Секреты паддока (сборник драбблов ф-1)

Ты идешь дорогой прямой -

тебе кажется...

Не так уж она и длинна...

Тебе кажется...

В Монако было здорово. Кими не привык к роскоши яхт и вниманию стольких людей - отец воспитывал его в сдержанной строгости и всеобъемлющей любви. Он всегда говорил, что во всем должна быть мера, и нельзя думать, что успех - это право на лучшую жизнь. Успех - это, прежде всего, право на ответственность, а потом все остальное. И если ответственность уже ощущалась, но пока не давила так сильно, то все остальное свалилось на голову Кими как раз в Монако. Поул, а после и победа, пьянящее чувство, что дотянулся до звезд. Там, на вершине подиума Монако удалось стоять далеко не каждому пилоту. И даже не каждому чемпиону. Одна из самых сложных трасс была покорена, послушным зверьком свернулась у ног. И праздничный королевский ужин был заслуженный наградой. Кими очень хотел поделиться триумфом, его распирало от гордости, и рядом была команда, и отец... Но не было того, кого он хотел бы видеть больше всего сейчас. Оливер даже не подошел поздравить. А может, в суматохе не успел подойти. Тяжело пробиться к восходящей звезде, слишком много желающих приобщиться к успеху. Кими скривился и посмотрел на себя в зеркало. Полчаса тишины и нужно выдвигаться на ужин в его честь. Если бы кто-то сказал ему пару лет назад, что он будет сидеть рядом с князем Монако и королевской семьей, он бы рассмеялся. Тогда это казалось недостижимым, сейчас - было частью его обыденности. И Джордж... Его напарник был лишен даже очков из-за неправильно отбытого штрафа. Кими старался не думать о том, что это - полностью вина команды. Проезд по питлейну, который опрокинул Джорджа на тринадцатую позицию, был лишь точкой в этой совершенно кошмарной для него гонке. Кими судорожно вздохнул, проведя рукой по волосам, приглаживая непослушные пряди. Хотя с ним уже поработал стилист, и даже вся эта непослушность была четко выверенной стратегией. Стратегией его обаяния. То, что случилось с Джорджем, могло случиться и с ним. Но у него все было хорошо. Кими хотелось бы верить, что это результат его упорного труда, но он понимал, что это не совсем так. Труд, безусловно, важен, но и командная работа должна быть на уровне. В любом случае, это вовсе не его проблемы, верно ведь? У него съемки, приемы, ужин... Монако за окном гостеприимно ждет своего победителя. Кими отвернулся от зеркала и подошел к дивану, где лежал его телефон. Поздравляю с победой Короткое уведомление. Не от Олли. От Франко Колапинто. Кими вздохнул, нахмурившись. Разговор после того безумного вечера между ними состоялся. Не мог не состояться с учетом вмешательства Макса и Джорджа. Кими не был уверен, что и он, и Франко были к нему готовы. И не был уверен, что это помогло. То есть, с одной стороны стало легче. Ситуация прояснилась. Он был не в себе во время дурацкой игры, Франко же в тот вечер сильно перепил, прежде чем явиться к нему в номер. Казалось бы, все. Забыть, оставить за спиной, идти дальше. Неловкие извинения принесены. Столь же неловко приняты. Пожали руки, разошлись. Но Кими нутром чувствовал - не все так просто. Франко пожал ему руку, но задержал чуть больше, чем требовалось, чуть погладив большим пальцем его запястье. А его взгляд... Так не смотрят на того, кого готовы отпустить. Взгляд затаившегося хищника. Цепкие зеленые глаза смотрели прямо в душу. Будто у Франко было право так смотреть. Кими вздохнул. Не ответить - проявить слабость. Он не испугался, нет. Между ними ровные партнерские отношения, не более того, а это недоразумение в номере забыто. Похоронено под слоями других воспоминаний. И сегодня он добавит еще приятных моментов сверху, утрамбовывая уже насовсем. Спасибо Напечатал он без единого смайлика или знаков препинания. Короткое и сухое "спасибо" было призвано провести черту, за которой не было чувств ни плохих, не хороших, лишь оглушающая пустота. Кими еще какое-то время смотрел в экран. Он хотел написать Оливеру, но все слова казались фальшивыми. Спросить у него, где он? Наверняка в номере или моторхоуме хаас разбирает ошибки после гонки. Это вполне в его духе, Оливер работает день и ночь, чтобы стать немного лучше, чтобы доказать себе и всем, что будет когда-нибудь достоин места в Феррари. Ну, ответит он ему. А дальше? Взять его с собой на прием Кими не может. Это "где ты" растворится в фальши, которую он просто не мог допустить между ними. Напомнить о своей победе? Будет звучать, будто он хочет показать свое превосходство... Любой вариант был неправильным и насквозь лживым. Может, написать правду? Соскучился, хочу обнять... Кими прикусил губу, открывая их с Олли чат. Там не было ничего, что могло бы показаться романтичным. Никакого флирта, лишь небольшая россыпь сердечек в одном диалоге. И то - это случилось, когда Оливер прислал фотку для смеха. Какой-то очередной мем из интернета, где на картинке девушка с парнем. Они тогда посмеялись и примерили историю на себя ради шутки. Шутка теперь уже не казалась смешной. Кими снова посмотрел на себя в зеркало - глаза лихорадочно блестели, а прокушенная губа чуть припухла. Он бросился в ванную и плеснул в лицо ледяной водой. Надо было приходить в чувство. Его ждали лоск и блеск светского приема, он должен был стать главной звездой сегодня. Кими моргнул, глядя на свое отражение. Вода смыла лихорадочный блеск глаз, вернув им привычную холодную сосредоточенность. Непослушные пряди легли именно так, как нужно стилисту. Идеальная картинка. Продукт. Он поднял телефон. Сообщение от Колапинто исчезло из поля зрения, сменившись списком дел. Ужин. Интервью. Съемка для спонсоров. Все остальное потом. Сейчас была только работа. Успех — это ответственность, отец был прав. И сейчас его ответственность — быть лицом команды, сиять ярче бриллиантов на шеях местных красавиц. Кими убрал телефон в карман и направился к двери. Он не чувствовал ни радости, ни горечи. Только пустоту, которую предстояло заполнить шумом аплодисментов. Он щелкнул замком. За порогом начиналась его новая реальность, где нет места слабости и личным переживаниям. Сегодня он — трофей. И он сыграет эту роль безупречно. *** После приема Кими мутит. Он почти не ел, занятый бесконечными разговорами, и почти не пил алкоголь, повсюду таская за собой один и тот же бокал с шампанским. Было бы ужасно выкинуть что-то на этом приеме, за что потом пришлось бы краснеть. Блеск софитов, бриллиантов, чужие руки и глаза- все слилось в бесконечный фоновый шум. Кими был безупречен. Держался рядом с отцом, отвечал на вопросы с полуулыбкой, приводил в восторг публику одним только кивком головы. - Такой молодой и такой успешный, - слышались шепотки за спиной. В какой-то момент внутри словно что-то надломилось - Кими устал. Жужжание в ушах на одной ноте, ощущение будто выпадаешь из реальности. Больше всего ему хотелось оказаться на воздухе. И решив, что на этом можно закончить, Кими потихоньку начал выбираться из большого зала, где проходил прием. Он выскользнул в боковую дверь, которую обычно использовали официанты, и оказался в служебном коридоре. Здесь было темно, пахло моющими средствами и немного — сыростью от близкого моря. Этот запах показался ему глотком свободы после удушающего парфюма гостей. Кими пошел вперед, не разбирая дороги, просто подальше от шума. Коридор вывел его на узкую винтовую лестницу для персонала. Он спустился по ней, чувствуя под ладонью холодный металл перил, и толкнул тяжелую пожарную дверь. Его окатило волной свежего соленого воздуха. Ночь обрушилась на него тишиной, такой оглушительной после многочасового гула голосов. Он стоял на заднем дворе княжеского дворца, куда выносили мусорные баки. В нескольких десятках метров за высокой оградой начиналась гавань, заставленная яхтами, похожими на спящих металлических чудовищ. Их огни отражались в черной воде, создавая иллюзию перевернутого звездного неба. Тошнота отступила, уступив место звенящей пустоте. Он сделал несколько шагов к ограде, оперся на нее руками и закрыл глаза. На мгновение он позволил себе представить, что сейчас нет ни камер, ни обязательств, ни Франко с его хищным взглядом, ни молчаливого Оливера. Есть только он и этот шум прибоя. В кармане пиджака завибрировал телефон. Кими вздрогнул, возвращаясь в реальность. Он достал его, ожидая увидеть сообщение от менеджера или отца, но экран был темен. Это была тактильная отдача от пришедшего ранее уведомления, которое он так и не прочитал. Спасибо, — высветилось на экране его последнее действие в диалоге с Колапинто. И ниже, ответом: Не благодари. Я всегда плачу свои долги. Сообщение пришло почти сразу после того, как он отправил свое сухое «спасибо», но Кими тогда уже убрал телефон, уходя на ужин. Теперь эти слова повисли в воздухе между ним и ночной бухтой, звуча зловеще и многозначительно. Взгляд затаившегося хищника. Тактильный долг, о котором он предпочел бы забыть. Кими набрал полные легкие воздуха и все-таки решился. Пальцы пробежались по экрану, выцепляя нужный контакт. Олли Гудок. Второй, третий, четвертый... - Кими? Что-то случилось? - голос Оливера звучал смазанно, словно он спал. Кими бросил взгляд на часы. 12.30 ночи - новый день уже начался. - Я... разбудил тебя, да? - виновато пробормотал Кими. - Ну, у меня нет приемов с князем, - хмыкнул Оливер. Они помолчали. - Ты знаешь, я уже прихожу к мысли, что я бы не хотел, чтобы они у меня были, - тихо произнес Кими. - Ты это заслужил, Кими. Награда дождалась победителя. Так празднуй, - слова прозвучали тяжело, будто камни покатились с горы. Кими запнулся. Олли не пытался помочь ему, вытянуть из того состояния, в котором Кими сейчас находился, он просто... завидовал?... Хотя это было что-то другое, что-то, что Кими пока не мог прочитать. Усталость, досада... Одно было ясно точно - пропасть между ними стала только глубже сегодня. - Да, пожалуй. Пойду, прием еще не закончен, - спокойно ответил Кими. - Иди, иди. А я спать, - зевнул Оливер, отключаясь. Короткие гудки прозвучали в тишине двора как выстрелы. Кими отнял телефон от уха и посмотрел на экран так, словно тот его предал. В груди разрасталась тупая ноющая боль, смешанная с глухой яростью. «Иди, иди». Как будто он был надоедливым фанатом, который отвлекает чемпиона от важного дела. Он сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Вот она — реальность. На вершине ты один. Команда, свет софитов — это всё декорации. А единственный человек, чьё мнение для него действительно важно, только что дал понять, что ему нет до этого никакого дела. Или хуже — что этот триумф их разделяет. Кими попытался позвонить Джорджу. После Канады между ними ощущалось напряжение, Кими не знал, как правильно реагировать на то колюче-раздосадованное состояние, в котором пребывал Джордж после своего схода. Сейчас он тоже вряд ли был в настроении с ним говорить, и просто не ответил на вызов. Телефон снова завибрировал в руке. Сообщение от Франко все еще было открыто. Я всегда плачу свои долги. Кими горько усмехнулся в пустоту. Можешь меня забрать отсюда? - напечатал он быстро, скинув локацию. Через 10 минут. Никуда не уходи, - пришел мгновенный ответ. Кими не ушел. Он сполз по стене на холодные плиты двора, обхватил колени руками и закрыл глаза. Кажется, он просидел так целую вечность. Кажется, он даже задремал на несколько минут, убаюканный шумом невидимого моря. Кажется, он слышал шаги за спиной, но у него не было сил обернуться. А потом в темноте, за неверным кругом света фонарей остановилась машина. Тихо хлопнула дверь. Кими не нужно было открывать глаза, чтобы понять, кто это. Он чувствовал знакомый запах — дорогой кожи, парфюма и чего-то неуловимо опасного. После произошедшего тогда в его номере все его инстинкты кричали "Назад! Опасность!" Но Кими знал - страхам надо смотреть в лицо. Обеспокоенное лицо, с широко распахнутыми зелеными глазами. — Пойдем, — голос Франко прозвучал негромко, без капли давления. В нем слышалось что-то похожее на удовлетворение. Кими с трудом поднялся на ноги. Колени затекли, и он пошатнулся. Франко тут же оказался рядом, придержал его за локоть. Не более. Только локоть - минимальный контакт, чтобы помочь удержаться на ногах. Прикосновение было уверенным и теплым. Кажется, это было именно то, что Кими сейчас было нужно. Кажется, он слишком устал, чтобы этому сопротивляться. Кажется, он просто хотел, чтобы кто-то сильный забрал его из этого места, где он так отчаянно и безуспешно пытался быть счастливым. Он позволил себя увести и сел в машину. Дверь мягко закрылась, отрезая его от запаха сырости и мусорных баков. Франко сел на водительское сиденье. Он ничего не говорил, просто сосредоточено смотрел на дорогу перед собой. Кажется, это было начало чего-то нового. Кажется, это был конец всему старому. И Кими, глядя на проносящиеся за окном ночные огни Монако, не мог с уверенностью сказать, пугает его эта мысль или приносит странное извращенное облегчение.