На пороге будущего

      Проснулся я от тишины. В приюте утро всегда начиналось с шума — лязга вёдер, топота ног, криков воспитателей. Здесь было тихо. Только где-то далеко ухало, будто вздыхал сам замок, да мерно сопели соседи.              Я тихо сполз с кровати и машинально заправил её — спасибо приютским привычкам. Часы показывали только половину седьмого утра. Интересно, во сколько тут подъём? Быстро одевшись и приведя себя в порядок, я решил не будить соседей. Пусть спят, пока есть возможность; судя по вчерашнему виду Эдмунда, характер у него спросонья будет ещё более сахарным.              Гостиная Хаффлпаффа в утренних сумерках казалась еще уютнее. Золотистый свет только-только начинал подсвечивать медные светильники и мягкие кресла-мешки, а в небольших круглых окнах, расположенных почти на уровне земли, виднелась мокрая трава и редкие цветы. К моему удивлению, я был не один. У камина, на огромном пушистом ковре, сидели две девчонки-первокурсницы. Перед ними лежала раскрытая карта Хогвартса, которую они азартно обсуждали шепотом.              — Если пойдём через кухню, то точно опоздаем, — шептала тоненькая девочка с копной рыжих волос. — Мама говорила, эльфы могут закормить до смерти ещё до первого урока.              — Зато мы будем самыми сытыми покойниками в замке, Розмари, — ответила ей вторая, поправляя очки.              — Ой, смотри, тут кто-то есть! — Рыжая заметила меня и, ничуть не смутившись, подошла ближе. — Привет! Ты тоже первокурсник? Я Розмари Твид, а это Эбигейл Вейн. Можно просто Эбби.              — Джон Олдридж, — кивнул я. — Вы чего так рано?              — Да потому что кое-кто, — Эбби выразительно посмотрела на подругу. — решил, что первый день в Хогвартсе — идеальное время для экскурсии в пять утра.              — Экскурсии по карте. Но зато теперь я знаю, где здесь всё! — Розмари ничуть не обиделась. — А ты чего читаешь? Зельеварение? И не лень тебе заниматься, уроки же ещё не начались!              Я открыл рот, чтобы ответить, но сверху раздался грохот, и в гостиную буквально влетела старшекурсница. Она выглядела так, будто не спала всю ночь, но при этом была заряжена энергией, как грозовая туча. Её галстук был слегка ослаблен, а на груди поблескивал значок старосты.              — О, живые души! — она упёрла руки в бока, завидев нас. — Я Мэделин Уорбек, шестой курс, ваша староста. И я крайне признательна, что мне не придётся выковыривать вас из кроватей лично. Но, — она хищно улыбнулась, — раз вы уже на ногах, у меня есть для вас почётное задание.              Она взглянула на часы на стене:              — Сбор здесь через десять минут. Бегите в спальни и поднимайте остальных. Если через десять минут чей-то нос не будет торчать в этой гостиной, я применю заклятие бодрости. Поверьте, оно вам не понравится.              Мы сорвались с мест. Я влетел в нашу комнату и бесцеремонно тряхнул Оливера за плечо, а затем постучал кулаком по изножью кровати Эбботта.              — Подъём! Староста Уорбек обещала проклясть любого, кто не явится через десять минут.              Эдмунд подорвался так, будто под ним вспыхнул порох.              — Что? Какое проклятие? — пробормотал он, запутавшись в одеяле.              Я махнул рукой и выскочил в коридор будить вторую комнату. Из другого крыла уже доносились крики, топот и чей-то возмущённый визг. Похоже, девчонки справлялись не хуже меня.              В итоге вся наша честная компания — тринадцать заспанных, взъерошенных первокурсников — собралась в гостиной только через двадцать минут. Мэделин Уорбек показательно постукивала носком ботинка по каменному полу, демонстрируя ледяное недовольство. Старшекурсники, уже успевшие спуститься в гостиную, старались обходить её по широкой дуге, кидая сочувственные взгляды в нашу сторону.              — Двадцать минут, — отчеканила она. — Двадцать минут, чтобы спуститься в гостиную. Это позор, а не сбор.              Сверху раздался смешок — Джейми Фосетт, облокотившись о перила галереи второго этажа, наблюдал за происходящим с явным удовольствием.              — Расслабься, Мэделин, — лениво протянул он. — Первое утро, все живые и на месте, уже хорошо. Помнишь прошлый год?              Так, а вот сейчас не понял. Это сейчас шутка про живых была или они просто кого-то временно потеряли? Надеюсь, что потеряли…              — Ты не помогаешь, Джейми, — огрызнулась она, но в уголках её губ дрогнула улыбка. — Итак, барсучата, слушайте внимательно. Сейчас мы идём на завтрак, где вы получите расписание. И упаси вас Мерлин потеряться по дороге...              После разноса от Мэделин мы наконец-то добрались до Большого зала. Завтрак оказался не хуже вчерашнего пира — чай, омлет, тосты, джем, сосиски, и всё это в неограниченных количествах. Там мы наконец нормально перезнакомились всем курсом.              Трое парней из второй комнаты: Тобиас Уилкинс – его я знал, Артур Пенхалигон и Алан Риверс. Статус крови у них на лбу написан не был, но выглядели ребята вполне спокойными и довольными, так что думаю, они все-таки из магического мира. Наша прекрасная половина: уже знакомые по гостиной Розмари Твид и Эбигейл Вейн, Шарлотта Фэйрфакс, Меган Брук и Пруденс Хорнби. Имена двух других девочек не запомнил.              Расписания нам раздавал Джейми, обходя стол с пачкой пергаментов.              — Так, первокурсники, ловите. У вас в этом году расписание плотное, но ничего страшного. Понедельник: 1. Травология (Гриф.) 2. ЗОТИ (Гриф.) 3. История магии (все) 4. Чары (Рейв.) Вторник: 1. Трансфигурация (Рейв.) 2. - 3. - 4. Астрономия (в полночь) Среда: 1. Зельеварение (Гриф.) 2. Травология (Гриф.) 3. Чары (Гриф.) 4. - Четверг: 1. Полёты (Слиз.) 2. - 3. ЗОТИ (Гриф.) 4. История магии (все) Пятница: 1. Зельеварение (Гриф.) 2. Трансфигурация (Слиз.) 3. Астрономия (все) 4. -       — Хаффлпафф чаще всего с Гриффиндором, — пояснил Джейми, заметив мой взгляд. — Слизерин с Рэйвенкло обычно. Так исторически сложилось. Но иногда чередуемся для разнообразия. Так, сейчас обратно в гостиную за учебниками и пергаментами, и через полчаса выдвигаемся на Травологию, её ведет наш декан.              Помона Спраут оказалась молодой, слегка пухлой приземистой женщиной с растрёпанными темными волосами. Она с улыбкой встретила нас у входа и сразу взяла быка за рога:              — Добро пожаловать в теплицу номер один. Здесь мы работаем с безопасными растениями. Если будете хорошо себя вести — к концу года попадёте в теплицу номер три, где у меня растут настоящие красавицы. А пока — знакомьтесь с мандрагорой.              Надо же, только первый урок, а мы начинаем с оружия массового поражения. Прелестно. Разве это не материал второго курса?              — Пока они маленькие и безобидные. Но будьте осторожны и берегите пальцы! А сейчас надевайте наушники, прижимайте их поплотнее! И повторяйте за мной.              Мы пересаживали ростки, рыхлили землю, поливали каким-то зелёным раствором. Розмари умудрилась перепачкаться подкормкой, но в остальном все наши отлично справились. Среди гриффиндорцев не обошлось без жертв – один паренёк был недостаточно внимателен. Рассада не растерялась и тяпнула его так, что парень с воплем (наверное) носился по теплице, пока его не поймала Спраут.              Как только урок закончился, нас подхватила Энн Пеппер, староста Гриффиндора, — высокая брюнетка с пятого курса, и вместе со своими подопечными повела на ЗОТИ.              Преподавателем ЗОТИ оказался мужчина лет сорока с уставшим взглядом и военной выправкой. Гарольд Торн, бывший аврор, сразу дал понять, что на интерес к предмету ему плевать. Он коротко и сухо провел лекцию об основах безопасности в магической Британии: в какие места лучше не соваться, чего делать нельзя, а если мы все-таки умудрились попасть в беду – к кому можно обратиться за помощью. Впечатление он производил двоякое: вроде и говорит человек о полезных вещах, но делает это так, что мозги начинают скрипеть от канцелярита. Надеюсь, практика будет повеселее… Интересно, то проклятье на должности уже действует? Надо будет спросить старосту.              На обед нас ждал классический английский ланч. И конечно, легендарный тыквенный сок. Когда я сделал первый глоток, то чуть не поперхнулся. Слишком приторный и пряный, с отчетливым привкусом тыквы – какая же гадость! А вот мои соседи его хлебали с видимым удовольствием. Может, у них в магических генах любовь к этой гадости прописана?              — Ты чего кривишься? — удивился Оливер.              — Непривычно, — буркнул я, отодвигая стакан. — Слишком сладко. Как жидкая конфета.              — Ну ты даёшь, — хмыкнул Тоби. — Это же классика!              Похоже, нужно срочно устраивать рейд на кухню и разбираться, как можно получить на обед нормальный чай или хотя бы воду.              После обеда Джейми взял нас в оборот и опять отправил вместе с грифами на Историю Магии. Пытаться не заснуть на ней после сытного обеда было настоящей пыткой. Я-то думал, что фанфиках преувеличивают про Бинса – ну не может в лучшей, если не единственной школе в стране, мертвец преподавать один из основных предметов. И ладно бы действительно преподавал, даром что призрак – у каждого свои недостатки, но делать это подобным образом? Нудно, монотонно, и да – реально про какое-то восстание гоблинов…              Похоже, наши старосты договорились между собой об опеке, потому что потом нас сразу подхватил староста Рэйвенкло и отвел вместе со своими на Чары, где нас уже ждал профессор Флитвик. Этот невысокий профессор явно имел среди предков представителя нечеловеческой расы, но, к счастью, не производил такого отталкивающего впечатления, как я опасался. Он дождался, пока мы рассядемся, и начал без предисловий:              — Заклинания, молодые люди, это не просто взмах палочкой и заученные слова. — вещал Флитвик со своего постамента. — Основа всего — концентрация. Если ваш разум блуждает, заклинание не сработает или, что хуже, сработает не так, как надо.              Он обвел взглядом притихший класс.              — Второе — внимательность. Вы должны точно представлять, на что направляете заклинание и какой хотите получить результат. Магия не терпит приблизительности.              — И третье — самодисциплина, — Флитвик поднял палец. — Палочка — это всего лишь концентратор и проводник вашей воли, а не волшебная палка, которая все сделает за вас. Чем лучше вы контролируете себя, тем лучше контролируете магию.              Он сделал паузу и продолжил уже строже:              — И запомните раз и навсегда: никаких экспериментов в коридорах! Коридоры в Хогвартсе длинные, там всегда кто-то ходит, и даже безобидное на первый взгляд заклинание может привести к беде. Я не хочу, чтобы мои ученики летали по больничному крылу с рогами на голове только потому, что решили проверить, как работает заклинание превращения.              Кто-то хихикнул, но Флитвик даже не улыбнулся.              — И не вздумайте тренироваться в гостиных или людных местах. Для этого есть пустые классы, двор и, в конце концов, специально отведенные для практики зоны. В общественных помещениях вы можете задеть других учеников, и поверьте, последствия бывают крайне неприятными.              Он вздохнул и снова стал похож на добродушного старичка.              — А теперь — к практике. Для начала займемся отработкой базовой артикуляции и постановкой кисти. А потом мы с вами попробуем сотворить ваши первые чары!              И да, можете меня поздравить – в конце урока я наконец произнес свое первое официальное заклинание – Люмос. Чуть было не зажег его без слов, на одной лишь воле. Вот был бы конфуз, хе-хе… И на этой счастливой ноте, а провалившихся среди нас разумеется не было, этот долгий учебный день наконец закончился.              ***              В тот же день, после ужина Уорбек выдернула меня и Меган Стоун на разговор к декану.              — Присаживайтесь, дети, не стесняйтесь. — начала она, внимательно глядя на нас. — Я вызывала вас, потому что вы оба выросли в мире маглов. Это не плохо и не хорошо, просто это значит, что есть вещи, о которых вам нужно рассказать отдельно.              Спраут вздохнула и продолжила:              — Первое и самое главное: никогда, слышите, никогда не подписывайте ничего, не прочитав и не поняв до конца, особенно чужими перьями. В магическом мире подписи могут иметь настоящий вес. Никогда не давайте клятв «честным словом» или «магией» — это может стоить вам сил.              Она сделала паузу, помешивая чай.              — Второе. Вы, наверное, знаете, что в магическом мире действует Международный статут о секретности. Магия должна оставаться скрытой от маглов. Поэтому запомните твёрдо: никакого колдовства на каникулах. Совсем. Ничего. Даже если очень хочется показать родителям или друзьям. За этим следят строже, чем вы думаете, и наказания серьёзные.              — Третье — и это напрямую вытекает из второго: никаких разговоров о магии с маглами. Даже с близкими. Даже если они что-то подозревают. Даже если они видели странные вещи, — декан отложила ложку и посмотрела на нас поверх очков. — Ваше дело — уклоняться, отшучиваться, но ни в коем случае не подтверждать и не рассказывать подробностей. Есть специальный отдел в Министерстве, который занимается подобными инцидентами, но лучше до них не доводить.              — А если они уже знают? — осторожно спросила Меган. — Ну, мои родители видели, как я случайно склеила чашку. И профессор с ними говорила.              Спраут вздохнула:              — Родителям – можно. Но даже тогда — минимум деталей. Чем меньше знают, тем безопаснее для всех.              Меган испуганно шмыгнула носом, а я невольно сжал пальцы на коленях. Спраут заметила это и чуть смягчила тон:              — Я знаю, это звучит пугающе. Но на самом деле всё просто: будьте осторожны, думайте головой и не лезьте в авантюры. Магия — это дар, но с ним приходит и ответственность. Но я уверена, что вы справитесь, — мы с Меган переглянулись и кивнули.               — И по поводу взаимоотношений в Хогвартсе. Хаффлпафф — дружелюбный факультет, мы ладим со всеми. Но будьте осторожнее с гриффиндорцами, они иногда бывают слишком порывистыми и могут втянуть вас в свои разборки, а вам это совершенно лишнее. А со слизеринцами... — она сделала паузу, — лучше держаться вежливо, но на расстоянии. Сейчас там непростая обстановка. Не лезьте к ним, и они не полезут к вам.              — А если все-таки полезут? — решил уточнить.              — Приходите ко мне или старостам. Или к любому преподавателю. Не пытайтесь решать сами, особенно заклинаниями. В остальном — просто учитесь, знакомьтесь, наслаждайтесь замком. - она добродушно улыбнулась. - Здесь пройдут лучшие годы в вашей жизни, уж поверьте ребятки.              Мы вышли из кабинета декана, и я почувствовал, как напряжение потихоньку отпускает плечи. Вообще-то правильно, что нас собрали и объяснили. В магическом мире действительно куча подводных камней, о которых простой маглорождённый даже не догадается. Клятвы, подписи, запреты — декан заработала в моих глазах пару плюсиков, подняв эту тему.              С магией на каникулах все понятно – надо будет искать какую-нибудь заброшку и работать моей старой палочкой на всякий случай. Правда вопрос – отслеживается ли магия в обычном мире в принципе? В качестве контроля над слишком хитрыми маглорожденными…              — Чего вы такие пришибленные? — Мэделин Уорбек, дожидавшаяся нас у поворота, внимательно посмотрела на наши лица. — Похоже, декан выдала вам «проповедь о выживании»?              — Скорее краткий курс о том, как не влипнуть в рабство, не сесть в тюрьму и не умереть от случайного чиха в министерских кабинетах, — буркнул я, нагоняя старосту. — Очень вдохновляющая беседа для одиннадцатилетнего ребенка.              Меган издала какой-то задушенный звук, похожий на всхлип. Уорбек на секунду опешила, а потом расхохоталась.              — Ох, Олдридж, ты даёшь! — отсмеявшись, она дружелюбно ткнула меня в плечо. — Не драмь. Спраут просто обязана предупредить, это её работа. Но если честно — в Хогвартсе вам ничего не угрожает. У нас есть директор Дамблдор, а его авторитет — это щит помощнее любых министерских законов. Он один из сильнейших магов Европы, если не всего мира, и он не позволит обижать своих учеников, из какого бы мира они ни пришли.              Она обвела рукой массивные каменные стены.              — Да и сам замок... он не так прост, как кажется. Хогвартс изначально строили как школу, и он не позволит навредить своим ученикам, будь то преподаватель или другой ученик. Главное — не лезьте на рожон и слушайте, что вам говорят.              Меган заметно расслабилась и даже улыбнулась.              — А по поводу каникул, — добавила Уорбек уже буднично. — Тут главное не паниковать. Если совсем припрёт — пишите старостам или сразу профессорам. Они подскажут, что делать. А так — просто не выпендривайтесь перед магловскими друзьями, и всё будет хорошо.              ***              Вечером, когда мы разошлись по кроватям, завязался первый нормальный разговор. Оливер Браун оказался парнем простым.              — У меня мама в Министерстве работает, в отделе связи, а отец — начальник отдела в лондонском банке, — рассказывал Оливер, аккуратно расставляя учебники на тумбочке. — Он, в общем-то, всегда знал о магии. Видел, как мама колдует, да и мои стихийные выбросы… ну, их сложно было не заметить. Мама его годами к этому готовила, твердила, что письмо обязательно придёт. И всё равно, когда сова влетела в окно с моим приглашением, он прямо почернел от расстройства. Даже не знаю, на что он надеялся? Что пронесёт?              — Вполне возможно, — хмыкнул я. — Мало кому захочется отпустить сына неизвестно куда практически на весь год.              — А твои как отреагировали?              — Кхм… — как бы отболтаться, чтобы не вызвать жалость или отчуждение. — Я в общем-то сирота, жил в приюте. Но наш директор был в шоке, когда к нему пришел профессор и продемонстрировал магию. Свои же выбросы я скрывал, чтобы не было проблем.              — Ой, извини… — Оливер смутился.              — Да ничего, — отмахнулся я. — Там вполне нормально, жить можно.              Со стороны кровати Эдмунда раздалось отчетливое, полное желчи фырканье.              — Полукровка из магловского мира, да сирота оттуда же. — процедил он, не отрываясь от книги. — И угораздило же меня попасть в одну комнату с вами.              — Так предложи кому-нибудь из соседей поменяться. — ну а что, и нам дышать свободнее, и этот сноб немного успокоится. — Или попроси у старосты отдельную комнату.              — Я предлагал, но никто не хочет! — Ничего себе, и когда только успел? — А староста сказал, что отдельные комнаты предоставляют только на старших курсах, — он что, реально себе отдельные покои просил?              Эбботт сел на кровати и отбросил книгу.              — Меня вообще тут не должно быть! — Похоже парня наконец прорвало… – Я хотел в Рэйвенкло, или хотя бы в Слизерин. Дед всегда говорил, что Хаффлпафф для слабых, и настоящему чистокровному там не место!              Мы с Брауном переглянулись. Эдмунд смотрел на нас зло и одновременно с этим растерянно, с каким-то вызовом. Ясно. Очередная жертва семейных ожиданий…              — Слушай, Эдмунд, — начал Оливер примирительно. — Мы ж не виноваты, что ты тут оказался. Можем вообще не общаться, если хочешь. Сиди себе в углу, зубри что-нибудь. Но нам ведь еще несколько лет вместе учиться, так может, попробуем просто жить мирно?              — И жизнь на Хогвартсе на заканчивается. — добавил я. — Тем более, разве зависит твоя сила или потенциал как мага от факультета? Если ты так хотел в Рэйвенкло — возьми и докажи всем, что лучший ученик потока сидит здесь, в подземельях Хаффлпаффа.              Эдмунд набрал в грудь воздуха, но сразу сдулся и резко задернул полог кровати. Мда, вот и поговорили. Надеюсь, он сделает определенные выводы. Несмотря на свои слова, парень вовсе не выглядит отмороженным фанатиком. Импульсивным, эмоциональным и накрученным своей роднёй – да.              Браун лишь беззвучно и театрально похлопал в ладоши и показал мне большой палец. Ну хоть с одним соседом повезло – адекватный парень и быстро смекнул, что худой мир будет лучше постоянной ругани и вражды. После чего мы наконец-то выключили свет и отправились спать.