь Врата сейчас, они этого и ждут. Они хотят, чтобы ты показал силу. Тогда они узнают, насколько ты опасен. — Но мы погибнем! — мысленно крикнул Бран. — Нет, — ответил Элекс, и в его голосе послышалась та особенная, глубокая нота, которая появлялась только когда речь шла о чём-то очень личном. — Потому что ты не один. Посмотри на них. Бран посмотрел на своих друзей. Они сражались. Уставшие, раненные, но не сдающиеся. Они прикрывали друг друга, кричали, поддерживали, бились. — Ты видишь? — голос Элекса стал тише, почти шёпотом. — Это и есть твоя сила. Не тени, не Врата, не мёртвые. А они. Живые. Те, кто готов умереть за тебя. И за кого ты готов умереть. В этот момент твари вдруг остановились. Замерли, как статуи. И из их рядов снова вышли трое в чёрном. Главный жрец поднял руку, и твари расступились, давая ему дорогу. — Ты силён, Бран, — сказал он, и его голос звучал спокойно, почти ласково. — Твои друзья сильны. Но ты знаешь, чем это кончится? — Не смей! — крикнула Сяо У, бросаясь вперёд, но Тан Сань удержал её. — Пусть говорит, — тихо сказал он. — Мы должны знать. — Вы все умрёте, — продолжал жрец, обводя взглядом Девятку. — Не сегодня. Не завтра. Но скоро. Вопрос только в том, умрёте ли вы с достоинством или станете пищей для тварей хаоса. — Зачем вы это делаете? — спросил Бран, выступая вперёд. — Затем, — жрец повернулся к нему, и под капюшоном блеснули глаза — пустые, белые, без зрачков. — Что ты — ключ. Твои Врата могут открыть путь к покою. Ко всему миру. Разве ты не хочешь, чтобы всё закончилось? Чтобы не было больше боли, потерь, страха? — Я хочу, чтобы мои друзья жили, — твёрдо ответил Бран. — Твои друзья умрут, — спокойно сказал жрец. — Это неизбежно. Как и ты. Как и все. Но мы можем сделать так, чтобы они не страдали. Чтобы их смерть была быстрой и лёгкой. Ты можешь дать им это. — Ложь! — крикнул Тан Сань. — Всё, что вы говорите — ложь! — Правда, — возразил жрец, и в его голосе впервые появилась эмоция — лёгкая, едва уловимая грусть. — Но вы не готовы её принять. Пока нет. Мы подождём. Он сделал шаг назад, и тени начали сгущаться вокруг него. — Запомни, Бран, — донеслось из темноты. — Когда придёт время, мы будем рядом. Всегда. Твари исчезли. Жрецы растворились. Остались только камни, тишина и Девятка, тяжело дышащая после боя. — Живы? — спросил Тан Сань, оглядывая своих. — Вроде да, — ответил Оскар, помогая Нин Ронрон подняться. — Но бой… мы пропустили бой. Все посмотрели на небо. Солнце стояло высоко — полдень давно миновал. Турнир уже начался. — Надо возвращаться, — сказал Дай Мубай. — Быстро. Повозка была разбита, лошади исчезли. Пришлось идти пешком, поддерживая друг друга, перевязывая раны на ходу. Они добрались до городских ворот, когда солнце уже клонилось к закату. Усталые, раненые, но живые. Стража у ворот узнала их и пропустила без вопросов — весть о Девятке Шрека разнеслась по столице после первых побед. У постоялого двора их уже ждали. Флендер стоял у входа, скрестив руки на груди, и его лицо было мрачнее тучи. Рядом с ним — Чжао Уцзы, Лю Эрлун и Юй Сяоган. Все четверо выглядели так, будто готовились к худшему. — Где вас носило? — рявкнул Флендер, когда Девятка подошла ближе. — Бой был в полдень! Вы опоздали! Академия Грозового Пика объявлена победителем без боя! — На нас напали, — устало ответил Тан Сань. — В ущелье. Жрецы Кхтона. Мы едва отбились. — Жрецы? — переспросила Лю Эрлун, и в её глазах мелькнула тревога. — Те самые? — Те самые, — кивнул Бран, выходя вперёд. — Они говорили со мной. Сказали, что я — ключ. Что они будут ждать. Флендер и Юй Сяоган переглянулись. — Рассказывайте всё, — приказал Флендер. — С самого начала. Они зашли во двор, сели на скамьи. Оскар раздал всем восстанавливающие эликсиры, и пока Девятка пила, Тан Сань подробно рассказывал о засаде, о тварях, о жрецах, о том, что они говорили. Когда он закончил, воцарилась тишина. — Культ Кхтона, — медленно проговорил Юй Сяоган. — Я думал, это просто легенды. Страшилки для детей. Оказывается, они реальны. — И они охотятся за Браном, — добавила Лю Эрлун. — Из-за его силы. — Что нам делать? — спросила Сяо У. — Они же не отстанут. — Не отстанут, — подтвердил Флендер. — Но и не нападут открыто. Пока вы под защитой императора, они не рискнут. Однако турнир… вы его проиграли. Теперь вы не участники. — Мы можем вернуться в академию, — предложил Тан Сань. — Нет, — отрезал Флендер. — Дорога назад ещё опаснее. Оставайтесь здесь. Мы усилим охрану. Император должен знать о том, что произошло. — А как же бой? — тихо спросила Нин Ронрон. — Мы так старались… — Бой — это не главное, — неожиданно мягко сказал Чжао Уцзы. — Главное, что вы живы. А турнир… что ж, бывает и такое. — Но мы не проиграли! — воскликнула Сяо У. — Мы просто не успели! — В турнире это считается поражением, — вздохнул Флендер. — Но вы правы — вы не проиграли в бою. И это важно. Он посмотрел на Брана. — Ты как? — Я в порядке, — ответил Бран, хотя внутри всё дрожало. — Они говорили… про смерть. Про то, что все умрут. Что я не смогу их защитить. — Они врут, — раздался голос Элекса, тихий, но твёрдый. — Не всей правдой, но врут. Ты сможешь защитить. Потому что ты не один. — Я знаю, — мысленно ответил Бран. — Спасибо. — Отдыхайте, — сказал Флендер. — Завтра решим, что делать дальше. Девятка разошлась по комнатам. Ночь опустилась на город, тёмная, тихая, но Бран знал — где-то в этой темноте они снова ждут. Ночью Бран не мог уснуть. Он лежал на койке, глядя в потолок, и думал о словах жреца. "Все умрут". Это было правдой. Но не всей правдой. — Не спишь? — раздался голос Элекса. — Нет, — ответил Бран. — Думаю. — О чём? — О том, что он сказал. Они правы — все умрут. И я не смогу их защитить вечно. — Никто не может защитить вечно, — голос Элекса звучал мягко, почти как у отца. — Но ты можешь защитить их сегодня. А завтра — завтра будет новый день. — А если завтра они нападут снова? — Ты снова будешь драться. И снова. И снова. Потому что это и есть жизнь, Бран. Не вечность, а каждый миг. Каждый удар сердца. Каждый вздох. Бран молчал, переваривая эти слова. — Ты знаешь, почему я прожил тысячу лет? — вдруг спросил Элекс. — Почему? — Потому что я не умел отпускать. Я держался за каждый миг, за каждую память, за каждую боль. А они... они хотят, чтобы ты отпустил всё сразу. Чтобы перестал чувствовать. Это не жизнь. Это пустота. Элекс замолчал, и в этой тишине Бран услышал то, чего не слышал никогда — как будто далёкий, едва уловимый вздох. — Иди спать, мальчик мой. Завтра будет новый день. И новые битвы. Бран закрыл глаза и провалился в сон — без сновидений, без теней, только с чувством, что он не один. А где-то в городе, на тёмных крышах, снова мелькнули чёрные балахоны. Они ждали. Они всегда ждали.