Heimat Fremd

Свою кофту Рома оставил у Элены, чтобы она вернула её позже. Это конечно хорошо, но теперь её надо было как-то спрятать. Лишние проблемы от родителей Элене сейчас были не нужны. Она подходила к подъезду на трясущихся ногах и не понимала, то ли это от мокрой одежды, то ли от нарастающей внутри тревоги. Поднимаясь на свой этаж, паника завывала всё сильнее, ноги подкашивались, а к горлу подступал ком. Подойдя к своей двери она сняла с себя мокрую кофту и несколько раз прочитала молитву, как делала всегда, когда было страшно, а после аккуратно повернула ключ. Она открыла дверь тихо. Кажется, будто никто не заметил. Но это ошибка, и она это знала. Элена быстро спрятала чужую кофту под куртками в прихожей, а уже в следующее мгновение в дверях кухни появился сначала разъярённый отец, а после и плачущая мама. — Ты где шлялась?! — грозно спросил отец. — Гуляла... — еле слышно прошептала Элена. В тот же миг в глаза начали набегался слёзы, а дышать было подозрительно легко. — Да?! Тогда какого хера ты сначала сбрасываешь трубку, а потом не отвечаешь на наши с матерью звонки?! — кричал тот. — Я-я... — ОТВЕЧАЙ МНЕ! Что ты там мямлишь себе под нос?! — завопил тот. И вдруг стало понятно, почему до этого дышать было легко. Слёзы стремительно потекли из глаз, дыхание становилось рваным, а эмоции и действия были будто вне её контроля. — Саш, ну может не надо так?.. — тихонько спросила мама. — Я сам разберусь, что надо, а что нет! — не унимался тот, — Или по твоему нормально, что она сначала сбегает из дома и не отвечает на звонки, а теперь ещё и «концерты» тут устраивает?! — Конечно нет, но она всё-таки девочка... — пыталась сгладить углы мама. — И что?! Это делает её какой-то особенной?! Она должна уметь отвечать за свои действия! Он направился прямо к Элене. Подойдя достаточно близко он замахнулся для удара. Элена инстинктивно сжалась и закрыла лицо руками. В голове пронеслось лишь одно: «Страшно.» Но ударить он не успел, его руку перехватила мама. Когда Элена это поняла, то быстро разжалась. Вся злость отца в мгновение Ока переместилась на мать. Теперь он хотел ударить уже её, и Элена попыталась его остановить, действуя на адреналине. Маме удалось избежать удара, но вот Элене — нет. Её щёку вдруг что-то обожгло с огромной силой. Дышать от этого стало ещё труднее. Пока родители орали друг на друга, она, не оглядываясь, рванула в свою комнату. Залетев туда она дрожащими руками закрыла дверь, а после рухнула напол. Облакатившись плечом на дверь она жадно глотала ртом воздух. «Мне нужны успокоительные, срочно.» Задыхаясь она поползла к своим сумкам и принялась искать таблетки. Они прилетели сюда относительно недавно, так что нужных лекарств было более, чем достаточно. Найдя их Элена попыталась достать оттуда одну таблетку. Пластинка не поддавалась дрожащим рукам, но немного помучавшись, извлечь препарат всё же получилось. Она закинула маленькую таблетку в рот и на сухую проглотила. Какое-то время казалось, что эффекта нет, но через несколько минут сердцебиение начало понемногу успокаиваться, пока окончательно не пришло в норму. «Как-то слишком тихо.» Элена тихонько приоткрыла дверь. В коридоре никого не было. Присмотревшись она увидела: отцовской обуви нет. «Как и моей...» Подумала она, посмотрев на свои ноги. Вдруг из кухни послышались приглушённые всхлипы. «Ох, мамочка.» Элена не стала переодеваться, только сняла кроссовки, поставив их на место, и пошла на кухню. — Мама..? — спросила Элена, но ей не ответили, — Прости меня, пожалуйста... Я не должна была раздувать скандал на ровном месте и сбегать из дома. Я прос- — Ничего страшного, я не злюсь, — сказала мама дрожащим от слёз голосом, — это твоему отцу надо научиться держать себя в руках. Во всех смыслах этого слова. Она шмыгнула ещё два раза, а после сказала: — Ну чего ты там в дверях стоишь? Проходи на кухню, садись. Чай с конфетками будешь? — сказала мама, как обычно, мягко. — Да... — но садиться Элена не стала, а вместо этого обняла маму, — Я тебя очень сильно люблю, мамочка. Прости меня за всё ещё раз. — Я же сказала, я не злюсь — сказала она, крепко обнимая Элену, — И как твоя щека? — её тон сменился обеспокоенным. Из-за панической атаки и адреналина в крови она уже и забыла, что её ударили, но мама напомнила, — Всё нормально, уже не болит... А куда папа ушёл?.. — Не знаю, и знать не хочу. Пусть валит на все четыре стороны. Когда мозги на место встанут, тогда и придёт. — грозно сказала она. Они простояли обнимаясь минуты три, прежде чем отстраниться. Только сейчас мама заметила: — Ой, ты что же, ещё не переоделась? — удивлённо спросила она. Элена помотала головой. — Ну что же ты! Так и заболеть можно, ты ведь вся до ниточки промокла! — залепетала она, — Значит так, ты иди переоденься, а я пока чайник поставлю. — Хорошо, я быстро, — Элена побежала в комнату и на ходу крикнула, — Люблю тебя, мама! *** За окном опять лил дождь. На часах было около восьми часов утра — обычное время для подъёма у немцев по воскресеньям. Сказать, что Элена выспалась было нельзя, но по какой-то причине она не могла снова заснуть. Как только её голова касалась подушки, её будто начинало подташнивать, поэтому она приняла решение встать. Родители в это время по выходным обычно спят, и сегодня не стало исключением. Учитывая то, что отец пришёл только ближе к часу ночи, а после долго выяснял отношения с мамой, спать они будут ещё долго. Но сейчас Элену это не касалось. Она быстро проверила не написал ли ей кто за ночь, а после пошла в ванную. Вроде чистка зубов в России не отличается от Германии, но Элена никак не могла привыкнуть закрывать воду, пока чистит зубы, чтобы не платить за неё бешеных денег. Закончив все свои ванные процедуры она пошла готовить завтрак. Вообще Элена не очень любила готовить, как минимум потому, что она это делать не умеет. Все уроки технологии в старой школе прошли даром, поэтому сейчас, чтобы что-то приготовить, ей обязательно нужен видео рецепт. Хотя даже с таким раскладом своя еда казалась ей невкусной. Есть её, конечно, можно было, но в ней не было той изюменки, которая была в блюдах её мамы, например. Пока она думала, чего она вообще хочет, на телефон пришло уведомление. Roman «Привет. Извини, что пишу в выходной. Ты сможешь сегодня вернуть мою кофту? Я буду сегодня недалеко от твоего дома в 12:15 и в 14:50, могу подойти и забрать. Тебе будет удобно?» 8:27.

Elena

«Привет, конечно! Давай в 12:15. И ничего страшного, пиши в любое время!»

8:28.

«Нужно приготовить его кофту, чтобы потом осталось только отдать. Она вроде сушится сейчас.» Элена быстрыми, но тихими шагами дошла до сушилки и проверила кофту. «Идеально. Надо бы теперь это аккуратно сложить... И можно красиво упаковать.» Зайдя в свою комнату она достала утюг, выставила нужный режим и начала гладить кофту плавными, лёгкими движениями. Аккуратно сложив и упаковав её, ей подумалось: «Вчера Рома сильно помог мне... Нужно его как-то отблагодарить.» Элена пошла на кухню, а вернулась оттуда с шоколадной плиткой. Повезло, что таким её родители действительно закупаются. *** Роман подошёл к дому Элены ровно в 12:15. Он не знал её подъезд, так что остановился там же, где и вчера. Через минуту кто-то вышел из подъезда и быстрым шагом направился прямо в его сторону. Через мгновение перед ним появилась Элена. — Прошу простить меня за опоздание в две минуты. Вот твоя кофта, — сказала она и протянула ему пакет. «Как всё аккуратно сложено. Идеально.» — Спасибо. — О, и ещё вот, держи. — девушка протянула ему шоколад. — Спасибо, что провёл меня вчера до дома и одолжил свою кофту, — на её лице появилась широкая и искренняя улыбка. На несколько секунд парень опешил и не знал, как расценить такой подарок. Обычно, люди ограничивались простыми словами благодарности, максимум возвращали вещи чистыми, что уже было выполнено, а тут ещё что-то дополнительное. — Нет-нет, не стоит. Мне достаточно твоих слов, — он попытался улыбнуться, но ему явно было неловко. — Отказы не принимаются. — твёрдо сказала она. — Хорошо... — приняв этот дар, он начал неловко переминаться с ноги на ногу. Элена, судя по всему, заметила его смущение и поспешила сказать: — Ну ладно, у тебя, наверное, ещё есть дела, так что не буду тебя задерживать. Пиши если что. Пока! — Мгм, пока. И на этой ноте она поторопилась уйти.