Жемчужина крайт-дракона. Книга III

- Вард... генерал... уводят... Сообщение Стража оборвалось на полуслове. Не ушло в обычные помехи. Не растворилось в треске аварийного канала. Его словно срезали ровной черной полосой, и за этой полосой не осталось ничего - ни дыхания, ни фонового шума станции, ни случайного удара металла, который еще секунду назад дрожал в линии связи. Вард стоял над тактическим столом малого координационного центра «Заступницы» и уже отдавал следующий приказ, когда замолчал сам. На голокарте Селора верхняя административная галерея еще была подсвечена желтым как зона локальной аварии. Три маршрута к ней мерцали красным: аварийные створки, перегруженный технический лифт, потеря подтверждения с внутреннего поста безопасности. По одному из обходных коридоров уже двигалась группа быстрого реагирования 707-го, по второму Кайр разворачивал ARC из соседнего грузового сектора. На внешнем слое карты висели корабли Эгиды: «Заступница», «Покров», «Оплот». Все еще в режиме снабженческой паузы. Все еще, по документам последних часов, находились в безопасном республиканском узле. Вард слышал карту лучше, чем видел. Короткие подтверждения операторов. Доклады со станции. Фон мостика. Голос Нимбуса из ангара, который уже требовал разрешение поднять два челнока для экстренного поискового контура. Патча, резко обрывающего кого-то в медканале: «Не спрашиваю, насколько все плохо. Готовлю прием». Хейвена, перебрасывающего ближайшие отделения снабженческой группы к внутренним проходам станции, потому что у них были броня и оружие, а у местных охранников - только удивление на лицах. Все это существовало. И все же внутри общего ритма чего-то больше не было. Вард не обладал чувствительностью к Силе. Никогда не претендовал на понимание того, что Элара делала, когда на поле боя воздух становился спокойнее, а люди продолжали двигаться там, где уже должны были ломаться. Он не слышал ее так, как, вероятно, слышали другие джедаи. Не чувствовал защитную связь так, как ощущала ее сама генерал. Но он прожил рядом с ней достаточно месяцев, чтобы знать: у Эгиды есть второе дыхание, которое появляется не по команде. Его нельзя было внести в устав. Нельзя свести к дисциплине или качеству подготовки. Нельзя доказать республиканскому аналитику, который смотрит на цифры и спрашивает, почему у 707-го чуть ниже процент панических ошибок в самых тяжелых точках. Оно просто было. Тихая ровность под рабочим шумом корабля. Незримая собранность, которая сопровождала «Заступницу», когда Элара находилась на борту или держала связь с легионом в бою. Ощущение, что между отдельными частями большого соединения есть еще одна линия, тоньше командного канала, но не менее настоящая. Сейчас она исчезла. Не погасла как умирающая система. Не ослабла постепенно. Закрылась. Будто в привычной стене корабля внезапно обнаружилась дверь, всегда стоявшая распахнутой, и кто-то захлопнул ее изнутри. Вард поднял взгляд. Операторы продолжали работать, но он увидел то, что остальные пока не произнесли. У одного бойца у терминала пальцы задержались над панелью на долю секунды дольше. Связист справа переспросил входящий доклад, хотя помех почти не было. Старший навигационного контура, никогда не сбивавшийся на посту, резко повернул голову в сторону общей карты, будто ожидал увидеть там объяснение внезапному напряжению в собственном теле. Они не знали, что именно изменилось. Но почувствовали. Вард вернул внимание к открытому каналу Стража. - Страж, подтвердите статус, - сказал он. Тишина. - Страж, ответьте. Ничего. - Генерал Вейр, выйдите на связь. На секунду ему показалось, что собственный голос прозвучал слишком громко. Операционный центр не замер. Никто не позволил себе такой роскоши. Но на одном вдохе весь ближний контур будто ждал ответа вместе с ним. Ответа не пришло. Вард не повысил голос. - Повторный вызов по закрытому каналу генерала. - Есть, командир. Связист ввел команду. На тактической панели рядом с меткой Элары вспыхнул запрос. Еще один. Третий. Нет соединения. Не «недоступна из-за помех». Не «канал занят». Не «сигнал подавлен на локальном уровне». Пусто. Как если бы линия упиралась во что-то плотное, чего не должно было существовать между Эларой и ее собственным легионом. - Выведите мне последний непрерывный пакет с ее канала, - сказал Вард. - Уже. Над частью стола раскрылась аварийная расшифровка. Звуки шли рваными слоями: сирена станции, Страж, голоса гражданских, грохот металла, резкий женский голос - Вентресс, Вард узнал его не сразу, но достаточно быстро, чтобы холод лег под ребра. Затем крик Элары. Не короткий боевой выкрик. Не команда. Крик боли. После него - обрыв. В координационном центре на мгновение стало слишком тихо. Вард сам выключил запись. - Подтверждено: в секторе работала Асажж Вентресс, - сказал он. - Целью атаки был генерал Вейр. Объявить режим чрезвычайного поиска. Полная блокировка всех внутренних и внешних маршрутов Селора, которые можно закрыть без риска для гражданских. Никто не покидает станцию без подтверждения от штаба Эгиды и местного командования одновременно. Один из офицеров поднял голову. - Командир, у станции собственный протокол безопасности. Нам потребуется... - Соедините меня с руководителем Селора и дайте ему понять, что его станция только что потеряла под носом генерала Республики после подготовленной диверсии. Если он хочет спорить о полномочиях, я найду для него время после того, как верну своего генерала. - Есть. - «Оплоту» - развернуть внешний сенсорный контур. Все суда, отстыковавшиеся в последние двадцать минут, взять в отдельный список. Те, кто запросит выход сейчас, ждут. Те, кто уйдет без запроса, получают сопровождение. - «Оплот» уже поднимает внешний обзор, - отозвался капитан корабля по отдельной линии. - Возьмем пояс станции под контроль. - «Покрову» - подготовка к приему тяжелораненых. В первую очередь Страж. Офицеров станции после сортировки. - Принято, - голос Патча вошел в канал раньше, чем связист успел повторить распоряжение. - Я уже поднял операционную. Назовите время прибытия эвакуационного челнока, как только оно будет известно. - Получите. Вард переключил канал. - Кайр. - Слышу. Фон у ARC-командира был тяжелым: бег, краткие металлические удары, шум вскрываемой створки. Значит, он уже шел. - Задача меняется. Приоритет - путь вывода похитителей. Галерея, технические проходы, ложные маршруты, любые неучтенные двери. Они не могли раствориться в стене. - Принял. Идем через третий сервисный сектор. С местной схемой есть расхождение. Высылаю. На карте у Варда мигнула новая тонкая линия. Она начиналась почти от разрушенной галереи и уходила вниз под разрешенный пассажирский уровень, пересекала технологический узел, который в согласованной схеме визита вообще не был отмечен как проходной, затем разветвлялась к трем внутренним погрузочным шахтам. Вард смотрел на нее одну секунду. - Кто дал эту схему? - Нашли на месте. Один из техников станции показал резервную промышленную карту, которую не прикладывали к маршруту. На основной схеме проход закрыт как выведенный из эксплуатации. - Он действующий? - Судя по следам открытия, очень даже. Вот она. Дверь, которой не было. Не в маршруте. Не в согласованной схеме. Не в том аккуратном пакете безопасности, который прислали на «Заступницу» перед визитом Элары. Вард почувствовал, как холодная ярость окончательно вычищает из него все лишнее. - Кайр, берете этот канал целиком. Встретите сопротивление - давите. Найдете свидетелей - забирайте живыми, если это не тормозит преследование. - Есть. - Хейвен. - На связи. Голос старшего сержанта был ниже обычного. Он двигался быстро, но дыхание держал ровно. - Ваши ближайшие группы занимают административное кольцо и оба стыковочных уровня, куда выходит служебный сектор. Не ищете генерала по отдельным кабинетам. Режете маршруты, перекрываете узлы. Если похитители еще внутри Селора, они не должны получить прямой коридор к транспорту. - Принял. Вторая группа уже у нижнего лифта. Третью отправляю к грузовой шахте. Командир, местные на одном из участков утверждают, что закрытие сектора мешает гражданскому потоку. - Если поток не проходит через руки Вентресс, подождет. - Понял. - Нимбус. - Уже в ангаре, командир. Два челнока готовы, третью канонерку поднимаем из технического ряда. Дайте, куда лететь. - Пока никуда. Вы поднимаете внешний быстрый контур вокруг Селора. Если «Оплот» отметит несанкционированный выход, не гонитесь одиночно. Отсекаете траекторию и держите до подхода тяжелых. - Принял. Но как только появится направление... - Я знаю. Нимбус не ответил сразу. - Вернем, - сказал он наконец. Вард не дал себе ни кивнуть, ни закрыть глаза. - Работайте. Он оборвал канал и обратился к координационному центру: - Все подразделения 707-го на Селоре переводятся в режим поиска и блокировки. Снабженческие задачи заморозить. Груз не исчезнет. Генерал - может. Слова прозвучали резко. Почти грубо. Никто не отвел взгляд. - Есть, командир, - ответили сразу с нескольких постов. Только теперь масштабы Эгиды начали двигаться по станции целиком. На голокарте бело-золотые метки вспыхивали одна за другой. От групп, еще десять минут назад сверявших медицинские контейнеры, отделялись звенья бойцов и уходили к ближайшим проходам. Техники «Покрова» прекращали спор о маркировке грузов, помогали раненым и освобождали платформы под эвакуацию. Дежурная рота, оставшаяся у стыковочного кольца, разворачивалась в боевой порядок, беря под контроль маршруты к шлюзам. Ангар «Заступницы» открывал ускоренный цикл вылета. На «Оплоте» сенсоры уходили из режима ремонтной калибровки в расширенный обзор внешнего пространства. Это уже не было ответом одной группы охраны на локальный взрыв. Это двигался легион. Большой, тяжело вооруженный, дисциплинированный, привыкший выполнять невозможные задачи не потому, что ими любили хвастаться в Голонете, а потому что на чьей-то стороне всегда оставалась последняя линия. Сегодня на той стороне была Элара. *** Через шесть минут после обрыва канала первая группа 707-го достигла разрушенной галереи. Вард видел изображение с броневых обзорных сенсоров бойцов, выведенное на отдельный слой голопроекции. Картинка прыгала на бегу: красный аварийный свет, вздыбленный пол, разорванная прозрачная стена, клубы технической пыли. Один из бойцов первым перепрыгнул трещину у края прохода, второй сразу упал на колено у лежащего офицера станции, третий пошел к координатору Рен, помогая ей подняться. - Сектор найден, - доложил командир группы. - Выжившие на месте. Координатор Рен жива. Один помощник жив, в состоянии шока. Офицер безопасности тяжелый, но стабилизирован. Повторяю: выглядит так, будто его держали до нашего прихода. Вард знал, кто. - Страж? - спросил он. Изображение резко повернулось вправо. Страж лежал у боковой стены почти там, где упал. Броня на плече была прожжена, правая боковая пластина расколота, сквозь нее торчал фрагмент металла. На полу под ним уже растекалась темная лужа крови. Лицо белое даже под аварийным светом. Глаза закрыты. - Жив, - сказал боец после двух секунд, которые показались Варду длиннее целой операции. - Пульс слабый. Дыхание поверхностное. Бок пробит, сильная кровопотеря, возможна контузия. Патч уже был в канале. - Не вытаскивать металл на месте. Фиксировать. Передайте медицинские показатели, если датчики еще читают. И поднимайте его осторожно, у него могло повести ребра. - Есть. - Время до эвакуации? - спросил Вард. - Челнок пока не может сесть у ближайшего сектора из-за поврежденного докового коридора. Нужна транспортировка до узла Б-четыре, - ответил оператор, сверяясь с картой. - Хейвен, очистите им путь. - Уже направил группу. Из изображения на голопроекции вышел крупный план координатора Рен. Та стояла с поддержкой клона, бровь заклеивали скорой полосой, лицо было пепельно-серым, но взгляд держался. - Коммандер Вард? - ее голос пришел через чужой комлинк. - Да. - Генерал Вейр... она спасла нас. Щит, конструкция... нас бы уже не было. А потом... Голос дрогнул. Она закрыла глаза на секунду. - Потом ее забрали. Вард не произнес слов утешения. Координатор Рен была жива, в сознании, и виновной он ее не считал. Сейчас ему требовалось другое. - Кто менял маршрут от зала брифинга к приемке модулей? - Лифтовая служба передала о перегрузке центрального прохода. Запрос пришел через внутренний протокол. Я проверила уведомление на своем датападе. Оно выглядело штатно. - Вы сохранили его? - Да. - Передайте в наш аналитический контур без фильтрации местным управлением. Она посмотрела на него пристальнее. - Это подозрение в адрес Селора? - Это подозрение в адрес каждого решения, которое вывело генерала Вейр в галерею, где ждал противник. Ваши сотрудники, наши сотрудники, автоматические системы, подложный протокол - мне безразлично, что именно. Мы проверим все. Илла Рен кивнула медленно. - Передам. Один из бойцов у края изображения вдруг произнес: - Командир, здесь служебная дверь. Проекция повернулась к дальнему сектору галереи. За обвалом, там, где по официальной схеме должна была стоять глухая техническая стена, виднелись створки. Не пассажирские. Не свежие. Старый промышленный проход с перепрошитым замком. Дверь была закрыта, но на краях металла сохранились следы недавнего вскрытия и теплового воздействия. Вард увеличил фрагмент. - Это есть в основной схеме маршрута? - Нет, командир, - ответил аналитик слева от него. - В версии, переданной на «Заступницу», этот сектор обозначен как непрерывная конструкционная стена. В резервном техническом архиве Селора проход существует, но помечен выведенным из эксплуатации семь лет назад. - Кайр подтвердил, что он рабочий, - сказал Вард. - Значит, кто-то не только знал о нем, но и подготовил заранее. Станция была безопасной. Маршрут - согласованным. Изменение пути - официальным. Дверь - отсутствующей. Все слишком хорошо укладывалось друг в друга. - Вскрывайте, - приказал он бойцам в галерее. - С осторожностью. Внутри могут быть заряды, ловушки или следовая зачистка. - Есть. Створки начали резать ручным инструментом. Вард смотрел, как металл медленно расходится, и думал не о двери. О том, сколько уровней подготовки понадобилось, чтобы Элара не просто оказалась в нужном месте, а была занята именно тем, что не позволит ей сразу уйти в бой на полную мощность. Первый взрыв. Падающая платформа. Проседающая галерея. Раненые гражданские и сотрудники. Тяжелое ранение Стража. Вентресс появляется только после того, как Элара уже держит на себе половину сектора. Это не случайность боя. Это расчет против ее характера. Вард знал своего генерала. Знал достаточно, чтобы понять: если бы путь к отступлению существовал, она все равно сначала закрыла бы людей. Если бы Страж сказал оставить раненого офицера, она не подчинилась бы, пока не убедилась, что тот проживет до медиков. Если бы галерея начала падать в док, где оставались техники, она удержала бы ее, даже если враг стоял в пяти шагах. Кто-то строил операцию не просто против силы Элары. Против того, как она этой силой распоряжалась. - Командир, - сказал оператор внешнего сенсорного блока. - «Оплот» передает список судов, покинувших Селор в последние двадцать минут. Семь гражданских транспортов, один медицинский конвой, два частных судна под дипломатическим допуском, один грузовой буксир. Все разрешения выглядят штатно. - Выглядят, - повторил Вард. - Прогоните через наши коды проверки, не через станционные. - Уже. Из канала Кайра вошел доклад: - Мы в первом техническом разветвлении. Дверь вывела нас в старый промышленный коридор. Следы свежие: тепловые метки, сапоги, волочение груза или человека. Два направления. Одно вниз к грузовым шахтам, второе в сторону изолированных ремонтных доков. Разделяюсь. - Нет, - сказал Вард сразу. - Вы не знаете, сколько там ловушек. Делитесь только после прибытия второй ARC-группы. - Они в сорока секундах. - Ждете. Кайр молчал чуть дольше обычного. - Принял. Вард знал, чего стоило это «принял». ARC уже слышали достаточно, чтобы понимать: каждую секунду похитители могут увеличивать дистанцию. Но действовать рвано и потерять еще людей на подготовленном маршруте - не поиск, а подарок врагу. Вард сжал ладонь в кулак за спиной. Он тоже хотел сказать «идите». Он тоже хотел бросить все, что двигалось, в темный проход. Он тоже слышал в памяти обрывок голоса Стража: «генерал... уводят...» Именно поэтому оставался точным. *** Стража вынесли из галереи через одиннадцать минут после обрыва связи. Вард следил за эвакуацией по броневым сенсорам группы и каналам связи одновременно. Хейвен расчистил коридор к узлу Б-четыре, отбросив местные спорные согласования одним коротким сообщением: «Тяжелый раненый из личной охраны генерала Вейр. Если у вас есть человек, который намерен задержать нас бумагой, пусть выйдет вперед и назовется». Никто не вышел. Патч ждал челнок уже на борту «Покрова». - Давление падает, - сообщил медик с транспортной группы. - Мы держим, но долго так не протянет. - Протянет, - сказал Патч из канала. - Вы не обязаны верить, вам достаточно донести его до меня. Когда челнок отстыковался от Селора, Вард позволил себе на секунду перевести взгляд на внешнюю проекцию. Маленькая машина с бело-золотой маркировкой Эгиды ушла от поврежденного стыковочного сектора и взяла курс к медицинскому кораблю. На «Покрове» уже открывалась приемная рампа. Страж был жив. Это имело значение. Слишком много значения, чтобы Вард сейчас позволил себе думать о том, что Страж будет чувствовать, когда очнется. Если очнется быстро. Если медики вытащат его из кровопотери без долгого провала. Если первым его вопросом станет не собственное тело, а имя Элары. Вард заранее знал ответ. Такие вопросы задают не потому, что надеются услышать хорошее. Потому что иначе невозможно вдохнуть. - Командир, - связист вывел новый пакет. - Руководитель безопасности Селора на линии. Требует координации действий и доступа к нашим внутренним данным по операции. - Подключите. Голопроекция мужчины в темной форме местной безопасности возникла над боковой панелью. Лицо у него было напряженным, но собранным. По крайней мере, не бесполезным. - Коммандер Вард. Начальник внутренней безопасности Селора Нерис Халк. Мы уже развернули все штатные группы... - Недостаточно, - ответил Вард. Халк сжал челюсть. - Станция находится под юрисдикцией республиканского управления. Ваши подразделения не могут полностью блокировать гражданские маршруты без согласования. - Могут, если по этим маршрутам вывели генерала Республики после диверсионной атаки на согласованном безопасном визите. Мои группы не мешают эвакуации и медицинским протоколам. Остальное встанет. - Вы понимаете, что речь идет о тысячах людей и сотнях грузовых операций? - Да. Поэтому действуем быстро. Мужчина некоторое время смотрел на него, потом, к чести своей, не стал продолжать борьбу за формальность. - Что вам нужно от нас? - Полный доступ к архиву маршрутов, включая устаревшие технические схемы. Журналы изменения первоначального пути генерала Вейр. Перечень сотрудников, которые имели доступ к протоколу визита. Записи обзорных сенсоров административного кольца за последние сутки. Документы по внутренним ремонтным отключениям в секторе верхней галереи. Список всех судов с дипломатическими или ускоренными разрешениями на отход в последние шесть часов. - Это огромный массив. - Тогда начинайте с первых четырех пунктов. - Будет. - И еще. Мне нужны ваши люди у всех штатных шлюзов, но не в одиночку. Смешанные пары с нашими бойцами. Если кто-то воспользовался вашей формой и вашими протоколами один раз, я не собираюсь проверять его совесть второй. Халк на секунду закрыл глаза. - Принято. Связь оборвалась. Вард почувствовал взгляд одного из офицеров координационного центра. - Говорите, - обратился он, не поворачивая головы. - Командир, если похитители уже ушли со станции до блокировки... - Тогда мы узнаем, на чем. Если они еще здесь - закроем. Обе линии работают одновременно. - Есть. Слова были простыми. Реальность - нет. Вард видел это сам. У врага были минуты форы. Подготовленный маршрут. Возможно, транспорт с допуском. Возможно, отвлекающие ложные следы. Вентресс не строила такую операцию ради удовольствия сделать три шага в технический коридор и ждать, пока за ней придут. Но никакая подготовка не гарантировала чистый уход, если за тобой вставал весь 707-й. Вард собирался заставить каждый их шаг оставить след. *** Через двадцать минут после похищения «Заступница» уже не напоминала корабль на снабженческой паузе. Ангары работали в боевом цикле. Челноки ожидали на старте с горячими двигателями. Пилоты Нимбуса сидели в кабинах или стояли у машин, не снимая летных шлемов, хотя еще не получили конкретный вектор. На оружейных палубах выдавали дополнительное снаряжение группам, которых переводили в готовность к абордажу. В связном отсеке аналитики 707-го поднимали собственный массив перехватов с Селора и ближайших внешних маршрутов, сопоставляя их с официальными журналами станции. На «Покрове» Патч уже оперировал Стража, и медканал сознательно держали сжатым до сухих отметок: «принят», «давление», «контроль», «режем броню», «подготовить кровь». Никто не спрашивал, можно ли использовать весь легион ради поиска одного человека. Вопрос звучал бы оскорблением. Похитили их генерала. Ударили по центру Эгиды. Забрали того, кого они обязаны были вернуть. На станции бойцы, еще утром сверявшие коды контейнеров, теперь проверяли документы у офицеров транспортного управления и охраняли технические узлы. Кто-то из гражданских нервничал. Кто-то возмущался задержкой вылета. Несколько человек пытались спорить о своих правах на срочную погрузку, пока не слышали короткое пояснение: «Похищен генерал Вейр». После этого большинство замолкало. Некоторые бледнели. Некоторые впервые смотрели на бело-золотые отметины на броне не как на красивый фронтовой символ, а как на предупреждение, что рядом произошло что-то, чего не должно было случиться. Вард видел это только через сенсорные контуры и доклады. Ему хватало. - Командир, - сказал аналитик у левого терминала. - Есть несоответствие по одному из частных судов с дипломатическим допуском. Формально оно вышло за три минуты до локальной блокировки станции. Во внутреннем журнале разрешение значится оформленным заранее, все чисто. Но код подтверждения на финальном шлюзе не совпадает с тем, который указан в архиве допуска. - Судно? - Легкий курьер «Раллис». Регистрация - сектор Квотан, временная передача под дипломатический груз одного из малых миров Внешнего Кольца. - Траектория? - Ушел в сторону общего транспортного окна. После выхода с Селора держал стандартную скорость две минуты, затем пропал за группой грузовых барж. «Оплот» пытается восстановить сигнатуру. - Нимбусу передать возможный приоритет. Не поднимать погоню без подтверждения, но держать расчет. - Есть. Через несколько секунд голос Нимбуса вошел в канал: - «Раллис» взят в список. Трассу жду. Командир, если это он... - Если это он, вы получите курс. - Принял. Вард переключился на другой отчет. Кайр уже добрался до второго разветвления технического прохода. По одному рукаву нашли брошенную транспортную каталку, на которой были следы недавнего давления и кровь. Чья - пока неизвестно. По второму - выведенный из строя датчик внутреннего наблюдения и остатки заряда, использованного для обрушения аварийной створки после прохода. - Они чистят за собой, но торопятся, - сказал Кайр. - Один маршрут ведет к нижним ремонтным докам. Второй выходит ближе к сервисному лифту, который может дать доступ к грузовым шаттлам. Я ставлю метки по обоим. - Продолжайте. Все находки сразу аналитикам. - Да. - Кайр. - Слышу. - Если увидите генерала... Он не договорил. Кайр тоже. - Вернем, командир. Вард закрыл канал. Слово повторялось сегодня уже второй раз. От Нимбуса. От Кайра. Оно не звучало как обещание, произнесенное для утешения. Больше как рабочий принцип, который каждый из них принял на себя без уточнений. Вернем. Элара сама годами делала это для других. Возвращала тех, кого уже списали в таблицах, кого отделяли дым, огонь, заваленные мосты и слишком поздние приказы. Вард видел, как после таких операций клоны из чужих подразделений смотрели на бело-золотые отметины Эгиды. Не завистливо. С каким-то почти болезненным уважением. Теперь это слово стояло перед ними не как девиз, а как долг. *** Связаться с Храмом оказалось труднее, чем следовало бы в такой час. Сначала ответил дежурный контур Ордена, потом запрос ушел выше, затем возник короткий протокольный вопрос, требует ли сообщение непосредственного участия члена Совета или может быть передано по экстренной военной линии. Вард выслушал ровно один такой вопрос. - Передайте, что генерал Элара Вейр похищена Асажж Вентресс после целевой диверсии на республиканском логистическом узле. Если этого недостаточно для непосредственного участия Совета, я готов узнать новые критерии лично у магистра Винду. Пауза на линии длилась меньше секунды. - Ожидайте соединения. Ждать Вард не любил. Особенно сейчас. Пока линия перестраивалась, он вызвал закрытый канал к «Покрову». - Патч. Ответ пришел не сразу. На фоне медканала шли короткие команды, звук инструментов, ровный рабочий гул оборудования. - Говорите. - Страж? - Жив. В операционной. Бок плохой, плечо плохое, контузия будет, но он дошел до стола с сердцем, которое еще помнит свою работу. Я занят тем, чтобы оно не передумало. Вард опустил взгляд на край тактического стола. - Сможете его поднять? - Подниму. Не сегодня и не для допроса через десять минут, если вы об этом. - Мне понадобится его свидетельство, как только это не будет убивать его быстрее ранения. - Тогда я сам скажу, когда. - Принято. Патч не завершил связь сразу. - Генерал? Вопрос был одним словом. - Увели, - ответил Вард. - Кайр в погоне по внутренним следам. Нимбус и «Оплот» режут внешний контур. Ищем. На медканале за спиной Патча кто-то произнес цифру давления. Патч на секунду отвел внимание, отдал приказ, затем вернулся. - Найдите ее, Вард. - Да. Он не сказал «постараемся». Патч отключился. Над главным проектором возникло изображение Мейса Винду. Даже голопроекция передавала, как резко он собрался в одну линию, едва увидев лицо Варда. Обычного приветствия не было. - Коммандер. - Магистр Винду. Генерал Вейр похищена. За его спиной в координационном центре никто не замедлил работу, но Вард почувствовал, как пространство снова стало плотнее. Элара была ученицей Винду. Это знали все старшие офицеры Эгиды, даже если редко произносили. Вард докладывал четко: - Безопасный визит на Селор. Изменение согласованного маршрута по внутреннему протоколу станции. Взрыв в соседнем секторе. Генерал Вейр удерживала обрушение, гражданских и раненых. В галерею вошли диверсионные единицы и Асажж Вентресс. Личный защитник генерала Страж тяжело ранен. Последний подтвержденный голосовой пакет: Страж сообщает, что генерала уводят. После этого связь с ней обрывается полностью. Лицо Винду почти не изменилось. Только взгляд стал еще тяжелее. - Состояние Элары неизвестно? - Да. Но характер обрыва аномален. Ее канал не просто заглушен. Я не могу объяснить точнее, магистр, однако связь с генералом исчезла слишком резко и слишком полно. Люди на борту почувствовали это еще до подтверждения похищения. Винду смотрел на него несколько секунд. - Понял. Одно слово. Вард услышал, что магистр понял больше, чем он способен назвать. - Какие меры уже приняты? - спросил Винду. Вард перечислил: - блокировка Селора; - поиск по внутренним техническим каналам; - ARC Кайра в преследовании; - наружный сенсорный контур «Оплота»; - Нимбус в готовности к перехвату; - анализ всех судов, покинувших станцию; - получение архивов маршрутов и журналов изменения пути; - Страж на «Покрове»; - выжившие свидетели опрашиваются после медпомощи. Винду кивнул. - Совет подключится немедленно. Я добьюсь распоряжения высшего уровня. Селор не должен открыть ни одного канала отхода, пока мы не разберем маршрут похищения. Свяжусь с канцлерией и командованием флота. - Нам потребуется полномочие действовать быстрее местных процедур. - Получите. - И еще, магистр. Генерала брали живой. Слишком много подготовки ради обычного убийства. - Согласен. Вард выдержал короткую паузу. - Мы вернем ее. Мейс Винду не ответил привычной формулой «сделайте все возможное». Он посмотрел прямо на Варда и сказал: - Да. Связь завершилась. Вард уже собирался вызвать канал к Энакину, когда оператор внешнего сенсорного блока резко выпрямился. - Командир. «Оплот» восстановил частичный след «Раллиса». Он изменил вектор сразу после выхода из общего транспортного окна и ушел в затемненную полосу между двумя грузовыми трассами. Дальше сигнатура рассыпана, но движение не совпадает с заявленным маршрутом. - Нимбус. - На связи, уже получил. - Берете первую пару и идете по восстановленному следу. Дистанция осторожная. Если судно окажется ложной приманкой, не оставляете внешний контур голым. - Понял. Вылетаю. На ангарной проекции две бело-золотые метки сорвались с места и пошли к выходу из «Заступницы». Двигатели челноков вспыхнули ярко, почти гневно. Вард не позволил себе следить за ними дольше нескольких секунд. - Свяжите меня с генералом Скайуокером, - сказал он. - Чрезвычайный приоритет. Лично. Оператор замер на мгновение, затем кивнул. - Есть, командир. - И с генералом Кеноби через параллельный контур, если он рядом с ним. Не ждать подтверждения общего штаба. - Есть. Вард снова посмотрел на карту Селора. Красные линии блокировок. Бело-золотые метки Эгиды по станции. Технический проход, которого не было. Выходящее из доков подозрительное судно. Операционная «Покрова», где Патч удерживал Стража. Закрытый канал Элары, на который все еще каждые несколько минут уходил автоматический запрос связи, хотя ответа не было. Дверь оставалась закрытой. Вард не знал, что стоит за ней. Пока. Но собирался выбить все стены, которые кто-то поставит между Эгидой и ее генералом.