Bent, Not Broken

Sweet Little Lies — bülow

***

Утро началось с крика Бомгю. Это был даже не крик — это был требовательный рёв, означавший, что мокрый подгузник дошёл до критической стадии, а завтрак ещё не появился в поле зрения. Ирэн, которая только что вылезла из душа и стояла перед зеркалом в одном белье, вздохнула и пообещала себе, что однажды — когда-нибудь в далёком будущем — она будет просыпаться в тишине. В полной, абсолютной тишине, без детских криков, без будильников, без необходимости немедленно что-то делать. — Иду! — крикнула она, хватая с кровати домашние штаны. Ирэн натянула их одним движением — старые, растянутые, те самые, которые носила третий год, — и вдруг замерла. Что-то твёрдое упёрлось в бедро сквозь ткань. Она сунула руку в карман и нащупала холодный металл. Пистолет. Тот самый пистолет, который Хёджин стащила у мужчины на скамейке. Ирэн совсем о нём забыла. После той сцены с братьями, после криков, после того как она выгнала их из комнаты, она сунула его в ящик с зимними вещами, а потом, в один из дней, переложила в карман старых домашних штанов — и забыла. Напрочь забыла, как забывают о вещах, которые мозг отказывается обрабатывать. Он пролежал там больше недели. Заряженный. Настоящий. Опасный. Ирэн вытащила его и уставилась на чёрный матовый металл. Пистолет был всё таким же — холодным, тяжёлым, чужим в её руке. Ей надо найти этого Зико. Для этого стоит найти Наён. Если этот человек до сих пор ищет свой пистолет, если он вычислил Хёджин... Ирэн сглотнула. Нужно было что-то делать. Возвращать. Избавляться. Но сначала - надо найти владельца. Она засунула пистолет на дно сумки, под учебники. Опять. Как в тот раз. Но сегодня она собиралась от него избавиться. Раз и навсегда.

***

За завтраком было шумно. Чимин, как всегда, проспал и теперь метался по кухне в поисках чистой футболки. Чонгук сидел за столом и молча ел рис, капюшон низко надвинут на лицо. Юнги уже ушёл — его стул пустовал, а на холодильнике висела новая записка: «буду поздно». Сокджин, вернувшийся с ночной смены, спал наверху, и Ирэн запретила кому-либо его будить. Бомгю сидел в своём стульчике и сосредоточенно размазывал рисовую кашу по столику. Хёджин в школьной форме, с неизменным Мистером Медведем Вторым под мышкой, доедала омлет и что-то рисовала в блокноте — на этот раз дракона с тремя головами. Ирэн вошла на кухню, уже полностью одетая, с сумкой через плечо. Она была сосредоточена, мысли её были далеко — она прокручивала в голове план действий на день. Пары короткие, потом школа Хёджин, потом поиски Зико. Она прошла через кухню, машинально налила себе чай, сделала глоток и направилась к выходу. Хосок, который только что спустился — заспанный, с взлохмаченными волосами и в мятой футболке с Губкой Бобом, — увидел сестру и широко раскинул руки в стороны, ожидая объятий. На его лице сияла та самая солнечная улыбка — он явно помнил вчерашний вечер и надеялся на продолжение. — Сестрёнка! — он шагнул к ней, всё ещё с распростёртыми объятиями. — Доброе утро! Ирэн прошла мимо, даже не заметив его. Она думала о пистолете. О том, как найти этого Зико, не привлекая внимания. О том, что сказать, когда она его найдёт. Хосок замер с распростёртыми руками. Его улыбка медленно сползла с лица. Хёджин, которая всё это видела, прыснула со смеху, чуть не подавившись омлетом. — Ты видел своё лицо? — она захихикала, показывая на брата пальцем. — Ты выглядел как пингвин, который хочет обняться, а ему никто не отвечает! — Заткнись, — буркнул Хосок, опуская руки. Его щёки слегка покраснели. — Ты исчерпал свой лимит обнимашек! — объявила Хёджин тоном эксперта. — Вчера ты получил слишком много, а сегодня — ноль. Так работает система. — Нет такой системы! — Есть. Я только что её придумала. Хосок фыркнул и скрестил руки на груди, глядя на сестру с видом оскорблённого достоинства. — Кстати, ты тоже не получила обнимашек, — заметил он. — Так что мы в одной лодке. И у тебя тоже лимит исчерпан. — А вот и нет! — Хёджин соскочила со стула и побежала за Ирэн. — Сестрёнка! Сестрёнка, подожди! Ирэн, которая уже была в прихожей и проверяла, не забыла ли она кошелёк, обернулась. Хёджин влетела в неё на полном ходу, обхватила руками за талию и прижалась щекой к животу. — Обними меня! — потребовала она. Ирэн, не раздумывая ни секунды, обняла сестру — крепко, по-настоящему, запустив пальцы в её волосы. — Доброе утро, моя маленькая, — сказала она, целуя её в макушку. — Доброе утро, — прошептала Хёджин, уткнувшись лицом в её кофту. Хосок, наблюдавший эту сцену от дверей кухни, возмущённо всплеснул руками. — Это нечестно! — воскликнул он. — Почему у неё лимит не исчерпан, а у меня исчерпан?! — Потому что я — любимая сестра, — Хёджин повернула голову и показала ему язык. — А ты — просто брат. У братьев лимит меньше. — Это дискриминация! — Это жизнь, — Хёджин пожала плечами с той самой взрослой интонацией, которую явно скопировала у Ирэн. Ирэн улыбнулась, отпустила сестру и направилась к двери. Хосок, всё ещё бормоча что-то про несправедливость и «заговор сестёр», подошёл к столу и стащил у Хёджин сосиску с тарелки. — Эй! — возмутилась она, когда вернулась на место. — Месть, — сказал он с набитым ртом и широко улыбнулся.

***

Пары в колледже были короткими. Сегодня стояло всего три лекции — микробиология, фармакология и что-то по общей патологии, — и все они прошли мимо Ирэн, как вода сквозь пальцы. Она сидела за третьей партой, смотрела в тетрадь и не видела ни строчки. Её мысли были заняты только одним: пистолет. Зико. Как вернуть оружие, не подставляя Хёджин. Как объяснить этому человеку, она ещё не знала, — что его пистолет оказался у десятилетней девочки. На перемене она проверила расписание: анатомии сегодня не было. Тэхён не вёл у неё пар. Это было к лучшему — она не хотела, чтобы он видел её такой напряжённой. За полчаса до конца последней пары телефон завибрировал. Сообщение от Тэхёна. Тэхён: Я буду ждать на парковке после твоей последней пары. Приезжай. Она нахмурилась. Он писал так, будто это было решённым делом. Будто она была обязана приехать. Это раздражало — и в то же время заставляло сердце биться быстрее. Ирэн: Я не могу сегодня. У меня дела. Тэхён: Какие? Ирэн: Личные. Тэхён: У тебя нет личных дел. Только я и твоя семья. А семья подождёт. Ирэн: Мудак. Тэхён: Ага. Какие дела? Ирэн: Мне нужно кое с кем встретиться. Это важно. Я потом объясню. Тэхён: Я тебя отвезу. Ирэн: Нет. Я сама. Тэхён: Я тебя отвезу. Это не обсуждается. Ты поедешь со мной, сделаешь свои дела, а потом мы поедем ко мне. Ирэн: Ты всегда такой настойчивый? Тэхён: Да. Ты должна была заметить. Я буду ждать на парковке в три. Ирэн убрала телефон в карман и выдохнула. Спорить с ним было бесполезно. Он делал то, что хотел, и говорил то, что хотел, и почему-то — она не понимала почему — это не отталкивало её. Наоборот. Ей нравилась его настойчивость. Ей нравилось, что он не спрашивал разрешения. Ей нравилось, что он просто брал и делал. Это было... по-мужски. По-взрослому. Так, как никто не вёл себя с ней раньше.

***

После последней пары она вышла на парковку. Тэхён уже ждал — сидел на мотоцикле, закинув ногу на ногу, и листал что-то в телефоне. На нём была чёрная кожаная куртка и тёмные джинсы. Волосы, как всегда, были небрежно откинуты назад, но ветер уже растрепал несколько прядей. Увидев её, он убрал телефон и протянул шлем. — Куда? — спросил он. — В школу, где учится моя сестра. — Сестра? — Хёджин, — Ирэн надела шлем и села сзади. — Да. Но я не к ней. Мне нужно найти одного человека. — Кого? — он завёл мотор, и мотоцикл взревел. — Долго объяснять. — У нас есть время. — Тэхён... — Ладно, — он пожал плечами. — Не хочешь говорить — не говори. Я всё равно узнаю. Мотоцикл сорвался с места, и Ирэн прижалась к его спине, называя адрес школы. Она думала о том, что он сказал. «Я всё равно узнаю». Это было похоже на угрозу — или на обещание.

***

Школа была типичной для их района: старое трёхэтажное здание с облупившейся краской, баскетбольная площадка с потрескавшимся асфальтом и несколько деревьев во дворе, на ветвях которых болтались забытые кем-то ленточки. Уроки уже закончились, и дети выбегали из ворот с ранцами наперевес. Ирэн оставила Тэхёна у входа — он сказал, что подождёт, — и вошла в школу. В классе Хёджин было почти пусто. Несколько учеников ещё собирали вещи, учительница стирала с доски. Хёджин сидела за своей партой и укладывала учебники в рюкзак. Когда она увидела Ирэн в дверях, её лицо озарилось улыбкой от которой у Ирэн каждый раз теплело на сердце. — Сестрёнка! — Хёджин бросилась к ней. — Ты за мной пришла? Мы пойдём домой вместе? — Пока нет, — Ирэн обняла её. — Мне нужно кое-что сделать. Скажи, та девочка, Ли Наён, она ещё здесь? Хёджин нахмурилась. — Зачем тебе она? — Просто нужно спросить кое-что. Где она? — В соседнем классе, наверное, — Хёджин пожала плечами. — А что? Это из-за того? — она понизила голос. — Из-за пистолета? — Тихо, — Ирэн присела перед ней и взяла её за руки. — Я разберусь. Никому не говори. Хорошо? — Хорошо, — Хёджин кивнула, но в её глазах была тревога. — Ты вернёшь его? Тому дяде? — Да. Я верну. Всё будет хорошо. Ли Наён нашлась в соседнем классе. Это была та самая девочка, с которой Хёджин подралась, — высокая для своего возраста, с длинными чёрными волосами и выражением лица, которое говорило, что она привыкла получать то, что хочет. При виде Ирэн она насторожилась — явно узнала сестру своей обидчицы. — Ты — сестра Хёджин, — сказала она вместо приветствия. — Да, — Ирэн подошла ближе. — Я хотела спросить про твоего дядю. — Про Зико? — девочка удивлённо подняла брови. — А что с ним? — Он сегодня придёт за тобой? — Да. Он всегда приходит по средам. — Наён посмотрела на часы на стене. — Должен быть с минуты на минуту. А что? Ты хочешь с ним поговорить? Он тебе понравился? — она хихикнула. — Многие девушки на него западают. Он красивый и в форме. — В форме? — Ну да. Он полицейский. Разве Хёджин не говорила? Ирэн почувствовала, как кровь отливает от лица. Полицейский. Зико был полицейским. Её десятилетняя сестра украла пистолет у полицейского. Это было хуже, чем бандит. Намного, намного хуже. Потому что бандит не стал бы заявлять в полицию о пропаже оружия — а полицейский мог. И если он уже подал рапорт о пропаже... если он каким-то образом отследит пистолет до Хёджин... — Вы побледнели. — Наён смотрела на неё с любопытством. — Что-то случилось? — Нет, — Ирэн заставила себя улыбнуться. — Всё в порядке. Просто... когда он придёт, можешь мне сказать? Я буду во дворе. — Ладно, — Наён пожала плечами и вернулась к своему рюкзаку, но её глаза всё ещё следили за старшей сестрой её одноклассницы с подозрением. Ирэн вышла из класса и прислонилась к стене в коридоре. Её сердце колотилось. Полицейский. Украсть пистолет у полицейского — это не просто детская шалость. Это преступление. Серьёзное. Повезло, что Хёджин несовершеннолетняя, то её могли посадить за такое. Ирэн заставила себя дышать глубже. Паника не поможет. Сейчас нужно просто найти Зико и поговорить с ним. Объяснить. Вернуть пистолет. Может быть, он войдёт в положение. Может быть, у него самого есть дети. Может быть, он поймёт. — Сестрёнка? — Хёджин выглянула из класса. — Ты в порядке? — В порядке, — Ирэн выпрямилась. — Дядя Наён... тот мужчина, у которого ты взяла пистолет... ты знала, что он полицейский? Хёджин замерла. Её глаза расширились. — Полицейский? — прошептала она. — Он был в обычной одежде. Я думала, он просто... дядя. — Он полицейский, — повторила Ирэн. — Ты украла пистолет у полицейского, Хёджин. Хёджин побледнела. Её нижняя губа задрожала. — Меня посадят? — Нет, — твёрдо сказала Ирэн. — Ты ребёнок. И я всё улажу. Просто подожди меня, я поговорю с ним. Хорошо? — Хорошо, — прошептала Хёджин. — Прости, сестрёнка. Я не хотела. — Я знаю, — Ирэн погладила её по голове. — Всё будет хорошо. Иди.

***

Зико появился через пятнадцать минут. Ирэн стояла во дворе, у баскетбольной площадки, и ждала. Тэхён всё ещё был у входа — она видела его чёрную кожаную куртку на фоне облупившейся школьной ограды. Он не подходил, не вмешивался. Просто ждал. Когда Зико вошёл в школьный двор, Ирэн едва не ахнула. Ли Наён была права — он был в форме. Полицейской форме. Тёмно-синяя, отглаженная, с шевронами и значком. Он был высоким, широкоплечим, с короткой стрижкой и квадратной челюстью. На поясе висела кобура — пустая. Та самая, из которой Хёджин вытащила пистолет. — Дядя Зико! — Ли Наён выбежала ему навстречу и повисла на шее. Он засмеялся, подхватил её на руки и закружил. Обычный дядя, любящий свою племянницу. Никакой бандитской ауры. Никаких тёмных очков и золотых цепей. Просто полицейский, который пришёл забрать ребёнка из школы. Ирэн набрала воздуха и пошла к нему. — Извините, — окликнула она, когда Наён убежала к подругам попрощаться, а Зико остался ждать у ворот. — Вы — дядя Ли Наён? Он обернулся. Его глаза — тёмные, цепкие — скользнули по ней с головы до ног. На его лице появилась лёгкая улыбка — не угрожающая, а скорее оценивающая. — Да, это я, — сказал он. — А вы?.. — Ким Ирэн. Я сестра Хёджин. Одноклассницы Наён. — А, точно, — он кивнул, явно что-то припоминая. — Та самая, с которой они подрались? Наён рассказывала. Говорила, что Хёджин ударила её. — Это было недоразумение, — быстро сказала Ирэн. — Я хотела поговорить с вами о другом. — О чём же? — он наклонил голову набок. — Надеюсь, не о драке? Дети есть дети, они помирятся. — Нет, не о драке. Я... — Слушайте, — он взглянул на часы, — у меня смена через сорок минут. Я очень спешу. Может, в другой раз? — Это важно! — Ирэн шагнула ближе. — Очень важно. Я... — Вы очень хорошенькая, — перебил он, и его улыбка стала шире. — Правда. У вас очень красивые глаза. И волосы. Я люблю рыжих. Но я правда опаздываю. Если вы хотели познакомиться поближе, это можно сделать в другой день. Ирэн замерла, открыв рот. Он думал, что она подошла к нему, чтобы... познакомиться? Флиртовать? Он принял её за девушку, которая клеится к полицейскому у школьных ворот? — Я не... я не знакомиться пришла, — выдавила она. — У меня к вам разговор. — Разговор можно продолжить по телефону, — он сунул руку в карман и достал визитку. — Вот, держите. Мой номер. Звоните в любое время. Но не сегодня — у меня ночная смена. Он вручил ей визитку, ослепительно улыбнулся и, помахав рукой, быстрым шагом направился к выходу. Ирэн осталась стоять с визиткой в руке. Она попыталась что-то сказать, но он уже скрылся за воротами. Чёрт. Она посмотрела на визитку. «Лейтенант полиции Пусана. Отдел по борьбе с организованной преступностью». Отдел по борьбе с организованной преступностью. Её сестра украла пистолет у лейтенанта отдела по борьбе с оргпреступностью. Ирэн сунула визитку в карман, чувствуя, как дрожат пальцы. Она хотела догнать его, попытаться объяснить, но сумка с пистолетом висела на плече, а они были на территории школы. Она не могла достать оружие здесь. Это было бы безумием. Камеры. Дети. Учителя. Нет. Она вернулась к Тэхёну, который всё это время стоял у входа, прислонившись к ограде, и наблюдал за ней. — Кто это был? — спросил он, когда Ирэн подошла. Его голос был ровным, но она заметила, как его челюсть слегка сжалась. — Никто, — она убрала визитку поглубже в карман. — Просто знакомый. — Знакомый, который дал тебе свой номер телефона? — Он приподнял бровь. — Он дал мне рабочую визитку. Это другое. — Визитку, — повторил Тэхён и усмехнулся. — Интересно. Значит, ты берёшь визитки у незнакомых мужиков, пока я жду тебя у входа? — Это не то, что ты думаешь. — А что я думаю? — Ты думаешь, что я с ним флиртовала. — А ты не флиртовала? — Нет! — она повысила голос. — Это было по делу. Важному делу. Которое тебя не касается. — Меня касается всё, что касается тебя, — сказал он, и это прозвучало так просто, так естественно, что Ирэн на секунду забыла, что нужно дышать. — Ты... — она запнулась. — С каких пор? — Неважно, — он отлепился от ограды. — Ты закончила? Мы можем ехать? — Я хотела пойти домой. С Хёджин. — Твоя сестра ещё здесь, — он кивнул в сторону школы, где Хёджин как раз выходила из дверей с рюкзаком за плечами. Увидев Ирэн, она побежала к ней. — Сестрёнка! Ты поговорила с ним? — Почти, — Ирэн присела перед ней. — Я взяла его номер. Позвоню позже. — Он не злился? — Он... не понял, зачем я подошла, — Ирэн криво усмехнулась. — Думаю, он решил, что я с ним флиртую. — Фу, — Хёджин сморщила нос. — Ты не можешь с ним флиртовать. Он старый. — Он не старый, — возразила Ирэн. — Ему лет тридцать, наверное. — Это старый! — Авторитетно заявила Хёджин. — Для тебя — старый. Тебе нужен кто-то помоложе. — Например? — вмешался Тэхён. Хёджин перевела взгляд на него. Она не видела его раньше — или видела мельком, — и теперь разглядывала с тем самым оценивающим прищуром, который у неё был врождённым. Ирэн мысленно застонала. Этого ещё не хватало. — Вы кто? — спросила Хёджин. — Ким Тэхён. Преподаватель твоей сестры. — Преподаватель? — Хёджин перевела взгляд на Ирэн. — Это тот самый, чьи пальцы ты хотела отрезать? Ирэн закрыла глаза. Пожалуйста, пусть земля разверзнется и поглотит её прямо сейчас. — Что? — Тэхён посмотрел на Ирэн с интересом. — Ты хотела отрезать мне пальцы? — Это было давно, — пробормотала Ирэн. — И я была злая. — На сосисках тренировалась, — добавила Хёджин услужливо. — Сказала, что представляет, что это пальцы профессора. А потом Хосок сказал, что сосиски вкуснее. — Хёджин! — взмолилась Ирэн. Тэхён расхохотался. По-настоящему. Это был смех, которого Ирэн никогда раньше не слышала, — глубокий, искренний, без тени сарказма. Он смеялся, откинув голову назад, и на его щеках появились ямочки, которых она никогда не замечала. — Сосиски, — выдохнул он, отсмеявшись. — Значит, ты представляла, что отрезаешь мне пальцы, на сосисках. Это... — он снова засмеялся, — это самое оригинальное, что я слышал за последний год. — Я рада, что тебе смешно, — буркнула Ирэн. — Мне очень смешно, — подтвердил он. — Твоя сестра — чудо. — Я знаю, — гордо сказала Хёджин.

***

Тэхён предложил зайти в кафе. Ирэн хотела отказаться — ей нужно было решить вопрос с пистолетом, и Зико ждать не будет, — но Хёджин уже смотрела на неё умоляющими глазами, и Тэхён сказал: «Я угощаю», — и отказать им обоим было невозможно. Кафе было небольшим, уютным, с клетчатыми скатертями и запахом свежей выпечки. Хёджин заказала самое большое мороженое из меню — шоколадное, с карамельным сиропом, взбитыми сливками и разноцветной посыпкой. Ирэн взяла латтэ. Тэхён — эсперссо без сахара. Они сидели у окна, и вечернее солнце падало на столик оранжевыми полосами. Хёджин с энтузиазмом атаковала мороженое, но её взгляд то и дело возвращался к Тэхёну. Она изучала его с тем самым прищуром, который Ирэн знала слишком хорошо, — так Хёджин смотрела, когда прикидывала, стоит ли доверять человеку. — Вы красивый, — заявила она наконец с набитым ртом. — Но это не значит, что я вас одобряю. Тэхён, который как раз подносил чашку ко рту, замер. — Простите? — Вы красивый, — повторила Хёджин. — Даже красивее, чем Юнги. Но характер, наверное, у вас плохой. Ирэн говорила, что вы козёл. — Хёджин! — Ирэн чуть не поперхнулась кофе. — Что? — Хёджин посмотрела на неё невинными глазами. — Ты сама так говорила. В тот день, когда сосиски резала. Тэхён снова засмеялся — на этот раз тише, но всё ещё искренне. — Твоя сестра, — сказал он, поворачиваясь к Ирэн, — обладает редким даром говорить правду. Это семейное? — Это проклятие, — пробормотала Ирэн. — Я думаю, он тебе нравится, — продолжила Хёджин, не обращая внимания на мучения сестры. — Ты на него смотришь как на мороженое. — Что? — Ирэн уставилась на неё. — Как на мороженое, — повторила Хёджин и указала ложкой на свой десерт. — Когда я смотрю на мороженое, у меня такие же глаза. Как будто я хочу его съесть, но знаю, что потом будет болеть живот. Ирэн открыла рот, закрыла, снова открыла. Она не могла придумать достойный ответ. — Интересная метафора, — заметил Тэхён, глядя на Хёджин с неподдельным интересом. — Значит, твоя сестра смотрит на меня как на мороженое? — Ага, — Хёджин кивнула и зачерпнула новую ложку. — Но я не отдам её за вас замуж. — Почему? — Потому что вы на неё плохо влияете. Она стала поздно приходить домой. — Хёджин строго посмотрела на Тэхёна. — Если вы думаете, что можете просто так забрать нашу сестрёнку, то нет. Она наша. Мы её первыми нашли. — Хёджин, — голос Ирэн дрогнул. — Я никуда не ухожу. — Я знаю, — Хёджин пожала плечами. — Но он должен знать правила. Тэхён смотрел на девочку, и в его глазах было уважение. — Понял, — сказал он серьёзно. — Я усвоил правила. Никакой женитьбы. Никаких плохих влияний. И мороженое — только после обеда. — Мороженое можно и до, — милостиво разрешила Хёджин. — Но только если оно такое же вкусное, как это. Ирэн смотрела на них — на свою маленькую сестру, которая торговалась с её преподователем-любовником, — и не знала, плакать ей или смеяться. В какой-то момент она заметила, что Тэхён смотрит на Хёджин по-особенному — не как на чужого ребёнка. По-доброму. Как будто он знал что-то, чего не говорил. И тут она вспомнила. Телефон. Заставка. Мальчик с фотографии. Тот, на кого Тэхён был похож. Ирэн вдруг поняла, что Тэхён, возможно, смотрит на Хёджин и видит кого-то другого. Кого-то, кого он потерял. — У тебя ведь тоже есть брат, — тихо сказала она, когда Хёджин отвлеклась на своё мороженое. — Младший. Тэхён перевёл взгляд на неё. Его лицо мгновенно изменилось — теплота исчезла, уступив место холодной маске. Но она не стала отступать. — Я помню фотографию, — сказала она. — На твоём телефоне. Ты и мальчик. Вы были похожи. Он молчал. Челюсть сжалась. Пальцы сомкнулись вокруг чашки. — Я не хочу об этом говорить, — сказал он. — Я знаю. Просто... я видела, как ты смотрел на Хёджин. Он ничего не ответил. Просто отпил кофе и уставился в окно. Хёджин, закончившая мороженое, вытерла губы салфеткой и посмотрела на взрослых. — Вы поссорились? — спросила она. — Нет, — ответили оба одновременно. — Странные вы, — заключила Хёджин и потянулась к стакану Ирэн, чтобы попробовать её латтэ.

***

После кафе Тэхён вызвал такси. На мотоцикле втроём было не уехать, а автобус ждать было лень. — Я заплачу, — сказал он, открывая дверь машины. — Не надо, — начала Ирэн. — Надо, — он даже не посмотрел на неё. — Хёджин, садись. Пристегнись. И скажи своей сестре, чтобы она перестала спорить. — Сестрёнка, перестань спорить, — послушно повторила Хёджин, забираясь в такси. — Он всё равно сделает по-своему. Как типичный мужчина. Ирэн усмехнулась и потрепала сестру по голове. Они сели в такси. Тэхён наклонился к окну, и его лицо оказалось близко — слишком близко. — Вечером, — сказал он тихо, так, чтобы Хёджин не слышала. — Ты обязана приехать ко мне. Я хочу трахнуть тебя так, чтобы ты забыла, как дышать. — Тэхён! — она покраснела и покосилась на Хёджин, которая, к счастью, уже копалась в своём рюкзаке в поисках блокнота. — Я серьёзно, — он улыбнулся той самой улыбкой, от которой у неё слабели колени. — У тебя есть должок, Ким. И я намерен их взыскать. — Он помолчал, глядя ей в глаза. — И возьми тот синий парик. — Зачем? — Я хочу увидеть Blue_Sweetheart вживую, — он выпрямился, захлопнул дверцу и постучал по крыше такси, давая водителю знак трогаться. Машина отъехала. Ирэн смотрела в окно на удаляющуюся фигуру Тэхёна, и её сердце колотилось где-то в горле. Хёджин, выудившая наконец блокнот, ткнула её локтем в бок. — Ты красная, — заметила она. — Как помидор. — Я не красная. — Красная. Что он тебе сказал? — Ничего. Учебные вопросы. — Врёшь, — Хёджин вздохнула с видом умудрённого жизнью человека. — Ладно. Но если он тебя обидит, скажи мне. — И что ты сделаешь? — Проколю шины на мотоцикле, — Хёджин пожала плечами. — Или нарисую на сиденье дракона. Перманентным маркером. Он не отмоется. Ирэн рассмеялась и обняла сестру. Впервые за этот бесконечный день она почувствовала, что всё будет хорошо. Может быть, не сегодня. Может быть, не завтра. Но когда-нибудь. Обязательно.