Потомки богов Том 1:Трудно летать с крыльями

Любой здравомыслящий человек был бы шокирован поведением Е Чжаня. Намеренное заражение — это чистое безумие. Обычно после попадания в кровь фрагментов ДНК мутировавшего зверя человек «инфицируется»: его тело начинает меняться, а разум — постепенно угасать. Когда-то боги, демоны и звери сосуществовали в эпоху первозданного хаоса. В процессе долгой эволюции магия и сверхъестественные силы покинули этот мир, превратившись в мифы. Но энергия во Вселенной движется циклами, подобно приливу. Спустя десять тысяч лет духовная кровь пробудилась вновь, ознаменовав начало новой эры великих потрясений. Заражение ведет к трем исходам. Худший — полное превращение в монстра, потерю рассудка. Таких называют «дегенератами», они подлежат немедленному уничтожению. Чаще всего это происходит, если доза зараженной крови была слишком велика, а воля человека — слаба. Второй тип — обычные инфицированные. Они сохраняют разум, но приобретают звериные черты: чешую, хвосты или когти. Если стадия поверхностная, а решимость пациента крепка, есть шанс на исцеление. Наконец, самые редкие — «Аномалии». Они эволюционировали через заражение, обретя необычайные способности. Ци Юань управляет ветром, Фань Сяо обладает металлическим телом. Е Чжань предполагал, что его собственная сила — в запредельной выносливости и укреплении тканей. Аномалии могущественны, но за силу платят высокую цену: чем они сильнее, тем тоньше грань, отделяющая их от безумия. Когда глаза Ци Юаня вспыхивали алым, Е Чжань чувствовал, что тот на грани срыва. Е Чжань не был исключением, но его телосложение уникально. Он не только невосприимчив к «Алому препарату», но и его разум почти не поддается влиянию крови монстров, а ткани восстанавливаются с невероятной скоростью. Благодаря этому он разработал свой уникальный стиль — активное заражение. Кровь Ин Чжао была выбрана не случайно: это относительно мирное существо, чья мутация не разрушает носителя мгновенно. Что касается побочных эффектов для его половой системы и превращения в Омегу — сейчас Е Чжаню было не до этого. — Расти, расти же... — Е Чжань коснулся губами раненой ладони. Спина онемела, под кожей началось бурное деление клеток. Если план сработает, к утру у него вырастут крылья, достаточно сильные, чтобы унести его прочь с этого корабля. Но сначала нужно было пережить эту ночь. Боль была такой, будто его заживо лишают кожи и вытягивают сухожилия. Тело сотрясали судороги, разум гудел, а перед глазами вспыхивали чужие воспоминания. Ему казалось, что он парит высоко в небе, а внизу бурлит река из тысяч монстров. То он чувствовал, как бежит по траве, и ее аромат дурманит голову, вызывая желание упасть и кататься по земле, поддаваясь звериным инстинктам... Это была ловушка. Инстинкты зверя манили его, обещая свободу от боли в обмен на человеческий разум. Как только он поддастся этому блаженству, он станет дегенератом. — Прекрати! — Е Чжань яростно ударил себя кулаком по голове. Сознание на миг прояснилось. Он обмотал серебряную цепочку вокруг шеи и каждый раз, когда иллюзия становилась слишком сладкой, затягивал её, используя удушье, чтобы вернуть себя в реальность. Кости в спине скрипели так, будто разрывали его душу на части. Обычные звери разрушают разум грубо, но существа вроде Ин Чжао действуют коварно, рисуя картины вечного счастья. Е Чжань знал: это дорога в никуда. Иллюзия моря исчезла. Е Чжань лежал на простынях, пропитанных потом, и тяжело дышал. Он попытался сесть, чтобы выпить воды, но, открыв глаза, увидел перед собой густой тропический лес. Это еще не конец. Древние деревья уходили в небо, экзотические цветы соревновались в красоте. В сердце Е Чжаня вспыхнул благоговейный трепет: он увидел сияющее божество, спускающееся с небес. Белые одежды, длинные черные волосы, аура чистоты и величия... Ему захотелось пасть ниц и целовать пыль у ног этого существа. — Пошел ты... нахуй! Е Чжань осознал, что уже стоит на коленях. Он резко выпрямился и выплюнул изо рта осколки стекла вперемешку с кровью. Он заранее положил их в рот, чтобы в критический момент укусить за самое больное место — язык и небо. Острая боль окончательно вырвала его из транса. В комнате было три часа утра. Он победил. Прополоскав рот физраствором, Е Чжань без сил рухнул на кровать. Он заплатил за свою силу страданиями, но сохранил рассудок. Завтра у него будут крылья.

***

В это же время Цинь Хан отчаянно маневрировал на истребителе, уклоняясь от роя летучих мышей, которые бились в лобовое стекло, как пули. Чем ниже они опускались, тем гуще становился туман. Пилот нервничал не столько из-за видимости, сколько из-за молчаливого человека на соседнем кресле. Днем Цинь Хан получил по носу за приставания к пленнику, и теперь, остыв, понимал, как ему повезло. Если бы тот Омега его не остановил, Ци Юань мог бы убить его на месте. Начальник, обычно снисходительный к своим, впал в ярость из-за «игрушки». Это было пугающе. К тому же, Цинь Хан до сих пор помнил стальную хватку этого Омеги на своих запястьях. — Налево, — внезапно скомандовал Ци Юань. Цинь Хан мгновенно сосредоточился. Впереди, сквозь туман, забрезжил тусклый свет. Они влетели в «Плетеное гнездо» — лес мертвых деревьев, окутанный вечным туманом. По земле здесь передвигаться было смертельно опасно, поэтому они использовали авиацию. — Приземляйся, — приказал Ци Юань, когда они миновали семь сигнальных огней. Внезапно раздался звук, похожий на разрезаемый шелк. Белый туман стал плотным, как вата, и облепил стекло. Это была паутина! Огромная белая сеть опутала крылья истребителя, замедляя его. Благодаря мастерству пилота и весу машины, истребитель прорвал кокон и тяжело приземлился на землю. Снаружи раздалось стрекотание тысяч насекомых. Весь корпус самолета был покрыт белым шелком. Цинь Хану представились огромные черви, ползающие вокруг. — Не бойся, это всего лишь шелкопряды, — спокойно сказал Ци Юань, похлопав его по плечу. Пилоту от этого спокойствия стало еще страшнее. Ци Юань вышел из люка. За ним последовал Фань Сяо с тяжелым рюкзаком и таинственный человек в черном плаще с седыми волосами. — Скажи им, что мы хотим навестить Матерь Гнезда, — произнес Ци Юань. Человек в плаще приоткрыл губы и издал звук, который не мог издать ни один человек: — Ши-и-и... Хссс... Фань Сяо передернуло. Этот голос был одновременно величественным и мерзким, чистым и хриплым. Шелкопряды — огромные белые личинки размером больше человеческой головы — внезапно замерли и синхронно повернулись в сторону незваных гостей. Из тумана на них смотрели тысячи черных точек-глаз.