Боевой континент: наследие мёртвых душ

Солнце только начинало подниматься над горами, заливая плато академии Шрек мягким золотистым светом, когда Бран открыл глаза. Он лежал на своей койке в общежитии, глядя в потолок, где играли тени от колышущихся за окном ветвей, и чувствовал, как внутри него пульсируют три кольца — ровно, спокойно, в унисон друг с другом. Третье кольцо было особенным. Чёрное, как обсидиан, оно вращалось чуть медленнее первых двух, и от него исходило ощущение древней, почти забытой силы. Бран помнил, как оно появилось — в тот момент, когда он почти потерял контроль, когда тени едва не поглотили его друзей. Цена этого кольца была высока, но оно стало частью его, как и первые два. Рядом посапывали товарищи. Ма Хунцзюнь, как всегда, всхрапывал так, что, казалось, стены вибрировали. Сяо У, свернувшись калачиком рядом с Тан Санем, что-то бормотала во сне — наверное, дразнила кого-то из воображаемых противников. Оскар и Нин Ронрон спали, прижавшись друг к другу, и в их позах было столько доверия, столько тепла, что Бран невольно улыбнулся. Ветер, устроившийся у двери, чутко поводил ушами, но не просыпался — знал, что хозяин рядом, что опасности нет. Его серебристая шерсть в утреннем свете казалась сотканной из лунного света. — Не спишь? — раздался тихий голос Серан. Она сидела на подоконнике — Бран даже не заметил, когда она встала. В её холодных глазах отражался рассвет, и это делало их почти тёплыми. — Не могу, — ответил он, садясь на койке. — Мысли. — О вчерашнем? — О том, что будет сегодня. Флендер сказал, будут разбирать нападение. Императорские люди приехали. Серана чуть заметно кивнула. — Я слышала. Говорят, сам Дугу Бо прибыл. Тот самый советник по ядам. — Дугу Бо? — переспросил Бран. — Яд? — Он опасен, — тихо сказала Серана. — Очень опасен. Говорят, его яд может убить даже Титулованного Доуло. — Она права, — раздался голос Элекса, мрачный, как грозовое небо. — Дугу Бо — не тот, с кем можно шутить. Он стар, мудр и смертоносен. И если он здесь… значит, император настроен серьёзно. Бран промолчал. Внутри зашевелилась тревога. В общей столовой уже было шумно. Ученики обсуждали вчерашние события — слухи о нападении на столицу разнеслись быстрее ветра. Кто-то смотрел на Девятку с сочувствием, кто-то — с подозрением, кто-то — с открытой враждебностью. — Видели их? — шептались за соседним столом. — Говорят, это из-за того некроманта культ напал. — Тише, они услышат. — А что слышать? Правда глаза колет. Бран сжал кулаки, но Серана положила руку ему на плечо. — Не обращай внимания, — тихо сказала она. — Они не знают, что говорят. — Она права, — добавил Элекс. — Злые языки — это ветер. Он дует, но не может сдвинуть гору. Будь горой. Завтрак прошёл в напряжённой тишине. Девятка ела молча, стараясь не обращать внимания на шепотки. Но когда они уже собрались уходить, в столовую вошёл Флендер. Его лицо было мрачнее тучи. — Бран, — сказал он. — Идём со мной. И ты, Тан Сань. Остальные — ждите здесь. — Что случилось? — спросил Тан Сань, поднимаясь. — Дугу Бо прибыл. С императорской свитой. Он будет судить Брана. — Судить? — возмутилась Сяо У. — За что? — За связь с культом, — отрезал Флендер. — Идём. Бран и Тан Сань вышли вслед за Флендером. В коридорах академии было пусто — учеников, видимо, предупредили не высовываться. Только стража у дверей да несколько учителей, провожающих их взглядами. У входа в главный зал стоял Чжао Уцзы. Его мощная фигура, казалось, загораживала проход, но он молча посторонился, пропуская их. — Держись, парень, — тихо сказал он Брану. — Что бы ни говорили — мы с тобой. Бран кивнул и шагнул внутрь. Зал был полон. На возвышении, в кресле, которое обычно занимал Флендер во время важных собраний, сидел Дугу Бо. Старый советник по ядам выглядел именно так, как описывала его Серана — худощавый, с длинными седыми волосами и острым, как лезвие, взглядом. Его глаза, жёлтые, с вертикальными зрачками, напоминали змеиные, и когда он смотрел на Брана, тому казалось, что по спине ползёт холодок. Рядом с Дугу Бо стояли четверо советников помладше — императорские чиновники в роскошных одеждах, с надменными лицами и перьями в руках, готовые записывать каждое слово. По бокам зала выстроилась стража — десяток воинов в блестящих доспехах, с копьями и мечами, и у каждого из них Бран видел кольца — по три, по четыре, а у командира даже пять, одно жёлтое, два фиолетовых и два чёрных кольца. По другую сторону зала стояли мастера академии. Лю Эрлун, скрестив руки на груди, смотрела на Дугу Бо с плохо скрываемой ненавистью. Чжао Уцзы, только что вошедший следом, встал рядом с ней, и его мощные кулаки были сжаты так, что костяшки побелели. Юй Сяоган, как всегда, держался чуть поодаль, но его присутствие ощущалось — тихое, но весомое. И Флендер, вставший между Браном и советниками, готовый защищать своего ученика любой ценой. В центре зала, перед возвышением, остановился Бран. Тан Сань и Флендер — чуть позади, но Бран чувствовал их поддержку, как спиной чувствуют стену. — Итак, — начал Дугу Бо, и его голос, шипящий, как у змеи, разнёсся по залу. — Это и есть тот самый мальчик, о котором столько говорят? Бран, обладатель так называемых "духов мёртвых"? — Да, — ответил Бран, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё дрожало. — Подойди ближе, — приказал Дугу Бо. — Дай мне посмотреть на тебя. Бран сделал шаг вперёд, потом ещё один. Дугу Бо смотрел на него долго, очень долго, и в его жёлтых глазах плясали какие-то тени. Потом он усмехнулся — криво, неприятно. — Интересно, — прошипел он. — Очень интересно. В тебе действительно чувствуется что-то… необычное. Что-то, что пахнет смертью. — Это мои духи, — сказал Бран. — Престол и Врата Мёртвых Душ. — Я знаю, что это, мальчик, — оборвал его Дугу Бо. — Я знаю гораздо больше, чем ты думаешь. И именно поэтому я здесь. Он поднялся с кресла и медленно обошёл Брана по кругу, разглядывая его со всех сторон, как разглядывают диковинного зверя. — Император отправил меня сюда, чтобы я рассудил, — продолжал Дугу Бо. — Твоя сила привлекла культ Кхтона. Люди гибнут. Город в трауре. И многие считают, что виноват в этом ты. — Это не я! — воскликнул Бран. — Они напали на нас! Они убили людей на рынке! Я защищал! — Защищал? — Дугу Бо остановился прямо перед ним, и его глаза, жёлтые, с вертикальными зрачками, впились в лицо Брана. — Мне донесли, что из тебя вырвалась тьма, которая едва не убила твоих же друзей. Что ты потерял контроль. Что твоя сила опасна для всех вокруг. — Я вернул контроль, — твёрдо сказал Бран. — Я защитил их. — Но не всех, — усмехнулся Дугу Бо. — Люди на рынке погибли. Много людей. И это случилось рядом с тобой. — Это культ… — Культ, культ, — перебил Дугу Бо. — Все только и говорят, что о культе. Но я вижу мальчика, от которого разит смертью. Мальчика, который притягивает тьму. И я должен решить — оставить его здесь, чтобы он и дальше притягивал беду, или увезти его в столицу, где за ним будут следить днём и ночью. В зале повисла мёртвая тишина. Бран почувствовал, как внутри него всё оборвалось. Увезти в столицу? Под стражу? Навсегда? — Держись, — шепнул Элекс. — Ещё не всё потеряно. — Я требую, — продолжал Дугу Бо, — чтобы Бран покинул академию. Немедленно. Он будет передан в руки императорской стражи для дальнейшего расследования. — Нет! — вырвалось у Тан Саня, но Флендер остановил его жестом. — Уважаемый Дугу Бо, — сказал Флендер, выступая вперёд. — Вы не можете просто так забрать нашего ученика. У вас нет доказательств его вины. — Доказательств? — Дугу Бо усмехнулся. — Мне не нужны доказательства. Мне нужна безопасность империи. А этот мальчик — угроза. — Он не угроза, — раздался спокойный, твёрдый голос. Все обернулись. Юй Сяоган вышел в центр зала и остановился прямо перед Дугу Бо. Его фигура, худощавая и невзрачная, вдруг стала казаться огромной — не физически, а духовно. В нём чувствовалась та сила, которая не нуждается в кольцах и умениях — сила знания, сила правды, сила мудрости. — Грандмастер, — удивился Дугу Бо. — Вы хотите что-то сказать? — Хочу, — ответил Юй Сяоган, и его голос, обычно тихий, сейчас звучал так, что каждый угол зала дрожал. — Хочу сказать, что вы ошибаетесь. — Ошибаюсь? — Дугу Бо прищурился. — Вы смеете мне перечить? — Смею, — твёрдо сказал Юй Сяоган. — Потому что я тридцать лет изучал духов, кольца, умения. Я написал трактаты, которые читают во всех академиях континента. И я говорю вам: этот мальчик — не угроза. Он — дар. В зале воцарилась мёртвая тишина. Даже советники перестали скрипеть перьями. — Посмотрите на него, — продолжал Юй Сяоган, указывая на Брана. — Он получил свою силу не от убийства, не от охоты, а от согласия душ. Мёртвые сами приходят к нему, потому что доверяют ему. Потому что он — хранитель, а не палач. Он обвёл взглядом советников, и те опустили глаза. — Вы говорите, что его сила привлекает культ. Но культ существовал задолго до него. Они ждали своего часа тысячи лет. Бран — не причина. Бран — ключ к их поражению. — Поражению? — переспросил Дугу Бо, и в его голосе впервые появилась нотка сомнения. — Как? — Потому что только он может противостоять их тьме, — ответил Юй Сяоган. — Его сила — не проклятие. Это оружие. И если вы заберёте это оружие, вы обречёте себя на гибель. Он повернулся к Брану и посмотрел ему прямо в глаза. — Я видел много талантов за свою жизнь. Но такого, как ты — никогда. Твоя сила уникальна. Она пугает — да. Но страх — не причина для изгнания. Страх — причина для защиты. Он снова обернулся к Дугу Бо. — Если вы заберёте его, вы сделаете культу подарок. Они получат его без боя. А когда они откроют свои Врата и выпустят хаос на этот мир — вы будете первыми, кого они сожрут. Дугу Бо молчал долго, очень долго. Его жёлтые глаза смотрели то на Юй Сяогана, то на Брана, то на мастеров, стоящих по краям зала. — Вы все так думаете? — наконец спросил он. — Да, — шагнула вперёд Лю Эрлун. — Этот мальчик — наш ученик. Мы отвечаем за него. — И мы не отдадим его, — добавил Чжао Уцзы, выступая рядом с ней. Флендер встал плечом к плечу с ними. — Бран — ученик Шрека, — сказал он твёрдо. — Академия защищает своих учеников. Всегда. Если вы хотите его — вам придётся пройти через всех нас. Дугу Бо смотрел на них, и в его глазах мелькнуло что-то странное — может быть, уважение, может быть, зависть, может быть, просто удивление. — Хорошо, — наконец сказал он. — Я не буду забирать его. Бран выдохнул. Тан Сань сжал его плечо. — Но, — продолжал Дугу Бо, и его голос снова стал холодным, как лёд, — я останусь здесь. В академии. Буду следить за ним лично. И если что-то случится… если он снова потеряет контроль… я сам приму меры. — Вы остаётесь? — удивился Флендер. — Да, — кивнул Дугу Бо. — Император дал мне полномочия. Я буду вашим… гостем. И сторожем этого мальчика. Он посмотрел на Брана долгим, тяжёлым взглядом. — Ты интересен мне, мальчик. Очень интересен. Я хочу понять, что ты такое. И если ты действительно ключ к победе над культом… возможно, мы даже подружимся. — Возможно, — тихо ответил Бран. — Посмотрим, — усмехнулся Дугу Бо и вернулся на своё место. Советники зашелестели бумагами, записывая решение. Стража расслабилась. Напряжение в зале начало спадать. — Заседание окончено, — объявил Дугу Бо. — Все свободны. Кроме тебя, мальчик, — он кивнул на Тан Саня. — Ты останься. Хочу поговорить с тобой. Тан Сань удивлённо поднял бровь, но кивнул. Бран вышел из зала на негнущихся ногах, поддерживаемый Флендером. За спиной остался Дугу Бо, который уже о чём-то тихо говорил с Тан Санем, и в его голосе не было прежней угрозы — только любопытство. Они вышли из зала, и солнце ударило в глаза, ослепительное после полумрака. Бран щурился, чувствуя, как внутри разливается странное тепло — не от духов, не от колец, а от простого человеческого чувства: он нужен. Его защитили. Он не один. Во дворе их ждала Девятка. Сяо У, увидев Брана, бросилась к нему и повисла на шее. — Ты живой! — закричала она. — Мы так волновались! Этот старый змей… если бы он тебя тронул, я бы ему… — Сяо У, — мягко остановил её подошедший Тан Сань. — Всё хорошо. Он остаётся. — Остаётся? — переспросила Нин Ронрон. — Дугу Бо? В академии? — Да, — кивнул Тан Сань. — Будет следить за Браном. Но, кажется… он не так плох, как кажется. — Не так плох? — возмутился Ма Хунцзюнь. — Он же хотел забрать Брана! — Хотел, — согласился Тан Сань. — Но Грандмастер его переубедил. И теперь… теперь он заинтересовался. Нами. Браном. Мной. — Тобой? — удивилась Сяо У. — Я потом расскажу, — улыбнулся Тан Сань. — Но думаю, мы ещё подружимся. Оскар подошёл к Брану и сунул ему в руки кружку с травяным настоем. — Пей, — сказал он. — Это успокаивает нервы. И не спорь. Бран послушно выпил. Настой был горьковатым, но тёплым, и по телу разлилось приятное тепло. — Что теперь? — спросил Дай Мубай. — Теперь — тренировки, — ответил Флендер, выходя к ним. — Культ не отступит. Они будут давить снова и снова. Вы должны быть готовы. — Мы готовы, — ответил за всех Тан Сань. — Посмотрим, — усмехнулся Чжао Уцзы. — Сегодня отдых. Завтра — удвоенная нагрузка. — Удвоенная? — простонал Ма Хунцзюнь. — А поесть дадут? — Дадут, — усмехнулся Оскар. — Я прослежу. Девятка рассмеялась, и напряжение последних часов начало спадать. Бран смотрел на своих друзей, на учителей, на Ветра, который тёрся о его ноги, и чувствовал, как внутри затихает тот холод, который поселился там после нападения на рынке. Он всё ещё помнил куклу, и девочку, и пустой взгляд её сестры. Но теперь рядом с этой памятью было что-то ещё — тепло, поддержка, вера. — Ты видел, — тихо сказал Элекс. — Сегодня ты был не один. Запомни этот день. Когда тьма снова позовёт, вспомни, сколько людей готовы стоять за тебя. — Запомню, — ответил Бран. Они пошли в сторону общежития, и солнце, пробивающееся сквозь облака, золотило их волосы, их лица, их будущее. Впереди были новые битвы, новые потери, новые победы. Но сегодня они были вместе. И это было главное. Вечер опустился на академию тихо, как падает снег — беззвучно, невесомо, но неумолимо. Девятка сидела на крыше общежития, глядя на закат. Горы на горизонте горели багровым и золотым, небо переливалось всеми оттенками огня, и в этом великолепии было что-то успокаивающее, вечное, незыблемое. Бран сидел между Сераной и Сяо У. Ветер, как всегда, лежал у его ног, положив голову на лапы. Остальные развалились кто где — Оскар и Нин Ронрон прижались друг к другу, Дай Мубай и Чжу Чжуцин сидели чуть поодаль, но их молчаливое присутствие создавало ощущение защищённости. Ма Хунцзюнь, доевший уже пятую порцию припасов, довольно жмурился, глядя на небо. Тан Сань, как всегда, сидел в центре, готовый в любой момент подхватить, поддержать, направить. — Красиво, — тихо сказала Нин Ронрон, глядя на закат. — Очень, — согласился Оскар. — Знаете, — вдруг сказала Сяо У, — я думала сегодня, когда этот старый змей говорил… что если бы он решил иначе? Если бы забрал Брана? — Не забрал бы, — твёрдо сказал Дай Мубай. — Мы бы не дали. — Но он мог, — настаивала Сяо У. — У него власть, у него сила… — У него нет главного, — перебил Тан Сань. — У него нет того, что есть у нас. — Чего? — Друг друга. Тишина повисла над крышей, тёплая и уютная. — Он прав, — раздался голос Элекса, тихий, как шёпот ветра. — Власть и сила — это стены. Их можно разрушить. А то, что вы строите сейчас — это корни. Их не сломать. — Ты слышал? — спросил Бран, улыбаясь. — Всегда слышу, мальчик мой. И сегодня я горжусь тобой. Не за силу — за то, что ты не один. — Я знаю. Серана чуть сжала его руку. — О чём ты думаешь? — спросила она. — О том, что сказал Грандмастер, — ответил Бран. — Что я — ключ. Что могу противостоять культу. — Можешь, — уверенно сказала она. — Мы поможем. — Я знаю. Они сидели так до темноты, пока звёзды не зажглись на небе одна за другой, а луна не поднялась над горами, заливая академию серебристым светом. Где-то в академии, в отведённых ему покоях, Дугу Бо стоял у окна и смотрел на крышу, где сидела Девятка. Его жёлтые глаза, обычно холодные и расчётливые, сейчас были задумчивы. — Интересные дети, — пробормотал он. — Очень интересные. Мальчик со змеёй… и мальчик со смертью. Может быть, Грандмастер прав. Может быть, они действительно ключ. Он усмехнулся своим мыслям и отошёл от окна. — Посмотрим. Время покажет. А на крыше Бран вдруг обернулся, словно почувствовав чей-то взгляд. Но никого не увидел — только тени, только ночь, только звёзды. — Что-то не так? — спросила Серана. — Нет, — ответил он. — Всё хорошо. И это была правда.