Огонь для двоих

— Он не слушает. Валтор сейчас в своих мыслях в миллионах миль отсюда. — Айси стояла у стены, впившись взглядом в лицо Блум, расплывающееся в водопаде. Черты лица такие до боли знакомые: рыжие волосы, синие глаза, этот вечный вызов во взгляде. А особенно эта мерзкая, добрая улыбка. — Эй! — не выдержала она и двинулась к водопаду. — Может, проявишь больше энтузиазма? Чего это ты так заинтересовался Блум, интересно знать? Она ударила по портрету кулаком, и ледяная корка мгновенно покрыла изображение. Валтор не вздрогнул. Он все также стоял ровно, скрестив руки на груди, и смотрел на неё с той лёгкой усмешкой, которая бесила больше любого оскорбления. Будто она была ребёнком, который капризничает, а он — весь из себя снисходительный взрослый. — Может, он в неё просто влюбился? — шепнула Дарси, наклонившись к Шторми, растягивая слова с ленивой, почти кошачьей провокацией. Её пальцы играли с прядью волос, но в глазах не было лени — только расчетливое любопытство. Сторми передёрнуло. — Фу. В пещере повисла тишина. Та самая, которая бывает, когда все думают об одном и том же, но никто не решается сказать это вслух. Только капли падали с потолка. Только свечи мерцали, отбрасывая пляшущие тени. Потому что Валтор действительно выглядел так, словно влюбился. Но Трикс даже не представляли себе, насколько сильно это чувство отличается от влюблённости. То, как он смотрел на Блум — не было простым интересом или симпатией. Это было не «она привлекательна» или «она опасна, надо следить». Он наблюдал. С интересом паука, который застыл в неподвижности перед бабочкой. Не потому, что хочет убить. А потому, что хочет понять. Как она бьётся крыльями. Как двигается. Как порхает. Как дышит, когда думает, что на неё никто не смотрит. Он изучал её. Как произведение искусства. Как загадку, у которой нет разгадки. «Мне всё равно, что вы будете делать, но не смейте трогать Блум. Она моя». Эти слова он произнёс давно, но они врезались в память каждой из Трикс, как клеймо. До сих пор от них веяло жаром — хотя Валтор говорил совершенно спокойно, как о погоде. Не «не трогайте её, она нужна для плана». Не «она важный объект». А — «она моя». Айси тогда сжала зубы так сильно, что едва не сломала. Ей казалось, она слышит, как эмаль трескается. Дарси же прищурилась — изучающе, опасно. Даже Шторми, которая обычно пропускала мимо ушей его приказы, тогда замерла на секунду дольше обычного. Вот и теперь — между ними троими и Валтором висело напряжение. Плотное, почти осязаемое. Как грозовая туча перед ливнем. — Я изучаю её, — наконец ответил Валтор, заведя руки за спину. Его голос звучал ровно, почти скучающе, но Айси не повелась. Это был лишь фасад. — Блум очень сильная. Не стоит её недооценивать. Вы, как никто другой, должны это знать. Он так сказал. Но когда он произносил её имя — губы складывались слишком медленно. Будто он пробовал его на вкус. Будто смаковал. Айси заметила это. Все они заметили. И это было хуже любого признания. В груди Айси разлилось что-то липкое, мерзкое, тяжёлое. Ревность. Но не та, что толкает на месть. Та, от которой хочется уничтожить всё вокруг, потому что он никогда не произносил ее имя также сладко. — Если она такая сильная, как ты говоришь, не лучше ли уничтожить её? — сквозь зубы процедила Айси. Вопрос был острым, как лезвие. — Пока она не стала проблемой? Она хотела услышать разумный ответ. Холодный. Расчётливый. Такой, который бы подтвердил, что он действует логично, а не ведом чувствами. Но Валтор посмотрел на неё — и Айси запнулась. Потому что в его взгляде мелькнуло что-то почти неуловимое. Угроза? Предупреждение? Или просто — граница, которую ей лучше не переступать? — Этого нельзя делать ни в коем случае. — Его голос стал тише, но от этого только опаснее. — Она нам нужна. Я ещё не знаю, для чего. Но она мне ещё понадобится. «Не знаю, для чего». Айси не поверила. Ни на секунду. Он знал. Он просто не хотел говорить. Не ей. Не им. — Ты знаешь, для чего, — прошептала она себе под нос, когда он отвернулся. — Ты просто не хочешь признаваться. Дарси услышала. Сторми тоже. Но никто ничего не сказал. В пещере снова стало тихо. Только вода капала с потолка. Только тени плясали на стенах. И где-то там, за сотни миль отсюда, фея по имени Блум спала в своей кровати — и, возможно, ей снился Валтор. А они — Трикс — сидели здесь, в сырости и холоде, и знали, что проигрывают. Не битву. Не войну. А его внимание. Его мысли. Его — если это слово вообще применимо к нему — сердце. *** В Алфее всё было обычно. Пахло выпечкой из кухни, травяными настоями Флоры и озоном после дождя. По коридорам разносились голоса — смех, споры, каблуки девочек, шелест крыльев. Кто-то забыл учебник в аудитории, кто-то подкладывал любовную записку в учебник учителя, а кто-то готовился к экзамену, который всё равно не сдаст. В общем все, как обычно. Только дождь накрыл весь Магикс большой плотной тенью. Такой же, как та, что лежала на душе Блум. Она сидела на уроке зельеварения, уставившись в одну точку на доске. Профессор Паланкин объяснял свойства лунной пыльцы, но слова пролетали мимо ее ушей, не задерживаясь. Рядом Флора старательно конспектировала, Стелла строила глазки молодому учителю, а она... она просто сидела. Перо в руке застыло. Тушь упала пятном на бумагу и расползлась кляксой, но она не предала этому значение. “Когда я перестала стараться?” мелькнуло на секунду в ее голове. Но ответа не было. Для Блум всё стало каким-то чужим... отстранённым, неважным. Только слова Фарагонды крутились в мыслях: "Испытание само найдет вас в нужный момент." — она обещала Винкс полную трансформацию в этом году. Долго и подробно объясняла на линейке, что для получения Энчантикса необходимо пожертвовать собой ради кого-то со своей планеты. Для Блум это сразу стало больной темной. А с тех пор, как появился Валтор, им было просто необходимо получить Энчантикс. Набраться сил для того, чтобы освободить Андрос и другие королевства от его колдовства. Но теперь же все Винкс получили свой Энчантикс, кроме Блум. Они прошли свои испытания, оставив подругу далеко за спиной. И от этого она чувствовала себя особенно одиноко, особенно бесполезно. Она одна неполная фея. "Все жители Домино давно исчезли. Как мне стать полноценной феей, если ни одного жителя моей планеты больше нет вживых?" — этот вопрос мучил ее постоянно. День и ночь. И сейчас мелькал в голове наряду с другим: — "Как мне противостоять Валтору, если все, что я умею - это знания прошлого курса? К тому же мы так мало знаем о нем. Кто он вообще такой?" Блум отвернулась к окну, туда, где шел проливной дождь. Она совершенно не слышала урока. Мысли ее были далеко. “Зачем ему нужна эта власть? И почему мне кажется, что Валтор не тот, за кого себя выдает?” Она знала о нем так мало. Лишь то, что он создан из огня дракона, также, как и она сама. Что он - воплощение зла, разрушения и хаоса. Но это все, что было очевидно. И так банально. Так критически мало. "Что им движет на самом деле?" — Блум, вы слушаете? — А? — она выронила перо, придя в себя слишком резко. Учитель смотрел строго и под его пристальным взглядом ей стало стыдно за свои мысли. — Простите, я задумалась. По аудитории пронеслась секундная тишина. Флора бросила на неё короткий, обеспокоенный взгляд, но ничего не сказала. Стелла что-то шепнула Музе, но Блум не разобрала слов. Да и не пыталась. Она опустила голову, виновато, и просто слушала нотации. — Эти вопросы будут на экзамене, Блум. Постарайтесь быть внимательнее. Она кивнула, но скорее для того, чтобы от нее отвязалась, а затем просто уставилась в свою тетрадь. Потому что даже после замечания ее мысли не стали более собранными. Лишь ещё сильнее зашевелились, словно рой диких пчел. "Почему я никак не могу успокоиться?" — спрашивала она себя, сжимая посильнее юбку. Хотя ответ был прямо перед носом. Все, что произошло в этом году, кружило голову не хуже детской карусели. Ская заколдовали, как и короля Радиуса. Текна заперла себя в измерении Омега. А Трикс на стороне Валтора и надежды это не внушало. Как тут не тревожиться, когда столько всего навалилось сразу? "Наверное, я просто устала..." После урока Блум ушла из класса почти первая. В надежде, что не встретит никого по дороге. Но Стелла все же догнала ее, словно на зло. — Эй, что с тобой? — подруга тут же подхватила ее под руку. Блум даже не успела возразить. — Ты хмурая, прямо как те тучи на улице. Тебе нужно взбодриться. Блум удивляло, как она может сохранять такой душевный подъем, после всего, что случилось. Но Стелла всегда была такой. Возможно просто слишком сильной духом, а возможно просто скрывала то, что гнетет ее. — Стелла, пожалуйста, не надо. — только и ответила Блум. Но подруга не унималась. — Это из-за Ская. Попадание. — Или из-за Текны? Ещё одно. — Или может из-за Валтора? Поражение. Прямо как в морском бое. Стелла разбила в дребезги весь корабль. Блум только и осталось, что вздохнуть. — Из-за всего, — честно ответила она, не поднимая взгляда. И вдруг остановилась, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. — Я думаю о том, что никогда не смогу стать такой же сильной, как вы… что я бесполезна сейчас, как никогда. Что я не могу помочь найти Текну, не могу помочь сражаться с Валтором... Я запуталась, Стелла. И так устала. И в этом была вся правда. Горькая правда, которая душила ее комом в горле. Блум закусила губу, пытаясь сдержать плач. Но Стелла уже увидела, как слезы дрожат на ее ресницах. Она уже знала, что нужно: просто обнять, прижать к своему плечу, погладить по голове. Она всегда умела утешить, даже когда ей самой было больно. — Все хорошо, Блум. Мы справимся со всем. Не волнуйся. — Нет, Стелла. Я обуза... — Не говори глупостей. Ты очень сильная. — она смотрела на Блум, словно взрослый на ребенка, который нечаянно совершил ошибку в примере. Снисходительно. С пониманием. От этого внутри становилось немного теплее. Блум шмыгнула носом, чуть отстраняясь. — Ты правда так думаешь? — Ну конечно! Поверь, когда я тебя только увидела, я подумала: она точно могущественная фея. — она взяла ее за руку, нежно, по-дружески, — Блум, ты самая сильная из нас. И я уверена, — стирая пальцем слезинку с ее щеки, — ты найдешь способ получить свой Энчантикс. Не знаю, как. Но найдешь. Блум не знала, как. Как она это делает. Но уверенность Стеллы на секунду посеяла искру надежды там где уже несколько дней тлело пламя безысходности. И Блум невольно улыбнулась, крепче сжимая ее руку. — Спасибо, Стелла! — это все, что она смогла сказать, но сказала это искренне. Так, что подруга почти просияла от радости. — Я пойду к Брендону. У нас сегодня свидание в кафе. Тебе бы тоже нужно прогуляться. Пойдем с нами? Но в этот раз Блум покачала головой. Она не хотела им мешать. — Проведите время вместе, а мне нужно делать уроки. — хотя, конечно, ни о каких уроках Блум и не думала. — Ну хорошо. Смотри не раскисай, — Стелла заправила прядку волос ей за ухо и улыбнулась на последок, прежде чем развернуться и уйти. Блум смотрела ей вслед, и тепло от ее прикосновений медленно таяло, как утренний туман под солнцем. Может действительно стоило куда-то выбраться. Может стоило встретиться со Скаем, сходить на свидание, как раньше, но… она все ещё не может смотреть ему в глаза. Она все ещё обижена на то, что случилось на Ираклионе. И не может выбросить из головы то, как он обнимал Диаспору. Как его руки касались ее - с нежностью, одержимостью... Как он признавался ей в любви. "Я всегда любил Диаспору, а ты... Ты - ведьма!" Она знала, что это все - колдовство Валтора, но… доверие к Скаю не возвращалось к ней, как бы она не старалась его простить. И снова все сводилось к Валтору. "Он меня уже достал..." Блум нахмурилась, открывая дверь своей комнаты. Бросила книги на стол и села на кровать, прижав к себе колени. Так по-детски. Прячась от всего мира. Она уже давно заметила. Все ее мысли были только о нем. Это казалось таким неправильным, таким навязчивым. Даже о Текне она думала меньше. Даже о Скае. Хотя она должна думать о них больше. Они ведь ее близкие. А Валтор... — Валтор злодей, которого я должна презирать и ненавидеть. — она взглянула на Кико, который лежал на ее подушке, безмятежно посапывая. И только сейчас она поняла, что не чувствует к нему отторжения. Не чувствует презрения, хоть и злится. — Возможно я сошла с ума. — Она говорила с пустотой, но ей казалось, словно сквозь эту пустоту ее всё-таки кто-то слышал. — Он - воплощение зла. Он - наш враг. Но почему меня к нему словно тянет..? что это? Почему так происходит? — ей казалось, что судьба издевается над ней, сводя все дороги к одному пути. Она вдруг вспомнила их первую встречу на Солярии. Уже тогда она почувствовала от него что-то странное, неуловимое, почти… знакомое. Тогда, в коридоре дворца, спускаясь по устланной ковролином лестнице, она впервые уловила его запах — горьковатый дым, аромат раритетных книг и что-то ледяное, вопреки его природе. Его взгляд, задержавшийся на ней чуть дольше, чем следовало, встретился тогда с ее. Растерянным, нервным. И между ними как будто на секунду вспыхнуло электричество. "Кто этот мужчина?" — только и пронеслось в голове, но в суете преддверия бала эта мысль быстро потерялась из виду. Ровно до битвы на Андросе. До тех минут, когда она упала в воду, полностью обездвиженная заклинанием Айси. Он поднял ее со дна. В прямом смысле. Зачем? Ей все ещё непонятно. Едва продрав залитые водой глаза, она тогда испугалась. Его шаги эхом отдавались в ушах: звук каблуков по мокрому камню — мерный, неторопливый, как метроном, отсчитывающий секунды до чего-то неизбежного. Сердце ёкнуло, когда он приблизился, когда протянул руку в синей, лайковой перчатке. Она была горячей. Даже сквозь расстояние она это ощущала. Блум попыталась закрыться рукой, ожидала удара, как от любого другого злодея, но он… не ударил. Наоборот. Его голос прозвучал бархатно, показался ей даже обходительным. Низкое вибрато, которое она не столько слышала ушами, сколько чувствовала грудной клеткой. “Здравствуй, Блум.” — он сказал это так уверенно, словно знал ее всю жизнь. Даже поклонился, приветственно. Таких манер юной фее доводилось видеть только на балах и светских приемах, которые она крайне редко посещала. А он словно был пропитан этими манерами. Сплошь и полностью. Словно из другого мира. Более древнего мира. Даже одежда на нем: длинный, коричневый плащ, белая рубашка с готическим, слегка извивающимся жабо - пережиток прошлого века. Он присел напротив, и Блум хотела отодвинуться, но была словно заворожена его присутствием. “Не бойся меня. Мы уже встречались на Солярии. Я Валтор”. — его пальцы слегка коснулись ее челки, помяли ее между пальцев. С какой-то странной нежностью, от чего Блум на секунду забыла, как дышать. Не от страха, от чего-то другого. Возможно, неожиданности. Пока другие сражались с Трикс, он совершенно спокойно стоял рядом, не пытаясь причинить ей вред. И это было страшнее всего. Страшнее любой атаки. Любого заклинания. Просто его присутствие и абсолютная, непоколебимая уверенность, от которой шли мурашки по спине. “Тебе не надо бояться меня.” — повторился он. Но Блум от этих слов боялась ещё сильнее. — “Я уверен, что ты слышала обо мне много плохого, но ты же знаешь, люди любят… преувеличивать.” Блум нахмурилась. Она не могла понять его, не могла понять его намерений. Он был для нее полнейшей загадкой. И это раздражало. “Ты сбежал из измерения Омега. Ты напал на Андрос и превратил русалок охранниц в монстров. Зачем ты это сделал? Чего ты хочешь?” — Блум задала вполне разумные вопросы, пока с ее тела стекали последние капли воды. И Валтор ответил на них тогда. Он ответил честно, в глубине души она знала. “У меня длинная история, Блум.” — ей даже показалось, что в его голосе скользнула скорбь. Но лишь на секунду. А затем он снова стал холоден и спокоен. Только его руки жестикулировали в такт каждому отчеканенному слову. “Когда-то я был сильным и уважаемым, но все изменилось. А теперь я снова свободен. И я просто хочу вернуть то, что по праву принадлежит мне. Я хочу вернуть свое. Я хочу быть главным магом волшебного измерения.” Блум сглотнула и вскочила на ноги, как только силы вернулись к ней. Ее не устраивал такой ответ. Он не давал ей абсолютно ничего. “Забудь об этом! Ты преступник!” Но с его губ сорвалось почти невинное: “Нет. Я просто хочу получить своё. Мне не нужны лишние боль и разрушения”. Он врал. И Блум это знала. Ни один здравомыслящий человек бы не поверил ему. Но почему-то Блум не чувствовала от него опасности. Не по отношению к себе... В его мерных шагах не было угрозы. Только какое-то спокойствие. И длилось оно ровно до тех пор, пока их разговор не прервали. “Валтор!” — раздался вдали голос Лейлы. А затем пронеслось несколько выпадов ее друзей, конечно же, пролетевших мимо. Он просто отпрыгнул в сторону, со скрещенными за спиной руками, будто эти удары были вообще ни о чем. “А-а-а, Винкс.” — протянул он с ухмылкой, увернувшись от луча Лейлы. — “Трикс много рассказывали мне о вас. Но судя по всему друзьями мы с вами не будем.” “Мы не хотим с тобой драться, Валтор. Сдавайся!” — прокричала тогда Блум. Но он лишь хмыкнул. Да так, что у нее запылали щеки. “Сказала блоха слону”. — он сам же посмеялся над своей колкостью, но всё ещё оставался спокоен. В отличие от неё - она горела злостью. Даже не на него. На себя и свою слабость. За то, что повелась. А ему нравилось видеть ее такой. Она видела, как он смотрел. И казалось, что он почти наслаждался тем, как она пылает. "Ты горячая, Блум. Ты создана из огня, а огонь должен пылать." "И я хочу, чтобы ты пылала для меня" — невысказанная фраза, которая зависла в воздухе. Но ее передёрнуло. “Я бы хотел с тобой сразиться, но не враждовать. Более того.” — разгуливая туда-сюда, говорил он. — “Между нами двумя: если бы ты присоединилась ко мне, я бы мог положить целый мир к твоим ногам. Все измерения подчинялись бы тебе одной. Мы могли бы возродить Домино. Ты ведь оттуда?" Блум на секунду замерла. Морщинка между бровей разгладилась. "Мама... папа..." — пронеслось у нее в голове. Валтор это заметил и усмехнулся. Не хмыкнул, а усмехнулся, как усмехается учёный, наблюдая за фотосинтезом растения. "Подумай над этим хорошенько, Блум. Такой шанс даётся раз в жизни.” “Не пытайся меня подкупить! У тебя ничего не выйдет!” — отчеканила она, но внутри снова что-то дрогнуло. До той степени, что она разозлилась еще сильнее. “Я бы не зарекался на твоём месте, Блум.” — а затем вздернул подбородок, все также расхаживая по каменному полу, стуча своими каблуками. — “Мы сразимся, но… в другое время.” Он начинал раздражать. Настолько, что сцепив зубы, Блум со всей силы швырнула в него огонек. Но он перехватил его ладонью и потушил, словно пламя свечи. Так легко и просто, что стало даже обидно. “Сейчас ты слишком устала, чтобы драться. А я не люблю простых побед.” “Тогда сразись со мной!” — Лейла вновь вмешалась, оказавшись прямо перед ним. Хлюпнув босыми ногами по мокрому камню. Требуя боя с такой уверенностью, что, казалось, его эго было задето. Он решил проучить ее, все знали. Он лишил ее зрения, чтобы показать свою силу. И с этого все и началось. Началось в мыслях Блум. Эти слова… "Мы могли бы возродить Домино." — это лживая манипуляция, но что если представить хотябы на миг... Что это правда. Что он не врёт. Кое что не давало ей покоя. То, как почти трепетно он относился к ней и как безжалостно к ее подругам. Казалось, там была целая пропасть. Он без задней мысли заколдовал Лейлу, а Блум даже не тронул. С ней он словно… играл. Как кошка с мышкой. Не для того, чтобы съесть, а потому что мышка вызывала у кошки жадный интерес. Блум не могла отделаться от этого. И не знала, заметили ли ее подруги эту разницу. “Они все умные. Они точно заметили”. — думала она. Она знала: Валтор пытается переманить ее на свою сторону. Но зачем? Почему ее? Неужели это потому что они… похожи? И насколько сильна была эта схожесть? Отрицать было глупо. Их что-то связывало. И это что-то - не просто огонь Дракона, а куда глубже, куда сложнее. Что-то, что заставляло ее все время тянуться к нему, а его - пристально наблюдать. Что-то, из-за чего она чувствовала его присутствие кожей. Неужели это судьба? Неужели это было неизбежно? Блум зажмурилась, на секунду сжав кулаки, а потом также резко открыла глаза. Перед ней знакомый вид: ее общая с Флорой комната в Алфее, растения, пустившие свои лианы по потолку, за стеной знакомые шаги, тихие, но ропотные. И все, как всегда. Но только не внутри нее. *** — Доброй ночи! — пропела усталая Флора, прежде чем улечься на кровать. Она так громко и протяжно зевнула, что Блум и сама на секунду приоткрыла рот. — Доброй ночи. — почти без энтузиазма ответила Блум. Так, ради приличия. И тут же потушила свет, чтобы не мешать отдыхать хотябы ей. Сама же она снова не могла уснуть. Каждый раз, когда закрывала глаза, ей снился кошмар. Снова и снова. Снился его голос — низкий, вкрадчивый, произносящий её имя так, будто оно принадлежало ему по праву. И каждый раз он подзывал ее к себе: “Блум, подумай, вместе мы сможем повернуть ход истории. Мы сможем вернуть Домино его былую силу. Ты сможешь править, как истинная королева. Тебе всего лишь нужно перестать быть такой гордой”. “Нет! Никогда! Я никогда не присоединюсь к тебе!” — и что-то внутри все ещё сопротивлялось ему. Что-то очень… слабое… Блум открыла глаза и повернулась на бок. Подперла голову ладонью, наблюдая за тем, как безмятежно спит Флора, как нежно вздымается ее грудь в такт спокойному дыханию. Она даже немного… завидовала. Казалось бы, впервые ее грызли подобные чувства. Раньше они были ей неведомы. “Кажется, Валтор совсем испортил меня…” — с горечью подумала она, вспоминая свою злую версию. Она не хотела вновь становиться такой. Она хотела оставаться собой. Но что-то уже изменилось. “Ничего не будет прежним”... С этим просто нужно было смириться. *** Валтор не был самым сильным противником. Нет, определённо не сильнее Даркара или ведьм прародительниц. Но его сила заключалась в хитрости. В ловкости. Блум это знала. Поэтому найти способ его победить оказалось не так уж сложно. Сложнее было выбросить его из головы. Избегая мыслей, Блум часто засиживалась в библиотеке, иногда до поздна. Заполняла голову чем-то новым, лишь бы не думать о гнетущем. И порой не гнушалась посещать запретную секцию. Фарагонда не знала. Гризельда пару раз чуть не поймала её, но Блум удавалось улизнуть — благо, магия хоть и слаба, но ноги ещё носят. Так она и наткнулась на один увесистый, старый том. Кожаный переплёт, пахнущий плесенью и временем. Страницы желтоватые, хрупкие. Блум проводила пальцами по корешку, и на секунду ей почудилось, что книга ждёт её. Словно кто-то заранее оставил её здесь. Словно кто-то знал, что она придёт. "Это слишком просто. Тебе не кажется так, Блум?" — спрашивала она себя. Или у нее просто паранойя. Блум открыла том на первой же закладке. «Об антиподах драконьего пламени». Точно не может быть совпадением. Покрытая пылью страница гласила о том, что даже у самого древнего огня есть то, что способно его загасить. И имя этому — Водные звёзды. Блум перечитала абзац трижды. Пульс участился. В груди — там, где было сердце — что-то ёкнуло. «Антипод». Противоположность. То, что создано, чтобы уничтожить. Она захлопнула книгу. — Мы можем его уничтожить... — почти шепотом сказала она. Библиотека ответила тишиной. Но почему же тогда руки так дрожали? *** — Водные звёзды? — Муза нахмурилась, переспрашивая. — Я не понимаю. Это какое-то заклинание? Они были в кабинете директрисы. Стояли все в ожидании объяснений от Блум — полукругом, как на экзамене. Стелла скрестила руки на груди, Лейла опиралась на стол, Флора прижимала к себе учебник, будто щит. Блум стояла в центре. Книга — та самая, старая, пыльная — лежала на столе Фарагонды, раскрытая на нужной странице. — Нет. Это древний антипод пламени дракона, — голос Блум звучал ровнее, чем она себя чувствовала. Потому что внутри все пылало сомнениями. — Водные звёзды. Если верить легендам, они способны погасить любой огонь. Даже тот, что течёт в Валторе. Тишина повисла тяжёлая, как свинец. Флора сделала шаг вперёд. Её глаза были полны тревоги. — Но Блум… твои силы тоже связаны с пламенем дракона. Если звёзды гасят огонь — для тебя это огромный риск. Ты можешь… — она запнулась, не в силах договорить. — Пострадать? — закончила за неё Блум. И ее собственное спокойствие поражало даже не саму. — Да. Могу. Она сказала это так буднично, что Флора побледнела. Фарагонда, до этого сидевшая безмолвно, наконец подняла взгляд. Её лицо казалось мрачным — таким Винкс видели её впервые. Не суровая директриса, а женщина, которая знает, что некоторые дороги ведут в пропасть. — Блум, я даже не буду спрашивать, откуда у вас этот том. — её голос был тих, но каждое слово отчеканено. — Флора права. Добыть Водные звёзды очень тяжело. А их использование… — она помолчала, — может сказаться на вас не меньше, чем на Валторе. — Я знаю, — Блум выдержала её взгляд. — Вы не можете знать, — мягко возразила Фарагонда. — Никто не может. Этих артефактов не касались тысячи лет. Их защищают древнейшие старейшины. Легенды расходятся в деталях. Но одно известно точно: они не различают, чей огонь гасить. Свой или чужой. — Но, мисс Фарагонда… — Блум шагнула ближе к столу. Её голос дрогнул впервые — и это была не слабость. Это была сталь. — У нас нет другого выбора. Она обвела взглядом подруг. Они молчали. Но все, как одна, были встревожены. — Валтор сильнее нас. Он умнее. У него Трикс, у него армия, у него планы, которые мы даже не можем предугадать. А у нас есть только мы. И эта книга. — она положила ладонь на пыльную страницу. Так, будто боялась, что в любой момент может струсить или передумать. — Я не знаю, как Водные звёзды повлияют на меня. Но я знаю, что будет, если мы ничего не сделаем. Мы проиграем. И тогда… тогда он получит всё. “Включая меня,” — добавила она про себя. Но вслух не сказала. Боялась ли она этого, она не знала сама. Скорее боялась себя и своих... Сомнений. Фарагонда смотрела на неё долго. Очень долго. Словно принимала самое сложное в своей жизни решение. — Хорошо, — наконец произнесла она. — Но вы пойдёте не одни. Я отправлю с вами специалистов. И… — она вздохнула, — прошу вас, девочки, будьте осторожны. Все. Особенно вы, Блум. Та лишь кивнула. Она не сказала, что в ту ночь, когда нашла книгу, ей приснился Валтор. Что он стоял у неё за спиной, пока она листала страницы, и улыбался. Что проснулась она с его именем на губах и с чётким, леденящим пониманием: Он знал. Знал, что она найдёт этот том. Знал, что она пойдёт за Водными звёздами. И почему-то не пытался её остановить. Почему? *** Блум проснулась затемно. Будильник ещё не прозвенел, но она уже лежала с открытыми глазами, глядя в потолок. В груди — там, где горел огонь — разливалась тягучая, противная тоска. Сегодня. Она не хотела вставать. Не хотела чистить зубы, надевать одежду, идти на завтрак, но больше всего не хотела лететь на корабле - там, где будет Скай. Не хотела видеть его лицо — то самое, которое помнила искажённым магией Валтора. Но она все равно упрямо встала. Зубная щётка во рту двигалась механически. В зеркале отражалась девушка с синяками под глазами — она не выспалась, хотя проспала почти восемь часов. Сон не приносил отдыха. Сон приносил его. Блум сплюнула пасту, умылась ледяной водой. Долго смотрела на своё отражение, пытаясь найти в нём ту самую Блум — уверенную, сильную, ту, что бросала вызов злодеям и побеждала. Что смеялась вместе со своими друзьями. Что создавала клуб Винкс. Не нашла. В столовую она вошла последней. Села рядом с Флорой, делая вид, что все, как всегда. Стелла что-то рассказывала Лейле, но что, она не слушала. Просто жевала хлеб и не чувствовала вкуса. Флора, конечно, заметила. — Переживаешь? — тихо спросила она, накрывая ладонь Блум своей. Она не ответила. Просто кивнула в сторону корабля, видневшегося в окне. — Скай? — догадалась она. И Блум скривилась. — Угу. То, что Фарагонда отправляла с ними специалистов, означало только одно: принц Ираклиона тоже полетит с ними. Но Блум всё ещё была не готова его видеть. Она всё ещё не могла смотреть на него, каждый раз вспоминая то озлобленное лицо и их с Диаспорой объятия. “Заклятие,” — твердила она себе. — “Это было заклятие. Он не виноват.” Но доверие — штука хрупкая. Его не склеить логикой. Она шла к кораблю не сильно уверенно. Её плечи были опущены, взгляд — в пол. Она не смотрела по сторонам, не проверяла, кто идёт рядом. И пока Стелла бежала в припрыжку к Брендону, она просто переставляла ноги в такт Флоре. — Может, поговоришь с ним? — осторожно предложила фея природы. — До вылета ещё есть время. — Нет, — ответ Блум был слишком быстрым. — Я не готова. “Я вообще ни к чему не готова,” — подумала она. — “Ни к битве с Валтором. Ни к разговору со Скаем. Ни к тому, что чувствую внутри.” Она взошла на корабль и села у иллюминатора — подальше от всех, но в особенности от него. Корабль взлетел довольно быстро. Ждать, не было смысла. Скай сидел за бортом вместе с Тимми, даже не поворачиваясь. Лишь один раз он бросил тоскливый взгляд на Блум, но тут же вновь вернул свое внимание к небу. Оно сегодня было на удивление чистым. — Итак, ты скучал по мне? — послышался рядом голос Стеллы. Она, как обычно, была кокетлива и легка на подъем. — Конечно, принцесса. — ответ Брендона был таким нежным. А их поцелуй, который состоялся секундой позже, таким страстным и полным любви. Блум смотрела и ей вдруг стало больно — когда-то и они со Скаем целовались так же. Закусив губу, чтобы подавить слезы, она отвернулась к иллюминатору. И не поворачивалась больше всю оставшуюся поездку. *** У врат Золотого королевства от нее снова не было пользы. Врата оказались узкой дверью — едва заметным разломом в скале, который был проходим только для тех, кто владел полной трансформацией. Феи одна за другой уменьшались, превращаясь в крошечных, похожих на стрекоз существ, и исчезали в золотистом мерцании прохода. Блум осталась снаружи. — Прости, Блум… — Флора задержалась у входа, обернулась. В её глазах была вина, будто это она виновата в том, что подруга не может пройти. — Мы быстро. Я обещаю. — Ничего. — Блум выдавила улыбку. Она уже научилась делать их автоматическими, не затрачивая силы. — Вы справитесь и без меня. Флора хотела что-то добавить, но Стелла потянула её за руку — время поджимало. И через секунду Блум осталась одна. Совсем одна. Только специалисты о чем-то болтали у корабля. Но их Блум не считала. Она постояла несколько мгновений, слушая, как стихают голоса подруг. А потом просто села на ближайший камень — холодный, шершавый — и подпёрла ладонями подбородок. Вокруг было тихо. Слишком тихо для густого леса. Только ветер гулял в листьях, поднимая пыль, и тени падали слишком длинными, накрывая собой и ее тоже. Блум смотрела перед собой и старалась ни о чём не думать. Не думать о том, что она бесполезна. Не думать о Скае. Не думать о Текне. Не думать о том, что Валтор, возможно, знает, где они. Она так старалась, что не услышала шагов. — Блум… Она подняла голову. Скай стоял в нескольких шагах — не ближе, словно боялся спугнуть. Его лицо было напряжённым, руки в синих перчатках сжимались в кулаки и разжимались. Он никогда не умел скрывать волнение. — Может, поговорим? — тихо спросил он. С надеждой в голосе. Блум открыла рот. Это был их первый настоящий разговор за столько месяцев. Первый момент, когда они остались вдвоём без битвы, без угрозы, без заклинаний. Она могла сказать ему всё. Что скучала. Что злилась. Что не знала, как смотреть в его глаза после Ираклиона, даже зная про заклятие. — Скай, я… Но она не договорила. Потому что воздух вокруг вдруг стал ледяным. — Так-так-так, смотрите, кто у нас тут. Голос Айси прозвучал отовсюду и ниоткуда одновременно. Из тени выступили три фигуры — синяя, фиолетовая и темно розовая. Трикс улыбались. Улыбки у них были одинаковыми — хищными, предвкушающими. Как всегда. "Значит Валтор действительно знал, куда мы направились..." — подумала она. — Блум и её брошенный рыцарь, — пропела Дарси, скользя взглядом по Скаю. — Какая трогательная сцена. Мы почти прослезились. — Одна, без Энчантикса, без подруг, — Шторми рассмеялась, и в её смехе зазвенели молнии. — Даже скучно будет. Айси шагнула вперёд. Её глаза сверкнули. — Ты думала, мы не заметим, как вы полетите? — спросила она, обращаясь к Блум. — Думала, мы позволим вам заполучить Водные звёзды? Наивная. Блум медленно поднялась с камня. В груди пульсировало, но она выпрямилась. Встала между принцем и Трикс. — Скай, — тихо сказала она, не оборачиваясь. — Позови остальных. Я их задержу. И тут же трансформировалась, зависнув в воздухе. Махая своими маленькими крылышками. Скай не шелохнулся. — Я не оставлю тебя. — Ты не сможешь с ними справиться. А я… — она перевела дыхание. Плечи напряглись, пальцы сжались в кулаки. — Я хотя бы могу их задержать. Даже Валтор знал, что она сильна. И пусть у неё нет полной трансформации — она всё ещё могла противостоять Трикс. Сейчас ей нужно было только одно: выиграть время. Благо, Скай, более не противился, побежав к кораблю. — Как самоотверженно, — протянула Айси, скрещивая руки на груди. В её голосе лениво ворочалось презрение. — Ты всегда такая, Блум. Такая добрая, что аж тошнит. Но ей тут же стало не до шуток. Огненная искра вылетела из ладони Блум раньше, чем Айси успела моргнуть. Королева Трикс влетела в дерево — больно, с глухим ударом, от которого посыпались шишки. Одна из них упала ей прямо на голову. А Блум не ждала, уже разворачиваясь к Дарси. Кулак — не искра, а сгусток чистого, белого гнева — нёсся прямо в лицо мастерицы иллюзий. Дарси упала на землю, пропуская удар над головой. Едва. Волосы разметались от ветра, который подняла атака. Трикс были ошарашены. — Она что, стала сильнее? — Сторми попятилась. В её голосе впервые прозвучало что-то похожее на страх. Айси поднялась, потирая ушибленное плечо. Её губы растянулись в кривую усмешку, хотя в глазах всё ещё плескалась боль. — Нет, — процедила она. — Она просто стала озлобленнее. И Блум замерла. Словно кто-то плеснул ледяной воды в лицо. "Озлобленнее." Она опустила взгляд на свои руки. Они дрожали. Из пальцев всё ещё сочились тонкие струйки дыма. В груди колотилось что-то тяжёлое, горячее, почти неуправляемое. “Это правда”, — поняла она с холодной, неприятной ясностью. — “Я не сильнее. Я просто в ярости. В такой ярости, что они попались мне под горячую руку.” Она подняла голову. Трикс переглядывались, но не нападали — выжидали. Оценивали. Решали, что делать дальше. Валтор ведь предупреждал их, что она сильна, но они никогда не думали, что настолько. Блум сжала зубы. “Будь это Валтор”, — мелькнуло в голове, — “Я бы тоже так на него набросилась?” И она знала ответ. Да. И ещё сильнее. Ещё яростнее. Она бы направила на него всю свою ненависть, весь свой гнев, весь свой огонь дракона. Даже если бы он не смог нанести ему ни царапины. — Я знаю, что ты видишь меня, Валтор! — закричала она, сама не узнавая свой голос. — На их месте когда-нибудь будешь ты, я тебе обещаю! И пусть казалось, что она кричала в пустоту, за ней действительно наблюдали. И губы этого наблюдателя непременно растянулись в ухмылке, а после и вовсе в удовлетворенном смехе. Как же сильно ему нравилась такая Блум. Пылающая огнем. Неуправляемая. Она напоминала ему его самого, хоть внешне он всегда спокоен. — Не волнуйся, Блум. Наше пламя обязательно встретится в бою. Совсем скоро.