Белый рассвет

      – Спасибо, что возишься со мной, – сказала Катя, когда машина Кирилла заехала на университетскую парковку.       – Да брось, мне самому интересно узнать что-то о волках, – ответил Ремизов, остановив машину. – К тому же тебе нужен тот, кто разбирается в оборотнях. А я знаю многое и многих.       – Охотно верю, – девушка улыбнулась и потянулась за сумкой на заднем сидении.       – Ты знаешь, кто правит городом? – задал вопрос Кирилл, и, когда Катя вернулась на место, нахмурилась.       – О чём ты? Разве во главе города не Башкин?       – Башкин, да, – кивнул парень. – Он медведь.       – Охренеть, – девушка посмотрела на улицу. Осень ей порядком надоела, и хотелось смены сезона, но зима обещала прийти не скоро. Сегодня было только 3 ноября.       – Ему подчиняется большинство медведей в городе, – продолжал говорить парень. – Медведи – толковые ребята, они не будут против появления волка в Хортограде. А вот другие начнут реальную охоту на тебя. Всем хочется заполучить себе козырь.       – Это только в России туго с волками или во всём мире? – поинтересовалась Катя.       – Конечно, во всём мире! Если бы в другой части света остались волки, то к нашему рождению они бы снова заняли главенствующую роль.       – А если они до сих пор где-то живут, но просто не хотят вмешиваться в жизнь других оборотней?       – Думаю, их можно будет понять, – согласился Кирилл. – Всем известно, что волков истребили, но если бы я был волком, то не захотел бы повторить участь предков. Лучше затаиться.       – В таком случае, мне стоит быть осторожнее, – подвела итог девушка и открыла дверь. – Давай встретимся на неделе, хорошо?       – Или тогда, когда я найду что-нибудь интересное по нашему вопросу, – пожал плечами парень и улыбнулся.       Катя вышла на улицу и тут же встретилась взглядом с Аней.       – Наверное, меня не должно волновать, кто тебя подвёз, – безразличным тоном проговорила Соболева, хотя Шкарина чувствовала, как та старалась держать маску хладнокровия. С тех пор, как она обратилась, чутьё стало намного лучше, помогая выявлять истину. Настроение Ани можно было понять: до недавнего времени они проводили вместе чуть ли каждый день, а сейчас их отношения пошатнулись.       Катя прекрасно знала, что Аня мало с кем общалась из группы, а хорошие отношения были только с ней. Пожалуй, некоторых людей мог напрягать слишком узкий круг общения, но Соболева была больше интровертом, который только под давлением способен открываться.       – Ты что-то решила по поводу нас? – Шкарина верила, что их общение не совсем потеряно.       – А какой ответ тебя устроит? – резко ответила Аня и пошла в сторону главного входа в корпус.       Катя догнала подругу и поймала её за локоть. Девушка повела рукой, пытаясь выбраться, но её не отпускали. Глаза Ани на секунду сверкнули красным, что озадачило Шкарину и она отпустила чужую руку.       – Твои глаза… – Катя неотрывно смотрела в серо-зелёные глаза. – Мне ведь не показалось?       Аня поджала губы, продолжая молчать, но больше не убегала.       – Ань, ты же знаешь меня… – тихо произнесла Катя, надеясь достучаться до подруги. – Мне… да, мне важно, чтобы ты была рядом, когда я прохожу через это.       – Зайди вечером, – так же тихо ответила Аня и всё же зашла в корпус.       Катя облегчённо вздохнула и через пару секунд последовала за девушкой.       Препод ещё не успел открыть кабинет, а значит, он сегодня опаздывал. В принципе, у Германа Юрьевича это было в порядке вещей – постоянно опаздывать. Интересно, на роды своей жены он тоже опоздал или удосужился прийти вовремя?       Аня стояла в отдалении от остальной группы, и Катя нахмурилась. Соболева ясно дала понять, что сейчас не настроена на разговор, так что пришлось отойти к остальным ребятам.       Шкарина вполуха слушала разговоры одногруппников, часто поглядывая в сторону подруги. Она не совсем понимала природу своего контроля, но верила, что это просто из-за сложившейся ситуации.       К группе подошёл Коля Стечкин, который часто любил опаздывать на полпары, а сегодня даже раньше пришёл, чему удивились все. И Катя знала, что ему симпатична Аня.       Она стояла одна, чем парень и воспользовался. Коля подошёл к ней с широкой обаятельной улыбкой, а Катя напряглась. Она почувствовала, как злится, но пока не осознавала на кого или на что.       – Привет, Анют! – протянул Коля. – С Катюхой поссорилась?       – Привет… – Соболева невольно глянула на подругу в толпе ребят. Их взгляды встретились на пару секунд, пока Шкарина не отвернулась. – Возникли сложности.       – Может, я могу составить тебе компанию сегодня?       – Я… – Аня не успела ответить, как в стену между ними ударила чья-то ладонь. Девушка увидела спину в сером пальто и сразу всё поняла.       – Как делишки? – спросила Катя в своей излюбленной нахальной форме. – Смотрю, ты сегодня не проспал.       – Тебе чего надо? – парень в штыки воспринял Шкарину. – Я с Аней разговариваю, да, Ань?       Соболева выглянула из-за спины Кати и посмотрела сначала на добродушный взгляд Коли, адресованный ей, а потом на подругу, которая могла прожечь взглядом Стечкина и таила в себе скрытую угрозу.       – Мы разговаривали, – кивнула Аня, возвращая самообладание. – Но уже закончили.       – Ань, моё предложение ещё в силе, – сказал Коля и обошёл Катю, чтобы встать напротив девушки.       – Коля, удача сегодня не на твоей стороне, – проговорила Шкарина и положила руку на плечо Соболевой. – У нас с Аней сегодня были планы, в которые ты никак не входишь.       Парень раздражённо вздохнул, сдерживая себя от колкостей. Катя продолжала смотреть точно ему в глаза, пока тот наконец не сдался и не ушёл к ребятам.       – Что это было? – поинтересовалась Аня, подняв взгляд на подругу. Та тяжело дышала, не сводя убийственного взгляда с Коли.       – Я не знаю… – Шкарина качнула головой, прикрыв глаза и убрав руку с чужого плеча. – Похоже на помешательство… Я ведь не испортила тебе отношения с Колей.       – Нет, он мне не нравится.       – Тогда ладно.       Наконец подошёл преподаватель, и Катя зашла в аудиторию одна из первых, сев на своё место. Она положила голову на руки, готовая просто со стыда сгореть. Что только что произошло? Зачем она влезла в этот разговор? Это всё животная часть, верно?       – Я сяду? – неуверенно сказала Аня, стоя рядом с партой, где они весь прошлый год сидели вместе. Катя подняла голову и подвинулась к стене.       Было непривычно сидеть рядом целый день и не разговаривать. Никто не решался начать разговор.       Когда Катя вернулась домой после учёбы, нервозность дала о себе знать. Она долго думала над тем, что могла сказать Ане, а что утаить. Ей не хотелось что-либо скрывать от неё, и Кирилл был прав: только ей принимать решение. Катя скажет правду и получит то, что заслужила. Если после этого разговора она станет мишенью, пусть так оно и будет.       В дверь комнаты постучались, и пришлось открыть.       – Ты сегодня волнуешься, – сказала обеспокоенная Ольга, оглядывая свою дочь. Женщина всегда знала, что творилось на душе у Кати.       – Я немного не сошлась во мнении с Аней, – это точно можно было сказать.       – Немного?       Ольга прошла в комнату и быстрым взглядом скользнула по мебели и предметам.       – Ладно, Аня считает меня своим врагом номер один, – всё же призналась девушка и усмехнулась.       – Это очень серьёзно, – женщина посочувствовала дочери. – А по какой причине?       – Недавно мне пришлось принять другую сторону, после чего она записала меня во враги.       – Вам уже удалось поговорить об этом?       – Нет, мы только будем говорить, – сказала Катя и нервно потеребила край футболки. – Страшно как-то.       – Ты ценишь отношения с ней, – подметила Ольга, и дочь кивнула. – Я уверена, если ты не ставишь на ней крест, значит, она того стоит. Возможно, у вас возникло недопонимание.       – Хотелось бы надеяться, – Катя слабо улыбнулась и присела на край стола. – Нужно быть просто честными друг с другом.       – Доверие – основа любых отношений, – сказала женщина, отходя к двери. – Но если ты доверяешь человеку самое дорогое, а он в ответ тебе ничего не даёт, то такие отношения не имеют смысла.       – Спасибо.       Катя закрыла за мамой дверь и задумалась. Доверие… Она лгала маме и отчиму, потому что не хотела знакомить их с тем миром, в котором жила сейчас. Это опасно для всех.       Ближе к пяти часам девушка начала собираться. Она чувствовала себя ужасно и только больше накручивала себя, когда думала о том, что Аня пошлёт её прямо на пороге. Что могла сделать ведьма оборотню? А волку? И чем опасны волки для ведьм?       Катя затолкала панику поглубже, но тревога не хотела уходить. Она решила зайти по пути в магазин и купить любимых сочников Ани, чтобы та, в случае чего, не смогла закрыть перед носом дверь.       И чем ближе девушка становилась к дому подруги, тем медленнее шла, а потом и вовсе остановилась перед нужным подъездом. Буквально через пару минут она признается, что является волком. Да уж…       Она ввела код от домофона и зашла в подъезд. Сегодня лифт не работал, что расстроило бы старую Катю, но нынешняя поднималась на восьмой этаж без напряжения.       Катя застыла перед дверью с поднятой рукой у звонка. Оставалось сделать последнее действие, чтобы оказаться лицом к лицу с Аней.       Она нажала на звонок и прислушалась к шуму внутри квартиры. Аня неспешно подошла к двери (видимо, тоже волновалась), а после открылась дверь.       – Привет, – Катя слабо улыбнулась и протянула пакет с сочниками. – Только не говори, что выставишь меня за дверь, когда возьмёшь пакет.       – Я подумаю, – Аня забрала пакет, а её губы дрогнула в улыбке.       Девушки прошли в квартиру. Катя сняла пальто и сунула ноги в тапочки, которые когда-то специально купила себе, чтобы изредка гостить у подруги, а затем прошла за Аней на кухню. Вася сидел посреди кухни и смотрел на гостью прищуренными настороженным глазами.       – Почему он на меня так смотрит? – поинтересовалась Катя, садясь за стол. Раньше присутствие кота особо никак не напрягало. – Только не говори, что это особенный кот.       Аня положила пакет на стол и поставила чайник. Она стояла спиной к подруге, не решаясь повернуться к ней, думая, что может выдать прямым зрительным контактом больше, чем планировала.       – Вася – мой фамильяр. Для нас это в порядке вещей, – всё же сказала Аня и повернулась к девушке, присев на край кухонного стола. – Коты сами по себе могут чувствовать сверхъестественное, например, дыры в пространстве или оборотня, даже если у того будет защита. И Вася защищает меня.       – Ладно… – Катя чувствовала себя неуютно в этой квартире, хотя раньше всё было нормально. Раньше всё было спокойно. – Значит, ты готова делиться своими секретами?       Она смотрела на Аню с надеждой и боялась оступиться, ведь никогда не знаешь, что стоило ждать от ведьм, как говорил Кирилл.       – Не всеми, но я готова рассмотреть возможность мира между нами.       – Мира? – Аня мысленно отвесила себе подзатыльник. Стоило лучше подбирать слова. – Как будто между нами шла война, в конце которой ты смилостивилась и соизволила прийти к мирному соглашению. Я никогда не считала тебя своим врагом.       – Даже после того, что узнала обо мне? – тихо спросила Соболева, опустив глаза в пол.       – Для меня нет разницы, кто ты. Ведьма или человек… Разве это имеет значение? – задалась вопросом Катя. – Мы являемся врагами только по тому, что наши предки начали эту вражду. Нам не обязательно быть такими, верно?       – Предки? – не поняла Аня. Шкарина поднялась с места за долю секунды до закипания чайника и отключила плиту. – Как ты…       – Быть оборотнем – иметь хороший слух, – улыбнулась Катя и, чтобы не чувствовать нервозность, решила заварить чай. – И из того, что мне удалось узнать о себе… Оказывается, мои предки вполне могли быть оборотнями.       – Подожди, как ты узнала об этом? Такое нельзя сказать с первого взгляда.       – Пока мы с тобой… дурака валяли, я познакомилась с несколькими городскими оборотнями. Мы никак не могли понять, к какому виду я отношусь, поэтому в итоге приписали мне один вид и, основываясь на этом, предположили, что в моём роду могли быть оборотни. Я не лиса, Ань, не как Виноградов. Другая, – Катя пока не могла решиться сказать правду. – У меня были спящие гены оборотня, которые пробудились после укуса.       Она поставила кружки на стол и всё же села на своё место. Смотреть в глаза она не могла.       – Спящие гены? Я никогда не слышала об этом…       – Как будто ты эксперт по части оборотней, – проговорила Катя, не думая задеть подругу.       – Ну знаешь ли! – всё же огрызнулась Аня, пододвигая одну из кружек к себе. – Ведьмы тоже кое-что знают про оборотней. Не так много, но нам иногда и этого достаточно.       – И прежде, чем я скажу тебе ещё кое-что, ты должна знать, – сказала Шкарина и подняла глаза. – Я доверяю тебе, всегда доверяла. Ты ни разу не выдала меня моему отчиму, тем более моей маме. Я… ценю это.       В груди у Ани всё затрепетало, а на лице заиграла глупая улыбка.       – Могу только представить, что было бы с тобой, если бы кто-то узнал о том, что ходишь по заброшкам и общаешься с местной шпаной, которая там гуляет. И как только ты не попадалась охране? – Соболева обхватила кружку ладонями, а потом достала из пакета сочник. Он пах очень вкусно…       – Что ж… – слова никак не хотели выходить, так что пришлось выдавливать их из себя. – Я могу быть... волком.       Катя не смогла различить точные эмоции, которые испытывала в тот момент Аня. Точно было удивление, недоверие и страх, что это могло оказаться правдой.       – Нет… – выдохнула она и выронила сочник, упавший в кружку. Чай расплескался по столу.       Катя не спешила с действиями, стараясь больше не шокировать подругу. Она неспешно встала и взяла с раковины губку, затем аккуратно подступила к девушке и убрала жидкость со стола, пока Аня приходила в себя.       – Неожиданно, – сказала Соболева, но Шкарина не совсем поняла, на что она сейчас так реагировала. – Волков не может быть…       Катя убрала губку и помыла руки, оставшись стоять у раковины, прислонившись к ней боком.       – Я даже не знаю, что тебе сказать на это, – она пожала плечами. – Мне известно, что ведьмы истребили волков в прошлом веке и никого не осталось. Я ни в коем случае не виню тебя или других ведьм, каждый защищался своими методами.       – Волк… Папа рассказывал, какими они были со слов его бабушки, – начала говорить Аня, не глядя на подругу. – Сильные, быстрые и опасные. Ведьмы с большим трудом могли защититься даже от одного волка, а о целой стаи и говорить нечего. У них была сила, способная оборвать нашу магию.       – Какая сила? – осторожно спросила Катя, оставаясь на своём месте.       – Я не знаю, никто из ведьм точно не мог сказать этого, – продолжала Соболева. – И всегда это происходило быстро, так что и понять ничего не успевали.       – Ты боишься волков? – Шкарина решила сесть напротив девушки. Аня подняла на неё растерянный взгляд.       – Да, я всё детство их боялась. Со временем я стала понимать, что бессмысленно бояться тех, кого больше нет, а сейчас появилась ты с таким заявлением…       – Извини, – произнесла Катя и пододвинула свою кружку к Ане. В её же продолжал плавать разбухший сочник. – Раньше для тебя проблемой было то, что я стала оборотнем, а теперь… Надеюсь, это не помешает нам общаться.       Девушка запустила руки в волосы и прикрыла глаза. Аня посмотрела на кружку, которую ей отдали, и поджала губы. Катя была всё той же: она всегда делала так, когда сильно волновалась, а её забота и нежелание показаться чудовищем в глазах подруги грело душу.       – Я не представляю, какого тебе сейчас, – призналась Соболева и протянула руку к девушке. Она коснулась её руки, привлекая чужое внимание, и сжала её несильно. – Но ты сильная, я давно заметила это.       Катя подняла глаза, и Аня не смогла отвести от них взгляд. Сейчас они были другими, блестящими, ярко-голубыми, словно два топаза в хищной оправе. Эти глаза одновременно пугали и завораживали, и на пару секунд показалось, что ничего в этом мире не существует, кроме этих глаз.       – У тебя удивительные глаза, – сказала Аня, не задумываясь, и только после поняла, что ляпнула. – Прости…       – Ничего, – Катя моргнула пару раз, и её глаза вернули прежний серо-голубой оттенок. С этими глазами Соболева была знакома дольше и мечтала, чтобы они никогда не пропадали. – Ты тоже можешь менять свои глаза?       – Да, но мы не часто прибегаем к этому, – Аня отвела взгляд, чувствуя себя дурой. – Оборотни часто показывают свои глаза, а вот ведьмам это не нужно. Когда мы угрожаем или показываем свою силу, появляются красные глаза, но в основном они работают только на неопытных, кто не знаком с нашим миром, или на глупых оборотнях. Цвет наших глаз – это отражение нашей магии, что течёт внутри нас. У ведьм красные глаза, а вот у оборотней другие.       – Да, я знаю об этом, спасибо.       – Кать, а можно взглянуть на твою серьгу? – Катя вопросительно посмотрела на подругу, а потом сняла с уха оберег. По телу прошла волна, и внутри вдруг стало пусто, словно её лишили чего-то важного.       – Это нормально? То, что я сейчас чувствую? – спросила она, протягивая серьгу. – Пустоту.       Аня ответила не сразу. Она почувствовала сильную энергию, исходившую от девушки, и растерялась.       – Я никогда прежде не сталкивалась с такой сильной аурой, – призналась Соболева. – Ни у одного оборотня, что мне когда-то доводилось встречать, такого не было.       – Это хорошо или плохо?       – Наверное, такова твоя природа, – пожала плечами Аня и принялась рассматривать оберег. – У Виноградова сила оборотня не была столь яркой. А вот насчёт пустоты… Это нормально, так всегда бывает, когда возникла связь с оберегом и ты невольно с ним рассталась.       – Что скажешь?       – Кельтский дракон, – произнесла Аня. – Хороший оберег сам по себе, но я чувствую, что над ним поработала хорошая ведьма или колдун. Похоже на серебро.       – Но ведь серебро опасно для оборотней, верно?       – Да, но если его зачаровать, то оно будет приносить пользу. Чары подобного типа могут создать лишь единицы, потому что серебро – магический металл, не нуждающийся в дополнении. Редко для оборотней делают серебряные обереги.       – Вот как… То есть я везунчик? – усмехнулась Катя.       – Ну, да, наверное, – Аня вернула серьгу. – Носи её постоянно, чтобы тебя не нашли. И ещё кое-что: магия ведьм тебе точно не грозит, зачарованное серебро не пропустит.       Катя вернула серьгу на место, и сила оборотня исчезла, словно и не было её никогда. Соболева раздосадованно выдохнула, но так было нужно.       – Ань, как ты вообще? – спросила Шкарина, решая сменить тему. – В обычной жизни. Мы давно с тобой не говорили по душам.       – Да уж, – усмехнулась Аня. – Я в порядке, всё по-старому. А ты как поживаешь? Мама ничего не заподозрила?       – На удивление, она словно ничего не замечает, – это заставило девушку всерьёз задуматься. – Или мне везёт, или она просто не хочет знать, во что я на этот раз вляпалась. Был момент, когда я чуть не спалилась. Через окно вышла посреди ночи, а вернулась через дверь. Мама никак не могла понять, как я вышла незамеченной, но мне удалось выкрутиться, сказав, что та крепко спала.       – Ходишь по грани.       – Знаю.       – А ты не думала съехать от семьи? – спросила Аня, обдумывая кое-что. - Ты не сможешь и дальше прятаться, рано или поздно тебя раскроют.       – Да, я уже подумывала об этом, – призналась Катя и вздохнула. – Но пока не искала квартиры. В общежитие мне уже точно нельзя.       – Можешь у меня пожить… – предложила Соболева, за что получила шипение от Васи, сидевшего у ножки стола с её стороны. – Если хочешь.       – Твой кот явно против, да? – Шкарина наклонилась, чтобы посмотреть на недовольного кота. Тот зашипел на неё и выгнулся дугой. – Он может мне что-то сделать?       – Что-то связанное с магией не сможет, а вот лицо поцарапать вполне.       – Быстро заживёт, но приятного в этом будет мало, – добавила от себя Катя. – Ты точно уверена, что я могу перебраться к тебе?       – Да, решай быстрее, пока я не передумала.       – Хорошо.       Катя поднялась из-за стола и размялась. Чай так и остался никем не тронутый.       – Пойду тогда, вещи соберу, – Шкарина широко улыбнулась и спиной пошла в прихожую. – Много места я не займу.       – Иди уже!       Когда Аня осталась наедине с Васей в квартире, пришлось выслушивать фамильяра.       – Я понимаю, что ты влюблена, но ты точно уверена в своём решении? – вкрадчиво спросил кот. – Опрометчиво подселять к себе оборотня, к тому же волка.       – Всё-таки волк? – девушка поджала губы. – Я доверяю Кате, да и ты рядом.       – Я не против того, чтобы с тобой общался волк, но как ты будешь объяснять родителям ситуацию? Они явно будут против всего.       – Буду скрывать до тех пор, пока не придумаю хорошее решение, – пожала плечами Аня. – В конце концов, я хочу верить, что всё будет хорошо.       Ведьма и волк. Никогда прежде никто из её родных не говорил о связи с оборотнем, не то что с волком. Что ждало Аню? Крах или всё же счастье?