Часть 2
1 июня 2026 г., 13:17
Они виделись во вторник в библиотеке. Все было как обычно. Тетради, ручки, зубрежка. Но что-то поменялось. Шейн чаще смотрел на Илью. Сам Илья любовался Шейном и его веснушками так, будто не видел их долгие годы и не получал фото по запросу. Да, это было не классическое свидание, но и учебу никто не отменял.
В среду сразу после пар Шейн сам подошёл к Илье в коридоре. Это было неожиданно. Обычно Илья искал его взглядом, подходил первым, заговаривал. А тут Шейн возник перед ним, как призрак тихий и сосредоточенный.
— У нас свидание завтра, — сказал Шейн. — Я хочу сходить в ту кофейню.
— В какую? — не понял Илья.
— Которую ты нашёл, с нормальными лампами и тихой музыкой.
Илья замер. Потом улыбнулся. Широко, по-дурацки, так, что Света, стоявшая рядом, пихнула его локтем.
— Серьёзно?
— Я не шучу, когда речь идёт о лампочках, — серьёзно ответил Шейн.
Илья улыбался остаток дня. А перед сном долго думал, что надеть, чтобы выглядеть лучше чем обычно.
///
В четверг они встретились после пар. На улице было холодно. Снег скрипел под ногами. Шейн шагал быстро, но без суеты. Илья шел рядом. Он смотрел на тёмные волосы Шейна, на веснушки, которые на морозе проступали ярче, и чувствовал, как внутри разливается что-то тёплое, вопреки погоде.
— Ты сам предложил, — заметил Илья.
— Да.
— Это было неожиданно.
Шейн не ответил сразу. Прошёл несколько шагов, потом сказал:
— Ты пришёл в библиотеку первым. Принёс вафельки. Я подумал, что теперь моя очередь.
— Очередь?
— Проявлять инициативу. Это логично. И у нас свидания по четвергам.
Илья усмехнулся. Шейн умел превращать романтику в математику, но почему-то именно это сейчас казалось трогательным.
Кофейня находилась недалеко от университета. Маленькая, уютная, с круглыми столами и приглушённым светом. Илья открыл дверь, Шейн вошёл первым.
Он замер на пороге.
— Три человека, — сказал Шейн. — Девушка с ноутбуком, парень в наушниках, женщина с книгой. Негромкая музыка.
— Ты прямо сканер, — тихо сказал Илья, чтобы не нарушать тишину.
— Это привычка.
Шейн выбрал столик в углу, подальше от двери. Сел так, чтобы видеть весь зал. Илья сел напротив.
Подошла официантка. Улыбнулась.
— Что вам принести?
Илья посмотрел на Шейна. Шейн смотрел в меню, водил пальцем по строчкам.
— Какао, — сказал он наконец. — Без взбитых сливок. И тёплый круассан.
— А мне латте, — добавил Илья. — И два эклера. — Он улыбнулся Шейну. — Один тебе.
— Мне?
— Да, но это сюрприз.
Шейн нахмурился, но ничего не сказал.
Когда принесли заказ, Шейн долго смотрел на эклер. Продолговатый, с глазурью, посыпанный орешками.
— Он несимметричный, — сказал Шейн.
— Зато вкусный, — парировал Илья.
— Это не отменяет несимметричности.
— Шейн, просто попробуй.
Шейн откусил маленький кусочек. Прожевал. Его лицо было сосредоточенным. Потом он откусил ещё.
— Нормально, — сказал он.
— Нормально? Да это лучший эклер, что я пробовал!
— Я не пробовал другие. Мне не с чем сравнивать.
Илья вздохнул и откусил от своего эклера. Потом сделал глоток латте. Сладко, тепло, уютно. Он смотрел на Шейна, который аккуратно пил какао, и улыбался.
— Ты смотришь, — заметил Шейн.
— Это ведь не запрещено? — Илья не отвернулся.
— Нет.
Шейн поставил чашку. Посмотрел на Илью. Потом перевёл взгляд на его руку, лежащую на столе.
— Ты хочешь взять меня за руку, — сказал он.
— Да, — Илья даже не удивился.
Шейн всегда знал.
— Подожди минуту.
Илья замер. Рука так и осталась на столе, ладонью вверх. Шейн смотрел на неё, потом на своё какао, потом на окно. Секунда. Другая. Третья.
Илья не дышал.
Шейн глубоко выдохнул, потом медленно положил свою ладонь поверх ладони Ильи. Пальцы были прохладные, чуть влажные. Илья сжал их осторожно, как хрупкую вещь.
— Холодно, — тихо сказал Шейн.
— Согреешься, — так же тихо ответил Илья.
Они сидели так. Пять минут. Десять. Музыка играла, за окном падал снег, девушка с ноутбуком что-то печатала. Илья почти не чувствовал времени. Он смотрел на их переплетённые пальцы и улыбался.
— Мне хорошо с тобой, — сказал он.
Шейн поднял голову.
— Я хочу, чтобы ты знал.
— Я запишу это в блокнот, когда вернусь домой.
Илья хотел засмеяться, но увидел, что Шейн абсолютно серьёзен. И почему-то смех застрял в горле. Потому что это было не смешно. Это было… мило. По-своему.
— Запиши, — сказал Илья. — И добавь, что эклер был вкусным.
— Эклер был несимметричным, — возразил Шейн.
— Тогда запиши, что эклер был несимметричным и что ты мне нравишься.
Шейн кивнул и откусил ещё кусочек несимметричного эклера.
