Purgatory 11-A

Крик Трис эхом бьется о стены полутемной комнаты, но ответом ей остается все та же удушливая, страшная тишина. Ноги подкашиваются. В первые секунды паника полностью парализует тело — хочется выскочить обратно в коридор, звать на помощь, бежать куда угодно, лишь бы развидеть эту застывшую фигуру. Но осознание реальности бьет наотмашь. Трис заставляет себя сделать шаг вперед. Руки ходуном ходят, когда она, задыхаясь от слез и подступающей тошноты, бросается к кровати. Ей нужно убедиться. Ей нужно что-то сделать. Трис пытается приподнять Сашу, ухватиться за ремень, судорожно проверяет пульс на безжизненной, еще хранящей едва ощутимое тепло руке — ничего. Сердце не бьется. Липкий, первобытный ужас подсказывает: уже слишком поздно. Саша мертва. Трис отшатывается, тяжело дыша, и закрывает рот руками, чтобы сдержать новый крик. Взгляд мечется по комнате, которая в одно мгновение превратилась в склеп. Почему? Зачем она это сделала? Еще вчера все было относительно нормально. Или это только казалось? На фоне собственного кошмара со справкой и Адель, Трис понимает, что совершенно упустила из виду то, что происходило с Сашей. «Должна быть причина. Должна быть записка. Что-то», — лихорадочно стучит в голове. Стараясь не смотреть на центр комнаты, Трис начинает судорожно осматривать рабочий стол Саши. На нем идеальный, почти пугающий порядок — ни одной лишней бумажки, учебники сложены ровной стопкой. Как будто она специально прибралась перед тем, как... И тут Трис замечает тусклый отсвет в углу комнаты. На нижней полке тумбочки, наполовину прикрытый скомканным пледом, лежит ноутбук. Его экран не погас до конца, а слабо светится в полумраке, находясь в режиме ожидания. Трис подходит ближе, на ватных ногах опускается на пол и осторожно, кончиками дрожащих пальцев, сдвигает плед и открывает крышку ноутбука. Экран мгновенно вспыхивает на полную яркость, заставляя Трис зажмуриться. Трис вглядывается в светящийся экран ноутбука, чувствуя, как реальность вокруг неё окончательно раскалывается на части. Вкладка браузера, оставленная открытой, вела вовсе не на привычные соцсети или локальный форум пансионата. Это был профиль на платформе OnlyFans. На аватарке — сама Саша, но в совершенно непривычном, вызывающем образе, далеком от её образа тихой студентки. Трис медленно прокручивает страницу вниз. Десятки скрытых за платной подпиской постов, закрытые чаты и... та самая ветка сообщений, которая и стала катализатором катастрофы. Кто-то выкупил этот контент, сделал скриншоты профиля с привязкой к реальному имени Саши и устроил массовый слив. Под последней публикацией на платформе висели сотни свежих, ядовитых комментариев. Сашу нашли здесь её же сокурсники. Её забросали сообщениями с угрозами, шантажом и откровенными издевательствами. Для закрытого, элитного пансионата, где за любое нарушение морального кодекса выставляли за дверь, это был смертный приговор. Трис переводит взгляд на личные сообщения, которые продолжали всплывать в углу экрана в реальном времени. Среди угроз от незнакомцев висел скриншот переписки из мессенджера. Тот самый слив в общую группу пансионата, который запустил эту лавину. Трис затаила дыхание, лихорадочно листая чат вверх, к самому первому сообщению, с которого всё началось. Файлы с подписью «Посмотрите, какая святоша учится с нами» были отправлены с номера, который Трис знала слишком хорошо. Это был аккаунт Адель. В этот момент картинка в голове Трис сложилась полностью. Адель не просто нашла её собственную справку из наркологии. Адель методично, хладнокровно уничтожала всех, кто не вписывался в её идеальный мир. Она залезла в рюкзак к Трис, она же раскопала тайную жизнь Саши и выставила её на всеобщее обозрение, зная, что это разрушит девушку до основания. За дверью комнаты послышались чьи-то шаги и смех в коридоре. Пансионат продолжал жить своей обычной жизнью, пока здесь, в полумраке, Трис сидела на полу перед экраном, понимая: Адель только что совершила убийство. И следующей на очереди была сама Трис, если она прямо сейчас не найдет способ защитить себя. Шаги в коридоре приближались, отдаваясь в ушах Трис оглушительными ударами сердца. Смех, беспечная болтовня — кто-то из девчонок возвращался с пар. Трис резко захлопнула крышку ноутбука, словно это могло стереть увиденное. Экран погас, погрузив комнату обратно в густой, удушливый полумрак. На коленях, посреди чужих вещей, Трис охватила чистая, первобытная паника. Ей нужно было бежать. Оставить всё как есть, вызвать администрацию, Лауру Альбертовну, полицию... «Нет, стой», — мысль обожгла изнутри, заставив её замереть. Если сейчас сюда зайдут взрослые, комнату оцепят. Ноутбук Саши заберут как улику. Адель, испугавшись, может нанести ответный удар — выложить справку Трис в сеть прямо сейчас, чтобы переключить внимание. Трис схватила ноутбук Саши и, стараясь не смотреть на застывшую в центре комнаты тень, засунула его под пиджак. Тяжелый пластик неприятно холодил кожу. Шаги за дверью затихли. Трис рванулась к выходу, аккуратно приоткрыла дверь, выскользнула в пустой коридор и быстрым шагом направилась обратно к своей комнате. Влетев в свою комнату, она заперла дверь на замок. Спрятав ноутбук Саши глубоко под матрас, Трис обессиленно опустилась на пол, прижавшись спиной к двери. Едва заметный пустой конверт из-под её собственной справки всё еще лежал на ковре. В кармане Трис задрожал телефон. Экран загорелся, и на нем высветилось новое уведомление в общем чате курса от Адель: «Девочки, а кто-нибудь видел Сашу? Она сегодня какую-то важную презентацию пропустила. Неужели наша отличница решила прогулять?» Этот фальшивый, приторный тон. Эта наигранная забота на глазах у всего курса, когда сама Адель прекрасно знала, что именно она сделала несколько часов назад. От этой манипуляции тошнота подкатила к горлу с новой силой. Трис медленно поднялась с пола. Страх уступил место расчетливому, холодному оцепенению. Ей нужно было действовать, и действовать ювелирно. Она открыла личные сообщения с Адель. Пальцы замерли над клавиатурой. Она сделала глубокий вдох и отправила короткий текст: «Адель, зайди в 308-ю прямо сейчас. Одна. Если не придешь через пять минут, скриншоты твоей переписки с онлика Саши окажутся на почте у Лауры Альбертовны. И поверь, в этот раз твои родители тебя не отмажут». Трис нажала «Отправить» и бросила телефон на кровать. Экран загорелся статусом «Прочитано» практически мгновенно. В коридоре за дверью послышался резкий, поспешный стук ботинков. Направленный прямо к её комнате. Стук оборвался прямо у двери комнаты. Вслед за этим ручка резко дернулась вниз. Трис медленно подошла к двери, повернула ключ в замке и сделала шаг назад, пропуская гостью внутрь. Адель влетела в комнату подобно урагану. Её идеальная укладка слегка растрепалась, а на бледных щеках горел лихорадочный румянец. Она с ходу захлопнула за собой дверь и, скрестив руки на груди, уставилась на Трис уничтожающим взглядом. — Ты что, совсем страх потеряла? — процедила Адель сквозь зубы, стараясь говорить тихо, но её голос дрожал от ярости. — Какая еще переписка? Какой онлик? Ты решила поиграть в шантажистку? Да я тебя сотру в порошок, ты вылетишь отсюда со своей наркоманской справкой раньше, чем успеешь открыть рот! Трис не шелохнулась. Она молча смотрела на Адель, и этот спокойный, тяжелый взгляд заставил ту на секунду осечься. В воздухе повисла гнетущая пауза. — Справка у тебя, я знаю, — ровным, глухим голосом произнесла Трис, делая шаг вперед. — Можешь оставить её себе на память. Можешь расклеить её по всему пансионату. Мне плевать, Адель. Потому что моя справка — это просто штраф и исключение. А то, что сделала ты — это уголовка. Адель прищурилась, её подбородок взлетел вверх: — Ты блефуешь. У тебя ничего нет. — Ноутбук Саши у меня, — четко, разделяя каждое слово, ответила Трис. — Она оставила его открытым. Перед тем, как войти в петлю в своей комнате. Слова Трис упали, как тяжелые камни. Лицо Адель мгновенно изменилось. Вся её спесь, всё напускное величие осыпались. Кожа Адель приобрела землисто-серый оттенок, а губы приоткрылись в немом шоке. Она попятилась назад, пока не уперлась спиной в закрытую дверь. — Что?.. — едва слышно прошептала Адель, и её безупречный голос сорвался на хрип. — Что ты такое несешь? Она.... она мертва? — Она мертва, Адель. Прямо сейчас. На третьем этаже, — безжалостно продолжала Трис. — И на её ноутбуке зафиксировано каждое твоё действие. Твой аккаунт, с которого был сделан первый слив, твои сообщения, в которых ты добивала её последние несколько часов. Как думаешь, что сделает полиция, когда Лаура Альбертовна передаст им этот ноутбук? Адель судорожно схватилась за дверную ручку, словно пыталась удержать равновесие. Её затрясло. В этот момент она наконец осознала масштаб катастрофы, но вдруг на её лице испуг сменился отчаянным, яростным отрицанием. — Нет... Нет, Трис, ты не понимаешь! Это не я! — Адель рванулась вперед, хватая Трис за рукава кофты. Её ногти больно впились в ткань. — Клянусь тебе, это не я сделала! Да, я залезла в твой рюкзак, я забрала твою справку, потому что ненавижу тебя, потому что хотела проучить! Но Сашу... Сашу я не трогала! — Хватит врать, Адель! — Трис попыталась оттолкнуть её, но Адель держалась крепко, её глаза были дикими, полными подступающих слез. — Я не вру! — почти сорвалась на крик Адель, но вовремя прижала ладонь к губам, задыхаясь. — Послушай меня! Мой аккаунт... к нему есть доступ у помощницы старосты, у Насти! И у Любы! Мы сидели с моего планшета в гостиной на прошлой неделе, я не выходила из профиля! Трис, умоляю, посмотри на меня. Я стерва, я эгоистка, но я не убийца! Я не знала про её онлик, я вообще с ней не общалась! Меня подставили. Кто-то слил это с моего аккаунта, чтобы убить Сашу и подставить меня! Трис смотрела в её искаженное паникой лицо. Вопреки всему ужасу ситуации, вопреки здравому смыслу и ледяной ярости, предательски заныло сердце. Она смотрела на Адель — на её дрожащие губы, на панику в безупречных некогда глазах — и понимала, что не может ненавидеть её до конца. Это было её проклятием. Глупая, иррациональная, болезненная привязанность. Любовь, которую Адель регулярно растаптывала, но которая сейчас, посреди этого кошмара, заставляла Трис верить ей. Или отчаянно хотеть верить. Если Адель говорит правду, значит, в пансионате шла куда более жуткая, расчетливая игра. И настоящий кукловод всё еще оставался в тени. — Трис, пожалуйста... — голос Адель сорвался на беззащитный хрип. — Ты же не уничтожишь меня? Они же посадят меня... Моя жизнь будет окончена. Трис тяжело вздохнула, чувствуя, как её собственная броня трещит по швам. Ей хотелось подойти, обнять её, спрятать от всего мира. Но забыть о теле Саши на третьем этаже было невозможно. — Замолчи, — уже тише, без прежней жесткости, сказала Трис. Она отвела взгляд, чтобы не поддаваться этому бездонному, умоляющему взгляду. — Просто замолчи и слушай меня. Если бы я хотела тебя уничтожить, я бы уже сидела в кабинете директора. Я забрала её ноутбук, чтобы полиция не нашла его сразу. Я прикрыла тебя. Понимаешь это? На лице Адель отразилось короткое замешательство, которое тут же сменилось робкой, лихорадочной надеждой. — Ты... ты сделала это ради меня? — прошептала Адель, вглядываясь в лицо Трис, словно впервые по-настоящему её замечая. — Я сделала это, потому что не могу по-другому, — горько усмехнулась Трис, сжимая кулаки. — Прямо сейчас ты отдашь мне мою справку. Мы сожжем её здесь же. А потом... если тебя действительно подставили, нам нужно найти его. — Вот, — Адель торопливо, дрожащими пальцами полезла в карман своего дорогого жакета и вытащила сложенный вчетверо лист бумаги — ту самую наркологическую справку Трис. — Забирай. Мне она больше не нужна, клянусь. Только помоги мне, Трис. Трис молча вырвала справку из её рук, подошла к раковине и чиркнула зажигалкой. Огонь жадно сожрал бумагу, и серый пепел осел на белую эмаль. Проблема, которая казалась Трис концом света еще полчаса назад, просто растворилась в воздухе. Но теперь перед ними стояла бездна покрупнее. — Настя и Люба, говоришь? — Трис развернулась, опершись руками о край раковины. Её взгляд стал сосредоточенным, цепким. — Если кто-то из них залез в твой планшет, у них было время всё спланировать. Настя давно метит на твоё место в совете, а Люба... — Люба вообще тише травы, — перебила её Адель, вытирая размазавшуюся тушь под глазами. — Она вообще не конфликтует. Трис, если это Настя, она пойдет до конца. Она ведь знает, что Саша... что Саша сделала? — Никто еще не знает, — отрезала Трис. — Но времени у нас почти нет. Нам нужны доказательства до того, как сюда приедет полиция. Доставай свой планшет. Нужно посмотреть историю заходов. Если слив делали без защиты, то там осталась история захода. Адель судорожно закивала, вытаскивая из сумочки гаджет. Трис достала из-под матраса ноутбук Саши, открыла его, и они начали лихорадочно сопоставлять время. Минуты тянулись как часы. Трис проверяла логи первой публикации контента на онлик Саши и точное время отправки сообщения в общий чат пансионата. — Смотри, — Трис ткнула пальцем в экран ноутбука. — Первый скриншот был отправлен в чат в 14:15. А теперь проверяй сессии на своем планшете. Кто заходил в твой профиль в это время? Адель быстро листала настройки безопасности, её дыхание то и дело перехватывало. — В 14:15... Тут написано, что сессия активна. Но мой планшет в это время лежал в комнате! У нас была лекция у Лауры Альбертовны, Настя сидела на первом ряду, я сама её видела! Она никак не могла физически строчить посты с моего аккаунта. И Люба стояла у доски, отвечала! Трис замерла. Сердце пропустило удар. Если Настя и Люба были на виду у всего курса и преподавателей, они физически не могли нажимать на кнопки в этот момент. — Погоди... — Трис медленно перевела взгляд на скрытый чат, где аноним шантажировал Сашу за несколько часов до этого, требуя огромные деньги за молчание и угрожая сливом, если она не переведет всю сумму до двух часов дня. Саша не перевела. И ровно в 14:15 её жизнь была оборвана. Трис пролистала профиль шантажиста до самого верха, цепляясь за мелкие детали. И тут её взгляд упал на одну из старых автоматических подписок, которые отображались в профиле Саши. Платформа показывала список «VIP-фанатов», которые покупали самые дорогие приватные видео. Один из аккаунтов назывался шифром, но к нему была привязана банковская карта, частично скрытая звездочками. И в поле «имя владельца» на секунду прогрузились системные данные авторизации через платежную систему. VIKTORIIA_NIKOLAEVA