«Сверхъестественное: неизданный апокриф»

«Психиатрическая лечебница Рузвельта»

Рокфорд, штат Иллинойс

Среди глубокой, безветренной ночи, когда весь город уже давно погрузился в сон, над окружающими улицами мрачной громадой возвышалось огромное здание старой психиатрической лечебницы. Даже спустя долгие годы после закрытия оно не утратило своего устрашающего величия. Казалось, сама темнота цеплялась за его стены, пряталась в разбитых окнах и заполняла пустые глазницы бесчисленных коридоров. Холодный лунный свет ложился на фасад серебристой дымкой, подчёркивая каждый след времени. Облупившаяся краска отслаивалась широкими пластами, под которыми проглядывал старый бетон. Потрескавшиеся колонны, когда-то украшавшие главный вход, теперь выглядели так, будто были готовы рассыпаться от одного сильного удара. По стенам густыми полосами тянулся плющ, который за десятилетия успел захватить почти всё здание, впиваясь корнями в трещины и медленно превращая творение человека в часть природы. Вокруг стояла необычная тишина. Не слышалось ни проезжающих машин, ни человеческих голосов. Лишь где-то высоко мерцали яркие звёзды, а редкие порывы прохладного ветра лениво колыхали высокую траву возле старой ограды, заставляя её тихо шелестеть. Всю территорию окружала металлическая сетка, местами проржавевшая настолько сильно, что казалось удивительным, как она ещё держится. На ней висели перекошенные предупреждающие таблички с давно выцветшей краской: «НЕ ВХОДИТЬ», «ОПАСНАЯ ЗОНА», «ПОСТОРОННИМ ВХОД ЗАПРЕЩЁН». Они выглядели скорее как напоминание о прошлом, чем как настоящее препятствие. За ними темнели разбитые окна лечебницы, из которых наружу тянулись полосы лунного света, делая пустые помещения похожими на безжизненные глазницы огромного существа. Внутри здание встречало посетителей запустением и многолетним безразличием. Полы были покрыты толстым слоем пыли, поверх которой беспорядочно лежали пожелтевшие бумаги. Когда-то это могли быть истории болезней, отчёты врачей или чьи-то личные записи, но теперь страницы настолько выцвели и отсырели, что разобрать на них хоть одно слово было невозможно. Повсюду валялись пустые бутылки, перевёрнутые металлические шкафчики, осколки стекла и потухшие окурки. Следы тех, кто приходил сюда ради острых ощущений или просто искал место, где можно спрятаться от остального мира. Стены были покрыты слоями граффити, бессмысленными фразами, рисунками и оставленными чужими руками подписями. Некоторые надписи уже почти исчезли под воздействием времени, другие выглядели свежими, будто появились всего несколько дней назад. По этому хаосу медленно скользил луч фонаря. Он выхватывал из темноты то облезлую дверь, то ржавую каталку, то длинные полосы паутины, натянутые между потолком и стенами. Свет двигался осторожно, словно его обладатели не хотели привлекать к себе лишнего внимания. Тёмные фигуры бесшумно продвигались по коридору. Их силуэты едва различались среди окружающей темноты. Они внимательно осматривали помещение, время от времени переглядываясь, будто заранее знали, куда направляются. Каждый шаг отдавался приглушённым эхом, которое долго блуждало по пустым этажам. Наконец незнакомцы остановились возле тяжёлой металлической двери с небольшим зарешеченным окошком. Ручки были намертво стянуты толстой цепью, а массивный навесной замок покрывала рыжая ржавчина. Один из них достал ручной болторез и уверенными движениями поднёс его к металлу. Раздался короткий хруст. Затем ещё один. Через мгновение цепь ослабла. Замок со звонким металлическим стуком упал на бетонный пол, нарушив мёртвую тишину здания. Следом с глухим лязгом соскользнула тяжёлая цепь. Дверь медленно приоткрылась. Из-за неё пахнуло сыростью и чем-то настолько старым, что невозможно было определить источник запаха. Не теряя времени, три фигуры быстро скрылись внутри, словно боялись, что их могут заметить. Почти в тот же момент снаружи послышался шум двигателя. К лечебнице подъехала патрульная машина. Фары на секунду осветили фасад, после чего погасли. Из автомобиля вышли двое полицейских. Первым был невысокий темнокожий мужчина лет сорока пяти с очень короткой стрижкой и усталым, но живым взглядом — Дэнни Гандерсон. Второй выглядел немного выше и моложе, он держался спокойнее и производил впечатление человека, которого трудно чем-либо удивить. Его движения были размеренными, а лицо почти не выражало эмоций — Уолтер Келли. Дэнни окинул взглядом возвышавшееся перед ними здание и с лёгким раздражением покачал головой. — Ребятишек с этого места ничем не отгонишь. Уолтер молча посмотрел вверх, изучая тёмные окна. — А что здесь такое? Дэнни усмехнулся, понимая, что его напарник ещё не успел познакомиться с местными историями. — Я забыл, что ты не местный. Ты не знаешь легенду. — Легенду? Он коротко кивнул. — У каждого города есть свои истории. Наша — о Рузвельтской психиатрической лечебнице. Говорят, в ней обитают духи мёртвых пациентов. Проведёшь здесь ночь и они сведут тебя с ума. Произнося эти слова, он говорил скорее с иронией, чем с настоящей верой в сверхъестественное. Однако ночная тишина и безжизненное здание за его спиной придавали даже старой городской байке неприятную убедительность. Уолтер ничего не ответил. Он продолжал медленно переводить взгляд с одного выбитого окна на другое, словно пытался уловить за ними какое-то движение. Спустя несколько секунд полицейские вошли внутрь. Их фонари рассекли густую темноту узкими конусами света. Под подошвами хрустело стекло. Дэнни громко объявил: — Эй! Полиция! Его голос прокатился по пустым помещениям, отражаясь от стен и потолка. Ответом была лишь тишина. Он повторил ещё громче: — Полиция! Но лечебница по-прежнему безмолвствовала. В это время Уолтер заметил лежащую на полу разрезанную цепь и сорванный замок. Он присел, осмотрел свежий срез металла и произнёс: — Как думаешь, это ребята разрезали? Дэнни бросил короткий взгляд в ту сторону. — Пошли. Разделимся. — Ладно. Не теряя времени, они разошлись в разные стороны. Уолтер направился к котельной. Луч его фонаря неторопливо скользил по ржавым трубам, массивным вентилям и старым механизмам, давно переставшим работать. За мутными перегородками угадывались полуразрушенные больничные кровати, почему-то оставленные прямо в проходах. Где-то капала вода, и каждый звук казался громче, чем был на самом деле. Он остановился и негромко позвал: — Эй... Ответа не последовало. Только собственное эхо медленно растворилось в глубине помещений. Спускаясь ниже, Келли оказался среди огромных котлов и металлических конструкций, которые в полумраке напоминали фантастических существ. Их тени вытягивались по стенам и двигались вместе с лучом фонаря. Наконец он подошёл к двери с красным предупреждающим знаком и небольшим армированным стеклом. Толкнув её, полицейский вошёл внутрь. Тем временем Дэнни методично обследовал другое крыло лечебницы. Он открывал кабинеты, заглядывал за разбитые шкафы, освещал фонарём ряды пыльных банок и сгнившую мебель. Возле одного из ограждений он остановился, внимательно прислушался, затем направил свет вперёд и устало сказал: — Ладно, выходите. Через секунду из-за укрытия показались трое перепуганных подростков. Их попытка спрятаться оказалась совершенно безуспешной. Они переглядывались между собой, явно понимая, что теперь придётся объяснять своё присутствие в заброшенном здании. В этот самый момент в другом конце лечебницы фонарь Уолтера неожиданно погас. Коридор мгновенно утонул во тьме. Он несколько раз встряхнул прибор, пытаясь вернуть свет, однако тот оставался мёртвым. Тогда за его спиной раздался тихий, едва различимый скрип. Настолько слабый, что его легко можно было принять за игру старых перекрытий. Уолтер медленно повернул голову. Прямо в стене, которую он ещё мгновение назад считал совершенно сплошной, начала открываться скрытая дверь. Она двигалась почти бесшумно. Её поверхность была заклеена такими же старыми листками бумаги и покрыта той же облупившейся краской, поэтому заметить её раньше было практически невозможно. Уолтер резко обернулся на звук. И застыл, внимательно всматриваясь в медленно образовавшуюся тёмную щель. Спустя некоторое время такси уже увозило задержанных подростков прочь от лечебницы. Дэнни стоял возле патрульной машины и поднёс рацию ко рту. — Келли, ты меня слышишь? В эфире раздалось лишь слабое шипение. Ответа не было. И вдруг прямо за его спиной неожиданно оказался Уолтер. Дэнни невольно вздрогнул и сделал шаг назад. — Господи… Где, чёрт возьми, ты был? Келли без всяких эмоций кивнул куда-то назад. — Там. — И что? Нашёл что-нибудь? На его лице появилась почти незаметная усмешка. — Нет. Он поднял взгляд. Ничего больше не объяснив, полицейский направился к машине. Дэнни сел за руль, завёл двигатель и сообщил в рацию: — Это патруль один-четыре. Мы свободны, возвращаемся в участок. Автомобиль плавно тронулся с места. Уолтер неподвижно смотрел вперёд. Затем его взгляд медленно сместился к боковому зеркалу. В следующую секунду из носа тонкой струйкой потекла кровь. Он спокойно вытер её пальцами и, не проявляя ни малейшего беспокойства, несколько секунд задумчиво рассматривал испачканную ладонь, словно пытался понять, откуда она взялась. За окном же тёмный силуэт старой лечебницы постепенно исчезал в ночной мгле, оставаясь позади. Поздним вечером, когда город окончательно укрылся под покровом ночи, Уолтер Келли вернулся домой. На улице было тихо. В окнах соседних домов ещё теплился свет, но большинство жителей уже давно разошлись по своим комнатам, оставив позади шум прожитого дня. Подъезд встретил его привычной тишиной и слабым гулом старых ламп. Не задерживаясь ни на секунду, он поднялся наверх и, открыв дверь, вошёл в квартиру. Внутри царило спокойствие. Воздух хранил едва уловимый аромат свежевыстиранного белья и чего-то сладкого, будто несколько часов назад здесь заваривали чай или пекли печенье. Из спальни пробивался мягкий, тёплый свет, резко контрастировавший с темнотой, в которой он провёл большую часть вечера. Уолтер вошёл в комнату. Не говоря ни слова, он привычным движением снял форменную куртку. Ткань тихо зашелестела, когда он аккуратно расправил её и повесил на спинку стула возле туалетного столика. Всё выглядело до странности обыденно, настолько, что со стороны невозможно было заподозрить, что несколько часов назад он бродил по коридорам заброшенной лечебницы. На кровати, прислонившись к высоким подушкам, лежала молодая светловолосая женщина в лёгкой ночной рубашке. Её волнистые волосы свободно спадали чуть ниже плеч, а в руках она держала раскрытую книгу, полностью погружённая в чтение. Рядом, на прикроватной тумбочке, горела настольная лампа с бежевым цилиндрическим абажуром и необычной резной ножкой. Её тёплый свет заполнял комнату уютом, смягчая тени и делая спальню очень приятной для человеческого глаза. Стоило ей заметить мужа, как она сразу закрыла книгу, аккуратно положила её рядом и посмотрела на него с лёгкой, почти осторожной улыбкой. — Привет. Слова прозвучали мягко и буднично, словно она надеялась, что этого простого приветствия окажется достаточно, чтобы растопить возникшее между ними напряжение. Но Уолтер никак не отреагировал. Он даже не взглянул в её сторону. Словно её голоса вовсе не существовало. Молча сняв кобуру, он достал пистолет и положил его на комод напротив кровати. Затем так же спокойно начал выкладывать из карманов ключи, бумажник, мелочь и прочие вещи, которые сопровождали его каждый рабочий день. Каждый предмет ложился на деревянную поверхность с негромким, отчётливым звуком. Ключи. Бумажник. Монеты. Эти тихие щелчки неожиданно стали единственным, что нарушало тишину спальни. Женщина приподнялась на локтях, внимательно наблюдая за его спиной. В её взгляде промелькнула раздражительность. — Так что? Ты всё ещё не разговариваешь со мной? Ответа снова не последовало. Уолтер продолжал заниматься своим делом с такой невозмутимостью, будто был совершенно один. Она медленно выпрямилась. Её пальцы непроизвольно сжали край одеяла. — Уолд… В этом коротком обращении уже слышалась не столько обида, сколько искреннее желание достучаться до человека, который вдруг стал казаться невероятно далёким. Сев ровнее, она посмотрела ему в спину. — Я же сказала, что сожалею. Сколько раз мне это повторить? Последняя монета выпала из его руки и с тихим металлическим звоном ударилась о поверхность комода. Этот звук показался неожиданно громким. После него наступила абсолютная тишина. Уолтер застыл. Не изменив позы, он перестал двигаться, словно внутри него внезапно остановился какой-то невидимый механизм. Несколько долгих секунд он неподвижно смотрел в стену перед собой. Его голова была слегка наклонена. Со стороны казалось, будто он напряжённо прислушивается к чему-то, что доносится откуда-то издалека. Но в комнате не было слышно ничего, кроме едва заметного гудения лампы и спокойного дыхания женщины. Она внимательно следила за ним. Теперь её тревога стала почти осязаемой. Что-то в поведении мужа было не так. Не обычная обида. Не раздражение после тяжёлой смены. Что-то гораздо более пугающее. Постепенно его взгляд опустился ниже. На лежащий рядом пистолет. Он смотрел на него так, будто видел впервые. Медленно, без малейших колебаний, Уолтер протянул руку. Пальцы сомкнулись на рукояти. Он поднял оружие. Каждое движение было удивительно спокойным и лишённым спешки. Женщина замерла, не до конца понимая происходящее. Наверное, в первое мгновение она даже не поверила собственным глазам. В её сознании не укладывалось, что человек, с которым она прожила столько времени, может сейчас сделать нечто подобное. Уолтер развернулся. И, не произнеся ни слова, направил пистолет прямо на нее. На её лице мгновенно исчезли последние следы спокойствия. Глаза широко распахнулись. Она не успела ни вскрикнуть, ни подняться, ни попытаться что-либо сказать. Время словно остановилось. А затем оглушительную тишину разорвал выстрел. Резкий хлопок ударил по стенам спальни и эхом прокатился по квартире. Почти сразу за ним прозвучал второй. На долю секунды комнату осветили яркие вспышки порохового огня. Их короткий свет выхватил силуэт неподвижно стоящего Уолтера, край кровати, отблеск на стекле туалетного столика и испуганное выражение лица женщины. Потом всё закончилось. Снова наступила тишина. Лампа на тумбочке продолжала ровно гореть, заливая спальню мягким жёлтым светом, будто ничего не произошло. На комоде по-прежнему лежали ключи, бумажник и рассыпанные монеты, а пыльные тени на стенах оставались неподвижными. И только Уолтер стоял посреди комнаты с оружием в руке, его лицо оставалось почти безэмоциональным, словно в этот миг он находился не здесь, а где-то далеко, в месте, недоступном для понимания окружающих. Его взгляд был пустым и неподвижным, а в самой комнате теперь ощущалось необъяснимое, холодное присутствие чего-то чужого, словно вместе с ним из заброшенной лечебницы вернулось нечто, что не должно было покидать её стен.

Мотель

Ночь выдалась на редкость тихой. Небо над шоссе затянули тяжёлые, плотные тучи, полностью поглотившие и луну, и россыпь звёзд. Казалось, что над землёй навис сплошной чёрный купол, не пропускающий ни единого луча света. Лишь старые дорожные фонари, установленные через большие промежутки друг от друга, пытались бороться с темнотой. Их тусклое жёлтое свечение образовывало небольшие островки света на влажном асфальте, но уже через несколько метров растворялось в густом мраке. У самой дороги стоял старый мотель. Его фасад давно нуждался в ремонте: местами облупилась краска, деревянные панели потемнели от времени, а металлические перила покрылись тонким слоем ржавчины. Над входом висела большая неоновая вывеска, которая когда-то, вероятно, ярко сияла, привлекая уставших путешественников. Теперь же буква «О» давно перегорела и лишь изредка слабо вспыхивала, словно пыталась напомнить о себе, после чего снова погружалась во тьму. На парковке почти не было машин. Лишь перед одним из номеров стояла хорошо знакомая чёрная Импала, отражая в отполированном кузове редкие отблески фонарей. Она выглядела почти живой на фоне этого забытого всеми места. За занавесками одного из окон горел свет. Внутри небольшого мотельного номера царила рабочая, сосредоточенная атмосфера. Единственная лампа под потолком заливала помещение мягким, слегка тусклым светом, под которым старая мебель казалась ещё более потёртой. На стенах висели безликие картины, а кондиционер в углу едва слышно гудел, нарушая тишину. Сэм сидел на одной из кроватей, застеленной выцветшим красным покрывалом. Он немного ссутулился, плотно прижимая телефонную трубку к уху, и внимательно слушал собеседника, время от времени хмурясь. Наконец он заговорил: — Нет, отец был в Калифорнии, когда мы последний раз о нём слышали. Мы подумали, если он заезжал к вам за снаряжением, может, вы видели его последние несколько недель. Его голос звучал спокойно, но за внешним самообладанием чувствовалось растущее беспокойство. Это был далеко не первый подобный звонок за последние дни, и каждый из них заканчивался одинаково — ничем. За столиком возле стены расположились Дин и Джен. Между ними лежал старый, потрёпанный временем дневник Джона Винчестера. Потемневшая обложка, исписанные поля, многочисленные закладки и пометки говорили о том, что книга побывала в бесчисленных поездках и пережила не один опасный случай. Дин внимательно изучал страницы, сосредоточенно водя взглядом по строчкам. Рядом с ним Джен аккуратно переворачивала листы, помогая искать хоть какую-нибудь подсказку. Их плечи почти соприкасались, а работа давно стала молчаливой и слаженной, каждому было достаточно одного взгляда, чтобы понять, что делает другой. Сэм замолчал, слушая ответ на другом конце линии. Через несколько секунд он коротко кивнул, хотя собеседник этого видеть не мог. — Просто позвоните, если что-то услышите. Спасибо. Он медленно опустил трубку на аппарат. В комнате на мгновение воцарилась тишина. Дин и Джен одновременно подняли головы. Их взгляды встретились лишь на секунду, после чего Дин снова уткнулся в дневник, а Джен уже перелистывала следующую страницу, словно надеялась, что между строк неожиданно обнаружится то, что они упускали раньше. Не отрываясь от записей, Дин спросил: — Он связывался с Калебом? Сэм отрицательно покачал головой. — Нет. Как и с Джефферсоном. И с пастором Джимом. Он сделал небольшую паузу. Эти имена были последними ниточками, которые ещё связывали их с возможным местонахождением отца, но каждая из них обрывалась. Сэм перевёл взгляд на раскрытый дневник. — Как насчёт дневника? Есть какие-нибудь зацепки? И Дин, и Джен почти одновременно покачали головами. — Ничего, — тихо сказала Джен. Дин вздохнул. — Как и в прошлый раз, когда я его просматривал. Ничего, что могло бы помочь. Джен на секунду закрыла глаза и устало потёрла переносицу. От долгого чтения мелкого почерка начинала болеть голова, а бесконечные заметки Джона, написанные короткими фразами и загадочными сокращениями, только усиливали ощущение безысходности. Дин неожиданно усмехнулся. Захлопнув ладонью очередную страницу, он покачал головой. — Я люблю отца, но, клянусь, пишет он как чёртов Йода. На лице Сэма появилась едва заметная тень улыбки, но исчезла почти сразу же. Тревога оказалась сильнее. Он тихо произнёс: — Может, нам стоит связаться с федералами и объявить его пропавшим? Эти слова заставили и Дина, и Джен посмотреть на него уже без тени юмора. Дин ответил твёрдо, почти сразу: — Мы это уже обсуждали. Отец рассвирепеет, если мы посадим федералов ему на хвост. Сэм сжал зубы. Было заметно, что он изо всех сил старается сохранять спокойствие. — Мне наплевать! Просто… после всего, что произошло в Канзасе… Я хочу сказать, он должен был быть там. В комнате снова стало тихо. Каждый думал об одном и том же, но никто не хотел произносить вслух худшие предположения. Именно в этот момент где-то среди вещей Дина неожиданно заиграла короткая мелодия мобильного телефона. Дин тут же захлопнул дневник и поднялся. Он подошёл к сваленной на кровать дорожной сумке, которая выглядела так, будто её содержимое пережило небольшой ураган, и принялся энергично перебирать одежду. Тем временем Сэм продолжал говорить: — Ты сам сказал, что пытался дозвониться до него, и ничего. Из сумки одна за другой вылетали футболки, носки, рубашки и джинсы. Дин раздражённо пробормотал: — Я знаю. Где, к чёрту, мой мобильник? Джен даже не подняла головы. С лёгкой улыбкой она ответила: — Посмотри там, где ты его оставил, — потом окинула взглядом творившийся на кровати беспорядок и добавила. — Хотя для этого сначала придётся выяснить, где именно в этом стихийном бедствии заканчивается твоя сумка. Несмотря на напряжённую обстановку, замечание получилось настолько точным, что даже Дин на секунду перестал копаться в вещах, он поднял на секунду голову и шумно выдохнул. Сэм же не улыбнулся. Он по-прежнему смотрел на брата. — Знаете… судя по тому, что нам известно, он может быть мёртв. Фраза повисла в воздухе. Дин резко вскинул голову. Его выражение лица тут же изменилось. — Не говори так. Он не мёртв. В этих словах звучала не просто уверенность, а почти упрямое нежелание допустить даже мысль об обратном. Он уже поднял руку, собираясь продолжить, но осёкся. Сэм не отвёл взгляда. — Тогда что? Он скрывается? Слишком занят? Напряжение между братьями становилось всё ощутимее. Почувствовав это, Джен поднялась со стула. Она подошла ближе к комоду и оперлась на него руками. — Эй, полегче. Сэм тяжело выдохнул и отвёл глаза. В этот момент Дин наконец нашёл телефон. Аппарат оказался зажат между аккуратно сложенными джинсами. Экран всё ещё светился. Дин бросил взгляд и застыл. Это был не входящий вызов. На дисплее отображалось всего одно сообщение. Одна короткая строка.

«42, -89»

Несколько секунд он молча смотрел на цифры, словно проверяя, не ошибся ли. Потом уголок его губ едва заметно дрогнул. — Поверить не могу. Джен сразу поднялась и подошла ближе. — Что? Сэм тоже развернулся на кровати и устало взглянул на него. — Что там? Дин медленно сел на край матраса. Джен опустилась рядом, почти касаясь его плечом, и заглянула в экран телефона. Ничего, кроме двух чисел, разделённых запятой. Он молча повернул дисплей к ним. — Это… — сказал Дин, — координаты. Сэм напряжённо сжал челюсти, уже мысленно перебирая возможные варианты. Джен не сводила взгляда с цифр. Внутри неё медленно зарождалось ощущение, что после долгих дней неопределённости они наконец получили первый настоящий след. Она едва слышно произнесла: — Папа… — в этом единственном слове смешались надежда, облегчение и тревога перед тем, что могло ждать их в точке, обозначенной этими загадочными координатами. Утро наступило незаметно. Сквозь неплотно задёрнутые шторы в номер мотеля проникал холодный сероватый свет, размывая ночные тени и делая комнату ещё более неприметной. Снаружи уже просыпалась жизнь: где-то вдали проехал грузовик, хлопнула дверь соседнего номера, послышались приглушённые голоса постояльцев. Но внутри всё ещё царила сосредоточенная тишина, нарушаемая лишь редким шуршанием бумаги и тихим постукиванием клавиш. Дин с самого раннего утра сидел за небольшим столиком, на котором едва помещались ноутбук, несколько смятых листов и пустая кружка из-под кофе. На нём была простая тёмная футболка, а волосы ещё не успели окончательно улечься после сна. Он слегка наклонился вперёд, не сводя глаз с экрана ноутбука Сэма. Пальцы быстро бегали по клавиатуре, открывая одну страницу за другой, переходя по ссылкам, возвращаясь назад и снова что-то выискивая. По его сосредоточенному лицу было видно: он зацепился за какую-то мысль и теперь пытался подтвердить её фактами. Рядом, на стуле, сидела Джен. Перед ней лежали разложенные карты, несколько исписанных листов и блокнот с пометками. Она внимательно изучала бумаги, время от времени проводя пальцем по дорогам и названиям населённых пунктов, после чего ненадолго переводила взгляд на экран ноутбука, стараясь сопоставить найденную информацию. Работали они почти молча, давно привыкнув понимать друг друга без лишних слов. Сэм в это время стоял возле входа в ванную комнату. Скрестив руки на груди, он наблюдал за братом и сестрой, но было заметно, что мысли его находятся далеко отсюда. Наконец он нарушил молчание: — Думаете, отец послал нам это? Дин не поднял головы. Продолжая печатать и внимательно следя за экраном, он спокойно ответил: — До этого он уже оставлял нам координаты. Сэм слегка махнул рукой, явно не разделяя уверенности брата. — Дин, он едва с тостером справлялся. В уголках губ Джен появилась лёгкая улыбка. Не отрываясь от лежащих перед ней бумаг, она спокойно заметила: — Сам подумай. Кто, кроме него, мог это сделать? Сэм на секунду замолчал. Вопрос был вполне логичным, но это не избавляло его от сомнений. Поймав его взгляд, Джен мягче добавила: — Сэм, это хорошие новости. Она действительно пыталась увидеть в загадочном сообщении повод для надежды, а не для новых тревог. Дин, всё так же поглощённый чтением на экране, поддержал её: — Да, и это значит, что он в порядке. Или, по крайней мере, что он жив. Последние слова прозвучали чуть тише. В комнате вновь повисла пауза. Сэм поставил руки на бёдра и посмотрел сначала на Джен, затем на Дина. — Сказано, от кого сообщение? Дин покачал головой. — Нет. Сказано: «Неизвестный». Сэм нахмурился ещё сильнее. — Ладно. И куда указывают эти координаты? На этот раз Дин слегка повернул голову и с едва заметным интересом произнёс: — Это самое интересное. Рокфорд, Иллинойс. — И что в этом интересного? Не отвечая сразу, Дин быстро открыл ещё одну страницу. — Я проверил Рокфордские местные газеты. Взгляни на это. Он развернул ноутбук так, чтобы экран был виден остальным. Джен тут же наклонилась ближе, убирая с лица выбившуюся прядь волос. Сэм сделал несколько шагов вперёд и, слегка подавшись корпусом, начал читать текст на экране. Фотография полицейского занимала заметное место в статье. Дин нажал на изображение, открывая его крупнее. — Этот полицейский, Уолтер Келли, пришёл домой после дежурства, застрелил жену, потом сунул пистолет в рот и вышиб себе мозги. После этих слов в комнате стало ещё тише. Сэм медленно опустился на стул рядом с Джен и некоторое время просто рассматривал фотографию мужчины в форме. На снимке он выглядел совершенно обычным человеком. Спокойным, собранным, ничем не напоминающим того, кто способен совершить подобное. Дин лишь мельком взглянул на брата и сестру, после чего снова уткнулся в текст статьи. — Этой ночью Келли и его напарник ездили на вызов в лечебницу. Сэм нахмурился. Он явно пытался связать разрозненные факты в единую картину, но пока ничего не складывалось. — Ладно, я не догоняю. Что здесь общего с нашим делом? Не успел Дин ответить, как Джен уже открыла лежавший рядом дневник отца. Старые страницы зашелестели под её пальцами. Она быстро перелистнула несколько разделов, словно заранее знала, где искать нужную запись. — У отца в дневнике есть заметка об этой лечебнице. Продолжая листать страницы, Джен остановилась на нужном месте и аккуратно положила дневник на стол. При этом он слегка задел ноутбук, отчего тот едва заметно качнулся. Она подвинула книгу так, чтобы и Дин, и Сэм могли прочитать запись. — Вот. Семь неподтверждённых явлений, две смерти. Как и на прошлой неделе. Её палец остановился на короткой пометке, сделанной знакомым почерком Джона. Потом она перевела взгляд на экран ноутбука, где всё ещё была открыта статья о полицейском. Сопоставление этих двух источников говорило само за себя. Дин кивнул, после чего сказал: — Я думаю, что отец хочет, чтобы мы отправились туда. Сэм тихо хмыкнул. Он медленно поднялся со стула и сцепил руки в замок за головой. Несколько секунд молча смотрел в пол, после чего устало потёр затылок. — Так это работа. В его голосе прозвучало одновременно понимание и разочарование. Он провёл ладонью по лицу, задержав её на подбородке. — Отец посылает нас выполнить работу. Дин сразу посмотрел на него. — Может, мы встретимся там с ним? Может, он там? Сэм покачал головой. — А может, нет? Может, он отправляет нас туда самостоятельно поохотиться? — Да кого это волнует? Ответ прозвучал почти мгновенно. Для Дина сейчас важнее всего было то, что сообщение, скорее всего, исходило от их отца и все плохие варианты умирали сами собой. Он был жив и связался с ними сам. Это должно было что-то значить. Он решительно закрыл ноутбук, взял со стола дневник и произнёс: — Если он отправляет нас туда, для меня этого достаточно. Но Сэм не сдавался. — И тебе это не кажется странным? Пока он говорил, Дин уже открыл дорожную сумку и убрал внутрь дневник. Затем начал складывать остальные вещи, действуя быстро и без колебаний, будто решение давно было принято. — Сообщение? Координаты? — продолжал Сэм. Его вопросы так и повисали в воздухе. Дин резко обернулся. — Сэм! — вскрикнул он. — Отец велел нам отправляться туда, и мы отправимся. В комнате снова воцарилось молчание. Сэм сжал зубы и поджал губы, наблюдая за происходящим. Именно в этот момент Джен поднялась со своего места. Она собрала лежавшие рядом бумаги, спокойно направилась к выходу из комнаты и уже у двери почувствовала на себе взгляд Сэма. Он посмотрел на неё, словно надеясь услышать поддержку своим сомнениям. Джен ненадолго остановилась. И лишь слегка качнула головой. Без раздражения. Без спора. Просто принимая решение, которое уже было принято за них троих. — Нужно ехать, Сэм. Эти три слова прозвучали спокойно, но окончательно поставили точку в разговоре. Они направлялись навстречу очередному делу, которое, как и многие до этого, были неразрывно связаны с именем Джона Винчестера.

Паб «Старый терминал»

Рокфорд, штат Иллинойс

Машина уверенно скользила по пустынной дороге, прорезая темноту яркими лучами фар. По обе стороны шоссе плотной стеной стояли деревья. Их ветви переплетались над дорогой, превращаясь в смутные силуэты, которые исчезали так же быстро, как и появлялись. Изредка ветер шевелил листву, и тогда казалось, будто лес наблюдает за проезжающей машиной. Внутри салона было тихо. Монотонный шум двигателя и ровный шелест шин по асфальту сопровождали их путь, пока впереди наконец не показались огни небольшого придорожного паба. Рядом с ним располагался скромный гостевой дом, несколько окон которого ещё светились тёплым жёлтым светом. Дин плавно свернул на парковку. Импала остановилась. Двигатель затих. Пока братья направились внутрь, Джен осталась снаружи. Она прислонилась к машине, скрестив руки на груди, и внимательно смотрела на распахнутые двери паба. Изнутри доносились приглушённые голоса, звон стеклянных кружек и редкие вспышки смеха, но всё это казалось далёким и незначительным на фоне их расследования. Через несколько минут дверь открылась шире, и наружу неспешно вышел какой-то посетитель. Он задержался на пороге лишь на мгновение, после чего направился к парковке. За его спиной дверь с глухим стуком закрылась, снова отделив шумный зал от ночной прохлады. Тем временем внутри царила совсем другая атмосфера. Воздух был пропитан запахом разлитого пива, жареного мяса и старого дерева. Над стойкой тускло горели лампы, отражаясь в многочисленных бутылках, выстроенных на полках. За барной стойкой сидел Дэниел. Он крепко держал в руках бутылку тёмного пива, будто не столько пил, сколько просто искал, чем занять руки. Потёртая кожаная куртка сидела на нём свободно, а на запястье поблёскивали часы, время от времени отражая свет ламп. Он слегка повернул голову, почувствовав чьё-то приближение. Перед ним остановился Дин. — Вы Дэниел Гандерсон? Полицейский? Дэниел коротко кивнул. — Да. На лице Дина появилась лёгкая, располагающая улыбка. Он будто пытался создать впечатление случайного и дружелюбного разговора. Спустя секунду он стал серьёзнее и занял место напротив. — Я Найджел Тафнел из «Чикаго Трибьюн». Вы не против, если я задам вам несколько вопросов о вашем напарнике? Он сложил руки в замок на столе, демонстрируя полную открытость. Однако реакция оказалась совсем не такой, на какую он рассчитывал. — Против. Я хочу спокойно выпить пива. Ответ прозвучал ровно и без раздражения, но настолько категорично, что было ясно: обсуждать эту тему мужчина не собирается. Дин всё же не отступил. — Я просто хотел бы услышать ваш вариант истории. Дэниел медленно покачал головой. В его взгляде мелькнула усталость. — Неделю назад мой напарник сидел на этом стуле, а теперь он мёртв. Теперь вы отстанете от меня? Эти слова прозвучали жёстко. Не как просьба. Как приказ. Улыбка окончательно исчезла с лица Дина. Он наклонился немного ближе. — Простите, но я должен знать, что именно произошло. Неожиданно рядом возник Сэм. Он схватил Дина за воротник и резко дёрнул вверх, заставляя подняться со стула. — Эй, приятель, как насчёт оставить бедного парня в покое? Не давая брату времени ответить, Сэм с силой оттолкнул его в сторону. Дин налетел на стоявший рядом бильярдный стол, ударился о его край и недовольно встряхнулся, явно играя свою роль до конца. — Он полицейский, — но тот даже не посмотрел на него. Вместо этого он указал пальцем в сторону Дэниела. — Почему бы не выказать ему больше уважения? Несколько посетителей повернули головы в их сторону. На секунду в пабе стало тише. Дин тяжело дышал, не сводя взгляда с брата, будто действительно был возмущён его вмешательством. Дэниел лишь с улыбкой наблюдал. Оглянувшись по сторонам, Дин поспешно направился к выходу и через несколько секунд дверь за ним хлопнула. Снаружи его уже ждала Джен. Она отошла от машины и посмотрела на приближающегося брата. — Ну как? На его лице снова появилась довольная усмешка. — Он на крючке. Но Сэм явно переигрывает. Тем временем внутри помеения Дэниел перевёл взгляд на Сэма. После небольшой паузы он произнёс: — Не стоило. Сэм спокойно посмотрел на него. — Конечно стоило, — он бросил взгляд в сторону двери, за которой только что исчез Дин, а затем снова повернулся к собеседнику. — Этот парень — полное ничтожество. На лице Дэниела впервые за весь разговор появилась лёгкая усмешка. Она была едва заметной, но всё же разрушила ту стену недоверия, которая стояла между ними с самого начала. — Позвольте купить вам пиво. Мужчина немного подумал и кивнул. Сэм развернулся к бармену. — Два. Он указал рукой на бутылки. Бармен понимающе кивнул и молча потянулся к холодильнику. Через минуту две бутылки уже стояли на стойке. Сэм сел напротив. Дэниел посмотрел на него с заметно меньшей настороженностью. — Спасибо. Сэм лишь улыбнулся и коротко кивнул. Разговор постепенно стал более непринуждённым. Теперь вопросы задавались без нажима, ответы звучали свободнее, а атмосфера располагала к откровенности. Спустя некоторое время дверь паба снова открылась. Сэм вышел наружу. Прохладный ночной воздух сразу ударил в лицо, сменив душную атмосферу помещения. На капоте шевроле сидели Дин и Джен. Они о чём-то тихо переговаривались, но сразу замолчали, увидев приближающегося Сэма. Он быстрым шагом подошёл к ним. Дин первым нарушил молчание: — Это было довольно грубо, братишка. Сэм театрально вскинул руки. — Главное, что это было убедительно, разве не так? Это действенный метод. Джен, наблюдавшая за их небольшой перепалкой, усмехнулась. — Уже жалею, что не пошла с вами внутрь. Дин перевёл взгляд сначала на неё, потом снова на брата. — А? Сэм только отмахнулся. — Не бери в голову. Дин решил не продолжать эту тему. Он сразу перешёл к главному: — Что тебе удалось вытащить из Гандерсона? Сэм сложил руки на крыше машины, на мгновение задумался и начал пересказывать услышанное: — Ладно. Уолтер Келли был хорошим полицейским. Первый в своём выпуске. Его ждало блестящее будущее. Джен внимательно слушала, не перебивая. Она первой задала следующий вопрос: — А дома? Сэм перевёл взгляд на неё. — У них с женой случались ссоры, как у всех, но отношения были хорошие. Они даже подумывали о детях. Повисла короткая пауза. Дин задумчиво посмотрел на брата. — Так значит, либо у Келли было скрытое психическое отклонение, либо что-то сделало это за него. — Точно, — кивнул Сэм. Джен слегка наклонила голову, обдумывая услышанное. Потом спокойно спросила: — А Гандерсон рассказал что-нибудь о лечебнице? Сэм тихо хмыкнул. В его взгляде мелькнуло понимание того, что именно эта часть разговора может оказаться самой важной. Он посмотрел на Джен и ответил: — Достаточно. На следующее утро небо над округой было затянуто тяжёлыми серыми облаками. Солнечный свет едва пробивался сквозь них, делая окружающий пейзаж блеклым и холодным. Воздух казался неподвижным, а вокруг стояла такая тишина, что даже редкий шорох ветра среди деревьев звучал необычно громко. Машина была припаркована у самого ограждения старой психиатрической лечебницы. Массивное здание возвышалось за высоким сетчатым забором, словно всё ещё пыталось отгородиться от внешнего мира. Сквозь переплетение металлической сетки виднелись облупившиеся стены, разбитые окна и заросшие плющом участки фасада. Казалось, что время здесь давно остановилось. Сэм первым подошёл к ограждению. Не раздумывая, он подпрыгнул, ухватился за металлическую сетку и быстро перелез через высокий забор, легко спрыгнув на землю с другой стороны. Следом за ним начал подниматься Дин. Его движения были такими же уверенными и привычными. Подобные препятствия давно стали для них обыденностью. Последней полезла Джен. Она ловко перебралась через верхнюю часть ограждения, а когда начала спускаться, Дин уже стоял внизу, подняв руки. Он поймал её за талию и помог мягко опуститься на землю. — Спасибо, — негромко бросила она, поправляя куртку. Дин лишь коротко кивнул, и вся троица без лишних слов направилась к зданию. Они быстро поднялись по старым бетонным ступеням. Каждая из них была покрыта трещинами и слоем грязи, а местами по краям уже пробивалась трава. Главные двери оказались приоткрыты. Толкнув их, охотники вошли внутрь. Их сразу встретил запах сырости, старой штукатурки и многолетней пыли. Первые шаги эхом разнеслись по пустому холлу. Оказавшись внутри, все трое на несколько секунд остановились и внимательно осмотрелись. Повсюду царило запустение. На полу лежали разбросанные бумаги, остатки мебели и битое стекло. Где-то в углу валялась старая инвалидная коляска с отсутствующим колесом. Потолок местами осыпался, обнажив ржавые металлические балки, а на стенах темнели бесчисленные граффити, оставленные случайными посетителями. Джен медленно обвела взглядом помещение и с лёгкой усмешкой произнесла: — Да, обстановка та ещё. Несмотря на шутливый тон, в её голосе чувствовалась осторожность. Место производило тяжёлое впечатление. Сэм посмотрел вдоль коридора. — Значит, полицейские искали здесь ребятишек. Они двинулись дальше, пока не остановились посреди просторного холла. Каждый внимательно изучал окружающее пространство, стараясь замечать даже самые незначительные детали. Внезапно Сэм поднял руку и указал вперёд. — В южном крыле. Дин и Джен одновременно повернули головы. Над одним из дверных проёмов действительно висела старая табличка с выцветшей надписью: «Южное крыло». Дин кивнул. — Значит, в южном крыле. Джен задумчиво прищурилась. Что-то в памяти зацепилось за эти слова. — Дин, разве об этом не писалось в дневнике? Едва услышав это, Дин сунул руку во внутренний карман куртки. — Погоди. Он достал потрёпанный дневник Джона и быстро раскрыл его. Старые страницы тихо зашелестели. Пробегая глазами по заметкам, он вполголоса повторял: — Южное крыло... Южное крыло... Джен подошла ближе и, наклонившись над книгой, найдя нужную запись, ее палец остановился на одной из строчек. — Вот. В 1972-м трое ребят забрались в южное крыло. Дин дочитал следующую фразу. — Вышел только один. По его словам, один из приятелей сошёл с ума и поджёг это место. На мгновение все трое замолчали. Слова, записанные Джоном много лет назад, теперь звучали особенно тревожно, учитывая недавнюю историю с полицейским Келли. Сэм первым нарушил молчание. — Ну, что бы ни случилось, похоже, в центре происходящего именно южное крыло. Дин задумчиво провёл большим пальцем по краю дневника. — Но если ребята разбудили то, что было в лечебнице, почему смертей больше не было? Вопрос остался без ответа. Тем временем Джен присела возле дверей, внимательно рассматривая тяжёлые металлические крепления. На полу ещё лежали следы сорванной цепи. Она коснулась рукой холодного металла и задумчиво произнесла: — Похоже, обычно двери были заперты на цепь. Сэм подошёл ближе и посмотрел на крепления. — Они могли быть заперты годами. Держали людей снаружи. К ним приблизился Дин. Джен подняла на него взгляд, словно ожидая вердикта. После короткой паузы Дин негромко произнёс: — Или держали что-то внутри. Джен медленно поднялась на ноги и машинально отряхнула одежду от пыли. В это время Сэм осторожно толкнул дверь, ведущую в южное крыло. Петли тихо заскрипели. Перед ними открылся длинный коридор, уходящий в полумрак. Высокие окна пропускали совсем немного дневного света, поэтому большая часть помещения тонула в серых тенях. По обеим сторонам тянулись ряды дверей, многие из которых были распахнуты настежь. Троица двинулась вперёд. Их шаги звучали особенно громко в мёртвой тишине лечебницы. Дин, осматривая пространство перед собой, вдруг произнёс: — Дай мне знать, если увидишь мёртвого человека. Сэм даже не повернулся. — Прекрати. Но Дин лишь пожал плечами. — Я серьёзно. Ты должен быть осторожен, правда. Призраки нападают на людей с экстрасенсорными способностями вроде твоих. Произнеся это, он посмотрел на ЭМП-детектор в своей руке. Прибор пока оставался спокойным. Чуть позади братьев шла Джен. Она внимательно осматривала боковые комнаты, разбитые окна и полуразрушенные стены. В её глазах читалась настороженность, но слова Дина вызвали у неё лёгкую усмешку. Сэм только махнул рукой. — Говорю тебе, это не экстрасенсорные способности. Просто странные ощущения. Иногда странные сны. — Как скажешь. Не спросишь — не узнаешь. Джен ускорила шаг и приблизилась к ним. Она бросила взгляд на прибор в руках Дина. — Ладно, есть что-нибудь? Дин внимательно посмотрел на экран детектора. Несколько секунд прибор оставался неподвижным. Он покачал головой. — Нет. Но это не значит, что никого нет дома. После этих слов он с едва заметной усмешкой снова перевёл взгляд на устройство. А вокруг по-прежнему стояла почти абсолютная тишина. Только где-то далеко, в глубине южного крыла, словно подчиняясь собственной воле, тихо скрипнула старая дверь. Никто из троих не смог сразу определить, был ли это всего лишь ветер или кто-то ещё находился в этом давно заброшенном здании. Сэм на ходу посмотрел сначала на Дина, затем на Джен и только после этого поднял взгляд к высокому потолку коридора. Над ними тянулись потемневшие балки, с которых местами свисали оборванные провода и клочья старой штукатурки. Его шаги звучали размеренно, а голос оставался спокойным: — Духи не могут появляться в определённое время дня. Дин, не сбавляя шага, ответил с полной серьёзностью: — Уроды вылезают по ночам. Джен, шедшая чуть позади, поддержала его с лёгкой усмешкой: — Как всегда. Несколько секунд они двигались молча. Лучи фонариков скользили по облупившимся стенам, цепляясь за выцветшие указатели, разбитые стеклянные шкафы и ржавые поручни. Напряжение, неизбежно возникавшее в подобных местах, привычно разбавлялось их подколками. Способом не столько пошутить, сколько не позволить страху взять верх. Подойдя к одному из высоких окон, Дин бросил взгляд на серое небо за мутным стеклом и, словно между прочим, спросил: — Эй, Сэм, кто, по-твоему, самый сексуальный медиум? Патрисия Аркетт, Дженнифер Лав Хьюитт или ты? Сэм даже не стал отвечать словами. Не задумываясь, он ударил Дина кулаком по плечу. Тот качнулся вперёд больше для вида, чем от силы удара, и тут же рассмеялся. Смех эхом прокатился по пустому коридору. Джен довольно усмехнулась, а Сэм, несмотря на попытку сохранить серьёзное выражение лица, тоже не смог сдержать улыбку. Она подняла руку, словно голосовала на собрании. — Голосую за Сэма. Дин театрально вздохнул, но ничего не ответил. Через несколько шагов они вошли в одну из комнат. Судя по сохранившейся обстановке, когда-то здесь располагалась лаборатория или процедурный кабинет. Несмотря на годы запустения, помещение по-прежнему производило гнетущее впечатление. Посреди комнаты стояло большое металлическое кресло для осмотров с массивными подставками для ног. Его поверхность покрылась пятнами ржавчины, но конструкция всё ещё выглядела пугающе прочной. Рядом возвышалась старая стойка для капельниц с погнутыми крючками. Вдоль стен тянулись металлические столы. На них беспорядочно стояли банки с мутным формалином. Сквозь пожелтевшую жидкость угадывались человеческие органы, сохранившиеся в стеклянных сосудах долгие десятилетия. На некоторых поверхностях были разбросаны старые шприцы, покрытые пылью и следами коррозии. В самом углу комнаты лежала детская кукла. От времени её одежда почти истлела, а голова отсутствовала, оставляя лишь треснувшее пластиковое туловище. По помещению были расставлены металлические медицинские ёмкости, подносы и разнообразные инструменты, назначение которых уже трудно было определить. Едва переступив порог, Сэм и Джен почти одновременно прикрыли носы ладонями. Воздух здесь оказался особенно тяжёлым. Несмотря на прошедшие годы, помещение сохраняло смесь запахов сырости, плесени, старых химикатов и чего-то ещё, отчего першило в горле. Сэм тихо закашлялся. Дин, напротив, присвистнул. Он прошёл немного вперёд, достал ЭМП-детектор и легонько постучал ногтем по его экрану, словно проверяя исправность. Не получив никаких новых показаний, сложил антенну и убрал прибор во внутренний карман куртки. После этого он остановился возле металлического кресла, с любопытством рассматривая его. Сэм тем временем рассматривал стеллажи и книги на полках. Джен остановилась у стены, наблюдая за братом. Заметив, что Дин уже тянется к старому устройству с металлическими зажимами и свисающими проводами, она сразу предупредила: — Не трогай. Дин лишь лениво качнул головой. На мгновение прикрыв глаза, он сделал ещё несколько шагов и оказался возле небольшого столика, на котором стоял деревянный ящик с выходящими из него проводами и металлическими электродами. Склонив голову набок, он с неподдельным интересом осмотрел конструкцию. — Эй. Электрошок? Лоботомия? Потом повернулся через плечо к брату и сестре. Джен невольно поморщилась. — Они использовали все эти извращённые штуки на больных? В её голосе звучало искреннее отвращение. Дин пожал плечами и с фирменной полуулыбкой заметил: — Совсем как со стариной Джеком в «Пролетая над гнездом кукушки». Джен тихо фыркнула. Сэм тоже позволил себе едва заметную улыбку, но почти сразу снова стал серьёзным и отвёл взгляд. Осознав, что его кинематографическая отсылка не вызвала ожидаемого восторга, Дин развернулся к ним полностью. — Что ж, так что вы думаете? Люди были одержимы духами? Сэм посмотрел в одно из грязных окон, за которым колыхались ветви деревьев. — Может быть. Он сделал небольшую паузу, словно перебирая в памяти похожие случаи. — А может, это больше похоже на "Амитивилль" или охоту на "Смёрлоу". Дин сразу подхватил мысль. — Духи свели их с ума? Как старину Джека в «Сиянии»? На этот раз он снова улыбнулся. Уголок губ Сэма едва заметно дрогнул. Джен подошла ближе к братьям, почувствовав, что разговор постепенно уходит в более серьёзное русло. И действительно. Сэм посмотрел прямо на Дина и неожиданно спросил: — Дин, когда мы поговорим об этом? Тот непонимающе поднял бровь. — Поговорим о чём? Джен насторожилась ещё сильнее и сократила расстояние между ними. Сэм ответил без колебаний: — О том, что отца здесь нет. На секунду воцарилась тишина. Дин бросил короткий взгляд на Джен, затем снова посмотрел на брата. — Давай посмотрим, — после этого он вдруг невольно улыбнулся, перевёл взгляд с Джен обратно на Сэма и спокойно произнёс. — Никогда. Сэм нахмурился. — Я серьёзно. — Я тоже, Сэм, — он сделал небольшую паузу, подбирая слова. — Послушай, он послал нас сюда. Он ясно дал понять, чего хочет. Позже мы продолжим поиски. Но Сэм уже не собирался уступать. — Неважно, чего он хочет. Здесь важен подход. Дин мгновенно нашёлся с ответом: — Вот почему последнее печенье из пачки всегда доставалось мне, а не вам. Он повернулся к Джен и заговорщически подмигнул. Та только закатила глаза. — Да-да, великий стратег. Несмотря на лёгкую иронию, она понимала, что спор между братьями становится всё напряжённее. Сэм оставался совершенно серьёзным. Он посмотрел сначала на Джен, затем перевёл взгляд в окно и вновь уставился на Дина. — У отца могут быть неприятности. Мы должны отыскать его. Мы заслуживаем ответов. Речь идёт о нашей семье. На этот раз даже Дин ответил без привычной улыбки. — Я это понимаю, Сэм. Но он отдал нам приказ. — Так что, мы просто будем следовать его приказам? — Конечно будем. Сэм недовольно усмехнулся. Он на секунду посмотрел на Джен, словно надеясь найти у неё поддержку, затем снова перевёл взгляд в окно и обратно на брата. В этот момент Дин машинально коснулся одного из проводов, тянувшихся от деревянного ящика. Джен мгновенно заметила это и почти одновременно с его движением воскликнула: — Да не трогай! Дин недовольно скривился и убрал руку. Вместо проводов его внимание привлекла небольшая старая табличка, лежавшая рядом. Он поднял её, стряхнул пыль большим пальцем и прочитал вслух: — Сэнфорд Элликотт. После чего повернулся к брату и сестре. — Вы знаете, что надо делать. Узнаем больше о южном крыле и выясним, что здесь случилось. С этими словами он без предупреждения бросил табличку Сэму. Тот ловко поймал её одной рукой, опустил взгляд на потёртую надпись, несколько секунд изучал металлическую пластину, а затем аккуратно положил её на ближайший медицинский поднос. Больше никто ничего не сказал. Переглянувшись, все трое почти одновременно направились к выходу из лаборатории. Их шаги вновь разнеслись по пустому коридору, растворяясь в гулкой тишине южного крыла, где за каждой дверью мог скрываться ещё один фрагмент мрачной истории этого заброшенного места.

Офисный центр, кабинет Джеймса Элликотта

Даунтаун, Рокфорд (штат Иллинойс)

Утро выдалось пасмурным. Низкие свинцовые тучи нависли над городом, а с самого рассвета моросил мелкий дождь. Капли размеренно барабанили по асфальту, стекали с карнизов и оставляли длинные дорожки на оконных стёклах. В одном из небольших офисных зданий, вдали от сырой улицы, царила совсем иная атмосфера: тёплая, спокойная и почти стерильная. В светлом коридоре на небольшом диванчике сидели Сэм и Джен. Сэм лениво перелистывал лежавший у него на коленях журнал, почти не вчитываясь в текст. Его мысли были заняты совсем другим. Время от времени он поднимал взгляд на дверь кабинета напротив, а затем снова машинально переворачивал страницу. Джен сидела рядом, закинув ногу на ногу, и молча смотрела куда-то вдоль коридора. Стены были выкрашены в мягкие пастельные оттенки, на них висели неброские пейзажи, а из соседнего кабинета доносилось едва слышное тиканье часов. Наконец дверь открылась. Из кабинета вышел мужчина в светлой рубашке, строгом пиджаке и тёмных брюках. Он остановился, оглядел ожидающих и посмотрел прямо на Сэма. — Сэм Винчестер? Сэм поднялся. — Это я. Мужчина сделал приглашающий жест рукой. — Входите. Сэм коротко кивнул Джен, передал ей журнал и направился внутрь. Когда дверь распахнулась шире, взгляд невольно зацепился за аккуратную золотистую табличку рядом: «Доктор Джеймс Элликотт. Психиатр». Сэм вошёл в кабинет и устроился на небольшом диване для посетителей. Джеймс спокойно закрыл за ним дверь и сел за письменный стол. — Спасибо, что согласились принять меня без записи, — быстро сказал Сэм. Кабинет выглядел просторным и ухоженным. На стенах висели дипломы, сертификаты и профессиональные награды в строгих рамках. На столе горела современная настольная лампа, освещая аккуратно разложенные папки и документы. Доктор молча открыл одну из папок, взял ручку, но ничего не ответил. Сэм натянул лёгкую улыбку и начал осматриваться. Его внимание привлекла фотография в деревянной рамке. На снимке был изображён сам Джеймс, заметно моложе, стоящий рядом с другим мужчиной. Они улыбались прямо в объектив, и Сэм почти сразу предположил, что второй человек это Сэнфорд Элликотт. Через мгновение его взгляд скользнул к висевшей рядом грамоте, посвящённой пятнадцати годам работы в Рокфорде. Грамот было много, из чего можно было сделать вывод: Джеймс был хорошим специалистом. Наконец он нарушил молчание: — Доктор Элликотт... Элликотт..., — он остановился, словно размышляя. — Это имя. А не было доктора Сэнфорда Элликотта? — Джеймс слегка отъехал вместе с креслом от стола, а Сэм продолжил. — Да. Кажется, он был директором психиатрической лечебницы? На лице врача появилась спокойная улыбка. — Мой отец руководил старой Рузвельтской лечебницей. Откуда вы знаете? Он закинул ногу на ногу и внимательно посмотрел на гостя. Сэм слегка выпрямился, сложил руки на коленях и, стараясь выглядеть непринуждённо, откинулся на спинку дивана. — Ну, я интересуюсь местной историей. Вроде там произошёл несчастный случай или что-то вроде того. В лечебнице, кажется, в южном крыле. Я прав? Джеймс внимательно наблюдал за ним несколько секунд. Потом спокойно произнёс: — Вы заплатили, Сэм. Мы здесь, чтобы поговорить о вас. Сэм негромко хлопнул ладонью по бедру. — О, ладно. Да, конечно. Доктор кивнул. — Так. — Так, — повторил Сэм, не отводя взгляда. — Как дела? Сэм глубоко вдохнул. — Всё хорошо, доктор. — Хорошо. Чем вы занимаетесь? На секунду он замешкался, подбирая формулировку. — Ну, я путешествовал с братом и сестрой. — Это было весело? На лице Сэма появилась несколько натянутая улыбка. — Очень. Знаете, мы встречали... много интересных людей. Доктор продолжал доброжелательно улыбаться и кивать. — Делали много интересных вещей... Сэм воспользовался короткой паузой и снова попытался вернуть разговор в нужное русло. — Вы знаете, что на самом деле случилось в южном крыле? Я забыл... Но Джеймс мягко остановил его. — Послушайте, если вы интересуетесь местной историей, вы должны всё знать о Рузвельтском бунте. Сэм тут же отреагировал: — А это и правда был бунт? И почти сразу сам же поправился: — Нет, конечно, я знаю. Просто мне любопытно. Доктор закрыл блокнот и отложил его на стол. — Сэм, давайте прекратим это. Вы отклонились от предмета. Он немного подался вперёд. Сэм удивлённо поднял брови. — Какого предмета? Ответ последовал без промедления. — Вы. После этого Джеймс снова удобно устроился в кресле. — Я предлагаю вам сделку. Я расскажу вам всё о Рузвельтском бунте, если вы честно расскажете мне что-нибудь о себе. Он внимательно посмотрел на молодого человека. — Например, о брате или сестре, с которыми вы путешествуете. Как вы к ним относитесь? Сэм несколько раз быстро моргнул. Его лицо на миг стало серьёзным, затем он нахмурился и попытался скрыть внутреннее замешательство неловкой улыбкой. Вопрос оказался куда сложнее, чем могло показаться. На улице дождь всё ещё продолжал моросить. Дин нервно ждал младших возле входа, то и дело, поглядывая внутрь здания через огромные стеклянные окна. Капли тихо стучали по крыше, а прохладный ветер приносил запах мокрого асфальта. Наконец дверь открылась. Из здания вышли Джен и Сэм. Едва увидев их, Дин сразу недовольно произнёс: — Ребята, вы там были целую вечность, — он перевел взгляд на брата. — О чём, чёрт возьми, вы там говорили? Сэм пожал плечами. — Знаешь, просто о лечебнице. — И? Дин вопросительно посмотрел на Джен. Та едва заметно покачала головой, сдерживая улыбку, словно понимала, что разговор внутри наверняка складывался совсем не так, как планировал Сэм. Сам Сэм отвёл взгляд. — И? Он наконец ответил: — И о южном крыле. Там держали самых трудных больных. Психопатов, людей с криминальными наклонностями. Дин коротко усмехнулся. — Да, звучит многообещающе. — Да уж. Однажды ночью, в шестьдесят четвёртом, они взбунтовались, набросились на персонал и нападали друг на друга. — Так что, пациенты захватили лечебницу? — Вероятно. — Жертвы были? Сэм кивнул. — Несколько пациентов, несколько служащих. Это была кровавая баня. Некоторые тела так и не нашли, в том числе и директора Элликотта. Дин нахмурился. — Что ты имеешь в виду под "так и не нашли"? — Полиция перерыла там каждый дюйм, но, похоже, пациенты успели где-то спрятать тела. Повисла короткая пауза. Джен задумчиво посмотрела в сторону лечебницы, силуэт которой виднелся вдали за дождевой пеленой. Дин тихо произнёс: — Звучит зловеще. — Да. Они перевезли всех уцелевших пациентов и закрыли лечебницу от греха подальше. Сэм внимательно посмотрел на брата. — Итак, у нас куча насильственных смертей и исчезнувшие тела, — подытожил Дин. — Верно. — Что может означать множество злобных призраков, — вскидывая головой, добавила Джен. — Не лучший расклад. Несмотря на сказанное, в голосе Дина уже слышалась привычная решимость. Он развернулся и направился к машине. Открыв водительскую дверь, бросил через плечо: — Осмотрим лечебницу вечером. Он быстро сел за руль. Джен не спешила занимать своё место. Она посмотрела на Сэма с улыбкой и негромко сказала: — Жаль, что ты не рассказал ему. Сэм сразу понял, о чём речь. Он встретился с ней взглядом, потом посмотрел в сторону Дина и усмехнулся: — Ему лучше не знать.

«Психиатрическая лечебница Рузвельта»

Рокфорд, штат Иллинойс

Вечер опустился на город быстро. Последние отблески заката растворились за тяжёлыми облаками, и старая психиатрическая лечебница вновь погрузилась в темноту. Огромное здание, давно оставленное людьми, молчаливо возвышалось над заросшей территорией, словно терпеливо ожидая очередных незваных гостей. И они действительно появились. Через главный вход осторожно вошли двое молодых людей. Первым шагал Гэвин. Высокий парень в джинсах, тяжёлых ботинках и короткой дублёнке. В руке он держал мощный фонарик, луч которого скользил по полу, выхватывая из темноты разбросанный мусор, перевёрнутые каталки и ржавые металлические конструкции. Следом за ним двигалась Кэт. На ней были обычные джинсы, светлая кофта и длинный серый кардиган. Она тоже сжимала в руке фонарик, но её движения были заметно осторожнее. Девушка постоянно оглядывалась по сторонам, словно подсознательно ожидая, что из очередного тёмного проёма кто-нибудь выйдет. Они шли медленно. Вокруг по-прежнему стояли старые медицинские тележки, каталки и металлические стеллажи, покрытые толстым слоем пыли. Время словно не тронуло их, оставив всё именно так, как было в день закрытия лечебницы. Гэвин сделал ещё шаг вперёд и нервно улыбнулся. — Посмотри, — прошептал он. — Мурашки по коже. Просто жуть. Он повернулся к Кэт, ожидая увидеть похожий восторг. Та лишь окинула взглядом длинный пустой коридор. — Лучше бы мы пошли в кино. Парень довольно усмехнулся. — Это даже лучше. Как будто мы сами попали в фильм. Кэт тяжело вздохнула. Её явно не вдохновляла эта идея. — Поверить не могу, что ты назвал это свиданием. Но Гэвин уже отвернулся и бодро зашагал дальше. — Пошли. Будет весело. Мы просто посмотрим. Девушка невольно обернулась назад, где за ними оставался тёмный выходной холл. На секунду ей захотелось развернуться и уйти. Но вместо этого она сделала несколько быстрых шагов, догоняя спутника. — Пошли. Они продолжили путь, проходя мимо высоких стеллажей и дверей заброшенных кабинетов. Внезапно Гэвин резко вскрикнул: — Что это было?! Кэт испуганно закричала в ответ, вздрогнула всем телом и машинально ударила его кулаком в грудь. Парень тут же рассмеялся. Это была всего лишь глупая шутка. Направив луч фонаря на одну из дверей, он сказал: — Пошли поглядим. На табличке отчётливо виднелся номер 131. Кэт сразу помрачнела. — Мне что-то не хочется. Пойдём отсюда. Она кивнула в сторону коридора, из которого они пришли. — Да ладно. Девушка недовольно посмотрела на него. — Ладно, можешь подождать здесь. Он уже успел отойти на несколько метров. — Гэвин, не надо! Но тот лишь снял с плеч рюкзак, подошёл обратно и бросил его к её ногам. — С тобой ничего не случится. Обещаю. Кэт сложила руки на груди и проводила его раздражённым взглядом. Гэвин уверенно вошёл в кабинет. Оказавшись внутри, он начал медленно осматривать помещение, водя фонариком по стенам и мебели. В это самое время Кэт, оставшаяся снаружи, вдруг услышала странный звук. Из глубины лечебницы донеслось нечто, напоминавшее одновременно рычание и крик. Нечеловеческий. Холодный. Она резко обернулась, всматриваясь в темноту коридора. Но там никого не было. Тем временем Гэвин продолжал изучать кабинет. За его спиной тяжёлая дверь медленно начала закрываться сама собой. Он заметил движение, оглянулся, но только пожал плечами и усмехнулся, не придав этому значения. Снаружи Кэт попыталась улыбнуться самой себе. Однако тревога никуда не исчезла. Наоборот, с каждой секундой ей становилось всё неуютнее. Внутри комнаты Гэвин продолжал освещать пространство фонариком. И вдруг луч погас. Он несколько раз встряхнул корпус. Потом ударил ладонью. Никакого результата. — Проклятье... В этот момент в дальнем углу комнаты появилась женская фигура. Из-за темноты её невозможно было разглядеть. Гэвин пока ничего не замечал. Лишь спустя несколько секунд он повернулся. Увидев силуэт, парень беззаботно улыбнулся. — Что, милая? Не выдержала одиночества? Фигура медленно шагнула вперёд. Теперь она очень напоминала Кэт. Та же причёска. Те же очертания лица. Она подошла вплотную, мягко взяла его ладонями за щёки, притянула к себе и поцеловала. И в тот же миг из коридора донёсся настоящий голос Кэт: — Гэвин! Ты где? Парень мгновенно отпрянул. Он посмотрел на женщину перед собой. Улыбка исчезла. Всё его лицо застыло от ужаса. Перед ним больше не стояла Кэт. Это была изуродованная женщина. Её лицо покрывали ожоги, старые порезы, кровавые рубцы и глубокие шрамы. Кожа казалась одновременно почерневшей и болезненно бледной, словно давно утратившей признаки жизни. Гэвин судорожно вдохнул. Несколько секунд он просто смотрел на неё, не в силах пошевелиться. Потом резко оттолкнул страшную фигуру. В это время к лечебнице прибыли Винчестеры. Без лишних разговоров они сразу направились в сторону южного крыла. Дин придержал дверь, пропуская вперёд Сэма и Джен. Сэм включил видеокамеру. Джен активировала фонарик, и яркий луч прорезал густую темноту коридора. Сам Дин уже держал в руке ЭМП-детектор. Джен медленно провела светом по облупленным стенам, дверным проёмам и остаткам медицинского оборудования. В ту же секунду прибор в руках Дина ожил. Раздалось резкое шипение. Индикаторы замигали красным. Все трое мгновенно насторожились. Они ускорили шаг, быстро двинулись вперёд и свернули за угол. — Есть что-нибудь? — спросил Сэм. Дин бросил взгляд на детектор. — Сигнал по максимуму. Джен посмотрела на экран камеры. По изображению пробегали помехи. — Это место фонит как безумное. Дин взглянул туда же и тихо произнёс: — Здесь должно быть полно духов. После чего снова посмотрел на стрелку прибора, метавшуюся в красной зоне. Сэм задумчиво произнёс: — А если источник — ненайденные тела? Джен ответила почти сразу: — Тогда мы должны найти их и сжечь. Дин перевёл взгляд на обоих. — Просто будьте осторожны. Только одно нервирует меня больше, чем разъярённый призрак. Разъярённый призрак убийцы-психопата. Они продолжили движение. Коридор впереди оставался пустым. И именно тогда позади них кто-то прошёл. Все трое одновременно резко обернулись. Фонарик Джен метнулся назад. Сэм развернул камеру. Дин поднял детектор. Но длинный коридор был абсолютно пуст. Несколько секунд никто не двигался. Потом охотники переглянулись и молча пошли дальше. В другой части лечебницы, скрытый за старой металлической кроватью, сидел человек. Лысый мужчина был крепко связан. Его белая больничная рубашка давно утратила свой цвет, пропитавшись грязью и засохшей кровью. Глаза выглядели пугающе. Белки налились темной кровью, а зрачки почти растворились в этом болезненном оттенке. По лицу тянулись синяки, кровоподтёки и многочисленные ссадины. Посиневшие губы дрожали. По обе стороны над бровями виднелись две круглые раны, словно когда-то кожу в этих местах прожгли раскалённым металлом. Он быстро мотал головой из стороны в сторону, будто сопротивляясь чему-то невидимому. А затем неожиданно замер. И резко запрокинул голову назад. Не подозревая об этом, Винчестеры продолжали исследовать лечебницу. Вскоре они вошли в одну из старых палат. Первыми внутрь шагнули Джен и Сэм. Джен медленно водила фонариком по комнате, освещая старые кровати, покосившиеся ширмы и ржавые тумбочки. Следом за лучом двигалась камера в руках Сэма. Дин прошёл чуть дальше по коридору, осматривая противоположную сторону. Лунный свет с трудом проникал через небольшое окно, оставляя большую часть палаты в густой тени. И вдруг раздался тихий скрип. Двое мгновенно переглянулись. Почти одновременно обернулись на звук. Джен медленно перевела луч фонаря из самого тёмного угла в более освещённую часть комнаты. Она смотрела на экран камеры. Сэм туда же. И в следующее мгновение оба одновременно вскрикнули и застыли на месте. Прямо перед ними неподвижно стояла женщина. Светлые волосы беспорядочно спадали на плечи. Длинная больничная рубашка висела на ней бесформенными складками. Руки были испачканы кровью. По лицу тянулись засохшие тёмные потёки. Но самым страшным был её взгляд. Точнее — его отсутствие. На месте левого глаза зияла жуткая выжженная рана, словно глазница была уничтожена изнутри, а под правым глазом тянулся глубокий след старого ожога. Фигура не двигалась. Лишь молча смотрела прямо на них, будто ожидала, что кто-то осмелится сделать следующий шаг. В палате повисла тяжёлая, давящая тишина, нарушаемая только едва слышным шипением камеры и сбившимся дыханием людей. — Дин! Голос Сэма эхом ударился о стены палаты. Почти одновременно рядом раздался ещё один крик: — Дин! — Джен выкрикнула его ещё громче, не сводя глаз с неподвижной фигуры. Призрачная женщина медленно двинулась прямо к ним. Она не бежала и не бросалась вперёд. Каждый её шаг был плавным и почти бесшумным, отчего происходящее казалось ещё более жутким. Кровавые следы на лице и руках оставались неподвижными, а пустая обожжённая глазница словно была устремлена прямо на охотников. Сэм и Джен осторожно отступали назад, стараясь не терять её из виду. В следующее мгновение в комнату буквально влетел Дин. Окинув взглядом происходящее, он мгновенно оценил ситуацию. — Стреляй! — крикнул Сэм. Дин не колебался ни секунды. Он сорвал с плеча сумку, выхватил заряженный солью дробовик и вскинул его к плечу. — Пригнитесь! Джен и Сэм одновременно присели за массивной колонной позади себя. Раздался оглушительный выстрел. Грохот прокатился по всей палате, отражаясь от голых стен. Соляной заряд ударил в призрачную фигуру, и женщина рассыпалась в воздухе, словно её разорвало на клочья невидимым ветром. Комната снова опустела. Наступила тишина. Джен и Сэм медленно поднялись на ноги. Несколько секунд никто ничего не говорил. Потом Джен нахмурилась. — Что-то не так. Сэм кивнул, переводя взгляд с неё на Дина. — Это было странно. Дин, убирая оружие, усмехнулся с усталой иронией. — Да уж. Ты мне это говоришь? Но Сэм отрицательно покачал головой. — Нет, Дин. Странно то, что она не напала на нас. Эти слова заставили всех задуматься. Они покинули палату и снова вышли в длинный мрачный коридор. Шаги гулко отдавались под высоким потолком. Дин повернулся к брату. — С того места, где я стоял, это выглядело иначе. — Она не причинила нам вреда. Даже не пыталась. Она не хотела навредить нам. — Тогда чего она хотела? Ответа не последовало. Они завернули за угол. Джен первой заглянула в открытую комнату справа. Она резко остановилась. Сэм и Дин мгновенно заметили это и перевели взгляд туда же. Посреди помещения лежала перевёрнутая металлическая кровать. Из-за неё доносилось тихое всхлипывание и какое-то шуршание. Джен включила фонарик на полную мощность. Дин шагнул вперёд, уже держа дробовик наготове. Сэм следовал сразу за ним. Между братьями двигалась Джен, освещая путь. Подойдя ближе, они увидели девушку, сжавшуюся за кроватью. Сэм осторожно ухватился за металлическую раму и отбросил её в сторону. Девушка испуганно забилась в угол. Она дрожала всем телом и не могла сдержать слёз. Это была Кэт. Дин опустил оружие и, стараясь говорить спокойно, спросил: — Не бойся. Мы не обидим тебя. — Всё в порядке. Как тебя зовут? — спросила ее Джен. Девушка судорожно вдохнула. — Кэтрин. Кэт. — Хорошо. Я Дин. Это Сэм и Джен. Дин по очереди указал сначала на себя, затем на брата и на сестру. Сэм внимательно посмотрел на девушку. — Что ты здесь делаешь? Она с трудом сглотнула. — Мой парень... Гэвин... Имя оборвалось на полуслове. — Он здесь? — сразу спросил Дин. Кэт медленно кивнула. — Где-то. Она всё ещё не решалась отойти от стены. — Он решил, что будет весело посмотреть на призраков. Винчестеры обменялись выразительными взглядами и почти одновременно тяжело вздохнули. Кэт торопливо вытерла слёзы. — Я подумала, что это просто... ну, знаете... предлог. Она посмотрела сначала на Сэма, потом на Джен, плотнее запахивая кардиган. После чего отвела взгляд к окну. — Я что-то видела. Эти слова прозвучали почти шёпотом. — Я услышала крик Гэвина. Джен сделала ещё шаг к ней. — Ладно, Кэт. Пойдём с нами. Она протянула руку и осторожно помогла девушке подняться. — Сэм выведет тебя отсюда, а потом мы поищем твоего друга, — сказал Дин. Но Кэт сразу замотала головой. — Нет. Нет, я не уйду без Гэвина. Она посмотрела на всех троих. — Я пойду с вами. — Это не шутки. Здесь опасно. — Поэтому я хочу его найти. Дин ненадолго задумался. Сэм недовольно поморщился. Джен спокойно кивнула. — Ладно. Тогда, думаю, нам лучше разделиться. Пошли.

—

Старинные коридоры снова наполнились голосами. Сэм и Джен шли парой, заглядывая за каждый угол и щель, освещая все на своем пути. — Гэвин! — крикнул Сэм, прищурившись. Чуть дальше, в одной из комнат раздался голос Джен: — Гэвин! Но ответа не было.

—

В это время Дин и Кэт обследовали другой проход. — Гэвин! — снова позвала девушка. Ответом оставалась лишь глухая тишина. Дин освещал путь фонариком. — Гэвин! Потом неожиданно обернулся к Кэт. — Хочу тебя спросить. Ты видела много фильмов ужасов? Она растерянно посмотрела на него. — Думаю, да. — Сделай одолжение. В следующий раз смотри внимательнее. Когда кто-то говорит: «Там призраки», не ходи в это место. С этими словами он снова развернулся и пошёл вперёд. Они миновали стену со старой стеклянной панелью и стоило им пройти дальше, как за мутным стеклом промелькнула неясная тень. Которая бесшумно двинулась вслед за ними.

—

Тем временем Сэм и Джен вошли в очередную комнату. Сэм шёл первым. Вдруг он резко бросился к человеку, лежавшему на полу. — Гэвин? Джен тут же присела рядом. Сэм осторожно встряхнул парня за плечо. Тот дёрнулся и резко сел, тяжело хватая воздух. — Всё в порядке. Всё хорошо. Мы здесь, чтобы помочь. Гэвин часто дышал и растерянно оглядывался. — Кто вы? — Меня зовут Сэм. Он показал на девушку. — Это Джен. — Мы нашли твою подружку, — сказала она. Сэм помог ему подняться. — Кэт? — Да. — С ней всё в порядке? — Она волновалась за тебя. Ты сам в порядке? — спросил Сэм. Парень устало потёр переносицу. — Я бежал... Думаю, я упал. — От чего ты убегал? — спросила Джен. Гэвин нервно осмотрел комнату. — Это была... девушка. Её лицо... Он осёкся. Сэм внимательно наблюдал за ним. — Послушай, эта девушка пыталась причинить тебе вред? Парень отрицательно покачал головой. — Нет. Она... — Она что? — уточнила Джен. Гэвин смущённо посмотрел на обоих. — Она меня поцеловала. Джен и Сэм одновременно переглянулись. Сэм снова уточнил: — Но она не причинила тебе физического вреда? — Чувак, она меня поцеловала, — для него самого этого объяснения было более чем достаточно. — Я напугался до смерти. На лице Джен появилась лёгкая улыбка. — Поверь, могло быть гораздо хуже. Даже Сэм не смог скрыть короткой усмешки. Потом он снова стал серьёзным. — Ещё что-нибудь помнишь? Гэвин нахмурился. — Она... — после паузы он тихо добавил. — Вообще-то она пыталась что-то прошептать мне на ухо. — Что? — Не знаю. Я рванул оттуда со всех ног.

—

По другому коридору Дин и Кэт продолжали поиски. Внезапно фонарик в руке Дина мигнул и погас. Он раздражённо встряхнул его. Безрезультатно. — Ах ты, сукин сын... Дин вздохнул. — Всё в порядке. У меня есть зажигалка. Раздался щелчок. Вспыхнул маленький огонёк. И в этот момент Кэт едва слышно прошептала: — Отпусти мою руку. Мне больно. Дин нахмурился. — О чём ты говоришь? Девушка удивлённо посмотрела на него. Потом оба одновременно опустили взгляд. И замерли. Её плечо крепко сжимала чужая рука. Мёртвая. Посиневшая. Испачканная грязью и с явными признаками разложения. Кэт закричала. В следующее мгновение невидимая сила резко дёрнула её в сторону кабинета. Дверь с оглушительным грохотом захлопнулась. — Кэт! Дин бросился следом. Он отчаянно дёргал ручку, наваливался всем весом, бил ногами. Дверь не поддавалась. Изнутри доносились панические крики. — Вытащите меня отсюда! Пожалуйста! — Кэт, держись! Дин схватил лом и принялся снова и снова наносить удары. Металл гремел, но замок оставался цел. Внутри комнаты Кэт медленно пятилась назад, озираясь. Ей казалось, что рядом кто-то есть. Она резко обернулась. Пусто. Но уже через секунду за её спиной возник мужчина лет пятидесяти. На нём висела старая больничная рубашка. Длинные волнистые волосы спадали до плеч. Лицо покрывали синяки, кожа казалась воспалённой, местами покрытой странными пузырями. Одежда была грязной. Кэт медленно повернулась, и увидев его, закричала. Мужчина сделал несколько шагов вперёд. А затем мгновенно исчез. Через секунду появился уже позади неё. Девушка снова вскрикнула. В это время к двери подбежали Сэм, Джен и Гэвин. — Что случилось?! — крикнул Сэм. — Она внутри с одним из этих! Из комнаты донёсся отчаянный голос: — Помогите! Вытащите меня отсюда! — Кэт! — закричал Гэвин. Сэм прижался к двери. — Он не причинит тебе вреда! Кэт металась по комнате. От одной стены к другой. — Послушай меня! Ты должна посмотреть на него! Ты должна успокоиться! Дин резко обернулся. — Она должна что? — Эти духи не пытаются навредить, — сказала Джен, смотря на Дина. — Они хотят поговорить. Сэм снова крикнул: — Ты должна выслушать его! Ты должна посмотреть на него! Из-за двери донесся дрожащий крик: — Что я должна? — Ты что, с ума сошёл? — возмутился Дин. — Посмотри на него, Кэт! — крикнула уже Джен. Девушка внутри зажмурилась и отвернула голову. — Это единственный способ выбраться оттуда! — сказал Сэм. — Нет! — Посмотри на него, и всё! — Давай! Ты сможешь! — поддержала Джен. Кэт медленно открыла глаза. Осторожно повернула голову. И посмотрела прямо на призрака. Он стоял совсем рядом. Его глаза были закрыты. Он приблизился ещё ближе и наклонился почти вплотную к её уху. За дверью все напряжённо замолчали. — Кэт? — тихо позвал Гэвин. Дин стиснул зубы. — Ладно... Надеюсь, вы правы насчёт этого. — Да. Я тоже надеюсь, — ответил Сэм. Внезапно внутри тихо щёлкнул замок. Дверь сама открылась. На пороге стояла Кэт. Испуганная, но невредимая. — Кэт! Дин быстро притянул её к себе и тут же передал Гэвину. Сэм сразу заглянул в комнату. Она была совершенно пуста. Никаких следов призрака. Вернувшись обратно, он посмотрел на девушку. Кэт всё ещё тяжело дышала. — Он сказал... «один, три, семь», — прошептала она. — Прости? — переспросил Дин. — Он прошептал мне на ухо. Один, три, семь. Между Винчестерами воцарилось короткое молчание. Они переглянулись почти одновременно. — Номер комнаты, — сказал Сэм. Дин присел возле своей сумки. Джен и Сэм сделали то же самое, уже понимая, что найденная подсказка может привести их к чему-то важному в деле южного крыла. — Ладно, если эти духи никого не пытаются обидеть, тогда чего они добиваются? — спросила Джен. Её голос прозвучал спокойно, но в нём чувствовалось напряжение. Всё, что они увидели за последние полчаса, никак не укладывалось в привычную картину. Призраки пугали, появлялись неожиданно, загоняли людей в угол, но не наносили смертельных ударов. Для охотников это было слишком необычно. Сэм задумчиво посмотрел в сторону комнаты, из которой только что вышла Кэт. — Может, именно это они и пытались рассказать? Дин перевёл взгляд с брата на сестру. На его лице промелькнула сосредоточенность. — Думаю, мы разберёмся. Он поднялся на ноги, закинул ремень сумки на плечо и повернулся к Кэт и Гэвину. — Хорошо. Так что теперь, ребята, вы готовы покинуть это место? Кэт даже не стала раздумывать. — Это ещё мягко сказано. — Хорошо. Дин указал на Сэма. — Ты выведи их отсюда, а мы пойдём поищем комнату сто тридцать семь. Они вновь включили фонарики. Дин достал из сумки дробовик, проверил его и передал саму сумку Сэму. После этого он вместе с Джен двинулся дальше по тёмному коридору, оставляя Сэма с двумя перепуганными студентами. Шагая к выходу из южного крыла, Кэт постепенно приходила в себя. Тишина вокруг казалась неестественной. Даже их собственные шаги звучали слишком громко. Наконец девушка посмотрела на Сэма. — Так откуда вы, ребята, знаете обо всех этих вещах? Сэм едва заметно усмехнулся. — Это что-то вроде нашей работы. Гэвин недоверчиво покосился на него, а Кэт искренне удивилась. — Кто вообще захочет выбрать такую работу? Сэм быстро взглянул на неё, улыбнулся уголком губ и ответил: — Наставник попался бездарный. От этой фразы Кэт тихо хмыкнула. Потирая замёрзшие руки, она перевела взгляд к грязному окну. Через несколько секунд снова заговорила: — А Дин? Это ваш босс? Сэм сразу покачал головой. — Нет. В голосе прозвучала короткая, но вполне понятная интонация: объяснять подробнее он не собирался. Тем временем Дин и Джен продолжали поиски. Фонарик Джен медленно скользил по номерам дверей. — Если честно, — сказала она, — все как-то подозрительно хорошо идет. Дин усмехнулся, не прекращая идти. — Обычно после таких слов начинается самое интересное. Через несколько секунд они остановились. На старой табличке едва различались цифры 137. Дин нажал на ручку. Дверь поддалась. Они вошли внутрь. Комната походила скорее на кабинет администратора, чем на палату. Бумаги были разбросаны по полу, раскрытые папки валялись под ногами, письменный стол покрылся толстым слоем пыли, а несколько стульев стояли в беспорядке, словно когда-то их поспешно отодвинули. Джен случайно наступила на металлическую табличку. Раздался звон. Она наклонилась и подняла её. На поверхности, несмотря на потускневший металл, всё ещё можно было прочитать имя: «Сэнфорд Элликотт». Джен посмотрела на Дина, после чего выпустила из рук табличку и сделала шаг вперед. Тот кивнул и они начали внимательно осматривать помещение. Дин подошёл к шкафу с медицинскими картами и быстро перелистал несколько папок, но ничего полезного не обнаружил. У выхода из южного крыла Сэм взялся за тяжёлую дверь. Потянул. Она даже не шелохнулась. Он попробовал снова. Безрезультатно. Сэм медленно обернулся к Кэт и Гэвину. — Ладно. Кажется, у нас небольшая проблема. Гэвин сразу предложил первое, что пришло в голову: — Просто разбей её. Сэм покачал головой. — Не думаю, что это сработает. — Тогда окно. Кэт сразу указала взглядом в сторону стены. — Там решётка. Лицо Гэвина заметно побледнело. — Как мы отсюда выберемся? Сэм некоторое время молчал. Потом посмотрел на неподвижную дверь. — В этом и вопрос, — его голос стал серьёзнее. — Никак. Кэт нервно сглотнула. — Это пациенты. — Нет, — Сэм медленно сжал челюсти. — Что-то ещё, — он снова посмотрел на закрытый выход. — Что-то, что не хочет выпускать нас отсюда. В кабинете Дин и Джен продолжали поиски. Джен подошла к небольшому металлическому мусорному ведру. Внутри лежали старые папки. Она достала одну. Потом вторую. Третью. Все оказались пустыми. Тем временем Дин присел возле стены рядом с ней. Его внимание привлекла одна из деревянных панелей. Она отходила чуть сильнее остальных. — Эй. Он осторожно подцепил её пальцами и сдвинул в сторону. За панелью скрывалась небольшая ниша. Джен пригнулась ближе к нему. — Интересно. Из тайника Дин вытащил старую потёртую кожаную сумку и положил её на пол. Рядом валялся сломанный деревянный стул. Окинув его взглядом, Дин усмехнулся: — Так вот за что я выложил кучу баксов. Он расстегнул сумку и достал толстый блокнот. Страницы быстро перелистывались одна за другой. И вдруг он остановился. В верхней части листа крупными буквами значилось: «Журнал пациентов». Дин раскрыл блокнот шире. Джен подсела рядом. На страницах были тщательно выполненные рисунки медицинских инструментов. Каждый сопровождался подробными пометками и пояснениями. Дальше следовали анатомические схемы мозга. На некоторых изображениях инструменты проникали в височные доли и другие участки головы. Под ними находились подробные записи о нервных окончаниях, строении мозга и способах воздействия на него. Несколько секунд они молча рассматривали эти страницы. Потом Дин пробормотал: — Только работа, никаких развлечений. Этот доктор Элликотт был очень мрачным типом. Джен покачала головой. — Судя по этим рисункам, слово «мрачный» тут ещё очень мягко сказано. В этот момент за стеной послышались шаги. Они оба одновременно подняли головы. Фонарики скользнули к дверному проёму. Но коридор оставался пустым. Сэм оставил Кэт и Гэвина возле запертой двери и быстро побежал обратно. Он проверял один коридор за другим. Несколько минут спустя вернулся. — Я всё осмотрел. Другого выхода нет. Гэвин окончательно занервничал. — Так что, чёрт возьми, нам делать? — Для начала не паниковать. — Почему нет? Ответить Сэм не успел. В кармане зазвонил телефон. На экране высветилось имя Дина. Он сразу принял вызов. — Да? Из динамика донёсся голос брата, почти полностью заглушаемый треском помех. — Сэм, это я. Мы его видим. Он идёт за нами. — Где вы? Шум усилился. Среди помех удалось различить лишь одно слово: — …котельная…, — а потом еще одно. — Быстрее… Связь оборвалась. Сэм убрал телефон и сразу повернулся к Кэт и Гэвину. — Ладно. Кому-нибудь из вас раньше приходилось стрелять? Гэвин мгновенно замотал головой. — Что? Нет! Кэт, наоборот, ответила спокойно: — Я смогу. Парень удивлённо посмотрел на неё. Она пожала плечами. — Отец пару раз водил меня стрелять по тарелкам. Сэм коротко кивнул. — Допустим. Он снял с плеча дробовик и протянул его девушке. — Он заряжен каменной солью. Это не убьёт духа, но может его отпугнуть. Если увидите кого-нибудь — стреляйте. Кэт уверенно приняла оружие. — Хорошо. Сэм внимательно посмотрел на обоих. — Хорошо. После этого он развернулся и побежал прочь. Он мчался по запутанным коридорам лечебницы. Луч фонаря метался по стенам. В другой руке Сэм крепко держал собственный дробовик. — Дин! Джен! Ответа не последовало. Он попробовал открыть одну из дверей. Заперто. Следующую. Тоже ничего. Остановившись на мгновение, Сэм быстро осмотрелся. Вокруг царила абсолютная тишина. Наконец впереди показалась дверь котельной. Он распахнул её. — Вы тут? Сэм осторожно вошёл внутрь. Огромное помещение оказалось пустым. Луч фонаря медленно скользил по старым котлам, трубам и металлическим резервуарам. Никого. Только где-то в глубине равномерно капала вода. И именно в этот момент фонарик внезапно погас. Сэм несколько раз ударил ладонью по корпусу. Нажал кнопку. Безрезультатно. Он снова встряхнул его. Тишина. А затем за его спиной с протяжным скрипом начала медленно открываться дверь. Он остановился на пороге, не спеша переступать границу между коридором и неизвестностью, скрывавшейся за дверным проёмом. Внутри царила почти болезненная тишина. Воздух казался тяжёлым, застоявшимся, словно в эту комнату уже много лет никто не заходил. Откуда-то тянуло сыростью, старой пылью и едва уловимым запахом медицинских препаратов, которые давно утратили своё назначение и превратились в безымянные следы прошлого. Сэм внимательно осмотрел помещение, оставаясь снаружи. Сквозь полумрак виднелась ширма с белыми занавесями. Когда-то ткань, вероятно, была идеально чистой, но теперь выглядела пожелтевшей от времени. Неподвижные складки свисали почти до пола и напоминали саван. Посередине комнаты находилось что-то похожее на операционный стол. Металлическая поверхность тускло отражала свет фонаря. От одного взгляда на неё по коже пробегал холодок. Стол выглядел так, словно его покинули посреди работы. Будто люди просто исчезли, оставив всё на своих местах. Над ним нависала огромная операционная лампа. Её круглые секции напоминали пустые глаза гигантского механического существа, застывшего под потолком. Свет давно не горел, но само присутствие этой конструкции заставляло ощущать себя пациентом, оказавшимся под взглядом хирурга. У дальней стены находились умывальник и несколько металлических стеллажей. На полках стояли банки различной формы и размера. Некоторые были пустыми, некоторые скрывали содержимое за мутным стеклом. Рассмотреть детали отсюда было невозможно. На стене висело зеркало. Его поверхность потемнела от времени, а по краям расползались трещины. В слабом освещении оно казалось чёрным провалом, а не отражающей поверхностью. Сэм сделал несколько осторожных шагов вперёд. Под подошвами тихо скрипнул старый пол. Он не торопился. После всего, что им пришлось увидеть в лечебнице, осторожность давно превратилась в привычку. Луч фонаря медленно скользил по предметам. Небольшой столик и старый стул стояли возле стены. На столике лежали различные банки и медицинские весы. Некоторые сосуды были перевёрнуты, другие покрывал толстый слой пыли. Небольшая перегородка отделяла часть помещения. За ней располагались дополнительные стеллажи, шкафы и ещё десятки баночек, колб и коробок. Комната выглядела не просто заброшенной. Она выглядела так, словно здесь проводили работу, которую никто не должен был видеть. Сэм полностью вошёл внутрь. Его дробовик оставался наготове. Он внимательно осмотрелся и бросил короткий взгляд на столик с инструментами. Металл поблёскивал под лучом фонаря. Некоторые предметы были настолько странными, что он даже не сразу понял их назначение. Неприятное ощущение усилилось. Словно само помещение хранило память о том, что здесь происходило. — Дин? Джен? Его голос прозвучал глухо. Слова словно растворились среди стен. Ответа не последовало. Только тишина. Затем за его спиной что-то изменилось. Совсем немного. Настолько незначительно, что обычный человек мог бы этого не заметить. На фоне белой ширмы скользнула тень. Короткая. Размытая. Но вполне реальная. Сэм резко обернулся. Дробовик мгновенно оказался направлен в ту сторону. Сердце ударило сильнее. Мышцы напряглись. Несколько секунд он стоял неподвижно, всматриваясь в белые занавеси. Ничего. Абсолютно ничего. Тогда он начал медленно приближаться. Каждый шаг отдавался эхом в напряжённой тишине. Пальцы крепче сомкнулись на оружии. Подойдя вплотную к ширме, он резко схватил ткань и дёрнул её в сторону. Занавесь с шорохом разлетелась. Но за ней никого не оказалось. Пусто. Только часть комнаты, которую скрывала ширма. Сэм ещё несколько секунд смотрел туда. Потом медленно выдохнул. Напряжение немного ослабло. Он опустил дробовик. Развернулся. И тут же замер. Перед ним стоял мужчина. Настолько близко, что Сэм не услышал ни единого шага. Он появился словно из воздуха. Лицо мужчины было болезненно бледным. Почти белым. Словно кровь давно перестала течь под его кожей. Это был Сэнфорд Элликотт. Его седые волосы торчали в разные стороны. Старый халат и костюм покрывал толстый слой серой пыли. Одежда выглядела так, будто десятилетиями пролежала под завалами. Местами ткань была разорвана. Местами висела лохмотьями. На лице виднелись раны. Засохшая кровь покрывала губы. Кожа отслаивалась целыми участками. А жёлтые глаза смотрели прямо на Сэма. Спокойно. Почти ласково. Именно это пугало сильнее всего. Элликотт поднял руки. Сэм даже не успел отреагировать. Холодные пальцы коснулись его головы. — Не бойся. Не бойся. Я помогу. Тебе станет лучше. Голос звучал мягко. По-отечески. Будто доктор действительно хотел помочь своему пациенту. Большие пальцы легли на щёки Сэма. Указательные прижались к вискам. На долю секунды всё замерло. А затем под пальцами вспыхнуло голубоватое свечение. Воздух затрещал. Раздался резкий звук электрического разряда. Сэм почувствовал, как нечто чужое ворвалось в его сознание. Тем временем в другом конце лечебницы время словно замерло. Возле выхода из южного крыла по-прежнему находились Кэт и Гэвин. Тусклый свет едва добирался до их укрытия. Длинный коридор тянулся в обе стороны, теряясь в полумраке. Где-то далеко слышалось монотонное поскрипывание старого здания. Иногда казалось, что стены сами издают эти звуки, будто лечебница продолжала жить собственной жизнью даже спустя десятилетия после закрытия. Гэвин не находил себе места. Он ходил из стороны в сторону, время от времени бросая тревожные взгляды в темноту коридора. Каждый его шаг выдавал нервозность. Он старался выглядеть спокойным, но напряжение слишком явно читалось в движениях. Кэт, напротив, оставалась неподвижной. Она сидела возле стены, крепко удерживая дробовик. Пальцы лежали на оружии уверенно и привычно. Её взгляд был направлен вперёд. Настороженный. Холодный. После всего произошедшего доверять тишине здесь было невозможно. Каждая секунда ожидания казалась длиннее предыдущей. Наконец Кэт нарушила молчание. — Эй, Гэвин. Он сразу остановился. Словно только и ждал, когда она заговорит. Затем присел рядом. — Да? Кэт посмотрела на него. Без злости. Без раздражения. Скорее с усталостью человека, который слишком долго откладывал неприятный разговор. В её глазах не было сомнений. Решение уже давно было принято. Оставалось только произнести его вслух. — Если мы выберемся отсюда живыми, между нами всё кончено. Несколько секунд Гэвин просто смотрел на неё. Слова будто не сразу дошли до него. На лице промелькнула растерянность. Затем разочарование. Потом боль. Но спорить он не стал. Возможно, понимал, что сейчас не время. Или понимал, что переубедить её уже невозможно. Он лишь медленно положил руку ей на ногу. Жест был почти отчаянным. Последней попыткой удержать то, что уже разрушилось. Но ответить Кэт не успела. Где-то впереди раздался звук. Негромкий. Но в окружающей тишине он прозвучал словно выстрел. Что-то открылось. Металл скрипнул о металл. После чего вновь наступила тишина. Оба мгновенно насторожились. Разговор был забыт. Кэт напряглась. Гэвин поднял голову. Их взгляды одновременно устремились в сторону коридора. — Ты это слышал? — спросила Кэт. — Что-то приближается, — сказал Гэвин. Они быстро поднялись. Кэт уже поднимала дробовик. Сердце забилось быстрее. В полумраке действительно появились силуэты. Две человеческие фигуры двигались по коридору. Пока невозможно было различить лица. Только тени. Две размытые тени среди мрака лечебницы. Кэт мгновенно взяла их на прицел. В этот момент фигуры вышли из-за поворота. Это были Дин и Джен. Но узнать их она не успела. Увидев направленный прямо на них дробовик, оба инстинктивно отскочили назад. Спрятались за угол. Практически одновременно. Грохнул выстрел. Вспышка осветила коридор. Дробь ударила в стену. Осколки штукатурки разлетелись в стороны. — Проклятье! — вскрикнул Дин. — Чёрт побери! — выругалась Джен. — Не стреляйте! Это мы! — крикнул Дин. Кэт побледнела. Она сразу опустила оружие. — Простите! Простите! — выкрикнула Кэт. Несколько секунд спустя Дин осторожно выглянул из-за угла. Затем медленно вышел. Он бросил взгляд на свежий след дроби в стене. Покачал головой. — Сукин сын! Джен появилась рядом с ним. Её сердце тоже ещё не успело успокоиться после неожиданной встречи. Она посмотрела на Кэт и Гэвина. — Почему вы всё ещё здесь? — спросила она. Дин сразу перешёл к более важному вопросу. — Где Сэм? Гэвин махнул рукой в сторону дальних коридоров. — Он пошёл в котельную. Вы ему позвонили. Дин нахмурился. Между бровями появилась глубокая складка. — Я ему не звонил. Повисла тревожная пауза. Кэт первой поняла смысл сказанного. — Его телефон зазвонил, — сказала Кэт. — Он сказал, что это вы. Дин медленно перевёл взгляд куда-то в сторону. Картина начала складываться. И чем яснее она становилась, тем меньше ему это нравилось. — Котельная, значит... Он быстро открыл сумку. Достал ружьё. Передал фонарик Джен. После чего закинул сумку на плечо. Все движения были быстрыми и уверенными. — Ладно. Позаботьтесь о себе. — И о нас тоже, — добавила Джен. Несмотря на напряжение, в её голосе промелькнула привычная ирония. Через несколько секунд они уже исчезали в глубине лечебницы. Коридоры вновь поглотили их фигуры. Чем дальше они уходили, тем сильнее ощущалось присутствие чего-то чужого. Лучи фонарей разрезали темноту. Свет скользил по облупленным стенам. По старым дверям. По ржавым трубам. Каждый угол казался подозрительным. Каждая тень выглядела живой. — Сэмми? — позвал Дин. Его голос прокатился по пустым помещениям. Отразился от стен. Вернулся эхом. Ответа не последовало. — Сэм, ты здесь? — крикнула Джен. Тишина. — Сэм? Они продолжали идти. Фонарики выхватывали из темноты всё новые участки коридора. Пыль кружилась в воздухе. Где-то капала вода. — Сэм? На этот раз оба одновременно направили лучи света вперёд. И резко остановились. Перед ними стоял Сэм. Неподвижный. Почти бесшумный. Настолько неожиданно появившийся из темноты, что Джен вздрогнула. — Боже! Свет фонаря осветил его лицо. Что-то в его взгляде показалось странным. Непривычным. Словно он смотрел на них и одновременно не видел. — Приятель... — выдохнул Дин. — Отвечай, когда я тебя зову. — Ты в порядке? — спросила Джен. Сэм молчал несколько секунд. Потом наконец заговорил. — Да, вполне. Дин внимательно посмотрел на Сэма. — Ты уже знаешь, что это не я тебе звонил? — спросил Дин. Сэм медленно кивнул, не сводя взгляда с брата. Его лицо выглядело уставшим, напряжённым, а в глазах ещё читалось недавнее недоумение. — Да, знаю. Думаю, кто-то заманивал меня сюда. Дин коротко переглянулся с Джен. — Думаю, я знаю кто. Доктор Элликотт. Этого имени оказалось достаточно, чтобы по спине Джен пробежал холодок. В памяти всплыли беспокойные шёпоты духов, их беспорядочные попытки что-то объяснить, предупредить. Она медленно произнесла: — Вот что духи пытались нам сказать. Сэм растерянно посмотрел на обоих. — Ты его видел? — спросила его Джен. — Нет. Откуда вы знаете, что это он? Дин слегка выдохнул и похлопал по висевшей на плече сумке. — Потому что я нашёл его дневник. Очевидно, он проводил опыты на своих пациентах. Жуткие вещи. Лоботомия по сравнению с ними всё равно что аспирин. Джен мрачно усмехнулась без тени веселья. На секунду перед её глазами всплыли записи из дневника: сухие строчки, описывавшие человеческие мучения с такой же отстранённостью, с какой врач мог бы записывать температуру воздуха. Её до сих пор передёргивало от мысли, что подобный человек считал себя спасителем. Сэм задумался. — Но ведь бунт подняли пациенты. — Да, — ответила Джен. — Но они восстали против доктора Элликотта. Дин продолжил, медленно расхаживая по коридору. — Док практиковал терапию гнева. Считал, что если пациенты смогут выплеснуть свой гнев, то исцелятся. Вместо этого они становились всё более агрессивными. Думаю, его дух сделал то же самое с тем полицейским и с ребятами в семидесятых. Разозлил их настолько, что они стали убийцами. Эта теория складывалась слишком хорошо. Всё начинало приобретать пугающий смысл. Поправив ремень сумки на плече, Дин произнёс уже деловым тоном: — Ладно. Нам нужно найти его останки и сжечь их. Сэм нахмурился. — Как? Полиция так и не нашла тело. — В дневнике сказано, что у него была операционная где-то внизу. Там он проводил свои эксперименты. Думаю, он там, — ответила ему спокойно Джен. На лице Дина мелькнуло выражение холодной злости. — Да, и будь я пациентом, я бы засунул его задницу туда и слегка над ним поработал. Сэм приподнял бровь. — Звучит немного безумно. Дин лишь кивнул. — Да. Именно. Они подошли к котельной. Помещение оказалось огромным и мрачным. Старые котлы уходили под самый потолок, их ржавые корпуса покрывались хлопьями облезшей краски. В полумраке тянулись толстые трубы, похожие на артерии мёртвого чудовища. Время от времени где-то наверху срывалась капля воды и с тихим звоном падала на бетон. В стенах что-то жило: слабые потрескивания старой проводки, далёкие стоны металлических труб, скрип осевших перекрытий. Воздух пах плесенью, ржавчиной и многолетней сыростью, словно само здание десятилетиями не выпускало наружу накопившуюся боль. Сэм ещё раз оглядел стены. — Говорю вам, я всё осмотрел. Никакой тайной комнаты нет. Дин заходя в очередную комнату не удержался от кривой улыбки. — Вот поэтому она и называется тайной комнатой. И словно в ответ на его слова помещение наполнил странный звук. Не скрип. Не шаги. Скорее тихое завывание, будто ветер медленно полз по внутренностям здания, проходя между двойными стенами. Все трое замерли. Джен почувствовала, как волосы на затылке становятся дыбом. — Слышите? Сэм отрицательно покачал головой. Он действительно ничего не слышал. Дин подошёл ближе к одной из кирпичных стен. Присев, он заметил почти незаметную щель у пола и осторожно провёл пальцами по поверхности. Под ладонью ощущалась деревянная рама. Он тихо сказал: — Здесь есть дверь. Пока Джен присела рядом, стараясь рассмотреть механизм, за их спинами что-то щелкнуло. Сэм медленно поднял дробовик. Его движения были плавными и механическими. Без единой эмоции. Холодный ствол остановился, направленный прямо в спину Дина. Голос прозвучал непривычно жёстко. — Отойдите от двери. Джен резко обернулась. У неё внутри всё оборвалось. А из носа Сэма тонкой струйкой потекла кровь. Он машинально стёр её рукавом, не сводя оружия. Дин и Джен медленно поднялись. Дин поднял ладони. — Сэм, опусти ружьё. На губах младшего брата появилась кривая усмешка. Совсем не его. — Это приказ? Несмотря на напряжение, Дин попытался сохранить привычную иронию. — Скорее дружеская просьба. Но в ответ Сэм поднял дробовик ещё выше, целясь прямо в грудь. Джен лишь металась взглядом между братьями, не понимая: стоит молчать или все же смешаться? — Потому что мне уже надоело получать от тебя приказы, — продолжил Сэм. В этот миг Дин всё понял. Он посмотрел брату прямо в глаза. — Я так и знал. Элликотт. Что он с тобой сделал? Ответ прозвучал сквозь зубы. — Хоть раз в жизни захлопни пасть. Джен осторожно шагнула вперёд. Её сердце колотилось так сильно, что казалось, его услышат все вокруг. — Что ты собираешься делать, Сэм? Дин не отрывал взгляда от ствола. — Ружьё заряжено солью. Это меня не убьёт. Раздался выстрел. Грохот оглушил помещение. — Дин! — вскрикнула Джен. Сноп соли ударил его в грудь с такой силой, что парня буквально отбросило назад. Его тело врезалось в скрытую дверь. Старая конструкция не выдержала. Доски с треском проломились, и Дин исчез в облаке пыли, рухнув внутрь неизвестной комнаты. Сэм медленно опустил дымящийся ствол. Его лицо оставалось бесстрастным. — Нет. Но будет чертовски больно. За проломанной стеной скрывалась операционная. Небольшое помещение выглядело так, словно его запечатали много десятилетий назад. Старый хирургический стол стоял посреди комнаты, покрытый толстым слоем пыли. Инструменты давно проржавели. В углах свисала паутина. Дин лежал на полу, тяжело кашляя. Соль не убила его, но удар был чудовищным. Каждый вдох отзывался болью. Он с усилием приподнялся. Над ним уже стоял Сэм. Смотрел на него сверху вниз. Спокойный. Пугающе спокойный. Дин хрипло произнёс: — Сэм... Мы должны сжечь кости Элликотта, и всё закончится. Ты снова станешь нормальным. Ответ последовал мгновенно. — Я нормален. Я просто впервые говорю правду. Он наклонился ближе. Глаза горели странным огнём. — Хочешь знать, почему мы вообще здесь оказались? Потому что ты следуешь приказам отца, как послушный маленький солдатик. Краем глаза он заметил движение. Джен осторожно приближалась ко входу. Сэм мгновенно развернул оружие. — Джен, лучше не подходи. Она сразу подняла руки. Остановилась. Не потому что испугалась за себя. Потому что понимала: одно неверное движение и Сэм может сделать то, о чём потом возможно не вспомнит. Она видела его лицо и не узнавала. Это был Сэм. И одновременно не он. Тёмная сила вытаскивала наружу всё, что человек обычно прячет глубоко внутри. Сэм вновь повернулся к брату. — Потому что ты всегда делаешь без вопросов то, что он говорит. Дин с трудом приподнялся. — Сэм, это говоришь не ты. Младший брат лишь усмехнулся. — Вот в чём разница между нами. Я живу своим умом. Я не такой жалкий, как ты. Слова ударяли не хуже пуль. Дин молчал несколько секунд. Потом тихо спросил: — Так что ты собираешься делать? Убить меня? В голосе Сэма зазвучала настоящая накопленная горечь. — Знаешь, мне уже тошно делать то, что ты мне велишь. Мы сейчас не ближе к поискам отца, чем были полгода назад. Джен переводила взгляд с одного брата на другого. Она знала их достаточно хорошо, чтобы понимать: часть этих слов действительно принадлежала не Элликотту. Дух лишь вытащил наружу то, что годами оставалось невысказанным. И именно поэтому происходящее выглядело настолько страшным. Дин тяжело поднялся на локте. Медленно, не сводя глаз с Сэма, он сунул руку под куртку. Джен сразу поняла, что он делает. — Ладно. Я облегчу тебе задачу. Он достал пистолет. Протянул его рукояткой вперёд. — Вот. Возьми это. Настоящие пули сработают намного лучше, чем соль. Возьми. — Дин, что ты делаешь? — крикнула Джен. Но тот будто уже принял решение. Сэм бросил дробовик на пол. Металл громко ударился о бетон. Он взял пистолет. В тот же миг выражение его лица изменилось. Ярость вспыхнула с новой силой. Мышцы напряглись. Плечи опустились вперёд. Он стал похож на зверя, который загнал свою жертву в угол и готового броситься на нее. Пригнувшись, он навёл оружие прямо в грудь Дина. Тишина стала почти невыносимой. Слышалось только тяжёлое дыхание троих людей. Дин посмотрел брату в глаза. — Ты настолько меня ненавидишь? Если думаешь, что можешь убить собственного брата, тогда вперёд. Нажми на курок. Несмотря на сказанные слова, страх всё же проступил на его лице. Или так только казалось? На мгновение его взгляд встретился со взглядом Джен. Никаких слов не потребовалось. Лишь едва заметное движение глаз, почти приказ: не вмешивайся... пока что. Джен, не до конца поняв, доверилась брату. Она очень медленно начала двигаться вдоль стены, стараясь не привлекать внимания. Каждый шаг казался вечностью. Пыль тихо поскрипывала под подошвами. Сэм продолжал сжимать пистолет. Так крепко, что побелели костяшки пальцев. Его руки дрожали. На лице сменяли друг друга злость, боль, растерянность, ненависть и мучительное сомнение. Словно внутри него сейчас сражались два человека. Настоящий Сэм и то, что поселил в его сознании Элликотт. Губы подрагивали. Дыхание стало рваным. Глаза покраснели, налившись кровью. Палец лежал на спусковом крючке. Оставалось лишь немного сильнее надавить. Дин неожиданно закричал: — Стреляй! Сэм резко нажал на спусковой крючок. Щелчок. И ничего. Ни выстрела, ни отдачи, ни оглушительного грохота. Только сухой металлический звук, который эхом разлетелся по тесной операционной. На лице Сэма на мгновение появилось непонимание. Он снова с силой нажал на курок. Щелчок. Пусто. Ещё раз. И ещё. Но пистолет оставался немым. Пуль не было. На лице Сэма проступила злость. Он крепче сжал рукоять, будто силой мог заставить оружие выстрелить. Именно этого мгновения и ждала Джен. Она сорвалась с места. Одним рывком налетела на него со спины, вложив в толчок весь свой вес. Не ожидавший атаки Сэм потерял равновесие и вместе с ней полетел вперёд, прямо на Дина. Джен удерживала его изо всех сил, стараясь прижать ближе, не дать возможности вырваться. Дин, несмотря на боль, собрал последние силы. Его кулак стремительно взметнулся вверх. Удар пришёлся точно в челюсть. Глухой хруст. Сэм отлетел назад и рухнул на бетонный пол, потеряв сознание, а пистолет отлетел в противоположную сторону. Несколько секунд никто не двигался. Слышалось лишь тяжёлое дыхание Дина. Джен первой поднялась и сразу протянула ему руку. Он ухватился за неё, медленно встал на ноги и болезненно поморщился, придерживая ушибленные рёбра. Потом посмотрел на распростёртого брата и с усталой усмешкой произнёс: — Старик, я бы не стал давать тебе заряженный пистолет. Для верности он наклонился и ещё раз коротко ударил Сэма, окончательно лишая его возможности прийти в себя слишком рано. Джен внимательно осмотрела Дина. На лице у него виднелись ссадины, одежда была покрыта пылью, дыхание оставалось сбивчивым. — Ты как? — спросила она. Дин чуть заметно усмехнулся. — Бывало и лучше. Затем его взгляд снова упал на Сэма. Улыбка исчезла. Он тихо, почти виновато произнёс: — Прости, Сэмми. Он понимал, что бил не брата, а человека, оказавшегося под влиянием Элликотта. Но другого выхода не оставалось. Дин всё ещё тяжело дышал сквозь зубы. Каждое движение отзывалось тупой болью в груди после выстрела солью. Джен незаметно придерживала его за локоть, помогая сохранить равновесие. Они двинулись дальше по скрытому кабинету. Луч фонарика медленно скользил по стенам. Пыль кружилась в воздухе, превращаясь в серебристую дымку. Казалось, сюда не ступала нога человека многие десятилетия. Старые ширмы с облезлой краской стояли вдоль стен, словно забытые часовые. Джен отдёргивала грязные шторки, покрытые тёмными пятнами неизвестного происхождения. За ними не было ничего. Дин открывал шкафы, осматривал полки, переворачивал ржавые медицинские инструменты. Пусто. Минуты тянулись мучительно долго. И вдруг он замер. Его взгляд остановился на небольшом белом шкафчике в углу. Дверца прилегала неплотно. Из узкой щели наружу выбивалось что-то тёмное. Волосы. Дин медленно произнёс: — Джен. Она мгновенно подошла. — Смотри. Дин осторожно присел, задержал дыхание и потянул дверцу на себя. Та со скрипом открылась. Изнутри ударил такой густой запах разложения, что обоих буквально отбросило назад. Джен инстинктивно зажала нос ладонью. Внутри, скорчившись в неестественной позе, сидело тело. Вернее, то, что от него осталось. Сэнфорд Элликотт. Его скелет едва угадывался под остатками высохшей кожи. Всё было покрыто толстым слоем пыли. Веки закрывали давно потускневшие глазницы. На голове всё ещё сохранились пряди седых волос. Из приоткрытого рта виднелись пожелтевшие зубы. Кожа прилипла к костям и местами казалась обугленной. На нём по-прежнему оставался костюм. Белый врачебный халат был испачкан застарелыми пятнами крови. Руки лежали сложенными на груди так, словно кто-то специально уложил его в эту позу. Под халатом различались рубашка и аккуратно завязанный галстук. Даже после смерти доктор пытался сохранить видимость порядка. Дин поморщился. — Ну и вонь. Джен, не сводя взгляда с останков, тихо ответила: — Да уж, выглядит неважно. Несмотря на ситуацию, Дин коротко усмехнулся. Чёрный юмор оставался его способом справляться с ужасом. Они раскрыли охотничью сумку. Дин достал контейнер с солью и щедро осыпал останки. Белые кристаллы медленно оседали на полуразложившийся костюм и иссохшую кожу. — Посолим, — сказал Дин. В этот момент фонарик Джен, лежавший неподалёку на полу, неожиданно начал мигать. Свет то вспыхивал, то почти исчезал. Характерный признак. Призрак приближался. Джен быстро вытащила небольшую бутылку бензина и открутила крышку. Резкий запах топлива смешался с тяжёлым запахом гниения. Она начала медленно поливать тело Элликотта. Фонарик мигнул ещё раз. И окончательно погас. Комнату поглотил полумрак. Оставалось лишь слабое утреннее сияние, пробивавшееся через узкие вентиляционные отверстия. Джен шагнула к сумке за зажигалкой. И в этот момент воздух словно взорвался. Старая металлическая каталка сама по себе сорвалась с места. Она пронеслась через всю комнату с оглушительным грохотом и врезалась в Дина. Удар оказался настолько сильным, что его отбросило прямо от шкафчика с останками. Одновременно край каталки зацепил ноги Джен. Она потеряла опору и рухнула на пол, больно ударившись плечом. Не успела она поднять голову, как произошло худшее. Из воздуха материализовался Сэнфорд Элликотт. Полупрозрачный, окутанный голубоватым свечением, он мгновенно оказался сверху на Дине. Призрак прижал ладони к его вискам и щекам. Под длинными пальцами вспыхнул холодный синий свет. Раздался треск, похожий на электрический разряд. Лицо Элликотта исказила довольная улыбка. Он заговорил мягким, почти ласковым голосом: — Не бойся... Не бойся... Я помогу тебе. Тебе станет лучше. Но от этой спокойной интонации становилось только страшнее. Дин зажмурился. По его телу прошла судорога. Казалось, невидимый ток прожигал сознание, вытаскивая наружу самые тёмные мысли. Джен постепенно пришла в себя. Она увидела происходящее и вскрикнула: — Дин! Он с трудом повернул к ней голову. Лицо исказилось от боли. Сквозь стиснутые зубы он выдавил, указывая взглядом на сумку: — Джен... Она сразу поняла. Нельзя было терять ни секунды. Опираясь на локти, Джен поползла к сумке. Каждое движение отдавалось болью в ногах. Пальцы дрожали. Она нащупала зажигалку. Открыла крышку. Щёлкнул кремень. Вспыхнул маленький огонёк. Не раздумывая, Джен бросила зажигалку прямо в шкафчик. Бензин вспыхнул мгновенно. Огонь с рёвом охватил останки Элликотта. Языки пламени вырвались наружу. Жар ударил в лицо. В ту же секунду призрак застыл. Он резко обернулся к горящему телу. Дин воспользовался моментом и быстро отполз в сторону, закрывая голову руками. Вместе с Джен они замерли, наблюдая за происходящим. С Элликоттом начало твориться что-то странное. По его полупрозрачному телу медленно расползались чёрные пятна. Они становились всё больше, словно призрак каменел изнутри. Он перестал двигаться. Улыбка исчезла. Лицо застыло. Затем одна за другой начали разрушаться части его тела. Сначала осыпались руки. Потом с треском раскололись ноги. Голова отделилась и тяжело ударилась о бетон. И уже через мгновение весь силуэт рассыпался в прах, словно древняя каменная статуя, не выдержавшая течения времени. Пыль медленно осела на пол. В комнате вновь стало тихо. Настолько тихо, что слышалось только потрескивание огня. Дин несколько секунд сидел, приходя в себя. Потом медленно поднял голову. Головная боль постепенно отступала. Неподалёку послышался стон. Сэм зашевелился и начал подниматься, растерянно оглядывая помещение. Джен быстро подползла ближе. — Целы? Дин молча кивнул. Потом перевёл взгляд на брата. На его лице снова появилась привычная ирония. — Ты ведь не попытаешься меня убить, а? Сэм осторожно коснулся ладонью распухшей челюсти и поморщился. — Нет. Дин облегчённо выдохнул. — Хорошо. Это было бы неприятно. Когда они покинули лечебницу, солнце уже поднялось над горизонтом. После мрачных коридоров старого здания утренний свет казался почти нереальным. Прохладный ветер шевелил высокую траву у сетчатого забора. Кэт и Гэвин стояли рядом со своей машиной. На их лицах впервые за долгое время читалось спокойствие. — Спасибо вам, — сказала Кэт. — Да, спасибо, — добавил Гэвин. Дин кивнул. — Больше никаких проклятых лечебниц, хорошо? Они улыбнулись и, помахав на прощание, направились к автомобилю. Джен прислонилась к багажнику Импалы, наблюдая за тем, как братья остаются наедине. Сэм немного отошёл в сторону. Помолчал. А потом тихо произнёс: — Дин. Тот как раз снимал с плеча тяжёлую сумку. Он повернулся. — Извини, приятель. Я... я наговорил тебе там всяких гадостей. Дин внимательно посмотрел на него. — Ты всё помнишь? — Да. Сэм опустил взгляд на потрескавшийся асфальт. — Я словно не мог это контролировать, — он глубоко вздохнул. — Но всё, что я говорил, на самом деле неправда. Дин чуть прищурился. — Нет? — Нет, конечно нет. Неловкая пауза повисла между ними. Сэм неуверенно добавил: — Нам надо об этом поговорить? На лице Дина появилась усталая усмешка. — Нет, — он покачал головой. — У меня точно нет настроения для этого. Открыв багажник, он забросил внутрь сумку. С глухим стуком захлопнул крышку. И честно признался: — Всё, чего я хочу, — немного поспать. После этого он сел в машину. Джен ещё раз посмотрела на братьев и с едва заметной улыбкой последовала за ним.

Мотель

Следующим утром в комнате мотеля царила редкая, почти домашняя тишина. За плотными шторами уже давно светило солнце, но внутрь проникали лишь тонкие полосы золотистого света. Сэм мирно спал на своей кровати, раскинув одну руку поверх одеяла. На соседней двуспальной кровати в полном беспорядке спали Дин и Джен. После бессонной ночи они уснули почти сразу, даже не заботясь о том, чтобы лечь поудобнее. Воздух наполнял лишь ровный шум кондиционера. И вдруг эту тишину разрезала резкая трель мобильного телефона. Аппарат лежал на тумбочке между кроватями и настойчиво вибрировал. Дин даже не пошевелился. Он спал слишком крепко. Джен нехотя открыла глаза. Несколько секунд она пыталась понять, где находится. Потом сонно пробормотала: — Дин... Приподнявшись на локтях, она посмотрела на младшего брата, который тоже проснулся от звука мобильника. Телефон находился ближе к нему. Она молча кивнула в сторону тумбочки. Сэм, ещё не до конца проснувшись, протянул руку, взял телефон и, не вставая с подушки, раскрыл его. Поднёс к уху. — Алло? В следующую секунду сон исчез без следа. Он резко сел на кровати. Глаза широко раскрылись. На лице одновременно отразились надежда, удивление и плохо скрываемая тревога. Голос сорвался почти на шёпот: — Отец?