Потомки богов Том 1:Трудно летать с крыльями

Что происходит? Он что-то упустил? Почему Ци Юань не бросился за ним в погоню? Сердце Е Чжаня бешено колотилось, интуиция кричала, что дело плохо. Порой это острое предчувствие смертельной опасности оказывается куда надежнее любых разумных суждений. И в следующее мгновение он услышал выстрел. Хлоп! Его правое крыло прошила пуля. В глазах Е Чжаня потемнело, и он кубарем покатился по кровати. Боль, вспыхнувшая в этой звериной части тела, в корне отличалась от обычных физических ран. Она не просто била по нервам — казалось, пуля угодила прямо в мозг и пронзила саму душу. «Черт, ну и монстр… Сражается когтями и зубами, а в решающий момент пускает в ход огнестрел!» Е Чжаню потребовалось всего пара секунд, чтобы заставить себя подняться, но было уже поздно. Тяжелая ладонь Ци Юаня с силой вдавила его в матрас. Мужчина жестко зафиксировал его со спины, намертво перехватив корни нижних крыльев. Это место, покрытое свежей плотью и кровью, отозвалось невыносимой болью, от которой в ушах зазвенело, а мышцы судорожно свело. В другой руке Ци Юань держал пистолет. Дымящееся дуло уперлось точно в затылок Е Чжаня. С тех пор, как Ци Юань начал глушить инстинкты лекарствами, в его груди образовалась бездонная черная дыра, выжигающая любые чувства. Он уже забыл, когда в последний раз испытывал столь резкие перепады эмоций. Но в этот момент колоссальная, первобытная ярость поглотила весь хаос в его сознании, раздувая давно угасшее пламя. На долю секунды ему безумно захотелось нажать на курок. Предвкушение того, как голова под прицелом разлетится, словно спелый гнилой помидор, заставило его тело содрогнуться от извращенного удовольствия. В следующее мгновение дикие инстинкты дракона продиктовали другое желание: впиться зубами в затылок этого парня, прокусить его железу и заживо сдирать с него плоть. Едва эта опасная мысль оформилась в голове, Ци Юань с рыком отбросил пистолет в сторону. Его пальцы судорожно сжались в кулаки. Изнутри накатывала мощная волна энергии, требуя выхода, но рука, удерживающая крылья, не разжималась, то напрягаясь, то расслабляясь. Он панически боялся, что если Е Чжань продолжит дергаться, он просто не сумеет подавить в себе желание растерзать его. Чутко уловив этот смертоносный импульс, Е Чжань мгновенно прекратил всякое сопротивление. В полном бессилии он обмяк на кровати, безропотно подчиняясь чужой силе. — Ты просто грабитель… — неохотно прохрипел он, но затих под чужими ладонями, став податливым и послушным, точно ягненок. «Опять этот парень пытается меня надурить», — мрачно усмехнулся про себя Ци Юань. Стоило появиться малейшей лазейке, как Е Чжань без раздумий оскалил клыки, проявив свирепый и жестокий нрав, а стоило прижать его к стене — тут же прикинулся несчастной жертвой. Лжец. Однако, как ни странно, когда Е Чжань прекратил борьбу и признал свое поражение, буря внутри Ци Юаня начала утихать. Это удивительное чувство расслабления кардинально отличалось от действия Эликсира Смерти, который просто выжигал и стирал все эмоции под ноль. Близость этого человека, напротив, пробуждала какие-то теплые, крупицы воспоминаний, запрятанные в самых темных глубинах его памяти. Оба тяжело дышали, их сердца стучали в один безумный такт. Е Чжань не видел лица мужчины, но чувствовал, как на его плечи капает то ли чужой пот, то ли кровь. Ци Юань долго сидел неподвижно, и лишь его ладонь, лежащая на крыльях парня, начала медленно, почти гипнотически поглаживать перья. От этих прикосновений по позвоночнику Е Чжаня до самого копчика пробежала дрожь, заставив его всерьез запереживать за свою неприкосновенность. — Ты собираешься меня убить? — тихо спросил Е Чжань. Ци Юань помолчал, а затем глухо ответил: — Нет. Только сейчас он в полной мере осознал, насколько очевидным и пугающим было его недавнее желание совершить убийство. Ему хотелось полностью подчинить себе эту добычу, сорвать с нее маску покорности и заставить показать свое истинное лицо. Ему нужно было видеть, что отражается в глазах Е Чжаня в этот момент — страх, ненависть или презрение. Любая сильная эмоция подошла бы для его безумных планов. Но парень не выказывал ничего из этого. — Раз уж ты поймал меня, — Е Чжань шумно выдохнул, уткнувшись лицом в подушку, — не мог бы ты ослабить хватку? Мне немного… больно. Ци Юань невольно засмотрелся на то, как золотисто-карие глаза парня медленно застилает влажная пелена. Напряжение окончательно спало. Ци Юань осторожно потянул Е Чжаня за крылья, заставляя его сесть на кровати. Глаза парня были широко распахнуты, а длинные ресницы отбрасывали густую тень на бледные щеки. — Я не хочу убивать тебя, — тихо произнес Ци Юань. — Но если ты продолжишь выкидывать подобные фокусы, я могу потерять контроль над собой. И тогда ты погибнешь. «Это чистая правда», — отстраненно подумал Е Чжань. Если бы Ци Юань изначально решил поймать его любой ценой, у него не было бы ни единого шанса даже выбраться из комнаты. Этот человек вел жестокую войну с внутренним чудовищем, тщательно дозируя ущерб, и даже выстрелил так, чтобы пуля прошла навылет, не задев жизненно важные точки крыла. Разумеется, Е Чжань отчасти рассчитывал на эту его внутреннюю человечность. Именно это знание дало ему смелость рискнуть — он понимал, что Ци Юань подсознательно не желает причинять ему серьезный вред. Ци Юань подавил остатки бушевавших эмоций и сверху вниз посмотрел на свою добычу. За напускной покорностью парня скрывался бесстрашный, неукротимый взгляд золотисто-карих глаз, в которых горела железная воля. — Не двигайся, — скомандовал он. Е Чжань лишь слегка повел плечами, безмолвно демонстрируя, что и так заблокирован. Ци Юань внезапно сменил захват. Удерживая парня одной рукой за крылья, он обхватил его за талию, рывком усаживая к себе на колени. На его руках все еще были надеты черные кожаные перчатки, жесткая текстура которых неприятно терлась о кожу живота и узкую талию Е Чжаня. Парень дважды дернулся, пытаясь высвободиться, но хватка была железной. Воспользовавшись моментом, Ци Юань тяжело опустил голову ему на плечо, прерывисто и горячо дыша. Е Чжань кожей ощущал хаотичную, обжигающую ауру, исходящую от мужчины — драконья кровь в его жилах все еще бурлила и никак не могла остыть. Рана от ножа на шее затягивалась быстрее, чем у обычных людей. Небольшие, черные, причудливо изогнутые драконьи рожки на макушке Ци Юаня уперлись Е Чжаню прямо в шею. Парень замер, не понимая, чего ожидать дальше. Эта гнетущая неопределенность пугала его куда сильнее, чем возможное физическое наказание. Прошло две минуты, но Ци Юань так и не предпринял никаких активных действий. Е Чжань от нетерпения попытался немного отстраниться, но пальцы мужчины на его крыльях тут же сжались сильнее, заставив парня шумно втянуть прохладный воздух сквозь зубы. — Не двигайся. Дай мне просто побыть так, — после короткой паузы Ци Юань тише добавил: — Я не стану тебя наказывать. «Если платой за отмену наказания служит обычное объятие, то это чертовски выгодная сделка», — мысленно усмехнулся Е Чжань, радуясь мягкотелости своего тюремщика. Однако его радость длилась недолго. В следующую секунду он глухо ойкнул от резкой боли в груди: этот пес бесцеремонно прикусил его за ключицу! Одновременно с этим Ци Юань свободной рукой скользнул по его перьям, ласково поглаживая увядающие крылья, а затем совершил нечто абсолютно непостижимое по меркам всех крылатых существ — аккуратно коснулся самых кончиков маховых перьев. Даже не глядя на мужчину, Е Чжань физически почувствовал, как напряженное тело Ци Юаня под этими действиями начинает расслабляться. Склонить голову парень не мог — рога противника находились в опасной близости от его лица, точно маленькие стилеты. Е Чжань вдруг вспомнил, что эти рога начали расти у Ци Юаня, когда тому было всего тринадцать лет. В первое время, когда он помогал мальчику расчесывать волосы, гребень постоянно натыкался на что-то твердое. Ци Юань тогда испуганно закрывал голову руками и тихо скулил от боли. Е Чжань сажал его перед зеркалом, аккуратно раздвигал пряди и обнаруживал темные, острые бугорки. Убедившись, что у него действительно растут рога, ребенок решил, что превращается в монстра, и разрыдался так горько, что Е Чжаню пришлось потратить кучу времени, чтобы его успокоить. В тот день мальчик точно так же утыкался ему в грудь, всхлипывая и ища защиты, словно Е Чжань был его единственной опорой во всем мире. Но тогда он был совсем крошечным, и Е Чжань мог поднять его одной рукой, как маленького цыпленка. Поддавшись нахлынувшим воспоминаниям, Е Чжань осторожно протянул руку и слегка ущипнул шершавый кончик одного из рожек. Там явно располагалось множество нервных окончаний: рука Ци Юаня на его талии мгновенно судорожно сжалась, а сам он недовольно проворчал: — Щекотно. Но, несмотря на недовольство, объятий он не разомкнул. Ци Юань лишь крепче прижал парня к себе. Кипящая, яростная аура вокруг него постепенно угасала, словно раскаленный докрасна кусок железа, который наконец-то опустили в холодную воду. В этот момент Е Чжаня осенило, и он четко осознал свою новую роль в этой структуре: он работал для этого безумца обычной охлаждающей жидкостью. На душе у парня скребли кошки. Он цинично подумал: «Раз уж ты используешь меня как громоотвод для своего безумия, то не обессудь — твои феромоны я тоже высушу до капли!» Если человек не в силах изменить ситуацию, в которой его подавляют, он всегда может изменить свое отношение к ней. Поэтому Е Чжань пошел на перемирие: он немного подался вперед и принюхался к волосам Ци Юаня. Помимо мощных феромонов Альфы, от них исходил какой-то странный, едва уловимый запах, напоминающий сырые шелковые коконы. Откуда он взялся? Парень скользнул ладонью по спине Ци Юаня и с изумлением обнаружил, что под наспех наброшенным плащом у того вообще нет одежды, а кожа местами покрыта липким налетом, похожим на паутину. «Этот парень расхаживает в одном плаще на голое тело… Настоящий извращенец!» В этот момент Ци Юань перевел взгляд на изодранную, неестественно вывернутую правую руку Е Чжаня. Он осторожно приподнял ее за запястье и нахмурился: — Что это? «Это моя правая рука, спасибо, что заметил». — Как ты умудрился ее сломать? — снова спросил он. «Мне действительно нужно озвучивать этот очевидный бред?» — Почему ты сразу не сказал, что ранен? — …… Е Чжань смерил его ледяным, полным негодования взглядом, мысленно костеря его: «Потому что ты ворвался в комнату как сумасшедший таран, вот почему!» Заметив, что кровавая пелена из глаз Ци Юаня окончательно ушла, вернув им глубокий черный цвет, Е Чжань поджал губы. Мужчина с явным неохотой разжал пальцы и бережно опустил его покалеченную руку. — Я отнесу тебя в лазарет. «Премного благодарен». Е Чжань хотел было сказать, что в состоянии дойти на своих двоих, но Ци Юань даже слушать не стал: он легко подхватил парня на руки и понес по коридорам корабля. И уже у дверей медицинского блока негромко добавил: — Знаешь, когда ты молчишь и не язвишь, ты кажешься очень милым. «Тот момент, когда я загонял столовый нож тебе в шею, определенно был куда милее», — мысленно парировал Е Чжань.

***

Фэн Рао как раз выходил из своего кабинета, когда на пороге появился этот измотанный тандем. В голове доктора вспыхнули сотни вопросов. Он крепко стиснул зубы и в конце концов выдавил из себя емкое: — Твою мать!.. После столь долгого общения с этой бандой головорезов даже у интеллигентного доктора Фэна периодически сдавали нервы. Картина перед его глазами предстала неописуемая: взъерошенный Е Чжань со сломанной рукой и волочащимися по полу огромными крыльями. Ци Юань железной хваткой удерживал его за основание этих самых крыльев, практически прижимая к кушетке, из-за чего вся сцена со стороны напоминала падшего ангела, плененного безжалостным демоном. Одежда на спине парня была разорвана, обнажая тонкую, подтянутую талию. Е Чжань сидел на коленях в полном оцепенении, его золотисто-карие глаза лихорадочно блестели от выступивших слез, а на лице читалось абсолютное уныние. У самого Ци Юаня на шее красовалась свежая, едва затянувшаяся рана, а судя по обилию бурых пятен на плаще, бой был не на жизнь, а на смерть. — Вы двое… Какого черта здесь произошло?! — Фэн Рао едва не схватился за сердце. Ци Юань лишь коротко бросил: — Оставляю его на тебя. С этими словами он резко развернулся, на ходу стаскивая кожаные перчатки, и быстрыми шагами направился прочь. Е Чжаню не нужно было гадать — босс пошел смывать с себя грязь и кровь, что наглядно подтверждало: Ци Юань полностью вернул себе рассудок. И это не могло не радовать. — Как ты умудрился так сильно пострадать? — Фэн Рао со стоном потер переносицу и обеспокоенно осмотрел пациента. Теперь, когда карты были раскрыты, Е Чжаню не имело смысла что-либо утаивать. Он честно рассказал доктору о том, как намеренно пошел на заражение ради обретения силы, как спланировал побег и как его в итоге жестко перехватил Ци Юань. Выслушав этот безумный отчет, Фэн Рао застыл с открытым ртом, а его глаза округлились от шока. — Ты что, тебе жить надоело?! — Ну, как видите, я вполне себе жив и относительно цел, — небрежно отозвался Е Чжань, поудобнее устраиваясь на кушетке и утыкаясь лицом в чистую подушку. Фэн Рао буквально затрясло от злости. Он не кричал, но его лицо исказилось от переполнявших его эмоций: — Ты… Почему ты совершенно себя не ценишь?! Такой тон и слова явно выходили за рамки обычного профессионального общения между врачом и пациентом. Е Чжань удивленно вскинул бровь и повернул голову в его сторону. Фэн Рао тоже мгновенно осознал, что перегнул палку. Он резко отдернул руки от пациента, словно от удара током, и его лицо стремительно залила густая краска. Е Чжань так и не понял — то ли доктор разозлился на его глупость, то ли за этим скрывалось что-то еще.