Солнечная вспышка

Джеймс рассчитывал проснуться на следующее утро пораньше и попросить отца подбросить его до колледжа. Из-за мыслей о Регулусе он напрочь забыл, что оставил свой пикап у школы. Однако, когда прямо перед сном он выглянул в окно, машина обнаружилась на подъездной дорожке — как будто он сам пригнал её домой. Он спустился вниз, вышел в холодную вечернюю прохладу и открыл дверцу кабины. Пикап был незаперт, а ключи торчали в замке зажигания. Вытащив их, Джеймс сунул ключи в карман пижамных штанов. Он был почти уверен, что они лежали в его школьной сумке. Как Регулусу удалось их вытащить? Должно быть, стянул, пока Джеймс сидел с ним в машине. Следующее утро выдалось приятным. Ну, насколько вообще может быть приятным утро в Годриковой Впадине. Дождя не было, хотя небо по-прежнему затягивали тучи. Было прохладно, но не морозно. Настолько тепло, что Джеймс надел под плотный свитер футболку с коротким рукавом — на случай, если представится возможность этот самый свитер снять. Он, как обычно, на скорую руку приготовил завтрак и уехал еще до того, как отец поднялся с постели. Отец показался странно разочарованным тем, что Джеймс проведет весь день вне дома, хотя сам Джеймс не понимал почему. Почти каждый день он либо учился, либо работал, и они и так не особо много времени проводили вместе, если не считать совместных ужинов. И всё же из-за этого он почувствовал укол необъяснимой вины. Питер и Рита приехали к Хогвартсу раньше него. Увидев их, Джеймс вслух рассмеялся. Оба подпирали капоты своих машин и смотрели куда угодно, только не друг на друга. Компания подобралась максимально неподходящая, и выражение их лиц Джеймса ничуть не удивило. Рита выглядела просто раздраженной, с этим её типичным выражением лица «я выше всего этого», в то время как на Питера было больно смотреть: казалось, он всерьез подумывает прыгнуть под встречную машину, лишь бы спастись от этого неловкого напряжения. — Доброе утро, — бодро поздоровался Джеймс. При его появлении оба заметно расслабились, хотя Рита тут же вернула на лицо маску гнева и осуждения. «Ах да, — вспомнил Джеймс, — мое свидание с Гилдероем». Зря он вообще на это согласился. Интересно, перестанет ли Рита буравить его взглядом, если он пошлет этого типа подальше? — Отличная погода для прогулки, — вместо приветствия отозвался Питер. — Это точно, — согласился Джеймс. — Как дела, Рита? — спросил он со своей самой лучезарной улыбкой. — Когда приедут остальные? — пробурчала она вместо ответа. Они прождали еще минут двадцать, пока подтягивались остальные. Фрэнк ехал прямо за Джеймсом и свернул на парковку всего через пару минут после него. Он весь так и дергался от нервяка, будто с утра перебрал с кофе. А когда подъехала Элис, его состояние ухудшилось раз в десять. Бенджи и еще две девчонки, чьих имен Джеймс никак не мог вспомнить, прикатили вместе на побитом фургоне Бенджи. Последним, минут на пятнадцать опоздав, явился Гилдерой. Регулус, само собой, не пришел. Джеймс и не думал, что тот появится, но не мог отрицать легкого разочарования, когда машина Регулуса так и не показалась на стоянке. — Ну что, готовы выдвигаться? — спросил Гилдерой. — Чур, я впереди! — выкрикнула в ответ Рита и, бросив на Джеймса ядовитую ухмылку, запрыгнула во внедорожник Гилдероя. Питер, смеясь, покачал головой: — Гляди в оба, она уведет твоего мужика, — прошептал он. — Пожалуйста, не называй Гилдероя моим мужиком, — простонал Джеймс. Они поехали на двух машинах. Джеймс, Питер, Рита и Алиса запрыгнули в джип к Гилдерою. Бенджи, две другие девчонки и Фрэнк забрались в фургон Бенджи. Джеймс бросил на Фрэнка недоуменный взгляд, но тот лишь беспомощно развел руками — мол, какая-то неведомая сила заставляет его ехать отдельно от Элис. Черное озеро находилось недалеко от дома Римуса, однако на то, чтобы преодолеть эти несколько миль, ушло гораздо больше времени, чем Джеймс ожидал. Он всё никак не мог привыкнуть к местным горным дорогам. Путь, который обычно занимал от силы пару минут, растянулся почти на полчаса. К моменту, когда они наконец припарковались, Джеймса слегка укачало. На побережье накрапывал мелкий дождь, но Джеймс был даже рад холодным каплям, падавшим на его разгоряченное лицо. Остальные говорили, что Черное озеро — это на самом деле часть океана, а не настоящее озеро, и это стало очевидно, едва Джеймс вышел на берег. Сама бухта была окружена высокими стенами из изрезанных скал и густого леса. Пляж был усыпан мелкой черной галькой, из-за чего вода казалась обсидиановой. Джеймсу стало интересно, как она выглядит на солнце — блестит ли ярким глянцем или же эта черная толща поглощает солнечные лучи без остатка. Для такого места, как Годриковая Впадина, это был идеальный пляж: здесь всё было серым и мрачным. Даже большая часть зелени отливала такой темной просинью, какая бывает разве что в самых недосягаемых глубинах океана. — Плавать собираешься? — спросил Бенджи, подбегая и становясь рядом с Джеймсом. — Не знаю. Думаешь, вода слишком холодная? — спросил Джеймс. — О, она точно ледяная. Но меня это не остановит, — с подмигиванием ответил Бенджи. Джеймс проводил взглядом Бенджи, который вразвалочку направился обратно к фургону, чтобы начать разгружать те немногие вещи, что они с собой взяли. Вода, хоть и была слишком темной, чтобы разглядеть дно, странным образом манила к себе. Джеймс всегда любил плавать. В детстве у них на заднем дворе был бассейн, в котором Джеймс проводил каждый божий день лета, пока ему не исполнилось лет тринадцать. Глубина там была всего метра полтора, так что к старшим классам он слишком вытянулся, чтобы получать от этого удовольствие. И всё же в воде он проводил много времени. Единственное, к чему он не привык — это к дикой природе вокруг. За свою жизнь он не раз бывал на пляжах и всегда кайфовал от этого, но пляжи Восточного побережья разительно отличались от Западного, а уж тем более от таких мест, как Черное озеро. Мысль о том, чтобы броситься в эту воду, немного пугала. Особенно учитывая, что из-за абсолютной непрозрачности воды он понятия не имел, что окажется у него под ногами. Остальных, похоже, суровость природы ничуть не смущала. Находиться среди этого леса, деревьев и черной воды было для них так же естественно, как для Джеймса — ездить в нью-йоркском метро. В них чувствовалась та непринужденность, которой самому Джеймсу, как ему казалось, не хватало. Интересно, чувствовали ли его родители себя так же? Наверное, нет, ведь они выросли в Годриковой Впадине. Джеймс просто ощущал себя так, словно изначально играл на чужом поле. — Эй, Джеймс, не поможешь нам с этим? — окликнула его одна из девчонок, имени которой он не помнил. Джеймс кивнул и трусцой направился обратно к машине — тошнота от поездки наконец отпустила. Они привезли с собой переносной холодильник, а также кучу явно видавших виды складных кемпинговых кресел. Пляж был практически безлюдным. Далеко в стороне, там, где бухта соединялась с открытым побережьем, Джеймс заметил нескольких пожилых мужчин, но в остальном они были одни. Впрочем, время было еще раннее. Они расставили кресла вокруг пустого кострища, и Джеймсу пришлось хорошенько отряхнуть каждое из них, чтобы выбить въевшуюся в нейлон грязь. — Давайте разведем костер, — бодро предложил Питер, и Фрэнк с Бенджи его поддержали. Элис энергично закивала, обхватив себя руками, чтобы спастись от утренней прохлады. Разжечь костер оказалось куда сложнее, чем им поначалу представлялось. Кострище было почти пустым, если не считать остатков старой золы, прибитой непрекращающимися дождями. Кое-какие дрова они привезли с собой, сам Джеймс до такого ни за что бы не додумался, но их не хватило бы даже на то, чтобы заполнить яму. — Может, соберем сучьев? — предложил Джеймс. — Надо найти сухие, — отозвалась Элис. — Иначе они не разгорятся. — Будет сделано, — Джеймс шутливо отдал Элис честь и повернулся в сторону леса. — Я с тобой, — вызвался Гилдерой, вскакивая со своего кресла. — Оу, ладно, конечно, — ответил Джеймс, бросив на Питера взгляд, который, как он надеялся, выражал всю степень его паники и немое моление: «Пошли с нами». Но Питер лишь закатил глаза и ухмыльнулся, вот же гад. — Я тоже пойду, — заявила Рита. Она грациозно направилась к ним, строя глазки Гилдерою. — Делай что хочешь, Рита, мне без разницы, — отмахнулся Гилдерой. — Не забудьте набрать сухих листьев для розжига! — крикнула им вслед Элис, когда они углубились в чащу. — Ага, так они нас и ждут, сухие-то, — пробормотал Джеймс себе под нос. Он-то надеялся прогуляться в одиночестве, возможно, немного изучить густой лес вокруг бухты, но Гилдерой буквально приклеился к нему. Он то и дело задевал руку Джеймса своей, как будто ждал, что Джеймс возьмет его за руку. Джеймс изо всех сил старался этого не замечать. Он не собирался разгуливать за ручку по лесу с парнем, который ему даже толком не нравился. Рита шла в нескольких шагах позади них. На ней были массивные каблуки — крайне непрактичная обувь для подобной вылазки, по мнению Джеймса, однако по сырой земле она ступала как заправский эксперт. Время от времени он оглядывался на нее, просто чтобы убедиться, что она не отстала, но каждый раз натыкался на ее свирепый взгляд и недовольно скрещенные на груди руки. Сбор достаточного количества сухих веток и листьев занял кучу времени. К тому моменту, как они повернули обратно, Джеймс был уже готов сам утопиться в Черном озере. Гилдерой оказался абсолютно бесполезен — неудивительно, но всё равно бесило. Джеймс тащил огромную охапку веток, поверх которых была набита гора листьев, в то время как Гилдерой нес один-единственный прутик, причем обеими руками, словно это было тяжеленное бревно. Рита не несла ничего, но от нее хотя бы был толк при сборе хвороста. Когда они вышли назад на пляж, половины компании не было. Бенджи и Фрэнк по-прежнему стояли у кострища и громко обсуждали какой-то футбольный матч. Точнее, громко распинался Бенджи, а Фрэнк по большей части выглядел растерянным, хоть и поддакивал. Элис, Питер и остальные девчонки куда-то испарились. — А где все? — спросил Джеймс, бесцеремонно сваливая все ветки и листья в кучу. — Фрэнк забыл упаковать пиво, представляешь? — со смехом выдал Бенджи, хлопнув Фрэнка по спине так сильно, что тот аж подался вперед. — Виноват, — неловко буркнул Фрэнк. — Я сегодня утром был немного рассеян. — Бывает, — отозвался Джеймс. — Есть идеи, как разжечь костер? — Ни единой, — звонко причмокнул губами Фрэнк. — Мы же просто бросаем туда спичку, да? — вставил Бенджи. — Вы двое вроде как должны быть экспертами по дикой природе, — заметил Джеймс, пока Гилдерой усаживался в одно из кемпинговых кресел. — Фрэнк, ты буквально работаешь в магазине для туризма. — Ну да, работаю, но это не значит, что я применяю всё это на практике, — оправдался Фрэнк. Бенджи и Джеймс рассмеялись. — К тому же, ты теперь тоже там работаешь. — Справедливо, — с усмешкой признал Джеймс. — Элис, кажется, понимала, что делать. Может, подождем её? Лицо Фрэнка слегка порозовело. — Да, отличная мысль, — согласился он. — Ой, да ради всего святого, — едва ли не зарычала Рита. Она вскочила так резко, что Джеймс ожидал, что она растянется, когда ее каблуки встретятся с камнями, но она, как всегда, сохранила безупречную грацию. — С дороги встань, — бросила она Джеймсу, буквально отпихнув его в сторону. Он удивленно вскинул брови и вопросительно посмотрел на Фрэнка и Бенджи, но те лишь пожали плечами. Всего через несколько мгновений в кострище уже бушевало огромное пламя. Рита отступила на шаг и отряхнула ладони от грязи и золы. — Ого, Рита, — присвистнул Бенджи. — Впечатляет. — Ничего подобного, — закатила глаза та. — Просто вы все абсолютно неполноценные. — О, вы уже разожгли костер! — крикнул Питер, подбегая к ним. На плече он тащил ящик пива. Следом по тропинке шли три девчонки, каждая несла по мелочи, и все они увлеченно болтали о своем. Было всего около десяти утра, но стоило Питеру открыть ящик с пивом, как пить начали все. Особо делать там было больше нечего, по крайней мере, пока. Они просидели у костра около часа, после чего компания начала разбредаться. Питер, Бенджи и две девчонки решили прогуляться вверх, в лес. Рита и Гилдерой увязли в бурном обсуждении какого-то реалити-шоу, которого Джеймс в глаза не видел, а Фрэнк с Элис тихонько поднялись и пошли вдоль пляжа. Убедившись, что Рита и Гилдерой увлечены беседой, Джеймс тоже встал и направился в противоположную от Фрэнка и Элис сторону, чтобы им не мешать. Ближе к полудню воздух становился теплее, хотя Джеймс подозревал, что выпитое алкогольное топливо тоже сыграло свою роль, и ему наконец стало достаточно комфортно, чтобы снять плотный свитер. Оставаться в одной футболке было всё еще слегка зябко, но Джеймс предпочитал легкую прохладу ощущению, что с него сойдет семь потов. Он ушел недалеко — ровно настолько, чтобы не слышать трескотню Гилдероя и Риты. В какой-то момент он остановился и опустился прямо на землю. Мелкие камни довольно ощутимо врезались в мягкое место, но Джеймс проигнорировал это, сосредоточившись на звуке небольших волн, бьющихся о берег. На душе было мирно и спокойно. Он не мог не думать о матери, о том, как сильно ей понравился бы этот момент. Он всегда подозревал, что она была не в восторге от его решения жить так далеко от них, хотя, в отличие от отца, никогда не говорила об этом вслух. Она всегда хотела, чтобы он сам принимал решения, чтобы искал свое счастье, не оглядываясь на её одобрение. Но даже сейчас он никак не мог избавиться от потребности в этом самом одобрении. Он думал о том, как счастлива она была бы узнать, что он вернулся в Годрикову Впадину, что ведет себя как взрослый и заботится об отце. Мысль о том, что она бы им гордилась, наполнила его таким теплом, которого хватило бы, чтобы согревать его весь день. Он сидел и позволял мыслям течь самим по себе, а поскольку без присмотра они всегда упрямо сворачивали в одну сторону, то вскоре вернулись к Регулусу. К своему стыду, Джеймс поймал себя на мысли, что безумно хочет, чтобы тот был сейчас здесь. Он представил, как Регулус сидит рядом, как его тонкие пальцы случайно задевают ладонь Джеймса, пока они слушают шум воды. Смутившись от собственных фантазий, он тряхнул головой и импульсивно решил снять обувь и носки, чтобы окунуть ноги в воду. Вода оказалась ледяной, настолько, что кожу аж обожгло болью, но это послужило идеальной встряской. Он не думает о Регулусе. Точно не думает. А если и думает, то это происходит помимо его воли, и он вообще на этом не зацикливается. — Ты так пальцев недосчитаешься, — раздался сзади чей-то голос. Джеймс обернулся и увидел Римуса. Тот стоял на пляже, засунув руки в карманы куртки, с тихой ухмылкой на лице. — Может, я к этому и стремлюсь, — съязвил Джеймс. — Ну, в таком случае, ни в чем себе не отказывай, не буду мешать, — с усмешкой отозвался Римус. Джеймс широко улыбнулся и выскочил из воды. Он изо всех сил потряс ногами, пытаясь их обсушить, от ледяной воды их уже больно ломило, а затем натянул носки и ботинки. — Ну ты и придурок. — Знаешь, ты не первый, кто мне это говорит, — весело отозвался Джеймс. — Может, сам попробуешь? Римус ухмыльнулся: — Как-нибудь в другой раз. — Ты-то что тут делаешь? Сталкеришь меня? — добавил Джеймс с подмигиванием. Римус громко рассмеялся: — Ты вообще-то на территории моей резервации, забыл? — А, точно, — вспомнил Джеймс. Они вдвоем пошли обратно по берегу к костру, который уже вовсю полыхал. Накатывая к лагерю, Джеймс заметил у огня две новые фигуры. — Марлин обожает сюда приходить, — пояснил Римус. Само собой, это были Марлин и Доркас, мог бы и сам догадаться. — А вы с Доркас нет? — спросил он. Римус покачал головой, хотя на его лице появилась теплая улыбка. — Ни один из нас не фанат пляжей, — сказал он. — Но Доркас просто не способна отказать Марлин, если та что-то по-настоящему вбила себе в голову. — А ты, выходит, просто увязался за ними третьим лишним? — спросил Джеймс, пихнув Римуса локтем в бок. — Если бы, — со стоном выдохнул Римус. Джеймс бросил на него вопросительный взгляд. — Потом расскажу, — тихо добавил он. Наконец они подошли к костру, и в этот момент их заметила Доркас. — Привет, Джеймс, — бросила Доркас. На её лице играла такая широкая хищная усмешка, что Джеймс невольно замялся. — Гилдерой тут как раз рассказывал нам о вашем предстоящем свидании. — А, ну да, — вежливо выдавил из себя Джеймс. — Не думал, что ты знаешь кого-то за пределами нашего колледжа, — подал голос Гилдерой, наконец-то поднимаясь с места и заставляя Риту снова недовольно скрестить руки на груди. Гилдерой смерил Джеймса обиженным взглядом, который смотрелся довольно дико на его обычно идеально улыбчивом лице. — О, да, наши семьи — старые друзья, — пояснил Джеймс, кивнув на Римуса. — Это Римус, кстати. А это Марлин и Доркас. Гилдерой ослепительно улыбнулся девчонкам, но на Римуса всё еще косился с подозрением. — А это Гилдерой и Рита. Рита смерила Римуса оценивающим взглядом с ног до головы, после чего поднялась, чтобы пожать ему руку. Римус удивленно посмотрел на Джеймса, но тот лишь пожал плечами: мотивы Риты для него всегда оставались загадкой. — О, привет, ребят, — внезапно раздался голос Питера. Он только что вышел из леса, но Бенджи и двух девчонок с ним не было. — Привет, а где остальные? — спросил Джеймс. — Убежали вперед, — Питер пожал плечами, как будто ему было всё равно. Однако Джеймс заметил, как угол его губ поползли вниз. — А, ну и ладно, — сказал Джеймс. — Пойдем, познакомлю тебя с ребятами. Он представил Питера остальным. На Марлин была футболка с логотипом какой-то группы, которую Джеймс не знал, но глаза Питера загорелись, едва он её увидел. Они тут же ушли в свой мир, взахлеб обсуждая тур, который скоро должен был доехать до Сиэтла. Доркас наблюдала за ними с ленивым интересом, едва заметно улыбаясь и переводя взгляд с одного на другого. — Мы как раз собирались обедать, — вклинился Гилдерой. — Голоден? — Он лучезарно улыбнулся. — Да, умираю с голоду, — согласился Джеймс. Они обступили костер, жаря сосиски на металлических шампурах. Питер должен был привезти булочки и соусы, но благополучно их забыл, так что обед состоял из голых сосисок и слегка теплого пива. «А впрочем, не так уж всё и плохо», — поймал себя на мысли Джеймс. Ему было весело. — Ого, и чем, говоришь, ты зарабатываешь на жизнь? — услышал Джеймс голос Риты. Он обернулся и увидел, как она обеими руками с длинными ногтями вцепилась в бицепс Римуса. Римус смотрел на нее, как мышь на гадюку. — Я механик? — ответил он, причем его голос взлетел вверх, превращая утверждение в вопрос. — Неужели? — промурлыкала Рита. — Знаешь, мне как раз нужно кое-что подшаманить в машине. — Ладно, без проблем, загоняй как-нибудь, — буркнул Римус, неловко кашлянув. Губы Риты растянулись в хищной улыбке, но Джеймс заметил, как её взгляд на долю секунды метнулся к Гилдерою. Гилдерой на нее даже не смотрел, он вовсю улыбался Джеймсу. Ничего не говорил, просто стоял и улыбался. — Римус, не хочешь прогуляться? Ты ведь собирался показать мне ту… штуку дальше по пляжу? — громко выкрикнул Джеймс. Рита зыркнула на него с такой яростью, что Джеймс всерьез испугался, как бы она на него не набросилась. — Какую штуку? — тихо переспросил Римус. Джеймс многозначительно вскинул брови. — Ах, эту! Да, точно, конечно. Пошли. Он осторожно высвободил руку из хватки Риты, и та издала носом тихий звук, похожий на жужжание разозленной осы перед броском. — Куда это вы собрались? — спросил Гилдерой, причем его голос раздался так близко над ухом Джеймса, что тот слегка вздрогнул. — Джеймс пытается увести Римуса, — подала голос Рита. Она произнесла это вроде как в шутку, с усмешкой, но глаза её выдавали. — Что ты делаешь? — переспросил Гилдерой. — Никого я не увожу, — добродушно отозвался Джеймс, вскидывая руки в притворном жесте капитуляции. — Нельзя забирать себе еще и Римуса только потому, что Регулус отказался прийти, — чуть более резко, чем следовало, отрезала Рита. — Ты приглашал Регулуса Блэка? — удивился Гилдерой. — Откуда ты знаешь, что я звал Регулуса? — одновременно с ним спросил Джеймс. Ухмылка Риты стала еще более торжествующей. — Не знала, — самодовольно протянула Рита. — Пока ты сам только что это не подтвердил. — А зачем ты его звал? — спросил Гилдерой, и его лицо перекосило от ревности и раздражения. — Ты сказал «Регулус Блэк»? — Доркас внезапно вмешалась в разговор, буквально перерубив их перепалку своим голосом. — Ну да, — подтвердил Джеймс. — Вы знакомы? Он изо всех сил старался, чтобы голос звучал непринужденно, но, судя по косому взгляду, который бросил на него Римус, фокус не удался. — Нет, конечно нет, — с издевкой хмыкнула Доркас. Джеймс слегка наклонил голову набок, не понимая её тона. — Люди из этой семьи сюда не приходят, — тихо обронила Марлин. — Что? — переспросил Джеймс, но Марлин уже отвернулась обратно к Питеру. Доркас еще несколько секунд буравила Джеймса взглядом, после чего тоже развернулась к нему спиной. — Пошли, — прошептал Римус и, воспользовавшись тем, что Рита и Гилдерой отвлеклись, увлек его за собой. Джеймс быстро последовал за ним, и они снова зашагали к воде. — Что это сейчас вообще было? — спросил Джеймс. Римус долго не отвечал. Они шли в тишине, нарушаемой лишь шорохом камней под ногами и звуком волн, лижущих берег. — Это Регулус сказал, что вам лучше не общаться? — наконец спросил Римус. Он смотрел себе под ноги, задумчиво нахмурив брови. Джеймс едва не застонал вслух от этого вопроса. — Да, — уныло признался он. — Он практически спас мне жизнь, а потом вдруг начал избегать меня, словно я зачумленный. Это было так унизительно. А потом ни с того ни с сего снова заговорил со мной, но выдал что-то в духе: «Не думаю, что нам стоит быть друзьями, и вообще, лучше бы тот фургон переехал тебя насмерть». Джеймс попытался скопировать интонации Регулуса, вышло паршиво, но ему было плевать. — Прости, что? Что случилось? — встревоженно переспросил Римус. Джеймс вздохнул. — Ну да, в общем, пару недель назад я чуть не погиб, когда Бенджи потерял управление своим фургоном на обледенелом участке дороги. Регулус успел оттолкнуть меня с дороги, — объяснил Джеймс. Римус смотрел на него округлившимися от паники глазами. — С ума сойти, — выдохнул Римус. — Не верится, что ты мне об этом не рассказал. Джеймс пожал плечами: — Сейчас-то всё нормально. Если не считать того, что Регулус — придурок, но при этом жутко горячий, и это капец как отвлекает. Римус громко рассмеялся. — Ого, да ты всерьез на него запал, а? — протянул он, а в его глазах заплясали смешинки. — Да, спасибо, твоя поддержка неоценима, — проворчал Джеймс. — Напомни-ка еще раз, какого черта ты якобы идешь на свидание с тем блондинчиком? — спросил Римус, ткнув большим пальцем назад, в сторону Гилдероя. Джеймс на секунду поджал губы. — Я бы предпочел об этом не говорить, — отрезал он в конце концов. Судя по всему, Римусу и не требовались объяснения, этих слов ему хватило с лихвой. Он едва ли не пополам сгибался от хохота. — Только не говори мне, что Гилдерой позвал тебя на свидание прямо при Регулусе, и ты согласился только для того, чтобы заставить его ревновать, — выдавил Римус. — Да откуда ты вообще это знаешь?! — в панике воскликнул Джеймс. — У меня мозги есть, — всё еще посмеиваясь, отозвался Римус. — Ненавижу тебя, — буркнул Джеймс. Римус лишь тепло покачал головой. — Слушай, а что Марлин имела в виду, когда сказала: «Люди из этой семьи сюда не приходят»? — Марлин говорит совсем не так, — хмыкнул Римус, оценив попытку Джеймса скопировать её голос. Джеймс пожал плечами, выжидательно глядя на друга. — Мне правда не стоит об этом распространяться. — О, так это секрет? — Ага, племенная тайна. — У вас есть племенная тайна, касающаяся семьи Регулуса Блэка? — недоверчиво переспросил Джеймс. Римус коротко усмехнулся. — Да ладно тебе, это просто старая легенда, — уступил наконец Римус. — Какая еще легенда? — допытывался Джеймс. Римус вздохнул. — На самом деле это скорее страшилка, которую старейшины пересказывают из года в год, — сказал Римус. Он лениво пинал камни мыском ботинка, пока они продолжали идти вдоль побережья. Ветер начинал усиливаться. — Ладно, — медленно произнес Джеймс. — История запутанная, но если в двух словах, то племя Датурачин произошло от волков, — Римус покосился на Джеймса, словно ожидая бурной реакции, но тот лишь кивнул, побуждая продолжать. — Каждый год они рассказывают историю о волчьей стае, которая в итоге превратилась в людей. — Ну, это не так уж и страшно, — ровным тоном заметил Джеймс. Римус снова посмотрел на него, но уже с улыбкой. — А еще есть история про Гели́диас, — тихо добавил Римус. — Про кого? — спросил Джеймс, ловя каждое слово. — Гелидиас. Это от слова gelidus, что означает «холодный», — пояснил Римус. — Легенда о монстрах-людоедах. Они древние, судя по всему, ровесники легенд о волках, но, в отличие от волчьих историй, легенда о них пополняется новыми деталями каждые пару десятилетий. — Потрясающе, — выдохнул Джеймс. — Мой прадед утверждал, что лично знал одного из них перед смертью. Он говорил, что они выглядят как люди, но людьми не являются. Они никогда не стареют и не умирают, а выживают за счет того, что едят человечину. — Ладно, вот это уже жутковато, — признал Джеймс, внезапно поежившись от порыва ветра. Римус тихо хмыкнул. — Ага, есть немного, — согласился Римус. — Судя по описаниям племени, они похожи на каких-то пришельцев. Должны быть неестественно, пугающе красивыми. А потом кто-то из первых членов нашего племени встретил группу таких существ, которые заявили, что питаются животными, а не людьми. Легенда гласит, что наше племя заключило с ними договор: мы их не трогаем, пока они не суются на наши земли. — И какое отношение всё это имеет к Регулусу? — Ну, я же сказал, что мой прадед утверждал, будто знал одного из них, но он не единственный. Каждые несколько десятилетий племя словно выбирает какую-то семью или группу людей и вешает на них ярлык этих Гелидиас, — Римус в замешательстве покачал головой. — Не знаю, как это работает, но стоило семейству Блэков переехать в Годрикову Впадину, как все вокруг резко занервничали. — Ну и бред, — со смехом отозвался Джеймс. Римус согласно кивнул. — Знаю, но когда дядя Марлин отвез свою собаку в ветеринарку, которую открыл один из них, их тут же вписали в эту легенду, — Римус на секунду замолчал, прежде чем продолжить. — И нам всем пришлось перестать ходить к этому ветеринару, что, как по мне, откровенный маразм. — Интересно, а сами они об этом знают? — задумался Джеймс. — Вот этого не знаю, — ответил Римус. — Но разговорчик с ними получился бы довольно странным. — Это уж точно, — согласился Джеймс, снова вздрогнув от пронёсшегося мимо ледяного ветра. — Может, повернем назад? Что-то холодает. — Он быстро натянул свитер обратно, так как температура, казалось, упала еще сильнее. — Да, пора бы, — Римус развернулся. Они ушли не так уж далеко: Джеймс всё еще видел Питера и Марлин, увлеченных оживленной беседой. — О, а что ты собирался рассказать мне про Марлин и Доркас? — вспомнил Джеймс. Римус на секунду уставился на него, а затем моргнул: — Точно, забыл. Помнишь, Марлин предложили ту должность? Ради которой ей пришлось бы переехать? — Ну да. — В общем, они из-за этого крупно поссорились, вот только ни одна из них не признавала, что дело именно в переезде. Мы тогда ужинали вместе с родителями, это был сущий кошмар. А на следующий день Марлин пришла в мастерскую вся в слезах и заявила, что отказывается от места. Мол, «сейчас просто неподходящее время». — Рассказывая, Римус изобразил пальцами воздушные кавычки. — Боже мой, — простонал Джеймс. — Вот именно, — кивнул Римус. — Доркас была в ярости, твердила, что Марлин совершает ошибку. Марлин приняла это слишком близко к сердцу, и они вообще не разговаривали дня два. — Джеймс прыснул. — Не смейся, для них это огромный срок, — пригрозил Римус, хотя сам тоже улыбался. — Столько драмы, — покачал головой Джеймс. — Ага, я был вот на столько близок к тому, чтобы запретить им приходить ко мне в мастерскую, — Римус показал пальцами расстояние в пару сантиметров, — по крайней мере, пока они не перестанут цапаться. Но сегодня утром Доркас как ни в чем не бывало притащила на всех кофе. Марлин предложила поехать сюда, Доркас согласилась, и — вуаля — мы здесь. — Понятно, — согласился Джеймс. — Хорошо погуляли? — громко спросил Гилдерой, стоило им подойти к костру. Он снова улыбался, как делал это почти всегда, но взгляд при этом у него был какой-то злобный. — Ага, — бросил Джеймс, решив проигнорировать этот взгляд. — Остальные еще не вернулись? — Нет, интересно, что с ними стряслось? — отозвалась Рита, вглядываясь в чащу леса, словно они должны были вот-вот появиться. — Фрэнк и Элис, небось, зажали друг друга где-нибудь в кустах и вовсю милуются, — вставил Питер. И стоило ему произнести эти слова, как небо словно прорвало. В одно мгновение на них обрушился яростный ливень, стена воды накрыла их с головой. — Все к машинам! — крикнул Гилдерой и первый бросился наутек. Все рванули за ним. Джеймс опасно поскользнулся на мокрых камнях, но Римус успел подхватить его и удержать на ногах. Секундой позже из леса выбежали Фрэнк и Элис, хотя Джеймс даже не заметил, с какой стороны. Они вдвоем, а также Питер, Марлин, Доркас и Римус помогли Джеймсу спешно свалить в кучу стулья и холодильники, чтобы дотащить вещи до машин. Бенджи и двух других девчонок нигде не было видно, поэтому они просто забросили весь хлам в багажник внедорожника Гилдероя. Сам Гилдерой и Рита уже сидели на передних сиденьях, машина была заведена, а печка работала на полную мощность. — Пока, Джеймс, добирайся аккуратнее! — крикнул Римус, пока они с Марлин и Доркас бежали к его пикапу. — Счастливо! — крикнул в ответ Джеймс и залез в джип. Фрэнк и Элис уже устроились на задних сиденьях, а Джеймс запрыгнул на средний ряд, заняв место рядом с Питером. — Все целы? — НЕТ! — громко рявкнула Рита, отчего Джеймс даже слегка вздрогнул. — У меня прическа испорчена! — Я вообще не думал, что сегодня будет дождь, — подал голос Гилдерой. — Его и не обещали, — отозвался Питер. Джеймс повернулся, чтобы спросить Фрэнка и Элис, где они пропадали весь день, но осекся, заметив, как они смотрят друг на друга. Оба сидели, уставившись вперед, но каждые пару секунд бросали друг на друга быстрые взгляды, а их щеки горели румянцем. Джеймс снова повернулся к Питеру. — А где Бенджи и девчонки? — спросил Джеймс. Питер внезапно занервничал. — Не знаю, — ответил он. — Я не видел их с тех пор, как они бросили меня на тропе. — Думаешь, с ними всё в порядке? — спросил Джеймс. В машине воцарилась тишина. Все, замерев, всматривались сквозь пелену дождя в темную стену леса. В голове у Джеймса упрямо крутилась история про Гелидиас, чудовищ-людоедов. Он понимал, что это сказки, но в то же время — мало ли что могло случиться? Что, если Гелидиас — это просто метафора для медведей или других хищников, и на Бенджи с девчонками напали? Но как раз в тот момент, когда в нем начала закипать паника, все трое выбежали из-за деревьев и припустили к своему фургону. Бенджи махнул им рукой в знак того, что всё в порядке, и залез внутрь. — Давайте сваливать отсюда, — скомандовала Рита, как только ребята благополучно устроились в соседней машине. — Да, отличная идея, — согласился Гилдерой.